- -
- 100%
- +
Автор обложки: Александр Руденко
1
– Стреляй!
Автомат дернулся, палец рефлекторно едва не надавил на спусковой крючок.
– Твою мать! Не лезь под руку! Без тебя разберусь! – прошипел я, расслабляя мышцы руки. Не хватало еще наломать дров в такой ответственный момент.
Ствол оружия плавно ушел чуть вверх и вправо, делая поправку на ветер.
– Ну же, чего ждешь? Ведь уйдет! Ей-богу, уйдет! В голову ему, в голову!
– Цыц!
В кругляше оптики показалась уродливая голова пришельца. Зеленоватая кожа блестела от маслянистого пота. Жарко засранцу. Вспотел. Не привычен ему наш, земной, климат, давит. Вот и не привыкай, все равно не долго тебе осталось.
Монстр пыхтел, нюхал обглоданный человеческий скелет, тщетно пытаясь найти на нем хоть малюсенький съестной кусочек.
– Давай! Разнеси ему башню!
– Да отвали, говорю, малой! Мешаешь!
Пацан надулся, отвернулся в сторону. Ну и ладно. Хоть пять минут в тишине посижу. А то болтает без умолку, уже уши опухли от его трепа. Уже тысячу раз пожалел, что вытащил его из той западни. Надо было оставить, пущай сожрали бы яйцеголовые.
Инопланетянин замер, дернул коровьими ушами. Черт, кажется, услышал. Слух у них отменный, а вот зрение так себе. Надо мочить гада, пока не поздно.
Палец лег на спусковой крючок.
Монстр вновь повел ушами, настраивая локаторы в нашу сторону. Точно, заметил. Пора.
Грохнул выстрел, приклад ткнулся в плечо. Мимо.
Я глянул в оптику. Пусто. Инопланетянина нигде не было. Ушел? Или затаился?
– Не попал! Надо было сразу в него стрелять, когда я тебе говорил! – начал бубнить пацан, высовываясь из укрытия.
– А ну сядь, придурок! – зашипел я, хватая малого за шкирку и затаскивая обратно в низину.
Но было уже поздно.
Тот, кого я только что держал на мушке, выскочил из кустов и бросился в нашу сторону. Черт, до чего же быстрый! Как молния.
В два прыжка он преодолел разделяющее нас расстояние и прыгнул прямо на меня.
Я успел увернуться. А вот пацан… Инопланетянин схватил его за рукав, начала трясти как тряпичную куклу. Парень от страха впал в ступор и лишь челюсти его клацали друг об друга после каждого рывка монстра.
– Отпусти его! – выдохнул я, шаря рукой по жухлой траве в поисках выпавшего автомата. Нашел!
Инопланетянин конечно же меня не понимал – языка не знал, – но обернулся на крики. Я успел сделать лишь один выстрел. Пуля вырвала клок плоти из плеча твари, пацан, больше не удерживаемый монстром, плюхнулся в пыль.
– Аг-р-р-х! – зарычал недовольно иноземец, оскалив кривую, усеянную острыми клыками, пасть.
И бросился в атаку. Тяжелый удар пришелся мне прямо в лицо. Хрустнул нос, из ноздрей хлестанула кровь. Я неуклюже выставил руки в стороны и упал на землю. На некоторое время потерял сознание.
– Аг-р-р-х! – вновь повторил монстр, уже удовлетворенно, и схватил меня за лодыжку.
Легко как пушинку поднял. Я замычал – на большее не хватило сил.
Монстр открыл пасть, готовый начать трапезу. Дыхнул на меня смрадом.
– Жаба сопливая! – заверещал парень. – Да, ты! А ну отпусти его! Отпусти я сказал!
«Беги, глупец!» – только и смог подумать я. Ведь успел бы убежать, пока инопланетянин обедал бы мной. Совсем без мозгов пацан, видать повредился умом, когда в переделку попал.
Монстр обернулся. На его уродливой морде отразилось что-то вроде удивления – кто это посмел обзывать его, властителя космоса и захватчика Земли?
– Жаба сопливая! Огромная сопливая жаба! – пацан хитро улыбнулся. И поднял мой автомат, который я обронил в не долгой схватке с монстром. – Гуд бай, хрен моржовый!
– Аг-р-р-х? – вытянулся в лице инопланетянин.
Грохнуло. Пуля попала точно между янтарных глаз монстра, размозжив черепушку. Меня обдало густой слизью. А парень то не промах!
– Получи! – ликующе выкрикнул пацан, глазея как инопланетянин медленно оседает на землю.
– Спасибо, – выдавил я, вытирая лицо от крови. Сильно болел нос, повернувшись налево. Надо будет по приходу на базу показаться Скальпелю, он выправит.
– Всегда пожалуйста! Я…
– Тихо! – выдохнул я, прислушиваясь.
– Чего опять?
– Ты помолчать хоть минуту можешь?
– Могу. А чего «тихо» то?
– Твою мать! Замолчи!
Но тишины уже не требовалось, чтобы услышать тех, кто крался к нам. Собратья убитого уже не прятались, открыто выйдя из кустов и направляясь прямиком к нам. Потом и вовсе сорвались на бег.
– У тебя много патронов еще осталось? – спросил дрожащим голосом пацан.
– На всех не хватит, – угрюмо ответил я.
– Тогда какой будет план?
– Только один – бежать!
И мы со всех ног рванули прочь.
2
Не разбирая дороги, ослепленные диким страхом, мы продирались сквозь кусты и ветки деревьев, даже не обращая внимания на то, как же сильно они царапаются и скребут кожу. Не до того сейчас.
В голове маячило лишь одно: только бы спастись, спастись, спастись.
Погоня увязалась плотная. Инопланетные твари, увидев, что мы сделали с их собратом, рванули во всю прыть за нами, не желая оставлять безнаказанным убийство. Да, эти звери за своих горой стоят. Могут часами выслеживать обидчика, а потом, едва тот зазевается или отвлечётся на мгновение, сделать смертельный бросок. Обычно после таких атак от бедолаг мало что остается.
– Туда! – выдохнул парнишка, ловко перепрыгивая через гору битого кирпича и направляясь к бетонному забору.
– Стой! – я не успел схватить пацана за шкирку, чтобы остановить. – Стой, говорю! Там живодеры!
Но парень меня не слышал. Юркнул в пролом в стене – и был таков.
– Твою мать! – выругался я и последовал за ним.
На кой черт меня дернуло вообще сегодня в это гиблое место идти? Сходил бы на привычную Плешину, подстрелил бы зайца-другого. Нет, захотелось кабанятинки мне! Вот теперь точно будет шашлык – из меня самого. Пропал, ты Костя, из-за своего чревоугодия.
– Да стой ты, твою в коромысло!
Пацан остановился, глянул на меня.
– Куда… не слышишь что ли… – дыхание из-за нерабочего носа совсем сбилось, пришлось отдышаться, прежде чем сказать что-то внятное. – Куда прешь? Тут же живодеры!
– Нет тут никого, – спокойно ответил пацан, внимательно взирая на меня. Мутный какой-то пацан. Подозрительный.
– Откуда знаешь?
– Был тут вчера. Чисто.
– Уверен? – спросил я, оглядываясь вокруг.
Признаться, за ограду я никогда сам не ходил. Только байки других охотников слышал, что тут живодеры живут. Врали, получается. Пустырь какой-то, в дали здание видно, заросшее все сорняком и кустарником. На трансформаторную подстанцию похоже. Пахнет костром, прелыми листьями, еще чем-то неуловимо звериным, то ли шерстью, то ли мочой. Ни намека на гниль или разложение. Вроде нет угрозы, по крайней мере чутье мое сейчас молчало. А ему я привык доверять. Благодаря этому и хожу по земле до сих пор живой.
– А тебя как звать то?
– Алешка я, – представился пацан и протянул руку.
– Костя, – принял я его приветствие. Ладонь у парня оказалась на удивление крепкой, жилистой. – Живешь тут что ли?
– Нет, на Бульваре живу, сюда хожу только за солью.
– За какой солью? – не понял я.
– За обычной. Тут же склад раньше был. Не знал, что ли?
– Не знал. А что за склад?
– Да разное всякое, в основном крупы, мука. Растащили правда все. Давно уже растащили. Еще как первые корабли пошли. А вот соль осталась. Много соли. Пойдем покажу.
– Ты погодь.
Я вернулся к пролому в стене, осторожно глянул – далеко ли зверье? Прислушался. Никого не слышно, не видно.
– Да нет их уже, оторвались мы, нормально, в безопасности, – произнес пацан. – Пошли, соль покажу.
– Ты откуда такой… болтливый взялся? И как еще живой по свету ходишь? Слишком ты, пацан, самоуверенный. А вдруг…
– Я знаю.
– Чего знаешь?
– Что яйцеголовых нет.
– Вот так вот просто знаешь и все? – усмехнулся я.
– Да, – коротко ответит тот, шмыгнув веснушчатым носом. – Знаю.
– Смотри-ка какой! Знает он. Ишь…
– Ну так ты идешь соль смотреть или нет?
– А чего мне эта соль? Соль да соль, – я устало вздохнул. Жутко хотелось пить.
Но парень продолжал смотреть на меня таким не детским требовательным взглядом, полным каменной непоколебимости, что к собственному удивлению я сдался.
– Ладно, пошли, – махнул рукой.
Все равно поесть сегодня мне уже не светило.
3
Место, в которое привел меня пацан, сгодилось бы под укрытие. Обустроить возле запертых железных ворот что-то вроде наблюдательного пункта, поставить пару растяжек, ловушек и сигналок – и вполне себе приличное место получится. В здании перевалочный пункт устроить, для ночевок. И маршруты уже более длинные можно выбирать. К примеру, до Садов смотаться. Или до Кисельного, чем черт не шутит? Хотя, до Кисельного не пойду. Хватило раз. До сих пор по ночам та волосатая жуть снится…
Размышления мои прервал тихий рык. Я молниеносно скинул с плеча автомат, приготовился к бою.
– Расслабься! – рассмеялся пацан, садясь на корточки. – Это же Тузик!
– Какой еще Тузик?
Из кустов выскочила лохматая, вся в колтунах, дворняга, признавшая в пацане своего. А вот на меня животина посмотрела явно с подозрением, и даже угрожающе зарычала.
– Это не враг, – пояснил Алешка, указывая на меня. – Свой. Он спас меня. Понимаешь? Спас.
Пес еще раз тявкнул, вильнул хвостом. Потом высунул язык и лизнул Алешку в щеку, заскулил, словно бы говоря – не бережешь ты совсем себя, братец.
– Охранник здешний! – улыбнулся пацан, почесывая дворнягу за ухом. Та довольно ластилась к парнишке.
– Отсюда не заметно, – язвительно заметил я.
– Да это только кажется, что он такой маленький. А когда надо, знаешь, как тявкает? Один раз даже небольшого яйцеголового отпугнул, представляешь?!
– Да чего ты заливаешь?
– Правда!
– Бред! Яйцеголовые не боятся собак. Вообще никого не боятся. Только летящих в их головы пуль боятся.
– Я не вру. Так и было! Как выскочит, как начнет лаять и в ноги тому кидаться.
– Ладно, пусть будет по-твоему, – согласился я. Спорить не было сил, жутко хотелось есть. – Ты, если на соль богат, отсыпь мне, в благодарность за спасение, да я пойду дальше по своим делам. Времени нет, смеркаться скоро будет.
– Будет тебе соль, – кивнул парень, отпуская на землю Тузика и поднимаясь с корточек. – Пошли.
Мы двинули в сторону заброшенного строения. Алешка шел впереди, бодро, явно зная дорогу, а я то и дело наступал то в ямку, спрятанную в кустах, то спотыкался о камни. Еще это странный вой. Он разносился то с одной стороны, то с другой, и мне приходилось постоянно останавливаться, чтобы осмотреться. Жуткий, заунывный, словно где-то в чащобе умирал зверь. Яйцеголовый? Или, может, хрюкер? Нет, не похоже на них. Тогда кто?
Уже дойдя до склада, я вдруг определил источник звука. Один из металлических листов, которыми была перекрыта крыша строения, со временем сильно отогнулся вверх и на ветру теперь издавал такой протяжный вой.
«Черт, и в самом деле у страха глаза велики!» – усмехнулся я про себя, заходя в темное помещение.
– Посветить есть чем? – спросил я парня, больно стукнувшись лбом о низкий косяк.
– Я и так тут каждый уголок знаю.
– Зато я не знаю, – пробурчал я, опять едва не вписавшись в стену и только чудом успев остановится в миллиметре от преграды.
Разбитый нос начал сильно опухать, причиняя массу неудобств. Дышать пришлось ртом.
– Ты скоро там? – прогундосил я, тщетно пытаясь увидеть хоть что-то в кромешной темноте.
Не люблю темноту. В темноте может прятаться все что угодно. Темноту любят яйцеголовые, и хрюкеры, и клыкорылы. Да ее все инопланетные твари любят! Активизируются они ночью, на охоту выходят. Поэтому лучше сидеть в это время в укрытии. А ведь уже и вечер не за горами. А мне топать до своей базы часа два, как минимум.
– Давай быстрее, мне…
– Вот, – пацан неожиданно выскочил из-за угла чем напугал меня до седых волос. Нервы совсем ни к черту стали. – Держи.
Алешка протянул мне небольшой целлофановый мешочек, сунув прямо в руки.
– Давай уже отсюда выбираться, не нравится мне что-то тут, – произнес я, на ощупь пытаясь определить, где стоит пацан. Коридор какой-то что ли?
– Туда, – потянул меня в сторону мальчуган.
И повел в глубь здания. Я точно был уверен, что мы зашли с другой стороны, а теперь направляемся почему-то в другом направлении.
– Куда мы? Вход же вроде там был.
– Боишься, что ли? – хмыкнул пацан.
– Чего?! Я боюсь?! Ничего я не боюсь. Просто времени у меня совсем нет гулять тут с тобой, возвращаться надо до темна.
– Вот мы и идем к черному выходу.
– Зачем к черному? Меня и обычный устроит.
– Ты же с Крылатского? – терпеливо спросил Алешка.
– Ну.
– Значит тебе удобнее будет по Пятой улице возвращаться. А черный выход этого склада как раз на ту улицу выводит.
– Там же… – заикаясь, прошептал я.
– Да нет там никого! – уверено произнес пацан.
Слишком дерзок парнишка, это его и подведет. В новом мире надо быть тише, осмотрительнее. Надо уметь наблюдать и молчать. Потому что молчание – круче золота, молчание – жизнь. Словами яйцеголова не остановишь, поэтому слова нынче – ничто.
– Откуда знаешь? – спросил я, проминая пакетик с солью. Крупные кристаллики приятно скрипели в ладони. Не густо конечно пацан отсыпал. Ну ладно, и этому я рад. Соль – нужная вещь. – Ты, пацан, слишком самоуверенный, скажу я тебе. Как еще живой до сих пор ходишь? Известно всякому, что на Пятой улице призраки поселились.
– Говорю же, нет там никого! Я там вчера был. Пусто. За пол часа до Крылатского доберешься.
– Да? – с сомнением промямлил я.
Так-то парень прав. С Пятой до Крылатского всего ничего ходу. Но вот призраки… Хотя, если подумать, кто про этих призраков мне говорил? Те же бродяги, что и про этот склад всякие страхи рассказывали. Получается опять врали? Может, и в самом деле рвануть через Пятую?
– Ладно, – махнул я рукой. – Пошли к черному выходу. Сам-то тут останешься?
– Да, наверное, – неуверенно ответил пацан. – До дома далеко топать. Пережду тут.
– Уверен?
– Все нормально. Вода у меня есть, с едой тоже что-нибудь соображу. На втором этаже есть местечко удобное, где заночевать можно. Ночью не холодно, да и Тузик под боком греть будет. Справимся!
– Ну смотри, как знаешь, – кивнул я. Собирался уже уходить, но в последний момент предложил: – А то пошли, если хочешь, со мной, на базу? Там безопаснее. И горячее питание организуем.
– Нет, лучше тут. Я знаю как у вас там новичков не любят!
– Чего это не любят? Просто проверяют. Мало ли.
– Проверяют! – не скрывая сарказма, хихикнул пацан. – Нет, уж лучше я тут. А вот и выход.
Я присмотрелся. Во тьме показалась полоска света – дверь была немного приотворена.
– Ну давай, пацан. Прощаться будем. Благодарю за соль!
– И вам спасибо, что вытащили меня из лап того гада.
– Нормально. Дай бог встретимся еще.
– Конечно встретимся.
– Все, бывай!
Я отворил дверь. Яркий свет резанул глаза, но это было гораздо лучше, чем пребывать в кромешной темноте.
Приятный прохладный ветерок – предвестник вечерних сумерек, – дунул в лицо, сгоняя испарину на лбу. Хорошо! От удовольствия я даже прищурил глаза. Поесть бы еще, и полное блаженство! Ничего, придумаю чего-нибудь на базе. Сухарей, на крайний случай, погрызу с чаем. Сахар достану из заначки. Ну и пусть что последний. А может, я завтра из рейда не вернусь? Что тогда? Останется мой сахарок не еденый, или чего хуже его Вован прихватизирует! Вовану это не западло у чужих людей, с рейда не вернувшихся, по полкам хозяйничать. Нет, сахарок сегодня я сам погрызу, рафинад мой драгоценный. Да сухарики с солью тоже в радость пойдут. Восстановлю электролиты. Эх, пивка бы еще…
– Берегись! – сквозь мягкую вату теплых мыслей прорезался истошный крик пацана.
Я открыл глаза и оторопел. Прямо передо мной стоял огромный, метра два ростом, яйцеголовый и скалил клыкастую пасть. Желал он только одного – сожрать меня, причем без сахара и соли.
Глава 2
1
– Берегись! – вновь крикнул пацан и подскочил ко мнее, видимо желая оттолкнуть в сторону и спасти.
Герой, твою мать!
Совсем что ли без мозгов?!
Я схватил пацана в охапку, попятился назад, в темноту, попутно стягивая с плеча автомат.
Где-то под ногами скулил Тузик. Брысь! Не до тебя сейчас.
Зверь зарычал и пошел в атаку. Одной лапой сшиб карягу, торчащую из земли, демонстрируя свою силу. Корневище разлетелось в щепки. Эффектно, ничего не скажешь.
Яйцеголовый пнул железную дверь, расширяя проход, вошел внутрь. Опять утробно зарычал.
– Стреляй! – выдохнул Алешка, схватившись за меня. Пацан дрожал всем телом.
Я нажал на спусковой крючок и всадил в инопланетянина короткую очередь. Пули пошли кучно, пробив брюшину. Монстр взревел, бросился в сторону, затих. Мы тоже притаились. Оглушительное биение сердца не давало мне услышать место залегание врага. Это плохо. Очень плохо.
Я сделал глубокий вдох. Посчитал до семи. Выдохнул. Прислушался. Яйцеголовый если и страдал от полученных ран, то делал это очень тихо, не давая обнаружить себя. Засранец.
– Назад, через главный вход, сможешь нас провести? – прошептал я в ухо пацану.
Тот кивнул.
– Пошли.
Жестами я приказал Алёшке схватить меня за куртку чтобы тот вел меня по темному помещению. Сам повернулся спиной к главному выходу, чтобы иметь возможность без проблем стрелять, если враг выскочит к нам. Так мы и пошли – пацан впереди, я – замыкая нашу процессию.
Уже подойдя к коридору, я начал все больше верить в то, что инопланетянин погиб от полученного ранения. Хотя у яйцеголовых брюхо не самое уязвимое место. Вот в горло попасть – сразу на тот свет отправишь. Даже свинец в голову даст меньшие гарантии, чем горло. Уж не знаю почему так. Наверное, нервы какие-то проходят там у них жизненно важные.
Внезапно Алешка остановился. Я подтолкнул его, но тот продолжал стоять, словно вкопанный.
– Ты чего? Уснул? Двигай давай! Валить надо скорее!
– Там…
– Чего?
Я обернулся. Только и смог выдохнуть:
– Твою в коромысло!
В дверном проеме стояла черная тень, по силуэту весьма похожая на яйцегового. Матерый. Даже отсюда заметны бугры мышц, перекатывающиеся под кожей. Порвет нас за раз.
– Давай на верх! – произнес пацан и потянул меня в сторону.
Монстр угрожающе зарычал.
– Нет! Нельзя! – не отрывая взгляда от противника, произнес я.
– Почему? Там…
– В ловушку себя загоним! Надо тут бой принять!
– Какой бой? Они нас сожрут же!
– Не ной!
Яйцеголовый сделал шаг, еще один. Кажется, догадывался, что у меня в руках не простая палка. Быстро учатся, твари!
Под ногами вновь залаял Тузик, едва не заставив меня нажать на спусковой крючок.
– Пошла! Не мешайся!
Пес зашелся звонким высоким лаем. А потом рванул к яйцеголовому.
Тот от неожиданности попятился назад. Но быстро понял, что мелкая животина опасности не представляет и вновь вернулся на прежнее место.
– Тузик! Ко мне! Ко мне! – зашептал Алешка.
Но пес не слушался его. Неистово лая на монстра, дворняга попыталась даже ухватить того за лапу. За что и поплатилась. Яйцеловый фыркнул и опустил толстую, похожую на сваю, ногу на животное. Жутко чавкнуло под лапой. Инопланетянин довольно застрекотал.
– Тузик! – закричал пацан и рванул к монстру.
Я успел схватить Алешку за шиворот и притянуть к себе.
– Сдурел?!
– Он Тузика…
– Поздно. Собаку не спасти уже.
За спиной раздался еще один рык. Тварь, перегородившая путь с черного входа, ожила, постанывая и брызгая слюной, начала рыскать по углам, чтобы отомстить своим обидчикам. Надо было срочно прорываться. Только вот патроны…
Я знал, что их осталось совсем мало. Не больше половины магазина. Скорее всего меньше. Значит надо не промазать, бить наверняка.
– Давай наверх? – жалобно предложил пацан.
– Нет! Стой и не дергайся!
Я отпустил парня, взял автомат удобнее. Перевел стрельбу на одиночные. Прицелился. Выстрелил.
Пуля вошла в глазницу твари, вырвала кусок плоти, вышла за ушной раковиной. Инопланетянин дернулся, упал. Начал по поросячьи визжать и извиваться. Но конвульсии его продолжались не долго. Монстр вдруг затих, поднялся как ни в чем не бывало на ноги и побежал к нам.
Уже не экономя остатки боезарядов, я разрядил магазин в голову твари. Бесполезно. Пули пошли кучно, расширив имеющуюся рану, но яйцеголовый продолжил путь к нам. Пасть его при этом распахнулась до громадных размеров готовая принять в себя наши тела.
– Беги! Лешка, беги! – закричал я выйдя вперед. – Я задержу его!
Но парень подозрительно молчал, затихорившись в темноте. И эта тишина мне не нравилась.
На кулаках драться я умел, еще в юности получил мастера спорта по боксу, поэтому ушел от лобовой атаки монстра без проблем. Даже успел провести неплохой апперкот, измарав при этом кулак в тягучей зловонной крови. А вот потом удача покинула меня. Монстр наотмашь как плетью ударил меня своей конечностью, повалив наземь. Кажется, я даже потерял на мгновение сознание, потому что, когда открыл глаза, яйцеголовый уже нависал надо мной.
Я успел попрощаться с жизнью. Все-таки умирать, после того,
что
случилось с нашей цивилизацией, было уже не так страшно.
Но хоронил я себя, видимо, раньше времени.
Над монстром нависла огромная темная тень. Одним ударом повалила гада в сторону.
Я пригляделся, но ничего, кроме черной хитиновой жуткой морды не разглядел. Неизвестный лязгнул зубами и внезапно Лешкиным голосом произнес:
– Дядя Костя, чего разлегся? Вставай, надо валить отсюда!
2
– Это что ещё за… фокусы такие?
Слова было сложно подобрать. В какой-то момент я и вовсе подумал, что сошел с ума из-за всего, что навалилось в последнее время. Видимо мозги не выдержали, перегорели. Бывает. Видал я таких, улыбающихся без причины людей, бесцельно ходящих по пустынным улицам в первый день вторжения. Их первых и съели монстры. Видать теперь мой черед настал.
– Чего разлёгся? Уходим, говорю! – прошипел черный монстр, пристально глядя на меня немигающим взглядом темно-янтарных глаз.
– Лешка, это ты? – выдохнул я, начиная понемногу приходить в себя.
– Я, – кивнул монстр.
– Да как это? Что же это?
– Долго объяснять. Пошли, ну пожалуйста! Сюда ещё трое гадов идут, я их слышу.
Эта информация заставила меня подскочить на месте. Боль прошила тело, но сжав волю в кулак, я сдержался чтобы не закричать, посмотрел на распластавшегося яцеголового, недвижимо лежащего на полу.
– Ты его так?
Алешка кивнул.
– Я.
– Вот это силища! Просто в труху его! Надвое перебил, как жердь. Так, постой. А чего нам куда-то убегать, если ты можешь их одной левой раскидать?
– Нельзя, ну, то есть можно, только будет еще хуже. В общем, долго объяснять, дядь Костя. Лучше убежать. Пошли, а? Нам правда надо валить отсюда, – взмолился Алешка.
– Хорошо, пошли, – согласился я. Спорить с монстром не было никакого желания.
Мы рванули к выходу, выскочили на улицу. Вдали, возле того лаза, через который мы проникли на этот объект, столпилось несколько яйцеголовых, помогая своему собрату забраться внутрь. Огромный толстяк мутант фырчал и пыхтел, но пролезть через узкую дырку никак не мог. Даже думать не хотелось на каких харчах он так наел жир.
– Сюда, – шепнул Лешка и рванул в обход склада.
Пока мы огибали здание, я успел немного рассмотреть своего нового знакомого. Черная дубленная кожа, усыпанная мелкими хитиновыми пластинами, покрывала гору плоти, в основном, состоящую из каменных мышц. Со стороны Лешка напоминал культуриста, которому вдруг вздумалось вывозиться в гудроне и гравии. Над головой парня-мутанта, прямо в воздухе, светилась зеленая полоска, рядом с которой виднелась надпись: «здоровье: 100%».
Ворох вопросов гудел в голове как потревоженный улей. Но ответов не было. Даже версий. Кроме одной – я сошел с ума.
– Вот выход на Пятую, – произнес Лешка, остановившись возле забора, заросшего таким плотным покрывалом травы, что не было даже видно самого бетонного ограждения.
– Где?
– Вот тут, – Лешка отодвинул лапой плотное переплетение сорняка и моему взору открылся небольшой пролом, через который виднелась заветная улица. – Давай, лезь скорее.
– А ты?
– Я тут останусь.
– Что?! Почему? Ты же сам говорил, что…
– Не спорь, дядь Костя. В таком виде я никуда не пойду. Мне надо остаться тут. Да ты не переживай, я от этих, – Лешка кивнул в сторону, откуда раздавались грозные рыки инопланетных тварей, – спрячусь. У меня тут есть места заветные. Пережду там, гады уйдут.