Комбат. Русский контракт
- -
- 100%
- +
Учитывая развернувшиеся в стране события, мог спасти телевизор, но он показывал только одну программу, да и то с помехами. К тому же местное начальство, страхуясь и перестраховываясь, отключало трансляции самых острых передач. Мол, неизвестно, как жизнь повернется. Если к власти вернется прежнее начальство, оно за все спросит. Обязательно спросит. И надо заранее готовить положительный ответ.
В такой ситуации и не без уговоров хозяйки дома Олег однажды отважился сходить на местные танцы. Они после институтских вечеров произвели на молодого человека удручающее впечатление. Маленькое убогое помещение наводило на мысль, что здесь когда-то находились барские конюшни. Новые хозяева сломали стойла, частично убрали навоз, поставили вдоль стен стулья и вынесли солому. Но не всю, поскольку она регулярно оказывалась под ногами. Музыка, хрипло пробивающаяся сквозь обшарпанные динамики, сразу отбила у Надеждина всякое желание танцевать. Ну не любил он официальную советскую эстраду, как не любит нормальный здоровый человек диетическое больничное питание.
Олег попытался ускользнуть, но был тут же задержан розовощекой девушкой лет двадцати. Вообще появление учителя вызвало фурор среди женской части танцующих. Эта часть явно преобладала. В зале находилось около тридцати молодых женщин и десяток подвыпивших ребят.
Танцы проходили довольно странно. В помещение регулярно влетали малолетние пацаны, среди которых Олег признал нескольких своих учеников. Они с визгом гонялись друг за другом, не всегда удачно лавируя между танцующими. Один парнишка едва не влетел со всей дури в партнершу Надеждина. Только в последний момент учитель успел его перехватить.
Потом ввалилась компания пьяных мужиков. Бедолаги замерзли на улице и захотели согреться не только изнутри, но и снаружи. Заодно они решили продолжить мероприятие в более цивилизованной обстановке. Мужики расположились в углу, достали выпивку и немудреную закуску. Произведя дозаправку, они активно вовлеклись в общее веселье, продемонстрировав местный вариант караоке. Выглядело это так. Под рвущийся из динамика хит «Музыка на-а-а-с связала» мужики принялись громко выкрикивать набор нечленораздельных звуков:
– Эй-гоп-эх-ух-ах-уф-эй-гоп.
При этом один из них, в тяжелых кирзовых сапогах, взялся танцевать вприсядку, но после нескольких коленец потерял равновесие и бухнулся под ноги танцующим.
– Вы че тут, е-мое, путаетесь! – возмутился он, лежа на полу.
Но в целом мужики вели себя спокойно. А вот молодые ребята постоянно бросали на Олега косые взгляды, а один, проходя мимо, зло процедил:
– Тебе повезло, учитель. Кладбище рядом, далеко нести не придется.
Одна из девушек, услышав эти слова, иронично усмехнулась.
«Чего тут смешного? – хотел сказать Надеждин. – Школа вот-вот лишится единственного учителя физики, а этой местной Дульцинее хихоньки да хахоньки».
Словно прочитав его мысли, девушка пояснила:
– Им теперь только остается языками трепать. А тронуть тебя они побоятся, иначе Васильич их живо в Гнилушки сошлет.
Кто такой Васильич, Надеждин знал. Председатель местного колхоза, мужик суровый и скорый в исполнении обещанного наказания. Но что за таинственные Гнилушки? Может быть, какая-то местная исправительная колония? Но как можно туда сослать без суда и следствия?
Вскоре все прояснилось. Гнилушками назывался участок поля рядом с болотом. Место малоприятное, там даже в самые жаркие дни намертво застревала любая техника. А каждый местный житель держал скотину, для ее прокорма колхоз выделял участки, где люди косили на зиму траву. Провинившихся Васильич отправлял в Гнилушки. А там ни косилка не пройдет, ни трактор. Приходилось вручную косить траву и на своем горбу вытаскивать из гиблого места. Тут даже пьяный десять раз подумает, прежде чем разгневать всесильного председателя.
А что касается Олега, то уже был прецедент. Несколько лет назад пацаны отметелили молодого учителя математики. После чего Васильич сурово заявил:
– Друг другу хоть все зубы повыбивайте. Но если кто тронет учителя, до конца жизни будет сидеть в Гнилушках.
Девушка оказалась права. Местные пацаны еще не раз угрожали Надеждину, но до рукоприкладства дело так и не дошло, хотя Олег завел небольшую интрижку с одной из деревенских красоток. Ведь больше нечем было заниматься. Они встречались до конца учебного года, а в июне Надеждина совершенно неожиданно вызвали в районо:
– Держите, – полная женщина средних лет протянула Олегу какую-то бумагу.
– Что это? – удивленно спросил Надеждин.
Женщина резко изменилась в лице и зло посмотрела на молодого человека:
– Дурачком прикидываешься, будто не знаешь. Все вы, городские, только и думаете, чтобы сбежать отсюда. А кто наших детей грамоте обучит? Сейчас в некоторых школах люди работают на три ставки, один учитель преподает математику, русский язык и физкультуру. А что дальше будет? Вообще отменить в деревне среднее образование или возить детей в городские школы? Так ведь не навозишься!
– Да я в самом деле не знаю, что за бумага! – воскликнул Олег.
Женщина посмотрела ему в глаза и смущенно улыбнулась:
– Тогда извини. Но каким ветром тебя занесло в деревенскую школу, если ты такая важная птица?
– Я? Ну что вы! Я – обычный человек без связей и влиятельных родственников.
– Странно. Обычно такие бумаги шлют только очень нужным людям. Или выбивают по большому блату. Да ты возьми почитай.
Первым делом в глаза Олегу бросились внушительные печати одного из министерств. Дальше шел текст, из содержания которого толком понять можно было только одно: Надеждина срочно вызывают в Москву.
Несколько жарких поцелуев, дежурное обещание непременно встретиться снова, торопливое прощание с хозяйкой, и Олег (гулять так гулять) решил лететь самолетом, а не тащиться в поезде. Дома ему объяснили причины столь внезапной перемены судьбы. Отставание страны в производстве качественной бытовой техники давно стало притчей во языцех. Новое руководство государства задумало разобраться с этой бедой. В частности, было принято решение о создании современного музыкального центра. В состав научно-технического коллектива привлекли одного из сокурсников Олега. Он и вспомнил о Надеждине, у которого имелось одно достоинство, важное для разработки такого рода техники, – Олег обладал абсолютным слухом. Хватило короткого разговора с начальником проекта, чтобы молодой специалист был немедленно отозван в Москву.
* * *В ресторане за угловым столиком, откуда открывался отличный обзор всего зала, в гордом одиночестве сидела эффектная блондинка. На все попытки составить ей компанию красотка отвечала стандартной фразой:
– Ко мне должны подойти знакомые.
Поскольку ресторан был заполнен едва ли наполовину, женщине легко удавалось отвадить непрошеных гостей.
Перед блондинкой стоял бокал «Мартини» и крабовый салат. Она лениво ковырялась вилкой в деликатесе и временами отпивала маленький глоток. При этом женщина окидывала пристальным взглядом каждого входящего в ресторан человека, после чего на ее лице отражалось едва заметное разочарование. Но вот на пороге возник молодой парень. Блондинка критически осмотрела его и слегка пожала плечами. Мол, на бесптичье… Женщине не потребовалось больших усилий, чтобы парень заметил ее взгляд. После этого он без колебаний двинулся к столику блондинки и произнес до идиотизма банальную фразу:
– Почему такая красивая женщина скучает в одиночестве?
– А если у меня хобби такое – в любой толпе оставаться одной?
Парень напрягся. События развивались по непредусмотренному сценарию. Судя по его предыдущему опыту, женщина должна была либо недвусмысленно отшить кавалера, либо произнести какие-то слова, свидетельствующие о ее готовности принять ухаживания. А тут просто дурацкий ответ на дурацкий вопрос. После минутного колебания молодой человек решил: все, что не запрещено, разрешено. Он взялся рукой за спинку стула:
– Вы позволите?
– А вы уверены, что вам этого хочется?
Снова замешательство, а затем, поскольку на ум не приходило достойного ответа, раздалось нечто напоминающее мычание:
– У-у.
– Ладно, садитесь уже, – милостиво позволила красотка.
Она была бесконечно далека от дурочки блондинки из анекдотов. Женщина отличалась умом и мертвой хваткой. Четыре года назад на одной из московских тусовок она познакомилась с состоятельным бизнесменом. Многие красотки из той же, что и блондинка, категории охотниц за чужими деньгами слишком часто поддавались чувствам и останавливали свой взор на молодых, сексуально привлекательных богачах. Наивные. Ведь по большому счету они понимали, что роман окажется слишком коротким, но почему-то надеялись, что именно ее миллионер поведет под венец. Увы, в лучшем случае все заканчивалось дорогим подарком на прощание. Блондинка не повторяла чужих ошибок. Ее избраннику перевалило за семьдесят. Кроме того, блондинка сумела где-то раздобыть анамнезы всех престарелых любителей потусоваться. То есть действовала она наверняка, зная сильные и слабые стороны своего противника… то есть будущего избранника.
Красота и ум женщины оказались безотказным оружием. Поняв, что без штампа в паспорте взаимности ему не добиться, бизнесмен решился на женитьбу. Конечно, его родственники бурно протестовали. Еще бы, новая претендентка на богатое наследство. Однако бизнесмен проигнорировал их возражения. Тем более блондинка сама предложила такой вариант брачного контракта, по которому в случае развода она оказывалась на улице без копейки мужниных денег. Так она и не собиралась разводиться. У нее имелся другой, совершенно безотказный план. Вкусная, но вредная для семидесятилетнего мужчины еда, сладкие ликеры, наносившие жестокие удары по больной печени, ночи развратной любви, когда несчастному бизнесмену регулярно приходилось доказывать, что он еще мужчина хоть куда. А доказать это в его возрасте было возможно только при употреблении мощных препаратов, стимулирующих не только эрекцию, но и перебои в работе сердца.
Все же бизнесмен оказался крепким орешком. Больше трех лет потребовалась блондинке, чтобы свести его в могилу. Так она присоединилась к сообществу богатых молодых вдов, которых в России с каждым годом становится все больше. Правда, родственники покойного сделали отчаянную попытку отвоевать потерянное имущество. Но не тут-то было. Блондинка еще до составления брачного контракта проконсультировалась с опытным юристом, и даже прожженные адвокаты, ознакомившись с текстом, только разводили руками. Родственникам пришлось довольствоваться пятой частью состояния, а все остальное досталось «безутешной вдове». Впрочем, горевала она ровно столько, сколько требуют приличия, а затем принялась наслаждаться жизнью. Деньги и красота блондинки привлекали многих мужчин, среди претендентов в мужья оказывались весьма достойные кандидатуры, но вдовушка не торопилась связывать себя узами брака. На какое-то время она превратилась в завсегдатая дамских клубов, где имелся достаточно богатый выбор партнеров. Со временем жиголо ей надоели, и блондинка забавы ради новым полем охоты выбрала рестораны. Пусть мужчины клюют исключительно на ее внешность, так интереснее. Особенно ей нравились не очень богатые интеллигенты. Точнее – их реакция, когда они, расплатившись с таксистом, оказывались в шикарной квартире элитного дома.
Однако на этот раз был совсем другой случай. Новый знакомый блондинки отличался приятной внешностью и полным отсутствием мозгов. А вдовушка презирала глупых мужчин. Впрочем, некоторое время она колебалась. Если дать отставку кавалеру, вечер окажется напрасно потерянным, а этого балбеса можно утром выставить из квартиры и навсегда о нем забыть. Все решил сам молодой человек, вздумавший позабавить даму анекдотом и закончивший свое выступление лошадиным ржанием.
– Наверное, тут надо смеяться? – вкрадчиво поинтересовалась блондинка, когда наступило молчание. – А я и не поняла. Действительно, очень смешно – член в электромясорубке. Извините, я отлучусь в дамскую комнату.
Но блондинка не пошла в дамскую комнату, а через зал для курящих направилась ко второму выходу. На улице она поймала такси. Машина остановилась у помпезного здания, окруженного металлической оградой. Блондинка подошла к будке охранника. Крепкий молодой парень посмотрел на нее и без лишних вопросов открыл дверь. Женщина двинулась по дорожке, ведущей к дому. С двух сторон дорожку окружали деревья, а в одном месте, куда едва пробивался свет фонарей, стояла пластиковая скамейка, где частенько устраивали романтические свидания отпрыски богатых родителей. Но сейчас скамейка пустовала. Блондинка присела на нее и грустно вздохнула. Если бы она курила, то обязательно достала бы сигарету. Вечер не задался. Ее ждала пустая квартира, в ней не было даже кота, которого можно было бы приласкать. Блондинка закинула ногу на ногу, и тут сзади ее обхватили чьи-то грубые руки. Женщина попыталась закричать, но потная ладонь закрыла ей рот, она попробовала сопротивляться, и впервые в жизни ее хрупкая изящная фигурка оказалась не достоинством, а недостатком. Она была гораздо слабее неведомого злодея.
Нападавший переволок женщину через спинку сиденья и бросил на землю. В полумраке женщина едва различила искаженное яростью лицо.
«Лишь бы не сифилитик», – подумалось ей.
Обладавшая твердым характером, блондинка сохранила ясность мысли. Она почему-то испытывала уверенность, что имеет дело с банальным насильником, и выжидала благоприятного момента, чтобы позвать на помощь. Она не сомневалась, что сумеет улучить такой момент, а вышколенные охранники немедленно выручат ее из беды. Пусть только маньяк начнет срывать одежду. Вряд ли это у него получится одной рукой, придется хоть на секунду освободить ей рот. Этого вполне хватит.
Мужчина действительно убрал руку, но тут же схватил свою жертву за горло и принялся изо всех сил душить. Вместо крика изо рта блондинки вырывались только сдавленные хрипы. Наконец ее тело конвульсивно содрогнулось и обмякло. Мужчина перевернул женщину на живот, ухватился двумя руками за голову и резко крутанул. Теперь он был уверен, что его жертва мертва.
Глава 5
Из церкви они, как всегда, шли пешком – Алекс Бушмен, его жена и дочь. Пусть те, кому надо, видят: перед лицом Господа миллионер полон смирения, он выказывает не свое богатство, а признание верховенства духовного над плотским. И хотя до особняка Алекса больше километра, столбик термометра подбирается к сорока градусам, а Бушмен и его жена далеко не молоды, они пройдут свой путь до конца. Они не чета юнцу, который после проповеди уселся в красный «феррари». Кстати, пусть копы поинтересуются, откуда у сопливого пацана деньги на престижное авто? Наверняка приторговывает героином или хакерствует, воруя деньги с банковских счетов достопочтенных граждан. Ему, Алексу, не безразлично будущее его великой страны, эстафету грандиозных свершений хочется передать в сильные и чистые руки. Американцы должны гордиться не только своими отцами, но и детьми.
Такими, как дочь Алекса. Перед ее появлением на свет они с женой сильно беспокоились. Все же первые поздние роды, да и врачи были не слишком убедительны в своем оптимизме. Но все обошлось, девочка родилась здоровой, без всяких умственных и физических отклонений. Она училась в обычной школе, но Алекс не поскупился, с ней дополнительно занимались лучшие местные педагоги. Результаты не замедлили сказаться, дочь поступила в престижный университет. Там она усердно постигала науки, не отвлекаясь на разные глупости вроде участия в группе поддержки университетской баскетбольной команды. Бурные любовные романы тоже обошли ее стороной. Не случайно она вернулась на каникулы в отчий дом. Хотя, честно говоря, трудно было ожидать другого при ее внешности и характере. С присущим ему умением трезво оценивать ситуацию, Бушмен понимал, как сложно дочери найти молодого человека. Красотой она не блещет и при этом является максималисткой в требованиях к своему избраннику. Дочь избегает мимолетных романов, она хочет все или ничего. Рационалист до мозга костей, Алекс уже смирился с мыслью, что его зятем станет выходец из небогатой семьи, соблазнившийся приданым невесты. И ладно, денег у них хватает. Лишь бы супруг должным образом относился к своим обязанностям. Но об этом Алекс побеспокоится. Он наймет человека, который будет тайно контролировать поведение мужа дочери и в случае чего доходчиво объяснит, что тот не прав. Раз выбрал деньги, то и оставайся строго при деньгах, а не просаживай чужие капиталы на сомнительных красоток.
Они вернулись домой, взмокший Алекс забрался под душ, а жена отправилась на кухню. Вот и еще один повод для уважения соседей. Невзирая на богатство, супруга Бушмена осталась простой работящей женщиной. Ведь Алекс мог нанять и повара, и служанку, и уборщицу, но ограничился только приходящим садовником. Всю работу по дому выполняла жена. Она редко сидела без дела, постоянно что-то мыла, убирала, готовила. Однажды Алекс заикнулся о прислуге и тут же услышал резкий вопрос:
– Тебя что-то не устраивает?
– Нет, просто мы уже достигли солидного возраста, надо себя поберечь.
– Когда люди начинают себя беречь, они обзаводятся разными болячками. А я, к твоему сведению, регулярно показываюсь врачам, и, как только они посоветуют мне уменьшить нагрузки, мы наймем человека. Пока же доктора вполне удовлетворены состоянием моего здоровья. И потом, Алекс, неужели ты хочешь, чтобы у нас постоянно находился посторонний человек?
– В некоторых семьях таких посторонних около десятка.
– У каждого свои привычки, но лично я не хочу допускать кого-то в свой дом.
На этом в разговоре была поставлена точка. Вернее, многоточие, поскольку оба четко осознавали, что в один далеко не прекрасный день у женщины не хватит сил заниматься хозяйством и придется нанимать прислугу.
Выйдя из душа, Бушмен лег на диван и включил телевизор. Много лет он черпал новости из солидных газет, но однажды с прискорбием заметил, что строчки перед глазами начинают расплываться и кружится голова. Перепуганный Алекс бросился к окулисту.
– Все нормально, – утешил его врач. – Обычная дальнозоркость, причем у вас она наступила позже обычного. Выпишу очки, и читайте себе на здоровье.
В очках Бушмен страшно себе не понравился. Он сменил десяток оправ, но суть оставалась прежней. В очках Бушмен выглядел слишком интеллигентным и даже немножечко беззащитным.
– Ай, брось, кто тебя видит! – пыталась уговорить его жена.
Бесполезно. Алекс предпочел отказаться от чтения. А почему нет? По утверждению статистиков, так поступает около четверти американцев. В самом деле, зачем напрягаться, если тебе все покажут и расскажут? Только в последнее время пришлось наступить на горло собственной песне. В связи с новым проектом в компанию Бушмена хлынул поток бумаг, и бизнесмен предпочел лично изучить все мало-мальски важные документы. В бизнесе перекладывать на другого чтение деловых бумаг так же опасно, как просить незнакомого человека посторожить твой бумажник.
До аналитической программы музыкального канала оставалось несколько минут, и на экране девчоночья группа меланхолично пела об угрозе глобального потепления через призму отношений с неким молодым человеком. Надо сказать честно, Алекс прохладно относился к современной музыке. Больше того, его временами бесило засилье в поп-индустрии девчоночьих и мальчишечьих коллективов. И ладно бы они пели о том, что успели узнать и прочувствовать: первой любви, школьных делах, детских играх. Так нет же, некоторые слишком умные поэты-песенники вкладывают в их уста тексты об охране окружающей среды, борьбе с терроризмом. Они бы еще о старческих болезнях запели!
Бушмен предпочитал джаз. Ну ладно – Алекс, ему в принципе не было нужды любить современную эстраду. Его дело – растиражировать уже готовые записи. Но Бушмен знал нескольких удачливых продюсеров, крайне негативно воспринимавших популярную музыку. И как относиться к тезису, будто человек только тогда хорошо выполняет свою работу, если любит ее? Наверное, с известной долей скептицизма. У удачливых продюсеров было чутье. От эстрадной музыки их тошнило, зато они чувствовали, что эти мальчики или девочки способны завоевать сердца миллионов тинейджеров. И вкладывали деньги в потенциальных звезд, очень редко при этом ошибаясь.
Началась аналитическая программа. Вел ее известный в музыкальных кругах человек, тоже обладавший своего рода уникальным чутьем. Он частенько угадывал в никому не известных командах будущих кумиров. Для Алекса его пророчества являлись руководством к действию. Если группа находилась в пределах досягаемости, он узнавал, с какой из звукозаписывающих студий она заключила контракт. Бушмен договаривался с владельцами студии и начинал штамповать диски певцов. Сначала крошечными партиями, а потом… У него был случай, когда благодаря подсказке аналитика он перехватил начинающего певца. Тиражи его компактов за два года выросли с десяти тысяч до миллиона экземпляров. Понятно, что большая часть денег уходила певцу и его продюсеру, но Бушмену тоже кое-что перепадало. Причем музыкант очень сильно удивился бы, узнав, сколько денег зарабатывает фабрикант на его творчестве.
Однако на этот раз аналитик обошелся без своих знаменитых пророчеств. Алекс досмотрел программу до конца и, как только на экране появился чернокожий вокалист, нажал кнопку спортивного канала.
* * *На новой работе Надеждин успел сделать две вещи: познакомиться с коллективом и разобраться в сути амбициозного проекта. Насчет второго он явно погорячился. Финансирование таяло с пугающей быстротой мартовского снега. Сначала ушли в небытие поставки оборудования. Зарплату сотрудников руководитель проекта, академик с мировым именем, временно отстоял.
– Оборудование – дело наживное, появятся деньги, и закупим его, сколько надо. А вот если уйдут квалифицированные работники, будем себе локти кусать, – горячо убеждал он высокое начальство.
Руководство соглашалось, однако и оно было не в силах противостоять разрухе, накрывшей страну. Деньги стали поступать с перебоями и в мизерных количествах. Надеждин впервые узнал на собственном горьком опыте, что такое бедность. Денег едва хватало на скудную еду. Покупка одежды осталась только в воспоминаниях о прошлой жизни. Олегу пришлось самому чинить прохудившиеся зимние сапоги. Получилось убого, но сносно. Он даже пожалел, что уехал из деревни. Там не было проблем с пропитанием и люди всегда приходили друг другу на выручку.
Надеждин продолжал ежедневно ездить на работу, хотя работой это назвать было трудно. Из-за отсутствия комплектующих дело переместилось в область теоретических изысканий, которыми занимались только отъявленные энтузиасты. Большая часть сотрудников уволилась, а оставшиеся убивали время самыми разнообразными способами. Кое-кто побогаче покупал книги, которые затем читались в порядке очереди. Большой популярностью пользовался настольный теннис. Поначалу сотрудники стеснялись гонять шарик в рабочее время, а затем осмелели. Случилось это, когда академик, устав бороться за свою идею, ушел из проекта. Новый руководитель в первую очередь был озабочен поиском другого места работы и на забавы подчиненных смотрел сквозь пальцы. Кроме того, он небезосновательно считал, что за время вынужденного простоя немногие революционные идеи, заложенные в проекте, успели устареть, а новым в принципе неоткуда было взяться за такие деньги. Уже вовсю шастали по Москве представители различных зарубежных сообществ, и ученые предпочитали делиться своими перспективными разработками с ними – за приличное вознаграждение.
Благодаря внезапно рухнувшему железному занавесу в коллектив начали попадать рекламные проспекты с новейшими разработками западных компаний. Разглядывая их, Надеждин особенно ясно понимал: их команду нужно срочно распускать за ненадобностью. Они снова отстали, и на этот раз катастрофически, без всяких шансов догнать…
В одном подъезде с Надеждиным жил его школьный приятель Юрка Зарубин, вернее, теперь уже Юрий Виленович Зарубин.
Вот парадокс, его отца назвали в честь вождя пролетариата, ведь имя Вилен расшифровывается как Владимир Ильич Ленин, а сын вырос частным собственником. Буржуем, грубо говоря, хотя это определение не совсем подходило однокласснику Олега. Но и на бандита Зарубин не тянул. Скорее его можно было назвать полукриминальным предпринимателем. Во время их бесед Юрий очень скупо говорил о своей работе, но кое-какие выводы Надеждин сделал. Зарубин ввозил из-за рубежа входившие тогда в моду компьютеры. Судя по намекам, у Юрки на таможне был свой, прикормленный человек. Благодаря его стараниям пошлины на ввозимые Зарубиным товары уменьшались во много раз.
Помимо компьютеров у Юрки были еще какие-то дела, о которых он не распространялся. Но Олег несколько раз видел Зарубина у подъезда в компании упакованных в кожу крепких парней, обращавшихся к Юрке с подобострастием. Надеждин читал газеты, смотрел телевизор и знал о преступном цунами, накрывшем страну. Поэтому выводы напрашивались сами собой. Вряд ли такая орава «качков» занималась обеспечением безопасности Юркиной торговли. Олег хорошо изучил своего школьного друга. Зарубин никогда не стал бы заниматься откровенным криминалом вроде торговли наркотиками или рэкета. Но зачем Юрке целая команда бойцов? Об этом Олег узнал значительно позже.