Сладость безмолвия

– Саюри…

– Не хочу ваших оправданий, Линн. Они ни к чему. Проще оставить всё как есть. Я отдала всё, что принадлежало моему мужу, хотя был ли он им – непонятно. Больше ничего не хочу.

Беру автокресло за ручку и покидаю кабинет. Под удивленным взглядом помощницы вызываю лифт и спускаюсь вниз. Мой взгляд затуманен, но слёзы больше не текут рекой – кажется, больнее уже быть не может. На улице ловлю такси и называю адрес Марго и Сары.

Не хочу сейчас ехать к матери и выслушивать нотации по поводу своего выбора, который ей не понравился с самого начала. Мама не особо радовалась новости о нашей быстрой свадьбе. Ей казалось, что Райли слишком смазлив и скользок по натуре, хотя я никогда не видела, чтобы он позволял себе кому-то грубить. Да, он был вспыльчив, но не груб.

Через полчаса такси оставляет меня с младенцем на руках около дома подруг. Неспешно иду к подъезду и поднимаюсь на их этаж. Я даже не замечаю спускающихся соседей, пока не натыкаюсь на нужную дверь. Заношу руку, чтобы постучать, но дверь распахивается: на меня смотрят две пары глаз, а потом – на автокресло в моей руке.

– Ты украла ребёнка? – первая оживает Сара и столбенеет, прикрывая рот рукой.

– Не неси чуши! – бурчит Марго, тянет меня в квартиру и закрывает дверь. Забирает кресло, заносит его в гостиную, а потом бросается ко мне и крепко обнимает.

Я не сдерживаюсь и на этот раз реву так, как никогда раньше. Меня трясёт от боли, от жалости к себе и от ситуации, в которую меня загнал Райли. Подруги что-то шепчут, обнимают, но я ничего не слышу – я снова потерялась среди обиды и жгучей боли разочарования.

Подруги поднимают меня с пола (я даже не заметила, когда там оказалась) и ведут в зал. Сара бежит на кухню и возвращается со стаканом воды, пока Марго поправляет мои волосы и целует в висок. Беру стакан, руки трясутся, я не могу сделать глоток, но чувствую, что мне помогают. Думала, я всё выплакала, но душу рвёт на части, когда взгляд падает на малютку в кресле.

– Всё, моя маленькая, перестань плакать. Либо я сейчас тоже разревусь! – шепчет Сара, стирая с моих щёк слёзы.

– Что случилось? – спрашивает Марго. – Расскажи, не молчи.

– Это ребёнок Райли и той женщины, – тихо шепчу я, указывая на малышку.

– Да нет…

– Да это бред…

Одновременно говорят подруги, а потом переводят взгляд на ребёнка и замолкают, переваривая услышанное. Я касаюсь губами края стакана и через несколько секунд проглатываю воду, затаив дыхание, как будто это поможет ничего не ощущать.

– Я в шоке! Да как так-то?! – первая взрывается Сара, подскочив с дивана.

– Только не говори, что ты забрала этого ребёнка себе? – мягко спрашивает Марго, пока Сара непрерывно ходит по гостиной туда-сюда.

– Самого главного вы не услышали, – у меня вырывается истерический смех, который я тут же подавляю. – Его любовница и он сам передали опекунство мне и Вистану Риверсу.

Наступает момент тишины. Сначала осознание, а потом подруги начинают смеяться от неверия. Но когда они видят, что я не шучу, мгновенно замолкают.

– Ну урод! Ну козёл! Да как он посмел вообще так поступить с тобой?! Это невообразимо! Простите, но у меня нет слов, чтобы описать, насколько Райли козел. Даже жалко называть его так – рвутся наружу более жесткие эпитеты! – говорит Марго, идет на кухню и возвращается с бутылкой воды.

– Так ты не сказала, что ребёнок делает у тебя?

– Когда я сегодня приехала в офис, чтобы отказаться от всего имущества Райли, в кабинет влетел Вистан, – говорю я, упираясь локтями в колени и зарываясь пальцами в волосы.

– То есть они отобрали всё?

– А я ни на что не претендовала, Марго. Мне не нужны были его богатство, статус или должность. Я любила этого человека. Просто. Без подтекста.

– Ну и что потом? – спрашивает Сара и садится около меня на корточки, взяв мои ладони в свои.

– Оказывается, ещё неделю назад стало известно о ребёнке и опекунстве. Вистан отказался сразу, но няня малышки после смерти… – я запинаюсь и сглатываю, – после смерти Райли и той женщины она связалась с правой рукой Риверса, тот – с Линном, но в итоге ничего не решили. Она прилетела сюда, оставалась неделю в отеле, а потом пришла в офис к Риверсу. Они оба наведались к Линну, пока я подписывала документы. Няня сбежала, а малышка расплакалась.

– Зашибись! Я в шоке, подруга! – вскидывает руки Марго. – Только не говори, что из-за милосердия ты оставишь их ребёнка себе.

– Нет, я не смогу. Я сейчас не могу смотреть на неё, а взять на себя ответственность – не в силах, – я качаю головой, отворачиваясь от мирно спящей девочки. – Я дала неделю Линну, чтобы он решил этот вопрос. Потом забуду об этом.

– Козлина всё же этот Райли, – тихо говорит Сара.

***

После недель самобичевания мне приходится вернуться в привычный ритм своей жизни и выйти на работу. Проходит еще пять дней после того, как я забрала себе малышку; от Линна я не получала никаких новостей. Сама не звонила, надеясь, что они смогут разобраться с этой проблемой самостоятельно. За эти дни обо всем узнала моя мама и, конечно же, сразу примчалась домой к моим подругам и отчитала как маленького ребёнка. Потом успела поплакать со мной вместе из-за несправедливости и такой подставы от бывшего мужа. Да, за эти дни мой брак аннулировали адвокаты Райли, и вся недвижимость, богатства остались у его родителей, которые никогда не хотели меня.

Мама согласилась забрать младенца к себе и помочь мне не видеться с ней, и за это я благодарна ей. Вот только я не смогла собраться с силами и вернуться в квартиру, где она живёт со своим мужем. Марго настояла на том, чтобы я осталась у них, ведь моя когда-то комната до сих пор была пуста. И вот спустя несколько дней я вышла на работу, чтобы немного забыться, да и приступить к выполнению запланированных дел.

Театр всегда помогал мне отвлекаться от проблем, а в данный момент это было отличным вариантом – оставить все за дверью. Мы с актёрами прогнали несколько планируемых спектаклей, а потом очень долго разговаривали и импровизировали разные реплики. Никто из моих работников ни разу не спросил о муже и том событии, которое привело меня в тупик. Именно тут я могла отдохнуть не только телом, но и душой.

– Саюри, мы ушли! – крикнула мне Лаура, и я подняла взгляд на машущих мне парней и девушек, пока рассматривала документы, сидя в первом ряду.

– До завтра, ребят!

Я улыбнулась им и помахала рукой, возвращаясь к изучению бумаг. Телефон рядом несколько раз оживал, показывая смс от Сары, что уже ждёт меня дома, чтобы наесться до отвала любимыми сушами. Ответив ей, что уже собираюсь, я за минут десять разобралась со всей работой и погасила свет. На вахте оставила ключи и попрощалась с охранниками, а потом вспомнила, что сегодня не садилась за руль своей машины. Которая уже была не моей, она осталась стоять около офиса Райли ещё пять дней назад.

Вздохнув, закинула сумку на плечо и осмотрелась по сторонам в поисках такси, но дорога была заполнена машинами, которые проносились мимо. Пришлось пойти по тротуару, направляясь к дому, постоянно посматривая на дорогу. Задумавшись над новой пьесой, которую мы утвердили с ребятами, я проворонила машину, что пронеслась мимо. Я ахнула от досады и, не заметив высокого бордюра, споткнулась, полетела прямо на проезжую часть. Вскрикнув от испуга и неожиданности, увидела свет фар, скрип тормозов; прикрывая глаза рукой, приготовилась к удару, которого не последовало.

– Какого хрена?!

От звука мужского голоса я резко распахнула глаза, уставившись на бампер машины, проглотив ком в горле. Она стояла буквально в нескольких сантиметрах от моего носа, я даже успела разглядеть ее внутренности, прежде чем меня грубо подняли на ноги.

– Ты что творишь, ненормальная?! Жить расхотелось?!

– Я… я…

Я смотрела в глаза незнакомца и не могла понять, почему у меня не получается подобрать слова, чтобы все объяснить. Голосовые связки как будто отказались функционировать, пока на меня смотрели испуганно и одновременно зло.

– Что ты мямлишь?!

– Я не хотела бросаться, так получилось… и-извините! Я споткнулась.

Мне удалось проглотить страх и высвободиться от грубого захвата; как только я отошла, то сразу согнулась от боли в лодыжке. На глазах навернулись слезы, а в груди разлился жар от… от чего? Не понимаю! Почему-то стало обидно и очень больно.

– Эй, – парень сменил гнев на милость и подхватил под локоть, пока я смотрела на свою ногу, не веря, что вообще так упала. – Ты ушиблась?

– Извините, я не специально, – пробормотала я.

– Хватит извиняться, я тоже слегка напуган, – его тон сменился, парень перехватил меня и без разрешения поднял на руки и под мой удивлённый взгляд понёс куда-то.

– Вы… что…

– Несу к своей машине, нужно посмотреть на вашу ногу. Не бойтесь, я не маньяк, – он открыл переднюю дверь и аккуратно посадил на сиденье, отбежал и поднял мою сумку. Подошёл к водительской двери и включил аварийный сигнал.

– Спасибо, но я справлюсь…

Парень оббежал свою машину и, вернувшись ко мне, присел перед моей ногой.

– Можно посмотрю? – я сама стянула каблуки, заметив, что колено и вся нижняя часть ноги до лодыжки в мелких царапинах. – Давайте я отвезу вас в больницу, мне не нравится то, как выглядит нога.

– Спасибо, но я справлюсь сама. Ещё раз извините, что так вышло, я сама не поняла, как оказалась на дороге. Хотела поймать такси, но…

– Остановитесь, – парень предо мной от такой тирады улыбнулся, поднимая руку вверх ладонью ко мне. Я замолчала, прикусив нижнюю губу от боли и от стыда. – Давайте начнём сначала. Я извиняюсь, что наехал на вас, признаюсь – чертовски испугался, когда увидел перед колесами человека. Обычно я так не реагирую, точнее – не давлю людей каждый день, чтобы так реагировать. Так. Черт!

Я от его слов хихикнула, а потом поморщилась от боли в ноге; парень, заметив это, покачал головой.

– Мы оба напугались, – говорю я, потирая ладонью ногу, и смотрю, как со внешней стороны начинает опухать. Прекрасно! Просто прекрасно!

– Давайте я всё же отвезу вас в больницу, а потом доставлю куда скажете?

– Может… – я вздыхаю, понимая, что в таком состоянии никуда не дойду, и сдаюсь: – Хорошо, – я соглашаюсь, и парень поднимается с колен и выпрямляется во весь рост. Он обходит машину после того, как помогает мне сесть ровно и закрыть дверь.

Пока я жду его, быстро пробегаю взглядом: он высок, даже очень, широк в плечах. Его белая футболка облегает спортивную фигуру, а темно-синие потертые джинсы отлично сидят на бёдрах. Как только он садится, мы отъезжаем от обочины и вливаемся в поток машин.

– Фух, немного ещё потряхивает от случившегося. Мы же можем на ты? – я смотрю на парня, и он бросает на меня взгляд.

– Можно, – я киваю, подмечая, что он темненький, чересчур загорелый, словно все время был под солнцем.

– Куда так торопилась, что чуть не погибла?

– Домой, подруги ждут на ужин, – отвечаю я с улыбкой, вспомнив про Марго и Сару. Беру телефон и быстро печатаю им, что задержусь; пока о ноге не стала писать, чтобы не волновались. – Отвлекла тебя от чего-то важного, мне, наверное, стоило самой добраться.

– Брось, не отвлекла. Ехал к друзьям. Давно не виделись, но ничего – потерпят, – говорит он и заворачивает к зданию травмпункта.

Мне помогают выбраться из машины и провожают до врача, который принимает меня только через пятнадцать минут. Все это время я была занята разговорами с незнакомцем, у которого не пыталась спросить имени. Парень оказался очень веселым, а та грубость на дороге действительно была страхом.

– Слу-ушай, у тебя очень интересная внешность, признаюсь – не могу понять, в кого ты.

Я смеюсь, пока медсестра перевязывает мой сильный ушиб, посматривая на нас.

– Мне много раз об этом говорили. Я похожа на отца, он у меня кореец.

Я не понимала, почему так легко рассказываю о себе этому парню, с которым навряд ли когда-нибудь ещё увижусь. Но за все то время, что он был рядом, я наговорилась вдоволь. Удивительно. Наш разговор не закончился, пока он вёз меня к дому подруг; казалось, время остановилось, а проблемы, которые давили буквально два часа назад, отошли на задний план.

– Вот и приехали. Ты написала, чтобы тебя встретили? – мы остановились около подъезда многоэтажного дома.

– Да, Марго сейчас спустится. В общем, спасибо и извини за то, что прыгнула под колёса.

– Ой да хватит, все нормально. Правда. Мы оба испугались, но я не могу не извиниться за своё поведение. Обычно я тихий и неконфликтный.

– Это реклама? – спрашиваю я, а он расплывается в шикарной мальчишеской улыбке.

– Все может быть, должен же я хоть как-то впечатлить девушку… Особенно красивую девушку.

– О да брось! – я смеюсь. – Я сейчас чувствую себя далеко не красивой.

– Ну с учётом произошедшего ты выглядишь вполне не потрепанной, – мы снова смеемся, пока я не замечаю около капота Марго, что вытаращила на меня глаза. – Оу, а это твоя подруга?

– Именно.

– Взгляд злой, – подмечает он.

– Неа, она просто в шоке.

– Дорогая, что происходит, м? – Марго подходит к моей двери и открывает её, наклоняется. – Здрасте.

– Привет, – кивает парень.

– Что случилось? – я поворачиваюсь, и Марго видит мою ногу. – Да что такое, а? Как?

– Упала. Точнее – упала под колеса машины, запутавшись в собственных ногах.

Мне помогает подруга выбраться из салона, когда дверь с водительской стороны открывается и мой спаситель выходит на улицу. Марго переводит на него взгляд, а потом на меня, и я сразу понимаю, что она уже выдала меня замуж, родила детей и вырастила.

– Что ж, спасибо за поездку.

– Не благодари. Просто больше не прыгай под колеса.

– Уж постараюсь, – я усмехаюсь.

Держусь за шею подруги, когда мы начинаем уходить, оставляя незнакомца за спинами. Марго хихикает, и я знаю, что сейчас дома начнётся допрос с пристрастием.

– Кстати, – слышу голос парня, и меня останавливает подруга, мы немного разворачиваемся. – Меня зовут Михей.

Марго кряхтит от сдерживаемого смеха, пока мои щеки пылают от стыда, а я сама не понимаю почему.

– Приятно познакомиться, Михей, – говорю я, а он усмехается, понимая, что я не стану говорить своего имени.

– И мне, маленькая кицу́нэ.

С этими словами он скрывается в салоне и уезжает, пока я, приоткрыв рот, смотрю на машину. Марго стонет от этой картины и в открытую умиляется, посмеиваясь. Меня только что назвали лисицей…

Восемь

Саюри

– Я тебе отвечаю – так и было! Это просто отвал всего! Да и что говорить, этот человек достоин уважения, я даже немного завидую такому положению дел. Мне бы так!

За сегодняшний вечер не сосчитать, сколько раз я закатывала глаза на душераздирающий рассказ Марго о парне, который привёз меня домой. На протяжении полутора часов подруги не могли угомониться, обсуждая моё «новое начало», хотя я сама никак не собиралась его строить. С учётом того, что совсем недавно пережила смерть Райли, судя по всему, без меня меня женят в ближайшее время.

– Скажи, как он её назвал, потому что у меня аж мурашки ползут от такого прозвища, – пропела Сара, подперев ладошками лицо и устроившись в позе лотоса на угловом диване около меня.

– Маленькая кицу́нэ… – Марго запищала, попытавшись произнести так же, как и Михей, а Сара вздохнула; я же в миллионный раз закатила глаза, прикрывая рукой лицо.

– Может, уже хватит, а? Вам не надоело? – взмолилась я, но подруги только захихикали, качая головами и при этом улыбаясь так, словно сами там были.

– Он не оставил номера? – спрашивает Сара, смотря на меня. Я отрицаю, слегка нахмурившись. – Блин, жаль. Почему я не вышла на улицу!

– Девочки, я не собираюсь в ближайшем будущем заводить отношения, я только отошла от настоящих. Не забываем, что у мамы находится ребёнок Райли.

– Ну помечтать-то можно, – говорит Марго, поправляя подушку под моей травмированной ногой.

– Можно, но не нужно.

Я перевела взгляд на свою сумку, слыша, что на телефон пришло уведомление. Меня сразу поняла Сара: она встала, подошла к ней, а потом подала гаджет мне. Благодарю её и достаю телефон. Нажав на кнопку блокировки, вижу несколько пропущенных от Марго и несколько непрочитанных смс. Когда захожу в мессенджер, моё сердце сжимается: я замечаю долгожданное сообщение от Линна.

Линн:

Завтра можешь подъехать в офис? Мы нашли решение.

Я:

Хорошо, завтра приеду. Куда определят малышку?

Линн:

Пока будет под присмотром няни, а дальше посмотрим. Адвокаты решают вопрос с опекунством, жду ответ от Риверса и его команды адвокатов.

Я:

Поняла. Завтра буду.

Я нажала «отправить» и на мгновение замерла, глядя на экран. Внутри боролись два чувства: облегчение и странная, тягучая вина. Поднимаю взгляд на подруг: они непрерывно обсуждают какую-то знаменитость по телевизору, не замечая моего состояния. За эти дни я на краткий миг задумывалась над тем, чтобы оставить ребенка себе, взять эту ответственность, но потом понимала, что не смогу. Не потому, что не люблю детей, а потому, что всегда буду видеть в ней Райли и ту женщину.

– Что такое? – улыбаясь, спрашивает Марго.

– Завтра мне нужно отвезти ребёнка Линну. Они нашли няню и ждут решения Риверса, – отвечаю я, бессмысленно бегая взглядом по кадрам на экране.

– Это к лучшему, Саюри, – Сара сжимает мою ладонь в своей. Мне остается только кивнуть ей, подавляя вновь жгучее чувство в груди.

Собираюсь встать с дивана, чтобы принять наконец душ, но мой телефон снова оживает. Беру его, но номер абонента мне не знаком. И кому я понадобилась в такое время? Подруги также заглядывают в экран и, как очумелые, начинают посмеиваться, надеясь, что Михей мог каким-то волшебным образом найти мой номер.

– Да, – отвечаю я.

– Я жду вас около вашего подъезда, нам нужно поговорить, миссис Финч, – от этого голоса я подскакиваю с дивана и, насколько позволяют силы, иду к окну. Отодвигаю штору, всматриваясь вниз.

– О чем? Да и вообще, вы видели время, мистер Риверс?

Марго и Сара тут же оказываются рядом, толкаясь, чтобы первой выглянуть в окно. Я хмуро смотрю на них, и девочки замирают.

– Две минуты, миссис Финч. У вас две минуты.

Он бросает трубку, а я вздыхаю, глядя на потемневший дисплей.

– Вистан? Этот противный приехал к нашему дому? – спрашивает Марго, практически повиснув на подоконнике.

– Он самый. И вообще он зануда. Видите ли, он даёт мне две минуты, чтобы я спустилась к нему, – попытавшись спародировать его ледяной тон, я сильнее запахиваю полы кардигана.

– Что хочет?

– Понятия не имею.

– Ты пойдёшь?

– Придётся.

Я отхожу от подруг и смотрю на себя в зеркало. Махнув рукой на внешний вид, иду к двери. Я не на свидание собралась, так что мой пучок на голове и клетчатые домашние штаны не должны отпугнуть этого человека. Натягиваю домашний тапок в виде котика на больную ногу и морщусь от боли, но не подаю виду, чтобы подруги не заставили меня остаться дома. Не особо хотелось, чтобы Риверс сам заявился в квартиру.

– Если что, мы на связи! – бросает мне Сара.

Выхожу в подъезд и медленно спускаюсь по лестнице, перебарывая неприятную пульсацию в ноге. Конечно же, за две минуты у меня не получается преодолеть три этажа, да я и не старалась. Когда выхожу на улицу, сразу вижу дорогую машину. Около неё стоит Вистан; точнее, он сидит на капоте, выдыхая сигаретный дым. Его фигура в свете фонаря кажется массивной, а спортивный костюм вместо привычного строгого пиджака делает его образ еще более жестким. Ковыляю к нему. Знаю, что он уже заметил меня, но он не поворачивается.

– Что вы тут делаете, мистер Риверс? – когда я произношу его имя, мужчина наконец поворачивает голову и медленно осматривает меня с ног до головы.

– Есть пара вопросов, которые я очень давно хотел задать. Садитесь в машину, прокатимся.

– Я с вами никуда не поеду…

– Миссис…

– Просто Саюри. Я больше не Финч, мой брак расторгнут, – выпалила я, потому что это обращение стало невыносимым.

– Сядь в чёртову тачку, Саюри.

– Нет. Ты меня не понял…

– Это ты не понимаешь всего, и поэтому пришло время немного поболтать. В противном случае я могу перейти к более жёстким методам. Итог будет один и тот же, выбирать тебе.

– Угрожаешь?

– Что ты, Mon cher, я просто говорю, как будет происходить наше общение. Поверь, оно будет очень интересным, если ты пойдёшь навстречу.

– О чем речь?

– Садись в машину.

Вздыхаю и поднимаю взгляд на окна квартиры: подруги смотрят на меня настороженно, и мне приходится им написать, чтобы не волновались. Делаю несколько неспешных шагов, которые выдают мою хромоту. Вижу, что Риверс это заметил, но никак не прокомментировал, пока я шла к передней пассажирской двери.

– Почему нельзя было это решить завтра? – спрашиваю я мужчину, который сел за руль и рванул прочь от моего дома.

– Потому что если я ещё на чуть-чуть оставлю это дело, то могу прийти к тебе с совсем другими намерениями, – отвечает он, и я смотрю на него, впервые понимая, что нахожусь настолько близко.

С того благотворительного приёма, кажется, прошло не так много времени, но там этот человек не казался мне таким злым, как сейчас. Закатанные рукава светло-серой толстовки открыли вид на жилистые руки, что очень крепко сжимали обод руля. Пухлые губы поджаты, как будто он сдерживает себя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.