Страна Сабай, или Таиланд вверх дном
- -
- 100%
- +
На следующий день мы мчались на арендованном мотоцикле в северный район города. Добравшись до пляжа Вонгамат, стерев чёрную пыль с лица (моя не самая любимая сторона передвижения на байке), я и Алек ожидали нового друга. Нас встретил улыбающийся Сергей. Вместе мы прошли через пост охраны, сотрудники которого, стройные тайцы, как один выпрямились и приветственно отдали честь. Этот жест вскоре очень понравится моему свёкру, который будет специально ходить туда-обратно, чтобы на секунду представить себя генералом. «Пап, ну хватит! Тебе же никуда не надо! – сказал ему как-то Алек. – Не притворяйся, что идёшь в магазин. Все уже поняли: тебя забавляет звонкий стук сапог охранников в момент, когда они резко приставляют стопу к стопе и подносят пальцы к виску, салютуя тебе. Ты уже раз пять сегодня участвовал в этом приветствии!» «Не трогай меня, я всего на неделю приехал! К тому же мне 65 лет, разберусь», – недовольно ответил папа Алека – Саныч.
Мимо фонтана по гранитной брусчатке, вдоль пальмовой аллеи, наш новый друг повёл нас вперёд, к морскому прибою и, как выяснится потом, к новой жизни. Помню странное чувство: смесь восторга, эстетического наслаждения и желания быстрее уехать в привычную среду нашего милого четырехзвездочного отеля. Перед нами стояло невысокое, но вытянутое пятиэтажное здание. Вдоль него переливался бирюзовыми оттенками длинный бассейн длиною не менее ста метров. Ступени расположенных внизу балконов спускались прямиком к воде. Они вели к желанной прохладе. «Я бы с радостью сейчас по ним спустилась, – подумала я. – Или лучше без них. Просто взять и прыгнуть с балкона». (В другом контексте прыжок с балкона звучал бы пугающе.)
На каждой из таких террас красовались одинаковые клумбы, засаженные зеленью. В бассейне не было ни души, и, скользя глазами по его прозрачной поверхности, мы увидели площадку с мягкими шезлонгами для загара и снова бассейн, на этот раз более скромных размеров. («Будто им одного гигантского пула7мало», – подумалось тогда). В нем виднелись мраморные столики и стулья для того, чтобы после приятного плавания можно было насладиться горьковатым кофе или сладким соком, не выходя из воды.
Я отметила, что водной стихии, пожалуй, дому хватает, ведь бассейн располагался у морского залива, расстояние до которого от бортика бассейна не превышало и пары метров. Кондоминиум поражал своей современностью. «Да они полпляжа заняли», – подметил Алек. Такое близкое расположение комплекса к морю впечатляло. Воображение рисовало, как после утреннего приема солнечных ванн жители комплекса ныряют в лазурный бассейн, а затем, сделав шаг, погружаются в соленые воды. И так каждый день!
«Здесь пахнет цветами, скошенной травой и солью. Я перетерплю любые уличные зловония, если буду знать, что меня ждёт такая награда в сочетании с таким видом», – подумала я в ходе экскурсии.
Сергей познакомил нас с серьезными девушками из отдела продаж и обслуживания кондоминиума «Ананья». (Необычное имя почему-то особенно нравится россиянам, видимо, из-за оригинальных ассоциаций). Улыбчивостью они не отличались, что для местного населения неестественно, быть может, даже подозрительно. Мы с тех пор прозвали их Деловыми Тайками за столь серьёзный и надменный вид.
Они нехотя повели нас на просмотр свободных квартир. Мне доставляло удовольствие наблюдать за ними. По офису Деловые Тайки ходили босиком. Выходя из помещения, они обували стоптанные, запылившиеся махровые тапки и в процессе ходьбы не стремились отрывать стопы от земли. «Не шоркай! Поднимай ноги!» – вспомнилось, как воспитывала меня мама в детстве, когда я делала так же.
Ознакомившись с предложениями по аренде апартаментов, Алек сказал, что мог бы оплатить месяц в таких условиях, особенно если пожертвовать моей бухгалтерской зарплатой. «Я знала, что где-то скрывается подвох, когда ты предложил мне эту должность», – ответила я на шутку супруга.
Наконец студия на втором этаже с видом на море стала нашей на целых 30 дней. За это время мы неустанно гоняли на мотобайке по всем закоулкам города, по вечерним рынкам и подворотням, посещали сады и скверы по пятому разу, замечая, что аллигаторы на крокодиловой ферме8 начали узнавать нас, поглядывая с подозрительным интересом. «Вид какой-то светлый у двуногих, несвежие что ли?» – читалось в их взглядах. Нам нравилось справляться с жарой, плавая в море и бассейнах, и заниматься спортом в условиях повышенной влажности (то есть приходишь в тренажёрный зал, пять минут выполняешь упражнения, становишься мокрым, как после двухчасовой аэробики в российском зале, и удовлетворенный идёшь домой). Мы при этих «нагрузках» старались соблюдать обычную офисную процедуру. (Необычной была только форма одежды. Алек, наш директор, например, носил рабочие полосатые плавательные трусы, когда выходил на связь с кабинетом своей компании. Он ходил по комнате, перед камерой, рассуждая о делах, немного смущая таким образом кассиршу. Она одна из всего коллектива так и не привыкла к этой одежде начальника.) Дела на работе шли нормально, я намекала: «Всё идёт лучше, чем, когда мы сидели часами в офисе. Может, стоит еще задержаться… Ну, и технику сабай освоим лучше, станем спокойными, добрыми и уравновешенными, как тайцы». Алек уже привык к частоте употребления волшебного слова сабай и не обращал на меня внимания.
На самом деле, в моих представлениях не существовало места на Земле более подходящего для красочной и увлекательной жизни. Странно, но мне виделись только радужные стороны тайского колорита. Ещё бы, работала я в купальном костюме, в тренажерный зал ходила на 5 минут, а рассказывала всем друзьям и близким: «Спорт и карьера так утомляют!» Признаюсь, карьера наша рухнет однажды из-за тропической удаленности, но это произойдет нескоро.
Перед отъездом на Родину снова возникла навязчивая идея о смене постоянного места жительства. Рациональностью и умением планировать наша семья никогда не отличалась, но мечтать у нас получалось. Мы стали обращать внимание на квартиры и апартаменты, выставленные на продажу, просчитывая возможность такой инвестиции. В наших мыслях небольшое жилье в королевстве могло помочь нам испытать тайский быт с культурным перевоплощением. При этом я уже представляла, как пою в тайских караоке по вечерам, пока супруг с местными приятелями смотрит поединки муай-тай по телевизору (две очень популярные привычки в Таиланде).
САБАЙНЫЙ ДНЕВНИК. РАЗГОВОРНИК
В ходе длительной экскурсии на реку Квай я спросила у гида: «Мне кажется, что водитель нашего минивэна жует последние 5 часов без остановки? Он не ел неделю? Может, его чем-нибудь угостить?» Она рассмеялась и принялась объяснять, что это национальная привычка. Впоследствии, обращая внимание на местных жителей, я убедилась в ее правоте и выучила ценное тайское словосочетание: кинь кау. С такими знаниями мы точно не пропадем в Стране улыбок.
Кинь кау (с тайского – есть, есть рис, принимать пищу) – волшебная фраза, средство для обретения состояния сабай. Важно не столько запоминать магические тайские понятия, сколько ощутить глубинный смысл их употребления, желательно иногда практиковать полученные знания.
Невозможно нормально существовать, и в Таиланде все об этом знают, если в течение дня постоянно не принимать пищу. В случае заваленного экзамена или увольнения с работы говорим своим домочадцам, что просто мало поели утром. Нас непременно поймут, придёт расслабление, а за ним и сабай не задержится.
Чтобы до конца осознать значение этого процесса для страны, нужно отметить, что до недавнего времени (менее ста лет прошло), вместо привычного «здравствуйте» при встрече тайцы говорили друг другу «ты уже поел?» Иногда это выражение используется и сегодня, чтобы узнать, как поживает собеседник. Так что начинайте применять знания скорее, и если начальник вдруг вызывает вас в свой кабинет по непонятной причине, войдя, сразу спросите: «Вы уже ели или нет?» По логике жителей Страны улыбок от ответа будет зависеть ваша судьба.
САБАЙНЫЙ ДНЕВНИК. РЕЦЕПТ КОМФОРТНОГО РАССЛАБЛЕНИЯ ОТ КОРЕННОГО ЖИТЕЛЯ
Имя: Арти. Возраст: 34 года. Пол: ж. Профессия: индивидуальный предприниматель. Место рождения: Таиланд.
Жена дорогого для нас друга Эндрю Арти посоветовала мне, как обрести сабай в любом городе мира. Рецепт прост: «После трудового дня, скажем, в офисе, справившись со всеми обязательствами, выключи компьютер и вместо того, чтобы резко вскочить с места и побежать домой, откинься назад, на спинку кресла. Закрой глаза, сделай глубокий вдох, произнося про себя звук «са», а на выдохе – «баааай». Еще раз на вдохе «са», на выдохе «бааай». Повтори несколько раз и ощути настоящее комфортное расслабление по-тайски!»
«Арти, я попробовала вчера, – поделилась я с местной приятельницей. – После рабочего дня, сидя в своем тропическом офисе на балконе, сделала точь-в-точь, как ты говорила». «И что, получилось?» – спросила она. «Наверное, не помню, я уснула на первом са-бааай…» – ответила я.
Глава 2. Город греха
Часто мы слышали вопрос «Почему из всех городов именно Паттайя?». Наших друзей и близких удивляло то, что выбрано такое странное, неоднозначное место под солнцем. Шутливый ответ «Мы учимся на курсах искусства сабай» их не устраивал, а правдивая история «Мы задержались здесь на 10 лет отчасти из-за того, что у Алека украли телефон» (об этом позже) тоже не вызывала доверия. Поэтому я решила немного описать город и найти адекватное объяснение нашему переезду. Забегая вперед, скажу, что обнаружить разумную причину не получилось, сколько ни ломала голову над этим.
Тем, кому не довелось прокатиться по шумным, тесным и ярким улочкам Паттайи, посвящается:
Порой, прогуливаясь по Бич Роуд, центральной набережной города, и смотря на море, которое не отличается прозрачностью, на спутанные провода, и на здания, не имеющие архитектурного изящества и стиля, я думаю: «Ну правда, почему сюда? Почему не милое европейское очарование или североамериканская современность, не латиноамериканский драйв или австралийская стабильность?» Затем вижу улыбающегося босого тайца, медленно зевающую, расслабленную собаку, зарывшуюся в песок, огромный малиновый круг, горящий всеми цветами ада и рая, что так предсказуемо опускается за горизонт, освещая остров Ко Лан, слышу галдёж и зазывание купить «сапалот»9, доброе «кхопхунька»10 и понимаю, что любовь как таковая к человеку, или месту, или событию не имеет причины, она необъективна и неадекватна, она просто есть (и она бывает зла).
В общем, Паттайя ещё тот город контрастов. Изначально маленькая, никому не известная рыбацкая деревушка, сегодня один из самых посещаемых курортов Юго-Восточной Азии. Этому в немалой степени поспособствовала война США с Вьетнамом. Американские солдаты, базировавшиеся в дружественном тайском королевстве, наведывались в небольшой посёлок вблизи авиабазы для отдыха и расслабления. Это спровоцировало появление в деревне многочисленных кафе, ночлежек и увеселительных заведений, а юные представительницы прекрасного пола быстро смекнули и о других потребностях молодых ребят с высоким содержанием адреналина и тестостерона. Со временем молва о развивающемся бизнесе в прибрежном районе разнеслась по всей стране, и многие жители Таиланда решили попытать удачу, перебравшись в город веселья.
Сегодня Паттайя – всё тот же центр раздолья – это правда. Немалая часть туристов прибывает сюда ради буйства ночной жизни. Стоит добавить, что благодаря нелестной популярности в город греха стали приезжать и любознательные путешественники. Их целью были туризм, культурный опыт, традиционный отдых и, в некоторой степени, наблюдение за грешниками. В связи с этим начали развиваться все направления инфраструктуры: самобытные тайские кафешки, массажные салоны, цветущие парки, туристические фермы и фабрики косметики, где по сей день можно купить чудодейственный камешек-дезодорант, за которым выстраивается длинная очередь из путешественников (наверное, только мне он кажется неэффективным)11.
Я за день испытываю всю гамму чувств к Паттайе. Иногда, вглядываясь в чрезмерную застройку и пробки, ненавижу город греха. Спустя минуту, ощутив запах плюмерии12 и выслушав захватывающее пение неприметных черных птиц майн13, люблю его. По утрам, выйдя на берег, я вижу деревянный храм Истины. Стоит он величественно и гордо, будто созерцает морские колебания. Вблизи храм – это архитектурная композиция, выполненная из дерева. Строился он кропотливым и долгим трудом. Благодаря мелкой резьбе по дереву выгравированные сказочные персонажи и крохотные орнаменты храма вызывают мурашки от восхищения тонкостью деталей. Издали он напоминает замок из мокрого песка. Детьми мы строили такие, набирая в ладонь крупинки и намочив их слегка, аккуратно создавали по капле скульптурки, похожие на острые пряничные домики.
Вечером на пирсе Бали Хай, откуда открываются ворота в грешное царство улицы Уокинг-стрит, мы вдыхаем зловония сточных вод, которые стремятся перебить запахи виски, табачного дыма, массажного масла и едкий аромат телесных желаний. А ведь только час назад я ощущала прикосновение ветра на холме Пратамнак. Мы шли в тени, мимо пробегающих спортсменов и жителей, стремящихся к здоровому образу жизни, разглядывая толстые, спутанные лианы. Поднялись на вершину холма, откуда нам открылся вид паттайской бухты с десятками корабликов, курсирующих на острова и обратно. Полчаса не прошло с момента, как я любовалась огромной статуей Золотого Будды. Он смотрит неустанно сверху вниз, на долину прегрешений и праведности в окружении других золоченых скульптур. Семья тайцев возле этого таинственного сада блестящих памятников купила небольшую клетку с маленькими птичками и символично отпустила их, даруя свободу пернатым и таким образом очищая свою карму. Теперь я стою внизу, и вокруг меня жарится мясо, а телесные утехи выставляются на продажу под звуки рока и хип-хопа.
Сегодня четко просматриваются два параллельных образа курорта. Чтобы почувствовать всю паттайскую противоречивость за сутки, можно посетить всего пару мест. Начать стоит, например, с королевского сада Нонг Нуч, а под занавес увидеть улицу разврата Уокинг-стрит.
Местный ботанический парк показывает способность тайцев заботиться о природе, живя с ней в гармонии. По-настоящему королевский размах, которому может позавидовать Версаль или Петергофский парк фонтанов. Прогуливаясь по нему, разглядывая идеальную симметрию подстриженных деревьев и клумб диковинных растений, подмечая многочисленность разновидностей орхидей и кактусов, впадаешь в состояние спокойствия и умиротворения – ощущение, к которому стремится каждый буддист и, наверняка, каждый человек. Пруды, азиатские мостики, загадочные лабиринты зелени, ароматное цветение вскружат голову, а чистота тротуаров позволит восхищаться ухоженностью сада. Королевский парк с возвышенности напоминает альбомный лист, расчерченный идеальными геометрическими линиями, только карандаши и кисти заменили кустарники и деревья. Конусы, круги, прямоугольники образуются подстриженными растениями. Невольно представляется внеземная цивилизация, создавшая это произведение невообразимым способом. Пахнет Нонг Нуч еще прекраснее, чем выглядит. Нагретые солнцем клумбы, стволы и пышные кроны источают свеже-сладковатые нотки, надушиться которыми мечтает каждый любитель парфюмерии.
В тот же день, ближе к ночи, можно побывать на альтернативной стороне города-курорта. Уокинг-стрит – обычная улица по утрам, вечером превращается в оглушающую, ослепляющую артерию, по которой течёт бушующая смесь спиртного, серотонина, никотина и возбудителей самого разного происхождения. Знаменитые «пивные бары красных фонарей» с танцующими девушками, зазывающие выпить немного и отдохнуть, располагаются по обе стороны проходной аллеи. Здесь встречаются гоу-гоу клубы (стриптиз клубы) и заведения, предлагающие посмотреть пинг-понг шоу. (Пинг-понг шоу – представление с применением мячика для настольного тенниса. «Трюки» выполняются девушками, при этом используется интимная часть женского тела. Выступление удивит любого, даже опытного гинеколога.) Тебе повсюду предлагают приобрести секс- услуги. «Сабай-сабай, давай-давай!» – кричат зазывалы на русском без акцента. Удивляют длинноногие тайки с ярким макияжем, в обтягивающих пышную грудь вечерних платьях, широко улыбающиеся белоснежными зубами. Многим они покажутся очень привлекательными и сексуальными, а кто-то отметит в них небольшую особенность, выявив некий намек на изменённую половую принадлежность.
Катои14 встречаются нередко в городе греха, и с этим связано огромное количество забавных историй людей, которые лишь утром обнаруживали нестандартность своего выбора. Как любят говорить здесь: «Всё, что произошло в Паттайе, остаётся в Паттайе». Этот город видел всякое, и у него не одно лицо. Какое из них замечаю я, пожалуй, в немалой степени зависит от меня самой.
САБАЙНЫЙ ДНЕВНИК. РЕЦЕПТ КОМФОРТНОГО РАССЛАБЛЕНИЯ ОТ КОРЕННОГО ЖИТЕЛЯ
Имя: Тонг. Возраст: 24 года. Пол: ж. Профессия: индивидуальный предприниматель. Место рождения: Таиланд.
На пляже в северной части города Паттайя мы познакомились с обаятельной девушкой Тонг. Она готовит самые вкусные и щедрые фруктовые шейки во всей округе. У берега, под навесом, располагается её «точка». Конкурентов с экзотическими смузи на пляже много, но именно к Тонг мы, иностранцы с хроническим авитаминозом, выстраиваемся в извилистую очередь. «Мне маракуйю, ананас и манго, только безо льда, пожалуйста! А мне папайю, лайм, банан и гуаву, пусть будет холодным», – слышны заказы тех счастливчиков, кто дождался своей очереди. Чтобы не страдать мучительным выбором состава будущего напитка, у нас всегда одно и то же предпочтение. «Вам, как обычно, два миксфрута15 со всем, что есть в моей корзине?» – спрашивает Тонг. «Ес16!!» – в один голос мычим мы с Алеком. Расплывшаяся в улыбке Тонг бросает в шейкер кусочки малинового драгонфрута17, темно-жёлтого манго, выдавливает пол-апельсина, нарезает банан, ананас и рыжую папайю. Перемешанное пюре она разливает по двум огромным стаканам и, взяв 120 бат вместо положенных 100, застенчиво возвращает лишнюю купюру, смущаясь, что мы не обращаем на это внимания.
Вчера было пасмурно, и туристы на пляж не вышли, предоставив мне возможность поболтать с «Королевой Фруктовых Смузи».
– Тонг, скажи, пожалуйста, когда тебе сабай?
– Хм, – задумалась она.
– Не воспринимай слишком серьёзно! Назови первое, что пришло тебе в голову.
– Мне сабай, когда я не теряю лицо, – заявила милая девушка.
– Что теряешь? Извини, не расслышала, – сказала я, догадываясь, что Тонг спутала иностранные слова.
– Лицо, – уверенно повторила она, показывая на мою физиономию.
– И где же можно его потерять?
– Как, вы ещё не знаете про «терять лицо» в Таиланде? Это общенациональная паранойя!
– Где ты так хорошо выучила английский? – уточнила я.
– Сестра моя замужем за австралийцем.
– А-а-а, ну расскажи про «лицо»?
– Лицо – это, м-м-м, как бы выразиться? Репутация, да, точно, репутация.
– Поняла.
– Мы, тайцы, очень боимся прилюдного унижения. Особенно оскорблений.
– То есть, если вы кричите или теряете самообладание, вы теряете лицо?
– Нет, наоборот. Если меня грубо обзовут или повысят голос в присутствии других людей, особенно знакомых, моё лицо испортится. Понимаешь?
– Да. Это и впрямь неловко. Ну, а если человека, агрессивно ругающегося на тебя, ты не знаешь и у него просто «не все дома»?
– Всё равно теряю лицо. Он же кричит на меня! Поэтому мы, тайцы, стараемся всегда избегать конфликтов. В целом причина в том, что мы боимся лишиться лица. Муж сестры Джон, австралийский парень, тоже не понимает, почему нас так заботит общественное мнение, особенно в случае публичного оскорбления. Вы ещё много проявлений «не потерять лицо» увидите.
– Например?
– Мы не любим признавать, что не понимаем, о чем с нами говорят иностранцы. Скажем, Джон рассказал недавно: «Вчера таксисту назвал адрес, переспросил его, понял ли он мой английский с австралийским акцентом. Он ответил: «Ес, шур18!» Затем мы блуждали час. Выяснилось: водитель кивал, но слов моих не разобрал».
– Да, мы тоже попадались на такую удочку, часто в бангкокском такси. Почему не сказать «не понимаю»? Так же проще!
– Хм, это унизительно.
– Да прям! Чего же унизительного?
– Я не могу объяснить, так сложилось. А, или вот еще пример «потери лица». Мы на прошлой неделе отмечали день рождения сестры. Наш австралийский родственник при всех указал ей, что она запачкала юбку. Сестра обиделась на него! Не разговаривала несколько дней, ведь она из-за него «потеряла лицо»!
– Лучше было ему не обращать внимания? Делать вид, что не видит?
– Конечно!
– Буду знать: не ругаться, улыбаться и ни в коем случае не говорить девушке, что у неё на зубах помада? Так?
– Если не хочешь, чтобы местный житель затаил на тебя злобу, да, именно так! Вежливость, компромиссы и улыбка – это основа хороших взаимоотношений. Иностранцы часто не осознают тему «лица», потому тайцы на них и обижаются.
– Возможно, не только тайцам не нравится грубое обращение, и когда делаешь замечание…
– Возможно. Мне пора, а то ещё минута, и женщина, ожидающая своей очереди, начнёт нервничать и выскажет мне, вот я лицо и потеряю! – шёпотом сказала Тонг, указывая на сердитую мадам с обгоревшим на солнце носом.
– До завтра, спасибо ещё раз!
Глава 3. Как мы стали жителями королевства
3.1. С третьей попытки
Настало время нашего очередного приезда в Страну улыбок. Он же оказался и решающим. Арендовать апартаменты в кондоминиуме не составило труда, и всё было организовано заранее. Моя самоуверенность от наивного ощущения осведомлённости в области местной жизни и культуры на тот момент сильно выросла, ведь я уже могла сказать по-тайски «здравствуйте», «как ваши дела», «сколько стоит», «а куда вы идете», но самое главное – «не остро, пожалуйста», «полегче, пожалуйста (на массаже)» и «нет, пинг-понг шоу не надо».
Поселившись в известном месте и арендовав мотобайк, мы занялись исследованием рынка недвижимости, целью которого было приобретение недорогой, но умопомрачительной квартиры у Сиамского залива. Объездив многочисленные дома и агентства, нам показалось, что комплекс с экзотическим названием Ананья – самый небольшой, уютный и современный кондо19. Он к тому же располагал великолепными бассейнами, видами и благовониями, которые на контрасте с другими уличными духа́ми так радовали обоняние.
Тем более в нашем с супругом российском окружении слова «дом/отель на первой линии» имели чарующий подтекст и означали примерно то же самое, что и «красный диплом», «первенство в мировом забеге» или «почетное место в рейтинге журнала Forbes». Другими словами, есть, чем гордиться.
Мы мечтали о таком жилье. Тайцы желают в таких случаях удачи и всех благ, говоря: «Чтобы вы, как мышь, упали в корзину с очищенным рисом».
На пути к нашему успешному падению в зерновую культуру была только одна маленькая сложность – стоимость корзины. Апартаменты здесь обходились в среднем от 300 000 до 1 000 000 долларов. «Да уж… Вот тебе и недорогая страна. Такую покупку мы, конечно же, не можем себе позволить», – сказал Алек. Сумма для нас была неподъёмной, учитывая то, что предпринимательская деятельность мужа только начинала набирать обороты, а моя бухгалтерская заработная плата ситуацию не спасала, тем более выплачивалась она из бюджета Алека. В итоге мы сдались, утешая себя тем, что:
а) кое-как попрактиковали английскую речь и язык жестов;
б) весело провели время на презентациях и экскурсиях по объектам недвижимости;
в) по пути в одно агентство даже заехали на экскурсию на фабрику мёда, где производился натуральный продукт. (В доказательство нас даже провели на задний двор и показали трёх живых пчел. «Они производят весь этот мёд?» – спросила я у продавца-консультанта, видя сотни баночек с золотистым сладким продуктом на прилавках. «Естественно!» – ответил таец – сотрудник фермы.)
Оставалась неделя до отъезда домой, когда произошел неприятный случай. Не такой неприятный, как накануне вечером, когда Алек, приехав на рыбный рынок, шагнул, не глядя, в лужу с помоями, но все же. Утром, поплавав в бассейне, супруг не нашёл свой мобильный телефон, который оставил на шезлонге у воды.
В кондоминиуме мы уже познакомились со всеми жильцами, обслуживающим персоналом и отдыхающими, не расстающимися со своими резиновыми кругами в форме единорога или розового фламинго. (Почему эти аксессуары так популярны здесь среди отдыхающих, не знаю.) «Не думаю, что кто-то из постояльцев или сотрудников мог взять телефон…» – размышляла я. К тому же пропажа произошла рано утром, вокруг еще никто не проснулся и не вышел на работу. Мистические предположения по поводу исчезновения мы сразу откинули ввиду трезвости рассудка, ведь накануне вечером из напитков принимался разве что сок из глаза дракона. (Глаз дракона, драгонфрут или питайя – плод кактуса, популярный фрукт Юго-Восточной Азии – примеч. автора). Телефон со всеми контактами и переписками был очень важным инструментом для коммерческой деятельности Алека.