Игрушка для чёрного мага

Егорка уже давно ускакал на улицу, а они с мамой сидели на кухне и пили чай с тортом, что купила Лина по дороге домой. Где-то там, в подворотне, стоял черный джип, в котором ее дожидался Валера. Теперь она знала имя этого молчаливого и сурового с виду мужчины. Наверное, водители богачей по большей части все такие.

– Дочь, он хоть не старый? – спросила мама, и Лина поняла, что даже этот вопрос дался ей с трудом.

– Нет, мам, не старый, – невольно опустила взгляд Лина, рассматривая остатки чая в чашке.

– А где ты с ним познакомилась?

– В баре, – пожала она плечами. Хотя, такие как Люк, в заведения наподобие того, где она работала, точно не ходят. Но этого маме знать не обязательно.

– И какой он?

Этот вопрос заставил Лину задуматься. А какой Люк?

– Красивый, – кивнула Лина собственным мыслям.

– Ну я же тебя не об этом спрашиваю! – повысила голос мама. – С лица воды не пить. Какой он по характеру? Не обижает ли тебя? Любишь ли ты его?

Господь! Ну о какой любви она говорит! И как можно ответить на столь простые на первый взгляд вопросы, если весь образ жизни, что вела сейчас Лина, обижал ее. Но это всего лишь работа, о которой маме точно лучше не рассказывать. А это значит, что придется придумать версию специально для нее, где она сотворит такого Люка, ради которого, действительно, можно нарушить устоявшиеся принципы и согласиться на роль любовницы.

– Мам, он хороший. Добрый и веселый. Правда, работает очень много. Он даже нанял мне учителя танцев. Ты же знаешь, как я мечтала ходить на танцы, – улыбнулась Лина. Она, действительно, все детство грезила танцами, но так и не смогла на них записаться.

– А чем он занимается?

Вопрос поставил Лину в тупик. А чем, собственно, занимается Люк? Единственное, что Лина знала, так это то, что у него есть свое модельное агентство. Но доход ему приносит явно ни оно одно. Только вот, посвящать ее в вопросы бизнеса никто не собирался. А потому и здесь ей пришлось придумывать самой.

– Он занимается автомобилями. У него много автосалонов, в разных городах… Мам, теперь нам станет полегче, – коснулась она натруженной руки, лежащей на столе.

– Не в деньгах счастье, доча, как бы банально это не звучало. Любовь важнее всего.

И это говорит ее мама, которая прогнала отца, когда Егорке исполнился год. А потом тот уехал на север и больше о нем они не слышали, как и помощи от него не было никакой. Неужели мама когда-то любила его? Похоже на то… Кажется именно отражение давно забытого чувства вкупе с щемящей тоской читала она сейчас в родных глазах.

– Рано еще говорить о любви, мам, – уклончиво ответила Лина. – Не так давно мы и знакомы.

– Но это не помешало тебе переехать к нему жить, – усмехнулась мама.

– Он так захотел. Да и мне пора стать хоть немного самостоятельной.

– Это не самостоятельность, а зависимость, – снова посуровела мама.

– Так сейчас живут многие, – разозлилась Лина из-за собственной беспомощности, что исчерпала все аргументы. – И я ничем не отличаюсь от остальных.

– Кроме того, что воспитывала я тебя по-другому. Ну да ладно, – вздохнула мама, – поздно уже. Тебе, наверное, пора?

Уходила из родного дома Лина в растрепанных чувствах. Не о таких семейных посиделках она мечтала, это точно. С мамой они договорились, что навещать их Лина будет раз в неделю, что соответствовало истине. Валера дремал в машине, когда Лина спустилась во двор, борясь с грустью и нежеланием возвращаться в богатый загородный особняк. Впереди маячили выходные, в которые ей чем-то предстоит заняться. И она понятия не имела, какие планы на эти выходные у Люка или какие планы у него на нее и на эти выходные. Ей не хватало информации о собственной жизни, и все острее Лина чувствовала себя марионеткой, которой управляют, дергая за ниточки.

Люка она встретила в холле, в то время как дом уже был погружен в тишину. По всей видимости, все остальные спали. Лина не планировала задерживаться дома так долго, но отъезд свой все оттягивала и оттягивала, пока мама не начала бороться с зевотой. Вот тогда она поняла, что пора и честь знать.

Лина в нерешительности замерла у входа. Вот уж кого не ожидала увидеть на ночь глядя, так это его. Обычно в это время он отсутствовал дома и возвращался ночью. Об этой особенности хозяина Лину просветила Вероника. Получается, сейчас он дожидается ее? В чем еще она провинилась, что заслужила столь поздний выговор? Да и во времени Люк ее не ограничил. И почему он так странно на нее смотрит и молчит?

– Ты изменилась, – наконец, заговорил он и встал с дивана.

– Вашими стараниями.

– Твоими, – поправил он и приблизился к ней. – Повтори.

– Твоими, – посмотрела на него снизу-вверх Лина, все еще не понимая, с каким выражением в глазах это делает он. Вроде не зол, но как-то чересчур сосредоточен.

– Ты еще не готова… – пробормотал Люк словно и не ей вовсе. Но кроме них тут больше никого не было.

– Не готова к чему? – заранее перепугалась Лина.

– Ты должна пойти со мной, – взял он ее за руку и повел к лестнице.

Она не узнавала Люка. Сейчас он больше напоминал того, которого видела однажды ночью, вышедшего из секретной комнаты. И эта его задумчивость… Даже тембр голоса был иной – не напористый и грубоватый, а более мягкий и глубокий. И куда он ее ведет?

Они миновали лестницу, прошли мимо ее спальни. Неужто?.. Додумать мысль Лина не успела – подвел ее Люк именно к той двери.

– Сейчас тебе предстоит кое-что, что, возможно, покажется тебе странным, – повернулся он к ней и заговорил. – Даже не возможно, а покажется точно. Постарайся ничему не удивляться. Просто делай так, как я буду говорить. И запомни, это та часть соглашения, которую нельзя разглашать никому и ни под каким предлогом.

Нет, перед ней стоял все тот же Люк, и последняя его фраза была тому подтверждением.

С замиранием сердца Лина смотрела, как заветная дверь (ну она уже привыкла ее таковой считать) медленно отворяется. Ожидала увидеть все что угодно, но только не кромешную тьму.

– Заходи, – велел Люк.

– Туда? – наоборот попятилась Лина, но он дернул ее за руку и вернул на место. – Не пойду.

– Пойдешь, – шагнул он в темноту первый и втащил ее за собой.

Больше всего Лине сейчас хотелось закричать, но немного отрезвляло сознание благоразумие. Ну не держит же Люк эту комнату лишь для того, чтобы насиловать в ней девиц. И на маньяка он тоже не смахивает, значит, расчлененка ей тут не грозит.

– Молчи и не двигайся, – предупредил Люк.

Это она смогла выполнить с легкостью. От страха и неизвестности ноги буквально приросли к полу, а перед глазами уже начинали плавать разноцветные круги, как это обычно бывает, когда не видно ни зги. Только вот уже в следующую секунду круги эти принялись собираться в центре комнаты, постепенно заливая ее слабым светом. Из них образовывался большой круг, от которого Лина не могла отвести глаз. Он вращался сначала очень медленно, а потом все быстрее и быстрее, переливаясь всеми цветами радуги и становясь все больше. И когда из-за вращения все цвета слились в один, которого не существует в природе, Люк произнес будничным тоном: