Харэль Милк пришел за мной. Фея воды

Глава 3

– Это занятие организационное. Я лишь расскажу вам, какие предметы вам предстоит изучить, и каков будет ваш график на этот учебный год. Поверьте, он будет весьма напряженным, – говорил Харэль Милк. – Помимо общих предметов, таких как история, география вы будете изучать так же и правила этикета, танцев… Что же до предметов, связанных с магией, то у стихийников они будут направлены на раскрытие дара, на усиление конкретной вашей стихии. Моя задача, как вашего куратора, сделать максимально все, чтобы помочь вам освоить собственную магию. Научить вас ее контролировать. Будь то к примеру огонь…

На ладони у Харэля Милка вспыхнул огненный шар, который вдруг резко начал вращаться и погас.

– Или вода… – с одной его руки на другую перебежал целый фонтан брызг.

– А он не только красавчик, но еще и эстет, – хмыкнула Ольфейра рядом со мной, а я лишь усмехнулась.

У меня подобных восторгов Харэль Милк не вызывал.

– Земля, воздух или энергия…

На наших глазах преподавательский стол отрастил корни и даже немного перебежал в другую сторону, а потом затих. Воздух завертелся небольшим смерчем, а энергия… Это была небольшая сверкнувшая молния.

Мне, прежде никогда не видевшей магию, это было удивительно и интересно. Но я заметила, что и другие смотрят с восторгом. Ольфейра объяснила, что не все умеют колдовать настолько красиво.

– Адептка Кэрис… – Харэль Милк обратился ко мне. – Вы обсуждаете что–то более интересное, чем то, что рассказываю и показываю я?

Я вздохнула. Похоже наш шепот с Ольфейрой был ему прекрасно слышен.

– Нет, мы обсуждаем как раз вас, – не сдержалась я.

– Да–а? Поделитесь с нами, – заметила мелькнувшую на его губах улыбку.

Ему весело что ли?

– Вы показали стихии. А как же ваша собственная магия? Почему именно вас назначили куратором к стихийникам, хотя ваша магия вроде бы другого рода?

– Для этого ответьте сами на этот вопрос, Джессика… Если смешать все краски, какой получится цвет?

– Черный?

Взмах рукой и вокруг Харэля Милка закружились уже виденные мною при зачислении шары–магические элементали. Еще один взмах и все они соединились вместе, образовав густой темный сгусток со сверкающими фиолетовыми и красными всполохами внутри.

– Для того, чтобы научиться владеть темными энергиями, адептка Кэрис, необходимо в совершенстве освоить все пять стихий… А для того, чтобы научиться владеть хаосом, необходимо эту тьму приручить…

Темный сгусток в руках у мужчины вдруг раздробился на тысячи брызг–осколков, которые закружившись, вдруг приняли очертания молочно–белой лилии.

Восхищенный шепот пролетел по аудитории. Еще один взмах рукой, и лилия, миновав почти всю аудиторию, перелетела прямо ко мне на парту.

Ольфейра даже взвизгнула от восторга. Я удивленно коснулась кончиками пальцев лилии, а она тут же осыпалась фиолетовой пылью.

– Как он это сделал?! Это же высшая магия! Высшая! Из ничего! – прошептала моя соседка.

Больше чудес не было. Куратор рассказывал, на что следует особенно обратить внимание, сказал несколько слов про практику, которая ждет нас в конце семестра.

Когда прозвенел звонок и нас отпустили, мы с Ольфейрой одни из последних покидали аудиторию. Я старалась не смотреть на Харэля Милка, но отчего–то прямо кожей чувствовала, что его взгляд жег лопатки, когда мы покидали аудиторию.

– Он всегда такой? – спросила я у Ольфейры.

– О да–а! – протянула девушка. – Говорят, он настоящий псих, когда дело доходит до темной магии. Он один из тех немногих магов, что сумел ее приручить, словно ручного котенка… Обычному магу никогда не освоить подобное…

– Я про характер, – поморщилась я.

– А–а, это… У него какая–то травма… Говорят, прежде он был очень милым. Впрочем, как и все эльфы.

– Он – эльф?

– А ты его уши длинные что ли не заметила?

Мы засмеялись. Сейчас должен был быть ужин, и мы направились в сторону столовой из которой исходили упоительные ароматы тушеного мяса и овощей.

Уже на входе в столовую мы заметили компанию из нескольких парней и девушек. Увидев нас, они преградили нам путь.

– Что–то не так? – спросила Ольфейра.

– Все так, – ехидно отозвалась рыжеволосая девушка в длинном и очень откровенном платье. – Но вы, как я понимаю, новенькие, а значит должны получить задание.

– Задание? – удивилась я, чуя, что ничем хорошим тут явно не пахнет. – Мы вообще–то просто поужинать пришли.

– Извини, детка, – брюнет с короткой стрижкой и длинной косой челкой с седой прядкой, усмехнулся. – Но все новенькие проходят этот…м–м–м–м…обряд посвящения. Мы, старшекурсники, передаем вам, сосункам, эстафету.

– Сам ты сосунок! – прошипела я и уже хотела пройти дальше, как вдруг испуганно вскрикнула.

Мои ноги вдруг превратились в камень, приросли к полу! А обувь и вовсе стала двумя булыжниками…

– Поосторожнее со словами… Думаю, что стоит представиться… Я – Берт, а эта рыжеволосая кошечка – моя девушка, Лесси. Переходить нам дорогу не советую…

– Джесс, лучше не ссориться с ними… – шепнула мне на ухо Ольфейра, а после сказала уже громче. – Мы… Мы согласны на задание! Что нужно сделать?

– О–о, ты можешь отделаться только вступительным взносом в наш клуб. Мы видим, что ты покладистая и хорошая девочка. А вот крошка, что рядом с тобой… – Берт посмотрел на меня. – Тебе придется выполнить кое–что посложнее.

– Что еще за клуб?! – прошипела я. – Немедленно отпусти меня!

Терпеть не могла травлю и дедовщину и не собиралась становиться девочкой для битья, но, похоже, что мне не оставляли выбора. Против их магических способностей я ничего не могу противопоставить… А идти и, к примеру, жаловаться ректору, далеко не выход.

– Обычный студенческий клуб… – искривил губы в усмешке. – Если хочешь, чтобы тебя не трогали, не гнобили, делились с тобой важной информацией… К примеру, о новых убийствах…

Я в удивлении приподняла брови.

– Да–да, ты не ослышалась… Если не хочешь проблем и не хочешь стать новой жертвой, то тебе придется делать то, что мы скажем. И, поверь, мы много не просим. Верно, Лесси? Какое бы задание дать строптивой гордячке?

Лесси усмехнулась, а после ядовито расхохоталась.

– О! Я уже знаю, что придумать… Видела, куратору Милку ты уже успела пару раз испортить настроение… Так что думаю, уже хуже не будет, если ты кое–что принесешь мне из его комнаты.

Я поперхнулась.

– Хочешь, чтобы я залезла в комнату к преподавателю?!

– Да. Хочу. Принеси мне оттуда статуэтку слона. Это особенный артефакт, который хранит в себе частицу энергии хаоса.

– И как же я должна это сделать?

– Не знаю. Придумай что–нибудь… Иначе, дурочка, тебе не выжить в нашей Академии.

Щелчок пальцами и мои ноги больше не прирастали к полу. Компания разошлась, а мы с Ольфейрой прошли внутрь столовой. Аппетит пропал, и запахи тушеного в специях мяса и овощей уже не казались привлекательными. В горле будто комок стоял.

– Мне правда придется найти эту статуэтку?

Моя подруга грустно посмотрела на меня.

– Похоже, что да… Моя сестра учится на старшем курсе здесь же… Они тоже проходили подобное посвящение. Те, кто не участвуют в жизни клуба, считаются аутсайдерами и довольно быстро вылетают из академии…

Представила, как окажусь на улице в чужом мире и поежилась.

– Мне нельзя этого допустить…

– Значит, нужно подумать, как украсть статуэтку....

– Может, просто у него попросить? – предположила я.

– Чтобы преподаватель отдал студентам артефакт с частицей хаоса? Сама–то веришь? Эта магия может быть смертоносной!

Вздохнула.

– Ясно… Значит, мне просто нужно попасть к нему в комнату, отвлечь и…

– Да… Садись за столик… А я пойду принесу нам еды… – сказала фея воздуха и ушла, а я осталась сидеть, понимая, что моя жизнь точно пошла под откос…

А еще мысли невольно вернулись к Саше, который остался один. Интересно, как он там? Заметил ли, что я пропала?

На следующее утро чуда не произошло. Чудесным образом я не переместилась обратно к себе домой, а проснулась и поняла, что мне придется снова влезать в корсет и пышное платье, и теперь изображать из себя студентку магической академии…

– Слушай, я вот одного не понимаю, – вздохнула я, глядя на Ольфейру, которая при помощи воздушных потоков сушила свои белокурые волосы.

– Чего не понимаешь? – спросила девушка, отвлекаясь от своего занятия.

– На этих занятиях нужно будет колдовать ведь, верно? А как я буду это делать, если магии у меня нет.

Фея воздуха нахмурилась.

– Если бы магии у тебя не было, то магический ежик тебя бы не определил, как фею воды.

– Он явно в этот раз промазал…

– И хочешь сказать, что ничего особенного, связанного с водой за всю жизнь с тобой не происходило?

Вздохнула, вспоминая родителей и то, чем меня всю жизнь попрекал Сашка.

– Вообще–то было кое–что… – сказала я, не зная, как вообще о таких вещах говорить. – Мы с моими родителями отправились в путешествие в круиз. Корабль потерпел крушение… Помощь пришла нескоро… Все пассажиры до единого погибли и… И мои мама и папа. Но я почему–то выжила.

– Ой, какая грустная история! – Ольфейра подбежала ко мне обняв. – Я сочувствую твоей утрате… Тебе, наверное, было тяжело без них?

– Меня воспитывал дядя…

– Если ты одна спаслась в водной стихии, возможно, тогда ты смогла применить магию?

Я пожала плечами.

– Не знаю. Я ничего не помню из того дня, только как спасатели уже приводили меня в чувства в шлюпке…

– И все же, это довольно весомый аргумент в сторону того, что магия в тебе присутствует… Просто твой дар еще не раскрыт. И, я думаю, это будет в любом случае отличной легендой… Что же до всего остального, твоего незнания этого мира, помнишь, мы хотели что–нибудь придумать? Я тут немного поразмышляла… А давай скажем, что ты потеряла память?

Я усмехнулась.

– Ваши маги не полезут меня исследовать вдоль и поперек, если я такое скажу?

– Думаешь, кому–то есть дело до среднестатистической феи воды? Все будет нормально! Уверяю тебя. Давай посмотрим расписание? У нас вроде бы оно одинаковое…

Мы посмотрели в расписание. Первой парой стояла “История магии”, второй “Этикет и танцы”, а третьей “Основы боевой магии” напротив которой я увидела пометку, что ведет ее Харэль Милк.

Вспомнила о том, что мне нужно было как–то пробраться к нему в комнату и загрустила. Как мне найти подходящий повод? Может, во время лекции найду какую–нибудь зацепку?

Я решила, что это будет хорошим вариантом. Перед парами у нас стоял завтрак. Мы с Ольфейрой выбрали достаточно отдаленный столик, и все же я заметила, что Берт с Лесси и их компанией устроились неподалеку и насмешливо поглядывали на меня. От их взглядов и усмешек становилось неуютно.

– Просто не смотри туда, – посоветовала подруга. – Ты сказала им, что попытаешься выполнить задание. Сделаешь это, и они от тебя отстанут.

Легко было Ольфейре говорить… Не ей придется что–то украсть у того, кто повелевает хаосом…

В общем, на завтраке мне кусок в горло не лез. Зато когда началась пара по истории магии, во мне проснулось что–то сродни воодушевлению. Лекция была невероятно интересной! Ее вел сухонький преподаватель, профессор Нуфус, с длинной бородкой и очками–лупами. Сложно было представить, как в его голове умещается столько информации, сколько он выдавал! Ну а я, наконец, смогла составить хоть какое–то представление о том, где оказалась.

Этот мир носил название Крайсенбир. А академия магии располагаюсь в нейтральных землях, королевстве Лимия. И хотя Лимия не вмешивалась в большую политику и давала приют для всех рас и народов, вне зависимости от владения магией, кошелька или цвета кожи, все же у нее была официальная правительница, королева Вертрузия. Именно она предложила основать на своих землях первую в мире академию магии, куда принимали всех, у кого была хоть какая–нибудь искорка магии.

Вначале создание подобной академии было воспринято магическим сообществом в штыки, опасались, что высшая магия, прежде доступная лишь элите, станет продуктом, который с удовольствием будут использовать низшие классы, чтобы устраивать мятежи и разбой. Однако, они просчитались, так как выяснилось, что лишь немногие способны развить свою силу до нужного уровня, чтобы суметь постичь тайные знания. А те, кому все–таки это удавалось, обычно больше занимались наукой или преподавательской деятельностью, нежели начинали лезть в политику.

– Ты так усердно все записывала, – хмыкнула Ольфейра, когда пара закончилась и мы с ней перешли в кабинет по этикету и танцам – это был большой зал с паркетным полом и узкими лавочками–скамейками вдоль стен. – Неужели профессор Нуфус произвел на тебя такое впечатление?

Я улыбнулась.

– По–моему, очевидно то, что я записывала лишь то, чего не знала. Для всех вас информация, которую он давал была уже заранее известна. Мне же хочется лучше понять то место, где я оказалась, чтобы потом понять как вернуться обратно домой.

– Верно, – хмыкнула подруга.

Какое–то время до начала занятия мы с ней разговаривали о всевозможной ерунде. Когда же пришла преподавательница, леди Ханна, нам пришлось отложить разговоры на потом…

Занятие по этикету было скорее вводным. Светловолосая и улыбчивая эльфийка рассказывала о нормах поведения, приводила примеры грубейших нарушений этикета, а так же обозначила перечень необходимых знаний, которые мы должны были унести с собой после первого семестра. Я немного поморщилась, когда речь зашла о танцах. Вот чего я точно делать не умела, так это танцевать. Если честно, то о грядущих практических занятиях я думала с тихим ужасом. Надеюсь, что я сумею вернуться домой раньше, чем они состоятся и я отдавлю какому–нибудь несчастному своему партнеру по танцам ноги.

– Теперь только боевая магия… – сказала Ольфейра, когда Ханна покинула аудиторию, а мы остались здесь же, зал для занятий был указан тот же. – Надеюсь, что тебе повезет, и мы сможем понять, как пробраться в комнату к Харэлю Милку.

– Я тоже на это надеюсь, – вздохнула я.

К слову, вспомнишь солнце – вот и лучик… Профессор Милк появился в аудитории так бесшумно, что я вздрогнула, когда услышала его голос. Он стоял у стены и совершенно определенно смотрел на меня! Может, я схожу с ума?

– Я рад снова всех видеть у себя на занятии. И рад, что на этот раз нет опоздавших…

Почему–то смутилась, посмотрев на мыски своих туфель, лишь бы не встречаться с ним взглядами.

– У стены стоят лавочки. Вы можете пока занять место на них. Я же буду вызывать вас по одному, чтобы проверить, на что способен дар каждого из вас.

Студенты воодушевленно начали шептаться, рассаживаясь вдоль стены, а я как–то сразу скисла. На что способен мой дар? Ни на что. То есть абсолютно… И все же, когда Харэль Милк достал списки учеников и начал по одному из них вызывать в центр зала, где стоял сам, я с любопытством стала наблюдать за происходящим.

В нашей группе были только стихийные маги. И каждый, кто выходил к Харэлю Милку, пытался продемонстрировать какое–либо проявление стихий. У кого–то получалось лучше, у кого–то хуже. Я видела и снопы ярких искр, и водные всплески, и зерна растений из которых появлялись ростки… Ольфейра продемонстрировала небольшой смерч, который сразу же и развеяла сама.

– Очень даже неплохо, – похвалил ее профессор. – Что ж, адептка Кэрис… Ваша очередь.

Я в нерешительности вышла на середину зала. Сейчас, когда мужчина был так близко от меня, я буквально кожей ощущала его присутствие. Это было странное чувство, похожее на какой–то внутренний жар. А еще, будто назло, зачесался шрам от молнии, и я невольно потерла его на запястье, с наслаждением чувствуя, как шершавая ткань платья царапает кожу.

– Блохи, адептка Кэрис? – участливо спросил Милк, а я поняла, что уже его ненавижу.

– Да, прикармливаю тут… Поделиться с вами? – ядовито отозвалась я.

– Нет уж, я больше в качестве домашних любимцев предпочитаю кошек…

По залу стали доноситься оскорбительные смешки. Похоже, Харэль Милк меня почти сразу же невзлюбил и теперь жаждал устроить из моего выхода шоу.

– Показывайте, на что способны.

– Увы, я думаю, что не смогу этого сделать…

– Почему? – взгляд Милка стал каким–то слишком цепким, если даже не сказать, что хищным. Будто у того же самого упомянутого им кота, который нашел беззащитную мышку.

– Мой дар пока не проявил себя… И я не знаю, как сделать, чтобы это произошло… – сказала я, стараясь придерживаться придуманной с Ольфейрой легенды.

– И вас не пытались раскрыть, как и остальных, в детстве?

– Я… Я потеряла память, и не могу вообще ничего вспомнить.

– Значит, дар–то может и раскрыт?

Я пожала плечами.

– Не знаю.

– Что ж, самое время это узнать, – хмыкнул Харэль Милк.

Я не успела опомниться, как в мою сторону полетел сгусток темной энергии. Не знаю, чего ожидал куратор, но чуда не произошло, вокруг меня не создался вдруг водный щит, и я не взлетела над землей. Вместо этого я вполне себе прозаически словила темную гадость и, почти сразу же поняла, что, наверное, умираю…

Колени подкосились, а из горла вырвался сдавленный стон, перед глазами все плыло… Наверное, Харэль Милк подхватил меня, потому что падения я не помнила, перед тем как отключиться… Вместо этого я помнила его обеспокоенное лицо, невозможно вкусный исходящий от него запах, терпкий и чуть сладкий, будто ванильный, а еще шепот в самое ушко: “Кто же ты такая, Джесс?”

Ну а потом все. Темнота, мрак, покой.

Глава 4

Наш мир. Город N

– Джесс! – Сашка только что умылся, на его щетинистом лице еще блестели капельки воды.

Не услышав ответа, мужчина подошел к закрытой двери комнаты своей племянницы.

– Джессика! – еще одна попытка оказалась безуспешной, и он замолотил руками по двери. – Ты обиделась что ли? Открой!

Но дверь в какой–то момент сама открылась. Сашка шагнул внутрь, оглядывая пустую комнату. На столе, заваленном тетрадями и учебниками, горела настольная лампа.

– Куда пропала–то? – пробормотал мужчина.

Вышел, прошел в прихожую. Куртка, сапоги, все было на месте. На всякий случай Сашка глянул в сторону ванной, дверь была приоткрыта, внутри никого не было.

Вздохнув, мужчина вытащил из кармана растянутых домашних штанов смартфон, набирая ее номер.

– Пилик–пилик–пилик… – зазвучала какая–то ненавязчивая классическая мелодия.

Сашка хмуро вернулся в комнату племянницы. Ее телефон лежал оставленный на столе.

– Не понял, – пробормотал он.

Подойдя к столу, он взял телефон в руки, и почти сразу же он зазвучал снова.

– Алло… – хрипло сказал в трубку Сашка.

– Алло! Джесс! Ты где?! Ты весь день что ли решила прогулять?! До зачета уже пять минут осталось! – раздался в трубке девичий голосок.

– Это не Джесс, это ее дядя… – сказал Сашка. – А Джессики сегодня не было в институте?

– Ой, извините… Да, ее не было. Не знаете, что с ней? Может, она заболела?

– Она… – Сашка помедлил, а после совсем нахмурился. – Кажется, она куда–то пропала.

Джессика

Я так и не поняла, в какой момент пришла в себя. Наверное, какую–то часть времени я провела, болтаясь между этим светом и тем. Я видела белый потолок с темной окантовкой, а после вдруг видела Сашку в нашей квартире. Он бегал по комнатам и искал меня. После, кажется, что–то кричал. Я пыталась ответить ему, что я здесь, что я рядом, но он меня не слышал… А теперь вот снова… Белый потолок… Правда, сейчас он мне казался каким–то уж слишком реальным, в отличие от того, что я видела прежде…

– Проснулась? – услышала я бархатный мужской голос.

Этот голос было сложно спутать с кем–то еще. Мой убийца чах возле моей постели…

Повернулась, рассматривая Харэля Милка, что сидел в кресле напротив и смотрел на меня.

– Не хотите извиниться? – вырвалось у меня, но куратор лишь усмехнулся и, поднявшись с кресла, подошел ко мне и присел на корточки рядом с моей кроватью.

– Извиниться за что, Джесс? – почему–то мое имя прозвучало в его исполнении как–то уж слишком… Слишком… В общем, почему–то я покраснела.

– За то что швырнули в меня той дрянью… – пробормотала я, стараясь на него не смотреть.

– Та, как ты выразилась, “дрянь” – ни что иное, как легкий сгусток темной энергии. Он бы растворился в тебе и, максимум, что бы с тобой было – это легкая головная боль в течение получаса после. Но ты отключилась… И целителям пришлось постараться, чтобы вывести из тебя мою магию, на которую, как я понял, у тебя аллергия.

Я саркастически оскалилась.

– Аллергия? На вашу магию?

– Верно. Почему–то даже крупица моей магии заставляет тебя падать без чувств… И мне очень интересно, с чего вдруг такой эффект…

Мне бы самой узнать! Я–то откуда могу догадываться, я вообще не из этого мира! Однако, вслух я сказала другое:

– Ну, а что с моим даром?

– Похоже, он спит… Хотя не так крепко, как мне думалось. Ведь реакция на мою силу была вызвана тем, что твой дар слишком агрессивно на нее реагирует. А значит, теоретически он готов к тому, чтобы раскрыться… – задумчиво ответил Милк.

– Понятно…

– Что ж… Нам придется поработать над тем, чтобы вытащить твои способности наружу как можно раньше. Занятия по боевой магии предусматривают хоть примитивное, но владение даром.

– Угу.

На какое–то время мы замолчали, просто смотря друг на друга и думая каждый о своем.

– Я принесу вам руководство одного талантливого мага, – наконец, сказал он, поднимаясь и явно собираясь уходить. – Оно поможет.

– Да.

Харэль Милк ушел, а я откинулась на подушки. Итак, что мы имеем? Дар у меня теоретически все–таки есть, это первое. Второе – почему–то он очень не воспринимает Харэля Милка. Ну и третье… У меня появился повод нагрянуть в гости к куратору, чтобы найти статуэтку слона, без которой жить спокойно в академии мне не дадут… Так себе перспективы… И все же, нужно жить как–то дальше.

Из целительского крыла, где я, оказывается, провалялась почти три дня, меня выписали уже вечером. Ольфейра, стоило мне только появиться в комнате, тут же кинулась меня обнимать.

– Даже не верится! Я так волновалась! Как это вышло, что тебя вырубило от одной лишь капли темной магии?! – засыпала она меня вопросами, а я рассказала вкратце о том, что поведал мне Харэль Милк.

– Аллергия на магию… – медленно повторила она. – Впервые такое слышу! Но Милк – очень опытный маг, за столько лет он многое повидал…

– А за сколько лет? – вдруг заинтересовалась я.

Вообще куратор выглядел очень даже молодо. На вскидку лет на двадцать пять – тридцать.

– Ему точно уже больше двухсот пятидесяти… – сказала она, а я закашлялась.

– Из него песок еще не сыпется? – хмыкнула, понимая, что мой мир уже точно никогда не будет прежним после заявления Ольфейры.

Фея воздуха улыбнулась.

– А с чего бы ему сыпаться? Чистокровные эльфы живут очень долго… Впрочем, если маг обладает большой силой, то он тоже будет жить столько, сколько в нем будет гореть его искра…

Нахмурилась.

– А феи?

– Что феи?

– Феи долго живут?

– Лет триста, а что?

Я рассмеялась, не готовая пока поверить в открытую мне истину. Слишком уж невероятным это казалось. Впрочем, я раньше и к перемещениям в другие миры относилась скептически, а сейчас вот сама здесь…

– Кстати, пока ты болела, заходил Берт, – явно с неохотой сообщила фея.

– Чего он хотел?

– Спрашивал, когда ты принесешь им с Лесси то, что они просили. Думаю, тебе не стоит откладывать это в долгий ящик, потому что…

– Потому что мне житья в академии не дадут, – закончила я за нее со вздохом.

Я посмотрела на часы. Было уже около десяти вечера.

– Думаешь, сходить к куратору сейчас? – правильно поняла мои мысли фея.

Кивнула.

– Попробую. В любом случае, после болезни мой нелепый визит можно еще будет отнести к временному помешательству. А вот после уже будет сложнее… – сказала я.

– Верно, – хмыкнула Ольфейра. – Но, тебе есть, что сказать Милку? Не будешь же ты говорить, что заблудилась?

Дернула плечом.

– Да, выкручусь как–нибудь.

Перед тем как пойти, зачем–то подошла к зеркалу, оценивая свой облик – длинное немного пышное темно–вишневое платье хорошо сочеталось с моими темными локонами, которые я собрала немного наверх. Подумала и попросила у Ольфейры блеск для губ.