Кланы Сибирской Империи. Том 2.
- -
- 100%
- +
От первого удара я отпрыгнул, а от второго немного уклонился назад, чтобы вражеская рука не добралась до меня совсем чуть-чуть, и сразу ударил кулаком в подбородок. Не слишком сильно, но этого хватило, чтобы наглухо отключить крестьянина.
Я перевел дух. В принципе, получилось идеально. То, что я владею магией, удалось скрыть. Напала группа колхозников на неизвестного боксера и получила звездюлей — такое бывает.
Теперь надо как-то сделать, чтобы они, очухавшись, не организовали погоню. Большой толпой, с огнестрелом, по уму, то есть. Этого мне точно не нужно.
Решение оказалось простым.
Я связал их предназначенной для меня веревкой по рукам и ногам, а также разорвал рубаху одного из них и запихал им кляпы.
Погибнуть они не погибнут, потому что смогут ползти, а до деревни недалеко. Побитые, ободранные, но доберутся. А я к тому времени буду уже слишком далеко, и, может быть, даже проделаю часть пути вплавь, чтобы окончательно запутать следы.
На словах было все гладко, но шагом я пошел быстрым, и оглядывался часто. Мало ли что! Может, эту пятерку хватятся через минуту. Прибегут другие такие же, разрежут веревки, вытащат кляпы, узнают, что к чему, и помчатся рысью в погоню. Все может быть.
Единственное, что меня порадовало после случившегося мордобойства, так это то, что кошмарные улыбки с бородатых рож послетали. Вернулись граждане с небес на землю, пусть через пинки и удары по физиономии.
Тропинка вышла к реке и закончилась. На другой берег когда-то был проложен мост, но сейчас он сгнил и разрушился. На противоположную сторону реки селянам было не нужно. Мне, кстати, тоже. Но на всякий случай как-то надо замести следы.
Поэтому я разделся, смотал все вещи в узел и поплыл, подгребая одной рукой, а второй держа вещи над поверхностью. Плавать так не слишком легко, но я человек тренированный, и километр-другой одолеть даже этим способом для меня не проблема.
Гипотетически, если за мной устроят погоню, то могут пойти с собаками и по одному берегу, и по второму, чтобы найти место, где вылез, но я надеялся, что до такого дело не дойдет. А если дойдет, то у меня есть магия и револьвер с тридцатью патронами. Мало не покажется никому.
Я нашел на берегу место покаменистей, и вылез, наступая на прибрежные булыжники, чтоб не оставлять следов хотя бы рядом с водой. Допрыгал по камням до леса, оделся и возобновил свой путь к неведомому алхимику.
Идти было легко. Лес сосновый, без ям и буреломов. Такая благодать, и некромантам в ведение досталась. Неправильно это как-то. Хотя какой в каком тут клане хорошие люди? Ни в каком, наверное. Одни бандиты и интриганы. Дерутся за власть, не разбирая способов. Может, «воздушный» клан не такой, но с его людьми я пока не общался. Хотя слышал, что они очень высокомерные.
Я шел до вечера, но камня, который мне описывал Виктор, так и не встретил. И никаких домиков, в которых мог бы поселиться одинокий алхимик-отшельник.
Теперь надо как-то переночевать. Вопрос, как. Дикого зверья живьем в лесу я пока не встретил, но следы наблюдал во множестве. И большие, и маленькие, и очень большие, и настолько огромные, что даже оторопь брала. Некоторые — следы копыт, а некоторые — с когтями. Так что надо соблюдать меры предосторожности.
Что же делать, развести костер? Но огонь виден в ночном лесу очень далеко. Поэтому осталось только одно — залезть на дерево, там обвязать себя веревкой и попробовать поспать. Других вариантов нет.
Сосна для этих целей подходит не очень, что-нибудь другое… Ага, вот и дуб. Затесался в этот лес и правильно сделал.
Здоровенное дерево. На ветке метрах в пятнадцати над землей даже полежать можно будет. Поэтому я залез наверх, как следует привязался, и закрыл глаза. Темень к этому времени уже наступила.
…Однако скоро пришлось просыпаться. Я открыл глаза (тьма вокруг кромешная), и услышал, что по дереву кто-то взбирается. Скастовал «видение», и моим глазам предстал огромнейший медведь, не спеша цепляющийся когтями за ствол и поглядывающий в мою сторону.
Как здорово, что я чутко сплю. Первой мыслью было зарезать мишку «призрачным клинком», но потом передумал, и запустил в него камнем «земляной» магии. Булыжник двинул зверя точно по башке, и тот свалился под дерево, как перезревшее яблоко.
Лежал, не шевелившись, несколько минут (я уже подумал, что настал ему конец), но потом встал, помахал головой, обиженно посмотрел на меня и ушел. Я облегчено вздохнул и снова задремал, надеясь, что если появится еще один хищник, то я опять смогу вовремя проснуться.
Но никто больше ко мне не пришел, я благополучно слез с ветки, дошел до реки, умылся и направился дальше.
Час-второй ходьбы, и я увидел на берегу огромный серый камень. Настоящую скалу, лежащую здесь, чтобы об нее разбивались плывущие лодки.
Ага, камень нашел. А где избушка алхимика? Ее мне обещали здесь в шаговой доступности. Неужели обманули?
Я обошел берег в радиусе мили, но не нашел ничего и никого. Пожал плечами сплавал на другой и тоже просмотрел все окрестности. Нету!
Изрядно погрустневший, я залез на скалу и уселся в размышлении о том, что теперь делать.
Нет никакого домика алхимика. И не было его здесь потому, что если б он сгорел, то оставил бы после себя пепелище, а в этих местах, такое впечатление, за сто лет я первый появившийся человек. Неужели я неправильно понял Виктора?
Сидел я так, сидел, подумывая, как возвращаться в Мурманск — ведь путь совсем не близкий, через деревню теперь идти не вариант, как вдруг увидел на воде рябь. Что это еще такое, спросил я себя, решив, что там чудовище с нехорошими намерениями.
А что я еще должен был думать?
Потом вода вздыбилась и на поверхности начала показываться крыша маленького домика. Да именно так. Он всплывал потихоньку, но неуклонно, как настоящая подводная лодка.
Если забыть, что он находился в реке, то выглядел домик вполне обыкновенно — деревянный, с черной треугольной крышей, торчащей из нее печной трубой, небольшими окошками и крыльцом. Вода стекала ручьями.
Через пару минут жилище алхимика (а кого же еще?) полностью выбралось на поверхность и застыло над водой в десяти метрах от берега. Дверь распахнулась, и на пороге появился ОН. Алхимик!
Дедушка неизвестно скольких лет. Высокий, почти с меня, гордо выпрямившийся. Седая борода и седые всколоченные волосы. Взгляд — заносчивый и немного непонятный. Одет человек в серую монашескую рясу, в руках — посох.
— Кто ты и с чем пожаловал, — обратился ко мне алхимик.
— Александр, — ответил я. — А как ты догадался, что я пришел именно к тебе?
— Нет? — переспросил он, — тогда счастливо оставаться. А я отправляюсь обратно на дно для продолжения алхимических исследований.
Он повернулся и шагнул к двери.
— Стой! — заорал я. — Да, я действительно к тебе! Я от Виктора!
Виктор говорил мне, что он никогда не встречался с Фомой, а тот о нем вообще ничего не слышал, но может решить, что он его просто-напросто забыл.
— Как? От самого Виктора? — воскликнул Фома.
— Да-да, именно от него.
— С ума сойти! Мы так давно не виделись? Как он?
— Отлично! — воскликнул я. — Велел передавать привет.
— Я так рад, что у него все хорошо! — обрадовался Фома. — Ой, чего же я держу тебя на скале. Заходи!
— Конечно, спасибо! — я замахал от радости руками, — только как? Хотя я могу и вплавь, конечно.
— Ни в коем случае! — успокоил меня Фома. — Секундочку.
Он заглянул внутрь, что-то там нажал, и из-под крыльца выехал к берегу железный мостик.
— Осторожнее, он скользкий, — предупредил меня Фома.
— Ничего, я осторожно, — ответил я и прошел в его жилище.
Раньше я никогда не бывал дома у алхимиков, но теперь этот пробел был ликвидирован.
Квартира представляла собой лабораторию с большой печью, внутри которой на огне в реторте что-то булькало, и столом, заставленным химической посудой. Стен почти не видать из-за того, что по ним сверху донизу шли полки, на которых рядами выстроились разные коробки, стеклянные банки, куски железной руды, металлические пластины и прочее.
Кровать алхимика ютилась в уголке. Поскольку места в комнате мало, ее ширина составляла, наверное, сантиметров сорок. Ветка, на которой я ночевал сегодня, и то толще. Как Фома не сваливается с нее во время сна, не знаю.
— А как ты не падаешь с кровати ночью? — спросил я, хотя это и не совсем вежливо.
— Почему не падаю? — слегка обиделся Фома. — Еще как падаю! Иногда раз по десять за ночь! Наука — она такая. Требует жертв.
— Конечно-конечно, — успокоил я его.
— Предлагаю отправиться на дно, — сказал Фома. — Серьезные вещи надо обсуждать только на дне. Я потому и построил плавучий дом, чтобы уйти от мирской суеты.
— Давай, конечно.
Около дверей торчало два рубильника. Сначала Фома нажал меньший и железный мостик свернулся обратно, а потом со скрежетом опустил второй, побольше. Заработал невидимый двигатель и дом начал медленно погружаться в воду. Она поднималась все выше за оконными стеклами пока, не ушла совсем наверх.
Через минуту дом мягко ударился и дно реки, покачнулся и застыл. Двигатель перестал работать, а в окна стали заглядывать рыбки маленькие и побольше.
Фома усадил меня на стул и заварил чай в стеклянной колбе. Затем он разлил его в две большие пробирки, и мы начали пить. Чай, несмотря на необычную посуду, оказался очень даже ничего.
— А теперь рассказывай! — серьезно сказал Фома. — С чем многоуважаемый Виктор послал тебя ко мне?
Сразу после этих слов к окну подплыл большой сом и уставился на нас через стекло, будто решив подслушивать.
— У меня есть магическое кольцо, — сказал я, снял его с пальца и протянул Фоме. — Говорят, оно очень могущественное, но пока что действует только одно его заклинание, а их вроде четыре. Не мог бы ты мне помочь с этим?
— Ишь ты… — Фома повертел кольцо в руках. — Да, сильная штука. Древняя. Уникальная. Второй такой нет. Дай-ка еще посмотрю…
Он погасил свет, взял с полки чудовищное по своим габаритам увеличительное стекло и начал щурясь рассматривать.
— Мда… — сказал он через несколько минут. — Мощный артефакт. Интересно, кому он принадлежал, потому что он зачем-то закрыл почти все его возможности. Даже не знаю, что можно сделать.
— Ну попробуй, пожалуйста, — сказал я. — Очень нужно, честное слово.
Фома широко развел руками.
— Я, конечно, могу попробовать сломать защиту и сделать доступным еще одно свойство…, но для этого мне потребуются очень мощные ингредиенты, а как их достать, я не знаю!
— Может, у меня получится, — сказал я. — Пока что все выходило, за что я не брался.
— Нужно что-то такое, что бы сняло преграду… — проворчал Фома. — Субстанция, в которой соединены и магические силы и физическая мощь… если высвободить ее алхимическим путем, то все будет хорошо… Придумал!
Я радостно посмотрел на него.
— Придумал, но это бесполезно.
— Почему?
— Еще не родился тот человек, который смог бы победить в схватке подземного циклопа-людоеда!
— А зачем мне его побеждать?
— Чтобы вынуть из головы его мозг, зачем же еще! — Фома недоуменно пожал плечами, мол, как можно не понимать таких очевидных вещей. — мозг маленький, но магии в нем — огого. Плюс к этому он управляет огромным телом, наделенным страшной мощью.
— Прям уж там страшной. Справиться можно с кем угодно.
— В нем десять метров роста, четыре руки, и…
— И один глаз? — перебил я Фому, вспомнив то, что я знал о циклопах.
— Нет! У него вообще нет глаз! Наверное, потому, что он живет в пещере, хотя и не совсем темно. Он использует слух и обоняние, чтобы найти свою жертву, которую потом съедает!
И Фома несколько раз клацнул зубами, чтобы показать, как именно циклоп пожирает людей.
— Разберемся мы с циклопом, — заверил я. — И не с такими справлялись. Где его искать?
Фома, недоверчиво посмотрев на меня, объяснил, как пройти к пещерам.
— Иди вдоль реки, а как она разделится на две части, так держись левого потока. Он выведет к горам, а сам пойдет вдоль них. Но он тебе уже будет не нужен, гора с пещерой окажется в двух шагах. Как войдешь внутрь, иди дальше направо, а не прямо. В той пещере живет циклоп. По слухам, уже сотни лет.
Глава 8
Алхимик поднял рычаг, домик всплыл, двери открылись, и по железной дорожке я выбрался на берег.
— Надеюсь, ты справишься, — сказал Фома. — хотя, чего врать, не надеюсь совсем. Это я так, из вежливости. От меня уже уходили двое в те пещеры. Увидишь их тела, передавай привет.
Я пообещал, и отправился вдоль реки дальше. Домик у меня за спиной тем временем погрузился обратно на дно реки.
Путешествие до развилки времени заняло не слишком много. Да и горы, хоть и невысокие, хорошо виднелись из-за деревьев. Я свернул и где-то через час уже был на месте.
Вот он, вход в пещеру. Огромный, парочка слонов пройдет сразу. И черный, мрачный. Завывает в нем ветер. Темно, поэтому я в очередной раз сделал «видение», и только потом направился вглубь.
Мда, невесело тут. Кости валяются, чьи — непонятно, то ли человеческие, то ли звериные. Наскальные рисунки — на одних люди копьями тыкают в чудовищ, на других наоборот, чудовища хватают зубами людей.
Я прошел где-то с километр, пока проход не разделился на две части — прямо и направо. Фома говорил, что мне направо. Подземный циклоп обитает где-то там. Значит, двигаю в ту сторону. Иду тихо, потому что зверь ориентируется на слух, глаз у него нет.
И тут раздался грохот, а за ним полетели клубы пыли. От неожиданности я присел.
Обвал, мелькнула мысль. Да, точно, обвал. Шум длился недолго, всего несколько секунд потом все затихло. Надо немедленно возвращаться.
Но возвращаться было некуда. Пещера позади меня оказалась наглухо завалена грудами каменных глыб. Я похолодел и пошел вправо, но и там меня ждали обвалившиеся камни.
Стало невесело совсем. Теперь у меня только один путь — вперед. Если и там тупик, то я умру на оставшемся пятачке от голода и жажды.
Однако пещера продолжалась и продолжалась, внушая в меня некоторый оптимизм. Как-нибудь выкручусь. Пещеры редко бывают с одним входом.
Через километр впереди неожиданно начало светлеть. Я очень удивился. Может, я прошел гору насквозь? Маловероятно, поскольку дорога шла немного вниз. Однако светлело очень заметно, я даже снял «видение», чтобы оно не искажало очертания предметов.
Еще сотня шагов, и я оказался в невероятном по размерам гроте. На потолке тускло светились сталактиты, а под ними, метрах в двухстах, лежало огромное озеро с прозрачной водой. Насколько оно велико, понять я не мог — дальний берег не разглядеть. Влево и вправо оно уходило на километр-другой, и там под стенами шли узенькие берега.
Около входа места было побольше. Большой каменистый пляж, а у стены, около которой я стоял — высокие скалы. Метров по десять, если не больше.
Впечатляет.
Я решил, не затягивая время, обойти озеро в поисках выхода. Сейчас это главное, сказал я себе, и пошел по берегу.
…Путь занял много часов, и ничем меня не порадовал. Я обошел озеро по кругу и вернулся на то же место, откуда пришел. Выхода из грота не было. Посреди озера виднелось несколько небольших скалистых островков.
И что же мне теперь делать? Оставаться здесь навсегда? Пока шел, заметил, что в озере водилась рыба. Плескала, выглядывала из воды. Наверное, ее можно есть. Только как ловить и как готовить — непонятно. Удочку я с собой не захватил. Не догадался, что она может понадобиться.
А тем временем сталактиты на потолке начали тускнеть. Судя по часам, наступал вечер, значит, они брали пример с заходящего солнца? Пещера, в которой есть день и ночь — с ума сойти.
Ладно, лягу спать, а утром придумаю, что делать. Или не придумаю.
Я походил вдоль берега и понял, что в озере водится не только мелкая рыбка, но и твари покрупнее. Во всяком случае, об этом говорили следы. Для сна лучше забраться повыше.
Скалы здесь гладкие, но кое-как я влез.
Наверху меня ждал еще один сюрприз. Там лежало мертвое тело. Давным-давно оно оказалось здесь. Уже высохло, превратилось в мумию.
Человек — мужчина. Возраст непонятен, но, скорее всего, гораздо старше меня. Одет в походную одежду, лежит на одеяле. Рядом большая сумка, какие-то вещи и приборы. Наверное, он был ученым, изучал пещеру, но отчего-то погиб.
Надо похоронить, как же иначе. Процедура неприятная, но ее придется сделать.
Кое-как, с трудом, обвязав тело веревками, я спустил его вниз, ножом вырыл яму и закопал, накрыв одеялом и наложив сверху камней. Потом я снова поднялся наверх. Там я обнаружил походные принадлежности (котелок на треноге и другую посуду), непонятные мне приборы (наподобие барометров, но стрелки у всех стояли на нуле), еще одно одеяло в сумке, рыболовные принадлежности (удочку с катушкой, запасной леской и крючками), и, самое интересное, раскладное копье.
Другого оружия нет, а копье — есть. Зачем оно тут — кто бы подсказал. Но мне оно не помешает точно.
На скале человек разводил костер, и, присмотревшись, я понял, что горело в качестве топлива. Водоросли из озера! Они в сушеном виде лежали здесь же, рядом. Я видел их, когда шел по берегу, но не подумал, что они могут гореть. Однако, как выясняется, вполне.
Значит, что получается. Смерть от голода и жажды мне пока не грозит. А как выбраться отсюда — вопрос второй. Пока что надо поспать, сталактиты практически погасли.
Я расстелил одеяло, улегся и провалился в сон.
Однако пробуждение случилось скоро, и оно было не из приятных.
Какой-то монстр выполз из озера и пытался залезть на скалу. Очевидно, его интересовал я, и с гастрономическими целями.
Зверь напоминал рыбу с огромной, в половину тела, головой, в которой виднелись чудовищные клыки-сабли. Плавники были не как у обычных рыб, коротенькие и неуклюжие, а наоборот, длинные, узкие, пропорционально с туловищем они выглядели, как руки. Ими монстр ловко цеплялся за выступы в камне, и, как хороший скалолаз, быстро полз наверх.
Колдовать я не стал, а схватил копье и, когда голова чудовища оказалась рядом, ткнул острием монстра в раскрытую пасть. Оно вошло очень глубоко, ливанула кровь, глаза зверя закатились, и он тяжелым тюком свалился к подножию.
Упал, подергался, и перестал шевелиться.
Мертв. А я жив. Отлично. Но теперь предположение, что в подземном озере водятся хищные твари, получило доказательства. Спать придется чутко, никаких гарантий, что за убитой тварью не последуют другие такие же. Решив, что избавиться от тела лучше «утром», я снова заснул.
Но опять спалось недолго. Меня разбудили какие-то голоса. Много голосов. Похожие на человеческие, но странно высокие, резкие, нечленораздельные. И они где-то рядом со мной.
Открыв глаза и свесившись со скалы, я увидел, что тушу убитого монстра облепили маленькие, похожие на людей, существа. Голые, с кожей зеленого цвета, их безволосые головы из-за огромного рта напоминали рыбьи.
Костяными ножами они отрезали куски мяса, складывали их в сетки и исчезали под водой, Очевидно, переносили добычу в логово. На меня они не обращали никакого внимания, будто меня не существовало. Весьма опрометчиво с их стороны, но воевать с ними у меня причин не было — хотят избавить от соседства с гниющей тушей подземного чудовища, ну и пожалуйста.
Особой опасности от них я не чувствовал. Ростом эти существа меньше метра, из оружия у них только ножи и недлинные копья с наконечниками из рыбьих клыков или чего-то такого. Даже если нападут толпой, ничего со мной сделать они не смогут.
Возможно, конечно, что копья отравлены, или что существа сведущи в магии… Но пока что об этом не говорило ничего. Так что кушайте, не обляпайтесь. А как поедите, дайте поспать.
Минут через пятнадцать они отскоблили скелет напрочь. Ни кусочка плоти на костях не осталось. Закончив работу, последний человечек отошел от скелета на несколько шагов, последний оглядел его, как художник законченную картину, и, оставшись удовлетворенным, прыгнул в воду.
Снова настали тишина и спокойствие.
Я заснул в третий раз за ночь. С мыслью о том, что, наверное, придется проснуться еще не раз.
Однако плохой прогноз не оправдался. Больше на берег около моей скалы никто не выбирался, во всяком случае, я ничего не слышал. Сталактиты под потолком засветились ярче, и, проснувшись, я почувствовал прилив сил и оптимизма. Не знаю, как, но я выберусь из подземной ловушки, даже если мне для этого придется разобрать гору по кусочкам.
Еда и вода у меня есть, а впасть в тоску мне не позволят озерные чудовища. Предстоящие драки с ними — какое-никакое, но все-таки развлечение. Поэтому все будет хорошо. Не первая безнадежная ситуация, из которой мне приходится выбираться.
Я попрочнее привязал веревку и сбросил ее вниз — буду слезать по ней, а на ночь сворачивать ее. Потом, если быстро не уберусь отсюда, свяжу веревочную лестницу и буду лазать к себе с комфортом.
Но пока что я и так без особых затруднений спустился вниз, умылся, и даже немного поплавал. Опасное это дело, что и говорить, но я повесил на шею нож, а в прозрачной воде было нетрудно следить, чтобы к тебе кто-нибудь не подобрался.
Теперь надо что-то поесть. Человек, который жил здесь до меня, судя по всему, успешно ловил рыбу, поэтому ничто не помешает это сделать и мне. Короткая удочка с крючком-тройником, привязанным стальным поводком к толстой леске — вот она. Если не подводила его, то не подведет и меня.
Но где брать наживку? Почесав в затылке, я отправился подальше от берега и раскопал ножом яму. В ней тотчас показались разные червячки и прочая мелкая живность. Извините, но вы-то мне и нужны.
Нацепив самого жирного червяка на крючок, я забросил удочку. Леска на ней длинная, приманка улетела далеко, куда дальше, чем место, до которого я доплывал, когда купался.
Эх, подумал я, жаль, что на леске нет поплавка. Как я узнаю, что рыба схватила приманку?
Через секунду я понял, что очень легко. Вообще элементарно.
Удочка рванулась из моих рук с такой силой, что я чуть не кувыркнулся в воду.
Обругав себя последними словами за то, что оставил катушку на защелке, я сдвинул ее, и леска с треском и без остановок начала разматываться.
Прекрасно. Судя по габаритам пойманной рыбешки, ее мне хватит надолго. Однако лески надолго не хватит точно, потому как останавливаться она не собиралась — добыча отплывала от меня все дальше и дальше, и подматывать леску, когда напряжение на ней спадет, возможности не было никакой. Такое впечатление, что она прицепилась за бампер автомобиля, и тот поехал.
Обидно будет после первого заброса остаться без крючка, хотя есть еще и запасные, но повлиять на ситуацию я не мог.
Дзынь! — леска размоталась полностью, и меня потащило к воде. Ну уж нет, пробормотал я, упершись в землю ногами. Невидимая рыба продолжала тащить, но справиться со мной у нее не получилось.
Леска держала! Не зря она была такой толстой. И катушка справилась — ее тоже сделали с запасом прочности. По моим прикидкам, пара килограмм стали на нее ушла точно.
Ощутив прилив оптимизма, я начал скручивать леску обратно. Очень нелегкая работа, пальцы начали болеть чуть-ли не сразу, но я справлялся.
Несколько раз пришлось ставить катушку на защелку и давать руке отдых, но победа неуклонно приближалась. Рыбина (если на крючке она, а не какое-то другое существо), начинала уставать, перестала тянуть в одну сторону и заходила кругами, а иногда даже брала паузы и висела на леске неподвижным грузом.
Через пять или пятьдесят минут (время на рыбалке течет своеобразно), она приблизилась к берегу, и я смог разглядеть ее в кристально чистой подземной воде.
Батюшки, да она больше меня ростом. Да и весом тоже. Пасть, хоть и небольшая, но зубастая. Зубами она раз за разом хватала стальной поводок, но перекусить не сумела.
Извини, дорогая, я тебя съем.
Но для начала она чуть не съела меня. Вытащенная на берег и поначалу смирно лежавшая, она изогнулась так, что едва не вцепилась мне в ногу. Мозги у нее, похоже, соображали. Делала вид, что сил у нее не осталось, чтобы я к ней подошел поближе. Отскочить успел едва-едва.
Вернулся с копьем. Видимо, мой предшественник в пещере его и держал в основном для рыболовных целей, и я решил поступать также — проткнул хищную рыбину лезвием.
…Через час завтрак был готов. Сварился в котелке и сжарился на сковородке. Завтрак без соли, хлеба и овощного гарнира, но съел я его с удовольствием.
Но пойманной рыбины мне хватит ненадолго. Соли нет, а рыба портится быстро.
Поев я принялся думать.
Главный вопрос, который меня начал беспокоить, я сформулировал так: откуда взялись эти маленькие рыболюди? Подводных тварей они напоминали не очень: жабр я не увидел, и за время пребывания на берегу они спокойно дышали воздухом. Скорее всего, под водой они просто могут надолго задерживать дыхание.