- -
- 100%
- +
Большинство из них были сделаны итальянскими мастерами, поэтому персонажей древнегреческих мифов авторы заменили древнеримскими аналогами[65]. Так, вместо Крóноса здесь красовался Сатурн, бога войны Ареса заменил Марс, а Афи́на была представлена Минéрвой. Неизменными остались лишь Аполлóн, поскольку в мифах древних римлян он именовался так же, как и у греков, и Немези́да[66], которая вовсе не имела точного двойника. Как раз статую последней и изучал Майкл, когда с ним случилось то, о чем впоследствии он осмелится рассказать только сестре.
Остановившись у мраморного изваяния, паренек с интересом стал его рассматривать. У ног красивой полуобнаженной женщины лежал открытый мешок с высыпавшимися из него монетами в знак неподкупности Немезиды, а значит, неотвратимости воздаяния за гордыню и творимую несправедливость. Левой рукой богиня прижимала к груди лавровый венок и драгоценную цепь.
– Хм, – вслух произнес Майкл. – Видимо, вознаграждение совершившему возмездие. А это что?
Его взгляд упал на правую руку Немезиды. Она опиралась на странную конструкцию из связанных вместе прутьев и топора[67].
– Надо будет дома посмотреть об этом подробнее.
Сказав это, парень развернулся и собрался было проследовать дальше, но вдруг в спину ему кто-то тихо, но отчетливо проговорил:
– Поторопись, Майкл. Времени осталось мало.
Майкл развернулся:
– Простите? Вы это мне?
Но вокруг не было ни души. Парковые дорожки словно вымерли. Он внимательно посмотрел на статую. Богиня так же безмолвно с легкой улыбкой смотрела куда-то вдаль поверх его головы.
Постояв, прислушиваясь к шорохам вокруг, еще пару мгновений, парень снова повернулся к Немезиде спиной.
– Найди Эйшу. Вам надо спешить, – вновь прошептал кто-то сзади.
Решив более не пытаться обнаружить источник голоса, Майкл бросился на поиски сестры.
Пробежав, как ему показалось, полсада, он обнаружил свою семью почти у самого выхода.
– Майкл, наконец-то! Я уже думала, мы тебя потеряли! – с ходу воскликнула Марта.
– Прости, мам, – пытаясь отдышаться, выдавил из себя парень. – Я засмотрелся на статуи. И…
– Что «и…»?
– Можно мне поговорить с сестрой? Наедине.
Глаза миссис Петтерс округлились от удивления. Она уперла руки в бока и нарочито церемонно с подчеркнутой обидой заявила:
– Ах, вот вы как, милóрд?![68] Секреты?! В нашей семье?!
– Мам, ты же знаешь Майкла, – вступилась Эйша за брата. – Наверняка речь о какой-нибудь ерунде. Мы быстро вас догоним.
Марта беспомощно посмотрела на супруга. Джордж неопределенно пожал плечами, давая понять, что он в таких вопросах бессилен. Женщина сдалась:
– Ладно. Секретничайте. Мы с папой будем ждать вас на набережной у входа в Летний сад. И – не долго!
– Конечно, мам! – Майкл потянул сестру за руку в сторону.
С трудом высвободившись из цепких объятий, Эйша тихо, но в то же время с напором выпалила:
– Ну? Рассказывай.
– Тут, в общем, такое дело… Я слышал голос.
Девочка пристально посмотрела брату в глаза:
– Какой голос? Чей? Ты его узнал?
– Нет, раньше я его не слышал. Но если я не сошел с ума, то со мной говорила Немезида – богиня возмездия.
– Что она сказала?
– Какой-то бред. Что я должен найти тебя и мы должны спешить, что времени осталось мало.
Девочка опустила голову и на секунду задумалась. Потом, словно что-то для себя поняв, резко вскинула ее, тряхнув русыми кудрями, и посмотрела на брата:
– Что-то должно случиться. Что-то очень плохое. Бежим, Майкл! Быстрее!
Они опрометью бросились из сада.
Выбежав из главных ворот, Петтерсы чуть не налетели на толпу прохожих, радостно что-то выкрикивавших и машущих кому-то руками.
– Мы здесь!
Отец сгреб в охапку оторопевших от неожиданности детей и подтянул их ближе к себе.
– Представляете, – восторженно защебетала Марта, – мы стали свидетелями прогулки самого Александра II!
Майкл отчаянно крутил головой во все стороны, пытаясь найти источник угрожающей им опасности, и в ответ на восклицание мамы лишь буркнул в ответ:
– Здорово, а кто это?
– Да ты что?! Это же государь Российской империи!
Только сейчас дети обратили внимание на роскошный экипаж, стоящий чуть поодаль, у которого, приветствуя собравшихся, стоял немолодой статный мужчина в шинели. Рядом застыли трое солдат, видимо из сопровождения.
Общая радость от встречи с царем завладела толпой. Она находилась в постоянном движении, словно море, переливающееся волнами. Каждый хотел продвинуться чуть ближе, чтобы собственными глазами увидеть императора. Майклу пару раз, весьма больно, кто-то наступил на ногу, да и он сам, судя по ощущениям, не оставался в долгу.
Эйша, благодаря своему небольшому росту, сумела протиснуться ближе всех из Петтерсов к царственной особе, и теперь могла наблюдать ее во всей красе.
Вот император разгладил ладонью пышные усы, поднял в приветственном жесте руку. Вот он повернулся к своей коляске, намереваясь сесть в экипаж.
Неожиданно кто-то очень сильно саданул Эйшу в левое плечо. Девочка скривилась от боли и зажала ушибленное место ладонью. На миг она опустила взгляд к земле и увидела пистолет в руке у толкнувшего ее человека.
Далее в глазах Эйши все произошло словно в замедленной съемке.
– Берегитесь! – что есть мочи закричала она.
Император остановился и повернул к ней голову. Обернулся и вооруженный мужчина. Он в упор посмотрел на девочку. В его взгляде читалось безумие и обреченность. Недобро улыбнувшись, он повернулся к своей цели и начал наводить пистолет на царя. Стоявший справа от Эйши молодой мужчина ударил по руке безумца.
Прогремел выстрел.
И тут сознание покинуло юную Петтерс. Проваливаясь в небытие, она услышала слова, эхом пронесшиеся где-то высоко над ней:
– Дурачье! Ведь я для вас же, а вы не понимаете!
Глава 12
Неожиданное приглашение
Очнулась Эйша на софе в номере гостиницы. Шея затекла, видимо, она лежала в одном положении очень долго. Девочка с трудом повернула голову. В кресле, закинув ногу на ногу, сидел ее брат и неспешно попивал чай.
– С добрым утром, сестренка.
– Майкл…
Эйша приподнялась со своего ложа и оглядела комнату. Кроме них, в номере никого не было.
– А где все?
Майкл сделал глоток из чашки.
– Родители оставили меня с тобой, а сами ушли за сувенирами. Вчера, по понятным причинам, – на этих словах он слегка склонил голову в сторону сестры, – этого сделать не удалось.
– Как он?
– Кто?
– Император. Он жив?
– О да, не волнуйся.
Майкл встал с кресла, поставил пустую чашку на стол и сел рядом с сестрой.
– Благодаря тебе преступнику сумели помешать. Пуля прошла над головой. Но у меня вопрос… – парень внимательно посмотрел в глаза сестре, – как ты узнала про покушение?
Девочка отрицательно покачала головой:
– Я не знаю. Это тяжело объяснить. Просто почувствовала приближающуюся опасность. Понимаешь?
Майкл кивнул.
– Сначала в саду статуи разговаривают, потом твое предчувствие. Похоже, поездка будет незабываемой.
То ли вчерашнее покушение, то ли последствия обморока повлияли на Эйшу, но она не упрекнула брата в сарказме и дурном тоне, как это делала всегда, а, глядя словно в пустоту, спокойно сказала:
– Грядет что-то страшное, и это первые предвестники надвигающейся бури.
Глаза Майкла похолодели, плечи расправились, словно он грудью собирался встретить неведомого врага. Теперь перед ней сидел уже не мальчик, а молодой воин.
– Нам надо защитить нашу семью во что бы то ни стало.
Эйша часто заморгала, словно собираясь заплакать.
– Что будем делать, брат?
Ответить он не успел. Дверь номера открылась, и в комнату вошли родители.
– Ну ты и соня, дочь, – с улыбкой произнес Джордж. – Проспать пятнадцать часов – это вам не шутки!
– Прости, что испортила прогулку, пап. Это, наверное, из-за переутомления.
Марта присела на софу рядом с дочерью и нежно провела ладонью по ее русым волосам.
– Эйша, тебе не за что извиняться, – ласково произнесла она. – Ты самая смелая, самая храбрая девочка из всех, что я когда-либо встречала.
– И это чистая правда, – подтвердил Майкл. – Уж я-то знаю.
На щеках юной Петтерс появился румянец смущения.
– Ну, раз вся семья в сборе, – встрял в разговор Джордж, – предлагаю обсудить план дальнейших действий. Мы выехали с запасом, поэтому можем себе позволить задержаться в Петербурге, чтобы лучше узнать этот город. Что скажете?
Брат и сестра переглянулись.
– Я думаю, в этом нет необходимости, – ответил за всех Майкл. – Давайте сегодня же покинем столицу и поедем дальше.
– Но Эйша не успела посмотреть достопримечательности.
– О, пап, не надо волноваться по этому поводу! Всю необходимую информацию я смогу узнать из маминого путеводителя. Давайте скорее доберемся до Самарина.
Девочка посмотрела на отца и обезоруживающе улыбнулась.
– Ну что же. Если это общее желание, значит, так тому и быть. Едем дальше.
В номер постучали.
Когда Петтерс открыл дверь, на пороге он увидел двоих мужчин.
Первый – средних лет, с аккуратно подстриженными, завитыми вверх усами – был облачен в темно-зеленый двубортный военный мундир. Джордж, словно невзначай, скользнул взглядом по гостям, отмечая про себя важные нюансы. На боку сабля, на груди ордена, погоны с тремя звездами на эполетах.
«Боевой офицер, причем в звании генерал-лейтенанта от кавалерии», – решил про себя Петтерс[69].
Второй являл собой полную противоположность. Он был гораздо моложе своего спутника, гладко выбрит, а из одежды имел черный двубортный сюртук с отложным воротником и в тон ему брюки, словно только с дороги[70]. Стоял он слева и на полшага позади первого, что говорило о подчиненном положении, и хотя он не имел знаков различия в одежде, выправка и спокойная уверенная улыбка на лице дали понять бывшему сотруднику Британской секретной службы, что перед ним явно не ямщи́к[71].
Мужчина в мундире произнес на прекрасном английском:
– Добрый день, мистер Петтерс. Меня зовут Анненков Иван Васильевич, я обер-полицмейстер Петербурга, а это мой помощник – Григорий Михайлович Виноградов. – На этих словах штатский слегка наклонил голову и заулыбался еще шире. – Вы позволите нам войти?
Джордж сделал шаг назад, освобождая дорогу гостям.
Поприветствовав остальных членов семьи, Анненков продолжил:
– Извините нас за визит без приглашения, но дело чрезвычайно важное и не терпит отлагательств.
– Я так понимаю, это связано со вчерашними событиями? – не столько спрашивая, сколько утверждая, сказал Джордж.
– Именно так, именно так, – тихо, словно беседуя сам с собой, проговорил полицмейстер.
– Боюсь вас разочаровать, Иван Васильевич, – включилась в разговор Марта, – но мы стали случайными свидетелями покушения и знаем о нем не больше вашего.
– О, не беспокойтесь, миссис Петтерс, – добродушно улыбнулся Анненков, – ваши показания не потребуются. Преступник схвачен, во всем признался и ожидает суда.
– Тогда чем же мы можем вам помочь, сэр? – спросил Майкл.
– Дело в том, что один из членов вашей семьи… – Анненков перевел взгляд на Эйшу, – оказал неоценимую помощь в поимке злодея. А посему… – полицмейстер вновь сделал паузу, при этом не отводя глаз от девочки, – государь император хотел бы поблагодарить ее лично.
Щеки Эйши покрыл румянец.
– Как это лично? – тихо произнесла она.
– Мы приехали, чтобы сопроводить вас в Зимний дворец к его величеству.
Девочка округлила от удивления глаза, при этом раскрасневшись еще сильнее. Казалось, на мгновение она потеряла дар речи и сейчас сидела на софе, беспомощно хлопая большими ресницами и не зная, что ответить.
На помощь пришел папа:
– Это большая честь для нашей семьи, обер-полицмейстер. Если вы дадите нам немного времени на сборы, мы будем благодарны.
Анненков примирительно поднял руки:
– Конечно, конечно, мистер Петтерс. Приводите себя в порядок, а мы с Григорием Михайловичем подождем вас внизу.
Спустя четверть часа Петтерсы, надев парадные платья и костюмы, приготовленные ко дню венчания дочери Самарина, в сопровождении визитеров направились к экипажу. На кóзлах[72] сидели двое крупных мужчин сурового вида с бородами и в папáхах[73].
Майкл вопросительно посмотрел на отца. Перехватив взгляд сына, Джордж наклонился к его уху и тихо произнес:
– Это казаки из Собственного Его Величества конвоя – личная охрана государя.
– Казаки? Никогда не слышал о них, – так же тихо ответил Майкл.
– Это особое служилое сословие в России, профессиональные воины, как-нибудь я тебе о них расскажу, – прошептал сыну Петтерс.
Вся процессия погрузилась в повозку, и один из бородачей деловито хлестнул вожжáми[74]. Экипаж тронулся с места и покатил по мостовой.
До Зимнего дворца ехали в полном молчании.
Глава 13
Божьей милостью
Мы, Александр II
Проехав по набережной реки Невы и обогнув Зимний дворец с западной стороны, экипаж выкатил на Дворцовую площадь.
Вопреки ожиданиям Эйши, которая уже успела нафантазировать себе, как войдет в роскошные палаты и предстанет перед императором, окруженным многочисленной свитой, Петтерсов повели не в тронный зал и даже не в гостиную, а в обычный рабочий кабинет. И когда девочка наконец не выдержала от любопытства и задала мучащий ее вопрос напрямую, Анненков спокойно ответил:
– Дело в том, юная мисс, что все разговоры о делах государственных его величество ведет в своем кабинете, а то, что произошло вчера и свидетелем чего вы стали, – случай уникальный в истории России и, безусловно, имеет государственную важность[75].
Поднявшись на второй этаж юго-западного ризалита[76], процессия остановилась у массивных деревянных дверей. У входа в кабинет их уже ожидал молодой человек в длинном кафтане с каракулевым воротником. Юноша заметно нервничал, теребя в руках шапку и переминаясь с ноги на ногу.
– Вы уже здесь, голубчик, – улыбнулся ему Иван Васильевич, – прошу меня извинить за ожидание. Я тут же доложу о вас его величеству.
– Что вы, что вы, – явно сконфузившись, затараторил юноша, – я все понимаю и готов ждать сколько прикажете.
Анненков скрылся в покоях государя и уже спустя пару минут вернулся.
– Прошу, дамы и господа, вас ожидают, – продекламировал он, широко открывая двери кабинета.
Молодой человек слегка заколебался, но все же вошел первым, за ним последовали Петтерсы.
Кабинет императора оказался на редкость скромным. Рабочий стол, на котором лежали письма, рядом с ним чуть меньше журнальный, опять-таки заваленный стопками бумаг, у одной стены секретéр[77], у другой – небольшая софа, на стенах портреты царственных особ прошлого и настоящего, а в красном углу[78], как и полагается, лик Спасителя. И если Эйшу привлекла именно живопись, то вниманием Майкла завладели фигурки солдатиков, стоящие на полках под колпаками вдоль одной из стен[79].
Александр II стоял недвижно у окна, заложив руки за спину, погруженный в свои мысли. Спустя несколько мгновений после того, как двери кабинета закрылись, он повернулся к вошедшим.
Рослый, выше Джорджа[80], в военном мундире, с безупречной осанкой и аккуратно подстриженными усами и бакенбардами. Ярко-синие глаза смотрели спокойно и пронзительно. Весь вид императора внушал трепет, являя собой мощь и силу великой державы.
Приглашенные поклонились.
– Оставьте церемонии, друзья. Это мне следовало бы кланяться вам в благодарность за то, что вы вчера совершили.
Голос государя был тихим и мелодичным, чего нельзя было сказать о гулком баритоне Виноградова – спутника обер-полицмейстера, который устроился за спиной Петтерсов и взял на себя роль переводчика.
– Коли Провидéнию было суждено переплести наши судьбы, давайте знакомиться.
Анненков указал рукой на молодого человека:
– Осип Комиссаров, ваше величество.
Император внимательно посмотрел на юношу:
– Откуда ты родом, Осип? Чем зарабатываешь себе на жизнь?
– Я… я… шапочных дел мастер, государь… из Костромской губернии… Из крестьян мы, – проговорил молодой человек, слегка запинаясь от волнения.
– Извини, дружок, не могу по достоинству оценить твою работу. Перед государем обычно шапки снимают.
Шутку, если сказанное императором вообще было шуткой, поняли не все. Точнее, только Анненков, который, как и подобает подданному, во весь рот заулыбался услышанному. Государь же, без тени радости, продолжил:
– Из крестьян, говоришь…
– Так точно, ваше величество.
– Так точно… – тихо промолвил государь и в упор взглянул на юношу. – Служивый?
От пристального и пробирающего до печенок взгляда императора Осипу стало не по себе. Хочешь соврать, да не получится. Собрав в себе последние остатки смелости, он все же ответил:
– Никак нет, ваше величество.
– А почему перед оружием не оробел?
Молодой человек вновь замялся.
– Дык некогда было. Сердце, как-то так, особенно забилось, когда… стало быть, крик ее услыхал… – На этих словах Осип указал рукой на Эйшу. – А потом… его увидел с пистолем. Честно признаюсь… – Юноша опустил глаза в пол. – Страшно стало… Думаю… вот как по руке ударю, а он в кого-нить пальнет… Иль в меня… вот руку кверху и повернул.
Несмотря на сбивчивую и беспорядочную речь крестьянина, Александр II слушал внимательно и не перебивал. И лишь когда Осип закончил свой рассказ, заметил:
– Ну, коли не служил, еще послужишь. Тем более уже начал.
Он сделал короткую паузу, а затем громко и официально продолжил:
– Божьей милостью Мы, Александр Второй, Император и Самодержец Всероссийский, награждаем тебя орденом Святого Владимира IV степени[81], а в придачу к нему жалуем титул потомственного дворянина![82]
Юноша бухнулся на колени перед государем:
– Спасибо, батюшка!
– Отныне будешь зваться Осип Комиссаров-Костромской.
Анненков еле слышно кашлянул. Император вопросительно посмотрел на обер-полицмейстера.
– Он временнообязанный[83] у барона Кистера, государь, – тихо проговорил Иван Васильевич.
– Ну, так реши этот вопрос. Сам справишься?
Император внимательно посмотрел в глаза генерала.
– Конечно, ваше величество, – не робея, ответил тот.
– Вот и ладненько. А если по существу более вопросов и возражений нет, значит, так тому и быть.
Император сделал небольшую паузу.
– Иван Васильевич, распорядитесь.
Генерал-лейтенант склонил голову, щелкнул каблуками и удалился, провожая с собой новоиспеченного дворянина.
– Теперь вы.
Император беглым взглядом прошелся по всей семье Петтерсов и остановился на Эйше.
– Пока не пришел мой верноподданный, сможете представиться сами?
Девочка решительно шагнула вперед и сделала кни́ксен[84].
– Эйша Петтерс, ваше величество! Имею честь быть сестрой очень храброго брата Майкла, а также дочерью самых замечательных родителей – Джорджа и Марты Петтерс!
Родители непроизвольно прыснули от смеха и виновато посмотрели на Александра II. В ответ император одарил их столь же беззлобной улыбкой.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Сноски
1
Гиматий, или гиматион – верхняя одежда в Древней Греции. Это шерстяная накидка в виде прямоугольного куска ткани, которая надевалась поверх хитона – подобия рубашки, – служившего основной одеждой. – Здесь и далее прим. авт.
2
Метаморфоза – с древнегреческого переводится как превращение или преобразование.
3
Морок (устар.) – мрак, темнота.
4
Кто ты? (Др.)
5
Ты пришел забрать меня? (Др.)
6
Речь идет о Хароне – перевозчике душ умерших через реку Ахерон в подземном царстве мертвых. По легенде, за свою работу он берет плату в один обол (термин для обозначения монеты), который кладут умершему под язык во время похорон.
7
Зачем тебе я? (Др.)
8
Анару никому не служит (др.).
9
Мне все равно (др.).
10
Стой (др.).
11
Я согласен (др.).
12
Черная сипуха – одна из редких разновидностей сипух – хищных птиц, похожих внешне на сову.
13
Аэлла – с древнегреческого переводится как «вихрь» или «шторм».
14
The Petters family (англ.) – семья Петтерсов.
15
Чревоугодие – обжорство, неумеренность и жадность в еде. Относится к семи смертным грехам в христианстве.
16
Омар Хайям – полное имя Гийяс-ад-Дин Абу-ль-Фатх Омар ибн-Эбрахим Хайям Нишапури́ – персидский философ, математик, астроном и поэт.
17
Несмотря на видимую схожесть, разница между персами и арабами действительно существенная. Начиная с того, что персидская культура насчитывает более трех тысяч лет, а арабская официально идет с момента становления ислама в 622 году н. э., и заканчивая различиями в языке, религии и традициях.
18
Оказия (устар.) – редкий, необычный случай.
19
Жук-олень (лат. Lucanus cervus) – крупный жук из рода Lucanus в составе семейства рогачей. Является самым крупным жуком, обитающим на территории Европы, некоторые самцы могут достигать в длину 10 см.
20
Ростбиф (англ.) – дословно переводится как «запеченная говядина». Блюдо национальной английской кухни, представляющее собой большой кусок запеченного говяжьего мяса, подающийся без гарнира порезанным на тонкие ломтики.
21
Дюйм – единица измерения расстояния и длины, равная 2,5 см.
22
Это поразительно, но хлопанье в ладоши действительно помогает сосредоточиться и снять стресс. О подобной практике было известно еще в Древней Японии.
23
Фунт – единица измерения массы. Английский фунт равен 453,6 г.
24
Речь идет об истории знакомства Джорджа и Марты, описанной в книге «Петтерсы. Дети океанов».
25
Ломбард – слово произошло от названия региона Ломбардия в Италии, куда крестоносцы свозили свои трофеи. По сути это специализированная коммерческая организация, в которой гражданам дают деньги в долг под залог принадлежащих им вещей. Возникнув еще в Древнем мире, ломбарды получили широкое распространение в Европе в Средние века, и их услугами пользовались даже венценосные особы. Так, например, в 1492 году королева Испании Изабелла I заложила в ломбард собственную бриллиантовую корону, чтобы финансировать экспедицию Христофора Колумба в Индию, которая привела его в Америку.
26
Диадема (др.-греч.) – не замыкающееся в кольцо головное украшение, как правило из драгоценных металлов и камней.
27
Я нашел тебя (др.).
28
Локоть – древняя единица длины, не имеющая определенного значения и примерно соответствующая расстоянию от локтевого сустава до конца вытянутого среднего пальца руки. На Древнем Востоке равнялся 45 см.
29
Открой врата! (Др.)
30
Ирбис, или снежный барс, или снежный леопард, – крупное хищное млекопитающее семейства кошачьих, обитающее в горах Центральной Азии.
31
Это ты (др.).