Долгая дорога под вечными звёздами

Глава 8.

Под шелест волн парочка расслабленно улеглась боком, касаясь носами друг дружки. Голубые глаза красавицы искрились спокойным светом. Дима купался в их лучах и рылся пятернёй в волосах девушки, то закапываясь в них, то поглаживая её по голове.

– После нашей встречи я потом часто сидела на подоконнике, смотрела на ворота двора детдома и ждала, когда ты приедешь. А Оксана дразнилась, что я жениха жду. Тили-тили тесто! – Валерия рассмеялась.

– Прости, меня, Лера, – глаза парня подёрнуло поволокой.

– За что, Дим?

– За то, что перед расставанием у кукольного театра пообещал приехать к вам в гости в детдом и не приехал.

– Да ладно тебе. Мы же маленькие были. Чего дети только не придумают.

Дима поцеловал девушку в лоб и поправил волосы. Валерия почувствовала, как рука парня дрогнула, а по лицу пробежала тень.

– Что-то ведь произошло тогда, после поездки?

Дима молчал, погрузившись в воспоминания. Его голова начала болеть, и он потёр глаза. Лера мягко тронула лоб парня пальчиками, провела по бровям, коснулась шрама над правым глазом, а затем стала аккуратно целовать в губы, постепенно переходя на скулы и лоб. Дмитрий почувствовал, как головная боль отпускает.

– Тогда, по возвращении, действительно случилось кое-что…

Уже стемнело, когда автобус остановился у сельской школы в деревне, что была в ста пятидесяти километрах к западу от Воронежа. Двери транспорта открылись, и ребятишки начали ступать на родную землю.

– Привет, сынок! – встречала Диму мама Людмила – крайне небогато одетая дородная черноволосая женщина, не утратившая с годами красоты. – Как съездил? Понравилось?

– Привет, мам. Да, Воронеж город хороший, большой, и театр интересный.

– А чего загадочный такой? Никак невесту там встретил? – улыбнулась мать.

Дмитрий смутился.

– Ой, смотрю, влюбился! ВорОнеженку нашёл, не иначе! – мама добродушно рассмеялась. – Или воронежАнку… Ещё бы, как тут ей не позариться на такого красавца! Ладно, пойдём домой, я твоей любимой картошечки с мясом потушила. Остренькой.

– Ох уж эти воронежанки, – хихикнула Лера. – До сих пор, кстати, нет официальной литературной формы для жительниц Воронежа. Прости, Димочка, перебила, продолжай.

– Мне больше всего нравится как звучит «ворОнеженка». Как-то легко, романтично. Нежно.

Валерия чмокнула задумчивого мужчину в губы. Ей понравилась такое объяснение.

– Помню, сразу по приезде я пребывал в прострации. Для меня сам как таковой этот вояж был сродни полёту на Луну, а встреча с вами так и вовсе как знакомство с двумя прекрасными сказочными пикси из другого мира, – Валерия смущённо улыбнулась. – После шумного города моя родная деревня казалась глухим тёмным хутором на выселках.

Дима отворил калитку в уютный двор и прошёл по очищенной от снега дорожке к крыльцу.

Едва он успел отведать прекрасного блюда, приготовленного заботливыми материнскими руками, как со стороны входной двери послышался топот, а следом в дом вошла бабка Полчаниха.

– Люда, а дед-то ваш Мякишка лыка уже не вяжет! – начала возмущаться старушка. – Набрался у Муллы. Они там сидят весёлой компашкой, в карты играют! О, Димитрий, хорошо, что ты вернулся. Иди за дедом.

Дима вздохнул. Сейчас ему совершенно не хотелось тащиться по морозу на другой конец деревни и волочить на себе дедушку, который любил во время подобных прогулок вести с внуком пространные беседы, часто останавливаясь и активно жестикулируя..

– Дима, останься дома, я сама схожу, – решила было мать.

– Людк, ты дома сиди. Дед сказал, что если внук за ним придёт, уважит, то он пойдёт домой.

– Я пойду, приведу его, мам, – доел последнюю ложку Дима. – Не впервой.

– Любит он тебя, – с некоей гордостью смотрела на сына Людмила. – Как ты за ним ходишь, так он по возвращении сразу спать ложится, не буянит.

– Ага. Ага, – закивала Полчаниха. – А раньше, как придёт, так держись – устроит такой разнос, что все в форточки из дому от него сбегали!

– Пойду я, мам.

Дмитрий оделся, вышел на улицу и отправился скрипучей снежной тропинкой на другой конец села. Проходя мимо здания конторы, Дмитрий увидел у её входа тётю Глашу, закончившую работу. Женщина достала ключи и собралась запереть дверь. Диму озарила мысль.

– Тётя Глаша! Тётя Глаша!

– Да, Дима, привет. Как в Воронеж съездил?

– Здравствуйте! Лучше всех! Очень понравилось! А можно мне позвонить? Прямо срочно. Другу в Москву.

– Так это ж дорого.

– Ну, пожалуйста! У меня копилка есть, я год копил! Я вам завтра деньги принесу! Тут такое!

Тётя Глаша добродушно смотрела на тараторящего мальчугана.

– Дело, видимо, и правда серьёзное, раз ты годовые накопления готов на него потратить. Заходи.

Дмитрий светился от счастья. Зайдя внутрь, он сел у телефона и набрал номер.

– Костян, ну возьми трубку, – бубнил Дима, скрестив пальцы наудачу. Когда на том конце ответили, юный брюнет чуть не подпрыгнул от восторга. – Алё, тёть Валь! Здравствуйте! Это Дима из деревни. Ага, всё хорошо, привет вам из родных мест! А Костя дома? Дайте ему, пожалуйста, трубку. Алё, Костян! Привет! Не ожидал, хе? Как оно? Ты хвалился, что у вас английский с первого класса. Как продвигается? О, ну отлично! Я тебе как раз поэтому и звоню! Я тут музыку обалденную сегодня услышал, а у нас её не купить! Поможешь? Я тебе продиктую, а вы с твоим батей купите, а? Чего? А, ну да, подлови его, когда они под градусом будут. Он тогда у тебя добрый, денег на кассету даст, – при этих словах тётя Глаша неодобрительно посмотрела на Диму и, видимо, решила, что зря дала ему позвонить. Дмитрий смутился и покраснел. – Возьми листик и ручку. Да, карандаш тоже подойдёт. Диктую по буквам.

– Следующие несколько минут я максимально подробно разжёвывал другу длинное английское название. Когда, наконец, мы пришли к выводу, что информация передана верно, то смахнули пот со лба, пожелали друг другу хорошего Нового года и повесили трубку.

– Дима, так мило! – кокетливо поморщилась Валерия. – Так забавно рассказываешь! Вот ведь время какое было – не могли просто музыку купить и послушать! Понадобилось из самой Москвы её заказывать!

– Ох, меломаны, – тётя Глаша надевала пальто. – Что ж там у вас такая за музыка, что её тут нет.

– «Ганзы».

– Слово какое-то странное.

Дима пожал плечами, оба вышли на улицу, и женщина закрыла дверь.

– Спасибо, тётя Глаша! Как Костя привезёт кассету, приходите послушать, – помахал рукой Дима.

– Обязательно!

Настроение мальчишки стало намного лучше, и он бодро побежал вытаскивать с пьянки дедушку.

Вскоре Дима добрёл до дома мужика по кличке Мулла. Уже с улицы в окнах были видны силуэты активно жестикулирующих людей, явно ведущих живой разговор, и слышен пьяный гомон. Дмитрий вошёл во двор и постучал в дверь. Кутёж в доме продолжался как ни в чём не бывало. Дима понял, что стука попросту никто не услышал. Постучав со всей силы и снова оставшись незамеченным, мальчик отворил дверь и зашёл внутрь.

– О-о-о, Димитрий! Заходи! – в радостной пьяной улыбке растянул Мулла, мужик лет пятидесяти, во внешности которого явно были черты предков, некогда приехавших из Средней Азии, оставшихся тут и родивших Муллу, настоящее имя которого было – Авдей, но этого почти никто не знал.

Дима снял шапку и вежливо поздоровался с присутствующими. Сидящий за столом его дед Никифор прекратил махать кулаком перед лицом собеседника, явно показывая, что тот неправ, и повернулся в сторону паренька. Увидев внука, дедушка улыбнулся, отмахнулся от струхнувшего оппонента спора, мол, будь по-твоему, и протянул Диме длань в приветствии. Мужики вокруг радостно загомонили, выражая удовольствие от заботы подрастающего поколения о предках.

– Дед, пошли домой, – пожал длань пращура Дмитрий.

Никифор кивнул и с силой опёрся на руку мальца, вставая из-за стола. Диме пришлось приложить недюжинное усилие, чтобы удержаться на ногах и не уронить коренастого крепыша, который, в общем-то, был и не дед в обычном понимании этого слова. Никифору было всего около пятидесяти лет, его крепкое тело было наполнено силой, а короткие курчавые чёрные волосы не тронула седина.

Дедушка кое-как собрался, и они с внуком вышли на улицу.

– Дед, ты же не поедешь сейчас за рулём? – с опасением посмотрел Дима на трактор «Беларусь», к которому отправился крепыш.

– Я – нет. Ты поедешь. Ты же умеешь. Технику оставлять без присмотра нельзя.

– Да я же педали не могу нажимать. Тяжело мне.

– Рулить будешь, – невозмутимо парировал дедушка, доставая из кабины ремень и принявшись наматывать его на какой-то шкив в кишках двигателя.

– А заведётся со шмОргалки в мороз-то?

– А то! Тебе это делать не предлагаю – мал ещё.

Дедушка закончил с приготовлениями, взялся за конец ремня и дёрнул со всей силы. Двигатель завёлся, подобно тому, как заводится машина с кривого стартера. Трактор взревел, пробудив собак со всей округи, выдал клубы чёрного дыма в воздух и затарахтел на повышенных оборотах.

– Погнали, – дедушка смотал ремень, бросил в кабину, сам залез следом.

Дима остался стоять на месте.

– Деда, может, пешком дойдём? Мулла не посторожит, что ли, до утра?

– Насторожит он… Ты же ездил уже. Не ссы!

– Я не ссу! Я летом ездил по ровной дороге. А сейчас зима, не перевернуться бы!

– Ну-ка быстро за руль! – рявкнул дед. – Включай заднюю скорость!

Едва Дима примостился за неудобным огромным рулём, закрыл дверь и дёрнул рычаг переключения скоростей, как трактор рванул задним ходом, разбрасывая снег по двору. Едва не сбив столбы, на которых держались открытые ворота, дизельный зверь вылетел на улицу. Дима остановил трактор, включил первую скорость и под аккомпанемент матерного руководства деда принялся рулить и переключать на повышение скорость за скоростью.

Трактор нёсся по деревне всё быстрее. На улицах, к счастью, было безлюдно, однако впереди была асфальтированная дорога, уложенная на насыпи, которую нужно было пересечь. Дмитрий несколько устал крутить тяжёлый руль, попутно работая с рычагом переключения передач на приличной для такого агрегата скорости.

Трактор взлетел на дорогу, пересекая её перпендикулярно. В последний момент Дима увидел мчавшийся им навстречу грузовик, который принялся сигналить.

– Как сейчас любят шутить в интернете: «Он был свободен, как и ты. Никто не крикнул: «Тормози!», – грустно усмехнулся Дима, цитируя строчку из песни группы «Ария» – «Герой Асфальта». – За рулём был в драбадан пьяный сосед. Я инстинктивно дёрнул руль в сторону, уводя трактор от лобового удара. Затем мир перед глазами перевернулся вверх ногами, я почувствовал тупую боль от удара головой и провалился в небытие.

Глаза Валерии вспыхнули тревожным магическим огнём. Она сильнее прижалась к парню и пара лежала так какое-то время.

– Врач сказал, что после удара головой есть частичная потеря памяти, – негромко продолжил Дмитрий. – Возможно, со временем восстановится. Вот уж не думал, что это займёт больше двадцати лет. А если бы не добрая волшебница, – Лера удостоилась поцелуя, – то поди так и бродил бы с провалом в сознании всю жизнь, – Дмитрий вновь нежно прильнул к устам Леры.

Насытившись поцелуями, брюнетка рассмеялась.

– Чего? – недоумевал Дима.

– Ты первый назвал меня волшебницей за последние пару десятков лет. До этого только папа так называл. Мне было пять. После всё ведьмой кликали. А что с твоим дедушкой? Он как аварию перенёс?

– Да ему хоть бы что. Отделался парой ссадин. У пьяных свой бог. Правда, поседел после этого быстро. И пить бросил. До сих пор жив-здоров.

Валерия нежно поцеловала мужчину, а затем провела по своему урчащему животу.

– Что-то кушать захотелось…

– Есть такая буква. Там, наверное, твой тёплый салат уже остыл, а Владислав думает, что мы сбежали не заплатив.

– Точно. Нам нужно реабилитироваться. Поделишься со мной индейкой?

Лера встала и начала надевать платье. Дима начал шариться вокруг шезлонга, ища свою одежду.

– С удовольствием. Мы можем вообще заказать всё что угодно посвежее.

– Давай разберёмся пока с этим. Там и канапешки уже, наверное, нас заждались.

Дима помог девушке застегнуть и поправить платье. Стоя сзади, он провёл руками от плеч до талии и обнял её, положив ладони на живот. Валерия откинула голову назад для поцелуя, который не заставил себя ждать. После Лера быстро собрала волосы в пучок, а Дима уже застёгивал рубашку. Закончив с одеваниями, они, обнявшись за талию, нетвёрдой походкой отправились обратно, напевая тот самый мотив «Guns N’ Roses», который когда-то навсегда изменил музыкальный мир Дмитрия.

Глава 9.

Оксана шла по тёмному пляжу, освещённому редкими фонарями и огнями отелей, стоявших на берегу. Отправив подругу на свидание, она решила немного прогуляться и освежиться. Луна светила ярко, чистое небо было усыпано звёздами. Девушка медленно шла по берегу, сняв сандалии и закатав джинсы до половины голени. Ласковые волны омывали сильные стройные ноги, а лёгкий ветер с моря немного развевал белоснежные волосы спортсменки. Ксанка дошла до понтона, прошла по нему до самого выхода к морю и уселась на краю, обхватив руками колени. Она сидела, молча смотря на луну и чёрные волны, разбивающиеся о сваи внизу.

Заботливая душа надеялась, что знакомство с Димой выведет подругу из многолетней чёрной полосы.

Вот уже два года Оксана делила с Лерой одну квартиру в родном городе Воронеже. И всё это время она пыталась растормошить подругу, вернуть к нормальной жизни после смерти её парня и последующего развала их музыкальной группы. Как раз незадолго до этих печальных событий Оксана проиграла бой, к которому основательно готовилась. Поражение было усугублено травмой шеи, полученной в ходе состязания. К счастью, крепкая девчуля быстро восстановилась и боль больше не давала о себе знать. Но после этого она решила сделать перерыв в карьере, а может и вовсе завязать со смешанными единоборствами. Подруги часто встречались, гуляли, сидели в пабах. Постепенно гуляния переросли просто в посиделки дома то с вином, то с пивом. А потом и с чем покрепче. Видя, что это приобретает всё более регулярный и затяжной характер, Оксана сказала алкоголю решительное «нет». Выход в реальный мир был тяжёлым и безрадостным. Ксанка с детства любила спорт, и сейчас он спас её. Блондинка увлеклась пауэрлифтингом. Однако, занявшись собой, она стала терять из виду подругу, оставшуюся наедине со стаканом. Девушки продолжали видеться, болтать о том о сём и сидеть в кафешках. Только Оксана пила молочный коктейль, а Лера брала «Лонг-Айленд айс ти». Затем Оксана ехала домой читать книгу, или в спортзал таскать штангу, а Лера уныло тащилась в неуютное жилище и проводила вечер в компании компьютерных игр и виски. Часто подруги играли в онлайн-игры вдвоём. Но Ксанка в компании стакана чая без сахара, а Лера всё чаще наливала ром с колой. А потом уже и без колы. Порой черноволосая геймерша накачивалась до такой степени, что не могла контролировать персонажа на экране, и отключалась, как от игры, так и сама.

Это продолжалось около года.

Блондинка уверенно двигалась к кандидату в мастера спорта по пауэрлифтингу, а Лера в мастера спорта по литрболу, с перспективой угодить в объятия к «белочке», как в простонародии именуется белая горячка. Оксана пыталась пресечь увлечение подруги спиртным. Она звала её в тренажёрный зал. Девушки вместе начинали ходить в бассейн. Валерия в юности хорошо играла в баскетбол, их команда даже становилась чемпионами среди юниоров. Хотя сама Оксана чувствовала себя на баскетбольной площадке как корова на льду, она нашла сообщество, которое устраивало любительские матчи, затащив Леру туда. Но рано или поздно всё оканчивалось тем, что подруга не приходила, придумывая очередное оправдание, которое шептал ей зелёный змий. Ксанка стала ходить домой к незадачливой спортсменке, чтобы посещать мероприятия вместе. Та стала ссылаться то на болезнь, то на занятость, то просто не брала трубку. Однажды, совершенно случайно, в туалете кафешки, Оксана обнаружила Леру, пытающуюся принять какие-то таблетки. Атлетка силой вырвала их, думая, что подруга хочет покончить с собой. Оказалось, что Лерке кто-то продал стимуляторы, и она собралась «ускориться» перед походом в клуб.

Ксанка поняла, что скоро потеряет стремительно несущуюся на дно соратницу, если не предпримет срочных мер. Однажды утром она заявилась к ней домой с чемоданами, сказав, что теперь будет жить здесь. Лера равнодушно впустила подругу, ничего не соображая с похмелья, затем упала на кровать и продолжила нервный сон. Ксанка не теряла времени даром. Она убрала тонны пустой тары из-под алкоголя, сделала небольшую влажную уборку, запустила стирку кучи вещей, валяющихся повсюду, перемыла посуду и приготовила завтрак из кофе, омлета и овсянки. Разбуженная манящими запахами, Лера кое-как выползла из-под одеяла и выглянула в коридор. Из кухни ей ослепительно улыбалась белокурая хозяюшка, приглашая к столу. Сделав необходимые утренние процедуры и пребывая в крайне смурном расположении духа, Валерия кое-как устроилась на кухонном уголке. Подруга заботливо накрыла её плечи мягким пледом, который принесла с собой, и подала завтрак. Лера уныло жевала сосиску и ковыряла омлет. К каше же вообще не притронулась, хотя Оксана с аппетитом съела всю свою порцию. Только приятный вкус кофе смог ненадолго вернуть черноволосую девушку к жизни.

Подруги стали жить вместе. Оксана как порядочная старшая сестра, а может даже и мать, ежедневно и еженощно возилась с депрессующей Валерией. Они ходили в кино, гуляли на свежем воздухе, посещали музеи и выставки, но Лере, казалось, ничто не приносит облегчения. Лишь только она делала попытку найти стакан и бутылку виски, подруга зазывала её сыграть матч в «Контру». Как только девушке хотелось посмотреть сериальчик под пивасик, Оксана делала чай с пирожными и, ложась рядышком, как мама-кошка грела незадачливого котёнка. Неизменно по утрам заботливая блондинка готовила вкусный капучино с ароматными десертами. Но всё не приводило к жизни Леру, хотя она и видела старания подруги.

Однажды Оксана уехала на соревнования по пауэрлифтингу на три дня в Питер. С Леры же взяла обещание вести себя хорошо. Кушать борщ, огромную кастрюлю которого Оксана приготовила накануне. Пить вкусный чай с оладьями, гору которых блондинка напекла впрок. Слушать хорошую музыку, а не воронежский black metal друзей-сатанистов. Не сидеть в интернете, смотря разную чушь в ютубе, а читать книги. Пусть даже дурацкое фэнтези или Донцову. Не засиживаться в онлайн-играх надолго, и тем более ничего не кушать и не пить во время виртуальных походов и матчей. Лера положительно кивала на все условия. Но, вернувшись из Питера, Оксана застала пьяную спящую за столом подругу в многопользовательской игре «World Of Warcraft», где соратники по команде тщетно пытались воззвать к ней. Блондинка выключила компьютер, уложила бубнящую что-то пьяньчужку в кровать, поцеловала в лоб, обняла, и они обе уснули.

Наутро Ксанка как всегда хлопотала на кухне. Погода за окном была отвратительная, лил дождь, ветер гнул деревья и срывал крыши с домов. Совсем рядом била молния, следом за которой раздавались раскаты грома. Лера проснулась, прилично отхлебнула из бутылки, которую припасла под кроватью с вечера, и поплелась на кухню. И так ей вдруг тошно стало от старающейся позитивной подруги, от её кофе, каши и сосисок с тостами. Валерия кинула чашку о стену, издав приглушённый вопль раздражения. Следом отправилась тарелка с завтраком. Оксана попыталась успокоить дорого человека, но Лера накинулась на подругу с проклятиями, начав ругать её, на чём свет стоит. Ксанке досталось за всё – за то, что она со своей благотворительностью вторглась в личное пространство, за то, что мешает жить, диктуя, что делать, а что нет, что пить, есть, смотреть и читать, а что нет, куда ходить нужно, а куда нет, и всё в таком духе. В довершение ко всему, вконец осатаневшая черноволосая бестия попыталась столовым ножом ударить подругу. Ей это, конечно же, не удалось. Оксана быстро скрутила нападавшую в бараний рог, повалила лицом в пол и стальным голосом сказала на ухо:

– Я прощаю тебе эту выходку в честь нашей дружбы. Когда будешь у последней черты, вспомни обо мне и позвони.

Дверь захлопнулась. Пьяная и униженная Валерия, рыдая, осталась лежать на полу. Сердце Оксаны разрывалось, когда она шла по лестнице. Ей казалось, что она спускается прямо в Ад, а внизу у подъезда её ждёт Люцифер собственной персоной, который лично кинет незадачливую благодетельницу в котёл для тех, кто бросает друзей на произвол судьбы. Но за скрипящей серой металлической дверью был только ливень, гром и ветер. Ксанка шла по улице насквозь мокрая, но она не замечала этого. В мыслях она хоронила лучшую подругу, которой, скорее всего, осталось недолго.

Дни полетели чередом, наступила зима, а за ней ранняя холодная и грязная весна. Оксана, наконец, получила звание мастера спорта по пауэрлифтингу, но её это мало радовало. От Леры не было вестей, и титулованная штангистка начала привыкать к мысли, что осталась в этом мире совсем одна.

После того случая с ножом Лера впала в злобный и беспробудный угар. Метал-концерты, drum & bass-вечеринки, непонятные обдолбанные ухажёры, странные тусовки в подозрительных местах, наркопритоны и холодные тела с передозом наутро, поездки пьяной компанией на машине по городу, ночь в обезьяннике – стали постоянными атрибутами повседневности. В ходе очередной афтепати после концерта кто-то вспомнил, что у его знакомого есть отличный самогон и ганджа. Недолго думая, уже в умат пьяные и обдолбанные тусовщики сели на видавшую лучшие годы «Audi 100» и отправились в область за новыми приключениями и ощущениями. И они их нашли. Обладатели пойла и веществ оказались крайне сомнительными личностями, по сравнению с которыми обсаженные нефоры сойдут за хор мальчиков-зайчиков. Тщетно лохматые рокеры надеялись на то, что совместное употребление алкоголя стирает социальные барьеры и прокладывает дорогу к дружбе. Практически сразу после начавшегося распития, со стороны бритых молодчиков в потёртых спортивных костюмах начались недобрые подколки и ухмылки в стиле: «А чёй-то у тебя волосы такие длинные? Баба что-ли?», «А пойдём, побазарим.», «Что, вам для пацанов денег жалко?», «До дна пей, сука! Ты нас не уважаешь?», и прочий словесный прессинг к горю наивных металлистов, сквозь алкогольный туман понявших, что мира не будет. Колорита добавляло демонстративное поигрывание ножом, плевки под ноги, недвусмысленные поползновения в сторону девушек и прочие дружелюбные жесты. А закончилось всё и вовсе разборками с поножовщиной, после того как одну из девочек новые знакомые попытались утащить в соседнюю комнату с известными намерениями.