Ореол главного героя для попаданки

Не обращая внимания на визжащую от счастья девицу, которую Роза вытащила из комнаты за шкирки, она подошла к ним и устроилась рядом с братом.

– Кстати, почему я ещё пришёл, – заговорил Кристиан, обмахиваясь веером, который он достал из пространственного кольца. Он старательно не смотрел на Лорелей. – Понимаешь, моя мать… Она подумала и решила, что ты станешь неплохой наложницей.

Он резко пожал плечами и криво усмехнулся:

– Я так понимаю, она хочет, чтобы в нашей семье появился ещё хоть кто-то с магическим телосложением. У меня-то обычное. Куда мне до Томаса! – с болью и завистью в голове произнёс он.

– Чьей наложницей? Твоей или Томаса? – прищурилась Инга, сверля его пристальным взглядом.

– Как ты захочешь, – парень сжал веер, едва не сломав его.

– Ну, я тебе не нравлюсь, а Томас меня ненавидит, – резко пожала она плечами и отвернулась. На миг мелькнувшая надежда снова растаяла, как мороженное в пустыне. – А я хочу быть с тем, кому я буду нужна. Не важно, женой или наложницей, – призналась она, слабо улыбаясь.

– Я тебя совсем не узнаю, сестрёнка, – улыбнулся Дамиан. – В этот момент ты даже стала на девушку похожа. Совсем немного, но ты уже ступила на верный путь. А если ещё и платье наденешь, то отбоя от кавалеров не будет.

– В этот месяц, пока идёт турнир, в столицу съедутся не только девушки со всей нашей империи, но и мужчины, – быстро и радостно отозвался Кристиан. – Многие девушки рассчитывают с кем-нибудь познакомиться! Не всех же возьмут во дворец. Иначе дворец треснет.

На миг Инге даже стало больно, что он выглядел таким счастливым, когда она его отвергла.

– Я даже помогу тебе выбрать платье! – заулыбался Кристиан.

Инга проглотила готовое вырваться: «Себе купи!»

Оглядев его ещё раз, она подумала, что юноша достаточно женственный, чтобы платье ему пошло. Но затем она себя отдёрнула, осознав, что находится в другом мире. И тут совсем другие обычаи, да и мода абсолютно иная. И многие молодые парни надевают поверх штанов такие яркие и узорчатые рубашки, кафтаны или что-то вроде халатов, что их бы с распростёртыми объятиями приняли представители «радужного сектора». Да и многие юноши носили драгоценные заколки, подвески, браслеты, кольца, опять же, таскали веера.

– Ради того, чтобы от меня окончательно избавиться, ты даже готов зайти в лавку женской одежды? – рассмеялась Инга, дёргая ногами. – Хорошо, дорогие мои, вы сами напросились! Сегодня идём на улицу Магнолий, а там пройдёмся по самым дорогим лавкам женской одежды!

Дамиан с Кристианом почему-то приуныли.

Поход за женскими трусами и прочими платьями Инга, немного подумав, отложила на следующий день. Слишком сильно она устала, да и за один день уже достаточно натерпелась.

Ей хотелось завалиться спать, но безжалостный братик потянул на тренировочной площадку. Впрочем, ей и самой хотелось проверить навыки своего тела.

Дамиан вручил ей тренировочный деревянный меч и встал напротив с точно таким же. Кристиан уселся на плетёное кресло под навесом и отлично проводил время на ярком солнышке, попивая холодный лимонад и обмахиваясь веером.

Инга вспомнила, что тут времена года не делятся на двенадцать месяцев, а на два периода: Восстание Солнца и Торжество Льда. И каждый период занимает как раз по шесть месяцев. Ну, если она считала по прежней системе. Впрочем, Селена прекрасно справлялась с ролью Луны, как считала Инга. Приливы и отливы, множество верований – и всё такое прочее. Разве что вампиров не было. Хотя в её прошлом мире их тоже не было, как и оборотней.

И сейчас был третий месяц Восстания Солнца. Царила жара, из земли вовсю лезли растения, кусты и деревья покрывались листьями и цветами. Адская жара соседствовала с приятными ароматами и нежными ветрами.

Тренировочная площадка нагрелась, как асфальт на солнце. Инга казалось, что она видит дрожащее марево, и вот-вот мимо прокатится перекати-поле.

А они с братом встали друг напротив друга, как ковбои в старых боевиках. Только не с пистолетами, а с тренировочными мечами.

И тут братик кинулся к ней, быстрый, словно ветер, прекрасный, как пригламуренный боец из аниме. Когда кровь-кишки и все прочие ужасы, но причёска должна оставаться героической, а лицо – прекрасным.

Тряхнув головой, девушка настроилась на битву, ощутив первые позывы незнакомого ей ранее боевого азарта. Раньше от любой драки она убегала с дикими визгами, по пути швыряясь первыми попавшимися предметами, домашними животными и людьми. Теперь же она, прочно обхватив импровизированный меч за рукоять, кинулась в ответную атаку.

Сначала она жутко лажала, так как знания – знаниями, а реального опыта боевых действий у неё не было. Но позже выручила память тела и тот самый могучий резонанс костей. Несколько раз удивительная аура оранжевого цвета защищала её тело от атак молодого мужчины, пока она тупила.

– Что-то сегодня с тобой не так, – покачал головой Дамиан, с тревогой глядя на неё. Он забрал у неё тренировочный меч и поместил их на стойки.

– Да, солнце, наверное, голову напекло, – она несмело рассмеялась и потёрла затылок. – Ну, да, у меня же чёрные волосы, а солнечные лучи любят этот цвет. Он же такой готический. Сами понимаете, вечная борьба света с тьмой.

Слабо рассмеявшись, Инга ощутила, как тело становится слабым, будто бумажным. Она тут же свалилась на руки мгновенно подскочившего брата. И ощутила жуткую боль, словно кости грудной клетки решили выдавить внутренние органы. Она не могла дышать, а сердце перестало биться.

«Неужели меня отправят назад?» – внезапная мысль прочертила потемневшие чертоги разума, словно метеорит небо – и погасла.

Открывать глаза было сложно, словно ей на веки положили монеты. Она помнила, так когда-то хоронили пиратов. Нежная прохлада овевала тело. Она застонала от приятных ощущений, чувствуя под собой шёлк постельного белья.

«Неужели меня продали в дорогой бордель? Где кондиционеры и шёлковое бельё? Да ну, бред. Может, я упала в обморок в торговом центре, а меня спас миллионер и увёз на своём вертолёте в роскошный особняк?»

Эти нелепые мысли сорвали смешок с губ.

Хлопнув ресницами, она наконец-то смогла открыть глаза.

Над головой увидела балдахин с розовой газовой тканью, который колыхался от ветерка.

Чуть повернув голову, Инга застыла, так как возле её кровати на низкой скамейке сидел самый красивый мужчина, которого она когда-либо видела. И даже модельные красавчики с обложек журналов не могли бы с ним сравниться.

Правильные черты лица завораживали некой гармонией, которая составляла удивительную вселенную истинной красоты. Длинные каштановые волосы были собраны в хвост, но выбивались из него пышным буйством.

Чарующие чёрные глаза смотрели прямо в душу.

И ей вспомнилось, что она всегда боялась смотреть прямо в глаза людям с тёмными глазами. Это было словно заглядывать в колодец, на дне которого лежит скелет.

Но эти глаза казались ей чёрными звёздами, которые манили волшебным сиянием.

Нежные розовые губы шевелились. Молодой мужчина что-то ей говорил. Протянул руку проверить температуру – она подалась ему навстречу лицом. И блаженно застонала, когда прохладные пальцы коснулись горячего лба.

Моргнув, Инга отметила, что её тело окутывает оранжевый свет. Словно бы она горела прямо на кровати. Сгорала от высокой температуры, которая подарила ей две галлюцинации: одну странную, в виде пламени, другую прекрасную, в виде прекрасного юноши.

– Ты ангел? – потрясённо спросила она, когда он протянул к ней и другую руку, и та засияла белоснежно-перламутровым пламенем.

Мужчина ничего ей на это не ответил, лишь потянулся и достал из своей поясной сумочки небольшую бутылочку с ярко-фиолетовым, кислотного оттенка, содержимым.

На какой-том миг ей подумалось, что бутылочку он достал из параллельного мультяшного мира, настолько она ярко сияла.

Когда он открутил крышку и поднёс сосуд к её рту, приподнимая её другой рукой за плечи, Инга без лишних объяснений догадалась, что содержимое нужно выпить.

И выпила.

Через мгновенье Инга осознала, что балдахин не свалился ей на голову вместе с небесами, а сам юноша не расхохотался как злодей из малобюджетного хоррора. И ей стало намного лучше, исчезло давящее ощущение в груди и напряжение в конечностях.

Инга с интересом наблюдала, как белоснежное с неким розоватым оттенком пламя незнакомца загоняет её пламя обратно в кости.

Она по-прежнему ничего не слышала, словно у неё заложило уши в самолёте.

Внезапно что-то привлекло её внимание, отвлекая от созерцания спокойно-сосредоточенного мужчины. Тот убрал руки и погасил пламя. И тоже повернул голову, чтобы тоже взглянуть в окно.

За окном небеса разверзлись и повсюду бушевали буйные ветра. Небеса расчертили фиолетовые молнии. Ей даже показалось, что молнии такого же невозможно яркого оттенка, как то зелье, которое ей дали выпить.

Внезапно уши заболели, и она услышала грохот грома.

– Какая-то странная гроза, – взволновано заметила она, садясь на постели. Инга уже осознала, что находится в собственных покоях и в своей постели. Точнее, в покоях, где раньше проживала Лорелей.

Проанализировав происходящее, Инга осознала, что гроза странная даже для этого волшебного мира.

Переведя взгляд на лицо парня, Инга отметила волнение и даже отголоски страха на его лице. Чёрные глаза лихорадочно заблестели, а дыхание стало прерывистым.

– Куда бежать?! – тут же сориентировалась она.

Задним умом она вспомнила, что этот красавчик – Томас, старший брат Кристиана.

Ей показалось забавным, что Лорелей всегда считала Томаса противным и надменным. И даже не признавала его красоты. Бывшая хозяйка её тела никогда не видела в нём мужчины.

«И слава местным богам! Конечно, Лорелей его донимала вместе с Кристианом и Дамианом. Но это были лишь детские игры. Хоть с ним Лорелей не пыталась играть во взрослые игры! Надеюсь, он простил её/меня как ребёнка. Всё же взрослые должны быть снисходительнее к детям, а он меня старше на семь лет. Интересно, а если я его сейчас поцелую, используя внезапность, он тоже скривится, как его братик?»

Инга мысленно себя отшлёпала, пытаясь сосредоточиться на чём-то ещё, чем пускать слюни на невероятного красавца.

Тем более, что обстановка на окном агрессивно намекала на тотальный звездец.

– Мы уже не успеем сбежать, – покачал головой Томас. У него был приятный, но слегка хрипловатый голос. Ей показалось, что он то ли недавно сорвал голос, то ли был простужен.

– А что вообще произошло? И от чего или кого мы не успели сделать ноги? – поинтересовалась Инга и всё же попыталась встать с кровати.

Её шатнуло от слабости, но она ухватила верный меч, стоявший на стойке прямо возле изголовья. Оперлась на ножны и попыталась собрать себя в единое целое.

– Я предполагаю, что какой-то идиот, ну, или идиотка, открыл портал прямиком к демонам, – дрогнувшим голосом пояснил он. – Нам осталось только сражаться.

– А иначе что? – уточнила Инга, радуясь, что силы постепенно возвращались. И она могла тащить меч в руках, а не опираться на него, как старик на палочку.

– В ином случае нас просто сожрут, – искоса глянув на неё, словно сомневался в наличии у неё мозгов, отозвался он, напрягаясь всем телом и вставая в защитную стойку. – Демоны очень любят кости, наполненные магией. Это у них самый вкусный десерт.

– Спасибо, хоть не женские гру… В смысле, мозги, – быстро добавила она, тряхнув головой. – Да, пока нас тут не прикончили и не обглодали наши мистические косточки, я хочу поблагодарить тебя за спасение! Не знаю, что за зелье ты мне выпоил, но оно помогло: мне стало лучше. А то я уже помирать собралась. Не дышала и сердце перестало биться.

– Я знаю, – нервно отозвался он. – Брат послал за мной самого быстроногого слугу. Хорошо, хоть додумался дать тебе пилюлю стазиса.

– Он трогал мои губы?! И ему не стало плохо? – она округлила глаза. – Бедняга, надеюсь, ему всё это не приснится в кошмаре и не сделает импотентом.

– Не преувеличивай, – хмыкнул Томас, почему-то кинув быстрый взгляд на её губы. – Не такая уж ты и страшная. Особенно, когда лежишь в постели, не ругаешься и не дерёшься.

– Ага, прямо спящая красавица, – с иронией ответила она, хоть и понимала, что её отсылку всё равно не оценят.

Порыв ветра внезапно стукнул створкой окна, разбив стекло. Молния ударила прямо посредине комнаты, и на этом же месте появилось неприятное существо, издали напоминающее разозлённую пантеру, доведённую посетителями зоопарка до сумасшествия. Только зверь был с громадными глазами, светящимися фиолетовым светом. Вдвое большое пантеры, с мощной пастью и острыми клыками.

Зарычав, зверь кинулся на них, мелькнув мощным телом в прыжке. Он двигался так быстро, словно та самая молния, его породившая.

Инга уже позже, спустя несколько минут, осознала, что они действовали синхронно: она выхватила меч из ножен и пронзила тварь в бок, насадив на зачарованное острие. А Томас зажарил тушку своим удивительным пламенем.

Тогда же она и вспомнила, что Томас обладает телосложением алхимика, и может генерировать магию в виде пламени. Которое обычно использует для создания пилюль и прочих настоек.

– Фух, мы справились! – радостно воскликнула она, едва не захлопав в ладоши. Но помешал меч, с которого капала фиолетовая кровь, почему-то вызвавшая у неё ассоциацию с ядерными отходами.

– Веселье только начинается! – закричал Томас, и, внезапно обхватив её за талию, выпрыгнул вместе с ней в окно.

– Мог бы и кровать прихватить. Было бы так удобно! Подрались, отдохнули, дальше побежали, – проворчала она скорее от шока.

– На открытой местности удобнее сражаться, – пояснил он своё странное поведение.

– А, ну, пошли, – Инга уже более-менее уверенно обращалась с мечом. К счастью, могущественное духовное оружие не отвергло её. А то был бы номер: если бы собственный меч вырвался из ножен и зарезал её же.

– Кстати, активируй силу ледяных черепов, – поспешно добавил он. – Иначе от твоей комнаты ничего не останется. Или ты хочешь в очередной раз сменить обстановку? – равнодушным тоном произнёс он, скептически приподняв брови.

Инга непонимающе уставилась на него, хлопая глазами, а затем ойкнула и прикоснулась ладонью к стене дома, передавая резонанс костей по невидимым для чужаков каналам. Тот час же перед внутренним взором девушки несколько черепов, встроенных в здание, начали светиться пустыми глазницами. Она словно увидела захватывающую сцену из мистического фильма, которую показывали только ей в мозгу.

Её передёрнуло от мыслей, что части скелетов умерших предков их семья встраивала в дом, чтобы защититься от врагов и различных природных катаклизмов. И от демонического пламени тоже.

Только сейчас Инга заметила, что перед гибелью этот жуткий демонический питомец успел дыхнуть огнём. И теперь в её комнате вовсю пылало фиолетовое пламя.

Но мёртвые глазницы предков не подвели – и белоснежные лучи, источающие мертвящий холод, пронзили комнату. Пламя ещё немного подёргалось, уничтожая кровать и постельное бельё, взбираясь по балдахину к потолку, но вскоре исчезло, уничтоженное морозом.

Зато теперь почти вся её комната замёрзла и на ближайшие часы подошла бы какой-нибудь Снегурочке. И мебель, тканевые обои, а также вся одежда в шкафу, как и многие прелестные мелочи декора, были безнадёжно испорчены.

– А откуда ты знаешь про наши скелеты в шкафу? В смысле, в декоре? – светским стоном поинтересовалась она, буквально прыгая, как заяц, чтобы поспевать за неожиданно юрким юношей.

– У нас и своих полно, – пожал он плечами. – Так все известные кланы делают. Хотя ваша семья лишь боковая ветвь, у вас богатая история.

– Ага, кости прямо из всех щелей сыпятся, – мрачно пошутила она. – Других богатств как-то не нажили. А, ещё ресторан есть, но он нам на самом деле не принадлежит. Поэтому я не могу понять, отчего твоя мать решила сделать мне предложение? В смысле, предложить мне стать твоей наложницей или наложницей Кристиана, – затараторила она. – Что во мне такого особенного?! В жизни не поверю, что ты тайно в меня влюблён, ха-ха! Вы всё-таки гораздо выше нас по положению. Вы – члены клана, пусть и не такого крупного, как наш. Но всё же не боковая, всеми забытая, ветвь.

– Сзади, – спокойно произнёс Томас и пинком отшвырнул её от зверя, напомнившего Инге громадного медведя, вставшего на задние лапы, только тёмно-серого со светящимися фиолетовыми глазами.

– Ты специально меня пнул! – возмутилась она, одним изящным движением меча отрубая наглому зверю лапу. Потому вторую. А затем и голову.

– Ты бы предпочла сперва ощутить его пасть и острые когти на себе? – парировал мужчина, сражаясь с двумя чёрными обезьянами с такими же фиолетовыми глазами, светящимися как электрические лампочки на ёлке. Он умело держал их на расстоянии, выставив вперёд ладони, из которых вырывалось сверкающее пламя.

Инге подумалось, что если бы у их семьи был снайпер, то этих зверушек можно было запросто перестрелять на расстоянии, ориентируясь на сверкающие глазки.

Затем она вспомнила, что тут и пистолетов никаких нет, не говоря уже о винтовках с оптическим прицелом.

Белоснежное пламя заставляло демонических тварей корчиться и выть, почти мгновенно сгорая.

На какой-то миг ей стало плохо от запаха горящей шерсти и плоти, от жутких визгов и завываний зверей. А кровь, стекающая с лезвия её меча, вызвала секундный ступор и прилив отвращения.

Но затем, повернув голову на человеческий крик, Инга увидела, как огромный чёрный слон и яростно трубит длинным хоботом и безжалостно давит их слуг, словно мух убивают мухобойкой.

С гневным криком, ощутив прилив жалости, ярости и убийственного намерения, Инга изо всех сил швырнула свой меч прямо в огромный глаз этого слона-мутанта. И меч не подвёл, пронзив глаз, а затем и мозг демонической твари. А потом, подчиняясь её жесту, вернулся ей в руку, будто брошенный бумеранг. Слон с грохотом обрушился на землю.

– Они ещё живы?! – крикнула она, не в силах заставить себя подбежать к трём мужчинам, которых сперва слон топтал громадными ножищами, а затем ещё и свалился сверху.

– Если у них особое телосложение, то у них есть шанс выжить, – спокойно отозвался Томас и кинулся к ним. – Да, у них телосложения высших воинов. Сейчас я дам им пилюли восстановления, а потом нужно оттащить их в безопасное место. Если оно тут вообще есть поблизости. Лучше сосредоточься на тех, кого ты на самом деле хочешь спасти, – серьёзно произнёс он, взглянув ей в глаза. Его чёрные глаза казались ей застывшими чёрными озёрами. В них не отражалось эмоций.

– Мой брат! – тот час же воскликнула она. – И твой брат. Кристиан ещё тут или уже домой ушёл?

– Он уже дома, – успокоил он её. – Я отправил его отдыхать, он очень за тебя волновался. Он хотел остаться рядом с тобой. Но я сказал ему, что он всё равно ничем тебе не сможет помочь. Тут нужно телосложение алхимика и первородное белое пламя. А всем этим обладаю только я. А за твоего брата волноваться глупо. Он сильнее нас обоих.

– А мои родители? Ах да, они же уехали в главный клан, – наконец вспомнила Инга, погрузившись в воспоминания Лорелей.

– Ходят слуги, что родители собираются выгодно выдать тебя замуж за кого-то из перспективной молодёжи главного клана, – внезапно произнёс Томас. – Полагаю, поэтому моя мама решила подсуетиться. Если бы ты дала согласие перейти в нашу семью посредством замужества, то всем бы пришлось с этим смириться. Всё же ты – элитный воин. И принудить тебя силой они не могут. В конце концов, никто не хочет получить себе жену или наложницу, которая его сильнее, – хмыкнул мужчина. – И которая против разделения ложа.

– Думаешь, кто-то открыл портал в демонический мир, чтобы мы не смогли соединиться на брачном ложе? – дурашливо рассмеялась Инга, показав ему язык. – Колись, кто это из твоих бывших или настоящих такая ревнивица?

Он непонимающе уставился на неё.

– В смысле, признавайся, – закатила она глаза.

– Ты точно головой ударилась, – он покачал головой, буквально вытаращившись на неё.

– Что?! Чего это ты на меня глазеешь, словно я дура? – обиделась Инга, взмахом меча и изящным пируэтом обезглавливая какую-то жуткую чёрную птицу, похожую на грифона, которая пыталась выцарапать ей глаза. – Думаешь, я себя переоцениваю? Так я же не утверждаю, что тут дело в моей неземной красоте! А в том, что меня хотят навязать тебе, а у тебя явно много поклонниц. Может, ещё и настоящая невеста имеется, а? Которая, в отличие от меня, будет твоей женой, а не наложницей?

Взгляд Томаса стал крайне мрачным. Он скривил губы и мотнул головой.

– В детстве у меня была такая же противная подруга, какой стала ты для Кристиана. Я даже подумал, что нашу семью прокляли, когда ты появилась в его жизни, – язвительно произнёс он. Его взгляд стал мрачным, и он кинулся на помощь убегающей служанке, которая отмахивалась от летающих чертей громадным тазом.

Инга потеряла дар речи от шока. Некоторое время она только бессмысленно хлопала ресницами, да махала мечом в нужном направлении, когда нужно было кого-то убить.

На самом деле демоны то напоминали диких зверей, то выглядели настолько странным, что она побоялась случайно убить кого-то не того. Всё же в этом мире очень уважали домашних питомцев, которые зачастую выглядели весьма жутко. Ей сразу вспомнились опасные психи в её мире, которые дома держали чёрных мамб, крокодилов и прочий ужас.

Она боялась, что так задолбается, что начнёт убивать людей и остановится только тогда, когда полностью выдохнется. Или император специально ради неё вышлет всех своих воинов, чтобы её остановить.

Эти немного сумасшедшие мысли помогали ей справляться с шоком первых убийств. И видом нескольких мёртвых тел, которым, увы, уже нельзя было помочь.

Даже поддразнивающая и немного нелепая болтовня с Томасом позволяла двигаться дальше, перебарывать тошноту и ужас, расползающийся по нервам. От усталости начали дрожать руки и подгибаться ноги. Ей казалось, что она так устала, будто работала дровосеком в лесу. Только рубила не деревья, а срезала головы с чужих плеч. А ещё отрезала конечности. И это правда утомляло.

– Так что там с той подругой? – спросила она после победы над стаями мерзких тёмных фей с чёрными крыльями. У них единственных глазки были не фиолетовыми, а с ярко-алой радужкой.

Они как раз оказались возле умывальников около кухни, которыми пользовались слуги. Инга с наслаждением полила себя водой и готова была залезть целиком в какую-нибудь бочку с водой. Она даже была готова сорвать с себя дурно пахнущую одежду в чьей-то крови и ещё какой-то гадости, которую она боялась идентифицировать. И ей было плевать, что мужчина мог увидеть её голой.

Едва стоящий на ногах Томас тоже вовсю мылся, счастливо фыркая.

– Тебя так интересует моя личная жизнь? – едва слышно спросил он и уселся прямо на землю.

Инга почти упала рядом.

– Ну, да, если я вдруг однажды настолько сойду с ума, что соглашусь стать твоей невестой, – отозвалась она, пожимая плечами. – Как ты думаешь, у духовного оружия нет особой способности с каждой минутой становиться всё тяжелее и больше? Потому что я уже едва поднимаю свой меч.

Она с трудом пошевелила им.

– Наложницей, а не невестой, – педантично уточнил он, хмурясь.

– Нет уж, если хочешь меня заполучить, то изволь жениться! – возмутилась Инга, сама удивляясь, откуда у неё силы на этот всплеск эмоций. – Да и вообще, кто не захочет на мне жениться? – подбоченилась она.

– Да кто угодно! – возмутился он.

Они расхохотались, едва не падая друг на друга.

– У тебя что, это тоже первые убийства, да? – отсмеявшись, спросила она, вытирая слёзы ладонью.

– Алхимики должны сами собирать ингредиенты для пилюль и зелий, – с грустью произнёс Томас, глядя в пространство. – Но не знаю, как я в будущем смогу убивать зверей. Это так мерзко! Да и сейчас было бы неплохо пособирать кое-что полезное из трупов, – он скривился.

– Вот сейчас ты напоминаешь мне Кристиана. Сразу видно, что вы с ним братья, – рассмеялась Инга. – Тебе осталось только веером прикрыться и заказать чая, придираясь к посуде и закуске.

Она дёрнула ногой, проверяя, не затекла ли конечность в таком положении. Затем поморщилась и выгнула спину, потирая ладонями талию.

– Не понимаю, почему вдруг все сейчас так озаботились моим замужеством? – проворчала она.

– А разве ваш клан Феникс собирается принять тебя как супругу, а не как наложницу? – искренне изумился Томас.

Инга ощутила приступ ярости, но затем взяла себя в руки и прошерстила воспоминания Лорелей, когда та общалась с родителями насчёт её будущего.

– Да, ты прав, – она скорбно покачала головой, – я неправильно выразилась. Никто почему-то не хочет становиться моим супругом. Нет, я понимаю, отчего, – она резко пожала плечами, – и даже не осуждаю. Но если их всех так отпугивает моя мужская магия и отсутствие груди, то зачем вообще брать к себе? Пусть даже и наложницей? С наложницами, вообще-то, тоже разделяют ложе.