- -
- 100%
- +
Глава 3: Наследие.
– Я не мстительна! Думала про себя Элен. –Месть оружие слабых, зато открытое противостояние выбор сильных! Если перед тобой недруг, говори об этом прямо, глаза в глаза, о своем отношении к нему, или к ней, так учили меня с детства. Странно наблюдать когда за твоей спиной стихли все обсуждения, а вместо них в глазах заговорщиков встречаешь зависть. Они напуганы, я это чувствую. Им хотелось меня унизить, а вместо этого я стала лучше. Моя внешность преобразилась, да до красавиц прошлого мне далеко, зато уродкой теперь меня назвать не смеют. Один из поэтов, недавно восторгался моей красотой. Интересно он всем девушкам делает такие лестные комплементы?! Элен невольно улыбнулась, вспоминая приятное событие.
– Что до бунтарок, так они теперь сами перемазались этой мазью в надежде обрести сказочную привлекательность. Глупые гусыни. Кожа сплетниц раздулась неравномерными участками и стала походить на фиолетовые виноградные гроздья. Кто там сказал о “красоте требующей жертв?” хотя, какая разница?!
Мой медальон снова вернулся ко мне, мне пришлось за него немного побороться, сорвав его с шеи мерзкой Фриды, она верещала, кричала, шипела как змея. Зато у меня было ведро холодной воды, и окатив ее с макушки до пят, я надела ей ведро на голову. После чего повалила заговорщицу на пол, сделать это было не трудно, сейчас после мази она была не в силах сопротивляться, не буду скрывать! Легкая победа – доставило мне удовольствие. Фрида получила по заслугам, заступиться за нее было не кому, все ее подруги с обожжёнными руками и лицами прячутся от меня по углам, бояться.
– Слуги стали поговаривать о моих “тайных” навыках, которыми я “как будто” обладаю, и могу быть опасной, их доверчивая глупость вызывает у меня искренний смех! Поэтому я постоянно сдерживаю себя, пытаясь сохранить серьезное лицо. Весь ученый свет потешается над бабскими сплетнями. -Да! я из обедневшего славного рода, и моему образованию далеко до научных высот современности, но даже я не смогла бы поверить в подобные слухи, при всем своем желании.
– Одна рассказывает как я каждую ночь вылетаю в трубу! Верхом на перевернутом котле. –Догадываюсь кому это пришло в голову. Другая говорит всем как видела меня ползающей по потолку точно я паук. Следом ей поддакивает еще одна склочница, якобы заметившая меня в сумраке ночи, где я холоднокровно плету струны ядовитой паутины, с коварным умыслом поймать очередную жертву.
– Какой бред! Хотя мой отец часто повторяет, лучше пусть тебя боятся и презирают, нежили унижают и смеются над тобой. Он прав, страх заставляет их придумывать небылицы, на потеху всему народу. Фольклор и богатое воображение – очередное наследие от предков, но полно! Уже близится ночь, так где там мой котел? Ха….усмехнувшись служанка покинув свою комнату поспешила к основателю.
В этот раз старик впустив гостью в обитель, без долгих раздумий, он плотно закрыл за ней дверь, предварительно убедившись в том, что за девушкой не было слежки. Элен сияла от не спадающей с ее губ улыбки. Основатель медленно подойдя к ней дотронувшись до ее подбородка, с важным видом доктора, бегло осмотрел юное лицо в свете холодных лучшей далекой луны. Одобрительно подытожив затворник вымолвил:
– Хорошо…нет ссадин, нет кровоподтеков, очень хорошо…после сделанных выводов, Аретфолл отвел свою руку в сторону и направился к походной сумке, стоявшей на столе.
– Основатель, я…запинаясь служанка чувствуя сильную взволнованность проглатывала слова, ей хотелось смеяться, петь и танцевать от переполняющей сердце радости и без устали благодарить доброго правителя, за его щедрость и сострадание, которым он проникся к ней. –Вы помогли мне, кто я? Я всего лишь служанка….
– Ты тэлаика, не забывай об этом! Поправив девушку, старик продолжил увлеченно собирать походный рюкзак, пока гостья в недоумении следила за каждым движеньями Аретфолла.
– Основатель? Вы… покидаете нас? С опаской в голосе спросила девушка.
Старик молчал.
– Нет…нет…не в коем разе вы не можете нас оставить…разве настало ваше время? Запротестовала юная гостья, не желавшая верить в увиденное.
– Все тэлаины прошлого называли такой уход последним. С грустью в голосе произнес основатель.
– Они желали достичь таким образом вознесения. Явленые в этот мир “огоньками” потоком яркого опаляющего света Творца, каждый из нас надеется вернуться обратно и я не исключение, даже при всем моем отступничестве, мне хочется уповать на искупление, прощение. Недавняя грусть, звучавшая в голосе правителя, сменилась проблеском надежды.
– Я покидаю родной край, и отправляюсь дорогой предков, к реке Разлучнице, и дальше насколько хватит сил. Взяв с собой пресного хлеба, воды, походный посох, и старый плащ. Так меня примут за бродягу, значит не будут разыскивать, а ты дитя, выполнишь мою последнюю просьбу.
Элен молча слушала, не смея перебивать основателя.
– Найдешь Веконта, и передашь ему послание… такова моя последняя просьба, надеюсь старый друг окажется мудрее меня и позабыв канувшие в лета распри, примет тебя без долгих раздумий, оказав мне тем самым добрую услугу.
Вручив конверт в руки служанки, старик замешкался, он тяжело вздохнув, мысленно прощался с родным домом, накинув поверх скромного одеяния, видавший виды плащ, перебросив походную сумку через плечо, старик в новом обличии походил на бедняка – попрошайку, коих было множество в окрестностях приграничных земель.
– Я не хочу вас отпускать…сдерживая слезы девушка сжимала послание в руках.
– Не тебе меня задерживать Элен. Основатель положив на плечо девушки свою ладонь, по отцовски улыбнулся.
– Не забудь, имя получателя: Веконт, он живет в квартале ремесленников, передашь ему послание завтра утром. Лично в руки.
Служанка одобрительно закивала в ответ.
– Знаешь о чем я сожалел все эти годы Элен? Хотя, откуда тебе знать. Задал сам себе риторический вопрос основатель, не теряя тонкую нить повествования, он продолжил.
– Моя тоска связана с дорогими мне родными – все они были вынуждены мирится с причиняемыми мной обидами. Я не был хорошим мужем, да и отцом был никудышным, а про почетный титул дедушки – лучше вовсе промолчать, ведь мой упрямый нрав разрушил в миг больше хорошего чем довелось создать за всю прожитую жизнь. Мой единственный сын заслуженно стыдится меня, ведь я отрекся от него, выгнал прочь, лишив права преемственности, обрекая на вечное скитание в чужом краю, вместе с невесткой и моим внуком, которого я так и не увижу. Жаль во мне не нашлось сил, принять его выбор – породнится с неугодной мне телеикой, которую он полюбил и взял в жены. Будь сейчас жива его мать, она бы смогла нас примерить.
– Мне не кого винить в собственных бедах, кроме себя самого, поэтому выслушай мое последнее напутствие Элен, не оставляй свою семью, будь с теми кто тебя искренне любит, с теми кто тебе дорог, береги их. Родные – истинное сокровище, которое дается многим, но ценят его единицы. После этих слов основатель тяжело вздохнул, скрыв мрачную грусть за напускной улыбкой, он быстро сменил тему разговора:
– Но полно тебе слушать о чаяньях старого ворчуна вечно всем не довольного, сейчас ты пойдешь вперед, и если что-то пойдет не так, начнешь разговор со встречными, это даст мне время что бы я мог скрыться из башни. Справишься?
– Я не подведу вас. С уверенностью произнесла служанка. –И…я хотела вернуть вам это, он может вам понадобиться в дороге…девушка протянула целебный лоскуток ткани.
– Вздор! Произнес недовольно Аретфолл. -Это мой подарок тебе. Положив свою ладонь на руку служанки, основатель отодвинул протянутый лоскут по направлению к девушке.
– Он слишком дорог…Вторила Элен, на что старик только отмахнулся.
– Мне не доводилось покидать башню ночью, это странное чувство, когда ты живешь двойной жизнью, утром в твоих руках мыло и тряпка, ты стираешь грязь с каменного пола, полируя его до блеска. А ночью осторожно прячешься в тени от любых посторонних глаз, хотя кого можно встретить ночью? – Размышляла про себя Элен.
– Стражников в башне можно перечесть по пальцам одной руки, тэлаинские дозорные – все больше следят за улицами, их патрули вылавливают нарушителей спокойствия, возвращают беглецов в родные покои, а утром пишут донесения на пойманных бездельников, сообщая об их проступке наставникам – при условии если это студент, родителям – если это ученик, работодателям – если это слуга. Попадаться им Элен не хотелось, для нее такая встреча сулила беду. Отец и мать перебивались случайными заработками, обучая молодую поросль грамматике, древним наречиям, истории и геологии, но здесь в городе школе, таких учителей как ее родители – с избытком, да и работы на всех не хватает. Поэтому Элен готова была терпеть участь служанки, что бы ее семья не потеряла последнее, за рент и еду нужно платить не мало мер.
– Чего мне бояться? думала про себя Элен, ведь со мной основатель, все дозорные обязаны ему подчиняться, хотя…если он выбрал такое не спокойное время желая покинуть город еще до рассвета, значит даже стражам он не доверяет. Добравшись до выхода, девушка попыталась открыть дверь.
– Вот ключ….произнес шёпотом основатель, он поспешно достал связку из своей походной сумки, аккуратно придерживая её, стараясь скрыть звон металлических предметов.
Радостная новость! Им не придется искать другой путь, основатель явно готовился к своему побегу заблаговременно.
– Элен, я не смею просить тебя рисковать еще больше, дальше я справлюсь один, без посторонней помощи, думаю мне удастся покинуть Столицу еще за светло, а тебе надлежит поскорее вернуться в свои покои, береги себя дитя. Напутствие основателя подкрепил добрый взгляд прощанья.
– Если бы вы только знали, как я желаю последовать за вами основатель! Жаль что это не возможно…Шепотом молвила девушка.
Старик не чего не ответил, он скрылся в темноте улиц, бодро зашагав вперед, и трудно было вообразить в его малоприметном, сутулом образе, величественного правителя Столичных земель. Сколько в нем было сил и жизни, способных увлечь за собой.
– Раньше я думала наследие моего народа это знания, открытия, достижения….нет….наследие моего народа это сила духа, искренняя вера, стремление, непоколебимая воля, а такие яркие личности как Аретфолл, они приумножают наше наследие. Для меня его уход стал неожиданностью, оставить все чем дорожил на протяжении долгих лет, ради искупления которое может не произойти, похоже на шаг безумца, или храбреца, способного начать жизнь – сначала. Проводив старца взглядом, Элен тихо закрыла парадную дверь, оставшись не замеченной.
Глава 4: Утро доброе? Или городской переполох.
Элен разбудил шум, все галдели точно стаи лесных пичуг. –Ушел! Сбежал! Нет ушел! Да нет же следов его! УМЕР ОН! И ОКНО ОТКРЫТО!
– Вознесся! Ушел! Сбежал! Спорили все кому не лень. Одним хотелось верить что Аретфолл – умер, другие это отвергали, желая броситься разыскивать сумасбродного основателя по полям, лесам, нивам и дубравам. Слуги шумели, кричали, спорили, казалось башня превратилась в большой улей, полный пчел. Элен решив не ввязываться в чужие догадки и рассуждения, спокойно направлялась к кухне, где едва лицом к лицу не столкнулась с Фридой. Обменявшись парой колких взглядов, девушки молча прошли мимо друг друга. Элен гордо вошла в кухню, а Фрида торопливым шагом, вышла вон. Заметив происходящее со стороны, Кухарка язвительно усмехнулась, спешный побег “Змеи”, вызывал в поварихе приступы злорадства.
Встретив Элен доброжелательно, сплетница быстро засуетилась, она достала припрятанную крынку с молоком, выставив ее на стол, в печи румянился яблочный пирог, аромат которого будил аппетит. Словом все поджидало Элен, с намереньем расположить ее к предсказуемому расспросу об исчезновении правителя.
– Элен! Проходи! У меня уже пирог готов! Ай…с пылу с жару! Повариха взяв в руки хлебную лопату, вынув из горнила печи свежи испечённое угощение, оставила его на столе.
– С чего тебе быть такой радушной? Мелькнуло в мыслях служанки, чувствуя что дело не чисто, она решив подыграть, спокойно присела за стол.
В то время как девушка с голодным взглядом смотрела на пирог, кухарка гротескно высунувшись за порог кухонной двери, внимательно оглядывалась по сторонам, рядом не было ни души, лишь из главного зала башни доносился шум то ли от студенческого спора, толи от восторга победы в любимой игре Дэко (это тэлаинская игра сродню шахматам, только на пятерых игроков, в которой один защищает крепость другие пытаются захватить ее штурмом). В игре предусмотрена дипломатия, переговоры, взаимодействия, студенты проводят за ней много времени.
– Фух! Облегченно выдохнув, кухарка затворив с силой дверь, так что раздался характерный хлопок, поспешила составить компанию Элен, будучи не терпеливой тэлэикой, селянка сразу начала разговор:
– Элен ты слышала новость?
Не удостоив чужой вопрос должным интересом, юная гостья начала свой завтрак без участия поварихи, налегая на пирог и молоко, точно не ела целую вечность.
– Какую новость? Наконец отозвалась служанка, максимально без различно, продолжая есть очередную порцию угощения, стоит отдать должное: пирог вышел на славу. -Кому сейчас нужен этот этикет? Перед кем? Перед лицемерной сплетницей, вечной обитательницей кухни? Нееет! Я буду убеждать ее в своей не осведомленности. Пусть расскажет слухи, будет повод посмеяться. Думала про себя молчаливая гостья.
– Арефолл! Произнесла чуть слышно сплетница поднеся ладонь к своим губам. –Он исчез! Сегодня утром, я отправила другую служанку к его покоям, ты не пришла во время! первый раз за долгое время, а мне…да.. …мне стало совестно! Гадко отнимать последний кусок хлеба у старика! Невольно поежившись, суеверная селянка подозрительным взглядом окинула парадную дверь, видно ей мерещились чьи то шаги. Выждав достаточно времени, она вернулась к своему рассказу:
– Показалось! Так о чем это я? видя что Элен молча слушает ее, повариха продолжила:
– Так вот! Когда Фрида отправилась к заветной двери, та была отворена настежь! Она сначала опешила, подумала – старик вышел, но куда и как! Он два месяца не чего не ел! Тогда Фрида стала искать его следы, но…он словно в воду канул.
Элен лишь пожала плечами, подливая в свою кружку очередную порцию молока.
– Слушай, ты ходила к его двери все это время, а сегодня он исчез! Ты спишь как не в чем, не бывало, я теряюсь в догадках Элен! Тебе явно известно больше, чем остальным слугам! Поварихе не терпелось узнать подробности ночного побега, дабы “состряпать” очередную небылицу.
От услышанных подозрений у Элен пирог комом встал в горле. Она чуть не подавилась. –Селянка не умеющая читать и писать проявляет чудеса сообразительности! Промелькнуло в мыслях у воспитанной гостьи. Осушив перед ответом стакан молока, победив ком в горле, Элен внимательно взглянула на сплетницу.
– Думаешь я этой ночью, тайно пробралась на твою кухню? умыкнула вон тот котел? Показав пальцем на самый большой из не чищеных котлов, гостья продолжила свой упрек в адрес поварихи. – Затем оседлав его, как седлают лошадь! взмыла в небо через печную трубу, и направилась к вершине белой башни! С намереньем вызволить затворника на свободу? или вероломно сбросить вниз? Так? После сказанных слов, глаза Элен зловеще сверкнули.
– Нет! Нет! И мысли не было! Отодвинувшись, на безопасное расстояние запричитала собеседница, стыдливо потупив свой взгляд. –Даже если это правда, ты можешь брать мой котел в любое время! Я и слова лишнего тебе не скажу! Вот только…
– Что только? Злобно усмехнулась Элен. –Боишься сплетница?! Пытаешься меня задобрить, выведать чужие секреты!?
Разозленная служанка, громко вымолвила фразу на древнем тэлаинском наречии, повергнув тем самым в шок суеверную кухарку, глаза которой округлились со страху точно чайные блюдца. Закрыв уши ладонями, повариха мышью юркнула под стол. Боязливо выглядывая из своего укрытия, она несмела обратить свой взор, к воинственной Элен.
– Прошу не заговаривай меня! Жалобно взмолилась трусливая склочница.
– Дура не образованная! Подумала про себя Элен. Она просто повторила пословицу на древнем наречии предков, звучавшую на нашем языке как –Не суй нос в чужие дела! Селяне давно позабыли первую речь. Зато отец Элен долгое время изучал тэлэинское наречие, охотно передавая часть накопленных знаний родной дочери. На самом деле “Первая речь” великолепна, зато для не знакомых с ней обывателей говор первоявленых звучит – таинственно, внушая чувство трепета и опасности. Применяя древние знания “Первой речи” нежный голос хрупкой и миловидной Элен, заметно преображался, становясь величественней и уверенней. У девушки не было желания представлять, о чем сейчас думает испуганная до смерти кухарка. -Нужно развивать свой успех! Пусть боится!
– Мне не чего не известно об исчезновении основателя! –Произнесла спокойным тоном Элен.
–Но если ты и дальше будешь распускать обо мне слухи, я обещаю тебе! ты на самом деле полетишь верхом на пресловутом котле, даже не смотря на твою увесистую комплекцию, мне хватит сил запихнуть тебя внутрь и спустить по лестнице! Будь уверена! Озвученная угроза до того перепугала селянку, что она стала заикаться.
– Д..д…даа…последовал прерывистый ответ из под стола.
– Спасибо за пирог. Сухо поблагодарила Элен, прежде чем покинула кухню.
– В очередной раз расцелую своих мамочку и папочку при встрече в выходные. Подумала про себя торжествующая победительница. -Первая речь, способная повергать в шок, кто бы мог подумать! жаль действует только на непробиваемых суеверов.
Служанке нужно было отправиться в город по поручению основателя, она охотно вызвалась купить в торговой лавке свежих овощей и фруктов, для предстоящего обеда, и вооружённая большой плетеной корзиной, к полудню смогла вырваться из “плена” белой башни. На улице то и дело обсуждали не давнюю новость, всюду рыскали дозорные, им похоже дали команду разыскать беглеца во что бы то ни стало. Для девушки не составило труда купить все не обходимое, и заглянуть по пути в ювелирную лавку Веконта, находящуюся в квартале ремесленников.
Веконт – был худощавый мужчина, зрелого возраста, с продолговатым лицом, впалыми щеками, и ярко выраженными скулами. Его кожа приобрела легкий бирюзовый оттенок, которым обычно могли гордиться по праву возвышенные интеллектуалы тэлаинского народа. Своими талантами ювелир не кичился, он был спокоен, размерен, сосредоточен. Застав его за работой, девушка с интересом оглядывала внутренне убранство лавки. В этом магазинчике было столько всего, украшения для светских дам – дворянского происхождения, ценой в целое состояние, множество фигурок и статуэток, разной сложности. Инкрустированные драгоценными камнями брошки, в виде разных животных. Даже гербовые знаки отличия. Талант мастера был безграничен. Позабыв на мгновение цель своего визита, Элен находясь в пустующем магазине, с неподдельным любопытством ребенка, стала осматривать разные безделушки, аккуратно выставленные, точно музейные экспонаты, под стеклянными витринами.
– Вы по делу? Осведомился педантичный, без эмоциональный голос, прозвучавший из мастерской.
– Если вы принесли мне продукты, оставьте их у прилавка, я потом их заберу. Продолжал ювелир, вероятно он был занят подготовкой очередного шедевра.
– Я к вам не по этому делу….осторожно произнесла служанка, устав держать тяжёлую корзину она поставила ее на пол.
– Тогда чем обязан? Раздраженно переспросил хозяин ювелирной лавки, явно не желавший из-за пустяков покидать свою мастерскую.
– Мне велено передать вам послание, оно от ..друга…уклончиво произнесла Элен, решившая избегать имен.
В дальней комнате послышались шаги, шаркающей по дощатому полу обуви. Мужчина которого она часто видела только из дали, ныне был перед ней, он сняв свои очки принялся бережно протирать стекла вельветовым платком, лилового цвета.
– Послание? Для меня? хм… Вероятно ювелир уже догадался о ком шла речь, но сохраняя привычное спокойствие, присущие его положению в обществе, мужчина без лишней спешки отложил свои очки и платок в сторону, после чего добавил: -Давайте взглянем с чем вы пожаловали ко мне.
Девушка достав из потайного кармана в фартуке заветное послание, нерешительно протянула его в руки ювелира. Бегло оглядев сверток, Веконт хмыкнул. Печать на конверте была ему знакома.
– Значит, старый брюзга осмелился воплотить задуманное…. Констатируя факт побега, вымолвил ювелир, голос которого звучал едва слышно.
– И переполох на улицах Столицы – не чья-то злая шутка. Сделав правильное умозаключение, хозяин лавки, слегка нахмурил брови, обратив свой пристальный взор на непримечательную гостью.
– Странно видеть перед собой служанку, коих у основателя великое множество… Оценивающе произнес столичный сноб, переведя свой взор с Элен, на доставленное ему лично в руки послание, он добавил:
– Ладно, если Аретфолл поверил в вас, примите мое почтение! В благодарность за труды, можете выбрать себе одну из этих вещиц. Девушка не заметила, какую кнопку, скрытую под прилавком нажал мастер, ее внимание привлекли стеклянные створки одного из шкафчиков, отворившиеся под глухой звон механических шестерёнок – поднявших прозрачную дверцу вверх. На бархатной ткани, темно лилового цвета переливались сверкающие броши, разной формы и размеров.
– Я…право не смею…ведь мой труд не был так велик, как вы его оценивайте! Да и риск…о котором вы упомянули, сложно назвать опасным… что бы вознаградить его столь дорого. Элен на самом деле считала награду от Векотна не заслуженно высокой.
– Отнеситесь к этому как к плате за издержки…как вас по имени? Поинтересовался педантичный мастер.
– Мое имя Элен. Ответила служанка, склонив почтительно голову.
– Так вот Элен, этот подарок, вознаграждение – аванс, называйте как пожелаете, скромная плата не только за доставленное письмо! но и за предстоящие вам хлопоты, ведь вы теперь обязаны хранить чужую тайну, за ней будут охотиться сильные этого города. После сказанных слов Веконт закончил прочтение доставленного ему письма, избавившись от него, он бросил сверток в камин. Пламя жадно объяло секретную бумагу, медленно разворачивая ее тлеющий пепел, точно бутон ярко – красного цветка, рассыпающегося в прах.
– Теперь о прошлой жизни вам надлежит забыть. Предостерег ювелир.
– Простите но…попыталась перебить девушка.
– Не прощу… ведь вашей вины здесь нет! Ответил самоуверенно хозяин драгоценностей. -У меня нет задачи купить ваше молчание Элен, эта безделушка поможет вам скрыться из города с вашей семьей, укрыться за Разлучницей, и не знать бед, забыв про трудности которые вас тяготили, в виде бедности и невежества, окружающих сквалыг и лицемерных знакомых.
– Все так серьезно? Взволнованно переспросила девушка. –Зачем искать меня? Я не чего не знаю…
– Ваши знания не имеют значения, достаточно того что вы видели основателя, и говорили с ним, не случись этого он бы не доверил вам разыскать меня, старик был очень упрямый, упертый и заносчивый, если что приходило ему на ум то он готов был перевернуть все вверх дном, лишь бы добиться желаемого. Теперь его место пустует, на него найдутся претенденты, стало быть, они будут вас искать, расценивая известную вам правду, не иначе как угрозу личного благополучия.
– А как же вы?
– Я? Удивленно воскликнул Веконт. -Со мной старый брюзга поссорился после похорон своей жены! Упокой Боже ее душу. Аретфолл втемяшил себе в голову будто я надоумил его сына посвататься к дочке местных раньте, в прошлом успешных купцов.
– Дочки – наследницы зеленого квартала?
– Именно. Согласно кивнул мастер.
– Значит история “Золотой маски” не вымысел? Заинтересовано осведомилась девушка.
– Нет, к сожалению для столичной знати, она правдива, не смотря на массовое желание скрыть произошедшее. Аретфолл ошибся, посчитав меня главным участником минувших событий, ибо моя роль была меньше, чем он предполагал, и ограничилось помощью, в поиске приглашений на смотрины невесты. О том кто воспользовался этим приглашением, я узнал уже от самого основателя, когда про скандальную свадьбу не говорил только ленивый. Родителей не выбирают, как не выбирают кого любить, а кого ненавидеть, на все есть свои причины, как и у каждого поступка есть свои последствия. Ювелир играючи уклонялся от неудобных для себя ответов, отвлекая внимание на витиеватые фразы.
– Да, вы правы. Произнесла согласно девушка. Решив сменить не удобную тему разговора про “Всадника в золотой маске” на другую, менее провокационную.
– Рад видеть перед собой понятливую, хотя и столь юную особу. Веконт чуть улыбнувшись, продолжил разговор с Элен.
– Как было уже сказано ранее, искать меня будущим приемникам, нет смысла, даже если кому – то из них взбредет в голову заподозрить меня в последнем разговоре с основателем, доказать это будет не возможно. –Кроме вас Элен. Единственной кто знает правду. Вы должны как можно раньше покинуть Столицу Белых Башен.