Моя милая леди

Его вдруг охватило чувство пустоты, и он решил, что всему виной окружающая обстановка. С того самого момента, как он вошел в «Элдерион», его не покидало ощущение дежавю.

На него нахлынули воспоминания о другом баре с приглушенным светом, теплым пивом и медленными танцами. О целом семестре беззаботной жизни, о которой он не думал уже столько лет. Она давно осталась в прошлом.

Новая клиентка лавировала между столиками с грацией танцовщицы. Теперь, когда на ней не было серо-розового клетчатого блейзера, он заметил, как юбка из спандекса облегает ее бедра. Когда она наклонилась, чтобы поставить на столик бокалы, юбка тесно облепила ее ягодицы. Почувствовав напряжение в паху, Майкл поерзал на стуле. Его клиентки обычно такое не носят.

Но это не обычное дело. Оно рискованное и может принести ему дурную известность вместо всеобщего уважения. В общем, то, чего его всю жизнь учили избегать. Но сейчас у него нет другого выбора. Он не может закрыть свою практику и разочаровать отца.

Открыв папку с документами, он достал из нее блокнот и начал делать в нем пометки.

Прошел целый час, прежде чем Роксанна, взяв бутылку воды, направилась к его столику. Майкл старался не смотреть на ее длинные стройные ноги. Учитывая ее наряд, это было сложно.

– Вы все еще здесь, – сказала она.

– Подумал, что глупо возвращаться в этот час в офис, когда я могу поработать здесь, – ответил он, положив документы на стол.

– Уже восемь. Большинство людей к этому времени заканчивает работать.

– Я не большинство людей, – заявил он. – Я подумал, что у вас могут быть ко мне вопросы.

– Правильно подумали. – Она указала на свободный стул. – Не возражаете, если я присяду?

– Ваш строгий босс не будет возражать?

– У меня десятиминутный перерыв.

– В таком случае располагайтесь. Итак, о чем вы хотели меня спросить?

Роксанна задумчиво подцепила ногтем край этикетки на бутылке с водой, очевидно ища подходящие слова.

– Вы уверены, что не пошутили насчет миллионов Синклера? Что это не очередная ваша проверка?

– Я же сказал вам, что не шучу. Но помните, что я ничего вам не обещаю. У вас есть шанс, но он невелик.

– Я ценю вашу честность. Мне не нравится, когда меня водят за нос.

– Мне тоже.

– Итак, каким должен быть мой следующий шаг? – спросила она, оторвав часть этикетки. – Мне нужно сделать анализ ДНК?

– Если бы все было так просто, мисс О’Брайан. Вы знаете, где взять образец ДНК Синклера? – спросил он.

Она бросила осторожный взгляд на конверт.

– Похоже, вы насмотрелись криминальных сериалов, – заметил Майкл. – Получить образец ДНК с таких старых писем было бы настоящим чудом. – Ему тоже пришла в голову эта идея, и он проверил возможность ее осуществления с помощью надежного источника в Интернете. – Нам понадобится более свежий образец.

– Где мы его возьмем?

В этом-то и состоит вся сложность.

– Было бы лучше всего, если бы одна из сестер Уэнтворта согласилась сделать тест. Они его ближайшие родственники.

– Но вы говорили, что они окажут нам противодействие.

– Это не означает, что нам не следует к ним обращаться. Мы представим им доказательства вашего родства с Уэнтвортом, и им придется удовлетворить наш запрос.

– То есть, если я докажу им, что я дочь их брата, они дадут мне доказательства?

Майкл не смог сдержать улыбку. Роксанна быстро соображает, что не может ему не нравиться. Если клиент понимает, что и зачем он делает, работать намного проще.

– Главное, ничего не бойтесь. Мы наделаем достаточно шума, чтобы привлечь их внимание.

Нахмурившись, она оторвала еще одну полоску от этикетки. Выражение ее лица вдруг изменилось. Воодушевление куда-то испарилось, и без него она стала казаться усталой и даже ранимой.

– Звучит так, будто я собираюсь навредить Синклерам.

– Именно так они и будут считать.

– Почему? Я не искала способов обогащения. Моя мать преподнесла мне эту историю на серебряном блюдечке.

– И вы сразу же отправились с ней к адвокату, чтобы узнать, имеете ли вы право на часть имущества Уэнтворта.

– Я не смотрела на происходящее с этой стороны. – Она оторвала еще кусок этикетки. – Я просто пытаюсь улучшить свою жизнь. Если этот человек, Уэнтворт Синклер, был моим отцом, он бы тоже хотел, чтобы мне было хорошо, не так ли?

Если бы отношения, о которых говорилось в письме, продолжились, скорее всего, Синклер сделал бы так, чтобы его дочь ни в чем не нуждалась.

– Именно по этой причине мы и собираемся заявить претензию на часть его имущества. Чтобы помочь вам сделать вашу жизнь лучше.

– Что, если сестры Синклер откажутся нас слушать?

– Мы продолжим бороться, – просто ответил Майкл. Рано или поздно Синклеры обратят на них внимание хотя бы для того, чтобы заставить их исчезнуть.

Рокси тупо уставилась на стол. Поймав направление ее взгляда, Майкл обнаружил, что в какой-то момент их разговора он снова накрыл ее ладонь своей. Когда он это сделал? Когда увидел в ее взгляде беззащитность? Это на него не похоже. Он всегда держался со своими клиентами так, чтобы между ними была невидимая стена. Тому были серьезные причины. Если подпустить к себе кого-то слишком близко, можно совершить много ошибок.

Он принялся изучать ее руку, которая частично виднелась из-под его руки. Она была белой с кремовым оттенком. На внутренней стороне запястья виднелась маленькая татуировка в виде желтой бабочки, по которой так и хотелось провести пальцем.

Майкл осознал, что собирается сделать именно это, когда она отдернула руку и сжала ее в кулак.

– Почему? – спросила Роксанна.

Пораженный своей реакцией на ее татуировку, он не понял, что она имеет в виду.

– Что почему?

– Почему вы решили мне помогать? Если шансов на успех мало, почему вы взялись за это дело?

Что-то подсказывало Майклу, что правда ей не понравится.

– Я же говорил, что мне нравится вызов. Я не умею проигрывать и останавливаться на полпути. Противник будет повержен, черт побери.

– И в выражениях вы не стесняетесь. А глядя на ваши безупречные манеры, и не подумаешь такое, – улыбнулась она.

Майкл сделал глоток скотча, чтобы сдержать ответную улыбку.

– Можно любезничать, можно добиваться результата. Выбор за вами.

– Я выбираю результат, – ответила она. – Любезности приводят к лишним проблемам.

Его новая клиентка еще и практичная. Возможно, все пойдет более гладко, чем он думал.

– Я согласен.

– И все же… Майкл насторожился:

– Что такое?

– Насколько серьезен наш противник?

– Адвокат Синклеров не даст нам спуску. Несомненно, он будет копаться в вашем прошлом.

Ее лицо помрачнело. Должно быть, ей есть что скрывать.

– Так что, если у вас есть какие-то секреты, вам лучше прямо сейчас начать со мной ими делиться.

Она энергично замотала головой:

– У меня нет никаких секретов. У меня есть только маленькая дочка. Ее зовут Стеффи.

Внучка Уэнтворта Синклера. История становится все интереснее. Элис и Франсез Синклер, несомненно, заинтересует существование девочки.

– Никаких проблем, – ответил Майкл. – Напротив, это даже может облегчить…

– Стоп! – Роксанна перебила его, выставив вперед ладонь. – Я не хочу впутывать ее в это дело. Ей всего четыре года. Она не понимает, что происходит.

Майкл глубоко вдохнул:

– Не думаю, что вы понимаете, что я имею в виду.

Тот факт, что у Уэнтворта есть внучка, может убедить его сестер выполнить наши требования.

Роксанна покачала головой:

– Мне все равно. Я не хочу, чтобы она расстроилась. Вам придется найти другой способ…

– Я не думаю…

– Пообещайте.

Что ему делать? Он хотел сказать ей, что она не в том положении, чтобы ставить условия. Что его работа состоит в том, чтобы выиграть ее дело, следовательно, это ему решать, какую тактику применять. Также он хотел сказать ей, что не сможет сдержать подобное обещание. Сестры Синклер все равно рано или поздно узнают о существовании ребенка. Но решительное выражение лица Роксанны не дало ему это сделать. Ему не следует обсуждать с ней сегодня эту тему, иначе она может снова убежать.

– Хорошо, – уступил он, но лишь для того, чтобы ее успокоить.

– Спасибо. – Открыв наконец бутылку с водой, она сделала глоток. – Когда мы начнем?

Ее зеленые глаза снова заблестели. Она слегка наклонилась, и Майкл заметил, какой глубокий вырез у ее топа. В паху у него снова все напряглось.

– Скоро. Очень скоро, – ответил он, злясь на свое тело.

После этого Рокси снова вернулась к клиентам. Майкл никуда не ушел. Он потягивал скотч и что-то писал в большом желтом блокноте. Его присутствие отвлекало ее. Она три раза перепутала заказы, и Дайон ясно дал ей понять, что сегодня лишит ее чаевых.

Почему Темплтон остался? Он вернул ей письмо, они поговорили. Ему следовало бы вернуться в свою квартиру в престижном районе и пить дорогой скотч, сидя у камина. Такие, как он, в «Элдерион» не ходят.

– Возможно, он хочет поговорить об оплате своих услуг, – сказала Джеки. Ее дразнящий тон не оставлял никаких сомнений в том, какого рода оплату она имела в виду.

– Очень смешно, – пробурчала Рокси, и до нее вдруг дошло, что они с Майклом еще не обсудили размер его гонорара. Как много он от нее потребует за свои услуги?

Она физически ощущала его присутствие, когда повторно обслуживала соседний столик. Хорошо, что клиенты заказали только пиво в бутылках, иначе она бы опять что-нибудь перепутала.

Ее реакция была тем более странной, что Майкл за все это время ни разу не посмотрел в ее сторону. Он продолжал что-то писать в своем блокноте, не обращая внимания ни на что. Тогда почему ей кажется, что она чувствует его пронизывающий взгляд всякий раз, когда оказывается в поле видимости?

Другие мужчины, присутствующие в зале, давно сняли пиджаки и расстегнули воротники рубашек. В воздухе витали запахи пота и одеколона. Майкл, в отличие от остальных посетителей, выглядел так же аккуратно, как в момент своего прихода. Он не только не снял пиджак, но даже не ослабил узел галстука.

– Почему вы все еще здесь? – спросила Рокси, когда смогла наконец подойти к нему.

Он оторвал взгляд от своего блокнота:

– Думал, это очевидно. Я работаю.

– Я это вижу. Почему вы все еще работаете?

Рокси ожидала, что он скажет что-то вроде «Я еще не закончил», но вместо этого он задумчиво произнес:

– Я должен.

«Нет, – подумала Рокси. – Это я должна. Люди вроде него сами решают, когда им работать, а когда отдыхать». Но вместо того чтобы сказать ему об этом, она заглянула в его блокнот:

– Сгладить острые углы? Что это означает?

– Это часть моей стратегии, детали которой я продолжаю обдумывать.

– Вы поделитесь ею со мной?

– Позже.

Рокси не удовлетворил этот ответ. С нее достаточно секретов.

– Почему я не могу узнать ее сейчас?

– Потому что она еще не готова.

Она смерила его взглядом:

– Другими словами, я должна довериться вам и подождать.

– Да. Вы ведь можете это сделать, не так ли?

Рокси ничего на это не ответила.

– Хотите еще скотча? – спросила она вместо этого.

– Мне следует понимать это как «нет»?

– Мне следует понимать это как ваш отказ от напитка?

– Принесите, пожалуйста, диетическую колу. Уверяю вас, когда стратегия будет полностью готова, вы сразу об этом узнаете.

– Почему вы не можете показать мне то, что есть?

– Хорошо, – произнес Майкл с нескрываемым раздражением. – Вот, смотрите. – Он повернул блокнот, чтобы ей было удобнее читать. Все, что она увидела, – это несколько незаконченных предложений и непонятных знаков. – Довольны? – спросил он, когда Рокси развернула блокнот так, как он лежал до этого.

Да. И еще сбита с толку.

– У вас ужасный почерк.

– Я не собирался кому-то показывать эти записи. Вы всегда столь недоверчивы?

– Разве можно меня осуждать? Я только что узнала, что моя мать лгала мне тридцать лет.

– Двадцать девять, – поправил ее он.

– Двадцать девять, – усмехнулась Рокси. – Кроме того, я работаю в этом месте. Здешняя публика доверия не вызывает.

– Что вы имеете в виду?

– Видите вон тех людей? – Она указала ему на столик, за которым четверо подвыпивших мужчин смеялись и флиртовали с двумя женщинами, которые тоже были навеселе. – Двое мужчин состоят в браке. Это привычная картина. Мужчины делают женщинам комплименты, а сами весь вечер прячут левую руку в кармане. Иногда вместо красивых слов они предлагают им утешение, но цель в обоих случаях одна – ни к чему не обязывающий секс.

– Интересное наблюдение, – заметил Майкл. – Но разница состоит в том, что я не являюсь одним из ваших клиентов.

– Да, но я недостаточно хорошо вас знаю.

– Вы узнаете меня лучше.

Что-то в его тоне заставило ее вспомнить о намеках Джеки.

– Как я буду с вами расплачиваться? – спросила она. – Я знаю, что услуги адвоката не бесплатны, поэтому мне бы хотелось, чтобы мы обсудили этот вопрос прямо сейчас.

Губы Майкла сжались в тонкую линию.

– Это называется оплата по результату, – сухо ответил он.

– Как у адвокатов, которые рекламируют свои услуги по телевидению? То есть я должна буду вам заплатить только в том случае, если вы выиграете дело?

– Именно так. Вы ожидали чего-то другого?

Он прекрасно знал, о чем она подумала. Ее бросило в жар. Что она могла ему сказать? Что стала подозрительной и осторожной, потому что жизнь сделала ее такой?

– Я ничего не ожидала, именно поэтому и спросила.

– Если вас это не устраивает, можете выбрать почасовую оплату. – Он окинул взглядом бар. – Если, конечно, вам это позволяет размер вашего жалованья.

Он прекрасно знал, что это не так.

– Меня вполне устраивает ваш изначальный план.

– Хорошо. Рад, что мы договорились.

– Вы все еще хотите диетическую колу?

– Да, пожалуйста.

Вот черт. Она надеялась, что он скажет «нет», и ей не придется снова возвращаться к его столику.

– Я принесу ее вместе со счетом.

– Вы закончили работать?

Рокси кивнула. Именно из-за возможности самой выбирать продолжительность своего рабочего времени она предпочла этот бар другим. Она может довольно рано вернуться домой, выспаться и подняться утром вместе со Стеффи.

Достав из бумажника три банкнота, Майкл протянул их ей:

– То, что останется, возьмите себе на чай. Встречаемся перед входом.

– Зачем?

– Я отвезу вас домой.

Он собирается отвезти ее домой. Возможно, замечание Джеки не так уж далеко от истины. Посчитав деньги, она поняла, что чаевые более чем щедрые.

– В чем здесь подвох?

– Никакого подвоха нет.

– Правда? – Может, она и совершила много ошибок в своей жизни, но она не глупа. Адвокаты из престижного района не подвозят официанток из «Элдериона» без причины. – Вы всех своих клиенток отвозите домой поздно вечером?

– Я не могу не отвезти домой женщину, которая так одета.

Этот ответ должен убедить ее сесть к нему в машину?

– Что не так с моей одеждой?

– В ней опасно ходить одной по вечерам.

– Довожу до вашего сведения, что я много лет езжу на одном и том же автобусе и со мной еще ни разу ничего не случилось.

– Вы везучая.

– Везение тут ни при чем. Все дело в невидимой броне, которая появляется на тебе через какое-то время и защищает от приставаний.

Майкл нахмурился:

– Невидимая броня?

– Да, это необходимость для выживания в жестоких условиях большого города. Люди видят тебя и сразу понимают, что не могут причинить тебе вред. Ты словно мимикрируешь, сливаешься с окружающей обстановкой. – Это чужаки вроде него должны опасаться.

Вместо ответа, Майкл стал быстро собираться. У Рокси создалось ощущение, что он не примет «нет».

Ну и черт с ним. Она ничего не потеряет, если один раз приедет домой на машине.

– Встретимся через пять минут, – сказала она ему.

Неужели она на самом деле думает, что в таком наряде безопасно ездить в автобусе? Глядя ей вслед, Майкл закатил глаза. Ради бога, она ведь даже не его тип.

Неожиданно на него нахлынули воспоминания о поздних поездках на автобусе и страстных поцелуях.

– Вы каждый день ездите домой на автобусе? – спросил он, когда они наконец встретились на улице.

На ней была короткая кожаная куртка, надетая поверх униформы.

– Пять дней в неделю.

Завернув за угол, они направились к парковке.

Они прошли мимо автобусной остановки, на которой стоял, держась за столб, пьяный клиент «Элдериона». «Не ужели невидимая броня защитила бы ее от этого типа?» – подумал Майкл.

– Я хотела добавить еще один день, но тогда мне пришлось бы проводить меньше времени со Стеффи. Она и так больше общается со своей няней, чем со мной.

– Когда вы выиграете это дело, у вас будет полно времени для общения с дочерью.

– В данный момент моей жизни я была бы рада, если бы мне не нужно было таскать подносы с напитками. Меня преследует запах дешевого пива.

– Вы никогда не думали заняться чем-нибудь другим?

– Конечно думала, но разве я могла бросить такое потрясающее место, как «Элдерион»? Простите, не сдержалась, – тут же добавила Роксанна. – Я бы нашла дневную работу, но изначально я хотела днем ходить на кастинги.

– На кастинги? Так вы актриса?

Майкла охватило странное чувство. Его должно было беспокоить, что она могла затеять все это ради пятнадцатиминутной славы, но вместо этого он испытал что-то похожее на зависть. Наверное, все дело в атмосфере бара, которая заставила его вспомнить старые времена и юношеские мечты.

Когда Рокси забралась на пассажирское сиденье его седана, ее юбка высоко задралась. Майкл заставил себя отвернуться, чтобы не смотреть на ее длинные стройные ноги.

– Я поражен.

– Чему тут поражаться? Это были восемь лет, потраченные впустую.

– Неужели все было настолько плохо?

– Даже еще хуже. Оказалось, что для того, чтобы чего-то достичь в шоу-бизнесе, нужно одно из двух: либо талант, либо пышный бюст. Я копила деньги на операцию по увеличению груди, но беременность изменила мои планы.

– Тогда вы ушли из профессии, чтобы заниматься дочерью.

– У меня не получилось совмещать работу в баре, дневные кастинги и материнские обязанности. Поскольку моя актерская карьера все равно не складывалась, я решила поставить на ней крест и делать более-менее сносно хотя бы одно дело.

– Более-менее сносно?

Она небрежно пожала плечами, чтобы скрыть свое смущение. Наверное, не ожидала, что он будет цепляться к словам.

– Я стараюсь проводить с дочкой как можно больше времени, но разве у меня есть выбор?

– Нет, – ответил Майкл, уставившись на тормозной сигнал едущего впереди автомобиля. Этот город никогда не спит. Здесь даже в полночь пробки. – Часто от нас самих не зависит то, что мы выбираем.

– Что вы имеете в виду?

На этот раз он сам пожал плечами, чтобы скрыть свои чувства:

– Часто жизнь принимает решения за нас.

– Вы имеете в виду, что моя незапланированная беременность помешала мне стать актрисой? – Он сразу понял, что она притворяется безразличной. Неудивительно, что ей не удалось стать актрисой. – Я делаю все это ради своей дочери, – продолжила она мгновение спустя. – Я хочу, чтобы у нее было больше возможностей для выбора, чем я могу дать ей сейчас.

На этот раз она не притворялась. Отчаянная решимость в ее голосе была искренней.

– А как насчет отца вашей дочери? – спросил Майкл.

Роксанна напряглась. Похоже, он задел ее больное место.

– Вы поддерживаете с ним отношения?

– Нет.

«Как интересно».

– Есть вероятность того, что он может вернуться в вашу жизнь?

– Нет.

– Вы уверены?

Бывшие супруги и партнеры нередко объявляются, когда пахнет большими деньгами.

– Его больше нет в нашей жизни, – резковато ответила она.

Складка у нее на лбу говорила о том, что ей есть что к этому добавить.

– Потому что он не… – Майкл специально не договорил, надеясь, что она закончит фразу за него.

– Почему вы расспрашиваете меня об отце Стеффи? – спросила она. – Я думала, в этом деле речь идет о моем происхождении.

– Узнавать подробности обстоятельств жизни моих клиентов, – это часть моей работы.

– Даже то, что вас совершенно не касается?

– Меня касается все, что имеет отношение к вам.

– Я так не думаю, – отрезала она.

Уже второй раз за этот вечер она пытается указывать ему, что он может, а что не может обсуждать. Пришло время объяснить ей, каким образом должны складываться их деловые отношения.

Повернув руль, он заехал в ближайший переулок и остановил машину у обочины.

– Давайте прямо сейчас проясним один момент. Вы пришли ко мне с просьбой о помощи. Я не смогу вам помочь, если вы не будете мне доверять. Это означает, что, если мне нужно будет знать, что вы ели на ужин в прошлую субботу, вам придется мне сказать. Вы можете это понять? Если нет, у нас ничего не выйдет. Я ясно выразился? – спросил Майкл, глядя ей в глаза. Он задержал дыхание, надеясь, что не перегнул палку, и она не пошлет его ко всем чертям.

– Яснее некуда, – ответила она, яростно сверкая глазами.

– Хорошо. Теперь вам нужно научиться спокойно реагировать на неприятные вопросы. Те, что задал вам я, это еще цветочки.

Остаток пути они проехали молча. В конце концов Майкл сбавил скорость перед домом-коробкой, который ничем не отличался от соседних. Его брат архитектор считал такие здания безликими. Майкл не мог с ним не согласиться.

Он посмотрел украдкой на свою спутницу. Она сидела неподвижно, тупо уставившись перед собой. Сейчас, когда ее волосы были откинуты назад, он с удивлением обнаружил, что у нее классический профиль, как у греческих бюстов в музее. Ее пальцы уже сжимали ручку дверцы.

– Хотите подождать, пока я полностью остановлю машину, или выйдете на ходу? – спросил он, еще сбавив скорость.

– Мне все равно, – напряженно ответила она, все еще злясь на него за лекцию.

– Если вы не возражаете, я довезу вас до подъезда. Синяки и ссадины не красят клиента.

Даже не улыбнувшись, Роксанна указала ему на пешеходный переход в нескольких футах перед ними.

– Остановите здесь. Дальше я сама дойду. – Она открыла дверцу в тот момент, когда колеса перестали вращаться, словно ей не терпелось уйти от него.

– Роксанна! – окликнул ее Майкл, когда она выбралась из машины. – Мы понимаем друг друга?

– Да, – неохотно ответила она.

– Значит, вы все еще хотите продолжать наше сотрудничество?

Ее лицо выражало смирение.

– Да.

– Я открываю офис в девять тридцать. Жду вас завтра.

Ее покорность сменилась удивлением.

– Вы хотите встретиться завтра утром?

– Если вас это не устраивает, можно вечером. Нам нужно многое обсудить. Вы мой единственный источник информации, поэтому чем скорее мы начнем, тем лучше.

Увидев, как расширились ее глаза, Майкл спросил:

– Какие-то проблемы?

– Нет, – ответила она. – Никаких проблем. Встречаемся в девять тридцать.

– И ни минутой позже, – сказал он. – Знаете, что, Роксанна? Вам придется привыкать к общению со мной. Я собираюсь стать вашим лучшим другом.

– Отлично. – Судя по ее кривой ухмылке, она была от этого не в восторге.

К своему удивлению, Майкл обнаружил, что ему понравилась ее дерзость. Он с улыбкой смотрел ей вслед, пока она не скрылась в подъезде, затем тронулся с места. Впервые за долгое время он с нетерпением ждал нового рабочего дня. Роксанна О’Брайан пока еще не знает, что стала главным его приоритетом. У него было такое чувство, что их сотрудничество повлияет на будущее их обоих.