Танюша – дочь ведьмы

И ей в тот момент показалось, что это было так давно: не год назад, а как минимум пять. Так много всего произошло с тех пор.

– Не стоит, – отмахнулся Саша, – я сразу понял, к чему клонит Лёшка, но ты от него весь вечер не отлипала.

Девушка покраснела.

– В начале вечера он показался мне самым адекватным, и я решила, с ним не будет проблем, можно пообщаться, потанцевать… – сказала она. – Жаль, что я ошиблась. Ты тогда не сильно пострадал?

Парень усмехнулся.

– От кого там страдать? От этого молокососа, который сразу завопил, как только я повалил его?

– Спасибо тебе, – сказала Таня, – я не думала, что так получится. Близко бы к нему не подошла, если бы знала. Искала тебя на следующий день в школе, но не нашла.

– Я не стал приходить, когда там все толкались, забрал документы в другой день, – ответил Саша. – Может, увидимся завтра? – продолжил он. – А то я сейчас на работу иду.

– Хорошо, – улыбнулась девушка. – Здесь же встретимся?

– Да, на нашем привычном месте, – ответил парень.

Таню вдруг окутало шлейфом воспоминаний: «нашим привычным» было место встречи их класса, где они собирались после уроков. Веселились, дурачились, болтали, влюблялись и соперничали. Сама она редко принимала в этом участие, но всё-таки приходила иногда. И от этих воспоминаний на душе вдруг стало так легко. Будто непосредственность детства вернулась в её жизнь. Тиски постоянных мыслей о Матвее наконец отпустили.

На следующий день они с Сашей встретились в парке и долго болтали о школьных днях. Парень рассказал о своей учёбе в техникуме и работе на вновь открывшемся производстве. Танюша говорила о Петербурге, его темпе жизни, о том, что, ходя по центру города, первое время не могла отделаться от впечатления, что она находится в музее.

– Но ко всему быстро привыкаешь, – сказала она, – сначала я непрерывно смотрела по сторонам, любуясь красотой набережных и дворцов. А потом привыкла. Даже не замечаю, где иду. И все вокруг тоже спешат, бегут по своим делам, а ведь красота никуда не делась.

– У нас в городе тоже хорошо, – будто с обидой заметил Саша.

– Здесь спокойно, – согласилась Таня, – и приезжая домой, я отдыхаю душой. Но уже скучаю по большому городу.

– Ты не планируешь возвращаться сюда? – спросил парень.

– Если после окончания института смогу устроиться в Питере, то не вернусь, – ответила девушка, – мне здесь нечего делать. А там много возможностей. А ты что планируешь?

– Мне учиться несколько лет, – сказал Саша, – а потом посмотрим.

За этими прогулками и пролетел Танин отпуск. Она не успела заметить, как её вечерние посиделки с мамой переросли в прогулки с Сашей. Алёна радовалась увлечению дочери, видя, что это отвлекает её от навязчивых мыслей о Матвее. Таня рассказала матери о нём совсем немного, но то, что она услышала, Алёне не понравилось.

День отъезда выдался пасмурным. Девушка зашла к деду, который слабел с каждым днём и уже почти не разговаривал. Она обняла Степана, обещала приехать на новогодние каникулы. И навсегда запомнила его прощальный взгляд: дедушка смотрел с огромной любовью на свою единственную внучку и благодарил небеса, что совсем ма́лёнькой девочкой она вошла в его жизнь и наполнила её новым смыслом.

Уезжала Таня с тяжёлым сердцем. До начала нового семестра был ещё целый месяц, и она могла провести его дома. Родным она говорила, что вынуждена вернуться, так как отпуск на работе ей дали только на месяц, и то большую половину пришлось брать за свой счёт.

Алёна и бабушка с дедушкой, как люди старой закалки, считали работу святым, особенно после недавнего кризиса, когда её было не найти, и поэтому спокойно отпускали Таню пораньше.

Сама же девушка понимала, что может спокойно остаться до сентября. Если ей и придётся после этого уволиться, то она легко найдёт аналогичную работу. И истинная причина её раннего возвращения с отпуска – это Матвей.

Общение с Сашей хоть и было приятно Танюше, но не шло ни в какое сравнение с тем океаном чувств, который накрывал её в большом городе. Ради любимого мужчины она и возвращалась в Питер в начале августа.

За время разлуки они с Матвеем почти не общались, несколько смс не в счёт. Но девушка была уверена, что когда она вернётся, всё будет по-прежнему. И даже лучше, ведь у них теперь совсем другой уровень отношений.

Обратные билеты были куплены, и Таня крутила их в руках, думая о том, что опять полгода не увидит родных. Провожать её на вокзал поехала только мама, Галина со Степаном поехать не могли. Саша в этот день работал, и они попрощались накануне.

Добравшись до Питера, девушка первым делом написала Матвею. Она была уверена, что он сразу же перезвонит и они встретятся. Она даже переживала, успеет ли отдохнуть и привести себя в порядок после дороги. Но мужчина не спешил появляться. Таня гипнотизировала телефон, но он предательски молчал.

И только на следующий день вечером, когда она вся извелась, но запретила себе звонить Матвею первой, из телефона раздался долгожданный звонок.

– Привет, – услышала Танюша знакомый голос.

– Привет, – ответила она.

– Как отдохнула?

– Хорошо, а ты как?

– Недавно вернулся, работы много, даже отдохнуть некогда, – сказал Матвей. – Давай в конце недели встретимся, пока никак не могу.

Таня молчала. Она так ждала встречи с любимым, а он совсем не спешил к ней.

– Давай,– сказала она, и в трубке пошли гудки.

Девушка кусала губы, на душе было гадко. Она вспомнила встречи с Сашей и невольно сравнила своего друга детства и «мужчину мечты». Сравнение почему-то оказалось не в пользу второго.

Глава 13

На встречу в конце недели Матвей приехал с букетом цветов и южным загаром. Танюшу обнял крепко, сказал, что соскучился. Сделал несколько комплиментов тому, как хорошо она выглядит, и повёз в небольшое кафе на набережной.

– Как ты? – спросила девушка.

– Всё хорошо, – ответил мужчина, – несколько новых контрактов.

– А загар у тебя тоже с переговоров остался? – уточнила Таня.

Матвей рассмеялся.

– Нет, загар с моря, – сказал он.

– Ты ездил отдыхать? – в голосе Тани скользнула обида.

– Работа работой, а отпуск никто не отменял, – без тени смущения ответил мужчина. – Сезон в разгаре, море отличное.

– Но мы собирались поехать вместе! – проговорила Танюша.

– А ты сделала загранпаспорт? – спросил Матвей.

Девушка покачала головой. Документ выдавали только по месту постоянной регистрации, и, будучи в Питере, получить его она не могла. А приехав домой, узнала, что в их ма́лёньком городке ОВИРа нет, и за загранпаспортом надо отправляться в областной центр.

А там Таню встретили огромные очереди. Люди приезжали рано утром, чтобы на открытии получить талончик на приём. Откуда взялось столько желающих на заграничную корочку, девушка не знала. Но дважды приехав на самом раннем автобусе – осталась без заветного номерка. Больше пытаться не стала. Не ночевать же там.

– Я не смогла попасть в ОВИР, – сказала она.

– Так о чём разговор? – удивился Матвей. – Ты без документов, а мне из-за этого на море не ездить?

– Ты бы мог предупредить, что летишь отдыхать.

– А что бы это изменило? – был ответ.

«И правда, что?» – подумала Таня, которая не могла отделаться от ощущения какой-то липкости, что окружает её.

Ей было неприятно от слов мужчины. В его словах чувствовалось пренебрежение. У девушки появилось желание выйти из машины, хлопнуть дверью и больше не слышать этого: «А что такого?»

Но они ехали на большой скорости, лавируя между машинами, и она осталась, молча переваривая услышанное. Больше всего ей не понравился тон, которым это было сказано.

Внутри начала просыпаться обида. Ведь она столько мечтала об этой встрече. Хотела вновь побыть рядом с Матвеем, разговаривать с ним, видеть его глаза, полные восхищения, как было в загородном отеле, ощутить его нежность…

Но сейчас мужчина был «чужим». Казалось, что за месяц разлуки между ними образовалась стена, с одной стороны которой было горячее сердце Тани, а с другой – закрытое от неё сердце Матвея.

Они доехали до кафе, но настроение у девушки было испорчено. Она изо всех сил убеждала себя, что ничего не произошло. Ведь она на самом деле не имеет необходимых документов для поездки за границу и вообще ездила на каникулы к родным. Почему Матвей не мог в это время слетать на море? Мог. И чтобы не портить вечер, она убедила себя, что ничего «такого» в этом нет.

– А с кем ты ездил? – спросила она.

– С друзьями, – сказал Матвей. – Кстати, у нас в следующие выходные большая тусовка – день рождения друга. Отмечать будем за городом, поедешь со мной?

– Ты хочешь познакомить меня со своими друзьями? – оживилась Танюша.

– Да, пусть знают, какая у меня красивая девушка, – улыбнулся мужчина.

Таня успокоилась. Может, она зря расстраивалась? Пусть они отдыхали порознь, но ведь теперь вместе, и Матвей хочет ввести её в свою компанию.

– Хорошо, поехали, – ответила девушка.

Остаток вечера прошёл в ничего не значащих разговорах. А после мужчина предложил поехать к нему домой. Таня и ждала, и опасалась этого. Раньше он всегда подвозил её к общаге, но после выходных в июне расставаться на ночь уже не имело смысла.

Квартира Матвея имела одну комнату и кухню, из которой открывался красивый вид из окна одиннадцатого этажа. Внутри было не по-холостяцки чисто. Таня слышала от своих подруг, что одинокие мужчины мало следят за порядком в своих домах. Но здесь было убрано и даже как-то слишком свободно: минимум мебели, практически пустота на полочках в ванной комнате и такая же пустота в холодильнике.

– А что ты ешь? – спросила Таня, глядя на полки, где была только упаковка яиц, пара бутылок пива, несколько открытых пачек с нарезкой колбасы и сыра.

– Я обычно питаюсь в кафе, – сказал мужчина, – готовить некогда, да я и не умею. Держу только необходимый минимум.

Он достал пиво, предложил Танюше, но она отказалась. Вкус пива ей никогда не нравился.

Девушка оглядывалась вокруг и не могла избавиться от какого-то странного чувства. Но что её смущало – не понимала.

Матвей же притянул её к себе, усадил на колени, и дальнейший осмотр помещения был приостановлен.

Ночью Тане опять не спалось. Она не любила чужие постели, всю жизнь спала только в своей. Устав крутиться без сна, пошла на кухню. Вскипятила себе чай, наслаждаясь тем, что можно посидеть одной и вокруг никто не бегает, не разговаривает, не спрашивает о чём-то, как круглосуточно было в её общежитии.

Открыв несколько шкафчиков, она обратила внимание на отсутствие каких-либо запасов. Круп, макарон, специй – почти ничего не было. После маминой кухни, на которой она провела последний месяц, видеть такую пустоту было странно. Не найдя объяснения этому, она вернулась в спальню.

Утром Матвей был неразговорчив, но оценил приготовленный Таней омлет и отвёз её домой.

– Я думала, мы проведём вместе все выходные, – сказала девушка.

– У меня дела, – ответил он, – тем более мы уже отлично провели время. Я позвоню тебе в пятницу, скажу, когда едем.

– Мы не увидимся до конца следующей недели? – удивилась Таня, раньше они всегда встречались на буднях.

– Вряд ли, я же говорил – новые контракты, много дел, – проговорил Матвей. – Но ты не скучай, в городе сейчас много всего интересного.

Девушка хотела сказать, что интересно ей только рядом с ним, но не стала. Выйдя из машины, она совсем не хотела идти домой. Впереди была вся суббота, на работе был выходной, в общежитии делать нечего.

«И ради этого я вернулась на месяц раньше?» – подумала она.

Прошедшая ночь была чудесна, но утро принесло разочарование.

Танюша вспомнила, как мама мягко просила её не поддаваться чувствам и отстранённо посмотреть на то, как к ней относится Матвей. Говорила, что ей он не нравится. И хотя она совсем его не знает, но чувствует, что мужчина не так прост.

Таню расстраивали эти разговоры. Она считала, что мама должна поддержать её в таком большом и светлом чувстве, что она испытывает. Но Алёна не могла этого сделать. Сердце подсказывало, что дочь связалась не с тем человеком, только глаза девушки совсем не хотели этого видеть.

Глава 14

В пятницу Матвей позвонил Тане за пару часов до того, как они должны были выезжать на отдых.

– Жду тебя на выходе из общежития, – сказал он.

– Я на работе, – ответила девушка.

В трубке на несколько мгновений воцарилось молчание.

– Мы же договорились вместе провести выходные? – удивился мужчина.

– Да, я помню, в субботу и воскресенье я свободна, а сейчас пятница. На буднях я взяла себе больше смен, поскольку всё равно ничем не занята, – сказала Таня. – Освобожусь в десять вечера.

Её голос звучал ровно, но на самом деле ей было страшно, как отреагирует Матвей. С одной стороны, она хотела поехать с ним, познакомиться с его друзьям, для неё это было важно, как следующий шаг в их отношениях. Но с другой стороны, Танюше было неприятно, что мужчина не позвонил ей ни разу на неделе. И вообще будто не соскучился за целый месяц разлуки. Поэтому Таня специально взяла смену в пятницу, чтобы посмотреть, как отреагирует Матвей. Будет ли её ждать или уедет один. Из этого она хотела сделать выводы.

– Ты меня подставляешь, – недовольно проговорил мужчина.

– Что? – притворно удивилась Таня. – Чем это я тебя подставляю? Приедем на пару часов позднее, разве это проблема?

– Я хотел уже быть с друзьями и отдыхать, – ответил он.

– Тогда езжай без меня, – сказала девушка, боясь при этом, что он так и сделает.

В телефоне повисла пауза, чувствовалось, что на другом конце идёт активный мысленный процесс.

– Когда ты освободишься? – наконец спросил Матвей.

– В десять вечера, но мне надо будет зайти в общежитие за вещами, – радостно ответила Таня.

– Хорошо, я подожду тебя, – сказал мужчина, – приеду за тобой в пол-одиннадцатого.

Девушка положила трубку и улыбнулась своей ма́лёнькой победе.

До коттеджа добрались ближе к полуночи. Там уже было три семейные пары с детьми и несколько холостых парней.

Жёны друзей посмотрели на Таню немного снисходительно. Спросили, как давно она с Матвеем, чему-то усмехнулись и потеряли к ней интерес. Девушка немного растерялась от такого приёма. Она помнила компании ровесников, где новый человек уже через полчаса становился «своим», а к вечеру – лучшим другом.

Здесь же она была абсолютно чужой. Никаких общих тем и разговоров с тридцатилетними женщинами у неё не было. Они обсуждали вещи, которые были далеки от интересов Тани: проблемы на работе, цены в магазинах, здоровье детей, поборы в детских садах, бесконечные больничные и прочее. Дети, несмотря на позднее время, бегали по всему коттеджу, нещадно крича.

Холостые друзья общались между собой, их разговоры были девушке ещё менее интересны.

Она старалась быть рядом с Матвеем, хотела пообщаться с ним, ведь они столько времени не виделись. Но он всё время был с друзьями.

Красивая картинка знакомства с его компанией, которую Таня нарисовала в своём воображении, разваливалась на глазах. Она чувствовала себя лишней и всё время скучала. Лишь ближе к утру, когда все разговоры закончились, Матвей уделил ей внимание.

Девушка надеялась, что они проведут вместе следующий день, но мужчины рано уехали на рыбалку, а дети, хоть и легли очень поздно, но с самого утра бодро вскочили и продолжали свои весёлые игры, переворачивая всё вокруг. Спать в таком шуме было невозможно. Недовольно крутясь на своей опустевшей кровати, Таня думала, что даже в общежитии в выходные тише по утрам.

Весь день промаявшись одна, Таня была очень расстроена: с ней никто не общался. Мужчины застряли на рыбалке, а женщины её игнорировали.

Вернувшись с хорошим уловом, Матвей не понимал, почему его девушка грустит и просит отвезти её домой.

– Я никуда не поеду, захотела со мной, значит, будешь здесь, пока я не соберусь в город, – сказал он.

После этого Таня собрала свои вещи и вышла за пределы коттеджа. У встретившихся ей на пути людей узнала, как добраться до города. Она вышла на шоссе и стала там ждать рейсового автобуса.

Она чувствовала себя полной дурой: порой хотела вернуться, а порой – поскорее уехать. А автобуса всё не было. Зазвонивший телефон вывел её из раздумий.

– Ты куда пропала? – раздался голос Матвея.

– Я жду автобуса, чтобы уехать домой, – ответила девушка.

– Да ладно тебе, – сказал мужчина, – сейчас будем жарить шашлыки все вместе. Возвращайся.

– Я не пойду, – ответила Таня, – если хочешь, чтобы я вернулась, приезжай за мной.

– Где ты?

– На шоссе, – ответила она.

– Хорошо, я сейчас приеду, – сказал Матвей.

Через десять минут его машина на самом деле показалась с просёлочной дороги, что вела к коттеджам.

– Ты зачем сбежала? – удивился он.

– Мне скучно, – ответила Таня, – ты постоянно с друзьями, со мной никто не общается. Я чувствую себя лишней.

– Так мы все давно знакомы, а тебя мои друзья в первый раз видят, – проговорил Матвей. – Ладно, не расстраивайся, поехали обратно.

Остаток выходных мужчина был рядом с ней. Но всё равно чувство, что ей здесь не рады, не покидало девушку. В воскресенье они вернулись в город, и Матвей сказал, что позвонит через пару дней.

До конца лета Таня встречалась с Матвеем пару раз в неделю, по привычному ещё с весны расписанию. Она подстроила свои рабочие смены так, чтобы быть свободной в нужные вечера.

На выходные с его друзьями больше не ездила. Мужчина уезжал один, а Танюша в те дни грустила. Она хотела, чтобы он выбрал её, а не друзей, но он этого не делал.

Как-то она спросила Матвея про его родителей. Девушка считала, что он мог бы уже и представить её. Он ответил, что мама с папой сейчас отдыхают за границей. Познакомиться с ними по возвращении не предложил.

Потом у Тани начался новый семестр, в институте прибавилось новых предметов. На работе тоже был загруз, так как многие работники ушли с началом учёбы, встречи стали реже.

Таня уже не находила в себе того щемящего, всепоглощающего чувства, что было у неё к Матвею весной. Но всё равно ей было важно его мнение, одобрение и внимание.

В октябре позвонила Танина мама, которая знала номер дочери, но никогда им не пользовалась. Алёна тихим голосом сказала, что Степана больше нет. И спросила, сможет ли Танюша приехать, проводить деда в последний путь. Девушка ответила, что будет первым же поездом.

Положив трубку, она не знала, куда себя деть. Вспоминала детство, перед глазами плыли отрывочные детские воспоминания лесного домика, тёмного леса, сменившиеся прогулками в парке у дома, а потом прощальный взгляд дедушки, когда она уезжала из дома этим летом.

Таня отчаянно нуждалась сейчас в поддержке. Она хотела уткнуться кому-то в плечо и поплакать.

Позвонив Матвею, она надеялась, что он приедет к ней и поддержит в такой ситуации.

– Я сегодня занят, – быстро проговорил тот, – ты уезжаешь, да? Позвони, когда вернёшься.

В трубке пошли гудки.

Таня застыла, слушая равнодушные монотонные звуки. Уже сейчас она знала, что не будет звонить и постарается забыть Матвея, как бы больно ей от этого ни было.

Глава 15

Приехав домой, Таня не узнала маму и бабушку Галю. Обе женщины постарели, осунулись. Девушка впервые увидела глубокие морщины вокруг глаз Алёны и опущенные, как под тяжестью, плечи. Её мама, всегда такая молодая, которую порой принимали за старшую сестру Танюши, выглядела уставшей взрослой женщиной с невыносимой болью на сердце.