- -
- 100%
- +
Антон понял, что ей неприятно вспоминать те ужасные времена.
– Неужели пещерники страшнее теней?
– Нет!.. Тоша – это совсем другое. Тени это, что-то аморфное, а пещерники живые из крови и плоти, как и все мы. Я видела одного такого, когда стража короля вела его, закованного в цепи, по улице к башне грехов. Запах смерти и зловонья стоял тогда на всю округу. – Елм состроила гримасу отвращения и сморщила носик. – Мне кажется, что я до сих пор его чувствую. Сам же пещерник был таким ужасным! Мне даже не описать это жуткое существо.
– Ну ты меня и заинтриговала! Опиши, как сможешь. Я столько ужастиков пересмотрел, по-моему, меня уже ничем не удивишь.
– Эх Тоша, Тоша, это не кино, а по-настоящему. На первой же охоте тень повредила моё крыло. Меня оставили на целую неделю подлечиться к Яге, там-то я и насмотрелась ваших ужастиков. Эти странные устройства со смешными названиями комп и теле…
–Телевизор что ли? Ну ты и даёшь! Это в лесу – притом в дремучем – где-то в избушке на курьих ножках… у самой бабушки Яги есть компьютер, телевиденье и все остальные прибамбасики? Представляю, как Баба-Яга с кикиморой по телефону мило беседуют. – Антон не сдержался и громко рассмеялся. – Вот это умора!..
Услышав смех Антона, огневицы молниеносно отреагировали. Они подлетели к нему и устрашающе оскалили свои доселе миленькие ротики. Елм, что-то пропищала на своём языке, и те снова вернулись к своему веселью.
– Тише ты! – она поднесла пальчик к губам. – Тоша, а кто тебе сказал, что Яга живёт в такой странной избушке на каких-то ножках? У неё большой, уютный дом скорее даже не дом, а самый, что не на есть дворец и к тому-же очень красивый. Одно мне не понравилось в её жилище – это её вредные помощники: Наполеон и Цезарь. Они-то и показывали мне самые страшные, кровавые фильмы, хотя я их очень просила показать мне, что ни будь доброе, сказочное… Я смотрю, пугаюсь, а они надомной смеются. Ну да ладно речь не о них.
Елм закрыла свои огромные, жёлтые глаза, пытаясь вспомнить, жуткую внешность пещерника. Антон же молча переваривал услышанное.
– Тоша, представь себе белого червя с полупрозрачной, синюшной, морщинистой кожей. Представил?
– Ну, представил.
–А сейчас представь, что это туловище пещерника. Представил… Только у него ещё есть две ноги и две длинных руки до самой земли, и ещё голова: без носа, без ушей, без волос, а вместо рта щель, из которой торчат острые зубы… Представил?
– Представил, но пока не очень страшно.
– Два огромных, круглых глаза чернющих, как сама бездна, а из бездны той вот-вот вырвется ужас и само всемирное зло!
Огневица говорила медленно, растягивая слова, и внимательно наблюдая за реакцией Антона.
– Не страшно? Совсем-совсем? – удивилась Елм – По улице идёт жуткий, извивающийся червяк, закованный в цепи, примерно твоего роста – только худой и длинный – с человеческой головой и страшной мордой – лицом я не могу это назвать – руками длинными, как у обезьяны, совершенно безволосый и с зубами острыми, как пила в три ряда. А запах! – Елм говорила и с недоумением смотрела на Антона – Разве не страшно? В живую увидеть такое мерзкое существо, да и по сравнению с нами огневицами оно жутко огромное!
Антон представил себе двухметрового, белого червячка: с руками и ногами, с огромной, человеческой головой, с острыми зубками и жуткими глазами, и ему стало не по себе. От такой картины по телу пробежала дрожь.
– Фу… Не приведи Господи такое в живую увидеть. Да Елм, это и в правду жутковато, а дальше-то что было? Да… и что за колдун такой?
Елм победоносно посмотрела на Антона: «Наконец то этот люд испугался и понял, какой страшный враг у её народа». – с удовлетворением подумала она. Порхая крылышками, постоянно находясь в каком-то движении, воодушевлённо жестикулируя, Елм продолжила свой рассказ.
– В преданиях пишут, что с помощью магии колдун Дулкон спрятал ночь в своих мрачных пещерах, чтобы захватить власть в Рейгирии. Но наш гордый народ не подчинился Дулкону и изгнал его. Колдун не смирился и собрал свою армию из самых жутких существ, что жили в тех пещерах, а это не только пещерники. Он объявил нам – огневицам – войну. Наш народ и на этот раз выстоял, мы победили, но вернуть ночь нам не удалось. Легенда также гласит, что явится герой из иного мира и победит Дулкона! Ещё говорят, что благодаря дружбе и сильной любви на небо вернётся луна, и засияют звёзды! – восхищённая Елм тихонько захлопала в ладоши. – Правда красивая легенда?
– Легенда конечно замечательная, но на то она и легенда. Хорошо, а почему бы вашему народу не переселиться в другое место? Допустим в этот огромный лес. Мне кажется, что места всем хватит.
– Ты что, люд! Там наша Родина, а Родину не выбирают. Мы должны защитить свою землю и сделать её ещё прекрасней! Народ Огневиц верит, что прекрасная ночь вернётся, и на нашем небе снова загорятся яркие звёзды и засияет луна. Наш мир будет процветать!
– Я верю, что ваш народ победит, и я от всей души желаю вам этого. Антон посмотрел на маленькое окно: ночь таяла. Огневицы тоже попритихли: усталость и увеселительный напиток из бочонка дали о себе знать. Некоторые уже спали – кто на столе, кто под столом – пара охотников о чём-то спорили, музыканты силились играть на своих инструментах, но безуспешно, королева тоже дремала на своём троне.
– Светает. Ещё немного и восход. – прошептал Антон.
Елм взглянула на часы с кукушкой.
– Да… наше время подходит. Я буду помнить тебя, Тоша. Ты очень хороший люд, пожелай мне удачи. – улыбаясь, прошептала она. – Как бы мне хотелось, чтобы герой из легенды был похож на тебя.
Антон – уже без опаски – нежно погладил искрящиеся волосы Елм.
–Кто знает, может мы ещё свидимся?
Первые лучики солнца заиграли на оконном стекле. Огневицы проснулись и стали суетливо собираться в дорогу. Часы с кукушкой, висевшие на стене, начали громко отстукивать секунды. Королева, очнувшись от дрёмы, что-то резко скомандовала, и маленькие человечки застыли в ожидании.
Елм взяла Тошу за руку и отвела его в противоположный угол избушки. Антон сел, на освободившуюся, лавочку и стал наблюдать за огневицами.
– Прощай Тоша, я буду помнить тебя! Если захочешь увидеться ты знаешь где нас найти.
Огненная девочка на прощание помахала рукой и встала вместе со всеми.
– Боже упаси! – тихо прошептал Антон и незаметно перекрестился.
Счастливая Елм не услышала этих слов. Она, как все огневицы стояла перед печкой, образуя ровную шеренгу, в ожидании чего-то. Королева затушила лампу, и только кукушка из старых, настенных часов закуковала, печь вместе с завалинкой исчезла; а в место неё показался коридор, залитый искрящейся дымкой, куда друг за дружкой исчезли все огневицы вместе со своею добычей. В избушке наступила гробовая тишина.
У Антона от удивления отвисла челюсть, он зажмурился и потряс головой: «Это только сон, всего лишь дурацкий сон». – прошептал он.
Веки сами сомкнулись, и он, сидя на лавке, в обнимку с рюкзачком крепко заснул.
СБОРЫ.
Этой ночью в деревушке со смешным названием «Саринка» тоже не всем удалось поспать. Все ждали Антона, но вот уже на дворе стемнело, а его всё не было. Дед Иван разыскал водителя автобуса и расспросил его: не видел ли тот городского парня? Водитель рассказал, как было дело: мол парень не дождался его и пошёл напрямки через лес. Ташка, услышав эту новость, разревелась, Ленка стала её успокаивать. Дед Иван с Катериной закрылись на кухне и стали о чём-то шептаться. Девчонки попытались подслушать их разговор и тихонько притаились за перегородкой, что отделяла кухоньку от их спальни. Приставив пару пустых стаканов к стене, они стали вслушиваться в разговор бабушки с соседом. И вот, что они услышали.
– Слушай Ваня, дело тут нечисто. В нашем лесу так просто люди не пропадают.
– Да знаю я, Катерина, уговор давний никто не смеет нарушить.
– Может парень просто заблудился? Хотя где здесь плутать? – сказала Катерина, тяжело вздохнув.
– Как рассветёт пойду до хозяйки, пусть сама разбирается. – грозно пробурчал дед Иван.
На кухне послышался скрип старого табурета и шарканье шагов по деревянному полу.
– Ваня, погоди я гостинцы сейчас соберу, сам знаешь – это хитрое отродье умаслить надо.
– Катерина, ты сметанку Боньке положи да мясца Юлку… Побольше ложи, уж больно эти прохвосты прожорливы. Конфеты с печеньем у меня есть, снесу на угощенье. Да… лесовику корзину новую припас, надобно задобрить старика. Глядишь, может чем и подсобит.
– Ты Ваня, не вздумай этих идолов Бонькой да Юликом назвать, сам знаешь, они этого не любят, могут и во вред чего сотворить.
– Да знаю я этих двух паршивцев. Наполеон! Цезарь! Не как иначе! Одного бы на цепь, а другого в клетку и разговор окончен. – проворчал Иван.
– Ваня, я медовуху ещё положу, Ягуния с Кимой её любят. Смотри, бутыль не разбей. Ну вроде бы всё… ничего не забыла. Давай Ваня с Богом.
Скрипнула входная дверь, и на кухне всё затихло. Девчонки переглянулись между собой. Первой заговорила Ленка.
– Ты, что-нибудь поняла?
– Нет… но старички, что-то замутили. – прошептала Ташка.
– Давай до утра подождём и проследим за дедушкой Ваней, а сейчас нужно немного вздремнуть. – ответила Лена.
Девчонки улеглись по своим кроватям.
– Я не смогу заснуть. – прошептала Наташка.
Она стала обдумывать разговор бабушки с соседом: «Наполеон, Цезарь – кто это? К кому дедушка утром пойдёт? Что за старик… паршивцы?» —так и задремала. Ташка проснулась от того, что Лена трясла её за плечи.
– Просыпайся, соня, дедушка уже собрался. Я спать не могу, ой, ой не засну… Пушкой не разбудишь! – ворчала Ленка, передразнивая подругу.
Наташка, как угорелая подпрыгнула с кровати. Девчонки быстро оделись и тихонько вылезли через окно на улицу. Дед Иван с рюкзаком за спиной, с посохом в одной руке, а в другой, неся плетёную корзину, уже вышагивал в конце улицы. Ещё чуть-чуть и подруги прокараулили бы деда. Лена с Ташкой, крадучись, последовали за ним.
ЛЁХА-ЛЕШАЧЕК.
В лесной избушке стало совсем светло. Тоша открыл глаза, осмотрелся. Часы с кукушкой на стене, потухшая лампа, стол и лавочки вдоль стен – всё на месте. Даже печка с завалинкой никуда не исчезли, хотя он чётко помнил, как они растворились в воздухе. Огненные ангелочки, желтоглазая Елм и королева – неужели всё это ему приснилось? Он тихонько поднялся с лавочки и ещё раз осмотрел избушку. На полу, что-то блеснуло, Антон наклонился и увидел маленькую брошь-птицу с цветком в клюве: «Неужели сон был явью? – подумал парень, рассматривая украшение. —Ладно об этом я подумаю потом, а сейчас мне надо выбираться».
– Спасибо тебе, лампа, за твой спасительный свет и тебе, дом, спасибо за приют! – поблагодарил Антон в слух.
Он вычурно поклонился и, аккуратно положив брошь в карман, взял свой рюкзачок и двинулся восвояси. Антон брёл по лесной тропинке, обдумывая ночное приключение: «Наконец то эта кошмарная ночь закончилась. Кому рассказать не поверят. Да и странный сон больше на явь походит». – Вот только маленькая брошь не давала ему покоя. Он отчётливо помнил, как Елм хвасталась ею, но опять-же это не факт: «Может эту брошку кто-то обронил ещё раньше? А я, уставший и напуганный, взглянул на неё мельком и не придал этому значения, а та взяла и приснилась. Подарю я её Ташеньке и делу конец. Наверно, когда я в овраг свалился то голову хорошо повредил? Ну да ладно – главное жив и здоров остался, а остальное приложится. Хоть-бы кого встретить, чтоб дорогу показали… Столько грибов и ягод… Должен же кто-то их собирать?» – Только Антон подумал об этом, как на тропинке неподалёку замаячила чья-то фигура.
–Эй! Эй! Постойте! —закричал Антон, размахивая руками.
Фигура остановилась. Тоша быстро нагнал незнакомца – перед ним стоял босоногий паренёк: невысокого роста, лохматый, чумазый, одетый в косоворотку, подпоясанную тонкой верёвкой, и в штаны на вырост. Незнакомец, ехидно улыбаясь, хитрющими глазами стоял и рассматривал Антона.
–Слушай дружище, помоги… Я кажется заблудился. Мне на Саринку надо. Знаешь такую деревню? – выпалил Антон и умоляюще уставился на незнакомца.
–Так кажется? Или заблудился? – Ухмыляясь, спросил паренёк.
– Да какая разница! Дорогу покажи! Будь ты человеком!
– Человеком?.. А где, пожалуйста? Или в лесу вежливость не нужна? – Паренёк сделал обиженную гримасу и отвернулся от Антона.
– Ну извини… по-жа-луй-ста выведи меня из этого чёртового леса. —Антон ухватил паренька за рукав рубахи. – Хочешь, я заплачу тебе? Сколько денег тебе надо? Правда у меня их немного.
Слово «деньги», как-то магически подействовало на паренька. Он резко оживился, прежде голубые глаза заблестели и стали по-кошачьи зелёными.
– Деньги? Денежки! Это хорошо! Я люблю денежки.
Паренёк, потирая ладони, обошёл во круг Антона, как бы принюхиваясь к нему. Вдруг он резко остановился и вытянул обе руки. – Покажи, покажи их мне. Сколько денежек? Много-много?
– Тише… тише, пацан! Денежки я тебе покажу и отдам, когда ты из леса меня выведешь. – прикрикнул Антон.
Обескураженный и, даже немного напуганный неадекватным поведением незнакома, Антон покрепче прижал к себе свой рюкзачок и на пару шагов отступил в сторону.
–А ты не обманешь? – зло прошипел паренёк. – Хорошо иди за мной, да с тропы не сворачивай.
Антон побрёл следом за чудаковатым незнакомцем. Куда его мог тот завести – в какие дебри – он старался не думать. Антон решил разговорить паренька, чтобы побольше узнать о нём.
– Скажи, как тебя зовут? … Меня Антоном – можно Тошей.
– Лешак или Леший, кто как хочет, так и называет.
– Лешак – это кликуха твоя? … Значит тебя Алёшей зовут. Можно я тебя Лёхой буду звать?
Запыхавшийся Антон еле поспевал за пареньком. Он не заметил корень дерева, торчащий из земли, и зацепился за него ногой.
– Вот чёрт, опять влип! – выругался Антон. – Лёха, да постой же ты!
–Называй, как хочешь, но звать в лесу не советую – не меня, не чёрта. – хитро улыбаясь, ответил Лешак.
– А почему? —не унимался Антон.
– Всему своё время, узнаешь ещё! Ты, как в лесу то оказался? В самую глушь забрёл. Люди редко сюда заходят… только местные иногда по делу какому. – поинтересовался Лешак.
– Да я в городе живу, а в деревню погостить ехал. Вот только автобус сломался. Ну я и пошёл пешком: да не по тропинке, а напрямки через лес. Думал быстрее будет.
– Ну и как? Быстрее? Не опоздал? – с издёвкой в голосе спросил Лешак.
– Не ехидничай давай, а слушай дальше. – Антон поднял, валявшуюся на тропе, ветку и бурными жестами сопроводил свой рассказ. – Иду я, иду… а тут огромный, чёрный ворон, как налетит на меня, да ещё зверь такой же чёрный и лохматый, как набросится! Схватил я палку и давай отбиваться. Хорошо я им навалял, долго меня не забудут. Потом в лесу совсем стемнело, я и заплутал. Хорошо хоть избушка, заброшенная, на пути попалась, в ней и заночевал. Вот такие брат дела. Ладно хоть тебя в лесу повстречал.
– Ой не знаю… ладно или неладно. – ухмыльнулся Лёха – Видно будет. Как в избушке?.. Встретил кого?
–Не… никого не было, да и проспал я крепко до утра. Вот только сон странный приснился.
– Может расскажешь? – Лешачёк с интересом взглянул на Антона.
–Не… не стоит. Сон, как сон… Правда жутковатый.
Так за разговором они вышли на небольшую, лесную поляну. В центре которой возвышались массивные ворота. Покосившиеся от времени, они будь то бы выросли из самой земли.
–Лёха, как-то странно ворота есть, а забора нет? – удивился Антон.
– Ну ты и дурень, если ворота есть, зачем забор городить? – Лёха покрутил пальцем у виска. – Любой уважающий себя Лешак только по приглашению и только через ворота в гости заходит.
– А мы, что к кому-то в гости идём? Не-не-не мы с тобой так не договаривались! Давай веди меня в деревню. – за возмущался Антон.
– Могу вести, а могу и не вести —здесь оставлю. —сквозь зубы прошипел Лешак.
На воротах висела увесистая дубинка на тяжёлой, железной цепи. Лёха схватил её и давай по воротам стучать.
–Эй, открывай давай! Это я Лешачёк пришёл, да гостя дорогого привёл. – радостно кричал он.
За воротами послышались шаги. Раздался девичий немного шепелявый голосок.
– Да иду я, иду! Кого там черти принесли? По голове себе так постучите, ироды!
Лешак торопливо достал из кармана штанов деревянный гребень, причесал свою шевелюру, поправил рубаху и подтянул штаны.
– Ну, как я? – немного нервничая, обратился он к Антону.
– Красавец! —подбодрил Лешака Антон.
– Кимушка выйдет… невестушка моя! – радуясь и в то же время сильно волнуясь, сказал Лешак.
ЯГУНИЯ-ЯГА.
Ворота со скрипом отворились, и перед ними показалась миловидная девица. Она была невысокого роста и под стать Лешаку – такая-же чудаковатая. Длинные, ярко-рыжие волосы, заплетённые в две косы, спадали по её тонким плечикам почти до самой земли. Лисьи глазки цвета ясного неба искрились на её личике, усыпанном милыми веснушками. Тонкие губы и немного вытянутый, остренький носик, завершали её облик. Одета она была в короткие шортики и в футболку, а на голове красовался очень красивый, старинный, русский кокошник – всё вместе это смотрелось немного нелепо, но в то же время прикольно. Если бы не этот удлинённый носик, незнакомку можно было бы назвать красоткой.
– Кима-Кимушка, как я рад видеть тебя, солнце моё! – сияющий Лешак отвесил поклон до земли. – Душа моя, дома ли Бабуля-Ягуля? Пошептаться мне с ней надо.
Лешак бесцеремонно приобнял девицу за талию. Та вся зарделась, засмущалась, но руку парня с талии не убрала.
– А кто это с тобой? – девица оглядела Антона с ног до головы.
– Да вот потеряшку к вам веду – заплутал малый, помощи просит, что делать не знаю. Совет у хозяйки просить хочу. – Лешак взял Киму за руки и развернул её спиной к Антону, – По тебе то, милая моя, как соскучился. Есть, спать не могу… всё о Кимушке думу думаю да страсть, как тоскую. – ласково лепетал он.
Антон посмотрел на смешную парочку, как те мило ворковали и смотрели друг на друга влюблёнными глазами, и с грустью вздохнул: «Эх Ташка-Ташенька, как ты там?»
Чудаковатая парочка, казалось, совсем позабыла про Антона, они мило о чём-то говорили, не обращая на него никакого внимания.
– Кимушка, не припозднился ли я к завтраку? Уж больно кушать хочется. Как там Ягуния? В настроении или нет?
– Дома, дома хозяюшка… вроде бы в духе. Скоро самобранку стелить на стол будет.
Кима с Лешаком, взявшись за руки, побежали по поляне.
– Эй вы, куда? А я? – выкрикнул Антон в след, убегающей парочке.
– Тьфу ты… этого забыли! Вот навязался на мою голову. – сплюнув на землю, заворчал Лешак. – Догоняй скорее, не бойся!
Парочка остановилась и стала поджидать, отставшего Антона.
–Э-э-э постой! Мы так не договаривались! Не в какие я гости не пойду. Давай веди меня в деревню, а то ни копейки не получишь! – возмутился встревоженный Антон.
– Можешь идти, а можешь и здесь подождать. Без меня всё равно дороги не сыщешь, а я кушать хочу. Кимушка, давай его съедим, а денежки пополам поделим? – парочка весело рассмеялась.
Лешак приобнял Киму и тихо прошептал ей на ушко.
– Не стоит его одного оставлять за забором: оборотни на болото вернулись, да и парочку вурдалаков видели на заброшенной заимке. Ой, что-то в лесу затевается нехорошее, чую носом своим, кровушка прольётся. Флор с важным донесением меня к хозяйке послал!
После жуткой ночи Антон не знал во что верить: «И в правду съедят и не подавятся – уж больно персонажи подозрительные. Да и на вид они странноватые, что у них там на уме… кто его знает?» – подумал он.
Лешак, поглаживая свой тощий живот, смачно облизнулся и, схватив Антона за руку, потащил за собой.
– Да идём уже. Ягуния ждать не любит. Там столько вкусняшек!.. Стол ломится от яств, что хочешь самобраночке заказывай, всё исполнит.
Антон подумал «будь, что будет» и не стал сопротивляться, да и кушать очень хотелось. Впереди показался высокий, деревянный забор, Кима отодвинула пару досок в сторону и пролезла, в образовавшийся лаз, следом за ней пролез Лешак.
–Лёх, а Лёх, странно забор есть, а ворот нету? – снова с удивлением спросил Антон.
– Дурень ты не понятливый, что тут странного? Ворота уже были, мы их прошли. Зачем тебе ещё одни? Сейчас вот забор. – с раздражением огрызнулся Лёха. – Догоняй уже!
Антон следом пролез в дыру забора и остолбенел… Неподалёку перед ним стояла настоящая, сказочная избушка на курьих ножках. Огромный чёрный ворон важно восседал на козырьке крыши, а на крыльце избушки, вальяжно развалясь, дремал лохматый, чёрный кот, с перевязанным, глазом.
«Чур! Чур меня!» – прошептал Антон и перекрестился. Он закрыл глаза и снова их открыл, но увы картинка не изменилась. Антон метнулся к забору, но тот куда-то исчез, а вместо него появился огромный, мрачный частокол из толстенных деревьев: пути к отступлению не было. Пока Антон судорожно пытался найти выход; Лёха успел подняться на крыльцо избушки, запустить небольшим камнем в ворона и подо пнуть кота – да так, что бедолага свалился со ступенек. Лешак ещё раз окликнул Антона и вошёл в дом. Подбитый ворон, гневно каркая, облетел избушку и снова уселся на козырёк. Бедный же кот, не поняв спросонья, что с ним произошло, недовольно промурлыкал и снова собрался подняться на крыльцо и лечь на своё налёжанное место, но вдруг он увидел Антона. Ворон сразу приметил парня. Конечно он был удивлён появлению человека в этом месте, но приход Лешака беспокоил его куда больше: на пару с котом они недолюбливали молодого лешия.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.