Песнь кинжала и флейты. Том 2

Бирон

В ночном мраке величественные башни казались сине-чёрными с фиолетовым отливом. Каменной кладки не было видно вовсе, у внешней городской стены была шершавая наружная облицовка. Ни фигур, ни надписей, ни барельефов, лишь арки бойниц да фортификационные нагромождения.

Бирон походил на эдакий каменный кактус. Непомерно высокие стены служили общим стволом или садовой оградой, а из центра разрастались ровные «побеги» высотных цилиндрических башен, соединявшихся паутиной мостов и переходов, натянутых бельевых верёвок, а также тросов в валиках различных устройств.

Многие «стволы» разрастались дополнительными конструкциями-ветвями. Утончённые башни всегда венчались конусовидной крышей из широкой тёмной черепицы. Повсюду на этажах располагались балконы и наружные галереи в обход построек, чтобы перебираться по верхнему ярусу между соседними зданиями. А также были лопасти ветряных мельниц, вращавших внутри не жернова, а другие полезные механизмы.

Пружины и шестерёнки периодически показывались на глаза в отдельных прорезях или отбрасываемых косых тенях, но по большей части были скрыты за гладкой облицовкой. Наружные башни имели выступы-площадки для баллист, но даже над ними поверх опорных колонн всё равно были остроконечные купола под тон и стиль всего остального, будто сооружал абсолютно всё здесь один и тот же архитектор.

За счёт своих нескольких ярусов город казался большим. Довольно компактным по площади, всерьёз уступающим, например, Велунду или тем более Стеллантору, но беглого взгляда хватало, чтобы понять, сколько всего размещено здесь по разные стороны на всех этих этажах. Причём возвышенности начинались с первых же зданий окраины, никаких трущоб бедных кварталов в привычном их понимании.

Однако за приоткрытыми воротами всё же виднелись типичные признаки не самого ухоженного района. Кривоватые изогнутые дороги со съехавшей кладкой, потрёпанность строений, простенькие навесы, перевёрнутые бочки. И это явно было не худшим, что могло здесь предстать взору, всё-таки впереди был проезд через главный вход, сопровождаемый базаром, ярмаркой, кучей всевозможных лавок, дымной кузницей, пекарней, дешёвым трактиром – всё это, разумеется, лишь на первом ярусе. А над ними возвышались уже совершенно иные заведения: мастерские и жилые комплексы для бедных семей.

– Добрались до полуночи, – подбросил Хрисс проспоренную медную монету Фламеру, и тот схватил её резким рывком руки в воздухе, сжав кулак. – Небо было к нам благословенно.

– Так… сказал бедняк… Первым делом обыграю в карты несколько дуралеев в таверне, заработав себе деньжат, – ухмыльнулся эльф, обнажая золотой клык.

– Может, и нам в таверну? Комнату снять, – предложила Кьяра.

– Раскатали губу, – фыркнул обгоняющий их Бром. – Сначала надо добиться, чтобы нас всех пустили.

– Повторяем легенду? – предложил Фламер, остановившись. – О, чарующая Кьяра из рода фон Блитц, вы на эту маленькую театральную сценку возглавляете наше душещипательное представление, как посол из Дайкона. При вас телохранители, предоставленные на границе. Это я, допустим, Хрисс и лучезарная Диана. А также маг, это, разумеется Бром. И его подмастерье, маленькая ученица. Священник – наш местный гид из любого ближайшего аббатства, согласившийся сопроводить. При нас ткани и припасы, почти всё на продажу, а также небольшой набор вооружения.

– И боевой барсук! – посмеялась Ди, взяв зверька на руки.

Они с Кьярой спешились, как вылез и людоящер, а вот Лилу с книгой осталась в повозке. Стефан и сам Фламер ехали верхом на лошадях, а Бром сидел на спине у сайгака. Все неспешно стали двигаться в сторону врат, оглядывая фасад стен и наружной части башен Бирона.

– Да уж, придётся втирать этим эльфам, что барсуки на службе в Дайконе – обычное дело, – проговорил глава банды, оглядывая остальных.

– Надеюсь, сработает, – вздохнула Кьяра в сиреневом кимоно. – О, Дану, чем я вообще занимаюсь…

– Если вдруг что, держись меня. Наложу защиту от их алебард, а то ишь уже выстроились, – бурчал Бром, недобро поглядывая на стражу.

Это были мужчины племени немедов, с розоватыми оттенками кожи, высокие, поджарые, крепкие. Не слишком широкоплечие, уступающие Фламеру в пропорциях тела, но выигрывающие у того за счёт общей массы и роста. Они попросту были крупнее, сильнее и вооружены довольно неплохо: меч и топорик на поясе, наточенная до блеска алебарда в руках. На голове плотный шлем с прорезями для ушей, торчащими ирокезом шипами и лицевой прорезью в форме буквы «м» так, чтобы образовывалась пластина по центру, защищающая нос.

Все круглолицые, розовощёкие, хорошо откормленные, но, конечно, без видимой полноты, за исключением самого усатого из них – в рельефе того, уже немолодого, таки выпирал небольшой животик. Лишь некоторые носили бороды, а у большинства выпяченный овальный подбородок представал гладко выбритым.

Отражение растущей луны с алебард начинало слепить глаза, отчего смотреть вверх в сторону лиц стражи становилось проблематично. Вперёд выехал Бром, решивший начать разговор и первым представить приближающихся гостей, согласно плану и ролям.

– Наследница купцов и металлургов, из живописных красочных садов Дайкона, с миссией посла на юг Лонгшира, в чудесный город Бирон, её высочество Кьяра фон Блитц! – заявил постовым гном.

Они проехали в ворота мимо охраны, и, миновав тоннель въездной арки, оказались на небольшой ночной площади с фонарями, чей свет порождали отнюдь не масляные горелки, а ярко-жёлтые кристаллы. Они были тут повсюду и создавали особый вид многоярусного каменного города-замка. Придавали всему окружению некую отличительную изюминку от всего, что Ди привыкла видеть.

Банда-то была здесь и не раз, а Кьяра периодически путешествовала с отцом в различных поездках. Их этим было не удивить, а вот Диана впервые разглядывала эти интересные гранёные самоцветы, порождающие световые лучи из яркой сердцевины сквозь под специальным углом вытесанные грани.

Первое, что бросалось взгляд при входе в многоярусный город, были отнюдь не башни и шпили, заставляющие задирать головы на свои мостики, балконы и открытые площадки, а огромная карусель по правую руку. На земле. Точнее, с глубоко вмурованным сквозь каменную кладку центром, она раскинулась, занимая большую часть обозримой площади, хотя в тёмное время суток, разумеется, не работала.

Вся эта вереница окрашенных деревянных лошадей, бычков и верблюдов приводилась в движение многочисленными шестерёнками, колёсами, протянутыми цепями, верёвками и пружинами. А те, в свою очередь, вращались благодаря усилиям больших рукоятей на постаментах обслуживающего персонала. Вероятно, днём здесь трудились силачи, которые всё это крутили, а за счёт их действий начинала вращаться и вся конструкция.

Крышу венчали узорчатые миниатюрные башни, картины с утончёнными шпилями конструкций и прочей местной архитектурой. А также мерцающие жёлтые кристаллы, подсвечивающие в темноте весь аттракцион чарующим магическим сиянием, словно племена крупных светлячков расселись в ночном танце на равном расстоянии друг от друга.

– Посол из Дайкона? – прошепелявил молодой стражник с козлиной тёмно-серой бородкой, подойдя к гостям в компании ещё нескольких.

По левую сторону виднелся конфискованный товар – мешки, ящики, отдельные предметы типа вытянутых тотемов из эбонита, какие-то черепа, арбалеты – всё то, что тайком, по всей видимости, пытались провезти без разрешения. Бром же говорил, что здесь нужна какая-то лицензия.

– Прошу документы, – рядом с шепелявым вышагал тот самый усач с небольшим животом.

Он был пониже остальных, на вид уже за сорок, с морщинами, глубоким маленьким шрамом на щеке и выразительной горбинкой носа, и смотрелся при этом довольно крепким и грозным. Жёлтые глаза его под густыми и хмурыми бровям серебристого цвета внушали трепет. А всё во внешности говорило о богатом боевом опыте, впрочем, связанным скорее отнюдь не с защитой города от осады, а от стычек с нарушителями порядка.

На поясе даже висел какой-то амулет из обвинительных печатей, словно он собирал коллекцию тех, кого отправил в последний путь к палачу. В Стелланторе казни были редкостью, и всё же Диана не только по книгам знала, что это такое.

– Где в Дайконе госпожа посол тебе лицензию раздобудет? Мы тут по важному визиту, папаша. К этому вашему… Ну, градоначальник здесь ещё заседает… – вращал Бром пальцами в воздухе, будто создавал невидимый шар, пытаясь вспомнить. – Бургомистр Кайман?

– Кайран, – поправил его стражник, внимательно осматривая Кьяру.

Та старалась стоять статно и уверено, для аристократки сыграть богатенькую девочку было не так уж и сложно, хотя ездила она всегда с купцами, а не в посольских делегациях, потому, как именно стоит себя вести, толком не знала.

– Вот именно! Госпожа фон Блитц с важным визитом к твоему начальству, так что иди отсюда, дядя, не мешай, – жестом руки прогонял его гном.

– Не очень-то дайконская фамилия, больше похоже на знатные рода Лонгшира, – не собирался тот явно никуда уходить.

– Вот заладил. Да она замужем за местным лордом, но сейчас у неё миссия представлять свою страну. Ты знаешь, что с тобой прикажет сделать мистер Кайман, когда узнает, что ты нас задерживаешь? Прихватит за эти усы и протащит по площади на лошадях! – угрожал стражнику Бром.

– Типичные слова какой-нибудь шайки, желающей проскочить без лицензии, – буркнул молчащий до сей поры третий охранник с пухлыми губами и вытянутым лицом, самый крепкий из всей троицы по внешнему виду.

– Стало быть, лицензии на въезд у вас нет? Лицензии на ввоз товаров, думаю, тоже, – высокомерно прикрыл глаза усач и даже прищурился с подозрением.

– Там орки кругом шастают, отобрали и так половину припасов, давай ты тут досмотры-то не устраивай, папаша. Посол голодна, устала, натерпелась от зеленокожих рож, а ты ещё своей ей тыкать вздумал. Ты свой орлиный нос давно видел в зеркале?

– Хватит, Бром! Не заводись, – коснулась Кьяра его плеча, повернувшись к немолодому стражнику. – Он тоже сегодня натерпелся, у нас в схватке с песчаным червём по пути погиб его друг, мой второй телохранитель из эльфов, – чуть мотнула она головой на Фламера, как на единственного оставшегося. – С ним мы бы не выглядели как какая-то разношёрстная банда, – соврала она, так как с громилой-альбиносом компания смотрелась бы явно ещё подозрительней.

Но усач и его сослуживцы должны были вообразить себе какого-нибудь обычного эльфа, похожего на них. Не обязательно из белгов, которых представлял Фламер, но за силу воображения здешней стражи леди фон Блитц отвечать не могла.

– Я из аббатства, что в несколько вёрст на запад. Оттуда даже взяли немного вина с собой, можете убедиться, – вежливо пропел им Стефан, поклонившись и приглашая жестом обеих рук к повозкам. – Меня попросили побыть гидом до города госпоже из Дайкона, поэтому выступаю сопровождающим для посла.

– Ну, и что там у вас? – принялся усач осматривать телегу.

– А ну кыш! – самый крепкий из троицы стражников, обернулся на небольшую компанию местных оборванцев, пытающихся прокрасться из тени к свету фонаря и сложенной контрабанде.

Притопнув, и стукнув древком алебарды по камню у ног, он припугнул тех, заставляя раствориться в темноте, нырнув обратно к аркам проходов и стенам зданий. А вот стоящий, судя по всему, рангом выше, со шрамом, открывал все ящики и развязывал мешки, интересуясь содержимым.

– На корицу нужна отдельная лицензия, Лонгшир не любит конкуренции из Таскарии, только избранные торговцы могут сюда её ввозить, – заявил он.

– Выбросили бы её лучше, – фыркнула Диана.

– А чего это за горностай такой полосатый и толстый? – шепелявил молодой, что с бородкой.

– Боевой дайконский барсук, – отвечала Ди. – Тоже из охраны.

– Диковинное зверьё, ё-моё! – качал стражник головой, поглядывая на питомца флейтистки. – А ты-то музыкант, что ли, или чё? – подметил он футляр для флейты.

– Я учусь. Играю, когда госпожу посла нужно развлечь, – высокомерно отвечала ему Диана.

– Славненько, славненько, – улыбнулся тот, демонстрируя передние торчащие резцы, как у неё самой, только с ещё большим зазором между ними, посвистывая в щель меж зубами. – У меня брат местный менестрель, то у бургомистра играет, то в трактирах, то на ярмарках. А я на посту стою вот, тоже хорошая работёнка.

– Каждому своё, – вздохнула Ди. – Все работы хороши.

– Батя с детства мне говорил, надо в армию. Остальное всё как-то вот не моё. Рыбалка, столярное дело, я бы пиво варил, но разве ж удержишься там не отхлебнуть глоточек? А где один, там и два. А где второй, там и третий. И кому потом пьяный работник нужен? Нет, я уж лучше на воротах или на дозорной башне. Отстоял денёк, два гуляешь, сам себе предоставлен. Отсыпаешься, в костяшки с друзяшками да по кружечке! – облизнулся он.

– Так, а это что за карапуз?! – добрался усач до второй телеги, где сидела Лилу.

– Я не карапуз, я Лилу из рода Галар, великих медоваров! – заявляла та. – Дочь…

– Так, лицензию на питный мёд и спиртное пожалуйте. Монастырское вино я, так и быть, ещё приму со слов святоши, – глянул стражник на Стефана. – А вот эти настойки полыни у нас вообще под запретом.

– Так это ж бургомистру! – заявил Бром. – Не надо трогать то, что является персональным подарком! Ручонки свои фу от казённой выпивки! Под запретом, не под запретом, а на случай важных переговоров неплохо любому вельможе иметь знатное изысканное пойло крепости высочайшей! Уж гномы в этом деле понимают! Жаль, у вас среди стражи таких нет.

– Да как ж нет? Пара цвергов, пара дворфов, есть всё, но не в сегодняшнюю смену и не на воротах, – присвистывал молодой стражник.

– Что б своих по блату не пропускали, – проворчал другой, что покрепче.

– Нет, шпана. Эти ящики я у вас конфискую, – взял один из полных абсента ларцов старшина.

– Себе забрать удумал? Наглёж средь бела дня! Средь ясной ночи! – поправился Бром. – Ваш этот Крокодил будет в ярости!

– Кайман, – поправил усач, – и не «Кайман», а Кайран! Совсем ты меня уже запутал, чёрт бородатый!

– От чёрта усатого слышу! – фыркнул Бром, скрестив на груди руки. – По мне хоть носорог, хоть аллигатор, не трожь славное пойло! Не для тебя полынь цвела!

– А для тебя, что ль? Я местный эльф, а вот ты, гном, на жителя Лонгшира не очень-то и похож, – выглянул старшина.

– Слишком наглые они для контрабандистов, – прошепелявил тут молодой своему начальнику. – Преступники обычно тише воды и ниже травы сидят-помалкивают. Может, и вправду орки забрали документы и часть товаров? В степи это стало не редкостью.

– И не таких видали. Нет лицензий, нет и хода. Не звать же мне бургомистра в такой час прямо сюда? К тому же посол из Дайкона уже прибыл позавчера, откуда вдруг ещё один?! – не доверял тот.

– То был для политических дискуссий, а я по делам торговых трактов, – пояснила Кьяра погромче.

– Хоть трактов, хоть трактатов, хоть тараканов, что ни день, то послы, – ворчал усач.

– Абсент наш верни на место, папаша! – призывал его Бром.

– Сосуды из глины, выглядит больше орочьей поделкой, – вслух отметил старшина.

– Стеклянные у нас орки как раз и забрали, еле отбиться смогли! – заявлял гном.

– На оружие тоже лицензия нужна. Пропустить могу лишь стрелы, вон у вас ящерица с луком, так и быть, – проговорил усач.

– Я мужчина, между прочим, – прошипел ему Хрисс.

– Я ещё уточню, что насчёт вашей расы и законов города. Не нужно ли людоящерам иметь персональную лицензию, как, например, минотаврам.

– Вот заладил, мы тебе мануфактура бумажная, что ль? – ворчал гном-чародей.

– Так с Дайкона станется, там её больше всего производят! – усмехнулся старшина.

– С вашими лицензиями никакого производства не хватит. Весь Дайкон на ушах стоит, день и ночь работает на износ, лишь бы всю кипу бумаг в Бирон привезти, ага! А остальное куда грузить, ты подумал? – всё возмущался низкорослик.

– Не моя беда, оспаривать указы бургомистра я не в праве, – заявил ему усатый стражник из телеги.

– Заговорит его Бром или нет, как думаешь? – тихо спросил у Хрисса Фламер.

– Заговорит, всегда срабатывало с часовыми, – уверенно заявил ящер.

– Да сумку пора сшить из вашего Каймана, – проворчал Бром.

– Так, гном, иди-ка вон! – выглянул усач. – Пока я не приписал тебе оскорбление городских властей и в темницу не швырнул.

– Как гном, так сразу вон… – только и бубнил тот, словно уже не в первый раз выпроваживали.

– С вином и пешком, – злобно добавил старшина, указав на выход из города.

– Рифмоплёт нашёлся! Думаешь, Бром Дерзкий Гром так не может? – хорохорился низкорослик.

– Не бормочи, недомерок! Есть, что сказать, так говори в глаза! – рявкнул ему капитан стражников.

– У великого Аза было медных два таза, смольно-чёрная коза, в рукавах по два туза, изумрудные глаза и плетёная коса – из подмышек волоса! Ха-ха! Что на это скажешь, папаша? – и свирепел и посмеивался гном.

– То, что уже сказал, – невозмутимо вылез усач с ящиком абсента, обходя остальных и возвращаясь к своим. – Незаконный ввоз карается конфискацией, а отсутствие лицензий на въезд – возможностью находиться в городе. Так что прошу покинуть территорию Бирона.

– Где вообще брать лицензии путникам, что здесь впервые проездом?! – не понимала Диана.

– Если ты берёшь в руки запрещённый товар на территории города, значит, ты сам становишься преступником! Так что не трогай лучше ничего! – заявил усачу гном.

– Это ещё почему?! – удивился вояка.

– Да по кочану и по кочерыжке! – отвечал ему Бром, выкатывая грудь колесом.

– Ты мне тут пыль в глаза не пускай! – прорычал тот, поставив ящик.

– А ты мне зубы не заговаривай! – скалился норд-чародей.

– А ты мне лапшу на уши не вешай! – сильнее хмурился и стражник ворот.

– А ты… а ты… а ты… – пытался Бром придумать что-нибудь про нос, но не смог. – Коты! – выкрикнул он наконец, выглянув сбоку от крупного стражника и ткнув пальцем ему за спину, в сторону эдакой шайки фелинов, людей-кошек, позади охраны пытавшихся поживиться конфискованными товарами.

– Эй, вы! А ну кыш отсюда! – помчался тот следом за хвостатой троицей в скромных одеждах, а с ним в качестве помощника тот, что был покрепче, лишь шепелявый остался стоять на посту, как ни в чём ни бывало.

Причём Ди заметила, что самый низкий и худощавый из шайки имеет хвост, пришитый к куртке, а уши на меховом капюшоне, являясь отнюдь не фелином, а человеком или, может быть, полуэльфом в таком наряде. Двое других же, чёрный и рыжий, похоже, и вправду принадлежали к расе людей-кошек, которых в Стелланторе она видела не часто. Но один мальчишка из таких как раз ошивался в их районе в компании других подростков, забегая из соседнего квартала.

– Так, ну мы с послом, в общем, это… – глянул Бром на молодого стражника с небольшой козлиной бородкой.

– Да мне-то вообще всё равно, – прошепелявил тот, пожав плечами. – Дайте лучше денежку.

– Денежку?! А по кумполу тебе не дать?! – рявкнул норд.

– Нет, но от монетки бы не отказался, – протянул руку воин, выпрашивая подкуп.

– Вот заладил, на кой тебе деньги? С родителями живешь, небось, – фыркал Бром.

– С денежкой я скажу, что видел вашу лицензию, но её, видимо, украли, если вас вдруг поймают, – отвечал тот отрешённым голосом и надменно взирал на гостей.

– Ладно уж. Смотри, чтобы у тебя увольнительная не была в день, когда нас сцапают, если сцапают! – нехотя выдал гном ему блестящий серебряный четвертак.

– С чего вдруг нас вообще должны поймать, – самоуверенно возмутился Фламер, вышагивая вперёд и закуривая свою длинную трубку, отчего ароматы табака, ириса и сон-травы затанцевали колебаниями дыма в прохладном ночном воздухе.

– Ты чего надутый такой? Обиделся, что до тебя очередь в поэтической дуэли не дошла? Ха-ха! – вслед ему гоготал Бром. – Не кисни, у тролля в бороде зависни!

– Будем считать, что «заговорил», – обгоняя людоящера, подбросил лесной эльф ему серебряную монетку.

Хрисс и Стефан повели лошадей, а те потащили свои повозки. Гном же вскарабкался на сайгака и тоже поехал рядом, объезжая всех остальных. Его скакун громче остальных цокал копытами по каменной плитке, чаще перебирая лапами за счёт более маленького роста.

– Тёмный тип, – оглянулся гном на шепелявого стражника, проговорив тихим голосом. – Я таких называю «подлесок»: подхалим и льстец в одном лице! Убедить умеет, живёт по своим принципам, а морали всего-ничего, как у нас, у разбойников. Хорошо, когда такие попадаются, но надо понимать, что и нож в спину они вонзить тоже способны, дабы шкуру спасти. Здесь есть ведущая банда, вот с ней приятно иметь дело. А вот с такими, как этот, я бы особо пить за одним столом бы не стал.

– Надо узнать, есть ли отсюда повозки к тёмным эльфам, – произнесла Диана.

– Да, нам бы сейчас в аптеку, в прачечную, может, из одежды что докупить или сумок каких, что тут по ночам может быть ещё открыто? – кивнула Кьяра.

– Нарядец оставь, тебе идёт, – бросил Бром. – Будут считать иностранкой, меньше докапываться на улицах. Решат, что важная птица с охраной.

– Свою одежду тоже заберу из повозки, – не желала та просто так бросать привычный костюмчик.

– Поесть возьмите и ещё что-нибудь, если нужно, – проговорил Фламер. – Ох, красавицы, неужто пришло нам время прощаться? Неужели покидаете наше сугубо мужское общество и бросаете, дабы каждый пошёл своим путём? Ах, эта горечь расставания, солёность слёз из детских глаз. И крики, полные отчаяния, и поцелуи на устах.

– Нет уж, без поцелуев обойдёмся, – строго произнесла Кьяра.

– Спасибо ещё раз, что вытащили из беды, сразив орков, – поблагодарила Ди. – Лилу, идём. Или ты здесь хочешь остаться?

– Нет уж, с вами пусть топает! Книжки там интересные найдёт, всё такое. Не желаю из живого гнома становиться жаренным, – возражал сразу Бром. – Я ещё пожить хочу на этом свете.

– А потом в Вальгхаллу на крыльях тётушек-валькирий! – весело прыгала на подскоках Лилу, будто бы совсем не страшилась смерти.

– Желаю, чтобы всё у вас получилось «сырно» в этом городе с торговлей, выпивкой и что вы там ещё планируете, – проговорила Ди, размышляя, куда же им с Кьярой податься.

Хотя, когда она почесала голову, ответ стал очевиден. Волосы её не видели влаги уже несколько дней. Необходимо было найти баню, желательно ещё и с прачечной при ней, чтобы помыли одежду. У Кьяры хотя бы было, во что переодеться, а вот Ди осталась в том, в чём вышла на тренировку, когда на лагерь со своей туманной спасательной миссией «напали» крабы-голиафы.

– Вот уж местные сыры продегустирую сегодня в первую очередь! – улыбнулся Фламер. – Мягкие, твёрдые, копчёные! Не терпится посетить все главные трактиры Бирона. М-м-м! Эти ароматы бри, четука, эдама, виньле! Ах, только вдохните городской воздух! – взмахивал он руками, нагоняя к задранным ноздрям побольше ароматов. – Давайте, я поставлю монетку, что мы ещё свидимся. Может быть, даже серебряную. Будет вам повод со мной повидаться, если деньги понадобятся, – проговорил эльф на прощание, обнажив золотой клык.

– В «Архимаг» хоть будет кого нового пообыгрывать, – облизнулся Хрисс.

– И «Сколопендру» надо загнать по хорошей цене! – напомнил Бром. – Лавка травника прямо туда, – указал он пальцем, в надежде поскорее избавиться от спутниц. – Аптекари, парфюмеры, мыловарни, цветочницы, всё в той стороне рядом и друг за другом. Смотрите не напейтесь всяких странных зелий! А то борода вырастет! Ха-ха-ха!

– Не надо нам бороды! – хваталась панически за лицо гномочка.

– Спасибо, надеюсь, где-нибудь ещё открыто, – кивнула ему Диана.

– Попутного вам ветра, – желал Фламер.

– Да благос-с-словит вас небо, – прощался с девушками и людоящер, поправив лук на плече. – И пус-сть звёзды укажут вам путь.