- -
- 100%
- +
Позднее утро. Звонок телефона. Неизвестный номер. Ну почему у меня нет привычки отключать его перед сном? Ресницы правого глаза слиплись. Так и знала, что от дешёвой туши не следует ждать чуда! Только бы не Славик! Боже упаси, только не звонок от Славика!..
– Здравствуйте! Меня зовут Ольга. Меня хорошо слышно? – прозвучало в телефоне— Здравствуйте! Да, – ответила я.
– У нас для вас есть специальное предложение. Только до конца недели…
Опять спам! Голова болела от недосыпа, а тело ломило от долгой дороги. Я присела на край кровати и ненадолго закрыла глаза. Через мгновение повертела шеей. Болит – значит, жива. Так говорила ещё моя бабушка. Деваться некуда, сон испорчен. Значит, пора вставать. Дома тихо. Отец забрал детей и отвёз их в сад. Идеально! Тогда пора принять душ.
Тёплая вода – местами даже горячая – стекала по моему телу. Усталость уходила на задний план. Голова была заполнена мыслями: о поездке, о жизни, о прошлом. Я не могла заставить себя выйти из-под множества струй. Такое приятное мгновение я не готова променять даже на поздний завтрак, хотя живот уже начинал гневно урчать. Я всё время куда-то бегу, кому-то звоню, решаю поставленные задачи и разные проблемы, забывая радоваться простым мелочам. Я уделила себе всего лишь пятнадцать минут, а телефон уже разрывается в соседней комнате. Кажется, что это он мой хозяин, а я – его рабыня. В моменте захотелось кружку свежезаваренного кофе, ветку сирени на столе – и насладиться тишиной в доме. Я мать двоих детей, а это значит, что тишина – для меня необычная роскошь.
Выйдя из душа, я не нашла своего полотенца. Мама, кто же ещё! Это точно она переложила его на «правильное» место. Но почему-то оставила полотенце Арсения, моего сына… Минуту я боролась сама с собой. «Ничего же страшного не случится, если я им вытрусь? Клара, это неправильно! А-а-а-а!» Что-то слишком активное утро. Ладно, что мне стоит пройти голой до комнаты? Нашла проблему!
Когда я открыла дверь, прохладный воздух обволакивал моё тело, и оно покрылось мурашками. Бодрящее удовольствие! Вдалеке по-прежнему разрывался телефон. Давненько я не чувствовала такой свободы! Голая, мокрая, иду по холодной плитке, как по подиуму.
– Доброе утро! – услышала я из ниоткуда.
– Какого чёрта… Кто ты?
В дверном проёме стоял ошарашенный мужик, но времени на выяснения не было, и я побежала в комнату.
– Простите, но Игорь Петрович сказал зайти тихо, чтобы вас не разбудить! – продолжал кричать незнакомец, пока я убегала. – Мне нужно выгрузить материалы для ремонта гаража.
Ну конечно, пропущенные звонки от отца!.. Наверное, хотел меня предупредить о приближающемся госте. Как глупо получилось! Очередная идиотская ситуация, произошедшая со мной? Что это за суперспособность такая?
– Я не расслышала, как вас зовут! – теперь уже кричала я, пока одевалась.
– Андрей! Ещё раз простите за эту неловкую ситуацию! Сейчас сгорю со стыда! – Его голос слегка дрожал.
– Это же не вы по утрам бегаете голым перед незнакомыми мужчинами? Поэтому стыдиться нужно мне.
– Вам нечего стыдиться, у вас всё хорошо! Вернее, я не то хотел сказать… Я не постучал. Мне нужно было… Я хочу сказать, не следовало… – Мой гость затих. Помер, что ли? – Простите, мне лучше помолчать.
– Можете пока рассказать, что вы забыли в доме. Гараж в другой стороне.
– А, да! Петрович просил посмотреть крышу. У вас собирается конденсат, могу помочь исправить.
– Прямо по коридору и направо. Упрётесь в лестницу, а дальше импровизируйте.
– Спасибо! Ещё раз простите!
Безусловно, ремонт гаража доставлял мне разные неудобства. Но такие даже предвидеть было нереально! Горе-рабочий ушёл, а я застыла в размышлениях. Стоит ли предлагать ему кофе? Или после того, что между нами было, нужно предложить полноценный завтрак? Заливаясь смехом, я уже представляла, как отреагирует на эту историю моя лучшая подруга Наташа: «Ну что, падшая женщина, уже голой на курьеров бросаешься? А что дальше? Перекрасим волосы в розовый?» Господи, ну почему? Ну почему я вечно попадаю в идиотские ситуации?
– Вы будете кофе? – всё же спросила я.
– Спасибо! Один к одному, если можно, – ответил незваный гость. Услышав приближающиеся шаги, я схватила чашку с кофе и пошла навстречу. Пусть пьёт на улице! Нам не обязательно делать это вместе за столом. Но, подойдя к нему, я перестала дышать – буквально, без шуток. Я забыла, как это делается. Чашка полетела вниз и разбилась о новую плитку, ошпарив мне ногу кофе. Передо мной стоял он – Андрей. Не тот неуклюжий рабочий, который вогнал меня в краску утром, а мой Андрей. Такой… такой… красивый. Ну почему время его не изуродовало, как некоторых моих знакомых? Даже намёка на лысину нет! Что за несправедливость такая? Лучше бы я потеряла сознание, а, придя в себя, была одна дома. Как избежать этой неловкости?
– Нового кофе не жди. Это был последний стик, – произнесла я, не придумав ничего лучшего.
– Да ничего, я больше предпочитаю чай. Как ты? Как жизнь?
– Не жалуюсь. Мне нужно собираться – важные дела в городе. Не мог бы ты уйти?
– Считай, что уже ушёл, – сказал он и хлопнул дверью. По крайней мере, мне так показалось.
Время остановилось. Мой рот был приоткрыт от удивления, а глаза даже не моргали от шока. Да как такое может происходить в реальной жизни? Зазвонил телефон, и рука сама потянулась в карман. Наташа. Это именно то, что мне сейчас нужно.
– Приедь ко мне как можно скорее! – не сдерживаясь, закричала я в трубку.
– Не могу. И тебе привет! Что случилось?
– Случился Андрей!
– Какой Андрей? Клара, ты опять лунатишь?
– Самый настоящий! – я не сдерживала раздражения. – Привет, мать его, из прошлого! Ната, только что у меня дома был Андрей! А я вышла из ванны голой – не было полотенца. Но я не сразу поняла, что это он. А потом как поняла!.. Ещё и чашку хорошую разбила – теперь нога болит…
– Какая чашка, какая нога? И почему голая? Если ты начала употреблять наркотики, то…
– Да ну какие наркотики? Господи… Вчера я поздно приехала из деревни. Утром отец забрал детей и отвёз в сад, не разбудив меня. Выспавшись, я пошла в душ… Ну, как «выспавшись»? Разбудил идиотский звонок – неважно. Короче, я пошла в душ… – Мысли опережали язык. Как же сложно донести суть! – Выйдя из душа, не нашла полотенце – точно мама постаралась! Я пошла голая – слышишь, абсолютно голая? – а тут он заходит. Похоже, они с отцом знакомы. Не с отчимом, а с моим родным отцом. Андрей привёз какие-то материалы для стройки. Ната, какая же я дура! Столько раз представляла эту встречу, а в самый ответственный момент нахамила ему: попросила уйти и не возвращаться.
– Голая… Ты попросила его уйти, стоя голой? А чашка при чём? Сейчас приеду.
– А как же работа?
– Скажу, что давление поднялось или что вертела я эту работу. Устала! Устрою сегодня выходной. Ты, Клара, не перестаёшь меня удивлять!
Наш разговор прервал другой звонок:
– Милая, сейчас подъедет Андрей. Покажи ему, где вход на крышу. Нельзя откладывать это на потом. Мы же не хотим появления плесени?
– Он уже приезжал, – пробубнила я.
– И? – ждал ответа папа.
– Я не знаю. Спроси его!
– Обычно ты более организована. Что-то случилось? Как себя чувствуешь?
– Нет, всё хорошо. Просто по работе загрузили вопросами. Голова думает о другом.
Во время разговора с отцом я металась, как зверь в клетке – от угла к углу. Стоит ли спросить, откуда они знакомы с Андреем? Ведь папа и бабушка невзлюбили друг друга с первых дней, поэтому он никогда не приезжал в деревню даже на семейные праздники. Нет. Отец может что-то заподозрить. Я не готова к расспросам.
– Папуль, побегу работать. Спасибо за детей! Сможешь их сегодня забрать и оставить у себя? Дорога была тяжёлой. Хочу лечь пораньше.
– Смогу, конечно. Какие проблемы? Наташе привет!
– Но как ты узнал? – удивилась я.
– Я вас знаю не первый день. Целую!
Наташа приехала очень быстро. Лицо, с которым она залетела в комнату, не передать словами: оно было наполнено сочувствием, изумлением, восторгом и многим другим. Мы не один час просидели за оживлённой беседой. Я буквально утонула в воспоминаниях. Хотелось говорить, говорить, говорить… Боль, накопленная за эти годы, никуда не делась. Она наконец нашла выход в слезах. Казалось, я готовилась к этому разговору долгие восемнадцать лет. Но почему Сегодня взрослая женщина, вспоминая прошлое, снова стала семнадцатилетним подростком. Снова полюбила. Полюбила так, как можно любить только раз в жизни: искренне, самозабвенно, чисто и бескорыстно. Не думая о деньгах, ответственности, детях, старости. Буря эмоций подхватила мою душу и закружила её над пропастью, готовясь безжалостно уронить.
Кто я сейчас? Кем я была тогда? Был ли это один человек? Я просто повзрослела или была изменена временем? В сосуде смешивается вся жидкость, которую в него нальют. Так чем же наполнили меня? Я не чистый лист или вода – дама с багажом. Приличным таким багажом опыта, цинизма, обид и побед над ними. Отпив меня, можно только поперхнуться. Моя наивность похоронена в безымянной могиле с надписью «Оставь надежду, всяк сюда входящий» – это слова из «Божественной комедии» великого итальянского поэта Данте Алигьери.
– Я думаю, вам стоит поговорить, – не унималась Наташа.
– А я так не думаю! Он меня предал, пропал без объяснений. Все «после» уже не могли причинить такую боль. А вот он смог! Даже спустя восемнадцать лет что-то внутри надломилось при виде него. Нет, это не судьба – это чья-та очень несмешная шутка.
– Насколько они близки с твоим отцом?
– Не знаю. И знать не хочу! – В моей голове до сих пор не укладывался этот абсурд. Отец не должен ничего узнать. Тем более Андрей – наёмный сотрудник. К чему эта неловкость?
– А он женат? Было кольцо на пальце?
– Издеваешься? Я даже не помню, во что он был одет.
– Ну, а он точно запомнил, – не сдержав улыбки, напомнила Ната.
– И почему я до сих пор тебя люблю? Не знаешь?
– Потому что я офигенная.
И правда. Не любить её было невозможно!
Этот день был утоплен в бокале белого вина. А я утонула в океане своих несбывшихся надежд.
– Спокойной ночи, Клар!
– Спокойной!
4
Его рука медленно и нежно скользнула под одеяло. Грубая, слегка шероховатая, но от этого она была ещё сексуальнее. Оценивая мужчину, я всегда в первую очередь обращаю внимание на руки. Пунктик у меня такой, что поделаешь! Теряю голову от больших, красивых, слегка грубых рук. У Андрея были именно такие. Самое приятное, – со временем они стали только сексуальнее. Плавным движением рука подбиралась всё ближе и ближе к моей спине, затем – к талии. Он начал заново меня изучать, как в первый раз. «Ну, привет, незнакомец!» – мурашками реагировало моё тело на его прикосновения.
Я лежала на боку, повернувшись к Андрею спиной. Глаза закрыты, тело расслаблено, а все грешные места горели от возбуждения и ожидания прикосновений. Но его рука не спустилась по знакомым тропам вниз. Он затягивал, играя со мной, как хищник со своей жертвой. Она направилась к животу – и раз: в одно мгновение его руки резко подвинули меня куда нужно. Ягодицы почувствовали полную боевую готовность человека, находящегося сзади. Но нет, Андрей не спешил. Это идеальное сочетание, когда мужчина не спешит, а проводит женщину по всем вершинам экстаза до конца.
Рука направилась всё выше… выше… выше… и наконец остановилась где нужно. Бухта под названием «грудь» покорилась кораблю под названием «Андрей». Нежный поцелуй в шею со стороны затылка был как выстрел. Шах и мат! Дрожь пошла по телу, и я не хотела больше ждать. Не могла. Резким движением моё тело оказалось сверху. Его глаза, такие родные, – напротив моих. Они полны желание и восторга. Как прежде! Губы сплелись в страстном поцелуе, спина прогнулась в изящном изгибе, голова перестала думать, а тело только желало.
Его рука спустилась на ягодицу, и сил ждать больше не было. Я была на пике чувств, восторга и желаний.
– Кларочка, родная, ты жива?
– Что?
– Клара, я говорю: сколько тебя можно будить? Вставай скорей, я не могу найти ключи от машины!
Из-за возбуждения, которое пошло по всему телу, я не могла встать. Ноги буквально приковало друг к другу, а я оцепенела. Разве такое бывает? Похоже, я, как переволновавшийся подросток, пришла к «финишу» раньше времени. Какой позор! О таком даже лучшей подруге не следует знать. Срочно в душ!
Смыв последние улики и поняв, что нужно развеяться, я направилась в парк. Природа – это то, что нужно. С ней можно помечтать, погрустить, порадоваться, подумать и даже поплакать. Было одно место, которое не привлекало толпы гуляющих людей, и это страшно меня радовало. Парк рядом с домом был небольшим и не центральным. Сюда приходили только старики за родниковой водой или кадеты из соседнего училища, чтобы покурить за ёлками между занятиями. Войдя в парк, старики поворачивали налево, а меня манила другая сторона. За камышами, с правой стороны, таился мой маленький оазис покоя. Когда-то красивый ухоженный прудик сегодня превратился в маленькое болотце – зелёное и дурно пахнущее. Но мне этот запах казался родным, а лавочка под могучей ивой – идеальным местом, чтобы укрыться от любых проблем. Даже имея аналитический склад ума, лучше всего я умела бежать от проблем, а не решать их. Собственно, а что решать? Проблема лишь в моей голове! Он не перезвонил, не захотел поговорить, не вернулся с извинениями. Не исключено, что вчера, хвастаясь друзьям, рассказывал, как встретил одну дурочку из прошлой жизни, которая всего-навсего подарила ему своё сердце, тело и душу. Но это была не я – это была глупая семнадцатилетняя девчонка. Пора вспомнить, что в отражении зеркала на меня смотрит взрослая, прагматичная, местами циничная сука. Ой, извините, опечатка: женщина. Та, о которую сломаются зубы. А вы видели цены на стоматологию? Почку продать будет мало!
Это место навевало разные воспоминания как хорошие, так и плохие. Но почему-то сейчас мне вспомнилось тринадцатое марта. Утро, я студентка, собирающаяся на пары. Настроение сонное, но приподнятое. У меня никогда не было привычки собирать вещи с вечера, поэтому одевалась я по принципу «что первое упадёт на тебя из шкафа». Чёрные штаны и чёрные гольфы. Одевшись, я посмотрела в зеркало. В голове промелькнула мысль: «Вся в чёрном! Оделась, как на похороны». Горячей воды, как всегда, не было, поэтому грязные волосы были собраны в хвостик. Идеальное решение для длинных волос! Хорошо, что не хватило ума постричь чёлку или сделать каре. Надев кожаную куртку, я направилась к выходу. Занятия в институте прошли как обычно, ничего интересного. Ничем не запоминающийся день. Ничем, кроме вечернего звонка.
– Привет, милая! Как дела? – спросила мама. Её голос мне сразу не понравился.
– Привет! Нормально. Уже отдыхаю, – ответила я.
– Собираешься сегодня на работу?
– Нет. Буду писать конспект.
– Милая, только не расстраивайся сильно, хорошо? Просто пришло время. Бабушка умерла…
Тишина. Ровное состояние. Как будто мама сказала, что собралась делать ремонт или что к нам на праздники приедет её дядя.
– Я поняла. Уеду утренним рейсом. Уже поздно – не успею доехать до автовокзала и добраться на последний автобус.
– Хорошо. Ты как? – спросила она, понимая, как сильно мы были близки.
– Нормально. А ты?
– Не знаю. Сегодня придут соседки – помогать готовить. Звони, если захочешь поговорить! Всё равно спать не буду.
– Хорошо, мам. Люблю тебя!
– И я тебя. Пока.
– Пока… – ответила я, но после того, как положила трубку.
Сегодня я была одна. Девочки по комнате в общежитии разъехались по домам раньше времени. Тяжёлая тишина повисла надо мной. Слёз не было. Почему? Я не понимала, что происходит. Как будто это неправда и весь разговор мне причудился. Я взяла телефон, открыла входящие. Контакт «Мамочка» звонил пятнадцать минут назад, разговор длился три минуты двадцать семь секунд. В этот момент безумное отчаяние напало на меня настолько сильно, что не было сил встать с кровати. Попытка, ещё попытка – и вот я уже стою напротив зеркала. Вся в чёрном. И правда: одета, как на похороны. Что это было? Интуиция или совпадение? Ноги подкосились, и я присела на пол: «Почему ковёр такой грязный? – Идиотские мысли ошеломили меня . – Когда я последний раз его подметала? Какие-то соринки, опилки. Откуда могли взяться опилки? Странно…» Рука потянулась за бумагой и карандашом. Боль не могла выйти в виде слёз, но вышла словами на потрёпанном листе бумаги:
Зачем ушла из жизни ты так рано,
Ведь было же ещё всё впереди?
И хоть беда подталкивала к краю,
Я верила, что сможем мы пройти.
И не увидела моих красивых деток,
Не познакомилась ты с мальчиком моим,
Когда в фате я белоснежно-белой,
С слезами не сказала мне: «Беги».
Я не забуду наших всех моментов,
Я не забуду игры за двором,
Когда с улыбкою несмелой
Следила из окошка за углом.
Спасибо за кусочек моей жизни,
Где под присмотром бегала я у тебя!
Спасибо, говорю я очень искренне,
Хоть и на бумаге этого листа.
Навек останешься со мной в моей ты памяти,
Навек запомню ясно образ твой.
Прости, что я была с тобой не в горести, а в радости.
Прости… Покойся с миром, ангел мой!
13 марта 2013 года
Как только я дописала последние слова, слёзы посыпались градом. Пришло осознание, что я больше не услышу её голоса, не спрошу совета. В тот вечер уснула одетая и в слезах. Сил хватило только на то, чтобы завести будильник. Утром была пасмурная погода, моросил мелкий дождь – полное отражение внутреннего состояния моей души.
Домой я добралась ближе к 11:00. Ворота и калитка, которые вели в дом бабушки, были открыты. Как и калитка соседнего дома с правой стороны. Это означало только то, что готовка еды происходила в доме тёти Светы. Туда я и направилась – не решилась пойти в бабушкин дом. Как пчёлки, во дворе и доме крутились женщины. Дальние родственницы тучного телосложения, обмотанные чёрными гипюровыми платками, в тёмных юбках, чёрных коротких сапожках и с испариной на лбу, встретили меня объятиями – я слабо представляла себе степень нашего родства. Все бегали и суетились, при этом не сталкиваясь друг с другом.
– Галя, ты упаковала котлеты на кладбище? – кричала одна из них.
– Да. Валь, подрежь ещё колбасы и сырка. Маловато! На закуску всё уйдёт.
– Ой, Кларочка, привет! Смотри, как выросла. Прям невеста уже! Я твоя тётя Валя. Помнишь меня? Племянница твоей бабушки по папиной линии, – обратилась одна из них, заметив меня.
– Здравствуйте! Конечно, помню, – ответила я, хотя даже не успела прикинуть степень нашего родства. – А где мама?
– В доме твоей бабушки – ругается с оркестром по телефону: они опаздывают. Кто-то из них напился вчера, а сегодня не могут найти этого алкаша.
– Понятно. Я могу чем-то помочь?
– Нет, можешь пойти проститься с бабушкой.
Я вышла и направилась в соседний двор. Его уже снабдили лавочками с обеих сторон. На них сидели мужчины разных возрастов и курили. Я поздоровалась и пошла в дом, где все разговаривали шёпотом. Зеркало в коридоре завесили простыней, как и все остальные. В главной комнате под названием «зал», которую обычно украшал телевизор, диван и два кресла, сегодня стоял гроб на двух табуретках и пара стульев вдоль стены – для тех, кто приехал проститься с бабушкой, будучи в преклонном возрасте. И мама, глаза которой были красными, но слёз в них не осталось. Она погрузилась в свои мысли и не замечала никого вокруг. Я не стала её беспокоить, подошла к гробу, поцеловала бабушку в ледяной лоб и выбежала из комнаты. Видимо, какое-то количество слёз всё-таки притаилось и вырвалось наружу.
Приехал оркестр, и все зашевелились. Мужчины вынесли бабушку и загрузили в ЗИЛ. Там же сидел парень и кидал еловые веточки на дорогу, пока машина медленно ехала в сторону кладбища. Я растерянно стояла в стороне и не понимала, что нужно делать. Позже молча прибилась к маме и медленно шла за машиной. Похоронный оркестр громко играл траурный марш, и мне ещё никогда не было так жутко. Хотелось сбежать, закрыть уши, но только не слышать это. Когда похоронный марш раздавался эхом в каждом уголке улицы, душа уходила в пятки, и ноги становились ватными. Не передать словами весь ужас, который был написан у меня на лице.
– Всё хорошо, Кларочка. Так должно быть, – сказала мама, поглаживая меня по плечу.
Я шла и старалась не наступать на еловые ветки – вдруг на этот счёт есть какая-нибудь безумная примета? Вот, к примеру, суеверные люди боятся переходить дорогу перед покойником – это я и наблюдала. Они смиренно ждали, пока проедет машина и пройдёт огромная толпа из родственников и соседей со всех прилегающих улиц. Для пожилых вызвали автобус, боковые зеркала которого тоже были замотаны, но уже носовыми платками.
Хочется стереть из памяти забивание гвоздей в гроб и эхо, разносившееся на всё кладбище, опускание бабушки в могилу, отпевание и то, как я в последний раз кинула горсть земли на крышку гроба. Покойся с миром, родная!
Вернувшись домой, все принялись расставлять столы в главной комнате, к ним придвигать самодельные лавочки, два табурета, а на них – доски, которые сверху застелили покрывалами, уберегая гостей от заноз. В первую очередь подали борщ. К тарелкам клали только ложки, никаких вилок – очередная примета, смысл которой я тоже не понимаю. Все сидели, пили, вспоминали. Шум стоял неимоверный. Я вышла на улицу, чтобы передохнуть в тишине. Через некоторое время ко мне начали выходить мужчины на перекур. Это означало, что борщ съеден и нужно идти мыть посуду. Один тазик с мыльной водой, второй – с чистой, а третий – с суперчистой. Следом стоял человек, который вытирал посуду насухо, а другой уносил её и ставил обратно на стол. Вот такое было время.
Погрузившись в свои мысли, я совсем забыла о работе. Пришло сообщение от начальника, в котором говорилось о месячном отчёте. Хватит заниматься ерундой! Пора возвращаться в реальность.
Остатки дня я провела за работой, готовкой и уборкой. Вечером отец привёз моих мышат, и мы играли до глубокой ночи.
5
В жутком темпе пронёсся не один месяц: работа, дом, готовка, дети, мысли о петле – и всё по замкнутому кругу. Реклама пестрила предложениями о поездке на Мальдивы, а скромный счёт в банке намекал на губозакаточную машинку. И где тут золотая середина? Мне бы камин, шкуру медведя и замечательную книгу – да так, чтобы полностью погрузиться в другой мир. Но когда из соседней комнаты кричат «Мам, я покакал!», приземляешься очень быстро. Прямо-таки мгновенно. Ну и пусть! Ни капельки не жалею! Арсений и Мелания – это лучшее, что я могла сотворить. Рекламные слоганы, пронзительные речи для сотрудников и многое другое меркнет на фоне моих ангелочков. Ей шесть, ему три. Она взбалмошная, он спокойный. Ум и хитрость против мужской силы пофигизма. Согласна наблюдать за этим противостоянием всю жизнь до глубокой старости!
За хорошие показатели компания наградила меня поездкой на Кавказ. Очень не люблю расставаться с детьми надолго… Но кому я вру? Мамой-наседкой я никогда не была, и в мои планы не входит. Держите меня семеро! Время приключений!
Наличие машины позволяет не привязываться к автобусу или поезду. Я люблю выезжать рано утром, пока город спит. Желательно – в четыре утра. Слушая подборку любимой музыки, лекции или просто наслаждаясь тишиной.
Дорога заняла несколько дней, но это того стоило. Пятигорск встретил меня шикарной погодой: солнце, не изнурительная жара и чистейший воздух. Это второй город, в котором мне хотелось остаться. Не на пару часов, а на несколько месяцев. Он чем-то меня покорил. Хотя местные, с которыми довелось пообщаться, в личной беседе выражали противоположные чувства к этому городу. Интересно, разберёмся в этом позже!
Позавтракав, я поехала на встречу с гидом. Нас собралась целая компания, очень весёлая и энергичная. Не обошлось и без приятных сюрпризов: в толпе я встретила свою коллегу Верочку. Замечательная и безумно добрая девочка! Мне будет интересно узнать её поближе. Верочка невысокого роста и тучного телосложения с шикарной длинной косой и славянскими чертами лица.
– Вера, какой приятный сюрприз! Привет! – кричала я, приближаясь к ней.
Она встретила меня приятной улыбкой:
– Привет! Иди и скорей заполняй опросник. Отдадим их вместе, чтобы нас посадили в одну машину.
Нас ожидали три машины Land cruiser и местные гиды. Хотелось выбрать самого интересного. Первый был высокого роста, статный, черноволосый, но молчаливый. Стоял в стороне и пристально наблюдал за всеми, как пастух за стадом. Второй – небольшого роста, тоже чернявый, но очень юркий и шустрый. Всё время говорил, рассказывал какие-то анекдоты, знакомился со всеми. И я поняла: нужно брать.