Время иллюзий

–…Альберт Иосифович, вы считаете меня кретином? … Если мы и платим, то, естественно, не более четырех процентов через оффшоры.

– Хорошо…

– Альберт Иосифович, …Конечно, приятно, что потери порядка 10 миллионов рублей существенно не влияют на наши доходы…Но все-таки, мне кажется, даже небольшие сделки должны быть рентабельными…

– А в чем дело?

– В этом месяце мы снизили качество продукции и понести потери…причем из-за прокола отдела внешних сношений, который заключил впопыхах сырой субподрядный контракт.

– Поясните подробнее.

– Вы знаете, что в прошлом квартале у нас была нехватка в сырье, и вы поручили срочно закупить его как можно быстрее.

– Ну?

– Договор, естественно заключили, но вот уже два месяца контрагент продолжает поставлять сырье низкого качества.

– Так надо выставить претензию! …и отбить деньги.

– Как раз в договоре была упущена статья по качеству… Я говорил Римме Леонидовне об этом… Она обещала подписать дополнение к договору, но… вопрос пока не решен.

– Так это Римма…Я вспомнил… Было ей такое поручение.

– Леночка, пожалуйста, вызовите Римму Леонидовну ко мне, – нажал он на кнопку громкой связи.

– Альберт Иосифович, я пойду,– засуетился плановик, – А то как-то …неудобно.

– Да-да… Хорошо! Я разберусь.

Альберт Иосифович не любил прямых разговоров, но Римма стояла у истоков создания фирмы, одна из его «приближенных» и давняя знакомая. Их отцы были друзьями. Были у него с ней более близкие отношения, но это было давно. Он ее уважал за цельный характер, уверенность в себе и как просто красивую женщину, но с возрастом переключился на более молодых.

Не в правилах Альберта Иосифовича было наказывать Римму. Наоборот, как джентльмен, он уделял ей должное внимание, хотел предупредить и уберечь от нападок сослуживцев.

Римма Леонидовна появилась на пороге и своей легкой походкой быстро подошла к столу. Альберт Иосифович сразу почувствовал дыхание знакомых духов.

– Риммочка, рад тебя видеть.

– Добрый день, Альберт Иосифович.

Она вела с ним всегда строго и вообще никогда не допускала фамильярности на работе.

Альберт Иосифович тоже принял строгую позу.

– Я просматривал сводки и захотел узнать причины спада рентабельности сделок…Твой последний договор с регионом тянет нас вниз.

– Я знаю, этот договор я подписала срочно в командировке в отсутствие нашего юриста…Сейчас пытаемся уладить и подписать дополнение, но контрагент напористый.

– Я не сомневаюсь, что ты его добьешь…А кто готовил договор?

– Наш новый сотрудник, … он был со мной в этой командировке.

– Понимаю…, – многозначительно поизносит Альберт Иосифович…, – Но я вынужден его уволить.

– Ну, зачем так радикально.

–… Или в лучшем случае… наказать, – он слегка повысил голос.

– Смотрите, Альберт Иосифович, – обиженно восклицает Римма Леонидовна.

–А что прикажешь с ним делать?

– Какое-нибудь административное…Ведь он совсем неопытен.

– Почему мы принимаем неопытных? …А по чьей рекомендации его взяли к нам?

–Не знаю…Николай Константинович мне его передал… Посоветовался, конечно, но решение принимал он.

– Что ж…Я поговорю с ним.

– Только не надо скоропалительных мер…Я прошу, Альберт Иосифович.

– Я надеюсь на прозорливость Николая Константиновича… у него было не много подобных проколов.

– У этого старого пердуна?

– Ну, зачем так, Римма!

– А вы думаете, я не вижу…Он же педик… и презирает всех.

–…Я не замечал?

– С вами он, конечно, подобострастен…Стоит посмотреть на его походку…и этот выговор…прищур глаз.

– Он странноват, …но дело свое знает.

– Какое дело он знает?

– Ты ведь просила, наверняка, молодого сотрудника … И он определил в отдел именно к тебе.

– Вот это и противно…лезет в личную жизнь. Скоро и к вам в постель залезет.

– Возможно, ты и права… слишком проворных надо обламывать.

– И я об этом.

– Ладно, я подумаю…А этот…новый сотрудник очень тебе нужен?

–Нужен.

– Хорошо…На первых порах я могу лишить его премии.

– Вот это правильно, тем более, что тут и моя вина.

Альберт Иосифович улыбался про себя: – «Что ж мне назначить его твоим заместителем?»

– Ты будешь его продвигать?

– Нет. Пока рано.

– Разумно.

– Ты же знаешь, Римма, твое мнение очень важно для меня.

– Спасибо, Альберт Иосифович.

Он прислушивался к мнению «узкого круга», но привык решать все по-своему.

– Мне можно идти? – произнесла она после паузы.

– Да-да, конечно.

Когда Римма Леонидовна ушла, Алберт Иосифович остался в небольшом раздумье. Хотя он вовсе не ревновал к какому-то сопливому мальчишке, все-таки неприятное ощущение осталось.

«Такое нельзя оставить безнаказанно… Какой-то выскочка будет сорить моими деньгами…»

Он нажал кнопку связи с секретарем.

– Леночка, вызови мне Николая Константиновича, – он посмотрел на часы, – На 15.00.

Время было ехать к Лере.

После недавнего медицинского обследования он помнил свой разговор с урологом:

– Вам надо бережней относиться к своей предстательной железе.

– Вы нашли какие-то отклонения?

– Пока нет, …наблюдается увеличение, но…почти в пределах нормы… Должен вам заметить, что ваш возраст требует аккуратности в этом вопросе.

– Доктор, говорите прямо.

– Видите ли, самое лучшее средство, это нагружать любой орган в рассвете сил, чтобы он функционировал хорошо и в последующие годы. Например, для сердца, что-то вроде… модного в свое время бега трусцой…, улыбался врач.

– Вы хотите предложить какие-то новые лекарства?

– Самое лучшее лекарства в данном случае – молодая женская плоть.

– Но я женат…

Доктор, видимо, знал, что его супруга с дочерью жила долгое время в Лондоне,

– И …у меня молодая любовница,– добавил Альберт Иосифович.

–Вот это прекрасно! … А то я хотел вам порекомендовать своего профессионала…вернее молодую профессионалку… Вы всегда можете обратиться по этому вопросу ко мне на следующем приеме… Еще раз напоминаю: главное регулярность.

Альберт Николаевич кивнул, но про себя подумал: – « Вот прохвост! И здесь бизнес…Хотя кто знает, профессионализм, это всегда интересно…»

Он открыл дверь кабинета.

– Леночка, я буду к трем…Если что-то срочное, направь SMS.

Альберт Иосифович своеобразно воспринимал свое окружение.

Он всегда так говорил, покидая офис. Но за всю свою деятельность не получил ни одного информационного сообщения.

Леночка сама знала, к кому надо было адресовать ту или иную проблему.

Шофер, сорокадвухлетний молодой человек – Артем, молча без напоминаний, поехал по известному адресу.

Он был и не просто шофером и телохранителем Альберта Иосифовича, этот парень только казался молчаливым, а на самом деле всем своим существом был как бы частью его самого. Преданность Артема вовсе не исходила из внутреннего холуйства. По своей сути он был искренен и воспринимал своего начальника, как родного старшего брата.

До того, как Артем попал к Алберту Иосифовичу, он работал в милиции. И так получилось, что парня подставили «за превышение полномочий» в случайном убийстве. Ему грозил приличный срок. Понимая это и дав небольшую взятку, Альберт Иосифович вытащил его из беды. Это не было чистым благородством с его стороны, просто освобождение снимало и с него определенные подозрения, не говоря уже об избавлении от мелочных разборок.

При разрушении страны и всех устоев общества, включая патриотизм, Артем после своего спасения все впитанные прошлой системой правоохранительные устои как бы перенес на своего благодетеля, который заменил ему ушедшую в небытие страну и потерянные положительные приоритеты.

Альберт Иосифович поначалу не понял, что малоприметная случайность позволила ему приобрести бесценное преданное существо. Со временем он привык к этой преданности и воспринимал ее, как должное, хотя более доверительного и порядочного человека из обслуги у Альберта Иосифовича не было.

Артем же, имеющий глубокого представления об уголовном мире, ощущал, что был «повязан» со своим хозяином хотя и не кровью, но крепкими и понятными только мужчинам узами.

Альберт Иосифович умел ценить внимание к себе, привык к своей власти над людьми, но с Артемом всегда чувствовал, что для него лучше оставаться лишь старшим.

Он понимал, что дающие преимущества деньги, конечно, выделяют человека из серой массы, но даже и они не могут заменить ответственных взаимоотношений, которые при необходимости могут гарантировать личную и даже собственную жизнь.

Лера, яркая блондинка с крупными васильковыми глазами, ждала любовника, глядя из окна комфортабельной квартиры в центре Москвы.

Она появилась в жизни Альберта Иосифовича не совсем обычным образом. До этого он, как правило, ухаживал за понравившейся ей женщиной, проявлял незаурядную настойчивость. Результаты не заставляли себя долго ждать, но бывали и переживания, правда, это было чаще в молодости.

Лера, тогда он еще не знал ее имя, появилась в доме в качестве прислуги, и он практически ее не замечал.

Придя однажды в неважном настроении домой, он снял пиджак, сел у камина и смотрел на огонь. Время было послеполуденное и в доме практически никого не было. И в этот момент появилась необыкновенно стройная русалка с проникновенными голубыми глазами, которая подала его любимый джин с тоником. Он едва узнал девушку: она была одета вовсе не как прислуга, а очень элегантно: в необычно открытую блузку и короткую кожаную юбку. Альберт Иосифович с удовольствием взял бокал и внимательно посмотрел на необычное явление. Она же, как бы поправляя дрова в камине, высоко обнажила свои мраморные ноги, а потом повернулась, наклоняясь к нему грудью. Джин был необычно сладко-терпким и приятно возбуждал. Альберт Иосифович ощутил внутри себя натяжение взыгравшей струны, которая, словно тугая тетива лука, была готова выпустить нетерпеливую стрелу. Сам не понимая своего состояния, он вдруг потянулся к ней и неожиданно поймал молодое тело. Лера, почувствовав его взгляд, сама бросилась навстречу и не хотела стесняться своего порыва. Почти пустой бокал упал на пол и усилил оцепенение любовного накала. Белокурая русалка расстегнула рубашку, коснулась пальчиками волосатой груди и начала его порывисто раздевать.

Альберт Иосифович сначала неловко прильнул к упругой груди, но ее ласковые руки, а потом и нежные губы на всех частях тела заставили его пылать и почувствовать из ряда вон выходящее.

Он закрыл глаза и ощущал только блаженство, потом замер и слышал только ровный стук своего сердца. Открыв глаза, он увидел васильки лета на фоне солнечного нежно касающегося его лица подсолнуха: она улыбалась проникновенно задиристо, словно шкодливая Лолита. Эффект воздействия усиливался тем, что все было предельно естественно и радость девушки была явно неподдельна. Лера была действительно очень довольна – все произошло именно так, как она и хотела.

Немного погодя она покинула кресло, подняла бокал и медленной кошачьей походкой пошла к выходу из гостиной, всем видом показывая, что она не собирается навязываться.

Альберт Иосифович, провожая ее своим томным довольным взглядом, тоже не нашелся сразу что сказать и отделался коротким вопросом:

– Как вас зовут, красавица?

– Лера, – мягко улыбнулась она.

– Спасибо…за джин. Он был изумителен! – сейчас ему уже трудно было представить, что до ее появления он испытывал только грусть.

Их связь не прошла незамеченной от соответствующих служб охраны дома.

Жена укоризненно выказала свое неудовольствие и при удобном случае выставила Леру за ворота. Альберт Иосифович не имел привычки перечить супруге, и еще задолго до этого купил своей любовнице крутой мобильный айфон и мог без затруднений разговаривать с ней по скайпу. Для встреч он заказывал дорогую гостиницу, но со временем купил Лере квартиру, где продолжал наслаждаться ее ласками.

За полтора года жизни в столице в свои двадцать четыре Лера уже успела сделать многое: стала москвичкой и организовала небольшой бизнес – ателье по пошиву легкой одежды. На нее уже работали подруги-землячки из родного города, которые тоже обосновались в Москве и жили все вместе на съемной квартире. Она им прощала их привычку звать свою хозяйку, как в детстве, – Нюра.