Провинциалка для сноба

Глава 3

Ситуация глупее не придумаешь. Сейчас, когда чувствовала себя сносно (разве что в душ хотелось ужасно, чтобы смыть болезненный пот), Люда усиленно размышляла, что может предпринять, чтоб не стеснять более этого сразу видно занятого и важного мужчину. Она даже бросала на него косые взгляды исподтишка, словно для того чтобы убедиться, что он такой и есть. Солидный и взрослый, – пришла она к выводу. А еще сердитый и неразговорчивый. Он вообще будто забыл, что она тоже тут – в его машине, страдает от пикантности ситуации.

– Может хватит уже пялиться? – зыркнул он на нее, и Люде сразу же захотелось стать маленькой, почти незаметной и затеряться на сидении. – Позвони уже родителям, чтоб с ума не сходили.

Ну точно! Как она могла об этом забыть!

Люда полезла в сумочку за телефоном, и в следующую секунду с губ ее сорвался горестный полу-стон полу-вздох.

– Ну что еще? – раздражение водителя росло, и снова Люда не понимала причины. Ну если так не хочет с ней возиться, высадил бы у вокзала. Ведет себя, как тот недалекий крестьянин из притчи, что не хотел нести свой крест.

– Зарядка села, – виновато улыбнулась Люда, и мужчина посмотрел на нее как-то странно, но уже без раздражения.

– Возьми мой, – протянул ей телефон. – Номер помнишь?

– Только домашний.

– Ну так звони на него.

Люда кивнула и торопливо принялась водить пальцем по экрану дорого телефона, радуясь, что те не дрожат, и сил у нее достаточно, чтоб не казаться тщедушной.

– Мамулечка, привет! – выпалила она в телефон, как только услышала родной голос.

– Людмила, ты где? Опоздала на электричку? Едешь на последней? И это в первый рабочий день? Да что же эта за работа такая?.. – понеслось без остановки, и Люда теснее прижала трубку к уху. Только бы тот кто сидел рядом не услышал, как мать распекает свою уже вполне взрослую и самостоятельную дочь.

– Мамулечка… мам! – чуть повысила она голос, чтоб прорваться сквозь поток. При этом мужчина, что всячески делал незаинтересованный вид, хмыкнул и покосился на Люду, как и она на него. Сразив того улыбкой, девушка продолжила: – Мам, не волнуйся, у меня все хорошо. Да, задержалась на работе, и сотрудница меня приютит на ночь, – до слуха донеслось очередное хмыканье.

– Как ты себя чувствуешь? – в голосе мамы появилась сталь, и это говорило о том, что на смену волнению пришла сердитость.

– Хорошо.

– А почему голос такой хриплый?

– Горло немного побаливает. Ладно, мамуль, я с чужого телефона звоню. Пока, до завтра. И целуй от меня папу.

Люда поспешно отключилась, пока мама не начала задавать новые вопросы, и вернула телефон на специальную подставку.

– Спасибо! – поблагодарила она своего спасителя.

– Сотрудница, значит? Ну-ну…

– Что, ну-ну? На что вы намекаете? – вдруг ей стало страшно, что едет в неизвестном направлении с совершенно незнакомым мужчиной. И куда они, кстати, едут? Москву она знала довольно плохо, а вечером так и подавно не узнавала улиц. Но судя по обилию огней и прохожих даже под дождем, они двигаются по центру столицы.

– Ну только на то, что я мужчина и вряд ли смахиваю на сотрудницу, – спокойно отозвался он.

– Ну не могла же я сказать матери правду, что на ночлег в Москве меня устраивает совершенно посторонний человек, к тому же, мужчина! – невольно возмутилась Люда, чем заслужила третье по счету хмыканье за сегодняшний вечер. – Кстати, куда мы едем? – робко поинтересовалась она. Благодарность к этому суровому внешне мужчине была выше всех остальных чувств, и Люда не знала, как можно выразить ее словами. – Спасибо, что спасли меня! – ляпнула невпопад.

– Вот только не надо делать из меня героя, – скривился мужчина, и такая реакция обидела Люду чуть ли не до слез, с которыми она и боролась весь оставшийся путь, глядя в окно и не рискуя больше разговаривать.

Автоматические ворота, преграждающие путь во двор элитной многоэтажки, немедленно разъехались, когда машина притормозила возле них. Водитель кивнул кому-то невидимому в тонированной будке и авто плавно проскользило к подземной парковке.

– Приехали, – прокомментировал мужчина, глуша двигатель и распахивая свою дверцу. – Сама выберешься? – бросил он хмурый взгляд на Люду, и в который раз за сегодняшний вечер она почувствовала себя не в своей тарелке.

– Может, я в машине?.. – сморозила она откровенную глупость, отчего у мужчины глаза стали вдвое больше и он даже передумал выбираться наружу.

– Что, в машине? Скоротаешь ночь? – и тут он засмеялся. Басовито и очень по-мужски. – Большей глупости я еще ни разу не слышал, – сказал, резко оборвав смех. – Вылезай уже.

Все же, несмотря на то, что температура спала, чувствовала себя Люда не очень хорошо. Тело было вялым, а ноги ватными. Сказывалось еще и долгое сидение в машине. И очень хотелось спать.

На лифте они поднялись с нулевого на пятнадцатый этаж и попали сразу в квартиру. Люда аж опешила, никогда раньше так не делала, разве что в кино видела. Это и есть пентхаус, так называемый? Она застыла у порога, не в силах отвести взгляда от панорамного окна с открывающимся видом на ночную Москву. Да и сама комната, отделанная в бежевых тонах, со всякими новомодными дизайнерскими наворотами, дорогой мягкой мебелью и столами со стеклянными поверхностями, казалась Люде настолько огромной, что она даже не понимала, можно ли в такой жить и чувствовать себя уютно.

– Проходи, располагайся, – пригласил не глядя на нее мужчина и достал откуда-то явно женские и очень пушистые тапочки. Пушистые и неприлично белые. Как в таких ходить-то? Они же моментально испачкаются. – Сейчас поставлю чайник.

Он прошел вглубь комнаты, где Люда разглядела отделенную барной стойкой кухню, и включил воду. Тяжко вздыхая то ли от слабости, то ли от робости, она переобулась в тапки и сделал пару шагов вперед. А что делать дальше, где можно приткнуться и не знала – так и застыла посреди комнаты. Никогда в жизни она еще не бывала в настолько роскошных квартирах, и сегодняшняя ситуация все больше походила на сон.

– Ванная там, – указал мужчина куда-то себе за спину, в темнеющий коридор. – Полотенца в шкафу. Там же найдешь чистый халат. Вперед! – скомандовал он и снова принялся заниматься чем-то своим.

Пользуясь тем, что на нее никто не смотрит, Люда прошмыгнула в коридор и почти сразу же уперлась в дверь. Ну надо ли говорить, что размерами ванная была даже поболее гостиной в ее квартире, а отделка под малахит с блестящей позолотой заставила ее сначала вымыть руки, а уж потом как следует оглядеться.

Воспользоваться огромной и блестящей белизной джакузи Люда не рискнула. А вот под горячим душем стояла так долго, как только выдержала. Казалось, что с каждой минутой из нее все больше вымывается болезни и вливается невиданная сила, готовая сокрушить все на своем пути. Подобные мысли смешили, и под конец банных процедур Люда уже вовсю хихикала, мурлыча под нос веселую и несерьезную песенку. Не собирается она ни из чего делать трагедию. Мало ли чего в жизни случается. Бывает и такое, оказывается, когда тебе на улице помогает вдруг совершенно посторонний мужчина. И поступает он так не потому, что ты ему приглянулась, а и сам не знает почему. Наверное, срабатывает что-то заложенное природой, даже если это что-то прячется так глубоко, как у ее нового незнакомца. Кстати, да, она даже не знает, как его зовут. И поинтересоваться было недосуг.

Выходила из ванной Люда распаренная и еще более сонная, но чистая и довольная. Она куталась в мягкий, приятно пахнущий свежестью халат и мечтала о большой чашке горячего чая и чего-нибудь более существенного. Вместе с хорошим самочувствием вернулся и аппетит. Сразу впомнилось, что в обед она без охоты пощипала лишь паровую котлетку, да салатик.

Гостиная пустовала. Точно пустовала, как показал тщательный осмотр, хотя даже такой большой мужчина смог бы в ней спрятаться при желании.

И где же он? Заметив на одном из столов большую чашку (именно о такой она и мечтала, он словно прочел ее мысли), Люда пошла на легкий дымок срывающийся с поверхности чашки. А на подходах к столу уловила и аромат чая. Рядом лежала записка.

«Надеюсь, ты не заснула в ванной. Чай на столе, еда в холодильнике. В коробке лекарства. Постельное белье на диване. Спальня у меня одна, устраивайся тут. Вынужден тебя оставить, дела».

Рядом с чашкой, действительно, стояла большая круглая коробка. В такие обычно упаковывают подарки. Но эта была до верху наполнена самыми разными таблетками, пузырьками, тюбиками… Ладно, это она потом изучит. Что-то в ногах снова появилась слабость. Она опустилась на диван, обхватила обеими руками чашку и принялась маленькими глотками прихлебывать ароматный и горячий напиток, пока внутри нее не разлилось приятное тепло. Записка лежала рядом, и Люда перечитывая ту во второй раз. Сразу видно, что писал мужчина. Не надо быть почерковедом, чтоб понять, что так может писать уверенный в себе человек, точно знающий чего хочет от жизни. Буквы некрасивые, но ровные и четкие. А еще крупные… Где-то она читала, что последнее говорит о душевной щедрости. Ну что ж, и с этим не поспоришь, ведь он спас ее.

После непродолжительных размышлений и очередного перечитывания записки, когда чашка с чаем опустела, Люда поняла, что для нее так даже лучше. Нет спасителя, некого стесняться. Ей дали карт-бланш, а значит на какое-то время можно почувствовать себя хозяйкой этих шикарных апартаментов. Можно ходить по комнате и не оглядываться на хозяина, не изучать его реакцию. Нет необходимости общаться с незнакомым человеком, хоть он и сам не стремиться к общению. И ее совершенно не интересует, какие помещения еще есть в этой квартире. Ну может самую малость интересно, но любопытства она уж точно проявлять не станет. Вот только от приглашения заглянуть в холодильник не откажется, уж больно есть хочется.

Вид холодильника поистине промышленных, а далеко не бытовых размеров слегка шокировал. Какое-то время она просто рассматривала стальную поверхность с кучей кнопочек, прежде чем решилась открыть дверцу и изучить содержимое.

Чего здесь только не было! Хватило бы, чтоб накормить небольшое голодающее племя. Икра черная, красная, заморская… нет, баклажанной точно нет. Несколько видов нарезки мясной, сырной. Свежие овощи в пластиковых контейнерах. Оливки, маслины, бананы, яблоки, груши… И еще куча всяких баночек-скляночек с чем-то неизвестным внутри.

Но несмотря на кажущееся изобилие, готовить было не из чего, да и она не рискнула бы воспользоваться варочной панелью хозяина квартиры, которая блестела рядом чистотой и нетронутостью. Если в этом доме и готовят, то явно не сам хозяин и не так часто. В основном закусывают, ну или перехватывают на скорую руку. Что сделает сейчас и она.

Через десять минут перед Людой стояли две тарелки. На одной красовался огромный сэндвич с ветчиной и сыром, во вторую она нарезала салат из помидоров-черри, болгарского перца и листьев салата. И конечно же, она налила себе еще одну чашку вкуснющего чая, обнаружив остатки заварки в маленьком чайничке на плите.

Время клонилось к ночи. Люда наелась, вымыла и убрала на место посуду и уже активно клевала носом, а хозяин квартиры так и не вернулся. В итоге она сдалась. Расстелила себе постель на просто неприлично огромных размеров диване, напилась на ночь таблеток противовирусных, от температуры, от боли в горле… и зарылась под толстое и невесомое одеяло (интересно, из чего такие изготовляют?). Как уснула, не заметила, а пробудилась, когда на улице еще было темно, но часы уже показывали семь утра.

Первой реакцией стал испуг. На то, что оказалась в незнакомом месте, от мысли, что может опоздать на работу… Но почти сразу она все вспомнила и прислушалась к себе. Если не считать боли в горле и легкого насморка, чувствовала она себя вполне сносно. И времени в запасе было как раз столько, чтобы вовремя успеть добраться до работы. Только вот и медлить было нельзя.

Крадучись она пробралась в ванную, где на полотенцесушителе вчера развесила постиранное белье. Там же она вчера оставила и одежду, в которую с армейской скоростью и облачилась. Ополоснув лицо и проведя руками по голове, приглаживая растрепавшиеся во сне волосы, она критически окинула взглядом свое отражение в зеркале. Конечно, чуточку макияжа не помешало бы, но на нет и суда нет. Один день можно побыть естественной.

Оставалось еще одно важное дело – покинуть бесшумно пентхаус, пока не пробудился его хозяин. А в том, что тот по крайней мере приходил ночью, Люда не сомневалась, обнаружив в раковине грязные тарелку и чашку. После себя-то она посуду помыла, о чем отлично помнила. И разыскивать хозяина по квартире, чтоб убедиться в его наличии, тоже не собиралась. Вчерашнее происшествие сегодня казалось настолько нереальным, даже диким, что ей хотелось поскорее исчезнуть отсюда и вернуться в нормальную жизнь, где она знает, кто сама такая, и что за люди ее окружают.

Покинуть охраняемую территорию, оказывается, проще простого. Из тонированной будки никто даже не вышел, когда Люда приблизилась к воротам. Так же плавно как вчера, те разъехались в стороны, выпуская ее на шумную улицу. Пословицу: «Язык до Киева доведет», Люда знала отлично и никогда не стеснялась спрашивать, если чего не знала. Вот и сейчас она первым делом выяснила, в какой стороне находится ближайшая станция метро. Оказалась, что та совсем рядом, за поворотом. Ну а дальше уже в Москве заблудиться невозможно, если ты знаешь название станции назначения. В итоге, на работу Люда прибыла на полчаса раньше, что позволило ей напиться чаю. А прибывший через пятнадцать минут Стас угостил ее вкусными песочными печеньями. Вот и завтрак, которого у нее сегодня еще не было. Ну и радовало то, что чувствовала она себя практически здоровой.

Весь рабочий день, впитывая в себя новую информацию с жадностью пересохшей губки, Люда нет-нет да вспоминала своего спасителя. И чем больше она о нем думала, тем более неловко становилось. Как-то неправильно она себя повела, некрасиво. Ушла, не попрощавшись, а точнее, просто сбежала. Не поблагодарила за спасение и гостеприимство. Ведь если бы не он, как ни крути, а в большом и чужом городе ей пришлось бы туго. Понятное дело, что мир не без добрых людей, и возможно, кто-нибудь еще помог бы ей. А если нет? Если он был единственным, кого провидение отправило на помощь ей? А она сбежала – трусливо смылась и даже не оставила записки.

Наверное, от всех этих мыслей у нее к вечеру снова поднялась температура. Не такая высокая, как вчера, но противная и изматывающая.

– Что-то ты бледная как смерть, – со всей деликатностью констатировал Артем, остановившись возле стола Люды и хмуро ее разглядывая. – И нос красный. Простыла, – уверенно кивнул.

Что есть, то есть, из носа текло знатно и натерла она его, должно быть, неслабо.

– Вот что! – встрепенулся Артем, выныривая из задумчивости. К слову, сегодня он весь день был невыездной и временами о чем-то крепко задумывался. Люда невольно это подметила, хоть и не наблюдала за начальником специально. – Подвиг в таком состоянии ты точно не совершишь, да и работники мне нужны здоровые. На сегодня все. Дуй домой. За выходные чтоб подлечилась, отлежалась, оздоровилась, в общем. В понедельник хочу видеть тебя во всеоружии, планирую взять тебя на переговоры. Будешь закреплять теорию на практике, в полях.

Вот это подарок! До конца рабочего дня оставалось еще два часа. Если действовать оперативно, то можно даже успеть на электричку, что отправляется через сорок минут.

Медлить Люда не стала, тем более что понимала, как необходимо добраться побыстрее до дому и отлежаться. Радовало еще и то, что сегодня пятница и впереди два выходных. За них она точно подлечится. А потому, поблагодарив Артема за чуткость и заботу, она быстро собралась, попрощалась со всеми до понедельника и выбежала из кабинета. Ну выбежала – это громко сказано, но двигаться старалась шустрее, несмотря на слабость в ногах – вечную спутницу повышенной температуры.

Что такое закон подлости, знаем все мы. Он случается с каждым и, как правило, в самый неподходящий момент. Но не на следующий же день! И не снова на входе в офисное здание! И не с тем, про кого думала весь день, все больше стыдясь собственной трусости. Но именно это и произошло – на своего спасителя Люда наткнулась, едва миновала крутящуюся дверь, выпускающую из здания на холодную и неприветливую улицу. По логике вещей, он должен был заходить слева, по направлению действия механизма двери. Как он оказался справа, да еще и на пути Люды, одному Богу известно, но именно в объятьях вчерашнего незнакомца она и оказалась.

– Это уже даже сюрпризом не назовешь, – раньше услышала Люда насмешливый и знакомый голос, чем поняла, кто это ее крепко держит за плечи.

– Вы? – удивленно уставилась она на своего спасителя, задирая голову. В такой непосредственной близи он был гораздо выше нее и вообще какой-то очень большой, широкий. И смотрел так, словно даже рад был ее видеть.

– А что тебя удивляет? Я тоже тут работаю, – кивнул он на здание.

Ну конечно! Только она могла неправильно сложить два и два! Логично ведь предположить, что раз они встретились здесь, то не только она тут работает.

– А, ну да, конечно, – смущенно пробормотала Люда и сделала попытку высвободиться из крепкого захвата. Что-то силу он не рассчитал – плечи сдавил так, что аж больновато стало.

Только вот отпускать ее в планы мужчины не входило. А когда лицо его приблизилось к ее, и жесткие прохладные губы прижались ко лбу, Люда едва не потеряла сознание.

– Ч-что… что вы делаете?! – выпалила и уперлась руками ему в грудь, тщетно пытаясь заглянуть в глаза. С такого близкого расстояния удавалось разглядеть только гладко выбритый подбородок.

– Проверяю, есть ли у тебя температура, – глухо прозвучал его голос, и губы наконец-то оставили ее лоб в покое. – Разве мама твоя не так делает? – в голосе незнакомца вновь звучала насмешка, и слава богу, он отпустил ее и даже отошел на шаг.

Ну и чудик! Люда смотрела на мужчину во все глаза и чувствовала, как губы кривит улыбка, на этот раз из разряда нервенных. Кто так делает-то? Еще и с мамой сравнил себя. Люда уже едва сдерживала смех, и даже кажется температура стремительно рванула вниз. Во всяком случае, ей вдруг стало нестерпимо жарко, и это на пронизывающем ветру. Дождя сегодня хоть и не было, но ветер дул нешуточный, и солнца на небосводе не наблюдалось.

– У тебя опять температура, – нахмурился мужчина, разглядывая ее лицо так внимательно, словно искал в нем изъяны. – Вместо того, чтоб сбегать с утра и тащиться на работу, лучше бы отлежалась в постели. Ну или в крайнем случае, отправилась домой.

– Я же объяснила, что не могу! – с вызовом ответила Люда, стараясь выглядеть взрослой и рассудительной. И почему в который раз рядом с ним она чувствует себя несмышленышем?! – Вчера был мой первый рабочий день, а сегодня второй. Не могу же я их пропустить.

– Ну конечно, – кивнул он, явно издеваясь над ней, взял Люду под руку и куда-то повел. – А умереть на работе – это значит оставить после себя славу героя.

– Куда вы меня ведете? – попыталась Люда вырвать свой локоть, но и этого ей не позволили.

– Ты ведь сейчас собираешься домой?

Тут она сообразила, что непростительно много времени потратила на разговоры с ним, вместо того, чтоб поторопиться на вокзал. И сейчас, как показывали часы, время уже не то что поджимало, а кричало, что она скорее всего опоздает на ближайшую электричку.

– Да, мне нужно на вокзал. Пустите, пожалуйста, – попросила уже прямым текстом.

– Я тебя отвезу, – безапелляционно заявил он и только сжал ее локоть сильнее.

Да что же это такое! Теперь точно останутся синяки. И зачем он с ней возится, если понятно, что ему это не нравится. Да и на самаритянина он даже с большой натяжкой не смахивал.