Сборник сказок-детективов о чихуахуа Пинки и её друзьях
- -
- 100%
- +
© Воронкевич Е.А., 2022
© Оформление. Издательство «У Никитских ворот», 2022
1. Сказка-детектив «Начало»
Мало кто знает, вообще никто не ведает, но жила-была в доме миссис Хадсон маленькая собачка. Жила, никому не мешала, никого не напрягала. До такой степени никого не напрягала, что мало кто о ней знал, в том числе и сама миссис Хадсон. Звали собачку, как стало известно, Пинкертон, хотя она была девочка. Получается так, что сука она была. Чтобы было благозвучно, и по половой принадлежности, называла она себя Пинки.
Как-то раз решила Пинки вмешаться в ход расследования дела, которое вели два странных жильца: Пьяница Лекарь и Старый Наркоман, играющий на скрипке. Всё время хотелось выть, когда он играл, но так можно было себя обнаружить! А главное у наружного наблюдения что?! Незаметность! Так что приходилось сдерживаться.
Как-то раз к этим двоим обратился за помощью мужичок. Попросил украсть его же письма у его же любовницы из шкатулки, им же ей подаренной.
Эти двое собрались на дело. Один, по обыкновению, выпил изрядно, а другой взял с собой скрипку, чтобы играть на паперти. Выбрали они паперть под окном оной любовницы и стали наигрывать песню «Когда муж пошёл за пивом». Скрип стоял, как при испытании несмазанной телеги. Долго ждать не пришлось. Дама в запале стала швырять в них тем, что попало под руку. Ну, шкатулку и метнула!
А они забыли, зачем пришли. Один по пьяни, а другой от возмущения. Но Пинки была тут как тут. Поймала шкатулочку на лету и домой принесла.
Прощелыги домой пришли только под утро. Где мотались – никому не известно. Глядь, а на столе шкатулка стоит!
– Чур меня! – говорит один.
– Чур моя! – говорит другой.
А тут и клиент в дверях обозначился. Шкатулку схватил, прощелыг сильно благодарил. Денег им дал. А Пинки без косточки осталась и без вкусняшек.
Спрашивается, где справедливость? А это уже другой детектив.
2. Сказка-детектив «Собака Баскервилей»
Жил-был, естественно, английский дог, хороший друг Пинки, но сейчас не об этом. Как-то раз он гулял в парке со своим хозяином, старым и дряхлым профессором Мориарти. Глаза у дога были разного цвета, и он этим очень гордился: один белый, а другой чёрный. Он называл их Инь и Ян. На самом деле гордиться тут было нечем, так как на глазу у него была катаракта. Короче, видел дог только то, что было справа, а что слева, не замечал, потому налево и не ходил. Моя хозяйка говорит: «Вот бы у всех мужиков была катаракта на левом глазу, сколько семей бы сохранить удалось», – но сейчас не об этом.
Профессор Мориарти был из старинного рода обувщиков. Они делали горные ботинки шикарной конструкции. В них ещё прадед профессора смог убежать от врага по отвесной стене и не сорвался. А то бы он поставил жирную точку в роду Мориарти, ну, точнее, костлявую, но точку. А так род продолжил и ботинки в массы внедрил.
Короче, увидел мой друг след от такого ботинка справа от тропы, взял его и пошёл домой, положил его прямо посередине бальной залы. Спросите, зачем он это сделал? А чтобы позлить дворецкого Баскервиля. Обычно он в зале, на этом месте, после прогулки, кучу клал, а тут забылся и нагадил в регулярном английском парке, а точнее, на клумбе с тюльпанами редкого сорта. Уж очень она в эту клумбу вписалась хорошо! Обычно хозяин видел кучу в зале, негромко шипел фразу: «Вот собака!!! – и громко звал дворецкого: – Баскервиль!!!» Это чтобы тот убрал всё поскорее. Так к моему другу и пристала кличка Собака Баскервиль. Приучил он, стало быть, хозяина… А в этот раз дворецкому будет над чем подумать. Пустил его мой друг по ложному, не какашечному следу, запутал совсем!
Вот такой детектив сказочный получился.
3. Сказка-детектив «Пёстрая лента»
Одним погожим дождливым вечером, погожим для Лондона, в том смысле, что в сравнении с ливнем лёгкий дризлинг – это шикарно, небезызвестная нам особа чихуахуа Пинки направилось погулять на площадь Пикадилли. Как обычно, она повела гулять сама себя, незаметно выскочив из особняка на Бейкер-стрит, зажав в пасти поводок. Приличная собака-детектив не может шататься по городу без цели, без поводка, а с поводком, но без цели – уже другое дело! Хотя цель была. Не явная, но была. Она решила посмотреть, где сиротствует со скрипкой небезызвестный сосед. В этот раз он скрипел на самом проходном месте, в том смысле, что прохожие шли только что не по его голове!
«За кем-то следит», – подумала Пинки, незаметно пристроившись сбоку.
«Пестрая лента, – подумал сосед, увидев её поводок, беспечно змеящийся рядом, – надо им подпоясать штаны. Будет очень кстати!»
Он схватил поводок и подвязал им штаны, совершенно не заметив Пинки, которая повисла вдоль ноги, словно брелок!
«Экий ты соус пьяный! (В переводе – пьяная хреновина)», – вздохнула Пинки.
«Хорошо! Штаны сидят в кои-то веки как влитые», – подумал сосед.
«Морда ты пропойная! Хотя нет! Морда – это у нас, у благородных, а ты харя!» – подумала Пинки.
«Дохлятина к поясу прилипла», – подумал сосед и выбросил Пинки в кусты!
«Вот же собака с низкой социальной ответственностью, – подумала Пинки и слезла неловко с куста. – Приду домой и реквизирую мой шикарный поводок из кожи питона!»
Вот опять же, поводка нет, а цель есть! Кража была, дорогую вещь спёрли. Надо восстановить справедливость и вернуть вещь пострадавшей! И снова, где справедливость? Кто заплатит детективу за проведённую операцию? Получается, что сам детектив.
Ну просто сказка!
4. Сказка-детектив «Голубой карбункул»
И опять всё началось с прогулки. Пинки решила себя прогулять, на этот раз в палисаднике возле дома. Низкие облака обещали скорый дождик.
«Всё равно далеко не уйдёшь в такую погоду, – подумала Пинки. – Врёшь, не уйдёшь! Неплохой лозунг для моего детективного агентства!» – и тут она увидела, даже сначала услышала собаку миссис Хадсон, старую облезлую пуделиху без возраста. Она лежала под кустом камелии и громко храпела.
«Гроза ещё не началась, а уже гремит гром, – подумала Пинки. – Надо подойти поближе и покашлять, может, услышит и замолчит!»
Покашливание, чихание, перхание и, наконец, вой ни к чему не привели. Но зато стало ясно, почему старая особа толком не могла закрыть пасть. На щеке у неё синел огромный карбункул. Обычно он красного цвета. А этот был редкий, необычный и совершенно голубой.
«Наверно, гусь её долбанул, – решила Пинки. – А кстати, где он?»
– Роджер, старина, где ты?
Пришлось сбегать на задний двор, а там в сарае, возле колоды летала беспризорная стайка гусиных пёрышек.
– Убилиии! – заорала Пинки. – Кто?! Кто это сделал?
На крыльцо из кухни вышел Старый Наркоман. В пальцах он зажал что-то небольшое и блестящее.
«Голубой карбункул редкого цвета, обычно он бывает красный. Кажется, я это уже совсем недавно думала! Ах ты Боже мой, ну надо же, действительно! Жизнь неравна! – подумала Пинки. – Какие разные карбункулы попадаются в ней на пути!!!»
Вот такая, совсем не сказочная история.
5. Сказка-детектив «Союз рыжих»
Погожим лондонским утром, когда лёгкий ветерок с Темзы гонит тяжёлые дождевые облака на север, Пинки вышла на прогулку в палисадник, поразмыслить, что случилось со Старым Наркоманом накануне вечером. Вчера он вернулся домой без скрипки. Значит, он её потерял или её у него украли. Когда он проснётся, то сразу потянется за ней, а её нет! Горю его не будет границ! Ещё помрёт ненароком. Пинки это ни к чему. В доме появятся новые жильцы, а при них нельзя будет жить так вольготно и незаметно, как при этом опивущем интроверте.
Она присела на ступеньках у колонны, окинула взглядом мокрый куст, и вдруг… что-то блеснуло у забора в одиноком луче солнца, случайно пробравшемся сквозь облака. А! Это рыжая шерсть безумного соседского сеттера Лестрейда, это он мечется за забором взад-вперёд, поджидая Пинки, чтобы потом сделать вид, что случайно проходил и столкнулся с ней у калитки.
«Ах, не до тебя мне сейчас, – подумала Пинки. – Ан нет! До тебя, ты-то мне и поможешь!»
Она неспешно пошла к выходу из сада, делая вид, что не видит Лестрейда. Нервный ловелас нетерпеливо взвизгнул, понёсся к калитке и замер там в ожидании. Пинки шла по дорожке вокруг клумбы с солнечными часами, обнюхивала цветочки и не спешила.
«Интересное решение! Зачем нам в нашем климате солнечные часы? – подумала она. – Наверно, чтобы не забывали о солнце!» Наконец она подошла к калитке. С улицы пахнуло мокрой псиной.
– Привет, Лестрейд, как поживаете?
– Оооо! А как вы догадались, что это я?! – воскликнул пёс, не поздоровавшись.
– Это не сложно, ваши «духи» вас выдали. «Итак, я выхожу!» Не надо сбивать меня с ног! В прошлый раз вы отдавили мне лапку! Лестрейд, мне нужна ваша помощь! Я иду на дело, вы со мной?
– Конечно, а что нужно делать?
– Нужно взять след.
– Давайте, а где мы его возьмём?
– Лестрейд! Не тупите! Понюхайте асфальт у входа, Старый Наркоман долго здесь сидел сегодня ночью. Чем пахнет?
– Пахнет старым сукном по два шиллинга из соседней лавки Роберта Льюиса.
– Очень точный анализ. Давайте пройдёмся по тем местам, где он вчера побывал.
Они быстро добрались до паба на соседней улице, без труда нашли скрипку под столом, притащили в палисадник и положили на ступеньки дома.
– Лестрейд, без вас бы я исцарапала скрипку о булыжную мостовую, а так мы её доставили почти без повреждений, только слегка обслюнявленную. С вами можно иногда иметь дело! Назовём наше объединение «Союз рыжих». – Пинки протянула союзнику свою рыжую лапку. Лестрейд лизнул её, как и полагается джентльмену:
– До встречи!
«Дело оказалось на удивление лёгким. Но эта кажущаяся лёгкость возникает всегда, когда работает профессионал», – подумала Пинки, к этой минуте уже совершенно забыв о пахучем Лестрейде и Союзе рыжих.
6. Сказка-детектив «Пять зёрнышек апельсина»
Ранним погожим утром Пинки повела себя подышать свежим воздухом. Вы подумаете, что это в Лондоне все утра погожие? Разумеется, не все! Просто в плохую погоду Пинки носа на улицу не показывала, потому что хороший хозяин собаку в такую погоду на улицу не пустит, а Пинки была сама себе хорошая хозяйка. В это утро она решила выйти погулять пораньше, но никак не могла найти поводок, а без него прогулка не в радость.
«Надо посмотреть в комнате квартирной хозяйки, она подслеповата и могла забрать его к себе, решив, что это поводок пуделихи миссис Хадсон», – подумала Пинки. Никем не замеченная, она пробежала по комнате, запрыгнула на стул и стол, стоящие подле окна, но на подоконнике тоже ничего не было, кроме пяти сухих зёрнышек апельсина. Окно было приоткрыто наполовину. Ветка цветущей камелии заглядывала в комнату.
– Как красиво! – воскликнула Пинки и спрыгнула со стола на пол.
Но свято место пусто не бывает. На подоконник со стороны двора вспорхнула курица, белая, с чёрной полоской на хвосте. Она дробно застучала по подоконнику и спорхнула обратно во двор.
– Пять раз, – автоматически заметила Пинки. – Ой, это же зёрнышки, точно, они!
При повторном осмотре подоконника на нём уже ничего не было!
«Произошло похищение чего-то нужного, – решила Пинки. – Зачем-то же хозяйка положила зёрнышки сохнуть на подоконник! Появилось дело на это утро! Вог с ним, с этим поводком, не до него сейчас! Надо не упустить из вида воровку! Но вот вопрос, как зёрнышки достать из безмозглой птицы? Она их так просто не отдаст. Надо пригласить Лестрейда! Этот умеет вытряхнуть любую вещь из любой “курицы”, будь она хоть птица, хоть собака!»
Пинки неслась по комнатам на улицу, забыв об осторожности, и чуть не попалась на глаза Пьянице Лекарю, который, по-видимому, шёл в гости к Старому Наркоману. Но Лекарь, как водится, был под воздействием горячительных напитков и не заметил Пинки, проскользнувшую у него между ног.
Курица никуда не убежала, так и топталась под кустом камелии, что-то рыла и квохтала.
«Так, преследуемый найден, это уже половина дела. Надо сбегать за Лестрейдом! А что за ним бежать, он опять маячит за забором!»
– Лестрейд, голубчик, вы мне нужны! Бегите сюда быстрее, нужно из курицы вытряхнуть похищенное!
Сеттер взвился над забором, как олимпийский бог Меркурий, и подлетел к Пинки, чуть не сбив её с лапок!
– Несносный! Или я не сносная! Который раз вы пытаетесь меня снести и никак не снесёте! Однако, Лестрейд, вы мне нужны! – нервно воскликнула Пинки. – Точнее, нужны мне зёрнышки, которые пока находятся в этой во всех смыслах курице безмозглой. Она их умыкнула у хозяйки. Надо бы вернуть. И я пока совершенно не представляю, как это сделать!
– Не волнуйтесь, моя милая! Я сейчас всё быстро устрою! – и, едва закончив фразу, Лестрейд кинулся на похитительницу!
Курица оказалась намного шустрее, чем полагали окружающие. Она ловко увернулась, кинулась к клумбе – солнечным часам и побежала вокруг неё, наматывая круги. Наконец, где-то на полшестого, Лестрейд её настиг и придавил к земле! Он так сильно её придавил, что всё содержимое вылетело из куры, причём с двух сторон!
– Моя дорогая, я всё достал, только не уверен, что в таком виде это кому-либо понадобится!
– Дааа! Дела!!! В таком виде похищенное не вернуть хозяйке. И клумба теперь немного подпорчена! Ладно, оставим всё так, как есть! Всё так плохо выглядит, что можно сделать только хуже, если начнём исправлять. Друг мой, уходим по одному, пока нас не застали и не обвинили в содеянном!
Да, дело развалилось, но успех пришёл неожиданно и на следующий год!
Через год примерно в это же время на клумбе появилось пять ростков апельсинового дерева. Хозяйка очень обрадовалась, сказала, что непонятно откуда взялись эти цитрусовые, выкопала их, посадила в пять симпатичных цветочных горшков и поставила на тот самый подоконник. Пинки была довольна этим обстоятельством сполна! Ведь что ни говори, а она смогла вернуть пять апельсиновых зёрнышек на место, хотя и таким изощрённым способом, и в таком изменённом виде! А что главное в сыске?! Закрыть дело!
7. Сказка-детектив «Этюд в багровых тонах»
Помните моего друга Собаку Баскервиль, дога одноглазого по сути и разноглазого по содержанию? Он смог опять отличиться и поглумиться над Баскервилем, хотя финансовые потери в итоге понёс профессор Мориарти. И поделом ему. Кто-то должен платить за плохие гены. Говорят, что его предок был отъявленный негодяй и прощелыга! Чтобы как-то отличать Баскервилей, назовём дога его собственным именем, данным ему при рождении. А звали его Месье Эркюль. Это было непривычное для Англии имя. Человека таким именем не назовёшь, вот собаку и назвали. Месье Эркюль имя своё не любил, оно, как он утверждал, совершенно не соответствует его характеру. Больше ему нравилось именовать себя Собака Баскервиль, но мы, чтобы не путаться, и не только в этом рассказе, будем звать его нелюбимым именем. Итак, Месье Эркюль как-то услышал, как Баскервиль беседует с профессором о том, что в гостиной надо бы повесить какую-нибудь картину или хотя бы этюд, лучше в багровых тонах, так как на закате, в хорошую погоду вся гостиная озаряется алым светом и этюд на стене будет подчёркивать это явление. Новые белые шёлковые обои на вечерней заре расцвечиваются алыми, коралловыми и багровыми всполохами. Красиво очень! А в ненастную погоду он тем более будет уместен, чтобы расцветить мрачные тона за окном. Эркюль всегда считал себя художником – писакой. Особенно он любил живописать зимой на снегу. Бывало, поднимет ногу и давай вензеля выписывать. Почти всегда получались шедевры! Жалко, жили недолго и быстро таяли. А тут появилась прекрасная возможность сделать шедевр на века, пока обои не сменят! Ночью, когда никто не мог ему помешать, он залез на стол, благо с его ростом это было нетрудно, и в свете луны стал выписывать кренделя прямо на обоях! Должно получиться как раз в багровых тонах, учитывая то, что у Эркюля был цистит, и кровь в моче очень пугала профессора. Он давал собаке лекарства, но на поправку тот шёл медленно. И вот случилось то, что случилось, моча ударила в голову бедолаги, и утром не нужно было вызывать детектива, для того чтобы сообразить, кто учинил это бесчинство! Участь Эркюля была решена и незавидна, но это уже другая история!
8. Сказка-детектив «Горбун»
Однажды вечером Пинки пошла поваляться на сене в старой конюшне на заднем дворе. Лошадей у хозяйки дома давно не было, но конюшня была очень хорошая, крепко сработанная, из цельных сосновых брёвен под крепкой черепичной крышей. Её использовали как сарай для всякой всячины. И в том числе в ней хранили скошенный клевер, которым кормили кроликов. Однажды полуслепая хозяйка чуть не схватила её и не засунула в клетку, подумав, что она сбежавший кролик. Пинки еле увернулась и с тех пор была очень осторожна, когда валялась на мягком душистом сене. Тонкий слух Пинки уловил движение неподалёку от конюшни. Она спряталась за ящиками, но через секунду над ней уже нависал Лестрейд, эта нюхательная собака!
– Что случилось? – спросила Пинки.
– Случилось! О да! Случилось! – возопил Лестрейд. – Я сегодня был у реки на вечерней зорьке, охотился на уток, и как вы думаете, кого я там встретил? Собаку Баскервиль! Он, совершенно один, сидел у самой кромки воды и печально смотрел вдаль. Собака Баскервиль, заходите, что вы топчетесь у входа?!
В помещение конюшни бесшумно прошёл огромный дог и встал рядом с Лестрейдом.
– Добрый вечер, мадемуазель Пинкертон!
– Ах, оставьте! Пинки, просто Пинки! Скажите, что с вами случилось, почему вы в одиночестве бродите по городу?
– Всё просто, меня выгнали из дома, и я уже четыре дня брожу по Лондону!
– Что вы натворили? Опять испортили очередной ковёр своей какашечной инсталляцией?!
– Нет, хуже! Это был Этюд в Багровых тонах на белых шёлковых обоях!
– Понятно, вы в своём репертуаре! Чем я могу вам помочь?
– Пожалуйста, верните мне мой дом и расположение хозяина! А я, пожалуй, брошу заниматься искусством… Оставлю себе только пение! – И он тихо и мрачно завыл так, что кровь мгновенно застыла в жилах!
– Вы с ума сошли! Нас сейчас рассекретят и всех, из-за вас, переловят! Сейчас сюда явятся обитатели дома! Месье Эркюль, вы становитесь здесь и делайте вид, что жуёте сено. Вы как раз сойдёте в темноте за небольшую лошадь! А вы, Лестрейд, сделайте вид, что этот жуткий звук издали вы! А я спрячусь подальше, и храни нас Бог!
Только все заняли свои места, как в конюшню ворвался Старый Наркоман с пистолетом, за спиной у него маячила хозяйка миссис Хадсон со здоровенным дрыном в руках! Лестрейд замер, не сводя глаз с этого дрына, и позорно описался. Месье Эркюль усердно жевал сено, морщился, но жевал!
– Тьфу ты пропасть! Безмозглая собака, пошёл прочь к себе домой! – заорал Старый Наркоман.
Лестрейд тут же юркнул в дверь и умчался восвояси. Старый Наркоман подошёл к Месье Эркюлю, похлопал его по спине и сказал, что он бедная маленькая тощая лошадка, скорее всего, пони. Что старые хозяева, видно, совсем его не кормили, раз он такой тощий и горбатый, поморгал подслеповатыми глазами и сказал, что сейчас принесёт ему хлеб, сахар и морковку. Наконец вся эта «тревожная группа» удалилась в дом, Месье Эркюль смог выплюнуть сено, а Пинки вышла из засады и сказала, что долго они не смогут держать инкогнито и что надо как можно быстрее возвращать дога домой. Слава Богу, всё утро и весь день Старый Наркоман ловил кайф, а потом пил пиво с Пьяницей Лекарем в пабе в конце нашей улицы. Так что у Пинки было время, чтобы провернуть гениальную операцию по возвращению Собаки Баскервиль домой. Предположив, что профессор очень любит свою собаку, привык к распорядку дня, к прогулкам и вообще и, скорее всего, уже скучает по негоднику и жалеет о том, что погорячился и выгнал его, она решила обставить их встречу так, чтобы возвращение прошло без промаха. Вся троица рано утром отправилась к дому профессора. Путь был не близкий, шли они долго, была масса времени на обдумывание очередной гениальной шахматной партии Пинки! Когда они подошли к дому, фигуры она решила расставить следующим образом.
– Месье Эркюль, дайте мне на время ваш ошейник. Лестрейд, возьмите его, и когда мы придём к дому профессора, положите его на верхней ступеньке у двери, поскребитесь в дверь и потом быстро убегайте вон в те густые кусты справа.
– А где будете вы?!
– В этих самых кустах в засаде!
– А мне что делать? – спросил Месье Эркюль.
– Не выдать себя раньше времени, сидеть рядом со мной и ждать моей команды.
Когда все заняли свои места и Пинки скомандовала «Начали!», Лестрейд рванул к двери, положил ошейник на верхней ступеньке и тихо поскрёбся в дверь. Он едва успел скрыться из виду как дверь распахнулась и оттуда как пробка из бутылки выскочил дворецкий.
– Профессор! Идите сюда! Месье Эркюль жив, вот его ошейник, значит, он где-то поблизости. – И они, перекрикивая друг друга, стали звать своего незадачливого пса.
– Сидите и ждите моей команды, ещё не время…
Но Месье Эркюль заметно нервничал, он перебирал лапищами и сдерживался, чтобы не завыть! А к тому времени подул холодный ветер, небо заволокло тучами, и, наконец, пошёл дождь.
– Вот теперь пора, – сказала Пинки, выталкивая Месье Эркюля из-под ещё сухого куста под холодные струи дождя, – теперь они сто процентов пригласят вас в дом, а дальше уже всё зависит от вас! Не упустите шанс, и удачи вам! Да, сгорбитесь посильнее, чтобы выглядеть как можно несчастнее!
– Да куда уже несчастнее, – сказал дог и побрёл к двери.
Пинки с Лестрейдом наблюдали из кустов за тем, как Месье Эркюль подошёл к двери, горестно завыл и сгорбился под струями дождя так, что почти сложился пополам! Дверь через минуту распахнулась, и на ступеньки под струи дождя выскочил профессор Мориарти.
– Собака! Баскервиль! Он здесь! – Профессор чуть ли не на руках затащил мокрого огромного пса домой. При свете лампы мелькнула счастливая морда дога, дверь захлопнулась. Пинки и Лестрейд радостно взвизгнули.
– Мадемуазель Пинки, вы так умны и прозорливы!
– Ах, бросьте вы с вашими пустыми комплиментами! Лучше подумаем, как нам дойти через весь город до дома под таким дождём и не простудиться?!
Если бы на улице в такую погоду кто-то был, то он бы увидел странную парочку, идущую под дождём. Маленькая собачка бежала так быстро, как могла, под пузом тощего сеттера. А тот, как мог, растопыривал ноги и раздувал грудь, чтобы защитить свою подругу от холодных струй дождя.
9. Сказка-детектив «Серебряный»
– Что за замечательное утро выдалось в начале этой недели! Может, и вся неделя будет такой тёплой, – сказала Пинки Лестрейду, примостившемуся подле неё на ступеньке крыльца.
– Мадемуазель Пинки, посмотрите, к нам идёт Собака Баскервиль, – сказал менее романтичный Лестрейд, который, несмотря на красоту утра, зорко смотрел по сторонам.
И впрямь по двору уже вышагивал небезызвестный проказник Месье Эркюль и нёс в зубах что-то большое и белое.
– Что, опять?! – воскликнула Пинки, встречая друга на верхних ступеньках лестницы, это для того, чтобы не задирать при беседе голову.
– Нет!!! Что вы, мадемуазель, я нас не подведу! – прошептал дог, предварительно положив свёрток у лапок Пинки. – Второй раз вряд ли удастся вернуть меня обратно домой, если я набедокурю! В этот раз всё честно и благородно! Я принёс вам угощение.
– Очень мило с вашей стороны! Как раз очень хочется есть! Давайте пойдём к нам в сарай и отметим удачное окончание операции по возвращению вас домой как раз там, где эта операция началась.
Когда они разместились на душистом скошенном клевере и развернули свёрток, Пинки взвизгнула от восторга: на белой столовой салфетке лежала внушительная горка перепёлок!
– Надеюсь, вы это добыли честным путём, хотя это уже не важно, – сказала Пинки, давясь слюной. – Главное, чтобы вас за это не выгнали!
– Отнюдь, – сказал Месье Эркюль, – это просто мой завтрак, и я решил съесть его вместе с моими друзьями.
– Вы шутите?! Хотите сказать, что эти перепёлки приготовлены специально для вас?
– Именно! Пока меня так кормят, как в последний раз. Как только в меню появились перепёлки, я сразу побежал к вам. Я же знаю, что это ваше любимое блюдо!
Лестрейд нервно заметался по сараю и вдруг сообщил, что у него в саду, под вязом, закопана огромная сахарная кость и он её сейчас принесёт к столу, для разнообразия и как вишенку на торте.