Каста предателей

Политические симпатии к «передовым демократиям Запада» и явились лейтмотивом сближения с Англией, противоестественного и самоубийственного для России.

«Свободная парламентарная» Англия и «прекрасная демократическая республика» Франция всегда противопоставлялись «реакционной» монархической Германии. По убеждению русских либералов и демократов, «разгром реакции в Европе» в лице монархической Германии должен был принести торжество демократическим принципам, политическую свободу России, парламентаризм, а может быть, и демократическую республику.

Кто же виноват в войне? Именно эти либеральные круги, которым война была нужна!

Решение царя продолжать борьбу до конца было искренним и бесповоротным.

Россия по-прежнему представляла громадную непоколебимую военную силу: к весне 1917 года была готова к наступлению 12-миллионная армия, причём поддерживающие армию ресурсы Российского государства были безграничны.Недостаток хлеба в некоторых рабочих кварталах Петрограда в феврале 1917 года был просто маленьким эпизодом. Подобное столицы других государств знали ещё в 1914 году. Это ничтожное обстоятельство не могло послужить поводом для того, чтобы ниспровергать существующий государственный порядок.

И теперь уже можно не сомневаться, что уличные беспорядки в Петрограде в конце февраля 1917 года были созданы искусственно.

Население столицы было обеспечено всем необходимым: в Петрограде имелись значительные запасы муки и необходимых предуктов питания. По сведениям петроградского градоначальника Балка о количестве продовольствия в столице, выяснилось, что если бы Петроград, начиная с двадцатых чисел февраля, оказался отрезанным от всей страны и в него не было бы подано ни одного вагона с продуктами, то жители его могли бы оставаться в течение 22 дней на прежнем продовольственном пайке, то есть по два фунта хлеба в день на человека, – порция, о которой не могли тогда и мечтать граждане Франции, Германии и Италии.

Мы перед весной 1917 года стояли накануне достижения наших исторических задач.

Вся страна была спокойна. Поводы для брожения и открытого возмущения отсутствовали. Буржуазия от войны нажила большие капиталы. За время войны деревня также заметно разбогатела, рабочие неплохо зарабатывали. От продажи хлеба и других сельскохозяйственных продуктов у крестьян образовались значительные денежные 24 сбережения. Не высказывая военного задора и шовинистических чувств, основная масса русского населения – крестьянство – сохраняла величавое спокойствие. Крестьяне понимали, что Первая мировая война, в которой участвовала Россия, затеяна не ими и что бунтовать во время войны не годится.

Вот почему февральский бунт для русского народа явился полной неожиданностью. Никакой революции с 22 по 28 февраля в Петрограде не было. Интеллигенция стала кричать, что народ сверг «самодержавие» и «завоевал свободу» после того, как Государственная Дума произнесла слово «революция», а печать его подхватила и разнесла по всей России.

Подлинный народ – хозяйственные крестьяне и городские обыватели города – сразу стал отмежевываться от петроградского действа и никогда не признавал, что он «завоевал свободу». Напротив, общий голос был за то, что «свободу дали» и что «после свободы наступили беспорядок и разорение». Точно так же угрюмо встретили нормальные люди интеллигентские радостные вопли о распаде «империи зла» и рождении «новой свободной России». Параллели налицо. И действующие вредоносные силы – всё те же.

Февральский бунт, как и крушение СССР в 1991-м – не дело русского народа, не народное движение, а результат заговора небольшой кучки, связанной с иностранцами.

И ответственность за него падает на подстрекателей и поджигателей – либеральных полити- 25 канов из прогрессивного блока, которых и нужно считать интеллектуальными убийцами России!

Они своими безумными нападками на правительство подрывали и дискредитировали его в глазах народа, разваливали тыл, расхолаживали патриотическое настроение, втягивали военное командование в заговор против Верховного вождя…

А уж кромсали живое тело России непревзойдённые заплечных дел мастера революции – российские социалисты.

Виновны, конечно, и попустители этого страшного преступления – прекраснодушные русские интеллигенты, у которых не хватило разума и воли пресечь тёмную разрушительную работу либерально-социалистической общественности.

У нас бунт произошёл не от бедности материальной, а от нищеты духовной. Отсутствие национального сознания и утрата чувства государственности привели к февральскому бунту и коммунистическому мятежу.

Народы ведут к славе и счастью его духовно зрячие вожди. Ярким примером может служить Германия начала ХХ века.

Благодаря национальной интеллигенции, одна почти против всего мира, Германия с честью выдерживала тяжкую и изнурительную войну. Немецкая интеллигенция удержала свой народ от революционно-большевистского движения, которое после капитуляции было так близко и возможно. Она организовала народ и вместе с ним отбила натиск тёмных сил всего мира, которые после войны стре- мились уничтожить немецкий народ как нацию. Не будь здоровой национальной интеллигенции, Германию постигла бы судьба России. Немецкая интеллигенция проявила здоровый национализм и патриотизм, она вдохнула веру в свой народ и вместе с ним разбила цепи неволи.

Второй пример – Япония того же времени, бедная экономическими ресурсами страна. Но Японская нация была едина. Заслуга в этом принадлежала японской интеллигенции. Она внушила любовь к своему прошлому, она создала культ Микадо, учение, по которому Микадо является прямым потомком богини Солнца и сам есть живой бог на земле, который вправе требовать абсолютной верности от своих подданных. Идея божественного происхождения власти пропаган- дировалсь в школе, в армии и в общественной жизни.

Эта пропаганда носила характер религии. История преподавалась молодёжи таким образом, чтобы центром национальной исторической жизни сделать священную особу императора. История внушала чувство гордости, что Япония никогда не была запятнана актами неповиновения и возмущения императору, что она сохраняла верность и сыновнюю покорность своему Верховному Повелителю и династии, история правления которой не прерывалась на протяжении 2500 лет. Правящий класс, военные, учёные и обыкновенные интеллигенты сумели объединить и сплотить вокруг монарха нацию и создать в народе благоговейное отношение к его личности.Совершенно другим путём шла интеллигенция русская, на которой и лежит вся ответственность за крушение России.

Причина русской катастрофы – забвение русской интеллигенцией национальных идеалов – православия и самодержавия, которые в течение веков были организующими началами нашей национальной государственной жизни.

О настроениях среди «цвета нации» весьма красочно повествует А. Белый.

Рассказывая о своём пребывании у Блоков и создавшейся у них ненормальной обстановке, он вспоминает: «Раз я не выдержал, вдруг за столом, при всех вместе сорвал с себя крест, бросив в траву; А. А. усмехнулся недоброй улыбкой».

Однажды А. Белый, поднимая бокал, возгласил: «Пью за свет!» В.Я. Брюсов, усевшийся рядом, вскочил как ужаленный, поднял бокал и прогорланил: «За тьму!».

В Петербурге, как и в Москве, масонские и про- масонские кружки объединяли людей различных направлений и оттенков: от софианцев-христиан до сатанистов вроде Сологуба.

Блок в своих талантливых стихах воспевал Люцифера.

Булгаков, по сообщению Белого, принимал участие в 1904 году и последующих годах в «Христианском братстве борьбы», которое занималось печатанием прокламаций с чёрным крестом к духовенству и войскам.

Бердяев, по воспоминаниям того же Белого и Розанова, был в числе тех лиц, которые в 1905 году 28

были приглашены к поэту Минскому в его квартиру, в дом Полякова, на Английской набережной, «со специальной целью испытать причащение человеческой кровью».

«Кровь действительно была получена от укола еврея-музыканта и какой-то еврейки, разболтана в стакане и выпита всеми присутствующими», – свидетельствует В.В. Розанов.

Так развлекалась интеллигенция. А ещё занималась подрывом государственных основ ради призрачных видений прококаиненного разума, не сознавая того, что эти видения – плод долгой обработки её – интеллигенции – сознания.

А народ…

Народ в революции играл пассивную роль.

Русское купечество, крестьянство и рабочие были послушным орудием в руках кучки поджигателей.

Наши «активные классы революции» не сами шли, а их тащили, не они задавали тон, а другие, не снизу шло движение, а сверху, не крестьянство, буржуазия и рабочие делали революцию, а ими делалась революция.

У народа не было ни желания, ни понимания, ни воодушевления для устройства революции.

Буржуазия работала на социалистическую революцию, мужики насаждали коммунистическую диктатуру пролетариата, а буйная русская мастеровщина, по недоразумению названная рабочим классом, доканчивала разрушение.

Вдохновителем и застрельщиком великого бунта была передовая интеллигенция – интеллигенция либерально-радикально-социалистическая.

29

Она была воодушевлена своей верой и своими идеалами, во имя торжества которых могла принести какие угодно жертвы, пойти на обман, бесчестие, жестокость и преступление.

Вся она, за самым ничтожным исключением, была нерелигиозна, ненациональна и безгосудар- ственна.

Скептицизм, неверие, а то и прямое отрицание Бога стали неотъемлемыми свойствами духовной сущности передовой интеллигенции, а слепое преклонение перед силой разума и материи – её религиозным культом.

Она отрицала общепризнанную мораль, понятие греха, совести и стыда. И это отрицание стало её родовой метой – от коллонтаевской теории глотка воды (с ним сравнивали значение соития) до бесчинств «Бешеных вагин» в 2012 году.

Интеллигенции тогда, как и сейчас, были чужды здоровый национализм и любовь к отечеству. Противонациональными настроениями тогда, как и сегодня, была охвачена вся передовая интеллигенция.

Розовые мечты наших либералов о «вечном мире между народами», «всеобщей гармонии между людьми» и «всечеловеческом братстве» и фантастическая вера товаришей-социалистов в мировой союз пролетариев – явления одного и того же порядка: либералы и социалисты в своих устремлениях к общемировым целям стояли далеко от своего народа и России.

Сегодня они воют о торжестве толерантности и мультикультурализма, об «общечеловеческих ценностях» и мыслят себя «гражданами мира». 30

Либеральная интеллигенция прежде всего любит весь мир, а потом уже свой народ: она любит его случайно, урывками, скрывая перед другими свои чувства, стыдясь своей любви!

Русский народ никогда не знал безраздельной к себе любви, эту любовь интеллигенция делила с другими: вся полнота чувства любви отдавалась евреям, полякам, финнам, латышам, эстонцам, грузинам, армянам, черемисам и мордве как притесняемым «проклятым царизмом». Примерно то же мы видим и сегодня.

Великому русскому народу, создавшему потом и кровью многих поколений величайшие в мире государство и культуру, отводилось одинаковое положение с инородческой мелкотой. Сегодня «интели» любого ранга ни за что не согласятся с тем, что страна, где свыше 60 % населения составляет одна национальность, является, согласно международным нормам, страной мононациональной. И всякое упоминание о «многонациональности» России является плевком в лицо государствообразующему русскому народу!

К моменту революции 1917 года интеллигенция давно не только отказалась от всех национальных идеалов, но и неуклонно шельмовала их в глазах народа, старалась вытравить их из народной души.

Всё наше великое прошлое подвергалось поруганию и осмеянию. Чувство ненависти к монархии в передовом обществе не знало границ.

В борьбе с самодержавием все средства признавались дозволенными: ложь, клевета, искаже- 31 ние исторической действительности, подтасовка фактов родной истории.

Для того чтобы нанести удар правительству, чтобы дискредитировать его в глазах иностранцев, Милюков и другие кадеты считали нормальным и вполне допустимым для себя как русских выливать потоки лжи и клеветы на своё правительство во Франции и Америке и вести пропаганду, чтобы иностранцы не давали русскому правительству денег.

Пораженчество никогда не умирало в русском передовом обществе – начиная с декабристов и кончая пресловутым Ильичом.

На чужие деньги против России с одинаковым успехом работали Милюков и Ленин. «Анатомия протеста-2» показала то же самое. Но кажется, что нам предстоит увидеть и «Анатомию протеста-3» и 4, и 5. И кажется, много сюрпризов можно ожидать от этих увлекательных просмотров.

Только русская интеллигенция могла в феврале 1917 года разжечь недовольство, вызвать движение черни, возглавить бунт шкурников и предателей и погасить историческую славу России.

Коммунистический мятеж, пожравший Россию и её культуру, подготавливался давно. Радикальный социально-революционный переворот считался благодеянием.

Герцен с восхищением ждал вожделенного момента наступления социальной революции и призывал верить, что русская революция доделает то, что не смогла сделать «мещанская» француз- ская революция, то есть зажечь социальным пожаром весь мир.

«Ветер дул» от Ротшильда, женатого, кстати, на Аделаиде Герц, так что вполне возможно, что 200 лет назад Ротшильд и подарил нам первого «русского» революционера. «Что ему (Ротшильду) во мне нравилось, – писал Герцен, – что я представлял собой то поле борьбы, на котором он разбил наголову Николая Первого. Я для него был своего рода победой при Маренго или Аустерлице, и когда я был с ним, он часто входил в подробности своей победы. Хотя достаточно великодушный, чтобы пощадить своего разбитого противника (Николая Первого), он позволял себе, тем не менее, отчётливые улыбку-две».

На деньги Ротшильда Герцен основал своеобразную фабрику по «изготовлению большевиков», куда он привлекал юных христиан-студентов и превращал их в сатанистов-убийц. Ну не замечательный разве был у русского народа «борец», «которого разбудили декабристы»?

Но если Герцена на самом деле «разбудил» Ротшильд, то может он и декабристов «разбудил»? Неудивительно, что все «русские» евреи со времён Герцена ошиваются именно в Лондоне. И Маркса Ротшильд тоже «разбудил». Ведь «великие немцы» Карл Маркс и Энгельс – тоже «лондонцы», как и New-Lenin – Березовский, и распиаренный английский писатель Виктор Суворов-Ризун – он же «великий украинец», и прочие крупные и мелкие «интеллигенты», тянущиеся поближе к ротшиль- довскому кошельку.От декабристов, которые «разбудили» Герцена, в русскую политическую жизнь вошло страшное наследие – «психоз крови». Они были под гипнозом французской гильотины; они сговорились убить всю царскую семью без остатка. В своей «Русской правде» Пестель развивал планы вырубки «под корень» всего мыслящего слоя России. Церковь шла на слом целиком. Всё это – во имя создания чего-то всеблагого, идеального.

Декабристы заложили и новое: кровь во имя неведомого, туманного будущего.

Эту страшную традицию продолжили «петрашевцы». У нас умалчивается то обстоятельство, что на своих собраниях они обсуждали, помимо вопросов философских, ещё и убийство царя. Достоевский, бывший в числе петрашевцев и приговорённый к повешению, показал всей своей жизнью и творчеством, что суровый суд он принял как заслуженный и через этот суд отделался от бесов, разъедавших его в молодости.

Но пророки подполья самозабвенно заражались «психозом крови». Чернышевский в 1853 году писал: «меня не испугает ни грязь, ни пьяные мужики, ни резня». В 1880-х в «Катехизисе революционера» Нечаев провозгласил, что все средства – ложь, провокация, воровство и убийство – не только не должны смущать революционера, но абсолютно необходимы и всячески его украшают. Это и есть революционная доблесть!

Как известно, фабулой для «Бесов» Достоевского послужила именно судьба Нечаева, который 34

убил своего приятеля, когда тот посмел в чём-то не согласиться с «вождём».

Узнаёте интеллигентскую нетерпимость? Мы и сегодня её частенько наблюдаем в разных телевизионных ток-шоу.

Они, думается, и сегодня «бредят эшафотом», только не признаются в этом открыто.

Полтора века до революции наука и публицистика проповедовали возможность достижения абсолютной свободы, безумную надежду на всеобщее счастье и довольство, надежду на то, что люди на основании разума достигнут полного равенства на земле.

В университетах «дурачки профессора», говоря словами В.В. Розанова, зашевелились: шла проповедь того, что «социализму принадлежит великое будущее» и он призван обновить весь мир и «разрешить на земле проблему счастья».

Либеральные, радикальные и социалистические партии в своих призывах к свободе и грабежу стремились обогнать одна другую.

Кадеты призывали к национализации земли, социал-демократы – к муниципализации, социалисты-революционеры – к социализации, а все вместе – к уничтожению права собственности и коренному социальному перевороту.

В этом состязании «кто даст больше» победа осталась за теми, кто честно и открыто заявил, что всё позволено.

Революция и гибель России стали неотвратимы. Этот процесс болезни, приведший к смерти России, начался с Петра I, который, как это бесспорно 35 всеми признаётся, стал родоначальником русской интеллигенции.

Россия оказалась «пустой», потому что мозг страны – интеллигенция – оказался гнилым и своим гниением заразил русскую нацию.

Больная духовно, интеллигенция в течение десятилетий вела ожесточённую борьбу со своим народом и началами его жизни во имя торжества масонского идеала объединения всех без различий рас, племён, религий, сословий, партий и культур на основах свободы, равенства и братства в один всемирный союз для установления царства всеобщей справедливости, царства Астреи и земного Эдема.

Россию и народ привела к гибели воспитанная масонством либерально-радикально-социалистическая интеллигенция.

История русской революции есть история передовой, либерально-радикально-социалистической интеллигенции.

История либерально-радикально-социалистической интеллигенции есть по преимуществу история масонства.