Комбат. Механик для легионера
- -
- 100%
- +
– Вот все и в сборе! Можете знакомиться. Вы же мои дети, семеро сыновей и одна дочка.
Пятеро внебрачных отпрысков уже знали об этом, а вот для троицы, сидевшей вместе и напряженно переговаривающейся, слова отца стали неприятным сюрпризом.
Старший, Михаил, брезгливо поморщился, словно говоря: «Ну, папаша, ты еще тот кобель».
– Белоснежка и семь гномов! – нервно хихикнул Владимир.
– Знатное прибавление семейства, – в тон ему добавил Олег.
Знакомиться они явно не жаждали. Впрочем, и остальные не спешили распахнуть объятия новым родственникам. Они выжидали. Их встречу устроил Драгун, пусть он и делает следующий шаг. Возможно, он задумал что-то из ряда вон выходящее.
И бизнесмен оправдал их ожидания. Взяв небольшую паузу, позволившую восстановить силы, он медленно заговорил:
– Убедившись в том, что у меня, кроме троих законных наследников, есть еще пятеро детей, я задумался. Ведь любому отцу не хочется, чтобы его дети промотали оставленное им состояние.
При этих словах Михаил, Олег и Владимир нервно заерзали на своих местах.
– Каждый отец желает, чтобы его дети продолжили начатое им дело, умножили нажитый им капитал, – как-то робко, почти извиняясь, взглянул на них Драгун. – Поэтому я решил устроить для всех вас испытание. Мое наследство разделено на восемь равных частей. Соответственно написано восемь завещаний. Эти завещания спрятаны в разных уголках земного шара. Одни рядом, другие чуть ли не на краю света. Есть четкие указания, как их найти. Для этого требуются лишь желание, настойчивость и некоторая сообразительность – по сути то же, что и для ведения бизнеса. Да, и еще немножко удачи, ведь без удачи даже человек семи пядей во лбу не сумеет заработать двухсот миллионов долларов. Именно эта сумма стоит на кону. Разделите ее на восемь – получится двадцать пять миллионов. Одна маленькая подсказка. Возможно, кому-то задание покажется слишком легким. Не торопитесь с выводами. Зачастую под безобидной на вид зеленой травой лежит смертельно опасная трясина. И последнее. Возможно, кто-то захочет отказаться от испытания. Воля ваша, это дело сугубо добровольное. Доли отказников, как и доли неудачников, будут поделены между теми, кто выдержит испытание. Кто-то хочет выйти из игры?
В комнате наступила тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием больного.
– Очень хорошо! Если все согласны, мы начинаем. – Драгун сделал едва заметное движение, и тут же дверь комнаты распахнулась.
Мужчина в черном костюме и белых перчатках ввез столик, на котором стояла прозрачная чаша. В чаше лежали шары. Все действо стало напоминать жеребьевку одного из футбольных кубковых турниров. Мужчина перемешал шары, а Драгун предложил:
– Давайте, кто смелый!
– Надо пропустить вперед даму, если она не возражает, – сказал один из парней.
– Джентльменское предложение, – согласился Драгун и посмотрел на Светлану: – Вы не против?
– Нет, – девушка подошла к чаше и достала шар.
– Вы откройте! Можете не читать вслух, а шепнуть на ушко моему дворецкому, чтобы он дал вам карту. Но есть такой момент. Разрешен обмен маршрутами, если стороны договорятся между собой. Удачные сделки – одна из важнейших сторон бизнеса.
– Читинская область, – открыв шар, прочитала Светлана.
За ней потянулись остальные претенденты. Все, как и девушка, открывали шары и зачитывали, где им предстоит вести поиск завещания. Но сделка произошла лишь одна. Услышав об архипелаге Чагос, Владимир-младший обратился к вытащившему его парню:
– У тебя как с дайвингом?
– Никак?
– На архипелаге он может очень пригодиться. Давай махнемся на мою Индию.
– Я сначала на карту взгляну, – рассудительно ответил молодой человек, вызвав одобрительный взгляд Драгуна.
Карта показала, что и в самом деле события будут происходить среди небольших островков. Обмен состоялся. Теперь каждый из наследников держал свое счастье в собственных руках.
– Если у вас есть вопросы, задавайте. Но прежде должен заметить одну вещь, – снова заговорил Драгун. – Как вы понимаете, мы не могли заранее знать, кому какое завещание достанется. Поэтому там не указано конкретное имя, и на вашем месте я бы не стал брать с собой попутчиков, за исключением тех людей, которым вы доверяете, как самим себе. Только боюсь, в наше время это уже даже не эксклюзивное, а вымирающее явление.
– Интересное кино получается! А если до меня мое завещание случайно найдет другой человек! – возмутился Михаил.
– Вероятность такого развития событий ничтожна, но она тоже учтена. Человек, случайно нашедший завещание, просто не сообразит, что с ним делать. Для него это будет бесполезная бумажка.
– Пусть так. Однако наследнику, который придет после него, от этого не легче.
– Значит, такая его судьба, – пожал плечами Драгун. – Я уже говорил, что везение в этом предприятии играет не последнюю роль.
– Когда нам можно отправляться? – спросила Светлана.
– Хоть сейчас. Вы должны вернуться с завещанием в течение полугода со дня моей смерти. Если найдете и опоздаете, решать будут те, кто успел вовремя. Сомневаюсь, что они проявят снисхождение к опоздавшему, – по лицу бизнесмена скользнула слабая улыбка.
– Почему бы и нет, если он того заслуживает, – возразила девушка.
Драгун с интересом посмотрел на нее, и тут его озарило. Надо сказать, что до этого момента – хоть убей – Владимир Иванович не мог вспомнить, при каких обстоятельствах он познакомился с матерью Светланы и вообще как развивался их роман. Теперь же он удивился, почему на него нашло полное затмение, оправдывая это лишь тяжелой болезнью.
Было это двадцать с небольшим лет тому назад. Они с приятелем заскочили в магазин. Да, тогда еще были магазины, а не супер-, гипер- и прочие маркеты. Взяли, кажется, бутылку коньяка, икру, еще что-то. А вот по какому поводу решили выпить? То ли сделку отмечали, то ли случайную встречу. Но это неважно. Стали они в кассу и – Драгун тоже не помнил, по какому поводу, – его друг упомянул о Барбадосе.
– Барбадос? А это где?
– В Африке, где же еще! – ответил приятель.
И тут за их спинами раздался короткий тихий смех.
– Ты че хихичешь, курица! – мгновенно отреагировал приятель.
Драгун повернулся и увидел молодую симпатичную женщину, лицо которой залилось краской от незаслуженного оскорбления.
– Барбадос находится в Карибском море, в нескольких сотнях километров от Венесуэлы. Это Америка, – все же нашла она в себе силы возразить.
– Ты че! Где Барбадос, а где Америка. Это Африка! – продолжал настаивать приятель.
– Хорошо, пусть будет Африка. Бесполезно что-то доказывать ограниченным людям, – пустила женщина ответную шпильку.
– Ну да, я вижу, что ты умная. Твои шмотки вместе стоят меньше, чем мой галстук. Сейчас все умные так ходят, – ухмыльнулся приятель.
Драгун, любивший докапываться до истины, что тоже способствовало его коммерческим успехам, прекратил назревавший скандал, решительно отодвинув приятеля, и спросил у женщины:
– Тогда, быть может, вы скажете, где находится Титикака?
Совсем недавно Драгун случайно услышал это название в какой-то познавательной передаче и хорошо запомнил благодаря его забавному звучанию. Он тогда еще сострил на этот счет: «Титикака, тити кака, значит, плохая грудь».
– Это озеро, расположено на границе Перу и Боливии, – сразу ответила женщина.
Драгун таких подробностей не знал, из передачи он запомнил, что Титикака действительно озеро и находится в Южной Америке. Ответ незнакомки был исчерпывающе точен, значит, насчет Барбадоса она тоже не соврала. Но гораздо больше Драгуна заинтересовала сама женщина. Тем более имелся какой-никакой предлог для знакомства. Женщина набрала полную корзину разных дешевых продуктов.
– Заплати и сделай вид, будто не знаешь меня, – шепнул Владимир Иванович на ухо приятелю. Я потом рассчитаюсь.
– О чем речь! – начал было тот, но Драгун уже отошел в сторону.
Он инстинктивно почувствовал, что нельзя демонстрировать женщине свою машину, этим он только оттолкнет ее от себя, и вызвался помочь донести тяжелую сумку, когда незнакомка перегрузила продукты из корзинки. Не сразу, но предложение было принято.
Владимир Иванович, если хотел, умел завоевывать расположение женщин. Он довел незнакомку до дома, сумев по пути выяснить самое главное. Женщина была разведена и бездетна. После настойчивых уговоров она согласилась поужинать с Драгуном в кафе. Тут Владимир Иванович снова решил, что не стоит смущать ее ресторанной роскошью.
Их отношения развивались неспешно. Драгун успел побывать с новой знакомой в музее и на выставке, прежде чем оказался у нее дома. У романов мужчины и женщины очень похожие сценарии. Поначалу мужчина прилагает все силы, чтобы добиться близости, а потом уже женщина старается его удержать. Получив свое, Драгун перестал прикидываться бедным родственником. Следующая встреча проходила у него дома, и женщина поняла, что ее любовник явно поскромничал, говоря, будто имеет свой маленький бизнес. Но у женщины оказался твердый характер и неистребимое желание сохранять независимость. Единственная попытка Владимира Ивановича вручить ей дорогой подарок была отвергнута так решительно, что Драгун после этого случая ограничивался цветами. Возможно, женщина, не желая зависеть от богатого любовника, втайне надеялась сделать его своим мужем. Но эту догадку бизнесмен не мог проверить, так как жениться не собирался, а любовница на это ни разу не намекнула. Наверное, ожидала инициативы с его стороны. Не дождалась. Владимира Ивановича более чем устраивало сложившееся положение вещей. В квартире наводила порядок домработница, а в постели его ублажала красивая и страстная женщина.
Так продолжалось шесть или семь месяцев. Драгун, по своему обыкновению, не предохранялся, строго дав понять, что появление наследников в его ближайшие планы не входит. Но женщина рассудила иначе. В один прекрасный момент она заявила, что беременна. Из обходительного любовника Владимир Иванович тут же превратился в озлобленного мужика. Довольно желчно он заявил, что если подруга надеется таким образом подвести его под монастырь, то есть брачный венец, то зря губу раскатала. Он несколько иначе распланировал свою жизнь и никому не позволит ее менять. Лучше любовнице немедленно сделать аборт, это для нее будет самый безболезненный выход. Если же она собирается шантажировать его будущим ребенком, то горько об этом пожалеет. У него достаточно возможностей, чтобы ее примерно наказать!
– Вот ты как заговорил! – тяжело вздохнула женщина. – Только я уже догадалась, что не гожусь тебе в жены. Ну и ладно. Вон сколько по стране матерей-одиночек. Одной больше, одной меньше. Расслабься, Вова, ты никогда не услышишь о нашем существовании. Я уже все рассчитала, мы и вдвоем сумеем прожить, никто не будет тебя шантажировать. Хотя… Если ты будешь настаивать на аборте, я очень постараюсь родить, а потом добьюсь через суд признания твоего отцовства. Ты меня понял?
– Ой, напугала! – ухмыльнулся Драгун.
Он хотел сказать, что в меняющейся стране определяющей и направляющей силой стали не коммунисты, а деньги и, если ему очень захочется, отцом будущего ребенка скорее признают снежного человека, а не его, но посмотрел в лицо женщины и осекся. Разве можно угрожать такой самоотверженной красавице?
– Я не буду настаивать на аборте, – пообещал бизнесмен.
Но к угрозе ему все же пришлось прибегнуть. Это случилось, когда родилась дочь, а женщина категорически отказалась брать деньги. Тогда Драгун послал Графа, и тот все уладил.
Глава 5
Борис Мазуркевич торжествующе поглядывал на остальных наследников. Еще бы! Ему выпал заветный шар, внутри которого пряталась надпись с единственным словом «Москва». Это вам не Африка или архипелаг Чагос, тут все под боком. Он быстро выполнит задание и станет первым наследником! Эх, жаль, что не единственным. Ну почему старик раскинул свои бабки среди всех восьмерых?! Он же столько распинался про удачу! Мог бы завещать деньги одному, тому, кто опередит остальных. Тогда бы уж Мазуркевич разгулялся! Хотя и двадцать пять зеленых лимонов – сумма для Бориса запредельная! Он живо представил, как станет ее тратить. Сначала возьмет крутейшую тачку. Хотя нет, хорош обладатель «феррари» или «майбаха», живущий в хрущобе! Надо купить приличную квартиру примерно так за миллион баксов. Дружки, как ее увидят, лопнут от зависти! И Анжелка перестанет крутить носом, мигом прыгнет в его постель.
Впрочем, на фига ему при таких бабках Анжелка? Тоже, нашел королеву красоты. В Москве полно других, куда более симпатичных девушек. Просто Борис опасался к ним подходить, редко имея в кошельке больше нескольких тысяч рублей. Но сейчас все будет иначе. Современные бабы падки на зеленые бумажки. Стоит развернуть баксы веером и махнуть ими перед какой смазливой мордашкой, и та с радостью исполнит любое твое желание. Сначала повыкобенивается для порядка, но потом и юбку задерет, и трусики скинет. Можно жить! Зашиваться в кабаки, куда раньше Мазуркевича даже на порог не пускали, ходить на тусовки, где собираются всякие известные личности типа актеров и звезд попсы.
Че еще? Ах да, мать хотела ремонт в квартире сделать, деньги пыталась копить. Зачем ей ремонт! Он ей купит новую квартиру. Или нет, мать уже привыкла к их полуторке, глупо куда-то переезжать. Еще выкидывать на ветер кругленькую сумму! Обойдется ремонтом. Есть более насущные вещи.
До сих пор Борису крупно повезло лишь однажды. Ему удалось закосить от армии. То есть его закосили. У матери есть давний любовник, доктор-женатик! Уже лет десять они изредка встречаются. Мать, наслушавшись страшилок о современной российской армии, решила уберечь сына от этой беды. Уговорила своего доктора, подослала к нему Бориса.
Мазуркевича больше всего потряс вид последователя Эскулапа. Сидит такой старый хрен с лысиной на всю тыковку и мешками под глазами. Борис едва сдержал смех, представив, как этот лысый мерин лежит голый в постели рядом с его матерью. Впрочем, смех тут же сменился тоской. Мазуркевичу вспомнилась тетка Лиза, внешность которой была под стать внешности доктора. А ведь тетка Лиза – ровесница его матери. Просто мать всегда рядом с Борисом, и он не замечает, как она постарела!
Врач приказал Мазуркевичу раздеться, тщательно осмотрел. Как потом выяснилось, он искал признаки болезни, на которую мог бы сослаться, если бы Бориса отправили на новое обследование.
Нашел или не нашел – это осталось для Мазуркевича тайной за семью печатями. Другие врачи его не осматривали, целиком положившись на компетентность коллеги. Оставшись на воле, Борис начал думать, как бы зашибить деньжат. Не заработать, а именно зашибить, срубить влегкую. Сначала он попытался подняться на сетевых азартных играх. Мазуркевич завел электронный кошелек, положил туда небольшую сумму.
Имей Борис склонность к игровой зависимости, он бы пропал – окончательно и бесповоротно. Но Мазуркевича куда больше манили другие радости жизни. Убедившись, что в Сети куда легче растерять собственные деньги, чем урвать чужие, он навсегда потерял интерес к азартным играм.
Следующий проект навеяли некоторые телепрограммы и то, что один из знакомых Бориса подвизался в рекламной студии. Мазуркевич вообразил себя натурой творческой и попытался сочинять слоганы к роликам, снимаемым по заказам региональных телеканалов. Там в основном рекламировали товары региональных же производителей, соответственно платили скромно, зато и конкуренция была значительно ниже. Стартовал он успешно, придумав целую идею ролика. В нем на фоне яркого солнца и потных лиц возникала довольная физиономия юноши, поглощающего мороженое, и за кадром раздавался дикторский текст: «Не парься, возьми “Медею”». Текст слегка отдавал плагиатом, но обошлось. Заказчику, назвавшему свое мороженое в честь убийцы брата и сыновей, мысли о плагиате не пришли в голову.
Затем дела Мазуркевича пошли хуже. В слогане, посвященном новой модели веялки, – «Мы пустим вас по ветру» – Борис имел в виду семена, но так и не смог объяснить это директору студии. А попытка выдать ущукинские ватники за предмет черной зависти Гуччи и Армани едва не закончилась мордобоем. Ущукинские заказчики не знали никаких Гуччи с Армани и решили, что над ними издеваются.
С треском же выгнали Мазуркевича после того, как он сам допустил ляп. Не следовало лениться и принимать заказ по телефону, надо было приехать в студию. Тем более им в кои-то веки достался заказ от импортера, который решил двинуть на российский рынок изысканные конфеты «Кон-ви-кон». А Борис ослышался и принес на суд директора такой шедевр: «Комбикорм наш – просто диво, ему будет рада всякая скотина». На его беду, в кабинете оказался заказчик, который, услышав такой перл о его лакомстве, немедленно разорвал всякие отношения с рекламщиками.
Очухавшись после увольнения, Мазуркевич попытался пройти кастинг в одной из региональных телестудий, с которой он контактировал. Там решили запустить проект «С удочкой, веслом и поварешкой». Несколько пар собирались забросить на берег сибирской реки, дав каждой надувную лодку, удочку и набор железной посуды. Ту пару, которая сумеет лучше остальных приспособиться к «первобытным» условиям, ждал солидный по провинциальным меркам приз в пятьсот тысяч рублей. Мазуркевич подумал, что и ему эти деньги не помешали бы. Но Борис завалил кастинг. Он никогда раньше не пользовался надувной лодкой и проиграл большинству конкурентов.
С горя Мазуркевич задумался о выгодной женитьбе. Все равно зараза Анжелка его игнорирует, а остальные девушки из окружения молодого человека были как на подбор неказисты и кривоноги. Если уж водиться с дурнушкой, так богатенькой. Борис легко посчитал. В Москве как минимум тридцать тысяч состоятельных мужчин в возрасте от сорока пяти и старше. У половины из них точно есть дочери, в том числе дурнушки. Хотя бы тысячи две. При таком раскладе достаточно велики шансы на удачную охоту. Тем более Интернет под рукой. В этой виртуальной выгребной яме человечества есть все: точная информация, сплетни, откровенная ложь. Надо только безошибочно отделить зерно от плевел.
Улов оказался гораздо беднее, чем рассчитывал Мазуркевич. Он сумел найти лишь троих незамужних состоятельных дурнушек. Одна сразу же отпала: вокруг нее увивался высокий симпатичный парень. За километр видно, что альфонс! Борису с ним конкурировать, что бульдогу гоняться наперегонки с борзой. Он переключился на вторую, осторожно выследил и застал с подружкой в демократической кафешке. Подружка была еще та – коротко стриженная, коренастая, с грубым, словно высеченным каменным топором, лицом.
«Они, наверное, собираются ехать на конкурс уродин», – подумал Борис, взявшись за спинку стула, и спросил:
– Девушки, у вас свободно?
– Отвали, козел! – сказала коренастая почти басом.
– Вы очень добры, – нашелся Мазуркевич, отодвигая стул.
– Я не шучу. У меня, между прочим, черный пояс по джиу-джитсу, – заявила коротко стриженная и погладила руку богачки. – Милая, если хочешь, я отметелю этого наглеца.
– Зато наглец не хочет! – Борис торопливо ретировался, потеряв всякий интерес к цели номер два.
Она – лесбиянка, подбивать к ней клинья практически бесполезно. А то он бы иначе говорил с ее подругой. Видал Борис таких владелиц черных поясов. Его дружок, слегка хулиганистый типчик, как-то отделал опытную каратистку. Правда, и сам пострадал, но был он почти на голову ниже Бориса, который, как и большинство детей Драгуна, пошел в отца. Поэтому обладательнице черного пояса пришлось бы туго в схватке с Мазуркевичем.
Вот только у Бориса при всей его беспринципности некоторые принципы все же имелись. Драку с женщиной он считал самым последним для мужчины делом. Конечно, личные интересы превыше всего, но глупо нарушать свои принципы, если это ничего не даст. Борис ретировался, думая, что у него остался последний шанс. А на следующий день к нему подошел незнакомый мужчина и предложил сдать тест для установления отцовства.
Глава 6
Шел двенадцатый час ночи. В уютной комнате между двумя креслами стоял маленький столик с бутылкой виски, вазочкой с маслинами и тарелками с холодными закусками. В креслах сидели Драгун и Граф. Бизнесмен держал в руке бокал, на треть заполненный виски. Кто-то подсказал ему типично русский рецепт спасения от бессонницы, одного из бичей онкологических больных. Если принять на грудь солидную дозу, то можно отключиться и проспать до утра. А что такое похмелье на фоне мучений от опухоли? Ерунда, плюнуть и растереть! До встречи с детьми Владимир Иванович от этого рецепта воздерживался, а теперь решил попробовать. Верный Граф согласился составить ему компанию, только пил рюмками, а не бокалами и хорошо закусывал. Драгун же ограничивался маслинами. Торопливо их разжевав, он заговорил:
– Подлая штука онкология! Другие болезни заранее дают о себе знать. Если сердце, то начинается одышка, боли в грудине, головокружение. Когда почки, чувствуешь колики. А рак втихаря берет тебя за горло, и, когда опоминаешься, уже поздно!
– Извините, Владимир Иванович, но, если бы вы своевременно обратились к врачу, дело могло обернуться иначе, – бесцеремонно напомнил Граф.
– Чепуха! Я тебе могу привести целый список западных знаменитостей, умерших от рака! У них доктора похлеще моего были, а все равно упустили. Или мне надо было ежедневно обследование проходить? Да, если бы знал, то проходил бы ежедневно. Но я же человек, и мне присуща типичная для нашего рода легкомысленность. Сам знаешь, я по макушку погрузился в дела, это стало для меня настоящим наркотиком. Бизнес – бизнес, семьдесят часов в неделю бизнес. А еще хотелось с женой пообщаться, мир увидеть. Когда тут найти время для врача?
– Увидеть мир скорее хотела Вероника, – уточнил Граф.
– Ты насчет Вероники молчи! Еще скажешь, что она виновата в моей болезни. Я тоже мечтал посмотреть все чудеса света. Только свет очень велик, а жизнь человеческая так коротка! Вот нашим предкам легче было. Жили с рождения до смерти в одной деревне и не знали о существовании Парижа и Великой Китайской стены. А меньше знаешь – крепче спишь.
– Я думаю, они мечтали вырваться в соседний городишко с десятью тысячью жителей и вонючими сточными канавами вместо подземной канализации.
– На все у тебя готов ответ, – качнул головой Драгун. – Ты же сейчас не служишь. Сейчас тот редкий случай, когда подчиненный может по-дружески болтать со своим начальником, и ничегошеньки ему за это не будет.
– Мрачный юмор.
– Не стесняйся Граф, называй вещи своими именами. Это черный юмор или юмор покойника! А что мне еще остается делать? Лучше вот так шутить, чем погрузиться в депрессию. А помнишь, как ты у меня впервые появился? – неожиданно спросил Драгун.
– Еще бы, такие вещи запоминаются на всю жизнь! Мне ведь тогда казалось, что все кончено. Пришел я, молодой и амбициозный, на государеву службу, думал, что с моими-то талантами всех наших врагов изведу. И вроде прилично начал, мне на год раньше положенного кинули новую звездочку на погоны, но тут все и завертелось. Стали нас резать, словно торт: «Этот кусочек тебе, этот мне, а этот вообще можно выкинуть за ненадобностью». В моем отделе подобралась теплая компания, они уже много лет вместе работали. И когда стал вопрос о сокращении, меня первого вышвырнули за порог, словно нашкодившего котенка. Я точно знал, что не пропаду, в то лихое время были очень востребованы люди с моей квалификацией. Только очень не хотелось становиться откровенным бандитом. Мне очень повезло, что мы с вами встретились.
– Если говорить начистоту, то и у меня тебе приходилось выполнять грязную работу.
– Согласен, но до ликвидаций дело не доходило, и мне очень нравилось разрабатывать хитрые комбинации, порой доводившие ваших конкурентов до разорения.
– Один Сиваков чего стоит! – Драгун улыбнулся, что было равнозначно громовому хохоту здорового человека.
– Я вот думаю, стоило ли давать такие опасные задания некоторым вашим наследникам, – резко сменил тему Граф.
Бизнесмен ответил не сразу. Он сделал большой глоток из бокала и закинул в рот очередную партию маслин:
– Стоило! Помнишь мои слова насчет удачи? Кому-то она улыбнется, от кого-то отвернется навсегда. А если человек минует заготовленную ему ловушку, он покажет себя моим достойным наследником.
– Наверное, вы правы. Но девушку жалко. Я немного с ней пообщался, у нее с вами есть много общего. Чувствуется настоящий характер. Ей стоило дать отдельное задание. Она же не виновата, что родилась бабой! Если мужики облажаются, то пусть обижаются на самих себя, что слабы духом и не научились преодолевать трудности, а ей кого винить?
– Ты прав, Граф, но ты ошибаешься! Я изначально не собирался различать полов, мне нужны просто достойные наследники. И то, что Светлана девушка, – ее проблемы.
– Тогда давайте мы с ней немного поработаем. Подучим самообороне, владению оружием, поведению в экстремальных ситуациях.