Хроники Гаверелл Хиллз

Солнце за витриной обманчиво слепило, обещая оттепель. Алисса уже прикидывала, не запереть ли дверь ради прогулки, когда на парковку плавно вплыл до тошноты знакомый «Мерседес».

Алисса мысленно взвыла от досады. Снова клеить на лицо вежливую улыбку, снова изобретать сто причин, почему она не пойдёт с ним ужинать.

Звякнул колокольчик. Уэйн переступил порог, неся перед собой претенциозный букет в крафтовой бумаге. По-хозяйски окинув взглядом пустые ряды, Уэйн протянул ей цветы. Алиссе ничего не оставалось, кроме как взять этот веник и неловко пристроить возле кассового аппарата.

— Здравствуй, Алисса. Надеюсь, не отрываю от аврала?

— Как видишь. Смерть от переутомления мне не грозит. А цветы зачем? Не стоило тратиться, они у меня всё равно мрут на второй день.

Он сделал шаг вперёд, вынуждая Алиссу отступать, пока она не упёрлась в край стойки.

— Алис-са. Знаю, эти цветы меркнут на фоне твоей красоты, но позволь мне хотя бы попытаться.

Воздуха в тесном пространстве между ним и прилавком вдруг стало катастрофически мало. Она скользнула в сторону, за спасительный барьер кассы, в попытке вернуть себе личные границы.

— Вы хотели что-то купить?

— Всё, что мне было нужно, я уже купил, — многозначительно улыбнулся мэр. — Я зашёл, чтобы пригласить тебя кое-куда.

— Я работаю, — отрезала она резче, чем планировала. — И в любом случае не могу вот так всё бросить и уйти.

— Можешь. Я твой босс. И я разрешаю тебе закрыться на пару часов пораньше.

Когда Сайфилд советовал мне остерегаться мужчин, этот явно возглавлял список, — мрачно подумала она. Вслух же произнесла с плохо скрываемым смирением:

— Ладно. Полагаю, выбора у меня нет?

— Сегодня — совершенно точно.

Алисса натянула куртку, взяла сумку и, как приговорённая, поплелась к машине. Через пять минут они уже катили по полупустым улицам. В салоне висело молчание, которое никто не спешил нарушать.

Городские постройки быстро сменились редкими домами, а те, в свою очередь, расступились перед лесом. За окном мелькали красивые, как на открытке, пейзажи, но у Алиссы внутри всё сжалось от тревоги.

— Так куда мы всё-таки едем?

— Скоро увидишь. Это сюрприз.

От этого слова по загривку лизнуло холодом. Солнечный лес тут же превратился в декорации для скандинавского триллера. Еловые лапы нависали над трассой, смыкаясь в мрачный тоннель, уводящий всё дальше от цивилизации. Алисса до боли в костяшках вцепилась в ручку двери, в голове уже крутились сценарии один хуже другого.

Но вот «Мерседес» вильнул вправо, лес расступился. Впереди показался крепкий бревенчатый забор, длинное деревянное здание и несколько машин на парковке.

— Приехали. — Мэр заглушил мотор.

Он вышел, с показной галантностью распахнул её дверь и протянул руку.

В нос Алиссе ударил незнакомый коктейль запахов — прелое сено, влажная земля и аммиак. Губы сами собой растянулись в нервной полуулыбке, и она опёрлась на ладонь Уэйна.

— Это конюшня? — Она завертела головой, разглядывая постройки. — Не знала, что у вас есть что-то подобное.

— Гаверелл Хиллз ещё не раз тебя удивит, — ответил Уэйн тоном творца, лично воздвигшего этот город за семь дней.

Он достал телефон, набрал номер, коротко бросил что-то в трубку.

Через минуту из ворот вышел Хайден.

Радости на его лице не наблюдалось. Он мазнул по гостям враждебным взглядом и нехотя пожал протянутую руку мэра. Эта холодная гордыня странно контрастировала с его простой, пропахшей навозом курткой.

Опустив формальности, Уэйн повернулся к Алиссе:

— Закрой глаза.

— Зачем?

— Так надо. Доверься мне.

Доверие — последнее, что я к тебе испытываю, — мрачно подумала она, но веки всё же опустила. Спорить сейчас — только усугублять ситуацию.

Она стояла в темноте и слушала.

— Не подсматривай, — игриво пропел мэр.

Скрипнули ворота. Раздался стук копыт по насту и громкое фырканье.

А затем Уэйн оказался непозволительно близко. Его дыхание опалило ухо:

— А теперь открывай.

Алисса распахнула глаза и охнула.

В двух шагах от неё стоял рыжий конь с белой проточиной на морде. Упитанный, с широкой грудью и перекатывающимися мышцами. Он нетерпеливо рыл снег копытом, пуская из ноздрей пар.

— Это тебе. Мой подарок, — с интонацией римского императора объявил Уэйн.

— Я… я не знаю, что сказать, — пробормотала Алисса, отступая на шаг. Животное пугало своими размерами. — Я не могу его принять. Да я… я даже в седле никогда не сидела.

Хайден прекрасно видел, что происходит. Видел, как девчонка вжимает голову в плечи. Как шарахается от Уэйна и как нервно комкает ремешок сумки. Она была здесь не по своей воле. И этот широкий жест был не романтикой, а капканом, в который мэр прямо сейчас загонял эту птичку.

Неожиданно для самого себя Хайден открыл рот.

— Это не проблема. У нас есть толковые инструкторы, они обучат всему с нуля.

— Именно! — тут же подхватил Уэйн. — К тому же, документы уже оформлены, и в них везде фигурирует твоё имя.

Хайден уверенно погладил коня по храпу, призывая Алиссу к себе.

— Его зовут Хьюго-Ирвинг Младший, но для своих он просто Рыжик. Это французский рысак. Парень с гонором, но компанейский. К хозяину прикипает намертво. Подойди. Он сытый, не укусит.

Алисса сглотнула, заставила себя сделать шаг и неуверенно протянула руку. Нос оказался горячим и нежным. Конь шумно выдохнул ей в ладонь и озорно тряхнул гривой, требуя, чтобы чесали дальше.

— Он невероятный…

Сложнее всего было оторвать взгляд от Рыжика и посмотреть на мэра. Алиссе пришлось собрать волю в кулак, чтобы натянуть на лицо благодарность.

— Спасибо. Правда… это очень мило.

Уэйн махнул рукой, как король, кидающий золотой нищему.

— Пустяки, Алисса. Это меньшее, чем я могу тебя порадовать.

— Идём. Покажу его денник и где что лежит, — бросил Хайден, разворачиваясь к воротам.

Они шагнули под своды конюшни. Внутри царил полумрак, пропитанный запахом люцерны, опилок и животного пота. По обе стороны широкого прохода тянулись ряды стойл, откуда доносились хруст и фырканье.

Хайден остановился у одной из дверей.

— Сёдла и уздечки пока держим здесь. Шкафчики — в конце коридора. Экипировку — шлем, краги, бриджи — придётся покупать под себя. У меня в планах реконструкция: дострою нормальную раздевалку с душевыми, потом замахнусь на крытый манеж.

Уэйн слушал с видом скучающего инвестора на стройке, потирая подбородок и кивая.

Лошади, почуяв чужих, начали высовывать морды из денников. Чья-то гнедая голова потянулась к Алиссе, и мягкие губы зажевали её капюшон.

— Вымогает, — усмехнулся Хайден, отпихивая морду обратно. — Тебя час назад закормили, хитрюга.

Алисса рассмеялась. На пару секунд она искренне забыла, с кем сюда приехала.

— Жаль, у меня ничего нет в карманах. Она так смотрит! А вон тому, кажется, вообще не до нас.

Она кивнула на коня, который стоял к ним задом.

— Это Бес, — пояснил Хайден. — Не самый компанейский парень.

— Вы так точно знаете характер каждого...

— Ещё бы. Они — моя семья, а понимать их — моя работа.

Уэйн, стоявший чуть позади, зевнул. То, что Алисса смотрела на конюха с большим интересом, чем на него, не входило в его сценарий.

— Думаю, тебе будет интересно взглянуть и на мою кобылку, — ввернул он, вклиниваясь между ними.

— У тебя тоже есть лошадь? — вежливо удивилась она.

— Ещё какая. Настоящая фурия!

Они сделали шаг к соседнему блоку, но Хайден перерезал эту ленточку пафоса:

— Её нет в деннике. Она на треке, со Штефаном.

— Оу…

Уэйн запнулся на полуслове. Впервые с момента их знакомства он выглядел по-настоящему растерянным. Хайден, будто ничего не замечая, продолжил экскурсию, пока сконфуженный мэр плёлся позади.

Они дошли до конца коридора, где створки ворот были приоткрыты. Хайден выглянул на улицу и коротко свистнул. Спустя минуту в проходе появились Рэй и Тобиас. Разгорячённые после работы, в распахнутых куртках, они принесли с собой запах мороза и бьющую через край энергию.

У Алиссы в груди что-то резко ухнуло вниз, а к щекам прилил жар. Рэй безошибочно выцепил её взглядом, и на губах расплылась улыбка, предназначенная только ей одной. И лишь секундой позже он скользнул по мэру скучающим взглядом.

— Познакомься с ребятами, — представил их Хайден. — Они оба отличные инструкторы. Можешь выбирать любого.

Уэйн мгновенно подобрался. Заметив, как изменилась в лице Алисса, он собственнически притянул её к себе. Но Рэю на эти альфа-игры было глубоко плевать. Он стоял расслабленно, сунув руки в карманы. Тобиас же, напротив, при виде новенькой густо покраснел и проглотил язык.

Пока Хайден что-то объяснял парням про расписание, Алисса поймала взгляд Рэя.

«Спаси меня», — одними губами произнесла она.

По лицу Рэя невозможно было понять, прочитал он этот сигнал или нет. Он всё так же лениво кивал начальнику, растягивая губы в полуулыбке. Вдруг Рэй небрежно обронил:

— Ей бы переодеться. В каптёрке ещё оставались бесхозные краги и шлем. Какой у тебя размер? — он глазами прошёлся по её фигуре.

— Переодеться? — нахмурился Хайден, сбитый с мысли. — Сейчас?

— Ну да. Не будет же она тренироваться в этом?

До Хайдена наконец дошло, к чему тот клонит. Бросив короткий взгляд на помрачневшего мэра, он включился в игру:

— А что, здравая мысль. Чего откладывать тренировку? Начинайте прямо сейчас. Рэй, покажи ей всё.

— Но она… — Уэйн осёкся. В его тоне прорезалось возмущение, которое он замаскировал под заботу: — Она приехала со мной. Ей не на чем возвращаться.

— Вообще не проблема. На треке полно наших, кто-нибудь вечером подбросит её до города. Ты же не против, Алисса?

Девушка тут же ухватилась за спасательный круг:

— Нет-нет, конечно нет! Мне не терпится начать. К тому же, — она взглянула на мэра в упор, — мистер Бишоп сам разрешил мне уйти с работы пораньше.

Уэйн открыл было рот, но Хайден, не давая ему опомниться, уже развернул девушку за плечи:

— Иди за Рэем, он покажет, где переодеться.

Рэй, поравнявшись с мэром, сделал то, на что в этом городе не решался, пожалуй, никто — панибратски похлопал его по плечу.

— Жаль, что вы не с нами, мистер Бишоп. Уверен, вы бы показали всем класс.

Скулы Уэйна окаменели. Он уловил издёвку, но натянул пластиковую улыбку.

— Ты ведь не против? — донёсся из полумрака коридора невинный голос Алиссы. Это был контрольный выстрел.

— Ну конечно нет, Алисса. Развлекайся...

Хайден технично закрыл сцену, прокладывая для уязвленного эго чиновника мост к отступлению:

— Я бы с радостью предложил вам остаться, господин мэр, но знаю, насколько расписан ваш график. Да и условия у нас пока спартанские. Как достроим VIP-трибуну — ждём вас в качестве почётного гостя.

Уэйн ухватился за эту дипломатическую подачу, позволяющую сохранить лицо.

— Обязательно, Хайден. Пригляди тут за ней.

Сухо попрощавшись, он направился к выходу, ясно понимая, что эти трое только что технично развели его на его же поле.

* * *

На треке кипела работа. Лошади нарезали круги, взметая копытами фонтаны песка вперемешку с подтаявшим снегом. Звон сбруи, глухой топот, выкрики наездников — всё сливалось в единый, живой ритм.

Алисса в одиночестве стояла у ограждения. Облокотившись на брёвна, она следила за тренировкой. Щёки уже покалывало от холода, но напряжение последних часов наконец-то отпускало, и на губах блуждала слабая улыбка облегчения.

Рэй подошёл бесшумно. Остановился в паре шагов и просто смотрел. На выбившуюся из-под шапки рыжую прядь, на то, как расслабленно опустились её плечи сейчас, когда Бишопа нет рядом. Внутри шевельнулось что-то собственническое — странная, слепая тяга, которую по-хорошему следовало бы удавить на корню. Он сглотнул, отгоняя это чувство, и шагнул ближе.

— Можем возвращаться. Бишоп ушёл.

Алисса вздрогнула, вырванная из своих мыслей, и резко обернулась. Рэй подался было к дверям, но она его остановила.

— Погоди. Я хотела сказать… спасибо. Уже не знала, как от него отвязаться.

— Сильно напрягает? — Рэй чуть прищурился.

Алиссе вдруг стало некомфортно от собственной уязвимости.

— Нет, я... Просто он…

Рэй сократил дистанцию.

— Эй, порядок? — Он дождался, пока она снова посмотрит на него. — Если нужна помощь — просто скажи. Я умею объяснять доходчиво.

Алисса усмехнулась:

— Что, набьёшь мэру морду ради малознакомой девушки?

— Запросто.

И прежде чем она успела испугаться того, что скрывалось за этим обещанием, Рэй вернул непринуждённый тон:

— Ты переоцениваешь власть Бишопа в этом городе. Он пускает тебе пыль в глаза только потому, что ты новенькая и не знаешь правил игры. Хочет казаться опасным, но по факту — просто озабоченный мудак. Стой на своём, и ему надоест.

— А если нет?

— Тогда возвращаемся к первому пункту: я набью ему морду.

Секунду они напряжённо смотрели друг на друга, а потом одновременно прыснули от смеха.

— Надеюсь, до этого не дойдёт, — отсмеявшись, сказала Алисса. — Не люблю создавать людям проблемы.

— Тогда их создадут тебе, — Рэй потянул на себя дверь конюшни. — Здесь нельзя оставаться от всего в стороне. Учись бить первой, иначе долго не протянешь.

— Мы точно о Гаверелл Хиллз говорим? Это место выглядит как рай.

— За всё приходится платить. И счёт тебе выставят, не сомневайся, — бросил он, распахивая дверь.

Они шагнули в полумрак конюшни, и разговор оборвался. Внутри кипела привычная жизнь. Зои, что-то мурлыча себе под нос, проходилась щёткой по бокам своего коня. А с противоположного конца прохода навстречу им шёл Шайло. Заметив Рэя в компании новенькой, он приостановился. Его брови поползли вверх: каким ветром этих двоих прибило друг к другу?

Парни обменялись рукопожатием.

— Шайло? Думал, ты на смене.

— Джулиан отпустил пораньше.

Молодой коп перевёл взгляд на Алиссу.

— Привет. — Он чуть прищурился, силясь вытащить нужное имя из внутренней картотеки. — Э-э…

— Алисса, — оборвала она его мучения.

— Да, точно, извини. Башка не варит после дежурства. — Он устало потёр переносицу.

Повисла пауза. Фоном уютно шуршало сено, Зои отчитывала Хайдена за неправильно сложенные попоны.

— У Алиссы сегодня первая тренировка, — разбил тишину Рэй. — Помогаю освоиться.

Шайло снова посмотрел на девушку, и на этот раз его глаза задержались на ней дольше положенного.

— О, поздравляю. С инструктором тебе повезло. Жаль только, треплется без умолку.

Рэй пихнул его локтем:

— Чья бы корова мычала. Как напьёшься — тебя вообще не заткнуть.

— Эй! Я, между прочим, не торчу в пабе каждый вечер, как некоторые…

Пока они перекидывались подколами, Алисса ловила себя на том, что откровенно разглядывает Шайло. Взгляд цеплялся за упрямую линию челюсти, за тёмные глаза, за широкие плечи под плотной вязкой свитера. От него веяло тяжёлой, заземляющей силой. Надёжностью. И от этого ощущения безопасности внутри вдруг стало жарко.

«Остерегайся их. Всех», — нашёптывало подсознание, обдавая затылок морозом.

Она вздрогнула, обрывая это наваждение, и тут же столкнулась взглядом с Рэем.

— Готова? — Его голос прозвучал чуть суше, чем минуту назад.

Ответить она не успела. Из-за угла вынырнул Хайден и по-хозяйски хлопнул Рэя по плечу:

— Ты мне нужен. Пора разобраться с балкой на навесе, пока она не пробила кому-нибудь голову.

— Возьми Тобиаса, он всё равно слоняется без дела.

— Нет, у него руки не под то заточены. — Хайден повернулся к девушке. — Пусть Тобиас с тобой позанимается, а Рэй поработает кувалдой. Не возражаешь?

— Нет-нет, конечно.

Когда мужчины разошлись, Тобиас, всё ещё густо краснеющий при зрительном контакте, подобрал ей экипировку. Вместо шумного трека он увел её на лесные тропы. В его компании — тихой, деликатной и безопасной — Алисса наконец-то выдохнула. Она слушала его мягкие объяснения, впитывала зимнюю тишину и впервые за день позволила себе просто расслабиться.

Тренировка пролетела незаметно. К вечеру, разгорячённая, с гудящими с непривычки мышцами, девушка вернулась в город.

Она провернула ключ и толкнула дверь своего дома. В окнах было темно, смена Гертруды заканчивалась только через час.

Алисса стянула куртку, щёлкнула выключателем в прихожей и замерла.

Обычно дом встречал её хотя бы присутствием кота или гулом холодильника. Сейчас же в холле стояла неестественная, ватная тишина. Не было слышно даже мерного тиканья настенных часов.

С каждой ступенькой на второй этаж беспричинная тревога ползла вверх по позвоночнику. На лестничной площадке Алисса дёрнула шнурок бра. Ничего. Из коридора на неё смотрела темнота.

— Чёрт бы побрал эту проводку, — прошептала она в пустоту, пытаясь рационализировать страх.

По лодыжкам мазнуло сквозняком.

Это Гертруда. Опять открывала окно в моей спальне и забыла закрыть.

Она нащупала ручку своей двери. Нажала.

Внутри было чуть светлее — от уличного фонаря на пол падал вытянутый жёлтый прямоугольник. Но по комнате гулял ветер. Настоящий, зимний сквозняк, поднимающий тюль. Окно было распахнуто настежь.

Алисса сделала шаг к подоконнику, протягивая руку к раме, но боковое зрение уловило движение слева. Взгляд метнулся к кровати.

На кровати сидела она.

Скрюченная. Иссохшая. Мать смотрела на неё черными провалами глазниц. На белесом, обтянутом кожей черепе паутиной висели клочья седых волос. Грязная, истлевшая сорочка мешком спадала с выпирающих ключиц. Воздух в спальне наполнился тошнотворным смрадом — так пахли увядшие кладбищенские лилии пополам с гниющим мясом.

Тело Алиссы парализовало. Она попыталась сделать вдох, но лёгкие окаменели. Она хотела закричать, но голосовые связки свело судорогой.

Существо — нет, это не могла быть её мать! — потянулось к ней. С костлявых пальцев лоскутами слезала кожа. Чёрная дыра беззубого рта неестественно широко распахнулась, с треском разрывая ссохшиеся связки.

— Тебя не должно здесь быть! — Голос прозвучал не снаружи, а прямо в голове Алиссы. — Ты будешь проклята!

В ушах взвизгнул болезненный звон. Девушка в ужасе зажмурилась до цветных точек, впиваясь ногтями в ладони.

Это морок. Это морок. Её здесь нет!

Колени перестали держать. Девушка скользнула по стене, оседая на пол. Прошла секунда. Две. Целая вечность. Когда она наконец нашла в себе силы разлепить веки и посмотреть сквозь пелену слёз, спальня встретила её нормальностью.

Кровать была пуста.

Покрывало идеально расправлено — ни единой складки. Тошнотворный запах гнили исчез. Но самое жуткое — окно. Оно было наглухо закрыто.

Алисса втянула голову в плечи и зажала рот, давясь беззвучными рыданиями. Ей не показалось. Иллюзией был не этот кошмар — иллюзией было её спокойствие. То, от чего она бежала, настигло её. «Райский уголок» Гаверелл Хиллз больше не был убежищем.

* * *

День первых скачек выдался паршивым — некстати ударила оттепель. С крыш текло, снег на треке превратился в хлюпающее месиво, а над городом серой стеной нависли тучи, сеющие мелкую изморозь.

Но пропускать такое событие никто не собирался. Трибуны под жестяным навесом были забиты до отказа. Горожане, кутаясь в дождевики, возбуждённо переговаривались. В первом ряду, за раскладным столиком, Хайден принимал ставки. Рядом мельтешила Хлоя, разливая зрителям горячий кофе из термоса.

На стартовой линии уже выстраивались жокеи в ярких номерных куртках.