Зона-43. Хранитель

10.

– Извини, сегодня не взял, а так-то постоянно ношу с собой, – пошутил солдат.

Парень же был очень серьезен:

– А патрона нет?

– Патрона?! Да ты мал еще для оружия… – начал было военный, потом оглянулся назад, на город, который утопал в хаосе. – Черт! На-а! Только никому не говори, что я тебе дал.

Он протянул пацану патрон.

– Спасибо! – сказал парень и зашагал к светящемуся шару.

– Стой! Не так быстро! – солдат поспешил за ним. Я двинулся следом. Попутно оглянулся на автобус – тварей поблизости пока не было. Но надолго точно уходить от родных точно не стоило.

– Что ты хочешь сделать? – спросил солдат, подходя к подростку, но тот уже швырнул патрон в светящийся шар. Его закрутило и подбросило вверх. На секунду я потерял его из виду, а потом шарахнул выстрел.

Все инстинктивно присели.

– Блин, ну, ты… – хотел было сказать солдат, но потом понял, что сам затупил – дал мальцу боевой патрон. – А если бы нас задело?:

Парень виновато попятился:

– Я не подумал. Обычно… эти… ну, гайки кидают.

– Гайки, патроны, блин! У нас тут уже грузовик летал так-то – не хватило экспериментов?!

– Да, эксперимент так себе был, – сказал я.

– Вертолет! – крикнул кто-то из женщин.

– Где? – Сергей развернулся в сторону звука. Хлопанье лопастей приближалось, в наступающей тьме мелькала красная лампочка.

– Сюда! Мы здесь! – заорал солдат.

– Сюда-а-а! – присоединился к нему я.

Паренек тоже орал во всю глотку:

– Мы-ы-ы здесь! Сюда-а!

Выжившие принялись обниматься, предчувствуя скорое спасение.

Вертолет развернулся и пошел в нашу сторону.

– Увидели! Черт побери, да-а! – улыбнулся солдат. – Мы-ы-ы здесь!!!

Вертушка приближалась. Я уже видел военного, сидящего за пулеметом, ствол которого направлен на мост.

Вертолет завис в воздухе.

– Сюда! Снижайтесь! – замахал руками Сергей, показывая на место возле автобуса, куда можно было сесть. Теоретически.

Пулеметчик замахал руками.

– Что? Не понимаю! – закричал в ответ Сергей. – Снижайтесь!

Но военный в вертолете в ответ показывал на другую сторону моста, скрытую от нас аномалией.

– Что? Не слышу вас!!! – кричал Сергей.

Военный в вертолете продолжал указывать в сторону юго-западного района города.

– Типа нам туда надо идти? – спросил я у военного.

– Идти? – переспросил он. – Как, блин, идти?! Ты не видишь, что творится? – и солдат снова заорал, обращаясь к вертолетчикам: – Сюда! Сюда!

Но тут пулеметчик развернул ствол и открыл огонь в ту сторону, откуда мы приехали.

– Куда он стреляет? Куда? – я обернулся и все понял.

К нам приближались те самые «собаки», от которых мы ушли там, во дворе. Пока видел только красные точки. Глаза. Боже, как же их много!

– Женя, Таня! – закричал я и бросился к автобусу.

Пулемет продолжал строчить прямо над головой. От шума винтов и стрекота орудия закладывало уши. А еще в эту какофонию шумов ворвался низкий звериный рев, от которого желудок разом сжался в комок.

– Стой! – крикнул солдат. Он схватил за руку паренька и потянул за мной.

Толпа выживших у автобуса бросилась врассыпную. Один из мужчин попытался проскочить под низко висящей над мостом аномалией. Но его тут же подбросило вверх.

Ж-жах!

Фонтан кровавых брызг разлетелся по мосту, капли упали на плечо. Дальше я уже не оборачивался, только бежал.

Двое поспешили укрыться в автобусе – я их растолкал у входа. Мне нужны были мои девочки. «Только они! Только бы выжить. Уйти вместе – и все», – думал я.

Сейчас мне было плевать, умрут ли другие пассажиры автобуса.

И они умерли…

Одна из тварей схватила пожилую женщину в сером костюме у входа. Глаза жертвы округлились, изо рта брызнула кровь – пенсионерка исчезла из поля зрения. Второй выживший – мужчина – забился под руль.

С улицы доносился рев и звуки бойни – твари добрались до остальных.

– Нет! – орал мужчина под рулем. – Не трогайте меня! Не-е-ет!

Я добрался до задних дверей – они, слава богу, закрыты, поэтому твари пока нас с женой не видели.

– Они вернулись? – прошептала Таня. – Они здесь, да?!

Женечка прижимался к ней, снова уткнувшись подмышку.

Кивнул:

– Надо уходить! Срочно!

– Что? Как уходить?! Может, мы тут… ну, спрячемся?

– Тут мы долго не протянем.

В окно увидел, как тварь на улице догнала женщину у ограждения моста и откусила руку, а потом голову. Труп перевалился через перила и упал с моста.

– Нет! Уходим! – закричала я, потащив жену с дочкой к переднему выходу.

Но в паре метров от него застыл.

В проеме появилась тварь, но пока еще смотрела не на нас.

Под рулем орал мужик:

– Нет! Отстань от меня! Возьми их! – он показывал на нас пальцем. – Их бери!

Но тварь либо нас не заметила, либо просто сейчас ее интересовала более шумная добыча. Она просунула морду в салон. Мужчина ударил ее ботинком.

– Убир-р-райся! – закричал мужчина

Тут же монстр схватил и выдернул его из салона.

– Боже !– прошептала Таня.

Монстр начал разделывать жертву прямо на подножке автобуса. Кишки полетели внутрь, кровь струей ударила в потолок.

И тут тварь увидела нас…

Повернула голову.

Это был худший из кошмаров, потому что он происходил наяву. Огромная, волчья, морда, испещренная кратерами шрамов и рубцов, оскалилась. Сейчас она напоминала морду демона, явившегося из ада по наши души. Из пасти струйками стекала кровь.

– Нет! – попятилась Таня, прижимая девочку к себе.

Приготовился к худшему. В крайнем случае – буду отбиваться прямо так, без оружия. Выбора нет.

Но тут голова твари взорвалась. Пули прошили череп, остатки которого украсили и без того «живописный», благодаря многочисленным человеческим останкам, салон ПАЗика.

– Сергей! – закричал я, и мы ломанулись к выходу.

Солдат замахал рукой:

– Сюда! Быстрее! Надо уходить!

За его спиной жался паренек. Твари, окружив автобус полукольцом наступали.

Солдат стрелял, сверху его поддерживали огнем из вертолета. Собственно, если бы не пулемет, то наверняка мы все были бы уже мертвы.

Твари ревели и извивались. Ошметки плоти летели в стороны, когда их прошивали пули. Но на место поверженных «псов» тут же вставали полчища новых монстров.

Мы выбрались на улицу. Я поспешил убрать дочку за спину, чтобы не видела происходящий кошмар. Но Женя и так уже все рассмотрела – никто из пассажиров, кроме нас пятерых, не выжил. Везде валялись куски тел. Отгрызенные конечности. Чуть подальше – за основной линией атаки – твари рвали на части человека. По светлым и длинным волосам я понял, что это блондинка из нашего ПАЗика.

– Отходим! – военный показал куда-то за автобус. И мы начали пятиться туда. Но там – перила моста, дальше пути нет.

– Куда? – спросил я.

– Заберите нас! – заорал вертолетчику вместо ответа Сергей, но тот лишь замахал руками и…

– Он перестал стрелять! Перестал. Почему?

– Черт! – испугался солдат.

Твари сразу бросились в атаку. Огнем из автомата их было не сдержать.

– Вниз! – заорал Сергей, и, схватив в охапку паренька, прыгнул с моста. Ну, как прыгнул, просто перегнулся и упал вниз.

– Боже! – выдохнула жена.

Я подсадил Таню с Женей через перила.

– Прыгайте! – закричал я. У меня даже не было времени их нормально придержать, чтобы попробовать аккуратно спустить с моста.

Уже чувствовал смрадное дыхание тварей за спиной.

Мои девочки прыгнули, а следом перевалился через перила и я. В этот момент одна из «собак» попыталась схватить лодыжку.

Клацнули зубы – и чудом монстр промахнулся, ударившись о прутья ограждения.

Я упал вниз.

11.

Нам повезло. Внизу – обрыв, но пологий и полным-полно кустов. И даже не колючих. Мы кубарем прокатились по ним, ободрав лица и руки о ветки. А потом шлепнулись в мягкую и податливую грязь.

Болото?!

– Целы? – спросил я у жены.

Та застонала. Рана, похоже, снова открылась.

Женечка, которая как раз обнимала Таню, уже вся была залита маминой кровь. Глаза ребенка испуганно смотрели на меня.

– Уходим! Быстрее! – закричал сзади Сергей.

Обернулся – солдат поднимал на ноги подростка, у которого, судя по всему, была вывихнута рука. Малец прижимал ее к животу.

Мы рванули за ними, отмахав по болоту еще с сотню метров. Видимо, здесь была речушка или ручей, которые пересохли.

Я смутно понимал, что где-то здесь должны быть рельсы. Железная дорога. Дальше – станция «Киров-2».

Все это время я ждал, что услышу за спиной рев и топот сотен лап. Раз мы так легко спустились в эти дебри, то «собаки» и подавно сумеют.

– Они остановились! – вдруг закричал парень. Он как раз обернулся к мосту и смотрел вверх. – Они отстали!

Твари стояли на мосту. Одна из них – судя по габаритам, Вожак – залезла на автобус.

– Они остановились, – повторил пацан.

Твари завыли.

Долго и протяжно.

– А где вертушка? – спросил я.

Сергей показал направо – в сторону юго-запада быстро удалялся мигающий огонек.

– Почему они нас бросили?

– Не знаю, ничего не знаю… – затараторил военный. – Вроде бы они сказали идти на юго-запад, но я… это не точно, короче.

Мы продолжали идти вперед, пока не выбрались на рельсы. Те убегали в сторону горящих огней станции.

– А что рация?

Сергей попытался включить ее:

– Прием! Кто-нибудь слышит меня?

В ответ – лишь помехи.

– Прием! – повторил он. – Кто-нибудь слышит?.. Ч-черт! Видимо, сломалась.

– Такое может быть? – спросил я.

Сергей пожал плечами.

Я тащил на себе жену, замечая, как с каждым метром та заметно слабеет – уже все весом на мне.

– Где здесь больница? Нам нужна помощь, – спросил я.

Сергей показал вперед. На огоньки:

– Там станция, должен быть медпункт. Вроде бы…

Я зашептал Тане на ухо:

– Потерпи, пожалуйста!

Поцеловал ее, а потом и Женечку.

– Я потерплю, – сказала она, потом вдруг оглянулась через плечо: – Почему они остановились?

– Не знаю, не знаю… – повторял я про себя, хотя в голове вертелась одна догадка.

«А что если там, на мосту, кончились границы охотничьих угодий псов. Ну, есть же в природе у хищников разделение территорий. Вдруг здесь другой хищник обитает?!» – подумал я.

Холодок прошелся по спине. Но подобная мысль, озвученная вслух, могла напугать моих девочек, поэтому решил ее пока придержать. Да и на станции действительно могло быть безопасно. Вдруг я все это напридумывал. Не бегут твари следом – и то хорошо», – успокоил я сам себя.

Но, конечно же, предчувствие меня не обмануло.

12.

– Никого не видно, – произнес Сергей, когда мы подошли к краю платформы. До здания вокзала оставалось метров тридцать. Фонари горели, только вот людей не видать – как вымерли.

«А, может, и правда вымерли», – подумал я.

– Надо подойти ближе, – сказал военный.

Мы вышли из кустов и направились к зданию вокзала.

– Тебя как хоть зовут? – спросил я парня, который шел следом за военным.

– Что? А? – повернулся он.

– Зовут тебя как?

Мальчик замялся, посмотрел на дочку и смущенно ответил:

– Петя.

– Петр, значит?! Хорошее имя. А меня Алексей, а это мои Таня и Женя. Будем знакомы!

– Ага! – бросил паренек, но тут на него цыкнул солдат – все же мы уже рядом с платформой.

Остановились у края здания, стоящего рядом с вокзалом. Оно было двухэтажным, на вид – что-то типа офисного. Дальше, в нескольких метрах от нас, сам вокзал, на котором висела табличка «Киров-Котласский». Точного года постройки я не помнил, но в тусклом свете фонарей здание вокзала казалось средневековым замком. Правда, высотой всего в один этаж – не бог весть какая готика!

Сергей заглянул за угол.

– Никого! – сказал он. – Куда все подевались?

– Это же вроде товарная станция, – ответил я. Таня застонала, поспешил прикрыть ей рот рукой: – Потише, милая!

Хорошо, хоть Женя больше не кричала, да и в целом вела себя очень тихо для ребенка ее возраста. «Лишь бы от стресса вообще говорить не разучилась», – про себя добавил я.

– Товарная, да… но все равно тут поезда проходят. Должны быть дежурные, железнодорожники… ну, кто там должен быть на станциях круглосуточно?

– Может, позвать их? – предложил я.

– Позвать?! А вдруг твари уже здесь?! – ответил Сергей. – Не-е. Не стоит будить лихо, пока тихо. Идем в здание, сами осмотримся на месте. Я вперед, вы – за мной.

Он быстро перебежал к зданию вокзала. Огляделся по сторонам. Замахал мне рукой – и мы вчетвером помчались следом.

Таня все больше обмякала на руках, поэтому следующие несколько метров я тащил ее на себе, но при этом жена не отпускала дочку. Пришлось тянуть на себе сразу двоих, но я не жаловался – своя ноша не тянет. Да, блин, я готов был и дальше таскать их хоть целую вечность, лишь бы доставить в безопасное место. Подальше от кошмара.

– Тихо! – Сергей заглянул в окно. Внутри горел свет, но людей не видно. – Да куда же все делись-то?

– Может, не пойдем туда? – спросила жена.

– А куда нам еще идти? Там может быть медпункт, – прошептал я, потом поправился: – Должен быть медпункт. Тебя… тебя нужно перевязать. По-нормальному, не так как я…

– Двинули! – скомандовал Сергей, огибая угол вокзала.

Мы пошли следом.

Вдруг Таня отступилась и упала на колено.

– Черт! Тс-с! Тише вы! – прошептал солдат. Он повел автоматом в одну сторону, потом в другую, но никого не заметил.

– Она ранена… – сказал я. – А ты слишком торопишься.

– Да, но мы можем все умереть здесь, поэтому… поаккуратнее, пожалуйста!

Со злостью посмотрел на военного – побыл бы он на ее месте, придурок! Но вслух ничего не сказал. Помог подняться Тане, и мы прошли ко входу в вокзал.

Сергей глянул через стеклянную дверь внутрь помещения.

– Никого! Заходим! – сказал он и толкнул дверь. Вошел первым, мы – за ним. Пока он осматривал помещение, я довел Таню до ближайших сидений для пассажиров и осторожно усадил в одно из них.

– Потерпи, пожалуйста! Сейчас поищу, чем можно перевязать. – Склонился над Женечкой: – А ты, малыш, пока присмотри за мамой.

Та кивнула. «Понятливая моя! – подумал я и чмокнул дочку в лобик. – Дай бог нам все это пережить!»

Сергей ушел к окнам с другой стороны зала ожидания, который здесь был относительно небольшим – всего на пару десятков пассажиров. Станция хоть и товарная, но здесь периодически останавливались пригородные поезда – в Пинюг, еще куда-то. И электрички тоже. Для их пассажиров была даже касса – одно окошко.

«А вот где здесь медпункт?»

Слева я увидел значок красного крестика и стрелочку, показывающую направление – дальше по коридору.

– Ты куда? – спросил Сергей.

– Там должен быть медпункт, – ответил я.

– Осторожнее!

«Даже пистолет не дал, скотина, – подумал я. – С другой стороны, а что бы я с ним стал делать?! Я же даже не знаю, как стрелять. Еще ногу себе отстрелю чего доброго!»

– Хорошо! – ответил я, но дойдя до таблички с крестом, остановился: за поворотом – темный коридор. – Ч-черт!

Придется идти на ощупь.

13.

– У тебя фонарика нет? – спросил на всякий случай у военного.

Тот покачал головой.

– Хреново! Очень хреново, – прошептал я и шагнул в темноту.

Свет из зала ожидания освещал только начало коридора. Потом коридор делал крюк вправо, поэтому дальше – сплошная темень.

«Только этого, блин, и не хватало».

Справа в углу стояла швабра, поэтому я взял ее в руку и начал нащупывать древком дорогу – как слепой палкой.

Слева – дверь. Толкнул ее – закрыто. Подошел поближе – не медпункт. Написано «Дежурный по вокзалу».

Тихонько звякнуло – швабра зацепилась за что-то.

«Что там, интересно, может быть?»

Попробовал пошевелить – опять звякнуло.

«Да что там, блин, такое?»

В темноте смутно поблескивал металл. Попробовал сильнее толкнуть ручкой неизвестный предмет – в ответ раздался грохот. Грохнулся велосипед, «припаркованный» в коридоре, у стены. Может, дежурный по вокзалу на нем приехал на работу.

– Черт! Что там у тебя? – донеслось из соседнего помещения.

– Да, блин! Велик упал!

– Велик? О-о, – военный заглянул в коридор.

– Да, сраный велик. Тут ничего не видно просто…

– Это я заметил, – отозвался Сергей. Он еще раз изучил табличку с красным крестом. – Он должен быть справа от тебя!

– Справа?– пробурчал я, пытаясь переступить через валяющийся на полу велосипед.

Попал ногой в спицы.

Запнулся.

Снова грохот.

– Ну, ты там как слон, блин! Тише! – сказал военный.

– Стараюсь! Не вижу вообще не фига…

С трудом умудрился снова не упасть – оперся на швабру, сохраняя баланс. Поднял велик и прислонил его обратно к стене. Подобрал палку.

– Точно справа?

– Ну да, – отозвался Сергей. – Если тут с навигацией ничего не напутали.

– Погоди, да… тут есть дверь, – сказал я, нащупав ручку. – Черт! Закрыто!

– А выбить?

– Ща попробую.

Но первый же удар по двери показал, что на такие геройства я не способен. Удар эхом отразился от всех перекрытий здания разом, но толку не было – дверь на поддалась.

– Блин! Ну и шума от тебя…

– Иди сам попробуй! – недовольно пробурчал я.

Сергей двинулся следом за мной, в темноту:

– Где ты тут?

– Сюда иди! На голос!

Военный пошел и… тоже запнулся за велик. Тот загрохотал в коридоре.

– И кто из нас неуклюжий? – прошептал я.

– Чертов вел! – прошипел вояка. Я наклонился, нащупал плечи Сергея и подал ему руку: – Давай, помогу!

Тот хмыкнул, но за руку взялся.

– Где тут дверь?

Я задал ему направление. Военный подошел к двери, повозился с минуту, пыхтя.

– Черт! Заперто!

– А я о чем…

– Ща с ноги еще попробую!

– Давай уж вдвоем! – отозвался.

– Ок. На счет «три»! – скомандовал он. – Раз! Два! Тр-р-ри!

Мы вдвоем ударили по двери. Та на удивление сразу же и поддалась. Звякнул отпавший замок.

Вошли внутрь. Свет уличного фонаря осветил небольшую комнатку. Справа – кушетка для пациентов. Слева – стол, заваленный бумагами. Видимо, стол медсестры.

– Где здесь могут быть бинты? – спросил я.

Сергей первым делом подошел к окну, выглянул наружу. Осмотревшись, обернулся: – Да ты не там ищешь! Вон – целый шкафчик стоит!

И, правда, за спиной – у двери, через которую мы вошли, – стоял стеклянный стеллаж. В нем – медикаменты.

Я практически сразу нашел и перекись водорода, и бинты. Тут была и аптечка, на вид – как автомобильная. Прихватил и ее – вдруг пригодится.

– Нашел! – объявил я.

– Отлично!

И тут раздался детский крик.

«Женя!» – пронеслось в голове.

– Боже, девочки! – выдохнул я.

Мы бросились в коридор. Женя кричала так, будто увидела призрак. Возможно, так оно и было.

14.

Неожиданно крик прервался.

«Боже, что с ними?» – подумал я, хотел было сразу выскочить в зал ожидания, но меня нагнал Сергей, потянул за плечо: – Нет! Я – первый!

Он с автоматом наперевес выглянул из-за угла. Не стал его слушаться и, обогнав, бросился вперед.

Девочки и парнишка целы, но лежали на полу за креслами.

– Что случилось? – спросил я.

– Там! – испуганно прошептала Таня, указывая в окно, которое выходило во внутренний двор вокзала. Двор, в отличие от перрона, освещен не был – там царила кромешная тьма.

– Что там? – отозвался солдат, который проследовал к окну. – Тут ничего нет!

– Оно было там! – ответила Таня. – Женя видела его!!!

– Кого видела? Кого? – переспросил я, подбежав поближе и обняв девочек. Пацан, пользуясь моментом, тоже примкнул к нашему семейному кружку. Не стал мешать – он, может, родителей лишился, натерпелся тоже паренек.

– Страшилка! – ответила Женя дрожащим голосом. – Она была там!

Девочка показывала рукой в окно.

– Что ты видела, родная? Что?

Женя заплакала:

– Глаза!

– Глаза? Какие глаза?

– Большие красные. Страшные! Папочка, я боюсь! – и дочка обхватила шею руками.

– Не бойся, родная, я ведь здесь… с тобой, – и прижал крепче к себе малышку.

– Это нехорошо! Очень нехорошо! – пробормотал солдат.

Он подошел вплотную к стеклу. И тут раздался низкий и утробный рев. Так, наверное, ревел бы слон, если бы на него наступил тираннозавр – до дрожи во внутренностях.

Все инстинктивно отпрянули назад.

– Черт! Что это? – зашептал Сергей.

– Это монстр! – вставил свои пять копеек парень. – В игре их было много… тварей всяких…

Девочки плакали, поэтому я показал парню жестом, что ему стоит заткнуться и не накалять обстановку.

– Да что же там такое? – Сергей выглянул из окна.

– Что-нибудь видно?

– Нет, ничего… хотя… Там что-то есть! Боже мой! – сказал военный, показывая на огромную тень в темном дворе.

В темноте вспыхнули два огромных красных глаза, а тишину прорезал все тот же низкий рев.

Прижал девочек к полу. И парнишку тоже – все же мне было на него не насрать, мы с мальцом в одной лодке!

– Тс-с! Лежи! – шикнул я ему.

Свет погас.

– Черт! Оно идет сюда! – зашептал Сергей и отшатнулся от окна.

– Кто идет? Кто? – прошептал я в ответ.

Но Сергей уже исчез за вторым рядом кресел, тоже бросился на пол.

Во дворе двигалась огромная тень. Отсюда я видел лишь очертания лап в темноте. Они были диаметром с античные колонны, но бесформенные и сгибались внутрь в суставах, как у паука. Да и ног почему-то было не две, не четыре и даже не шесть, а три.

Само тело твари я не видел.

Снова раздался рев. Показалось, что он доносится откуда-то сверху.

«Черт! Да он же просто огромный. Он стоит рядом с вокзалом, а его морда как раз над крышей!» – догадался я.

Осознание этой мысли заставило еще сильнее вжаться в пол.

– Папочка, кто это? – всхлипнула Женя.

– Не знаю, но нам лучше помолчать.

– «Помолчать»?!

– Да, сыграем в прятки! Ты ведь любишь прятки?

– Да

– Вот и будем играть, только тихо.

Выглянул из-за кресел – и увидел через окно большой красный глаз, который смотрел из окна прямо на меня.

«Он меня увидел!» – успел подумать я перед тем, как монстр атаковал.

15.

Стекла посыпались внутрь помещения. Едва успел закрыть лицо руками. Вместе со стеклами прилетели капли чего-то мерзкого, напоминающего слюну.

Монстр сначала отошел, а потом резко устремился в нашу сторону.

Понял, что сейчас произойдет…

– Бежим! – я схватил девочек, пытаясь поднять их на ноги.

Тварь врезалась в стену вокзала, проломив ту ее часть, что была между двумя соседними окнами. Кирпичи повалились на пол. Потолок заскрипел, сверху полетели доски и штукатурка.

В ответ застрекотал автомат военного.

– Надо уходить! – заорал Сергей. – Бежим!

Монстр просунул морду в помещение.

Женя закричала. Закрыл ей рукой глаза, сам при этом тащил и ее, и Таню к выходу.

– Помоги-ка мне! – закричал я пареньку.

Тот подхватил жену за вторую руку, и мы вместе поковыляли к дверям.

Сзади стрекотал автомат. Сергей пытался задержать тварь, но силы не равны – монстру пули были нипочем. Он вообще, казалось, их не замечал.

– Уходите! Быстрее! – я оглянулся, заметив, что солдат вышел на середину зала ожидания, стреляя в морду монстра. За черепом у твари – огромные хитиновые пластины, как у трицератопса. Именно они и не дали монстру пролезть целиком внутрь вокзала – слишком уж большие!

Голова монстра резко пошла назад.

– Быстрее! – закричал я, и мы выскочили за двери – следующего удара стена просто не выдержит. Как, впрочем, и все здание.

– Аа-а-а! – заорал Сергей, выбегая следом. Он толкнул нас в сторону, на газон, а сам перекатился по асфальту.

В этот момент огромный монстр проломил здание, будто ледокол небольшой ледяной торос. Стеклянные двери разлетелись, а огромные зубы сверкнули в полуметре от ноги.

Клац!

– Черт-черт-черт! – затараторил я, пытаясь оттащить и себя, и девочек подальше от монстра. Тот опять застрял в обломках. Отряхнулся – кирпичи полетели во все стороны.

– Берегись! – закричал я пацану, в которого как раз летел один из них. Толкнул мальца в сторону. Кирпич больно ударил меня по кисти, но всяко лучше, чем если бы он зарядил по башке мальчишке.

– Блин! – застонал я.

Сергей поднялся и снова открыл огонь.

Монстр тоже встал в полный рост – похож на великана из детских мультиков. Только вот ног у него три, а не две, а голова напоминала прошедшую через бесконечную череду генетических экспериментов голову динозавра.