Никита Славянинов. Роман в стихах
- -
- 100%
- +
Виктория Зайцева Иллюстратор
© Владимир Воробей, 2023
© Виктория Зайцева, иллюстрации, 2023
ISBN 978-5-0053-1368-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава первая
1.1О том, что жизнь – крутая штука,поэты, видимо, не лгут:подруги две, нужда и скука,нас неотступно стерегут.Что говорить? Судите сами:нужду не утолить стихами,как не спасет от тяжких путпростой (в известном смысле) труд.Но если, к счастью, от рожденьявы человечек непростойи не задавлены нуждой,вас ждет другое наважденье:скучать, как сам Творец скучалв начале всех своих начал.1.2Не отрицая догм науки,придется нам, друзья, признать:спасаясь от вселенской скуки,решил всевышний мир создать.Мотива не найти понятней —скучать в компании приятней,и даже, если поднажать,от скуки можно убежать,пустившись в омут развлеченийи сногсшибательных проказ.Найдется множество лекарствв аптеке острых ощущений:не помогает Эверест —попробуй экстремальный . sex1.3В себе немало редких качествоткрыл скучающий народ,и масса всяческих чудачествтворится в мире круглый год.Скучает кто-то от рожденья,не находя ни в чем спасенья, —такого, если повезет,спасет. рулетка русскаяДругой чудак считает счастьемсвою учредить, партийкупотом публично почудитьи, наконец добившись власти,от скуки уберечь страну,затеяв некую войну.1.4Над этим всем смеется третий:не зная, в чем самообман,считает, что живет на свете,чтоб втиснуть этот мир в роман.Известно, творческие муки —лекарство лучшее от скуки,причем бесплатное почти(надеюсь, ясен мой мотив).А что касается сравнений,ревнивых поисков грехав идее, в качестве стиха(и прочих умозаключений), —их видеть далеко хотел.Так Он, друзья, писать велел.1.5Пришла пора, пожалуй, имягероя моего назвать:Никита Львович Славянинов —прошу любить и уважать.Хоть не берусь здесь спорить с вами,кого любить – решайте сами,негоже, должен вам сказать,к делам интимным принуждать.И без того полно несчастных,кому любовь сродни беде,подобно скуке и нужде,мы ей не менее подвластны:ревнуя, плача и грубя,любить мы требуем себя.1.6Но подойдем к герою ближе(к чему охоты, впрочем, нет).Был Славянинов не обиженлюбовью с самых ранних лет.Масштаб родительской заботыи воспитательной работыне втиснуть в рамки этих строк:как в масле баловень-сыроккатался юный Славянинов.За тем, чтоб был здоровым сони по науке – рацион,чтоб был в составе витаминоввесь алфавит от «а» до «я»,следила вся его семья.1.7Отбросим тяжкий гнет сомненийи мыслей тягостную розньи проследим связь поколений,коснувшись этой темы вскользь.Отец Никиты был юристоми, говорят, весьма речистым(на том, что мать – простой доцент,не будем ставить здесь акцент).В великом деле воспитаньябыл дед, однако, кручевсех:как в жизни оседлать успехучил он внука неустанно,хоть иногда срывался в крик(суров был старый большевик).1.8Себя считал он реалистом,уверен был, что жил не зря,как подобает атеисту,ценил первичность бытия.Любил ворчать наставник строгий:«Захочешь первым быть у бога —последним будешь у людей,все сто талантливых идейне стоят дружеской поруки».Хоть не читал партийных книг,был жизнью умудрен старик,познал на практике науку,как опираться на своих,во всем поддерживая их.1.9А между тем катилось детство,искрилось ярким светом днейв кругу счастливого соседствазабав, занятий и затей.Пора невинных увлеченийи беззаботных развлеченийс годами сердцу все милей,я с грустью думаю о ней.Однако время безучастножестокий продолжает путь,не позволяя нам вернутьназад утраченное счастье(быть может, в старости, как знать,удастся в детство убежать).1.10Удобный повод выпал, кстати,уйти от пошлой суетыи вспомнить, дорогой читатель,простые детские мечтыи чистых чувств вкус позабытый.Давай, пока растет Никита,в сторонку тихо отойдеми дух слегка переведем.Сюжет мы этим не нарушим(а если по чуть-чуть возьмем —державе пользу принесеми заодно проветрим души),поговорим о том о сем,а больше – каждый о своем.1.11С трудом пытаюсь вспомнить лицаи очертания тех дней,похоже, многие страницыистлели в памяти моей,но узнаваемы и зримыв нее запавшие картины —простые виды той земли,где годы юные текли.Их нет давно уж и в помине —остались в прошлом навсегда,в итоге долгого трудапреобразился край в пустыню:ни деревень, ни хуторов,ни лип, ни кленов, ни садов…1.12И только в памяти поэтаони еще живут, хоть в ней(могу сказать вам по секрету)какого только хлама нет.Там и банальные закаты,и грозы, бывшие когда-то;еще стоит там старый дом,и дремлет ива над прудом,цветут ромашки луговые;о чем-то в тишине полей(уж не о юности ль своей?)судачат липы вековые —еще им не пришла пораузнать характер топора.1.13Я мог в саду лежать часами,крестом раскинувшись в траве,и наблюдать за облаками,играя ими в синеве;искать среди их очертанийкаких-то сказочных созданий,летящих вдаль богатырейи фантастических зверей;когда же наконец наскучитседая облачная рать —не зная устали искатьв траве кузнечиков прыгучих,ловушки хитрых паукови схроны тайные жуков…1.14Проходит незаметно лето,для наших северных широтобилие тепла и света —всего лишь краткий эпизод.И вот уже сады желтеют,поля окрестные пустеют —кончается сезон работ.Крестьянин вытирает пот,он рад недолгой передышке,но в сени не пускает лень.По серым рощам хмурый деньедва бредет, свистя одышкойи мелким морося дождем…И мы зиму с любовью ждем.1.15Вдруг закружатся в небе мглистомрои пушистых белых мухи пеленой кристально чистойукроют быстро все вокруг.Хоть первый снег обычно тает,зима уверенно вступаетв свои законные права.Уже трещат в печи дрова,а во дворе – морозец знатный,сугробов в пояс намело,и все кругом – белым-бело.Зима нарядна и опрятна,и по-особому светлав канун святого Рождества.1.16В избе смешался дух еловыйи сытный запах пирога,стал аппетит весьма здоровымза время долгого поста,и все домашние припасы:окорока, сыры, колбасы, —слетают мигом со стола,как будто их метель смела.Вот тема вам для размышлений:пустой желудок и душа(она, бесспорно, хорошадля философских обобщений) —их отношения сложны,но здесь, конкретно, не важны.1.17Не описать мне зимней сказки —покайся муза и молчи,бери художник кисть и краски,а музыкант – свои смычки.Быть может, милые коллеги,очнувшись от привычной неги,мы свежесть зимнюю втроемв одно творение вдохнем:наполним воздухом морозными блеском крошечных зеркал,сумеем передать вокалметели, жалобной и грозной…Прекрасна, спору нет, зима,да только чересчур длинна.1.18Как снежный ком, растет усталостьот холодов и зимних вьюг,и сколько ждать весны осталосьуже считаешь ты, мой друг.Темнеют снежные равнины,туманом полнятся долины,и рифмой вяжем мы апрельи многозвучную капель.А солнце с каждым днем все вышесияет в небе голубоми лижет рыжим языкомозябшие поля и крыши.Галдят от счастья воробьи,друзья сердечные мои.1.19Но вот весна уже в разгаре —ломает снежные дворцы,в хмельном безудержном угаресвистят на все лады скворцы.Ручьи текут, как эти строки,сливаясь в мутные потоки,и заполняют берега,низины, поймы и луга.Крадется путник осторожный,он палкой мерит глубину,вздыхает и бранит веснус ее коварным бездорожьем.Кругом размыты все пути,уж не проехать, не пройти…1.20Весенний день как песня льется,в ушах хрустальный звон стоит,над полем жаворонок вьетсяи колокольчиком звенит.Художник май волшебной кистьюрисует на деревьях листьяи красит в нежные тонапростор земного полотна.В затылок маю дышит лето —замкнулся жизни вечный круг.Пора и нам, любезный друг,вернуться к нашему сюжету.Уж заболтались мы с тобой,посмотрим, как живет герой.1.21Его за книгою раскрытоймы с удивлением найдем(был тягой к знаниям Никитаприродой щедро наделен).Идет ученье без эксцессов,за ходом данного процессаследит домашний педсовет,где председательствует дед,партийной следуя привычкехоть что-нибудь да возглавлять,«руководить» и «направлять»(взять это вынужден в кавычки).Но тем не менее на виднаш отпрыск – круглый . wunderkind1.22Встает Никита утром ранои на занятия спешит,из школы – на фортепианоон музицировать бежит,потом кружок факультативный:английский, шахматный, спортивный(мне всех его занятий кругперечислять здесь недосуг).Впадать не торопитесь в жалость:зачем муштруют, мол, дитя?Ему давалось все шутя,была неведома усталость,в нем, извергая лаву сил,вулкан энергии бурлил.1.23При строгом внутреннем порядкеповсюду можно успевать:Никита, в качестве разрядки,любил рисовать дензнакии с непонятной нам охотойсвои придумывал банкноты(преобладал зеленый цвети в рамке собственный портрет).На вышесказанном вниманьене собираюсь заострять,ведь детство нужно уважатьи относиться с пониманьем,как ни казалась бы чуднаигра растущего ума…1.24Перед собой не ставлю целипускать по праву старшинствав него критические стрелы,другим забита голова:как написать в простой манерепортрет Никиты в интерьеретех достопамятных времен —на фоне реющих знамени мелкой барабанной дроби,высоких слов, больших идейи марширующих детей(чтоб говорить о том подробно,романа данного формат,пожалуй, будет маловат).1.25Смотрели мы на ту эпохуглазами чистыми детей,не все казалось нам так плохо,как представляется теперь.В поре застойного расцветабыла тогда Страна Советов.державой , Рулил сверхгеройа мог ли справиться иной?Ведь нас призвать к порядку можно,лишь ткнув под ребра пистолет(в чем по делам минувших летудостовериться несложно).Закон – узда для простаков,а не для хитрых дураков.1.26Как водится, в воде застойнойбродило что-то и гнило,могли мы наблюдать спокойно,как деградировало зло:в поэтов больше не стреляют,а или высылают, лечатвсе окружены, заботойза что кричать «ура!» должны,держа равнение в колоннах,в руках сжимая красный флаги с . партией сверяя шагДождались счастья по талонами чудес, коммунизменныхк труду утратив интерес…1.27Дух несвободы и лукавствависел и над детьми тогда(не скрою, что частенько галстуккраснел в кармане от стыда).Признаться вынужден публично:Никита был куда практичней,и в ситуации любойк тянулся наш верхам playboy.Умел он, щеки надувая,произнести речь, как надо к себе внимание привлечь,во всем активность проявляя,игру лукавую любяс немалой пользой для себя.1.28В начальники он вышел рано:отрядом сверстников своихкомандовал Никита рьянои звал к их. борьбе за делоА летом в лагерь знаменитыйохотно наезжал Никитаи, как примерный пионер,во всем показывал пример.Под южным солнцем поправлялся,однако, он не просто так:там юный пролетариатиз разных стран соединялся,готовясь в классовой борьбедорогу проложить себе.1.29Возможно, автора осудятза специфический жаргон(меня, конечно, не убудет,мне самому противен он),но был таким язык эпохи(здесь привожу всего лишь крохитого, чем, наш терзая слух,зомбировать пытались дух).Он современникам понятен,а если чудо снизойдет —роман свой век переживет,надеюсь, будущий издательтекст этот сносками снабдити ничего не проглядит.1.30Без примечаний, сносок, скобок(а может быть и словарей),боюсь, заблудится потомокв системе наших лагерей.Где труд и отдых сочетают?А где неспешно , срок мотаютна волю уносясь мечтой?Где «изм» особо ? развитойЧто тут всерьез, что понарошку,где наливают, где не пьют,и где, в конце концов, живут,в каком из лагерей-матрешек?Пойди попробуй разберись,но перед тем – перекрестись.1.31Хоть отвратительны пороки,хоть мимо них нельзя пройти,здесь без патетики высокоймне бы хотелось обойтись.Известно, что в вопросах верымы все большие лицемеры,жизнь без греха – тяжелый труд,он не по силам большинству.Нам думать некогда о вечном,и без того жизнь коротка(к тому же часто нелегка),куда как проще верить в свечкуи осенять себя крестом,греша отчаянно притом.1.32Мы верим так, как нам удобно,любя распущенность свою,предпочитаем не в загробной,а в этой жизни жить в раю.А тот, кто спустит его с неба,пообещав вина и хлеба, —и будет отпускать грехи.Вот рифма вам – , большевикиявилась вроде бы случайно,как и внезапный их приходв семнадцатый недобрый год.Как это, право, ни печально,хоть с тех пор сидит в Кремле, богно рая нет на той земле.1.33Теперь уж поздно возмущаться,в сердцах историю пинать,но к ней придется обращаться,чтоб настоящее понять.Однако, возвращаюсь к теме.Промчалось незаметно время —был галстук заменен значком,стал Славянинов вожакомпервичной комсомольской стаи.Он силу слова осознали деловито выступал,искусство речи развивая,твердил везде «эСэСэСэР»,пока не затвердело «эр».1.34Страдать от нежной страсти к словув крови у творческих натур(причем по поводу любомудо онемения во рту).Никита был болтлив, но в меру.Его последую примеру,романа прочертив канву,закончу первую главу.С героем сладить, слава богу,с тобой, читатель, мы смогли;он подрастал, и мы росли,мужаясь духом понемногу.Для громких и великих дел,похоже, юноша созрел.1.35Картина выпускного бала(я полагаю, как и вам)мне в пямять долгую запала:застолье, танцы, шум и гам,хвативший лишнего учитель,в тарелке дремлющий родитель…Слуга ваш тоже не аскет(покуда здравствует поэт,в нем бьется мысль: а «где же кружка?»).Устала уж рука строчить —пора и горло промочить,развлечься где-нибудь с подружкой,пока на ум бежит строка…Пойду хлебну кваску. Пока!Глава вторая
2.1Вполне резонно после балазатеять новую главу.Да будет так. Начну с вокзала.Уж догадались почему?Нисколько в том не сомневаюсь(в чем вам немедленно признаюсь),за проницательность хвалю,людей понятливых люблю…Вокзал, друзья мои, началотого блестящего пути,что ждет Никиту впереди(чего не скажешь о причале,где проведет остаток леткакой-нибудь шальной поэт).2.2В дороге с колеей железнойесть нечто от дороги той,что жизнью мы зовем небрежно,а если что не так – судьбой.Там тоже есть свои вокзалы,а дни бегут вдаль, словно шпалы, —своя у жизни колея(не прав, быть может, в чем-то я?).Вскочив на станции рожденьяв жизнь, как в вагон, кричим: «Гони!»Затем лишь и нужны нам дни,чтоб радость ощутить движенья.И все равно нам в этот миг,что поезд следует в тупик…2.3Нам перестук колес вагонных —как сердца сокровенный стук.От этих звуков монотонныхтомимся часто мы, мой друг,но терпим, зубы сжав, и едемк предполагаемой победенад злополучною судьбой,дорогой, скукой и нуждой.Какая в поезде забота?Болтают, дремлют и жуют,в купе соседнем сильно пьюти любят без конца кого-то…Махнув на эту суету,уходит кто-то в темноту…2.4Идет состав без опозданий,мелькают желтые огни…А кто-то в зале ожиданийпроводит тягостные дни,пока заботливый создатель,всего земного предержатель,ему не выпишет билетбез пересадки на тот свет.Прерву на этом цепь сравнений(читатель, вижу, загрустил):не место на стальном путидля философских размышленийо бренной сути бытия…Увлекся здесь немного я.2.5– Не спи, приятель, ехать скоро!– А ехать, собственно, куда?– В Москву на Ленинские горы(так называли их тогда).В то время этой скверной кличкойвсе обзывали по привычке:любой замшелый хутороки каждый встречный бугорок.Чем полюбилось это слово,дано не каждому понять,возможно, заменить им «мать»пытались в нашем лексиконе.Стерпеть такое кто бы смог?Плачевен дел таких итог.2.6Опять опаздывает скорый(какая в том кому беда?),учтя советские просторы,полсуток – мелочь, ерунда!Зато (не правда ли?) удобно:обдумать можно все подробнои, взвесив лишний раз все «за»,успеть нажать на тормоза.А если дело неотложно,и нужно вам, презрев уют,туда, где что-нибудь дают, —придется потерпеть немножко,ведь нам терпеть сам бог велел,предначертав такой удел.2.7Не всем и не везде давали(что повлекло распад страны),но мы геройски доставалисебе закуску и штаны.Словесною игрою тонкойя не хочу смущать потомков:у слов «давать» и «доставать»смысл – «продавать» и «покупать».В деньгах мы не искали счастья,ведь нужен был немалый труд,чтоб обменять их на продукт;в очередях кипели страсти,бурлил в крови адреналин,и мы забыли слово «сплин».2.8Нам каждый день давался с боем,был чем-то подвигу сродни,не зря же мы страной героевсвой нищий табор нарекли.В чем корни жизни столь печальной:в идее, лживой изначально,в дурных наклонностях людей,в бесовской гордости вождей,решивших ниспровергнуть богаи отрешить от всяких дел?Чем объяснить такой удел,до неприличия убогий?Судить об этом не хочу —душа болит, вот и ворчу.2.9Не столько об убогом бытегорюю с вами я, друзья(был, кстати, в веке первобытномкуда как хуже быт славян).Проблема не для этих строчек,здесь пахнет прозой, между прочим:успев от лирики устать,ее не худо полистать,уж коль найдется труд солидныйна тему наших скорбных лет.Анализ их – не мой предмет.За человека мне обидно,за искалеченную Русь(высоких слов здесь не боюсь).2.10Надеюсь, что иное времянаступит для страны моейи станет молодое племячудесным образом мудрей.Что ж, в добрый путь с надеждой этой!С тех пор как в личные поэтыя к Славянинову попал,за ним, как преданный вассал,обязан странствовать по свету,над рифмой по ночам корпеть,чтобы его дела воспеть,а то, не дай бог, канут в Лету.Садится, вижу, в поезд он,и следом лезу я в вагон.2.11Расселись, пригляделись к лицам,вздохнули и утерли пот,трудолюбивой ягодицейдорожный оценив комфорт.Похоже, ей придется туго,ложится на нее с подругойвся тяжесть долгого пути(читатель, думаю, проститмне юмор, не всегда удачный).Качнулся между тем вагон,проплыл с достоинством перрон,и город замелькал невзрачный…Вдруг сердце дрогнуло в груди —уж Энскостался позади…2.12Прощай, провинция! Смахнитесо мной слезу и вы, друзья, —железной логике событийобязан подчиниться я.Никита, по всем данным личным,для жизни создан был столичной,ее безумный ритм и шумприятно возбуждали ум,томили смутною мечтою…Хоть он не все осознавал,но от людей не уставали к ним тянулся всей душою.Так легкокрылый мотылеклетит впотьмах на огонек.2.13От темы, должен вам признаться,отвлечься вынужден пока:чуть выше, на числе «тринадцать»,невольно дрогнула рука,внезапно мысли разбежались,и рифмы в голове смешались(пришлось столкнуться с тем же мнев уже написанной главе).Я говорю со знаньем делаоб этой цифре роковой,ведь тесно связан с ней судьбой(когда на свет, условно белый,меня случайно занесло,там было это же число…).2.14Преодолев лихое место,сказать уместно будет «ух!»и оглядеть пейзаж окрестный,где русский прозябает дух.Пора вглядеться с нежной больюв родное дикое приволье,где столь же дики и редкиразумной жизни островки.Но есть ли что-нибудь милееневинной простоты земли,что предки Русью нарекли?От слова этого хмелею,достоинств всех его не счесть,в нем и такое свойство есть.2.15А за окном гуляет август,известный русский хлебосол.Смешно шутить (и не по рангу)над августейшей из персон,что чудом здравствуют понынена русской трудовой равнине(хоть мог давно стать Спартаком,да, видно, проглядел). парткомОн нынче, правда, небогатыйи штопать, видимо, усталзеленый бархатный кафтани ставить желтые заплаты…Но тем не менее он рад,что больше не аристократ.2.16Безделье требует усилий,как можно дурака валять,когда за окнами – Россия,и «смирно» хочется орать,когда в душе растет волненье,и валом валит вдохновенье,и просто распирает грудьжеланье сделать что-нибудь!Проявим мудрое терпенье —не будем делать ничего(что предпочтительней всего),ведь труд наш – нам же разоренье,мы от своих же трудоднейдень ото дня живем бедней.2.17Блистать талантом, мысль итожа,я б вам советовать не стал,ведь на Руси талант – бич божий(зато халява – божий дар).Тому, кто им наказан богом(хвала творцу, таких немного),здесь некую покажут матьв ассортименте, как пить дать.Хоть гениальное все – просто,никто не хочет быть простым, —в раздумьи голову склони,мой друг, над этим парадоксом.Уж больно тема глубока —включать придется дурака.2.18Посыл дорожный не напрасен:поосторожнее с умом!Дурак продвинутый опасен,с ним шутки плохи, как с огнем.Насчет ума есть много мненийи масса красочных сравнений,к примеру: курица умна,ведь под себя гребет она.А вот еще: умен Иуда,сумел он самого Христапродать во имя живота —талант… и никакого чуда.Не стоит быть всю жизнь глупцом,чтоб стать посмертно мудрецом.2.19Пусть в серой массе мысль клокочет,протуберанцами бурля,а поезд знай себе грохочет,ползет к столице, как змея,и на ходу свистит тревожно.По жухлым травам придорожнымлетит, все удлиняясь, тень.Лениво догорает день,неповторимый и нелепый.Косые длинные лучиуже совсем не горячи,блестят вдали, как эполеты,на склонах дымчатых холмови кронах царственных дубов.2.20Нам относительность известна —не верь мельканию в глазах:мы движемся? стоим на месте?Россия пятится назад?Но что-то явно происходит…Жаль, вдохновенье на исходе,не смею мыслить глубоко,коснуться предпочту легколишь внешней стороны явлений.Мелькает русская земля:березы, липы, тополявокруг нерадостных селений,и каждая родная пядьползет неудержимо вспять.2.21Уж неприкаянное солнцеприют на западе нашлои, уходя, на горизонтезарю печальную зажгло.Тьма опустилась на востоке(пока писались эти строки) —нам жить впотьмах не привыкать(в сердцах вам вынужден сказать),хоть велико стремленье к свету…Готовы мы от наших бедбежать за ясным солнцем вслед,дожить не чая до рассвета.Но прежде (как мысль ни умна)отправимся в объятья сна.2.22В садах блаженного Морфеялюблю уединяться я(прелестны чувственные феи,что обитают там, друзья).Вполне достоин сожаленьяочередной миг пробужденья —закату молится поэт,и тяготит его рассвет.Кряхтя, сползает он с дивана,бредет, зевая, в туалет,где появляется на светстрока текущего романа…Довольно пошло, черт возьми,мы начинаем свои дни!2.23Вот только в поезде не спится —в кошмарном мечешься бреду,одна такая ночь сравнитсяс зубовным скрежетом в аду.Лишь только небо озарилось,как за окном все оживилось:не видно более окрестглухих и необжитых мест,как будто воедино сшитыстальною нитью колеидома, поселки, городки…Снует народец деловитый,вот мальчик тащит контрабас(культура, дескать, разрослась)…2.24Все нарастает напряженье(как в жаркий день перед грозой),и ощущаешь приближеньетого, что мы зовем Москвой.Пора готовить дифирамбы:вдохнем и крепким русским ямбомсвой бурный выразим восторг,исполнив тем гражданский долг.Уже московские кварталытекут за окнами рекой…Прошел еще часок-другой,и поезд замер у вокзала.Покинем затхлое купеи затеряемся в толпе…2.25Подать вам неких развлечений?Извольте, способ есть простой:плыть тихой сапой по теченью,смешавшись с уличной толпой,и думать, думать о высоком…Столь просветленно одиноким,как в муравейнике людей,себя не чувствуешь нигде.Когда миазмы вдохновеньявам душу ринутся смущать,вы вдруг начнете ощущатьпочти духовное стремленьекрасиво жить и вкусно есть(в чем, безусловно, прелесть есть).2.26Трагичен для души и телапорой их странный симбиоз,ведь эти двое то и делодруг друга мучают до слезв борьбе за то, кто будет главным,борьбе заведомо неравной:признав господство над собой,душа становится рабой.Что делать, если быть послушнойей надоест, и, как жена,разводпотребует она?Чтоб вам, друзья, моралью скучнойздесь без нужды не докучать,ее заставим замолчать.2.27Что подобает делать чаще,оберегая крепость уз,ведь лишь туда приходит счастье,где гармоничен их союз(тому, что счастье – не химера,найдутся, думаю, примеры).Пора, однако, поспешитьи дело с честью завершить.Но, не желая быть дотошным,свою задачу упрощуи ряд деталей опущу,поскольку дело было в прошлом,когда мы шли, разинув рты,по шумным улицам Москвы.2.28Поправлюсь: был на самом делеоткрыт рот только у меня,Никита , сжав зубы, к цели греби не глазел по сторонам.Он прав: героям из провинцийрты разевать нельзя в столице,ведь (выражаясь без прикрас)здесь могут враз. облапошитьБыла провинцияприметнойв толпе московской по узлам,по нервно вспученным глазампри виде колбасы заветной,ломилась родина за ней,как в мавзолей… заграница2.29Поэтом следует родиться,чтоб хоть однажды довелосьвоскликнуть, глядя на столицу:чего в ней только ! не слилосьИ этим выразить все чувства(не в том ли состоит искусство?),и чтоб никто не смог понять:а что же он хотел сказать?Поверьте, человек корректный(в чем убедитесь без труда)вам ни за что и никогдане скажет ничего конкретно,достаточно что вам, мой друг,родная речь ласкает слух.2.30Нам слишком долго не присталоо преходящем толковать,и без того забот немало,не будем время зря терять:поклонимся камням московским,зубцам старинных стен кремлевских,рядам, подворьям и дворам,и уцелевшим куполам.Возможно, в этом есть предвзятость,но сердце так отозвалосьна то, что для него. слилосьЛишь в камне истинная святость,лишь он в себе еще хранитмосковский дух и колорит.2.31Не только этим город славныйнас поразит с тобой, мой друг.Из всех московских духов главный —могучий меркантильный дух.Его приятель, дух чиновный,отмечен важностью сановной:ответственный чиновный людздесь по походке узнают.Строкой пикантной эксклюзивнотебя, читатель, угощу:я от чиновников тащусь(чтоб в пятьшагов до лимузинавложить все лучшее суметь —особый нужно дар иметь!).2.32Не все чиновники бездарны,иные могут кое-что ,но мы, народ неблагодарный,привычнокроем на все стоособой русскою любовьюих непростое поголовье.Из года в год, из века в векпеняет русский человек,многозначительно киваяна то, как за морем живут,и почему там любят труд(у них традиция такая,они верны с пеленок ей,как мы – традиции своей).2.33Довольно впечатлений внешних —познать охота нам нутро:не будем медлить, друг сердечный,нас ждет московское метро.Откроем книги и тетради,уткнемся в них приличий ради(не помышляя подражать), —нам следует держать. маркуВсем дуракам в округе ясно:хоть сотню штатовобойдешь —нутра культурней не найдешь.Короче говоря, ! потрясно(Позвольте низкое словцовам дерзко выдохнуть в лицо).2.34Но непонятно совершенно,зачем вся эта красота?Зарыто в землю совершенствои, надо думать, неспроста.А неудачникам из Энска,кому гармонии вселенскойв своей глуши не ощутить,мне остается сообщить,что с перистальтикой прекраснойнутро работает всегда,перемещая без трудасвеженачитанные массы,и в нужном месте, в нужный часдоставит на поверхность вас…2.35С глубоким удовлетвореньем(язык тех дней забыть нельзя)великолепное твореньепокинем временно, друзья.Признаюсь, что завлек обманомгероя данного романав тот самый уголок Москвы,где иногда бывали вы.Противник праздных интересови не по летам деловой,немало спорил он со мной,но в знаменитый , храм Гермесачто удалой воздвиг купец,зайти изволил наконец,2.36взглянул небрежно на прилавкии толпы алчных прихожан(здесь опускаю сцены давки,вниманьем вашим дорожа).Зовет нас авторское правос Никитой двинуться направо,уговорив его чуть-чутьв известном месте отдохнуть —там, где на камень величавыйпоставлен бронзовый пиити с высоты, как бог, глядит,склонив в задумчивой печалипозеленевшую , главукак будто тошно здесь ему.2.37Хотелось лично мне представитьему героя этих строки удовольствие доставить,прилежно выучив урок.Мы тоже, мол, не лыком шиты(имею я в виду Никиту),извольте видеть, ваша честь,у нас свои герои есть!Конечно, парень не Евгений,но в то же время, видит бог,не столь уж откровенно плох,учтя упадок поколенийи слабоумный их разврат(о чем нам факты говорят).2.38Как это здорово, читатель,с усталых ног ботинки снятьи с чувством, близким к благодати,за всем и всеми наблюдать!И пусть достойно порицаньяпустое миросозерцанье,невольно отмечает взглядв фонтане, длинный ряд бомжаскамеек, ножек вереницу,чету воркующих мужчин(чему не ищем мы причин)…, столица! Чудны твои делаНо если слаб умом понять,не стоит на Москву пенять.2.39Как ни приятно расслаблятьсяи ножки в созерцать, miniпора отсюда убиратьсяи воле следовать творца.Ему, как видите, угоднопри первом случае удобномв престижный Никиту вуз слитьи до поры о нем забыть.Пришли. Михайло Ломоносовлюбезно встретил у ворот.Никита в дверь – и был таков,оставив нас, читатель, с носом,чем удивлен немало я —здесь нюхать нечего, друзья!