Все плохое уже позади

Мэтт еле сдержал улыбку и так, чтобы не видели дети, шутливо погрозил Наташе пальцем.

–Папочка, извини, я больше не буду, это был эксперимент, – поддержала Наташу Лиза, затем они обе выразительно уставились на Майки.

Майки глубоко вздохнул и выдавил, – я обещаю, что больше не буду кричать и плохо себя вести, извините меня, пожалуйста.

– Принимается, – Мэтт кивнул и посмотрел на Майки в зеркало заднего вида, – молодой человек, ты дал слово. Уясни для себя, настоящие мужчины никогда не нарушают свои обещания, запомнишь?

– Угу, запомню, – буркнул Майки, глядя на затылок отца, потом он перевел взгляд на Наташу, – расскажи еще про собак, – и добавил, – пожалуйста.

К концу пути обсудили пуделей, спаниелей, сенбернаров и многие другие породы. Наташа старательно рисовала в альбоме всех упоминаемых собак. Время в дороге пролетело незаметно.

– Ну, вот и приехали, – сказал Мэтт и свернул на автомобильную стоянку у начала Green Street. Рядом припарковался лимузин Пола.

– Майки, помни про обещание, – погладил Мэтт сына по голове.

Майки кивнул и направился к Полу и Тефочке, которые уже внимательно слушали загибавшую пальцы Лизу.

Мэтт открыл дверцу Наташе и подал ей руку. Та изящно вложила в нее свою.

– Ты волшебница, – кивнул Мэтт в сторону спокойно стоявшего Майки.

– Нас ждут, пойдем, – тихо сказала она.

Мэтт пристально посмотрел Наташе прямо в глаза, – да, пойдем, – прошептал он внезапно охрипшим голосом.

Пол с Тефочкой, держа за руки детей, уже шли по знаменитой улице.

– Мы с Наташей идем к Энцо, – Тефочка взяла инициативу в свои руки, – вы можете походить по другим магазинам или подождать нас в ресторане.

– Нет, не будем разделяться, все вместе идем выбирать платье, тем более, что я уже сказал Эдварду, где нас искать, – возразил Пол.

При упоминании об Эдварде Наташа внутренне поморщилась, тот категорически ей не нравился. Похожие как две капли воды братья были полной противоположностью друг друга. «Мэтт – аккуратный, благородный, возвышенный, высоконравственный, деликатный, мудрый, надежный, очаровательный, позитивный, притягательный, спокойный», – Наташа задумалась, – «какие определения на «р» можно ему придумать», – но в голову лезло слово «распущенный», это больше подходило Эду, – «а еще самоуверенный, наглый и циничный», – подумала Наташа о брате Мэтта и снова поморщилась, – «гаденыш».

США, Нью-Йорк, салон модной одежды, суббота 18 июля 1987 года

– О, Дженни, дорогая, Пол, Мэтт, как давно вы не заходили, – из глубины модного салона, широко раскинув руки, к ним навстречу странной виляющей походкой приближался худенький подросток.

– Энцо, дорогой, – Тефочка пошла ему навстречу.

– Чмоки-чмоки, – манерно расцеловались они, не прикасаясь к щекам друг друга.

– Энцо – итальянец. Он болтун, сплетник, к тому же еще и гомик, но модельер от бога, – прошептал на ухо Наташе стоящий рядом Мэтт.

Она с интересом рассматривала Энцо. Тощий, подвижный, ростом чуть повыше Тефочки, одетый в черный ушитый по фигуре пиджачок, ярко-желтые узенькие брючки, с кокетливо повязанным на шее пестрым шарфиком, Энцо умудрялся общаться одновременно со всеми.

Продолжая рассказывать Тефочке про последние коллекции, фасоны и ткани, он пожал руку Полу, смешно протянув для этого тощенькую лапку с наманикюренными пальчиками, тут же одобрительно причмокнул, погладив трикотажный джемпер, ревниво поинтересовался у Мэтта какой фирмы рубашка, а услышав ответ, обиженно поджал губки. Энцо ласково взъерошил волосы Майки, затем наклонился к Лизе, – бамбина, у тебя очаровательное платье, а ты – самая красивая девочка.

– Спасибо, – Лиза довольно заулыбалась.

Затем Энцо распрямился и устремил взгляд на Наташу. Она с удивлением увидела, что он далеко не подросток и совсем не молодой человек, ему было лет за сорок. Молодым его делала одежда, модная стрижка с выкрашенной ассиметрично подстриженной челкой, закрывающей пол-лица, и, конечно же, поведение. Но лицо, хоть и ухоженное, было в морщинках, возраст также выдавали проницательные глаза.

– Энцо, познакомься, – Тефочка приобняла Наташу, – это наша Нати, друг нашей семьи.

– Знаю, я слышал историю про отважную малышку не только от тебя, причем с каждым рассказом история обрастает новыми подробностями, – Энцо протянул лапку Наташе, она пожала ее и улыбнулась, – добрый день.

Энцо обошел Наташу со всех сторон, внимательно оглядывая ее с головы до ног, – какая ты красавица, все при тебе: рост, фигура, грудь, – восхищенно причмокивал он. – Ты работаешь в модельном бизнесе? Нет? Тогда я приглашаю тебя работать у меня.

Наташа немного смутилась, но кивнула, – спасибо, я обязательно подумаю над вашим предложением.

– Ну, не стойте, не стойте, проходите, присаживайтесь, располагайтесь удобнее. Чай, кофе, коньяк, виски… Посмотрите новые коллекции одежды, кстати, там есть очень красивые мужские рубашки, – Энцо кинул в сторону Мэтта выразительный взгляд.

– Энцо, мы знаем, что у тебя самые лучшие вещи, мы обязательно все посмотрим, – Тефочка крепко ухватила его под руку и повела вглубь салона, – мне очень нужна твоя помощь, пойдем, пошепчемся.

Тот понимающе кивнул и снова что-то затараторил про коллекции.

– Ну, а мы вас подождем здесь, – пробормотал Пол, усаживаясь в глубокое кожаное кресло. – Ты как? – спросил он Мэтта, кивнув на бутылку виски.

Мэтт отрицательно покачал головой и направился к Наташе, которая разглядывала женскую одежду на манекенах.

– Нравится?

– Нет слов, – прошептала она, – какая ткань, какой простой, но изысканный фасон, ничего лишнего, – она кивнула в сторону брючного костюма оливкового цвета.

Мэтт утвердительно кивнул.

В это время Тефочка быстро говорила нежно державшему ее под локоток Энцо, – нам нужно не только праздничное платье, нам нужен для девочки целый гардероб нарядной одежды, именно нарядной: платья, юбки, брюки, костюмы, шляпы, туфли, аксессуары и все-все остальное. Но она стесняется, она не хочет принимать от нас подарки. Она не будет ничего мерять, если поймет, что мы собираемся это купить. Пожалуйста, сделай так, чтобы в поисках подходящего платья она примерила несколько вещей, а остальное мы подберем на глаз.

– О, не волнуйся, дорогая, я одену вашу малышку как настоящую принцессу. О деньгах не думай, я все сделаю, как надо. Ты знаешь мое особое отношение к вашей семье. А цены будут не просто смешными. У меня есть много вещей, которые я просто подарю этой девочке. Она достойна того, чтобы их носить.

В это время Наташа подошла к ним и взяла Тефочку за руку, – Дженнифер, мы не будем здесь ничего покупать, мне ничего не нравится.

Энцо театрально вскинул руки, выражая возмущение, и цокнул языком, – белиссима, да ты еще не видела мои коллекции.

Наташа виновато улыбнулась Энцо и, повернувшись к Тефочке, взмолилась, – ты обещала, что одежда будет недорогая, но я вижу, что это очень дорогой салон, мне неудобно принимать такие подарки.

– Где ты видела цены? – напрягшийся поначалу Энцо заметно оживился.

– Там, на золотых табличках около манекенов, – Наташа кивнула в сторону роскошно оформленной витрины.

– Детка, – Энцо снисходительно улыбнулся, – я не только известный модельер, я еще и хороший коммерсант. Богатые люди не покупают дешевые вещи. Люди хвастаются своими яхтами, домами, автомобилями, то же самое относится к одежде. Я просто даю людям возможность лишний раз продемонстрировать свое благополучие. Они гордо говорят знакомым, что купили вещь у Энцо Паоли за тысячи долларов, и те жалеют, что не успели сделать это сами, ведь я выпускаю одежду в одном – двух экземплярах, – Энцо гордо вскинул голову и многозначительно поднял вверх указательный палец.

Наташа подозрительно на него косилась, но слушала.

– На самом деле ни одна шмотка в мире не стоит больших денег, дорого стоит имя модельера, а своим именем я обязан этой семье и особенно Дженни, которая в трудную минуту очень меня поддержала, – он нежно посмотрел на Тефочку, та улыбнулась в ответ.

– Пойдем в примерочную комнату, cara mia, ты увидишь мое настоящее искусство, а не то, что выставлено на продажу, и поверь, для тебя оно будет стоить в десятки раз дешевле.

Наташа недоверчиво посмотрела на Тефочку, потом на Энцо, – это правда?

– Конечно, правда, – он вцепился в Наташу и потянул ее в сторону массивной деревянной двери.

Тефочка облегченно вздохнула и направилась к своим. Семья уже расположилась на мягких диванах напротив небольшого подиума. Два услужливых помощника расставляли на низком столике напитки и фрукты для детей. Пол рассматривал этикетку на бутылке виски, Мэтт с интересом наблюдал, как Майки и Лиза старательно копируют нарисованных Наташей собак.

– Ну как? – Пол поднял глаза на Тефочку.

– Все в порядке, Энцо принял удар на себя, – она села на диван и кивнула в сторону детей, – чем это они заняты?

Мэтт вкратце рассказал историю в машине.

– Какая молодец, – искренне высказался Пол в адрес Наташи, глаза Тефочки увлажнились, она вздохнула.

– Какая она умница. Никогда еще в нашей семье не было столько любви и гармонии, господи, я благодарю тебя, – Дженнифер перекрестилась.

– Да, красавица, умница, хорошо воспитана, не алчная, такие женщины редко встречаются в наше время, – поддакнул Пол, – еще и к детям хорошо относится, а они в ней вообще души не чают, – как бы невзначай добавил он, продолжая рассматривать этикетку на бутылке.

В это время в примерочной разыгрывалось целое представление. Энцо полностью перешел на итальянский язык и отдавал многочисленные приказания помощникам и помощницам, снующим вокруг.

Сидящая посреди этого действа Наташа улавливала отдельные слова «прическа… макияж… туфли…». Два помощника прикатили напольные вешалки с платьями в прозрачных чехлах, еще один вкатил тележку, на которой громоздилось множество обувных коробок. Молоденькая изящная девушка выкладывала на длинном столе коробки с украшениями, вторая что-то доставала из шуршащих пакетов.

Энцо подошел к Наташе, держа в руке сантиметр, – встань, bella mia, и подними, пожалуйста, руки.

Она послушно поднялась с пуфа и грациозно вскинула руки за голову. Энцо быстро сделал все обмеры, при этом Наташа ни разу не почувствовала прикосновения его рук к своему телу.

– Не типичная модель, но пропорции хорошие. Высокая, стройная, тонкая талия, длинные ноги, высокая грудь, круглая попка, – бормотал Энцо, когда ассистентка записывала данные в блокнот, – раздевайся, бюстгальтер тоже снимай, – велел он и кивнул на стоящую чуть поодаль ширму.

– Сначала я выберу платье, – запротестовала Наташа.

– Нет, cara mia, сначала ты снимешь всю одежду, можешь накинуть вот это, – Энцо передал ей маленький кусочек ткани, – потом тебе сделают прическу и соответствующий макияж, а уж платья я тебе обеспечу. Да не стесняйся ты, – досадливо поморщился он, – из мужчин в примерочной остались мы с Альберто, но нас женщины не интересуют давным-давно, поэтому можешь не стесняться.

Наташа оглянулась, мужчины действительно испарились. Альберто, красивый мужчина лет сорока, с огромными черными глазами, короткой стрижкой, испанскими усиками и аккуратной бородкой, молча стоял около стола с разложенной косметикой, девушки ассистентки застыли рядом с вешалками.

– За ширму, – скомандовал Энцо, Наташа повиновалась. Из-за ширмы она вышла в крохотном халатике, который слегка прикрывал ее кружевные трусики.

Энцо внимательно оглядел ее, – пройдись, – он подал ей руку, – голову вверх, грудь вперед, живот втянуть, попой не вилять, плавно двигать бедрами. – С этими словами он повел ее по примерочной.

– И походка то, что надо, – подытожил он, – ты точно не хочешь стать моделью? Жаль, сделала бы неплохую карьеру. Плечи красивые, загар ровный, платье нужно открытое без бретелей, с чего начнем? – вопросительно посмотрел он.

Она нерешительно смотрела на десятки висящих перед ней платьев.

Энцо что-то сказал по-итальянски и ткнул пальцем в середину одной из вешалок. Мгновенно помощница извлекла на свет элегантное корсетное платье из ярко-голубого шифона с пышной, словно взбитой в пену, юбкой.

– Прикинь, – распорядился Энцо.

Помощница ловко расстегнула корсет платья, и приложила его к Наташиной груди.

– Угу, подойдет, – уверенно изрек Энцо, – Аль, нужно открыть шею и распахнуть глаза, подними волосы в высокую прическу и сделай легкий макияж, туши для глаз и нежного блеска для губ будет достаточно, приступай.

Альберто кивнул и почтительно указал Наташе на кресло у туалетного столика.

Пока он колдовал над прической, Энцо бегал вокруг и громко кудахтал по-итальянски, размахивая руками над головой Наташи, видимо объясняя, что именно надо сотворить. Альберто раздраженно огрызался и отмахивался, когда руки Энцо слишком близко пролетали рядом с его носом, но при этом он ни разу не дернул Наташу за волосы и не задел ее.

Та завороженно следила за работой мастера, который по очереди отделял пряди ее волос, и слегка скручивая их в небрежные локоны, закреплял тонкими невидимыми шпильками. Прическа получилась очень простая и элегантная.

– Теперь закрой свои прекрасные глазки, малышка, – бархатным голосом произнес Альберто.

Наташа почувствовала легкое прикосновение к лицу чего-то пушистого и мягкого, наверное, кисти или пуховки.

– А теперь открой, посмотри вверх, замри так, хорошо, а теперь опусти глаза, теперь посмотри влево, теперь вправо, снова закрой, – орудуя макияжными кисточками, обволакивал Альберто своим голосом, и его хотелось слушаться.

«Хорошо, что дед меня сейчас не видит. Почти голая, в обществе двух итальянцев гомосексуалистов, собираюсь принять дорогие подарки от американцев», – Наташа растянула губы в улыбке.

– Да, cara mia, ты очень хороша, есть повод для радости, еще немного перламутрового блеска, все, готово, открывай глаза.

Наташа открыла глаза, Альберто оценивающе смотрел на нее, а Энцо уже отдавал указания помощницам. Наташа прошла к дивану, на котором было разложено платье. Одна из девушек помогла надеть ей тонкие чулки.

Вторая уже держала наготове расстегнутое платье.

– Снимай халат… шагай в юбку… руки вверх… надевай… приподними грудь… – командовал Энцо и поморщился, когда Наташа стыдливо пыталась прикрыться.

Потом снова перешел на итальянский, – Тереза, крючки, застежка, туфли, Моник, украшения…

Платье село идеально. Наташа сунула ножки в поданные голубые туфельки на шпильках. Шею украсило колье из светло-желтого металла с голубыми камнями, запястье и уши – такие же браслет и серьги.

– Смотрись, – Энцо развернул ее к огромному зеркалу.

– Секси, – кратко изрек Альберто, девушки, которых по всей вероятности звали Тереза и Моник, улыбались.

– Пора показаться, прошу на подиум, – Энцо подал Наташе руку.

– Может, я просто выйду через дверь, – робко предложила она.

– Слушай меня внимательно, – начал поучительно Энцо, – во-первых, не обижай меня, потому что я известный модельер и не привык, чтобы мои наряды демонстрировали, робко выходя через боковую дверь. Во-вторых, не обижай людей, что привели тебя сюда, доставь им удовольствие, покажи им как ты рада и благодарна. В-третьих, насладись своей красотой, пока молодая, пройдись по подиуму, покажи себя во всей красе, – улыбнулся он.

Наташа кивнула и смело шагнула вверх по ступенькам. Музыка заиграла громче.

В салоне сразу же появился ассистент с фотокамерой и встал сбоку от подиума.

Тефочка, которая разглядывала кожаные перчатки, выложенные в витрине, оживилась и подошла к дивану.

Дети продолжали рисовать, мужчины обсуждали какую-то сделку и увлеченно чертили на вырванных из альбома листках схемы.

– Внимание, – предупредила Тефочка, Пол буркнул, – угу, – и протянул стакан Мэтту, – плесни.

Мэтт взял бутылку виски и уже наклонил ее над стаканом Пола, как вдруг услышал возглас Майки, – вот это да!

Проследив за взглядом сына, Мэтт замер. По белому, ярко освещенному со всех сторон подиуму в голубом облаке шифона плыла улыбающаяся Наташа.

Ассистент защелкал фотоаппаратом.

Энцо подошел к сидящим, – по-моему, очень даже неплохо, а вам как? – произнес он и незаметно вынул бутылку из рук Мэтта, виски уже переливалось через край стакана.

Тефочка открыла было рот, но ничего не сказав и не закрыв его, просто молча кивнула. Пол крякнул и, схватив стакан, расплескал напиток по столу.

Первыми после продолжительной паузы очнулись Майки и Лиза. Они вскочили и бросились к Наташе.

– Ты как принцесса из сказки, – сделал ей комплимент Майки, Лиза согласно кивнула и тут же потребовала, – я тоже хочу такое платье.

Все оживились. Тефочка и Энцо подошли к подиуму и попросили Наташу пройтись еще раз. Майки и Лиза, ухватив ее с обеих сторон за руки, зашагали рядом.

Ассистент фотографировал, не переставая, Пол вытирал залитые виски руки, помощница собирала со стола промокшую бумагу.

Один Мэтт продолжал сидеть, как каменный, и, не отрываясь, смотрел на Наташу. Та с детьми, пройдясь еще несколько раз и покружившись, наконец, остановилась.

– Ну как? – обратился Энцо к окружающим. Теперь все наперебой стали говорить, какое бесподобное платье и как оно ей идет.

– Спасибо, спасибо вам, дорогие мои, я польщен вашей оценкой, но думаю, что надо примерить еще несколько нарядов для полноты картины. Пойдем, cara mia, – Энцо взял девушку под руку.

Когда они вернулись в примерочную, ассистенты встретили их громом аплодисментов.

– Девочка, это твой триумф! – Энцо похлопал ее по руке, – ты точно не хочешь стать моделью? Эх, жалко. Ладно, к делу, нас ждет новый наряд.

– Энцо, не надо больше показов, я уже знаю, что хочу, – Наташа уверенно подошла к вешалке, – вот, смотри, – она показала на атласное платье цвета чайной розы с легким золотистым отливом, – я его примерю, только не буду показывать всем, пусть будет сюрприз. Скажи, пожалуйста, сколько оно стоит?

Энцо посмотрел на нее, – да, платье должно подойти тебе идеально и по фасону, и по цвету. Когда ты успела его разглядеть?

Она пожала плечами.

– Давай, поступим так, сейчас ты примеришь еще несколько нарядов, а золотое я тебе просто подарю. Договорились?

Увидев, как испуганно округлились ее глаза, он добавил.

– Слушай, что я тебе скажу. Сейчас я увидел множество восторженных глаз и услышал овации, причем все это предназначалось тебе. А мои помощники и помощницы перевидали в этом салоне много красивых женщин, уж поверь мне. Да и Дженнифер, светская стерва, никогда не выразит своих эмоций, если не захочет, но сейчас она была искренна. Я уж не говорю про троих мужчин, которые пожирали тебя влюбленными глазами.

– Троих? – удивленно переспросила она.

– Сara mia, поверь, настоящий мужчина является настоящим мужчиной и в пять, и в семьдесят пять, не сбрасывай со счетов ни Пола, ни Майки, оба по-хорошему влюблены в тебя, я уж не говорю про Мэтта, который превратился в соляной столп. Но я не об этом. В чем они видели тебя до сегодняшнего дня? В джинсах, в шортах и в футболках… А ты покажи им настоящую женщину! Давай устроим шоу!

– Давай, – зараженная идеей она с готовностью кивнула.

Приговаривая, Энцо кружил вокруг нее и ловко расстегивал платье. Тереза и Моник уже держали новое.

– Моник… обувь… – Энцо снова перешел на итальянский, но Наташа по его жестам догадалась, что нужно, и по очереди приподняла ножки, когда Моник нагнулась, чтобы снять с нее туфли.

– Тереза, снимай украшения, сara mia вышагивай из платья, Аль, сделай макияж чуть выразительнее, губы накрась ярче, – командовал Энцо.

Альберто прибавил Наташе немного серебристого перламутра на веки и подкрасил губы помадой цвета фуксии. Несколько взмахов его волшебных рук изменили и прическу, сделав ее агрессивнее.

Ей подали новое платье, Энцо засуетился, – сara mia, подними руки, Моник, платье… Тереза, застежка, грудь, туфли, проверить чулки…

Длинное, облегающее фигуру платье из белого атласа открывало плечи, а корсет подчеркивал и без того восхитительную грудь. По белой ткани были часто разбросаны черные цветы из пан-бархата с блестящим переливом. Наташе подали черные лакированные туфли на высокой шпильке. Довершением ансамбля стали тонкие эластичные перчатки из черного бархата выше локтя, а также колье из крупных черных камней в белом металле и такие же серьги.

– Вellezza, – выдохнул Ал.

– На выход, детка, – пропел Энцо, и снова она поднялась на подиум.

На этот раз ее уже все ждали. И снова был фурор. Тефочка и Энцо бурно обсуждали фасон и расцветку, Наташа прохаживалась туда-сюда, крутилась, поворачивалась, позировала с детьми фотографу. Фотовспышка мелькала, не переставая.

Мэтт, засунув руки в карманы брюк, стоял чуть поодаль и молча следил за происходящим. Рядом с ним в знак солидарности стоял Пол, изо всех сил подавляя желание присоединиться к всеобщему веселью.

– Новое, новое платье, мы идем мерять новое платье, – провозгласил Энцо, уводя Наташу.

– Теперь что-нибудь очень яркое, – войдя в примерочную, скомандовал он помощницам.

***

В это время в салон стремительной походкой вошел Эдвард, поцеловал в щеку Дженнифер, чмокнул в макушку Лизу, «дал пять» Майки и направился к мужчинам.

– Только что звонил Рони, – быстро проговорил он, пожимая руки отцу и брату, – прогнозы насчет нового карьера подтвердились…

Заиграла музыка, Эдвард продолжал говорить о шахте.

– Подожди, – остановил его Пол, – мы выбираем платье для Наташи.

Эдвард замолчал и со скукой посмотрел в сторону подиума.

Очень симпатичная девушка-модель, высокая, длинноногая, загорелая, положив руки на тонкую талию и плавно покачивая бедрами, грациозно вышагивала навстречу. На ней было пышное платье из тафты алого цвета, чуть ниже колена спереди и переходящее в шлейф сзади, задрапированный складками корсет облегал высокую грудь.

Все было идеально: и туфли в тон платью, и массивные украшения из желтого металла, и прическа с небрежно выбивавшимися локонами. Но лучше всего была сама девушка: с прямой спиной, гордо поднятым подбородком, огромными карими глазами и чувственным алым ртом.

– Вот это красотка, – сразу забыв про шахту, присвистнул Эдвард, оглядел замолчавшую разом родню и направился к подиуму.

– Вы знаете, что вы очень красивы, как вас зовут? – спросил он, глядя на девушку снизу вверх, она с удивлением уставилась на него.

– О, прошу прощения, я не представился сам. Меня зовут Эдвард, для друзей просто Эд, а вы… разрешите, я угадаю… вас, наверное, зовут Медуза, потому что при взгляде на вас вся моя семья превратилась в камни, – пошутил Эдвард, затем взял руку девушки и поднес к губам, – вы красавица, – прошептал он. – Почему вы молчите? А, понимаю, вы на работе. Во сколько заканчивается ваш рабочий день? Мы могли бы встретиться вечером и провести время в более уютном месте. Что скажете?

При этих словах красавица еще больше распахнула глаза, ее взгляд выражал полное недоумение.

– А, ну да, платье для Наташши… – пробурчал Эдвард. – Эй, где там ваша Наташша? – повернулся он к своим, – если ей платье понравилось, пусть берет, хотя не уверен, что она в него влезет, – заговорщицки подмигнув девушке, перешел он на шепот, и уже громче завершил, – а девушку беру я.

С этими словами Эдвард поцеловал руку девушке еще раз, обхватил ее за талию и, легко оторвав от подиума, спустил вниз. Девушка, тихонько ойкнув, вскинула руки ему на плечи.

– Что скажете, милая, вы не против?

Девушка уставилась ему прямо в глаза. Она медленно наклонила голову вправо, затем влево, словно изучая его, а затем, изогнув алые губы в улыбке, отчетливо произнесла очень знакомым голосом, – а я предупреждала, Эдвард, что алкоголь и табак преждевременно старят организм. Поздравляю, первые признаки склероза у вас уже налицо.

Взгляд девушки внезапно сделался ледяным, она скинула его руки со своей талии и отвернулась.

– Дядя Эдвард, ты что, не узнал? Это же наша Нати, – Майки дернул Эда за штанину, а Пол хмыкнул, – склероз… молодец, девочка, один – ноль в твою пользу.

Энцо поприветствовал Эдварда и подхватил Наташу под руку, – пойдем, красавица, на очереди новый наряд.

Эдвард потрясенно молчал и смотрел уходящим вслед.

– Это была Наташша? – наконец выдавил он.

Пол, Дженни и Мэтт, посмеиваясь, наградили его снисходительными взглядами и направились к дивану.

– Ничего не понимаю, она же серая, как мышь, толстая, сутулая… – пробурчал он, плюхаясь в кресло, и протянул отцу стакан, – плесни.

– Дудки, у тебя налицо склероз, – засмеялся Пол, – надо же, такая молоденькая, а уже стерва. Одним словом, женщина!

Все засмеялись, а Майки обиженно сказал, – и ничего она не мышь, наша Нати красивая.

– Да-да, – поддакнула ему Лиза.

– Опозорился ты, сынок, – покачала головой Дженни.