Наш пустой мир

Никто не хочет и думать о том,

пока, пока Титаник плывёт

Мир опустел. И это была не метафора ускользающего в сон сознания. Я шла по улице, и шум шагов отдавался в голове, вызывая мигрень. Ветер легко касался меня, а тишина вокруг сгустилась туманным облаком, защищая от возможных врагов. Неживых. Зомби. Или как называл их Артур, альтернативно живых. Правда, три года назад всё это казалось или идиотской шуткой, или гигантской газетной уткой, которая пролезла в один миг во все издания – и бумажные, и электронные. Причём, не вызвала ожидаемой паники, а только всех развеселила. Появились забавные статьи, демотиваторы и многое другое. Множество популярных блогеров тогда изощрялись как могли. Официальная же пресса поначалу отмалчивалась. Кроме типично «жёлтых» изданий, которые издавна писали про НЛО и параллельные миры. Но кто им верил, кроме узкого круга ограниченных людей?

Мы с Артуром тогда только начали жить вместе, и когда он, задыхаясь от смеха, скинул наушники и повернулся ко мне от компьютера, я заранее улыбнулась, так как всегда была безумно счастлива в те моменты, когда мой парень менял бескрайний мир Интернета на мою скромную персону.

"Ты не представляешь, что я прочёл. Только посмотри сюда!" – он ткнул пальцем в экран, в открытый вордовский документ. "Я нарочно скопировал, чтобы сохранить на память этот апофеоз человеческой глупости. Конечно, наши сетевые журналисты и не на такой бред способны, но это, по крайней мере, смешно".

Эта статья, которая показалась нам очередной газетной уткой из серии: "На могиле Абдулова двадцать свидетелей видели сияющие огоньки. "Встаёт ли Ленин по ночам, и чем это вызвано? Нужно ли похоронить ходячий труп?"", изрядно нас развеселила.

В этот вечер я принесла ещё чаю, устроилась поуютнее на кресле, пододвинув его почти вплотную к креслу любимого и, прижавшись к его плечу, хохотала как безумная, едва не оглушая его. Хотя, разве можно оглушить того, кто слушал рок на полной громкости в наушниках?

Каждая буква этой статьи снова и снова всплывает в моей голове, пока я иду, крадучись, по совершенно пустой улице. Но я помню, всегда помню о зомби, об этих проклятых "альтернативно живых", которые могут скрываться где угодно, выскочить из любого угла и попытаться тебя сожрать с воем оголодавшего волка. Жалобным и диким одновременно, но жалость исчезает очень быстро, когда ты вспоминаешь о трупах, которые тоже могут валяться повсюду, словно опавшие осенние листья. Мёртвые тела, смерть – уже привычные элементы современной реальности. Человек, как говорят, ко всему привыкает, и я уже почти забыла о том, что когда-то жила в мире, в котором не было этого кошмара. Это мне иногда напоминало о том мире, в котором ещё не было мобильных телефонов, Интернета и возможности почти свободно путешествовать по миру (если не считать проблем с визой). То время ведь тоже было реальным, а сейчас в это с трудом верится.

В одной руке я сжимаю увесистую палку, которую за три года путешествий успела обрезать и сделать вполне удобной для применения. Этой палкой было очень удобно отбиваться от зомби – можно было и отталкивать их, и разбивать их гнилые черепушки.

За очередным поворотом меня поджидала приятная неожиданность: на серой стене очередной заброшенной высотки меня встретила надпись: "Убежище!", написанная на русском, английском, и как я поняла, даже на японском (или китайском?). От надписи вела стрелка, нарисованная голубой краской, к двери бокового выхода. Выщербленные ступеньки, ведущие к бронированной двери, и застеклённый балкон с целыми, хоть и грязными окнами, внушили ощущение долгожданного уюта.

Я вспомнила, что раньше такие вот выходы создавались для фирм, открытых прямо в жилых домах на первых этажах.

К счастью, мне не пришлось выбивать дверь. Ключ висел на гвоздике прямо возле бронированной двери с исцарапанной кожаной обивкой.

Казалось бы – сплошное палево, но у зомби никогда бы не хватило мозгов понять, что тут написано, даже если они не были иностранцами. И ключами пользоваться они тоже не умели. Хотя двери выбивать могли, особенно, если тварей собиралось много. Но эта дверь казалась незыблемой и прочной, словно скала.

Я взяла ключ и с трудом открыла явно давно заржавевший замок. Когда я, потная и усталая, наконец-то ввалилась в пахнувшее сыростью помещение, то сразу же закрыла за собой дверь просто задвинув огромный засов.

Скользя спиной по двери, я осела на холодный каменный пол и затряслась в беззвучных рыданиях, словно в конвульсиях – я давно уже научилась плакать беззвучно, двигаться почти бесшумно, убегать неслышно, будто призрак и даже драться без криков и воплей.

В моей голове вспыхивали фразы, словно кодекс рода у какого-нибудь замшелого, но чрезвычайно гордого аристократа: "Нельзя издавать звуки! Шум их привлекает. Огонь их притягивает, как и тепло человеческих тел".

Даже когда в моей голове всё перемешивается, словно остатки блюд на тарелках после какой-нибудь вечеринки, я чётко помню эти фразы, ставшие девизом моей жизни. Я должна выжить, чтобы найти Артура. Это и есть мой план минимум на эту жизнь, больше мне ничего не надо. Я верю, что он жив, что он где-нибудь ждёт меня, поэтому я так и не осела ни в одном "Лагере для выживших" или «Приюте», организованным какой-либо из официальных церквей или очередной сектой.

Кроме того, в столице, где я сейчас обитаю, несколько раз проводили серьёзную зачистку, поэтому на армию зомби я вряд ли наткнусь.

Когда меня наконец-то отпустило, и я могла более-менее спокойно осознавать реальность, я встала, кряхтя, как старая бабка, а затем начала внимательно осматриваться, сжимая мою любимую палку двумя руками. Сколько раз она спасала мне жизнь! Конечно, я бы предпочла пистолет или что-то в этом духе, коктейль Молотова или даже бомбу, но, увы, чего не было, того не было, а все немногочисленные магазины оружия были разграблены в первые дни эпидемии. Правда, мне удалось добыть шокер, но его было сложно использовать, так как пришлось бы подпустить зомби слишком близко. А этого никак нельзя было допустить! Да и скорее всего, он уже разрядился сам по себе.

Несмотря на все мои опасения, в помещении никого не было: ни живых, ни мёртвых. Припасов тоже не имелось. Раньше, когда все думали, что это ненадолго, что правительство и армия – если не свои, то соседних стран – быстро справятся с этим «безобразием», в подобного рода убежищах каждый брал понемножку, даже что-то оставлял из того, что не мог унести. Но подобного рода бескорыстие продержалось недолго. Каждый начал хватать всё, что плохо лежит, даже если и становился после этого жертвой "альтернативно живых", так как не мог быстро бегать из-за чересчур тяжёлой сумки или давящего на спину и плечи набитого рюкзака.

Осмотрев пространство комнаты и заглянув во все углы, я сняла грязный рюкзак, поместив его на пол, поближе к себе. На всякий случай, вдруг придётся брать ноги в руки и бежать сломя голову. Кстати, в последнее время всё чаще приходится убегать от живых, а не от мёртвых. До сих пор мне снятся кошмары о том, как одна компания ублюдков пыталась меня убить, чтобы сожрать. Несколько раз приходилось убегать от насильников или желающих поживиться моими вещами.

Иногда убежать не получалось, но я всё равно выживала.

В последнее время я ненавижу всех мужчин, кроме своего любимого, так как, даже когда я видела подобные катастрофы в кинолентах или компьютерных играх, они всегда первыми дичали и устраивали гнусные оргии, наверное, подражая своему кумиру – Маркизу де Саду. Бессмысленная жестокость ради простого убивания времени, а не выживания. Хотя такие банды существовали очень недолго, так как ходячие «члены» любой подобной «организации» почти сразу же начинали разборки между собой.

Как-то мне пришлось некоторое время проваляться в полубреду в подвале, в плену одной такой шайки. Мне приходилось наблюдать, как они ловили людей, изображая из себя спасителей, предлагая выжившим еду и кров, а потом швыряли в подвал, чтобы прикончить и съесть. Правда, некоторым девушкам предлагали остаться в качестве любовниц, служанок и поварих. Те в основном соглашались. Некоторых молодых и сильных мужчин тоже оставляли в живых для пополнения «команды». Лично меня оставили в резерве, так как мной заинтересовалось сразу три бандита, каждый из которых имел немалую власть. Пока они решали, кому я достанусь, я едва не погибла от ужасной простуды, которая только усугублялась содержанием в холодном и сыром помещении со спёртым воздухом. Только чудом простуда не перешла в воспаление лёгких.

В результате между тремя главарями вспыхнула ссора. Под шумок мне удалось развязать руки и удрать, прихватив свои вещи и три чужих консервы. Очутившись снаружи, я трясущимися руками собрала старые газеты и пожелтевшие от времени журналы из ближайшего газетного ларька с разбитой витриной, разожгла возле полуразрушенного здания костёр и с безопасного расстояния – спрятавшись в том же ларьке – наблюдала, как к дому постепенно подтягивается штук двадцать зазомбированных.

Огонь перекинулся на само здание, и те, кто с воплем вылетали наружу, чтобы не сгореть заживо, попадали прямо в гостеприимные объятия живых мертвецов. Никто не выжил. Увы, несколько таких же несчастных пленников, как и я, тоже погибли. Но я в тот момент думала только о себе, так как дала себе слово отыскать Артура.

Больше всего мне было жаль сгоревшие припасы и испорченное в пламени оружие.

Впрочем, когда производилась последняя зачистка, подобные банды искоренялись с такой же безжалостностью, как и зомби, поэтому сейчас в столице было пусто и мертвенно беззвучно.

Из старого, покосившегося от времени и сырости шкафа, я выудила матрас и относительно чистое постельное бельё.

Устроив себе постель, я отправилась на кухню. К моему изумлению, вода в кранах текла тонкой струйкой. Горячей воды не было, только холодная, но уже это можно было считать чудом.

Достав с полки чью-то чашку – явно разбитую и кое-как склеенную – я её вымыла и наполнила водой, которую с наслаждением выпила жадными глотками, едва не подавившись. Через пару минут тело наполнилось усталостью, стало чужим, слишком массивным. Зевнув, я отправилась на импровизированное «ложе», где и заснула тяжёлым, рваным сном.

Во сне я видела Артура, который погибал миллионы раз, и каждый раз его смерть была ужасной. А я ничего не могла сделать, никак не могла ему помочь, оказалась неспособной бороться с судьбой. Но я каждый раз пыталась спасти его, рискуя собственной жизнью, и всегда опаздывала буквально на доли секунды. Во сне я беззвучно кричала.

Когда я проснулась, мокрая и грязная, вся в поту, я неожиданно подумала о том, что будущего у нас с Артуром не было ещё тогда, когда его не отняли у всех остальных жителей планеты Земля.

Будущее – оно настолько эфемерно и зыбко, словно круги по воде от брошенного наугад камня. Вот пару секунд ты их видишь, они совершенно реальны, как и твоё отражение в воде, а затем вода перестаёт волноваться и снова становится мертвенно спокойной.

Будто ничего и не было.

Он работал журналистом в игровой индустрии, писал статьи про фильмы, книги, компьютерные игры. Настоящая популярность и востребованность пришли к нему, когда он стал вести свой видео-блог, в котором, собственно, занимался тем же самым, но работая на себя. Благодаря огромному количеству подписчиков и просмотров, Артур начал зарабатывать на рекламных роликах неплохие деньги. Кроме того, у него появились поклонники и поклонницы. И одной из них стала я.

Мы познакомились на вечеринке, которую организовал он сам. На эту встречу мой кумир пригласил своих фанатов, и пришло столько народу, что зал кафе моментально оказался переполнен. На встречу Артур пришёл со своей девушкой, с которой уже года три жил вместе. И эта девица злобно зыркала по сторонам и оттирала от своего парня всех фанаток. Впрочем, безуспешно. Одна из самых предприимчивых и безбашенных девушек подстерегла её в туалете и заперла в кабинке, каким-то образом сломав дверь.

Артур искал Алису, но в женский туалет войти не рискнул. В первую очередь, полагаю, по той причине, что на его вечеринку пришло большое количество других видео-блоггеров и летсплееров, которые снимали на камеру буквально каждый его шаг, а также отличались наличием очень длинных и слишком злых языков. Кроме фанатов, его и так преследовали различные психопаты, поэтому он не рискнул выставить себя в смешном свете, штурмуя женский туалет. Не хотел привлекать излишнего внимания недругов. Или поклонников, которые всегда нестабильны. Сегодня они тебя обожают, а завтра мечтают закопать в землю живым собственными руками.

Артур это прекрасно знал, так как и под его видео в блоге регулярно разворачивались целые баталии. Хейтеры там дневали и ночевали, писали гадости в комментариях. Правда, чаще всего они устраивали побоища друг с другом, выясняя у кого интимный орган больше или эго более раздутое.

Я смогла перекинуться с ним несколькими словами только тогда, когда окружившие его плотным кольцом девицы напились вусмерть. Любовь к халявной выпивке оказалась для них сильнее тяги к кумиру. Я без лишних слов вручила ему свою визитку, порадовавшись тому, что сделала их пару дней назад, призналась Артуру в любви, а потом долго и нудно выковыривала Алису из туалетной кабинки. Артур в это время оплачивал счета – и за сломанную дверь платить тоже пришлось ему. Дальше мы вместе развезли по съёмным квартирам и гостиницам приезжих, а также по домам местных жительниц. Алиса в это время поливала меня грязью, из-за чего они с Артуром окончательно поругались. Как оказалось, он терпеть не мог, когда личное бельё перетряхивают на публике, пусть даже эта публика состояла только из меня. А в пылу ссоры Алиса припомнила ему и прошлые "грешки".

Если честно, я не думала, что он мне позвонит, так как ситуация, при которой мы впервые встретилась, выставляла каждого из нас не в самом хорошем свете. Я выступила в роли оголтелой, ополоумевшей фанатки, он – в роли труса и глупца, у которого из-под носа «украли» девушку, которая потом ещё и «опустила» его ниже плинтуса.

Но Артур мне позвонил и сразу предложил жить вместе.

"Я занятой человек, у меня нет времени на романтическую любовь и прочие глупости", – прямо сказал он.

Я сразу же бросилась покупать билеты на поезд, так как мы жили в разных городах. Терять мне было нечего. У меня не было своего жилья, так как младшая сестричка вовремя подсуетилась, забеременела в шестнадцать лет и сразу же прописала ребёнка в нашей гостинке, где мы жили впятером: я, сестра, мама, папа и бабушка. Обнаглев, она прописала туда и своего «хахаля», который потом, недолго думая, подал в суд, требуя свою часть квартиры во Львове деньгами. Квартиру не позволили продать лишь по той простой причине, что младенца не так-то просто лишить жилья до его восемнадцатилетия. Однако судя по злобному напору Дениса, он таки собирался дождаться этого времени и снова потребовать денег. И нас, скорее всего, могли бы выселить. Я не стала дожидаться этого веселья, ухватилась за шанс, который подарила мне судьба, и помчалась к Артуру. К тому же, я и вправду влюбилась в него по его блогам и статьям. Конечно, я осознавала, что он отнюдь не идеал, но сексуальный голос, резкий смех, правильные черты лица и белокурые волосы вкупе с пронзительно голубыми глазами – это сочетание оказалось для меня убойным алкогольным коктейлем.

Я горела, словно подожжённый бензин, и стремилась к любимому всем сердцем.

Как ни странно, мы отлично сошлись характерами. Я никогда не мешала ему снимать видео и писать статьи, никогда не канючила: "Бросай свой противный компьютер, иди лучше ко мне!", не требовала сменить работу на более подходящую и «взрослую». Если кому-то со стороны я казалась аналогом домашней кошки – это их проблемы. Меня всё устраивало, более того, мне было безумно хорошо.

Но я осознавала уже и тогда, хотя стремилась не акцентироваться на этих мыслях, что у нас нет будущего. Деньги, которые получал Артур на работе и благодаря творческому хобби, были не так уж велики. То есть, их хватало на оплату съёмной квартиры и всех счетов, а также было достаточно, чтобы не отказывать себе во вкусной еде и хорошей одежде. Мы даже откладывали на поездку в Париж и Лондон – эти две столицы Франции и Великобритании обладали удивительной притягательностью для Артура. Ну, и я отнюдь не была против там побывать. Но, как и во многих семьях нашей исторической Родины, нам никогда бы не хватило денег на покупку собственного жилья. А какое будущее без квартиры?

Для себя я решила, что, если у моего любимого появится девушка с хорошим жильём, я отойду в сторону, даже если моё сердце разорвётся, и я сама окажусь на улице. В первую очередь я хотела, чтобы он был счастлив.

Но будущее у нас отняли ещё тогда, когда мы были безоговорочно счастливы и даже не думали о разлуке.

Всё началось в один из осенних дней, когда мы – и многие другие люди – даже и не подозревали о приближающемся апокалипсисе. Жители нашего города с утра отправились на работу или по магазинам, занялись своими обычными делами или предались безделью.

Насколько я поняла из газет и электронных изданий, всё началось с морга. Точнее, с нескольких моргов, из которых украли – как все тогда думали – слишком много трупов. Как оказалось, эти мертвецы появились в моргах после того, как ВИЧ-инфицированным была доставлена первая партия экспериментального лекарства, которое, как утверждала фармацевтическая компания «Метадон», должно было полностью их излечить, уничтожив вирус. Изначально лекарство было протестировано на первых ста добровольцах в США.

Все очень удивились, но они действительно выздоровели. По крайней мере, так показали многочисленные тесты и анализы. После этого лекарство было спешно отправлено в другие развитые страны, а также – в не слишком развитые. Так лекарство попало и к нам – в страну третьего мира.

И после внезапного выздоровления все те, кто носил в себе вирус СПИДа и выпил это лекарство… стали умирать. Поднялся скандал, в некоторых местах даже прошли многотысячные митинги, так как практически все были уверены, что либо ВИЧ-инфицированных специально отравили, либо лекарство не прошло всех необходимых проверок, так как фармацевтическая компания стремилась как можно скорее заполучить многомиллиардный куш от правительства и частных лиц, которые очень сильно ожидали этого лекарства. И готовы были на любой риск, чтобы выгрызть у судьбы шанс на выздоровление.

С выпуском препарата поспешили – большинство людей так и подумало. Впрочем, не сказать, чтобы эта ситуация была чем-то необычным на современном рынке. Ради прибыли многие продают вредные продукты, а также спешат выпускать новые лекарства, напитки и еду, которая может нанести вред людям.

Почти все семьи погибших готовились подавать в международный суд прав человека, митингующие собирались на главных площадях с наспех нарисованными плакатами, те, кто потерял членов семьи или любимых, страдали. Но никто не подозревал, к чему всё это может привести.

Когда из моргов начали пропадать тела, а патологоанатомов находить мёртвыми и изувеченными, большое количество людей, жадно следивших за новостями об этом сенсационном деле, посчитало, что тела выкрали, чтобы провести экспертизу, для того, чтобы точно убедиться в том, что в их смерти виновато лекарство. Хотя, конечно, сложно было представить совпадения таких масштабов.

В этот день Артур отправился в магазин электронной техники – присмотреться к дорогим компьютерам и другим подобным аксессуарам. Он это дело просто обожал. Как многие девушки готовы часами рассматривать украшения в ювелирном магазине, он мог долго поедать глазами компьютерную технику, доводя продавцов-консультантов до исступления. Когда он планировал приобретать более мощный компьютер, ноутбук, нетбук, мышку, наушники или что-то другое в этом духе, то обычно очень долго выбирал, мог обойти магазинов десять, прежде чем уйти с покупкой. Меня это нервировало не меньше, чем несчастных продавцов-консультантов, так как я не являюсь фанатом техники, потому что вообще очень плохо в ней разбираюсь. По этой причине я осталась дома.

Когда в сети начали появляться странные сообщения на форумах и новости на сайтах о нападении обезумевших маньяков, я снова подумала про газетную утку, но внутри начало нарастать напряжение, нервозность и волнение. Я не находила себе места. Обычно я не отвлекаю любимого в такие моменты, но через три часа его отсутствия я не выдержала и позвонила ему на мобильный. Его телефон не отвечал, отчего я заволновалась с новой силой. Артур очень редко отключал мобильный, обычно, если был занят, переключался на беззвучный режим, так что я начала нервно расхаживать по квартире.

Вижу себя словно со стороны, как я, бледная и взволнованная, мечусь, словно тигр в клетке, начинаю молиться и постоянно напрягаю слух, мечтая услышать долгожданный скрежет ключа в замке.

В конце концов, не выдержав, я оделась, схватила сумочку и кинулась вниз, в надежде встретить Артура на улице. Кроме того, я планировала прогуляться, чтобы успокоить нервы. Мобильный я держала в руке, постоянно смотрела на мёртвый экран и поставила звук на самую большую громкость, чтобы случайно не пропустить звонок от него.

Когда я гуляла таким образом вокруг нашего дома, неожиданно кто-то выбил мобильный у меня из рук: белый телефон упал на асфальт и разлетелся буквально на запчасти. Я уже готовилась наорать и даже отдубасить того, кто это сделал – не важно, специально или случайно – но открывшаяся картина заставила застыть на месте и заорать.

Где-то с десяток… существ жутко рычали, скалили зубы и кидались на прохожих. Я вижу всё как в замедленной съёмке, сознание плывёт, словно бы от воздействия наркотиков. Вот один из них впился в шею маленькой девочке, а её мать с истошными воплями тщетно пытается вырвать ребёнка из рук безумца, вот хрупкая на вид и полностью обнажённая женщина с едва зашитым швом на теле – следами вскрытия – кидается на крупного, мускулистого мужчину – и тот вырывается с жалобным писком мышки, которую душит питон.

На какой-то миг я почти сумела внушить себе, что на моей улице снимают фильм в жанре ужасов, но кровь была слишком уж настоящей, а страх и боль людей не казались притворными. Да и не умеют так играть наши актёры. Потом я вспомнила недавно прочитанные статьи и сложила в голове "два и два". Когда ко мне кинулись мёртвый мужчина и мёртвая женщина, я с дикими воплями бросилась прочь, сметая всё на своём пути. Я перевернула детскую коляску, а затем использовала её в качестве препятствия, я петляла по переулкам, радуясь идеальной памяти, которая позволяла мне сориентироваться в узких улочках даже в таком стрессовом состоянии. Я хотела вернуться домой, но меня остановило жуткое зрелище: какая-то машина въехала прямо в парадное, наполовину ворвавшись в коридор, отчего зайти в дом не было никакой возможности, а про чёрный ход через подавал я даже и не подумала, так как обычно он был закрыт бдительным дворником.

Больше я в свой дом не смогла попасть, так как после пожара от него остались лишь обгоревшие стены, а потом здание было разрушено, когда полиция и армия впервые попытались уничтожить зазомбированных.

Я в буквальном смысле ошалела и некоторое время просто бегала туда-сюда, почти не осознавая реальности. Сознание плыло рядом, словно воздушный шар с гелием у ребёнка в руках. Потом раздался чей-то громкий, очень неприятный голос из громкоговорителя, который приказывал покинуть город.

Интересно, как я должна была это сделать? Тут же изобрести и собрать свой личный вертолёт из подручных материалов?

В первую очередь, когда я немного пришла в себя – резкий голос, ударивший по мозгам и ушам немного помог в этом, словно шоковая терапия – я ринулась в торговый центр. Оттуда бежали люди, включая охранников и продавцов; меня едва не затоптали.

Я некоторое время проблуждала в почти пустых помещениях, так как всё ещё пребывала в шоке, почти в трансе, мне всё казалось, что я вижу кошмар. Через некоторое время я нашла то, что искала: магазин спортивных товаров. Там я без всякого стыда сбросила одежду и нацепила на себя спортивное термобельё и удобный спортивный костюм, а также самые навороченные кроссовки. Напялила я и зимнюю курточку, хотя осень только-только вступала в свои права. Наверное, инстинкт мне подсказал, что весь этот ужас затянется надолго. Если не навсегда. Я запасливо запихнула в карманы новой куртки тёплые кожаные перчатки, шарф и ещё какие-то мелочи, уже толком не помню.

Какой-то мужчина, явно бывший продавец, куда-то тащил ролики и лыжи. Наткнувшись на мой взгляд, пожал плечами: "Всегда мечтал об этой модели, но постоянно денег не хватало. Убегу в горы, буду кататься на лыжах, ни один зомбак меня не догонит!"

"Удачи!" – фыркнула я в ответ.