Я лечу к мечте…

1

Татьяна наконец-то дошла до своего купе и уже поставила тяжелый чемодан, чтобы открыть дверь, но она открылась словно по волшебству сама. Причиной «волшебства» стал высокий, крепкого телосложения мужчина лет тридцати трех – тридцати пяти. Он растерянно посмотрел на Татьяну, возникшую для него в дверях совсем внезапно, но, сообразив, отошел немного в сторону, пропуская её, а потом помог занести и уложить чемодан и сумки на багажную полку. Она поблагодарила его. Он немного сконфуженно кивнул головой и вышел.

«Интересно, кто еще будет с нами в купе? Что-то не очень радует перспектива ехать с этим типом наедине всю дорогу. Может, он сойдет пораньше? Надо спросить».

Через пять минут попутчик вернулся, постучавшись, прежде чем войти. За время его отсутствия Татьяна успела обустроиться и переодеться в удобную одежду. Мужчина искоса взглянул на неё и спросил:

– Я вам не помешал? А то могу еще выйти погулять.

– Нет. Я уже успела сделать то, что мне нужно. Так что, если надо, я могу выйти.

– Нет. Мне ничего не надо.

Повисла тишина, которую нарушил гудок поезда, тронувшегося в путь. Мужчина сел на нижнюю полку. Больше в купе никто не пришел. «Значит, придется ехать вдвоем» – пришла к заключению Татьяна. И произнесла вслух:

– Похоже, попутчиков больше не будет.

– Да, не будет, – сухо ответил он.

Молчание возобновилось. Мужчина вынул из сумки журнал и начал сосредоточенно читать. Татьяна успокоилась относительно попутчика и только теперь почувствовала сильную усталость. Она решила немного вздремнуть.

2

Что-то разбудило Татьяну, но что – она не поняла. Было темно. Поезд мерно отстукивал километры железной дороги. Этот звук снова начал убаюкивать её. Но чувство голода победило сон. Насторожила тишина в купе: тут ли попутчик? Может, он спит? Неловко будет шуршать пакетами. Она осторожно повернулась и, приподнявшись, посмотрела на полку соседа. Он тихонечко сидел в углу. «Не спит, а свет не включил. Может, сидя уснул?» Татьяна села и тихо спросила:

– Вы спите?

– Нет. Я, наверное, вас разбудил? Журнал случайно упал, извините.

– Думаю, меня голод разбудил. А вы почему без света?

– Но вы же спали.

Татьяна кивнула головой:

– Понятно. Спасибо, – и включила свет. Попутчик поднял с пола журнал и снова углубился в чтение. Она же вытащила пакет с едой. Достала пирожки, бутерброды, суп быстрого приготовления, термос с чаем.

Попутчик вызывал у неё двойственные чувства: с одной стороны, её устраивало, что он не навязывал своего общения, как это обычно бывало, вел себя скромно, с другой – ей казалось, что он чрезмерно замкнут, и это вызывало какой-то дискомфорт. А как он был удивлен, даже ошарашен, когда она появилась в дверях купе? Будто это было чем-то необычным. Может, он просто привык ездить в купе один? Всё может быть. И хотя саму Татьяну нельзя было назвать образцом общительности, но не до такой степени! Ей ехать пять дней и, если все время с ним и в том же духе, то это будет тяжеловато. Она еще раз взглянула на соседа и решилась заговорить первой:

– Простите, что надоедаю вам. Кажется, мы в чем-то сходны: по-моему, вы не любите пустые разговоры, как и я. Но раз мы едем в одном купе, то волей-неволей вынуждены общаться. А я привыкла обращаться к людям по имени. Можно ли узнать ваше?

Попутчик оторвал взгляд от журнала, из-под бровей взглянул на соседку и ответил:

– Олег Иванович. Извините, что не спросил об этом первым. А вас как величать?

– Татьяна Сергеевна. Должна сказать вам, что у меня есть один недостаток: я не могу есть одна, когда присутствует другой человек. Поэтому прошу вас присоединиться. Бабушка чрезмерно меня балует, поэтому здесь хватит на пятерых и на все пять дней пути. Так что не стесняйтесь, ешьте, а то пропадут бабушкины труды. А они стоят того, чтобы их оценили.

– Спасибо. В таком случае, – он снял с полки свою сумку и расстегнул молнию, – не побрезгуйте и моей едой.

Он извлек котелку копченой колбасы, окорок, шпроты, потом просто поставил на пол всю сумку возле ног Татьяны и сказал:

– Распоряжайтесь этим по своему усмотрению. У вас это лучше получится, я не очень люблю возиться с едой. К тому же, оказывается, нам вместе ехать все пять дней.

Татьяна изумилась такому повороту дел. Она с удивлением смотрела то на сумку, то на попутчика. Но делать нечего, не спорить же, в самом деле, как малые дети. К тому же, сама первая предложила.

– Ну, что ж, тогда идите мыть руки, а я накрою стол по полной программе.

3

Время пути подходило к концу. Через пару часов поезд прибудет на вокзал.

За минувшие пять суток Татьяна и Олег выяснили, что они не такие уж молчуны, как думали раньше о себе. Что-то необычное произошло с ними. Они говорили почти все время, даже ночью. Тем для разговоров нашлось невероятно много, что казалось им обоим просто невероятным. Да уже и обращались друг к другу по имени. Казалось, что они знают друг друга сто лет, не меньше. Это тоже было необычное чувство. Поэтому оба заметно погрустнели за последние несколько часов, которые оставалось им пробыть в дороге.

Итак, они говорили обо всем, кроме личной жизни. Татьяна ни за что не посмела бы спросить его об этом. А он молчал. Они уже выяснили, что живут в одном городе. Но ни один из них не назвал места своей работы, хотя о роде занятий они говорили. Было ясно, как белый день, что потерять друг друга им не хотелось. Тем не менее, они так и не обменялись хотя бы телефонами. В какой-то момент Олег сделал неловкую попытку обнять Татьяну, но потом резко остановился и вышел из купе. Он заметно нервничал.

Когда они вышли из поезда, то просто попрощались и разошлись в разные стороны…

Если бы только Татьяна решилась догнать Олега, то могла бы увидеть, как были печальны его глаза…

4

– Ну, как бабушка? – поинтересовалась Инна, давняя подруга Татьяны.

– Все хорошо. Опять звала её переехать к нам, но все бесполезно. Говорит, что пока может себя обслуживать, ни за что не поедет. Там у нее грибы, клюква, кедры – все свое, все родное. Знаешь, как у нее здорово! Воздух – хоть ложкой ешь. И домики, как из сказки: бревенчатые, с резными узорами из дерева. Вот так. Если честно, то я бы тоже там осталась.

– Э-э, подруга, ты что, переотдыхала там? Ну-ка, взбодрись! Что-то плохо повлияла на тебя поездка к бабушке. И настроение мне твое совсем не нравится. Кстати, ты не сказала с кем в купе-то ехала? – Инна вопросительно посмотрела на подругу, которая опустила грустные глаза и даже отвернулась. Это изумило Инну. Она начала понимать, в чем дело.

– Так вот оно что… Давай рассказывай.

– Да нечего рассказывать.

– Не мудри мне, давай.

Татьяна понимала, что отвертеться не получится. Пришлось рассказать все. Да ей и самой хотелось поделиться своими переживаниями. Реакция Инны была предсказуема и ожидаема. Она возмущалась, что было сил: «Как можно быть такой простушкой? Ты что, девочка-подросток и тебя учить всему надо? Ну почему ты не попросила у него номер телефона, а? Что ж ты у меня такая есть? Так ты никогда не выйдешь замуж, милая моя! А уже не просто пора, а катастрофически пора – двадцать семь лет, не шутка! То она не может найти по себе, а когда нашла, взяла и отпустила просто так! Тань, ну ты что?»

Монолог длился долго. Татьяна даже не пыталась остановить его, потому что знала, что это бессмысленно. Кроме того, кое в чем Инна была права.

5

В то же время Олег подвергался не менее пристрастному допросу своего лучшего друга. Разговор был почти таким же, как у подруг. Только Олег не все время виновато молчал. Иногда он огрызался.

– Подумай сам, как я мог предложить ей встречаться?

– Обыкновенно!

– Может быть, она замужем.

– А у тебя язык отсох бы спросить её об этом?

– Ну, знаешь!.. Если бы я спросил её, то она спросила бы меня. И что я ей смог бы сказать?

– Правду!

– Какую?

– Правда бывает одна.

– Допустим. Но если бы я сказал ей эту правду, то мне пришлось бы рассказывать все до конца, потому что глядеть ей в глаза и утаивать что-то просто не было никакой возможности… А ты знаешь, какая она, эта правда. И как все выглядело бы? Кем бы стал я для неё? Я мог бы потерять её навсегда.

– Да неужели? А сейчас она рядом с тобой?

– Ты прав. А может быть она вообще замужем… Хотя мне так не показалось почему-то. В общем, не понимаю я ничего!

– Ладно. Мы ее поищем!

– И что потом? Шила в мешке не утаишь.

– Я сам с ней поговорю! Из моих уст твоя правда прозвучит убедительней. Договорились, дружище?

– Не знаю. Я не уверен…

– Значит, согласен. А ты сам-то заметил, что впервые не сомневаешься в репутации женщины. Похоже, твой страх стал проходить. Да, брат, зацепила тебя эта дамочка…

6

Татьяна ехала на дачу к тёте с целью знакомства. Она просто не могла больше бороться со всеми, желающими выдать её замуж.

Родные, конечно, заметили: что-то произошло после того, как она съездила к бабушке. Но ни одна попытка разговорить её не привела к успеху. А лучшая Танина подруга (потому и лучшая!) тоже молчала. Мамина сестра тётя Валя, как только приходила в гости, что делала довольно часто, так постоянно заводила один и тот же разговор о замужестве: появился у неё достойный жених, лучше которого и не бывает, друг нового соседа по даче. Правда, он тоже не уступит Татьяне в упрямстве и нежелании знакомиться с кем-то, но мама его обеими руками «за», поэтому время и место встречи решено от него скрыть.

Никакие отговорки не урезонивали настойчивую тётку. Она полгода осаждала племянницу. И вот однажды на семейном совете было решено познакомить-таки Татьяну с хваленым женихом. Татьяна даже поругалась с родными: спустя столько времени она все еще не забыла своего попутчика. Но потом, подумав, решила поехать, разыграть свой собственный план знакомства, чтобы больше не возникало подобных желаний у родни.

Место расположения тёткиной дачи было очень живописным. И если б не предстоящее знакомство, поездка доставила бы Татьяне настоящее удовольствие: холмистая местность, близость леса и реки. Да и участок тёти вызывал приятные эмоции: он утопал в цветах, вдоль забора росли плетистые розы, а сам домик был маленькой копией бабушкиного дома.

– Танюша, – позвала тётя, – пойди в сад, набери клубнички к столу. Вот тебе вазочка.

Татьяна взяла посуду и вышла в сад. Она понимала, что это неспроста. Но делать нечего.

Забора между участками не было. Так что скрыться не за чем. Татьяна смело пошла вдоль сада. Боковым зрением она заметила высокого мужчину. Что-то в его фигуре показалось знакомым. Она решилась посмотреть на соседа. Обернулась и … застыла в изумлении – это был никто иной, как её попутчик! Он стоял вполоборота и не мог видеть Татьяну. Она же от неожиданности уронила вазу, которая, ударившись о камень, разбилась почему-то на мелкие осколки. Тут попутчик резко обернулся. Наверное, они выглядели одинаково удивленными.