Под знаменем черной птицы. Книга 2

Глава 3

Лэнни прибыл на исследовательскую станцию «Вита-Нова» с инспекцией ещё два дня назад, но освоиться здесь так и не смог. После строгой армейской иерархии здешние отношения в коллективе казались отвратительно панибратскими и свободными. Вот и сейчас местные работники ухитрились потерять трехуровневый ключ от наблюдательного центра. ИИ вовсю сигнализировал о чрезвычайной ситуации на Авроре, но попасть внутрь и подключить все следящие устройства на планете никак не выходило. Из-за боязни утечки информации к федератам, сохранялись только последние две минуты записей, которые самоуничтожались при попытке передать их по сети или скопировать.

В конце концов Лэнни не выдержал и связался с лордом Габриэлем. Начальник службы безопасности отозвался через минуту, ещё через полторы – чинно подошёл к закрытой двери, оглядел ее, паникующих и ругающихся друг с другом аспирантов, и за один магический удар выжег дыру на месте замка.

Габриэль отличался от всех виденных ранее Лэннардом безопасников, военных и большинства примов. Всегда аккуратен, причесан, изыскано-вежлив и спокоен. К каждому из сотрудников станции он обращался исключительно на «вы», называл полное имя и должность. Удивительно, но такое отношение разрывало дистанцию между ним и всеми остальными сильнее, чем нарочито уничижительные обращения начальника «Вита-Новы». Такие, как Габриэль не работают в службе безопасности, они прожигают семейное состояние, коллекционируют гоночные яхты или картины, заседают в элитных клубах и пьют вина, оставшиеся со времен расцвета Седеса.

Единственное, что выбивалось из его облика, тонкий шрам на виске. Как прим получил его и почему не заживил – было загадкой. Впрочем, как и сам Габриэль.

– Зачем вы ее сломали?

Лэнни топтался возле двери, но войти не решался. С одной стороны – дикость взять и выломать замок, но с другой – ИИ выл настолько тревожно, будто бы на Авроре началась новая Последняя война.

– Ответственный инспектор Союза равных никогда не стал бы требовать пустить его внутрь наблюдательного центра без веских на то оснований. А если основания веские, то замок не может стать преградой.

Габриэль отошёл в сторону, а Лэнни почувствовал себя неловко. А веские ли у него основания или все это очередной сбой в следящих системах? Но ИИ по-прежнему сигнализировал об опасности, а замка вроде бы уже нет. И у Лэнни есть допуск ко всем помещениям «Вита-Новы», чего теперь мяться?

Он толкнул дверь и зашёл внутрь наблюдательного пункта. Для каждого из миров, ещё не вошедших во вторую космическую эру и не принадлежащих никому из примов, разрабатывали свою модель планетарного наблюдательного пункта. Сплошь покрытой океаном и морями Авроре подошёл «Храм водных богов». Из-за «Вуали» его жрецов подбирали из местных, воздействовали на них опосредованно, через прислужников, и не давали всей информации о внешнем мире.

Аврора была уникальным местом – последним заповедником магии, без примеси высоких технологий. Тысячелетиями наблюдатели из Союза следили за тем, чтобы наука развивалась только в одну, нужную им сторону. Властители Авроры, в свою очередь, сдерживали технологическое развитие Трокса.

Но сейчас там творилось нечто невероятное. Приборы выдавали такие таблицы и графики, что руки так и тянулись к самому мощному оружию «Вита-Новы».

– След бога, – с нотками восхищения произнес Габриэль.

Затем он развернул одно из окон и показал короткий эпизод со следящих устройств: на нем биороботы-прислужники осыпались пеплом, как только пересекали невидимую черту в какой-то крохотной комнате.

– Объект четыреста тринадцать, – пояснил безопасник. – Он любит совершать нечто такое под настроение.

За дни на станции Лэнни так и не удосужился взглянуть на «объект». И сейчас тоже не представился случай: «след бога» проявился одним рисунком на полу. Простая птица, изображённая несколькими линиями, уничтожала биороботов не хуже современного оружия. Но взгляд Лэнни зацепился за другое. Там, в другом углу комнаты мелькнула женщина. Она помотрела на распадающихся прислужников, сотворила телепорт и исчезла. Даже сквозь помехи и витающий в воздухе тлен Лэнни узнал ее.

Легенда среди примов. Последний офицер воинских сил Союза. Женщина, которая в одиночку спасла мир. Лэнни помнил ее биографию до мельчайших деталей, потому и узнал сразу, как увидел. И также сразу поверил в то, что устройства прислужников запечатлели именно леди Айвен. Но как она связана с «объектом»? И почему никто не знает о ее возвращении из царства Уводящего?

Чтобы окончательно развеять сомнения, Лэнни запросил данные со стационарных камер. Центральная площадь, где последние пять тысяч лет стояла застывшая леди Айвен выглядела точно так, как на официальных кадрах фильмов, которые показывали в военной академии. Редкие автомобили, суетящиеся прохожие и золотая статуя на вершине пирамиды. Но кто тогда мелькнул на записях?

Лэнни видел, что храм водных богов сейчас перемещается по воде, слишком быстро для обычного дрейфа между полисами. На простой запрос высветилось «осуществляется преследование враждебного объекта». Все это очень и очень подозрительно. Особенно, для обычной исследовательской станции, которая веками крутится вокруг заповедника. И на которой за всю историю существования случился ровно один инцидент. Прошлые инспекторы проводили здесь не больше двух дней, подписывали документацию и улетали дальше. Лэнни же не повезло.

– Если что-то смущает, всегда можно запросить данные со спутников, они идут по другим каналам, полностью автономным. Такое не подделаешь.

Габриэль со скучающим видом уселся в одно из кресел и развернулся к Лэнни. Как будто тот был самой интересной деталью происходящих событий.

Что ж, он постарается не разочаровать начальника службы безопасности. Лэнни запросил данные со спутников. Совсем свежих ещё не было, но даже на вчерашних, несколько размытых, четко обозначилась пустая вершина пирамиды. Лэнни подключился к следящим устройствам прислужников и заметил, как несколько десятков биороботов пытаются убить леди.

От увиденного его прошиб холодный пот. Только что узнал о возвращении живой легенды и тут же видит ее возможную смерть! Этого нельзя допустить!

Лэнни провел значком над устройством идентификации, получил доступ к управлению прислужниками и скомандовал отбой. Роботы неспешно отползли и застыли полукругом рядом с леди. Она моментально вскочила на ноги и замерла в боевой стойке. Не похожа на канонические изображение прим-леди Айвен, но тем не менее это точно была она. Пускай немного растрепанная, измазанная в грязи и в совершенно неподходящем ей старомодном костюме, но во взгляде, позе и даже в сбитых костяшках чувствовалось, что это та самая легенда из прошлого. Невозможная, но живая.

Пока Лэнни обдумывал этот факт, леди встряхнулась и ушла, выпав из поля зрения.

– Ничего не понимаю.

Он ещё раз запросил все записи, на которых присутствовала леди и попытался выяснить, откуда командовали прислужниками.

– А я, признаться, – Габриэль все же встал, подошёл ближе и развернул одну из записей, – не понимаю только того, почему белье на кровати смято. Все остальное вполне объяснимо.

Сам Лэнни никогда бы не обратил внимания на подобную деталь, слишком много всего он узнал за прошедшие минуты, но, действительно, почему?

***

Это была тяга, которую нельзя терпеть. Сильнее жажды, голода и даже желания вдохнуть, когда находишься под водой. И пока не сделаешь, что должно, она не отпустит.

А ещё голоса. Они кричали и молили, звали его, просили уже не о спасении, но о мести. Анрир слышал их, каждый по отдельности и все вместе. Все это было не вовремя, совсем не вовремя. Но люди редко выбирают момент для самой отчаянной мольбы к богу смерти. Уводящий слышал их и должен был помочь, пусть и руками своего аватара.

Анрир ненадолго растворился в своей силе, позволив ей перенести его между мирами. Уводящего звали на Троксе, на окраине Степпа, в крохотной, не больше десятка домов, деревне. Живых здесь больше не было, всех до одного вырезали мертвяки. Анрир чувствовал их особенный запах, видел следы – пятна белесоватого налета на земле, редких травинках, внутри домов и даже на воде небольшого озера, но не самих некросов, те уже успели скрыться.

В моменты, когда сила Уводящего захлестывала, мир становился совсем другим, прозрачным, многомерным, видимым со множества точек разом и одновременно совсем чужим, незнакомым. В нем отражалось все, что произошло и только будет происходить здесь. Это мир богов, не людей, а Анрир богом не был, потому и не любил подобное состояние. Но его позвали сюда, не важно, в какой ипостаси, а значит – нужно действовать.

Следы уходили к озеру, проходили по самой кромке воды и исчезали в зарослях водостоя на западе. Придя в поселение, мертвяки первым делом содрали все знаки Уводящего, что были в домах и на их стенах. Уцелел только один, вырезанный шкодливой мальчишечьей рукой на двери сарая. Неровный и мелкий, он тем не менее позволил богу смерти услышать молитвы здешних обитателей и прийти на помощь. Анрир до сих пор слышал голоса мертвых, их крики и мольбы, все они переплетались в одно слово, единственно важное для тех, кто только что перестал быть живым.

Месть.

Месть уничтожившим маленькую, никому не мешавшую деревню. Души метались вокруг, более реальные, чем валявшиеся всюду ошмётки тел. Все же отрастить ногу или руку члену общества Бессмертных проще, чем все тело.

Молнии и туман сорвались с пальцев, впитались в землю и вырвались наружу там, где находились тела, чтобы ненадолго привязать к ним души. Ровно настолько, сколько нужно для возмездия.

Туман исчез, а все умершие разом вдохнули и начали движение. Не похожие на живых, темные полутени, полу-монстры, безоружные, но абсолютно неуязвимые, пока сражаются со своими убийцами. Анрир видел все и их глазами тоже.

Толпа мертвяков, ведь даже божественная сила не научила его считать, и один монстр, созданный обычной магией. Город с такими силами не завоюешь, зато на деревню хватило с избытком. Простой и эффективный план: вначале появлялся показушный монстр, водоплавающий ящер с длинной шеей и пастью такой огромной, что перекусила бы взрослого человека за раз. Он пугал местных, оставлял следы, обязательно давал кому-нибудь сбежать, чтобы остались свидетели его нападения. После чего в дело включались мертвяки, аккуратно убивали жителей и забирали тела, создавали полную картину кровавой расправы и уходили через межмировой телепорт.

Он и сейчас равномерно светился, поддерживаемый сложным артефактом. Ведомый приказом Анрира, один из мстителей сбил устройство, закрыв мертвякам дорогу домой. Другие же бросились на своих убийц, разрывая их на части, будто тряпичных кукол, но трогать самого монстра им запретил Анрир. Это была его добыча.

Перемещение в облике Уводящего не походило на телепортацию: никаких вспышек или длинных переходов по странным местам, будто собранным из кусков разных миров, он просто начинал ощущать себя в другом месте. Словно ты везде и сразу, но конкретно здесь тебя сейчас чуть больше.

Оказавшись рядом с рептилией, Анрир вытащил оба меча и атаковал. Монстр был слишком глуп и слишком растерян, чтобы успеть среагировать. С пробитым сердцем и лёгким, он обиженно заревел и повалился на землю, ещё несколько минут пробившись в агонии. Мстители тем временем закончили с мертвяками, и Анрир отпустил их туда, куда положено уходить умершим. Тем и другим. Рядом с воплощённой силой Уводящего некросы не могли снова ожить, даже имейся здесь запас тел. Все они рассыпались пеплом, остался только монстр из озера, надо же будет предъявить что-то народу.

Но какой же план, почти гениальный. Они одновременно воровали тела и расшатывали его власть. Раз за разом. Не останови это вовремя и жителей Трокса захлестнула бы паника. Но для поддержания телепорта и создания подобных монстров необходим маг, достаточно сильный и умный, такой как протектор или…

Да, или прим-леди. Во всех своих раскладках Анрир брал за аксиому то, что Айвен не станет договариваться с мертвяками. Но вдруг жажда вернуть свое могущество оказалась сильнее давней вражды? Анрир бросил ее тогда, ушел, точно уверенный, что леди не вступит с ними в переговоры и что сумеет если не отбиться, так сбежать.

Все же могло повернуться иначе. Айвен договорилась с мертвяками, соорудила для них несколько артефактов, вырастила монстров и вернулась на Седес, чтобы влипнуть в самую глупую из возможных неприятностей, связавшись с бандой Серого Калеба. Дальше проще: они находят завод и отличный повод поссориться. И всю зиму можно не общаться, пока леди будет занята помощью новым союзникам.

Нет, Айвен не могла. Наверное. Анрир знал ее слишком мало, Роук и Ниро – слишком однобоко, чтобы однозначно ответить на этот вопрос. Но без собственного доверия, нельзя требовать доверия от другого. С другой стороны, слишком доверять не стоит никому. Даже себе.

Надо просто все проверить. Анрир прикрыл глаза, после чего перенёсся в другое место. Мертвяки долго резвились на его земле и испытывали терпение Уводящего Во Тьму, они переполнили чашу, дали возможность вмешаться.

Он осознал себя на складе, где на рядах покрытых инеем железных стеллажей хранились сотни тел. Все целые, замотанные в белые бинты с ног до головы. Одно маленькое усилие – и на месте каждого появится новый солдат армии Бессмертных. А ведь все они с Трокса, все были его подданными. Мирными деревенскими жителями, которые пасли скот или возделывали землю, не имели сколько-нибудь серьезного оружия и абсолютно ничего не могли противопоставить отрядам мертвяков.

Злость кипела внутри, смешивалась с силой Уводящего и прорвалась наружу синим туманом. От его прикосновений метал ржавел, дерево рассыпалось трухой, а от забинтованных тел оставались лишь горстки пепла. Редких мертвяков, следивших здесь за порядком, постигала та же участь. Некоторые из них пытались убежать или сотворить простейший телепорт, но туман настигал их. Постепенно на складе не осталось никого, кроме Анрира.

Сила Уводящего сразу исчезла, будто и не было. На месте склада теперь красовался только остов здания и проржавевшие стеллажи. Даже пол рассыпался, обнажив основание платформы. Аврора. И как теперь возвращаться домой?

Еще дикий холод. Анрир запахнул пальто и поежился, оглядываясь вокруг. Неужели нельзя было натянуть на себя побольше одежды, вместо болтовни с Айвен? Он переступил босыми ногами по балке, порадовался, что хотя бы брюки при нем, иначе аврорский компаньон был бы шокирован его внешним видом, после чего сменил форму и на четырех лапах поспешил выбраться из руин.

За пределами бывшего склада обнаружился заброшенный полис, пустой и безжизненный. Наверное, один из тех призраков, что курсируют по маршрутам восточного сектора. Не самое плохое место, в которое Анрир попадал, хотя, возможно, компаньона придется подождать. При всех своих положительных качествах тот не отличался пунктуальностью и готовностью прийти на помощь в любой момент.

Интересно, где сейчас Айвен? Анрир не чувствовал тревоги, значит, с леди все в порядке. Но где она? Сумела ли отбиться от прислужников водных богов? Глупости. Наверняка сумела, раз с ней все в порядке. Увидеть бы ее и убедиться лично, но они снова в ссоре. Каждый раз, стоит им побывать в постели, это заканчивается скандалом!

Анрир добрался до края полиса, убедился, что рядом нет ничего и никого, кроме воды, и вернулся к привычному человеческому облику. Затем расшатал следующий за клыком зуб и выдернул его.

Почему они снова поссорились? Не стоило предлагать Айвен перебраться на Трокс? В ее представлении это было равносильно добровольной сдаче в рабство. В котором ее прикуют к кухонной плите, наденут фартук, платок и заставят безостановочно рожать детей. Откуда такие мысли? Анрир если и мечтал приковать Айвен, то только к кровати, и, судя по жалобам на отсутствие синяков, царапин и засосов, она сама была не прочь.

Он раскрошил зуб о ближайший столб, выплюнул кровь и вытащил из крошек эмали крохотный одноразовый амулет для связи с аврорским компаньоном. Все же проблемы нужно решать постепенно. И пока нет уверенности, что Айвен связалась с мертвяками, леди – не самая главная из его забот. Как бы ни хотелось сейчас снова попытаться поговорить с ней.

Глава 4

Пятьюдесятью годами ранее…

Который час они с друзьями отмечали грядущее появление наследника. Ксандр оплатил лучшего из трокских акушеров для Кары, хотя это и влетело в половину скопленных им средств, лучшую палату в кор-атрском центре и теперь искренне верил, что все будет хорошо. Подруга наотрез отказалась ложиться в клинику заранее, но и после начала первых схваток они с Ксандром успели все собрать и прибыть на место.

Первый ребенок и сразу же сын! У котов редко рождались девочки, но будущие родители все равно не утерпели и посоветовались с толпой магов, шаманов и авторитетных акушеров, способных по сердцебиению точно предсказать пол будущего малыша. Мальчик, все единогласно обещали мальчика. А значит, никаких проблем! Маленькие котята почти не болели. Проблемы случались у незнатных родов, часто разбавлявших свою кровь с другими имусами. В роду Вейден, древнем, идущем от самих предтеч, такого не бывало.

Все поздравляли и хлопали Ксандра по плечу, он же никак не мог дождаться обещанных новостей. Скорее бы уже поглядеть на наследника, подержать на руках очаровательного розовощекого карапуза! Они с Карой обустроили детскую и прикупили пару совершенно очаровательных крохотных костюмов, это не считая гор вещей, перешедших к ним от многочисленной родни. Котам запрещено иметь больше одного наследника. Но если первый из детей рождается особенно сильным и здоровым, можно выбить разрешение на второго. Ксандр пока боялся заглядывать так далеко: им бы с одним малышом разобраться, потом подумают о девочке.

Но время шло, а новостей все не было. Пара его друзей уже успели напиться в хлам и ушли отсыпаться в комнаты на верхнем этаже трактира, другие – пошли к порталу, чтобы вернуться домой, с Ксандром осталось только трое самых близких. Но еще через четыре часа ушли и они.

Двенадцать часов. Это достаточный срок для родов. Даже избыточный. Ксандр мало разбирался в таких вещах, но даже он начал нервничать. Еще через час он окончательно протрезвел и отправился в больницу сам.

Долгожданная новость застала на пороге, его встретил тот самый дорогой врач, стоивший половины сбережений.

– С Карой все в порядке? – Ксандр поймал его за полы халата и не стал отпускать.

– Да, да, в порядке. Просто устала: слишком долгие и тяжелые роды.

– А с малышом?

– Знаете…, – он замялся и отвел глаза, хорошие новости не говорят с таким настроением, – вы с подругой еще молоды и наверняка успеете родить другого наследника. Понимаю, такие решения не принимаются с ходу, вам нужно подумать, но…

– Что? – Ксандр сам не заметил, как практически поднял доктора над полом. К ним вплотную подошел больничный сторож, старый, но все еще мощный четырехрукий имус. Такой даже кота сможет выпроводить на улицу.

– Но лучше для всех было бы дать новорожденному умереть. Если это произойдет в ближайшие несколько часов, вас даже не исключат из программы размножения. Вы еще обязательно родите другого наследника.

– Отведите меня к сыну!

Конечно, не исключат. Да плевать бы на эту программу! Они с Карой так долго ждали, так готовились, придумали имя. «Нерон», совсем не кошачье, альтеровское, хорошее, сильное имя для сильного мужчины. И теперь этот человек предлагает дать малышу умереть? Как?

Наверняка просто не хочет тратить силы на котенка. Это же не альтер, тем более не маг. Но если постараться, Нерона еще можно спасти. Точно можно, Ксандр верил в это.

Доктор, со спокойствием, которое бывает лишь у медиков, проводил Ксандра до детского отделения, перед входом в которое ему надлежало полностью вымыться и сменить одежду на больничных халат и безразмерные брюки. Затем ловкая медсестра надела на него накрахмаленную шапку и маску на лицо и повела к палате. Воздух в ней был насколько жарким, что у всех столпившихся над столом тек пот. Несколько врачей и сестер, один золоченый жрец водных богов и сморщенное синюшное тельце на столе.

Ксандр отшатнулся к стене, не в силах что-то сказать или сделать. И с его скромным опытом по части воспитания детей было ясно: с младенцем не ладно. Он не кричал, дышал тяжело и прерывисто, отказывался сосать предложенную ему бутылку с молоком, по голове его растекались синяки, странно правильной формы. Врачи говорили что-то об операции, сестры хлопотали и пытались все же накормить кроху, а жрец в упор смотрел на Ксандра. После чего он все же подошел и повлек его в коридор.

– Сочувствую. Мы можем выкупить младенца за хорошую сумму и сделать так, чтобы записи о его рождении нигде не всплыли. Забудете это как дурной сон.

– Я не продам сына, – Ксандр говорил с трудом, он все еще не верил во все это. У них есть комната, отремонтированная специально к появлению наследника. Кару ждут родители, и его отец тоже ждет первого внука. Возможного короля свободных котов. И даже если Нерон болен, Ксандр не отдаст сына, будет бороться за него. Пойдет в Долину отражений, говорят, там можно найти средство от любых напастей.

– Понимаю, – жрец продолжал гаденько и добродушно улыбаться, будто в самом деле сколько-нибудь заботился о состоянии Ксандра и его сына. – Но выжить для младенца при данных травмах страшнее, чем умереть. Полноценный кот из него все равно не выйдет. А остаться инвалидом, разве это жизнь для наследника королей?

– Не продам. Это не обсуждается. Что бы там ни было, на все воля богов. Он будет жить, пока Уводящий Во Тьму не придет за ним.

– Думаю, счёт идёт на минуты, – жрец все смотрел и смотрел, как стервятник. – В наших силах спасти его и сделать почти нормальным.

Ксандр молчал. Возможно, этот человек прав, и Нерону осталось всего несколько минут. Тогда стоило бы провести их с сыном, а не разговаривать о его продаже.

– Хорошо, – золоченое бесполое лицо жреца расползлось в улыбке. – Не хотите продавать – отдайте нам на четыре дня. Мы вернём вам здорового наследника или же его тело.

– Смахивает на обман.

– Вы точно можете помочь? – согнувшаяся Кара, доковыляла до палаты, отпихнула Ксандра и заняла место напротив жреца. – Поклянитесь богами, своими и нашими. Безымянными и безликими водными, Ведущим По Пути и Уводящим Во Тьму, что попытаетесь спасти его.

– Они просто убьют Нерона, а нам скажут, что не смогли спасти. А тело используют для каких-то опытов, – Ксандр пытался обнять и образумить свою женщину, но та отстранилась.

– Пока не сможет выпить материнского молока – имени он недостоин. Да пусть делают, что хотят, по документам этот болезный уродец только мой, ты к нему отношения не имеешь. Мне нужен здоровый полноценный сын. На крайний случай сойдёт и мертвый.

– От имени своего и всех жрецов клянусь богами своими и нашими, что мы не замышляем зла против младенца и попытаемся его спасти[л1] !

– Вы говорите с дочерью Ары, поклявшись при мне именем богов, вы обмануть не сможете!

Жрец улыбнулся словам Кары, затем развернулся, зашел в палату, запеленал кроху и удалился прочь, не выслушав ни единого возражения Ксандра. Кара же крепко держала его за руку, не давая пойти следом. После чего она упала от слабости, но малыша уже успели унести. Ксандр проследил, чтобы его женщину доставили в палату, и обыскал всю больницу в поисках жреца. Носился по улице, расспрашивая прохожих, но Нерон исчез. Тогда казалось, что навсегда.

Кара почти не разговаривала с ним, а ее сестры не дали им больше видеться. Ксандр ходил в храм водных богов на Троксе, ходил в ужасающее живое здание на Авроре, но жрецы равнодушно улыбались и не спешили давать ответы, как и возвращать Нерона до истечения положенных четырех дней.

И, когда Ксандр уже успел отчаяться, и пришел в храм просто так, из чистого упрямства, ему вынесли кричащий сверток.

– Он беспокойный, не смог до конца оправиться от травмы. Но теперь точно будет жить. Там, – жрец указал на небольшой деревянный ящик, – сухое молоко, просто разводи водой и давай младенцу, чтобы не загнулся. На листе все написано, как только еда закончится – приходи за новой порцией. Или найди ему кормилицу. И не забывай возить к нам каждый месяц на обследование.

Чудо в самом деле произошло: крохотный малыш, названный Карой кошачьим именем «Анрир» с того дня пошел на поправку. Он исправно ел свое сухое молоко из бутылки, много и громко кричал, постоянно требуя внимания, и достаточно быстро набирал вес. Единственное, что осталось в напоминание о произошедшем – две татуировки на груди и спине. Как можно было нанести их такой крохе, Ксандр не знал, но и скандалить со жрецами уже поздно.