Петтерсы. Дети океанов
- -
- 100%
- +
Здесь всюду кипела жизнь. Со всех концов слышались крики торговцев, зазывающих покупателей к себе в шатер. Им не уступали хозяева местных увеселительных заведений и лавок, вывесками манящие моряков выпить пинту[13] пива, отведать какой-нибудь жареной диковины или иных изысков.
В тени эвкалиптов сидели местные докеры, высматривая приходящие корабли с целью наняться с наибольшей выгодой. К ним то и дело шныряли мальчишки, за скромное вознаграждение донося информацию о том или ином судне и его грузе.
Марта наблюдала эту картину, стоя на палубе «Eastern star». В ее руках был блокнот, в котором миссис Петтерс периодически делала заметки графитовым карандашом. С самого начала своего путешествия она решила, что будет вести дневник, дабы заносить в него все важные и не очень события. К моменту прибытия в Брисбен блокнот был исписан уже наполовину. Вот и сейчас она была занята тем же, описывала портовый мирок Австралии.
В очередной раз подняв взгляд на город, Марта обратила внимание на высокого, худого мужчину в белом двубортном костюме и широкополой шляпе, который не спеша шел по набережной. Не заметить его было невозможно – он резко контрастировал с окружающей действительностью и на фоне пестрых красок всех возможных цветов и оттенков казался «белой вороной».
Поравнявшись с трапом, мужчина остановился, снял шляпу и, повернув голову, посмотрел на Марту:
– Миссис Петтерс, я п-полагаю?
Женщина удивленно подняла брови:
– Да. А откуда… Мы разве знакомы?
Странный джентльмен по-военному развернулся на каблуках на девяносто градусов и в несколько бодрых шагов поднялся на борт:
– Разрешите п-представиться. Эдвард Гарисс, лейтенант в отставке, п-представитель британского консульства в этом штате.
Мужчина слегка заикался, что сопровождалось подергиванием левого века. Спросить о причине, что называется, в лоб, тем более при первом знакомстве, было бы верхом неприличия, поэтому Марта мысленно отнесла этот недуг к последствиям возможного ранения или контузии.
– Очень приятно, лейтенант. Вы один и без охраны? Странно для такой важной персоны.
– Можете звать меня п-просто Гарисс. С недавних пор ситуация в Австралии и П-полинезии изменилась. Некогда единая к-колония Новый Южный Уэльс сначала разделилась на несколько, а п-потом некоторые из них, такие как Квинсленд, п-получили самоуправление. Они, конечно, п-продолжают входить в Британскую империю и к-контролируются ею, но формально внутренними делами управляют свои собственные п-парламенты. Мы сохранили лишь консультативные функции, и в охране нужды нет. Для местных п-поселенцев и аборигенов англичане п-перестали играть роль «красной тряпки» на корриде[14].
Марта усмехнулась и с удивлением посмотрела на лейтенанта:
– Очень необычное высказывание о военной форме, даже для офицера в отставке[15].
– Я очень долгое время живу в этих местах, миссис Петтерс, и видел с-своими глазами все то добро, – при этом слове по лицу мужчины пробежала нервная судорога, – что п-причинила людям и природе наша славная Англия.
– Поверю вам на слово, Гарисс. Так чем я обязана вашему визиту?
– Как вы знаете, П-полинезия состоит из Новой Зеландии и ряда островов к северо-востоку от нее, коренным населением которой являются п-племена маори. За время вашего п-плавания между ними разгорелась гражданская вой на, и находиться в регионе англичанам, т-тем более леди, небезопасно. Мне п-поступили указания расквартировать вас т-тут, в Брисбене. Все соответствующие распоряжения для капитана в этом п-пакете. – Гарисс достал из кармана запечатанное сургучом письмо и показал его Марте. – Долг велит мне вручить его лично Ричарду Остину, п-поэтому прошу п-прощения, миссис Петтерс, что не могу вскрыть п-пакет при вас.
– О, не утруждайте себя, я не понаслышке знаю все эти ваши уставные военные штучки. Капитан сошел на берег, чтобы зарегистрироваться в портовом журнале прибытия. Думаю, скоро он вернется. Но скажите, Гарисс, а как же быть с исследованиями, которые я должна производить? Боюсь, здесь это будет совершенно невозможно.
– За это не волнуйтесь. Не зря Британию н-называют владычицей морей. Доставим вас и других членов экспедиции до места исследований в целости и с-сохранности. Так что не стоит п-переживать, миссис Петтерс, наука не п-пострадает.
Марта улыбнулась, ее всегда поражало стремление военных шутить: с одной стороны, это выглядело нелепо, с другой – чрезвычайно мило. Она попыталась вернуть лицу серьезный вид и как можно более официально отчеканила:
– Я поняла вас, мистер Гарисс, какие наши дальнейшие действия?
Лейтенант, даже не заметив иронии в словах женщины, продолжил по-уставному:
– Сейчас мы спустимся на берег, и я п-провожу вас к месту дислокации. В два с ч-четвертью я вернусь за вами, чтобы мы смогли п-пообедать и я ввел вас в курс дела.
– А мой багаж?
– Я уже распорядился на этот счет, его доставят к вам в течение п-получаса. Прошу вас, миссис Петтерс.
– Спасибо, Гарисс, и зовите меня Марта, к чему все эти условности?
Лейтенант отступил на шаг назад, пропуская женщину к трапу, и они вместе спустились на пристань.
Из дневника Марты Петтерс7 декабря 1862 г.
Это удивительная страна! Пока мы с Гариссом шли по улице, я заметила одну поразительную особенность – люди здесь улыбаются! Подавляющее большинство жителей Брисбена это приезжие. Миссионеры, военные, каторжные, артисты, торговцы, фермеры, ищущие новой, спокойной жизни, путешественники и романтики. И у каждого из них за плечами свои невзгоды и трудности, свои потери и мечты, но здесь они улыбаются, они счастливы.
Возможно, во мне играли радостные чувства оттого, что я наконец-то спустилась на берег, но я не могла не обратить внимания на эту странную черту.
Я поймала себя на мысли, что, идя по городу, сама начинаю непроизвольно улыбаться совершенно незнакомым мне людям. Это просто поразительно. Я бы очень хотела, чтобы Джордж и дети увидели, почувствовали то же, что и я. Однажды в толпе я выхватила взглядом Майкла и Эйшу, которые шли и улыбались мне, я видела их совершенно отчетливо, и лишь спустя несколько секунд я поняла, что это совсем незнакомые дети, просто схожие по росту. Я безумно скучаю по семье и хочу, чтобы мы сейчас были вместе.
Гарисс поселил меня у одного знакомого торговца, черноволосого, курчавого англичанина Джона, фамилию свою он озвучить отказался и попросил называть его просто по имени, хотя по виду он такой же Джон, как я Сара. Видимо, он в каком-то долгу перед нашим лейтенантом, потому что безропотно согласился сдать мне отдельные апартаменты за цену крайне низкую даже для Пензанса. Теперь я временная хозяйка просторной квартиры на втором этаже с чудесным видом на океан. Ах, этот вид!..
Когда я разложила вещи, которые доставили курьеры Гарисса, мне уже было пора готовиться к променаду[16]. Ровно в 14.15, как и обещал, за мной пришел лейтенант, и мы отправились обедать. Да, это несколько запоздало для англичан, но проволочка с документами в порту не оставила нам выбора.
Вопреки ожиданиям прогулки не случилось, мы сумели пройти лишь два дома, после чего присели в небольшом летнем кафе. Кстати, летнее оно только по внешнему виду, поскольку сейчас в Брисбене, как и во всей Австралии, зима. Здесь вообще все наоборот, но об этом напишу отдельно. Я побоялась пробовать местную национальную кухню и сошлась на ростбифе и чае, пока мой спутник поедал запеченный хвост кенгуру. И представьте, он его съел! Я еще не успела вживую запечатлеть этих животных, но видела их на картинках коллег, прибывающих из экспедиций. На мой взгляд, это дикость, хотя Гарисс божился, что хвост приготовлен идеально и мне непременно стоит попробовать сей деликатес.
На десерт мне пришлось выслушать долгую и довольно нудную лекцию лейтенанта о местных обычаях. Когда я вернулась в апартаменты, от усталости и переизбытка эмоций уснула мертвецким сном.
Так прошел мой первый день в Брисбене.
Глава 10. Старина Джек
Трудовые будни английского ученого-океанолога миссис Петтерс были весьма непростыми. Добираться до непосредственного места работы приходилось долго, поэтому зачастую экспедиции затягивались на два-три дня, а то и на неделю. Учитывая сложную внутриполитическую ситуацию в Полинезии, в распоряжение группы ученых был предоставлен винтовой фрегат с бронированным корпусом и шестьюдесятью орудиями на борту для охраны в случае нападения диких туземных племен.
Но тут возникла новая проблема. Размеры и водоизмещение судна не позволяли ему подходить близко к берегу, заходить в устья небольших речушек, коими изобиловала данная местность, и лавировать между коралловыми рифами. И лишь непосредственными стараниями Марты удалось выбить небольшую парусную яхту на нужды экспедиции, хотя Гарисс этому и сильно сопротивлялся, ссылаясь на неоправданный риск.
Стоит ли говорить, что работа Марте нравилась? Она погружалась в нее полностью и без остатка. Наконец у океанолога появился шанс более подробно и основательно изучить популяцию дельфинов.
Это удивительные млекопитающие! Наблюдая за ними, Марта выяснила, что, оказывается, они используют два типа звуковых сигналов. Одни служат им для исследования обстановки вокруг, нахождения пути или препятствий и поиска добычи. Другие похожи на свист или щебет для общения между собой. Причем система звуков у дельфинов очень похожа на человеческую, есть эмоциональная окраска и даже различные диалекты.
Вообще дельфины – это очень умные и интересные существа. Они не прочь покрасоваться перед людьми, пообщаться с ними и выпросить чего-нибудь вкусненького.
Однажды произошел интересный случай. Яхта с величайшими умами британской науки на борту решила пройти проливом Кука, между островом Д'Юрвиль и Южным островом Новой Зеландии. Здесь, на узком участке под водой, кроется множество коварных рифов, из-за этого пролив получил дурную славу убийцы кораблей. Далеко не каждый мореплаватель отважится пройти этим путем, предпочитая хоть и более длинный, но зато безопасный окружной маршрут.
Несмотря на уговоры боцмана и старпома, капитан все-таки направил яхту в пролив, желая сэкономить время. Неизвестно, чем бы закончилась такая самонадеянная выходка, если бы не пришла помощь, причем совсем с неожиданной стороны. Перед носом корабля на расстоянии кабельтова[17] появилась серая спина дельфина. Млекопитающее сделало пару кругов вокруг судна, привлекая к себе внимание, а затем пристроилось у носа. Тут же послали за Мартой; как только она появилась на капитанском мостике, ей показали необычного дельфина, прося расшифровать его странное поведение.
– Капитан, я думаю, нам следует направить судно вслед за ним, он хочет показать нам безопасную дорогу.
Капитан недоверчиво посмотрел на океанолога:
– Вы уверены, миссис Петтерс?
– Абсолютно. Дельфины прекрасно ориентируются в пространстве. Благодаря особенностям своего мозга они могут посылать сигналы далеко вперед, исследуя местность и разведывая безопасный фарватер.
Капитан задумался, взвешивая в уме все за и против, и наконец, решившись, произнес:
– Я надеюсь, вы правы, иначе, когда мы разобьемся о рифы, будет крайне сложно заставить дельфина выступить в суде в мою защиту.
Снизив скорость до трех узлов[18], яхта направилась вслед за серповидным плавником, мерно разрезающим волны перед носом корабля, и уже через несколько часов преодолела опасный участок.
Видели бы вы как приветствовали отважного дельфина с палубы матросы и пассажиры яхты. Кто-то салютовал, подбрасывая вверх головные уборы, кто-то аплодировал, дамы слали ему воздушные поцелуи и махали перчатками, и надо сказать, ему это нравилось. Выпрыгнув из воды, дельфин сделал пируэт в воздухе и, прощебетав что-то на прощание людям, скрылся в море. С тех пор в проливе Кука появился свой лоцман[19], неизменно помогающий проходящим судам. С уважением и благодарностью за службу люди прозвали дельфина «старина Джек».
Однако не только коварные рифы несли опасность для исследователей в этих местах, были и более страшные угрозы, например акулы.
В этом регионе водится большое количество разновидностей акул: черная, коралловая, тигровая, зебровидная и многие другие, но самым опасным их представителем является кархародон, или, по-другому, большая белая акула – первобытный, беспощадный хищник. Встреча с ним в открытом океане не предвещает человеку ничего хорошего, так как он может напасть, даже если не голоден. Инстинкт охотника и убийцы у него в крови.
До настоящего момента не придумано ни одного действенного способа защиты от большой белой акулы, поэтому, выдвигаясь на шлюпке в открытый океан, лучше позаботиться о наличии в ней крепкого, добротного гарпуна, а лучше пары гарпунов.
Однако стоит заметить, что за все время пребывания научной экспедиции в Австралии и Полинезии никто из ее участников от нападения акул не пострадал.
Глава 11. Маори
За два года, проведенные в Австралии, миссис Петтерс прекрасно освоилась в этой стране и уже ничем не отличалась от местных. Как и они, Марта привыкла не забывать дома шляпу, чтобы спастись от палящего солнца, и вытряхивать перед выходом обувь, чтобы не стать жертвой сколопендры или одного из ядовитых пауков, коих здесь великое множество.
Тяжелее всего Марте далось жить по перевернутому календарю. Нет, не подумайте, что в Австралии все переворачивают настенные календари вверх ногами, которых, к слову, тогда еще и не было. Дело в том, что этот материк находится в Южном полушарии Земли, а следовательно, все времена года наступают в зеркальном отображении от Северного полушария. Так, осень в Австралии наступает в марте, а весна – в сентябре. Поэтому поначалу Марте было совершенно непривычно получать в разгар жаркого лета рождественские открытки от детей и мужа, но и к этому она привыкла.
Большую часть времени миссис Петтерс пребывала на островах и в открытом океане, проводя исследования на благо британской науки. В редкие дни отдыха Гарисс водил океанолога по местным достопримечательностям и остаткам древних цивилизаций, он показывал мегалиты[20], установленные, по мнению аборигенов, их предками – воджинами, инопланетными существами без рта и со светящимся нимбом вокруг головы. Марта внимательно слушала своего «экскурсовода» и переносила эти истории в дневник, стараясь не упустить ничего. Хотя бывали и дни, когда они с лейтенантом отправлялись на рынок, чтобы обновить гардероб исследователя и выбрать сувениры для детей. Случалось это стабильно раз в месяц, и сегодня был как раз тот день.
Около десяти часов утра по местному времени Марта свернула на Игл-стрит, следуя уже знакомой дорогой к британскому консульству. Миссис Петтерс шла не торопясь, любуясь субтропическими пейзажами, которые открывались взору на противоположном берегу реки Брисбен. Дойдя до резиденции Гарисса, она улыбкой поприветствовала швейцара, который учтиво поклонился миссис Петтерс и распахнул перед ней дверь.
Войдя в холл, Марта замерла от удивления. По широкой, темно-красной лестнице со второго этажа спускались четверо мужчин почти того же цвета кожи, что и лестница. Мужчины были одеты в длинные набедренные повязки, напоминающие юбки, в руках держали нечто среднее между веслом и копьем[21], из-за пояса торчали боевые топоры из остро заточенной кости какого-то животного. Они шли молча, гордо подняв головы, один впереди – видимо, старший, – остальные за его спиной. Когда процессия поравнялась с Мартой, она увидела, что их лица сплошь покрыты диковинными узорами, причем у лидера группы вдобавок было разрисовано и тело. Не обращая внимания на застывшую женщину, все четверо молча покинули здание.
– С-согласен, впечатляющее зрелище.
Полностью поглощенная увиденным, Марта даже не заметила, как на лестнице появился Гарисс в своем неизменно белоснежном костюме и со шляпой в руке. Лейтенант подошел к женщине и, заметив в ее глазах немой вопрос, продолжил:
– Это п-представители одного из п-племен маори – нгапухи. Вождь и его с-сыновья.
Марта с удивлением посмотрела на лейтенанта:
– Маори? Здесь в Австралии за много миль от своего дома? Видимо, у такого долгого путешествия должна быть веская причина.
– Вы п-правы, нгапухи хотят заручиться поддержкой королевы в войне со своими п-противниками. Им нужны английские ружья, а короне – земля в этой части с-света.
– Насколько я знаю, маори недолюбливают европейцев и неохотно идут на контакт.
Гарисс развел руками:
– Так было раньше. Понадобилось немало времени, чтобы убедить п-парламент в том, что воевать с ними сложнее, чем т-торговать. Один из вождей даже п-посетил Лондон и встретился с королем Георгом IV, особой пользы это не п-принесло, но контакт был налажен.
– И вы не боитесь пускать их с оружием в посольство?
– Это очень гордый и воинственный н-народ, отобрать у них оружие з-значит обидеть.
С этими словами мужчина указал шляпой на дверь, приглашая Марту проследовать к выходу, но у нее были еще вопросы.
– А почему они приехали именно к вам, а не обратились к представителю Британии в Новой Зеландии?
Гарисс тяжело вздохнул. Казалось, любопытство океанолога было неисчерпаемо.
– Я знаком с вождем, когда-то м-мне довелось жить в одном из племен, но это было в п-прошлой жизни.
В глазах миссис Петтерс вспыхнуло любопытство:
– Здорово! Расскажите мне об их нравах!
По лицу мужчины пробежала еле заметная тень.
– Как-нибудь в другой раз. Нам н-надо идти.
Но Марта, казалось, не заметила перемен в настроении собеседника.
– Надо же, я столько о них слышала и никогда ранее не видела, – с досадой произнесла она.
– М-может быть, это и к лучшему, миссис Петтерс. – Гарисс добродушно улыбнулся. – Маори – не самая п-приятная компания для леди.
– А правда, что они едят людей?
Лицо лейтенанта вновь стало серьезным:
– К сожалению, это т-так. По мнению туземцев, если с-съесть своего врага, то становишься таким же сильным, с-смелым и хитрым, как он.
Марта всплеснула руками от удивления:
– Боже мой! Я всегда думала, что это выдумки путешественников. Ну, знаете, как детские страшилки. Чтобы не ходили, куда не надо.
– Уверяю вас, это чистая п-правда. Однажды к-капитан британской тюремной бригантины Бойд отдал своим матросам п-приказ выпороть маорийского юношу, который отказался ему п-поклониться. В отместку маори с-съели весь экипаж судна из семидесяти человек.
– Какой ужас!
– Это п-произошло в 1808 году, в самом начале колонизации П-полинезии.
Гарисс надел свою шляпу и собрался было отправиться в путь, но Марта не желала успокаиваться, у нее в запасе бы ла еще целая куча вопросов.
– А что у них с лицами?
Понимая, что он обречен, Гарисс продолжил свою лекцию:
– Это н-называется моко – рисунок на теле, традиционное искусство маори. Они берут специальное тонкое зубило и п-прорезают им кожу, после чего на рану н-наносят краску из смеси угля, воды, растений и грибов. По мокко м-можно узнать все о человеке. Его статус, кто его родители, особые заслуги.
Марта схватила лейтенанта за руку и в запале воскликнула:
– А это не то же самое, о чем писал Джеймс Кук в своем отчете о кругосветном путешествии, именуя таитянским словом «татау»?!
Гарисс покачал головой:
– Я не читал Кука, но Таити – один из островов Полинезии, п-поэтому вполне возможно.
Марта на секунду задумалась.
– А что, если…
Лейтенант поднял ладонь, не дав океанологу договорить:
– Марта, давайте уже отправимся н-на рынок!
Миссис Петтерс смущенно опустила голову:
– Простите меня, Гарисс, я бываю крайне несдержанной, когда дело касается науки. И все это так увлекательно. Я бы хотела в деталях описать жизнь маори.
Лейтенант расплылся в улыбке:
– Вам не с-следует извиняться за то, что вы любите свою работу, миссис П-петтерс. Обещаю, по дороге я удовлетворю ваше любопытство.
Глава 12. Рынок
Все рынки во всем мире похожи один на другой, отличие лишь в продаваемых товарах. Те же лавки, те же зазывалы, те же воришки, хуже которых лишь сами продавцы, готовые обобрать тебя до нитки. Исключение представляет, пожалуй, только восточный базар, на котором мастерство торговаться и обхаживать покупателя возведено в ранг искусства, но рынку Брисбена было до этого ох как далеко.
Марта со скучающим видом рассматривала вновь завезенные товары со всех границ могучей Британской империи. За два года, проведенные в Австралии, у нее уже был полный комплект нарядов аборигенов для Джорджа и Майкла, шляпки, бусы и веера для них с Эйшей, шикарная курительная трубка из слоновой кости для Стейтема и целая банка сушеных ползучих и летающих гадов, правда, Марта еще не определилась, кому ее подарить. К тому же коллекция пополнялась. Хоть раз в неделю, но так случалось, что какое-то новое, неизученное существо норовило заползти в обувь Марты. Жуки, пауки, прочая живность немедля вытряхивались сначала в ведро, а позднее отправлялись в банку. Не зря есть местная поговорка: все, что бегает, ползает, летает в Австралии, делает это с целью вас убить.
За время, проведенное в этой стране, рынок стал для миссис Петтерс скорее традицией, нежели реальным местом для покупки товаров. Гарисс, всюду сопровождавший океанолога, вовсе был лишен страсти к шопингу и занимался лишь тем, что обеспечивал безопасность своей подопечной, а это веселья не прибавляло.
Подданные короны неспешно двигались вдоль рядов где-то глубоко внутри, ожидая одного и того же: кто первый не выдержит и прервет их унылый уик-энд[22], предложив более интересное занятие? Наконец Марта остановилась у лотка с какими-то ритуальными амулетами и снадобьями. Оглядев содержимое лавки, она обратилась к своему спутнику:
– Скажите, мой друг, а правда, что здешние колдуны могут лечить болезни, влиять на природные явления и даже вызывать духов?
Ирония, прозвучавшая в словах женщины, казалось, совсем не смутила Гарисса.
– Н-ну, во-первых, я бы не стал называть их колдунами. Это крайне неуважительно п-по отношению к местным. Здесь их кличут шаманами.
– А разве это не одно и то же? – удивилась Марта.
– Совсем нет. К-колдуны – это всегда отрицательное звание, люди, творящие зло и желающие н-нанести вред другим. Шаман – это друг, это п-помощь в сложной ситуации. К-когда власть, церковь или врачи в беспомощности разводят руками, идут к шаману.
– Ясно. А во-вторых?
Гарисс вопросительно посмотрел на Марту:
– Что?
Миссис Петтерс улыбнулась в ответ на реакцию лейтенанта:
– Гарисс, вы сказали «во-первых», значит, должно быть и «во-вторых».
– Ах да! – Казалось, мужчину ирония совсем не затронула, наоборот, его лицо стало более серьезным. – В ы про их способности. – Гарисс на секунду задумался, потом, собравшись с мыслями, продолжил: – Они могут все. И вызывать духов, и п-превращаться в них. И скажу вам честно, я бы не стал этого проверять – игра с п-потусторонними силами зачастую заканчивается проигрышем.
– Ну, знаете, я не верю во всю эту мистику, сейчас в Англии настоящий бум увлечения эзотерикой. Каждая уважающая себя дама считает непременным долгом гадать на картах и посещать сеансы магов и чародеев, которых лично я считаю проходимцами и шарлатанами.
Гарисс позволил себе улыбнуться, что делал крайне редко:
– Нет, Марта, шаманизм П-полинезии и Австралии – это совсем другое. Никаких карт, гаданий и спиритических с-сеансов[23]. Шаман читает ч-человека, как книгу, только, в отличие от вас, он знает, что будет на с-следующей странице и чем книга закончится.
– Умеете вы заинтриговать, Гарисс.
– Если хотите, могу вас познакомить с таким человеком.
Услышав такое неожиданное и заманчивое предложение, Марта не смогла сдержать эмоций:
– Вы серьезно?! Конечно хочу! Мне, как ученому, это было бы весьма интересно! Пойдемте скорее!
Марта прихватила лейтенанта за руку и потащила за собой. Резко развернувшись, она налетела на одного из покупателей лавки. Не ожидав такого столкновения, мужчина выронил из рук только что приобретенный кожаный мешочек, из которого высыпался какой-то серо-зеленый порошок. Марта уже было открыла рот, чтобы извиниться перед незнакомцем, но, увидев его, отпрянула.
Перед ней стоял невысокий смуглый мужчина с иссушенным ветрами и временем лицом, которое пересекал старый уродливый шрам. Глубокий рубец начинался над правой бровью, по диагонали проходил через глазницу, оставив вместо нее почерневшую яму, и, рассекая обе губы, заканчивался на подбородке.