- -
- 100%
- +
– Какой ещё ритуал?
– Пытался погасить чёрные эманации. Но не смог – они слишком сильные! Слишком! Казалось бы – всего лишь остатки, как рябь на воде после того, как кинуть туда камень, – а сил не хватило даже снизить интенсивность и концентрацию!
– Эхуанг, – тяжело вздохнул Император. – Тебе прекрасно известно, что я не силён во всех этих магических делах, и даже немного холодно отношусь ко всему этому, наверное, потому что сам не могу колдовать.
– Верно, Ваше Величество, я помню. Всё прекрасно помню, – Эхуанг с подозрением посмотрел на стражей.
– Идите, – махнул им Император. И с тяжёлым сердцем начал: – Эхуанг…
Но не смог продолжить, он не знал какие нужно подобрать слова, чтобы выразить всё, что накипело на сердце.
– Я оказался прав? – помог ему собеседник. Но сказал это без злорадства и собственного превосходства, напротив, с какой-то тоской и грустью.
– Верно. Прав. Как всегда прав, – вздохнул Император. – Фанг…
– Я знаю, Ваше Величество, он сейчас в тяжёлом состоянии.
– Сможешь его вылечить? – напрямую спросил Император. – Проси всё, что хочешь! Обратно тебя деканом факультета сделаю! Хочешь?
Предложение явно понравилось Эхуангу, глаза его загорелись, а руки затряслись, выдавая состояние возбуждения. Но маг опустил голову и пробормотал:
– Мне хотелось бы, Ваше Величество, помочь Фангу. Но я не могу.
– Почему? Ты же маг! Достань свои магические камни, поищи какие-нибудь заклинания. Лекарь Хэо говорит, что медицина тут бессильна. Но ведь есть магия! Она поможет! Обязательно поможет!
– К сожалению, не поможет, Ваше Величество. Я проводил вчера ритуал – я уже говорил об этом, – чтобы понять природу произошедшего, может быть найти остаточные следы магии, цепочки заклинаний, фоновые возмущения в потоке магии. Хоть одну зацепку, которая помогла бы понять природу явления. Но ничего. Пустота. Словно не из нашего мира творилось это. Первый раз такое вижу.
– Эхуанг, – грозно прошептал Император. – Ты хочешь сказать, что бессилен в том, в чём тебе не было равных множество лет?
– Верно, Ваше Величество, – хмуро ответил маг и поспешно добавил: – Но я не говорю, что сдаюсь. Я буду продолжать искать!
– Зачем же ты пришёл ко мне? Чтобы сообщить это?
– Нет, – покачал головой Эхуанг. Переминаясь с ноги на ногу, сообщил: – Я прошу всего лишь об одном одолжении с вашей стороны. Я думаю, что это серьёзно позволит мне продвинуться с возвращением господина Фанга из комы. Просьба эта может показаться вам слегка необычной, и, возможно, разозлит вас, но я бы не пришёл к вам, если бы не был уверен в…
– Давай короче и по делу! – рявкнул Император.
Эхуанг набрал в лёгкие воздуха, задержал дыхание, потом, выговаривая каждое слово, произнёс:
– Ваше Величество, я прошу вас отдать мне того мальчика, что появился из бездны.
* * *
Фэй Фо не солгал – уже на следующий день, едва встало солнце, он вновь пришёл к узнику в камеру.
– Доброе утро! – явно издеваясь над мальчиком, сладко пропел маг. – Как спалось?
Мартен ничего не ответил, демонстративно отвернувшись.
– Вижу, что настроения на душевный разговор нет?
– Мне не о чем с вами говорить! Всё, что я знал, я уже вам сказал.
– Больше ничего, значит, не вспомнил?
– Нет.
– Печально. Но это не беда. У меня есть прекрасные способы вернуть тебе память.
Мартен повернулся к магу. В сердце затаилось нехорошее чувство.
– Ты всё правильно понял, – оскалился в жуткой ухмылке Фэй Фо. – Я вытащу из тебя информацию любым способом. Не хочешь по-хорошему, я могу и по-плохому. Поверь, пытать я умею. А не получится разговорить живого, – тут колдун начал откровенно блефовать. – Так я живо превращу тебя в кадавра и добуду нужные мне сведения таким способом. Ну так что, будешь говорить?
– Послушайте, мне правда нечего…
Договорить мальчик не успел – звонкая пощёчина обожгла лицо. Слёзы непроизвольно навернулись на глазах.
Мартен потёр щеку, удивлённо глянул на гостя, будто видел его первый раз.
Фэй Фо прищурился, его ноздри стали раздуваться и опадать, словно у разъярённого быка. Маг прошипел:
– Говори – кто ты такой? Кто тебя послал?
– Я не…
Ещё одна пощёчина. И ещё.
Мартен закрылся от ударов и отпрянул в сторону, к стене.
– Стражник! – крикнул Фэй Фо, разминая ладонь.
Дверь отворилась, в камеру вошёл амбал с квадратным лицом.
– Подай мою сумку с инструментами.
– Вот! – охранник протянул магу небольшую коробочку дымчатого цвета.
– Ступай.
Охранник подобострастно поклонился и вышел из камеры.
Фэй Фо открыл коробочку, извлёк оттуда небольшой пузырёк с синеватой жидкостью.
– Выпей, – приказал маг, протягивая пузырёк мальчику.
– Не буду, – ответил Мартен, с опаской поглядывая на жидкость – та едва заметно светилась.
– Не бойся, это не отрава, это эликсир правды. Выпей или я заставлю тебя его выпить!
– Не хочу.
– Ну что ж, тогда придётся другим способом…
Мартен вновь почувствовал, как невидимая сила сдавила его шею, да так, что перекрыло дыхание. Мальчик начал хрипеть и бить руками по воздуху.
Фэй Фо не спешил, наслаждаясь мучениями жертвы.
– Не люблю несговорчивых людей, – произнёс маг, отвинчивая крышку пузырька.
Невидимая сила приподняла Мартена над полом и потащила в сторону мага.
– Открой рот, – приказал Фэй Фо.
Челюсти непроизвольно разомкнулись. Маг влил содержимое пузырька в рот Мартену и довольно кивнул головой.
– Молодец!
Невидимая сила отпустила горло. Мальчик невольно сделал глубокий вдох и закашлялся.
– А теперь выкладывай всю правду.
– Я… – произнёс мальчик. Слова давались с трудом.
Мартен почувствовал лёгкую тошноту, у него закружилась голова. А потом какая-то пелена заволокла его разум.
– Я… – вновь повторил мальчик.
– Говори же! Кто ты такой? Откуда пришёл?
– Тьма… кругом тьма… чернота…
– Имя! Имя своё назови!
– Мартен.
– Мартен? Допустим. Кто тебя послал?
– Кругом тьма… – голос мальчика изменился, стал гортанным, рычащим.
Фэй Фо от неожиданности даже сделал шаг назад.
– Твоим телом завладел какой-то демон?
– Тьма… кругом чернота… – продолжал рычать мальчик.
И вдруг упал на пол и забился в припадке.
Маг подскочил к мальчику и принялся хлестать его по щекам, чтобы привести в чувство. Помогло, Мартен начал приходить в себя.
– Что? – спросил он, уже более осознанно осматриваясь вокруг.
– Ничего, я ещё доберусь до истины, – с явной досадой произнёс Фэй Фо, поднимаясь на ноги.
В камеру деликатно постучали. Такому удивился не только маг, но и узник, привыкший к тому, что к нему заходят без предупреждения.
– Чего? – рявкнул маг.
– Там это, – высунулся охранник в проём. – Там просят…
– Чего? – не понял Фэй Фо.
– Дык это самое, – охранник кивнул на Мартена, но сформулировать ничего толкового не смог. – Просят…
– Да кто просит? – не скрывая раздражения спросил маг.
Охранник, округлил глаза, начал открывать рот, но не произнёс ни звука – словно рыба, выброшенная на берег. Потом облизнул пересохшие губы и таинственно произнёс:
– Кажется, всё.
– Пошёл прочь! – рявкнул Фэй Фо на испуганного охранника.
Глянул тяжёлым взглядом на мальчика.
– Я же говорил, что ничего не помню, – угадав результат этого странного ритуала, произнёс Мартен.
Эта фраза вывела мага из себя, он подскочил к мальчику и схватил его за шиворот – уже без всяких магических фокусов, обычной грубой силой. Тряхнул как следует, да так, что у мальчика клацнула челюсть и прошипел в самое лицо:
– Со мной шутки плохи. Понял меня?
– Я и не шутил, – просто ответил Мартен.
Маг пристально посмотрел мальчику прямо в глаза и вдруг, словно что-то увидев там, на самом дне, криво ухмыльнулся.
– Я гляжу, у тебя тут живность завелась?
– Какая…
Из норки показалась голова крысы.
– Булька, иди прочь! – выдохнул Мартен, понимая, что ни к чему хорошему это не приведёт.
Но грызун словно не слышал мальчика, медленно выполз наружу, словно сонный, пошёл прямо к ноге мага.
– Твой друг?
– Не тронь его!
– Обычный… – Фэй Фо глянул на крысу, вскинул брови. – Даже не зверочеловек, обычный грызун!
– Булька, беги! Беги!
– Со мной шутки плохи! – повторил маг и занёс ногу прямо нал головой Бульки.
– Не тронь! Не…
Нога резко опустилась вниз. Под подошвой хрустнуло и влажно чавкнуло. Ноги грызуна мелко задрожали, куцый хвост начал бить по каменному полу.
– Нет! Нет! НЕТ!
Мартен попытался вырваться из хватки мага, но не смог – тот был слишком сильный.
– Нет! – мальчик не смог сдержать горьких слез, расплакался.
Глядя как агонизирует Булька, Мартену оставалось лишь тяжело дышать и всхлипывать, чтобы не задохнуться от злобы, обхватившей горло.
Маг отшвырнул мальчика в сторону, словно тот был заразный, брезгливо вытер подошву ботинка о пол. На гладких камнях остались кровавые полосы. Развернулся на каблуках и вышел прочь, громко хлопнув дверью, оставляя Мартена на полу вместе с мёртвым грызуном.
Глава 6. Мёртвый, живой, злой
– Что?! – громогласный рык Императора раскатисто разнёсся по тронному залу и забился под высокими сводами.
Стражники, стоящие за дверьми, услышав этот грозный рёв, невольно вытянулись по струнке и даже дышать стали через раз. Давно они такого не слышали – лет пять точно, – а тут словно вернулись старые времена, когда за любую оплошность можно было отхватить по полной. И отправиться под палки или плети было самым мягким наказанием из всего арсенала разнообразных умений придворного палача.
– Ты в своём уме?! – продолжал бесноваться Император, метая молнии из глаз.
Эхуанг держался уверенно – долгие годы службы не прошли даром. И даже глазом не моргнул, когда Император поднялся с трона, готовый залепить наглецу пощёчину.
«Это даже хорошо, что залепит, – отстранённо подумал Эхуанг. – Злость выместит, остынет, а потом уже можно будет и продолжить разговор».
Но Император сдержался и вновь сев на трон категорично ответил:
– Нет.
– Ваше Величество…
– Нет!
– Прошу выслушать меня…
– Я сказал – нет! Мальчишку ты не получишь!
– Хорошо, как вам будет угодно, – Эхуанг сдержанно поклонился и спросил: – Разрешите тогда идти? Или вы хотели что-то ещё от меня услышать касательно Фанга?
– Хотел… но не услышал, – вздохнул Император, чуть склонив голову. – Мне нужно вылечить мальчика, но ты, как я понял, ничем мне помочь не можешь.
– Могу, – мягко возразил Эхуанг.
Император вскинул брови и заинтересованно взглянул на стоявшего.
– Есть ещё одна зацепка, которая может дать ответы на произошедшее, а главное, помочь подобрать лечение для Фанга – это тот самый мальчик, которого выплюнула воронка, – продолжил Эхуанг.
– Каким это образом он может нам помочь? – не скрывая усмешки спросил Император.
– Магия, применённая для создания этой самой пространственной аномалии, прошла и через нашего незнакомца – я просто уверен в этом, по другом и быть не может, иначе объект просто бы уничтожило. Я хочу попытаться считать эти магические следы с ауры мальчика или с его ментального полотна, или попробовать какой-нибудь другой способ. Я думаю… Я уверен, что получится найти следы, причём достаточно чёткие, ведь прошло не так много времени. И тогда…
– Что тогда? – не вытерпел Император.
– Тогда я могу попытаться найти способы лечение для господина Фанга.
Наступила пауза.
– Хэо уже ищет снадобья… – вяло возразил Император, закатив глаза, словно пытаясь рассмотреть себя изнутри.
– Хэо, бесспорно, очень опытный и талантливый лекарь. Ему нет равных во всей Провинции, но он способен врачевать только физическое начало, то есть тело. А если у Фанга… – Эхуанг запнулся.
– Что ты хочешь сказать? – холодно спросил Император.
– Магическое воздействие – это почти всегда, кроме физического, ещё и ауральное воздействие. Тут нужны несколько иные инструменты врачевания, – уклончиво ответил собеседник.
– И ты хочешь сказать, что можешь это сделать? Вылечить ауру или что ещё там?
– Конечно! Вы же знаете – огненные элементали всегда мне благоволили! – улыбнулся Эхуанг, уже предвкушая близкую победу в непростом диалоге с Его Величеством.
– Верно. Потому и пьёшь самое крепкое рисовое вино, никогда его не разбавляя. И пока ещё не сгорел! – рассмеялся Император. Потом очень серьёзно спросил: – Ты точно справишься с этим?
– Да, Ваше Величество, – твёрдо ответил Эхуанг и взглянул Императору прямо в глаза.
Император замешкался.
– А если этот пацан – шпион? Если он притворяется, а потом, когда внимание к нему ослабнет, нанесёт удар прямо в спину? Эхуанг, а с тобой это сделать проще простого – ты ведь постоянно пьян.
– Он не шпион, – ответил мастер. – Обычный мальчишка.
– Откуда такая уверенность?
– Не похож он на убийцу. На его руках нет крови.
– Да откуда тебе это известно?! – Император стал терять терпение.
– Ваше Величество, вы ведь знаете, что я опытный маг. Я успел провести кое-какие ритуалы, прежде чем идти к вам. Да, они слабее, когда делаешь их на расстоянии – гораздо лучше было бы считать информацию с самого мальчика. Но у меня получилось. Могу с полной уверенностью сказать, что это обычный подросток, правда с потерей памяти – магическая печать стоит сильная, практически не пробиваемая.
– А что за печатью?
– Этого я не могу сказать, она ведь закрыта.
– Вот видишь. А если там скрывается иная сущность?
– Ваше Величество…
– Ладно, хватит пустых разговоров. Сделаем так… Даю тебе три дня. Забираешь мальчишку себе, – после некоторой паузы кивнул Император. – Только если пацан сбежит или натворит ещё каких дел – я с тебя шкуру спущу. И это я сейчас не образно выразился. Ты ведь знаешь – об умении моих палачей ходят легенды. Они могут снять с человека кожу так, что тот не умрёт пока последний кусочек не будет с него спущен. И даже тогда способен прожить до заката следующего дня.
Побледневший Эхуанг кротко кивнул.
– Спасибо за оказанное доверие, Ваше Величество!
– Ровно три дня. На исходе третьего явишься ко мне с докладом. И если он будет не таким, какого я ожидаю, то пеняй на себя.
– Я вас понял, Ваше Величество, – поклонился мастер.
– Стража! – крикнул Император и Эхуанг на мгновение с ужасом представил, что сейчас его отправят в темницу, чтобы потом спустить с живого кожу.
В дверях появился охранник с каменным лицом, вытянувшийся по стойке «смирно».
– Приведите сюда узника, того мальчишку! – приказал Император.
Страж кивнул и выскочил прочь.
– Ваше Величество, – обратился Эхуанг.
– Чего?
– Не сочтите за наглость, мне правда неловко об этом просить…
– Да говори уже!
– Грамота о взятии мальчика на поруки, – выдохнул гость, ещё больше смущаясь от неловкости.
– Это ещё зачем?
– На всякий случай, если вдруг кто спросит, чтобы вопросов лишних не было, с документом спокойнее.
– Ладно, – раздобрился Император. – Будет тебе грамота.
Он почувствовал, что Эхуанг его не подведёт.
* * *
– Нет! Булька! Нет-нет-нет!
Мартен подскочил к серому тельцу, распластанному на полу и аккуратно взял его в руки.
– Булька… – повторил шёпотом.
Но не надо быть лекарем, чтобы понять – крыс нежилец. Размозжённая голова, лоскуты плоти, свисающие из жуткой рваной раны, осколки маленького позвоночника, торчащие наружу…
Давясь от слёз, Мартен прижал к себе ещё тёплое тело крысы и закрыл глаза. В этот момент ему больше всего на свете хотелось только одного – чтобы его единственный друг в этом неприветливом чужом мире был жив.
Руки мальчика тряслись, и он едва ли понимал, что сейчас делал.
– Не умирай! Живи! Ну же!
Словно эти слова могли спасти Бульку…
– Живи! Живи! Живи! Живи! – повторял Мартен, входя в подобие транса.
Верить в произошедшее не хотелось. Этого не может быть! Он просто уснул в камере, а всё это ему приснилось. Фэй Фо не мог так поступить. Не мог. Просто сон. Кошмарный сон.
– Живи! Живи!
Жгучее чувство обиды и злости притупилось, уступив место монотонному погружению в густой туман сосредоточенности. В какой-то момент мальчик вдруг почувствовал, что провалился слишком глубоко. Но не испугался этого нового, неведомого ранее чувства, а напротив, стал с любопытством и некоторой отстранённостью наблюдать за тем, что же будет дальше. И лишь продолжал шептать – уже только одними губами:
– Живи… Живи… Живи…
Туман стал рассеиваться, уступая место мглистой тьме, которая начала подступать со всех сторон, поглощая его разум. Во мгле начали вспыхивать голубые холодные искры. Сначала лениво, словно не желая разгораться, потом всё сильнее, образуя целые ряды вспышек. Вслед за искрами, словно ножом по камню, прочертился кривой силуэт – то ли человека, то ли зверя. Незнакомец стоял молча и взирал на мальчика, на то, как тот неистово пытается оживить мёртвое тельце.
Облик незнакомца то становился прозрачным, почти невидимым, то вполне осязаемым, и в такие моменты можно было отчётливо разглядеть под чёрным балахоном тощее тело, словно там был один скелет.
Янтарные глаза незнакомца вспыхнули и сразу поблёкли. Силуэт начал растворяться окончательно.
– Живи! – последний раз произнёс Мартен и замер – всё тело его словно закостенело, он не мог пошевелить даже кончиками пальцев, так и стоял на коленях, как статуя, холодея от внезапно навалившегося ужаса.
Что-то чёрное и холодное прошлось по спине сквозняком, облизнув макушку мальчика. Стало страшно. Так страшно, как никогда не было. Страх, какой ему ещё не доводилось переживать, задушил. Угрозы и пытки Фэй Фо по сравнению с тем, что было скрыто в сущности этой тени, были детским лепетом.
Тень – мальчику показалось, что это был тот самый незнакомец, – таила в себе первозданные ужасы бытия и небытия. А ещё там были отблески прошлого мальчика, которое он никак не мог вспомнить. Мартен попытался рассмотреть хотя бы одну картину, чтобы понять кто он такой, но не смог сфокусировать взгляд на быстро сменяющихся и расплывчатых видениях.
Закружилась голова, навалилась усталость – словно он поднялся на огромную отвесную скалу.
Мальчика начало словно разрывать на части; чужие невидимые пальцы проникли глубоко в душу и принялись нещадно выворачивать её наизнанку, словно пытаясь что-то там обнаружить. Безжалостная сила причиняла неимоверные страдания и боль, но даже открыть рот, чтобы закричать, мальчик не мог – окаменел.
А потом могильная темнота окутала мальчика. Издавая зловещий смех, тьма своими липкими пальцами стала неспешно подбираться к беззащитному человеку, одновременно изучая его сущность и пытаясь определить кто этот безумец, что решился взывать к ней.
«Живи!» – только и смог подумать Мартен, прежде чем его сознание начало таять и убегать.
«Зачем ты меня звал?» – внезапно прогрохотало в голове.
Казалось, что голос принадлежит великану – такой он был громкий, пугающий и заполнял собой всё сущее.
«Я не звал!» – хотел крикнул мальчик, но не смог, что-то подсказывало, что спорить с говорившим – себе на гибель.
Холодный и мокрый ветер ударил в лицо. Мальчик не ожидал такого – откуда тут ветер, если он в темнице? Запах болота, старой тины и гниющих трав. Нет, он уже явно был где-то в другом месте, переместившись туда неведомым способом. Или это сделала какая-то иная сущность? Мартен хотел осмотреться, но не смог – Тьма вздыбилась, застилая взор, перед глазами замелькали холодные огоньки.
«Зачем ты меня звал?» – повторил голос, с ещё большим нажимом и яростью.
«Помоги!», – выдохнул мальчик первое, что пришло в голову и вытянул руки, державшие мёртвого грызуна.
Волна серой мглы окутала ладони мальчика.
«Что ты можешь мне предложить взамен на твою просьбу?»
Мартен растерялся. Выдохнул:
«У меня ничего нет»
Вместо ответа мрак рассмеялся – громогласно, от чего задрожала, казалось, вся Вселенная.
«Я выполню твою просьбу. А за долгом приду позже. И ты обязан будешь его отдать»
«Я…» – успел произнести мальчик, прежде чем дикая боль разрезала его разум как острым ножом надвое. Мартен застонал. Перед глазами вспыхнули знаки – кажется, они назывались руны, – а потом темнота поглотила мальчика.
– …пацан! Эй, пацан! Ты чего? А ну-ка встань!
Тревожный голос вывел из липкого забытья.
Мартен открыл глаза и не сразу вспомнил, где находится. Пахнуло луком и перегаром. Перед самым лицом зависла квадратная рожа охранника. Тот был явно чем-то озабочен.
– Ты как себя чувствуешь, пацан?
Охранник принялся трясти мальчика. Боль прошила виски.
– Нормально, – прохрипел Мартен, пытаясь подняться с пола.
Его шатало и трясло.
Что произошло? Он ничего не мог понять. Держал в руках бедного Бульку, а потом эта тьма… Потерял сознание? Да, наверное, потерял сознание от горя.
– Что произошло? – спросил мальчик, хотя и понимал, что охранник навряд ли сможет ответить на его вопрос.
– Утомился, наверное… конечно же утомился. Господин маг Фэй Фо поговорил с вами, вот и утомил.
– Утомил? – не смог сдержать смешка Мартен.
А потом начал оглядываться, потому что вдруг почувствовал, что в руках у него ничего уже не было.
– Где… – начал мальчик, но вовремя прикусил язык.
Где Булька? Охранник забрал?
Под рубашкой что-то защекотало живот. Мальчик осторожно заглянул за пазуху и с удивлением и радостью увидел Бульку. Живого и здорового. С целой головой.
Грызун жался к телу мальчика, пытаясь согреться. Черные бусинки глаз с благодарностью и некоторым страхом глянули на мальчика. Булька и сам видимо не до конца понял, где сейчас находился.
Как?! Как такое возможно?! Неужели он оживил крыса? Или, всё-таки, приснилось? Да, верно, приснилось. Ведь не может же быть такого…
– Ты весь в крови, – произнёс охранник.
Мартен глянул на себя и мысленно присвистнул. Крови было много.
– Из носа натекло, – первое, что пришло в голову, ответил узник.
– Верно! – охотно согласился охранник. Деликатно кашлянул. – Там, это, тебя сам Император к себе вызывает.
– Император?
– Да. Ты это, не говори, что тебя били, ладно? Скажи, что охранник Тэйхо устава не нарушал и никого к тебе не пускал, даже придворного мага Фэй Фо. Хорошо?
– Ладно, – устало кивнул мальчик. – Пошли к Императору.
Охранник выпучил глаза, но ничего не сказал и кивнул на дверь.
* * *
– Как тебя зовут?
Император грозно посмотрел на стоявшего перед ним мальчика. Боль в сердце вновь вернулась, ощущалась вялость, нездоровье и жажда. Блеск мраморного пола тронного зала казался таким колючим, что приходилось без конца моргать. Всё это, навалившееся за столь короткое время, высасывало из Императора силы и нервы.
– У меня… – Мальчик запнулся. – Мартен. Меня зовут Мартен.
– Ладно, пусть будет так, – загадочно ответил Император и посмотрел на Эхуанга. – Ну, что скажешь?
– Пока только могу с уверенностью сообщить, что паренёк способен чувствовать Силу, – ответил грязный старик, так же пристально рассматривая мальчика со смесью удивления и растерянности.
– Маг? – насторожился Император.
– Однозначно нет – просто природная предрасположенность. Весьма скромная, к слову.
Император нахмурился, посмотрел на мальчика.
– Почему у тебя вся рубашка в крови? И лицо в кровоподтёках? Тебя пытали?!
– Нет, – ответил Мартен. – Просто упал с кровати и ударился.
Брови старика приподнялись от удивления.
– Ты уверен? – переспросил Император.
– Да, – сказал Мартен и сжал губы в одну тонкую, едва заметную полоску.
– Ну что же, Мартен, если тебе ещё не сказали, что ты совершил, то это сделаю я.
Эхуанг потупил взор. Ему вдруг сделалось стыдно – он и сам не понял от чего.
Император хотел что-то сказать, но сморщился и потёр грудь.
– Всё в порядке, Ваше Величество? – спросил Эхуанг.
Тот кивнул.
– Нормально, – И снова обратившись к Мартену продолжил. – Ты сорвал церемонию наречения вторым именем. За такое полагается только одно – смертная казнь. Но с учётом того, что произошло это… к-хм, не совсем обычным способом, требующим разбирательств, ты ещё жив. Сейчас у нас несколько иные приоритеты. Поэтому я и принял решение.
– Какое решение? – спросил Мартен.
Эхуанг вновь округлил глаза, начал жестами показывать мальчику, чтобы тот молчал и не задавал вопросы Императору.
– Ты на время разбирательства пойдёшь под присмотр Эхуанга, моего… – Император замешкался. – Моего помощника. И будешь под его присмотром до тех пор, пока я не вызову вас. А там уже посмотрим, как с тобой поступить дальше. Твоя судьба зависит, в большей части, от этого человека. Если у него получится то, о чём он мне говорил, то я помилую тебя.