Приговор без обжалования

От размышлений его отвлек приход тамплиера Анри де Сен-Клера. Высокий статный рыцарь, черноволосый и чернобородый, обратился к Брюсу со словами:

– Государь, ты принял под свое покровительство несчастных братьев ордена Храма, безвинно обвиненных коварным Филиппом Красивым. Теперь мы готовы выполнить все, что ты пожелаешь. Приказывай!

– Вы займете место за Зеленым холмом и будете ждать. Когда станет необходимо, я передам приказ, – ответил король.

Сен-Клер молча поклонился и вышел. Он чудом сумел избежать ареста во Франции и бежать от воинов Филиппа IV, который решил не отдавать долги тамплиерам, а обвинить их в поклонении Люциферу, судить и приговорить к мучительной смерти. Одни братья нашли приют в Испании и в Португалии, другие, в том числе барон Анри, в Шотландии. А все руководство ордена во главе с великим магистром Яковом де Моле погибло в огне костров, разложенных на острове Сите. Перед тем как клубы густого дыма скрыли фигуру последнего главы тамплиеров, он успел проклясть короля и все его потомство. А Сен-Клер и его товарищи поклялись мстить французским королям и передать исполнение этой клятвы своим детям, внукам и правнукам. Но пока что им предстояло поддержать шотландцев в сражении с грозным и безжалостным противником…

В узкой долине, окруженной холмами, англичан было более двадцати тысяч, в основном к стенам Стерлинга направлялись конные рыцари, валлийские лучники и копьеносцы, шотландцы уступали им в численности раза в два, вооруженную копьями пехоту составляли призванные на защиту родной земли крестьяне, ремесленники и торговцы, легких кавалеристов удалось собрать не более пятисот, зато это были ветераны, сражавшиеся еще под знаменами Уоллеса. Да еще рвались в бой горцы, привычные к войнам и набегам.

Когда солнце поднялось над вересковыми полями и возвышенностями, предутренний туман рассеялся, и английский конный отряд графа Генри де Богуна неожиданно увидел перед собой Роберта Брюса и его бойцов. Богун, не медля ни минуты, пришпорил коня и помчался навстречу шотландскому королю с копьем наперевес. Брюс, в отличие от англичанина, ехал без доспехов, а из оружия у него была только боевая секира. Ее король и обрушил на шлем графа, раскроив тому голову, когда противники сблизились вплотную. Так с личной победы короля Роберта началась кровавая битва потомков кельтов, саксов и норманнов.

В первый день все атаки англичан оказались отбиты, шилтроны сдержали рыцарскую конницу и не позволили ей прорваться к стенам Стерлинга. Во второй день войско Эдуарда II, вынужденное ради поиска источников воды выдвинуться на небольшое заболоченное поле между реками Бэннокбёрн и Форт, приступило к развертыванию, места там всем не хватало, конные и пешие часто мешали друг другу.

Стояла непривычная для этих мест жара, пот тек по лицам рыцарей и пехотинцев, всех их мучила жажда. Шотландцы сначала отразили первый натиск вражеской кавалерии, а потом круглые шилтроны развернулись в цепи и сами двинулись в наступление.

И тогда валлийские лучники на правом фланге прошли быстро вдоль берега реки и оказались сбоку от копейщиков сэра Джеймса Дугласа. Наступил решающий момент битвы, ведь стрелы уроженцев Уэльса, от которых позднее досталось французским рыцарям при Азенкуре и Пуатье, представляли смертельную угрозу для отважных горцев.

Но Роберт Брюс увидел маневр противника и бросил в бой конный резерв. Валлийцы уже собрались натягивать тетивы своих длинных луков, как вдруг из-за ближайшего холма галопом вынеслись на резвых конях тамплиеры в белых плащах с красными восьмиугольными крестами, и грозный клич «Босеан!», так знакомый сарацинам, загремел над полем битвы. Лучники на миг дрогнули, но потом развернулись в сторону атакующих, стрелы засвистели в воздухе. Некоторые пронзенные ими рыцари Храма вылетели из седел, но остальные не ретировались, а обрушились всей своей мощью на валлийцев. А за ними уже вступили в бой легкие кавалеристы сэра Джеймса Кейта. Лучников смяли, они отошли…

Наступление шотландцев продолжилось, опасаясь гибели или плена, Эдуард II бежал одним из первых, а вступление в бой ополченцев Брюса привело уже и к беспорядочному отступлению всей английской армии, победа оказалась полной и безоговорочной, Шотландия на четыре сотни лет сохранила свою независимость от англичан.

Когда вечером в королевский шатер снова вошел барон Сен-Клер, белый плащ его был разорван, панцирь погнут от английских мечей и топоров, а на правой щеке появился багровый шрам. Брюс обнял тамплиера и сказал тихо:

– Я никогда не забуду подвига твоего и твоих братьев, сэр Анри. Филипп Красивый мой союзник, я не могу признать вашу сегодняшнюю доблесть во всеуслышание, но отныне род Сен-Клеров займет одно из главных мест в шотландском дворянстве. И еще. Сегодня мною основан орден Святого Андрея и Шотландского Чертополоха, все оставшиеся в живых тамплиеры будут в него приняты. При этом орден Храма также продолжит свое существование в моем королевстве, но тайно, знать о нем будут только посвященные.

Примечания