Агентство «Разбитые сердца»

А что, так можно было?

То, как выглядел ма-аленький дверной молоточек, сулило мне больши-ие неприятности. Гильотина для пальцев, а не молоточек!

– Но ты и пришла за неприятностями, Май-Мари, – прошептала тихонько и просунула в скопление шестеренок руку.

Раздался громкий звук гонга – аж дверь задребезжала. А верхняя часть механизма в виде лезвия под аккомпанемент моего визга полетела вниз!

Я отпрыгнула и только тогда поняла – это всего лишь дурная шутка!

Нож остановился, не долетев до нужного места. А мне пришлось воспользоваться всей своей силой воли, чтобы не разораться на весь не самый благополучный район, что я думаю о «гостеприимстве» и чувстве юмора хозяина. Сдержалась. Не услышал. И гонг тоже не услышал, потому что спустя минуту мне так и не открыли.

С опаской косясь на нож я снова двинула шестеренки… Гонг…

И никакой реакции.

Да чтоб его!

Может я перепутала? Но вывеска «Агентство немагических преступлений» на месте. Идиотская нумерация – по возрасту дома, какой дом первым построили, от того и считают – в точности совпадает с данными вакансии, которую я вычитала в синем листке. И по срокам прибыла верно. «В двенадцатый день цикла пополудни».

А то, что других претенденток не видно, так это нормально – в подобные места девушкам не стоит соваться. Я здесь только потому, что не девушка, а…

Точнее девушка, но…

Тьфу!

Что за идиотские мысли?!

Раздраженно ударила дорожным ботинком в ни в чем не повинную дверь и едва не упала, потому что та неожиданно легко распахнулась.

– А что, так можно было?

Помедлила чуть… и затащила саквояж в очень темный холл.

И замерла.

Длинный и еще более темный коридор слева, напротив входа – крутая лестница наверх, а справа – очередной страшноватый на вид механизм непонятного назначения, будто хозяин скрытых артефакторов.

Или явных психопатов…

– Добрый день, – сказала громко в эту темноту, – Я по объявлению! Есть кто-нибудь?

Тишина.

– Эй! Господин Эйкен! Я на должность помощницы! Вы где?

Еще раз мысленно воспроизвела текст объявления:

«В детективное агентство требуется помощница. Требования: не старше двадцати, выгодной внешности, способная выполнять любые поручения. Прибыть на беседу по адресу дом пятый улицы Видов в двенадцатый день нынешнего цикла пополудни. Быть готовой остаться сразу, то есть с вещами. За подписью Эйкен Брандт»

Может все происходящее – это просто проверка на профессионализм и соответствие? И первое задание – проникнуть в дом и найти его хозяина?

Я сняла с кожаного корсажа, на ремешках которого болталась половина моего имущества, длинные спички в жестяной коробочке. Зажгла одну и, подсвечивая себе путь, двинулась наверх. Первый этаж в столичных домах – это отхожее место, ванная комната и кухня. Все что связано с водопроводом и канализацией. Это я уже уяснила. А вот кабинет должен быть на втором…

На втором этаже светлее за счет узкого, пусть и грязного окна. И есть еще три двери, одна из которых приоткрыта…

Новость раз. Обстановка кабинета – а это он – гораздо богаче, чем можно предположить по внешнему виду дома, втиснутого между другими. И, судя по многочисленным книгам, разложенным в хаотичном порядке деталями и бумагам здесь действительно занимаются делами, а не ерундой.

Новость два. Хозяин кабинета – подозреваю, он же детектив – тоже здесь.

Новость три. Плевать ему на помощниц, собеседования, гонг и мои крики. Развалившись в огромном кресле, он спит, закинув ноги на добротный стол. Прям в сапогах. Далеко не чистых.

– Кх-м, кх-м, – откашлялась как можно громче, хотя сомнительно, что это поможет. Запах алкогольных паров такой густой, что здесь уже не поможет ничего. Разве что открыть зашторенное окно и вылить на него воды из графина.

– Господин Брандт, – обошла стол и протянула руку к его плечу, – Простите за вторжение, но я…

Дальше сказать не успела. Потому что стоило мне только прикоснуться к мужчине, как мир перевернулся вверх тормашками. И это я теперь в огромном кресле, распластанная по нему. А господин детектив, чтоб его сожрала подземная тварь, нависает теперь надо мной. Еще и пальцы на горло положил, явно с целью удушения.

И смотрит далеко не сонным взглядом.

Кордит ему в голову… Это что у него за реакции и скорость? Это у всех местных магов такая, а?

Со скоростью мыслей у него тоже все хорошо.

Окинул меня взглядом и заявил нагло, но как-то интимно:

– Не подходишь.

Но не успела я открыть рот, чтобы возразить и объяснить, почему я буду лучшей помощницей из всех возможных, добавил:

– Но я не против провести с тобой эту ночь.

И взялся за ворот своей рубашки!

Новость раз. В тавернах не врали, рассказывая о маг-матизме владельца и необходимости изменить название на «Агенство «Разбитые сердца».

Новость два. На меня вот ничуточки этот маг-матизм не действует. К чему тут примагиваться? К широкой челюсти, желтоватым внимательным глазам и повадкам хищника, мощной груди? Ха!

Новость три. Он не захотел меня в качестве помощницы, хочет совсем иного… Но Эйкен Брандт ошибался, думая, что я не стану именно помощницей. Стану. И понять не успеет, как и почему.

Потому что когда у меня есть цель, препятствия я просто игнорирую.

Что положено помощницам?

Что делает приличная девица, когда мужик перед ней тянет рубашку наверх, обнажая мускулистое тело?

Визжит и падает в обморок.

Что делает девица неприличная?

Не совсем уверена, но, кажется, в обморок не падает.

Может даже начинает трогать это самое тело.

Что сделала я?

Вскочила на кресло ногами, перехватила задранную рубашку сверху, поймав таким образом голову похотливого коз… детектива в «мешок». Резко дернула за нее, так чтобы он на свое кресло упал снова.

Полагаю, больше от неожиданности, чем от моих усилий.

И пока он выпутывался, переместилась подальше. По обратную сторону заваленного бумагами стола встала.

Вновь почти одетый господин Брандт смотрел теперь с некоторым недоверием.

– Я так понимаю, это была проверка на добропорядочность и умение выпутываться из неловких ситуаций? – спросила самым сладеньким голосом, чинно сложив руки перед собой. – Ну не могли же вы просто так накинуться на незнакомку с непристойным предложением? Впрочем, сейчас познакомимся. Меня зовут Май-Мари Сол. И я прибыла на должность помощницы. С проживанием.

– Я же сказал уже…

– Все согласно объявлению, – перебила, сделав вид, что не слышу возражений. Судя по слегка вытянувшемуся лицу – такое с ним бывало не часто. – Внешность – самая подходящая. Иначе не предлагали бы… пообщаться ближе. К любым заданиям и трудностям готова: только что и доказала. Прибыла вовремя, в нужное место, работать могу и люблю.

– Что насчет «не старше двадцати»? – ехидно изогнул бровь, справившись с удивлением.

Ну какой же все-таки у него голос!

Бархат, обволакивающий с ног до головы… Расслабляет. И сам он снова выглядел расслабленно…

Так. Стоп. Откуда столько странных мыслей?!

Он же только что меня оскорбил!

– Я устала с дороги! – возмущенно надула губы, – Потому выгляжу немного старше!

– Лет на пять? – еще сильнее изогнул. Чтоб она поломалась, бровь эта дурацкая! Гад! Мне всего двадцать четыре!

Спокойно, Май-Мари. Не вздумай сейчас скандалить. Потом покажешь, что ты не такая уж и милая.

– С остальным согласны? – голос снова потек патокой.

– Но последнее все равно проверить не мешало бы, – заупрямился. – Знаешь, что возраст у козлов определяют по кольцам на рогах?

– Это вы к чему?

– То же самое можно определить по поцелуям, – начал вставать.

– Я не стану с вами целоваться! – отступила на шаг.

– …хм, или по отношению к ним. Ты похоже и правда довольно юна.

Он снова откинулся на спинку и внимательно меня осмотрел. Пытливо и серьезно, будто не изрекал только что всякие глупости и гадости.

За несколько минут – столько ликов!

Новость раз, Май-Мари. Ожидаемая. Противник опасен и непредсказуем. Новость два. Неожиданная. Уровень его непредсказуемости и опасности намного выше, чем я предполагала. Новость три. Неприятная. Я не подумала об очень важной вещи. Устроиться-то я к нему устроюсь. Но как я выдержу хотя бы цикл? Если уже за столь короткое время я чувствую себя в полной растерянности?

– Май-Мари Сол, – присела в легком реверансе и шаркнула ножкой, повторив свое имя. Имя, кстати, настоящее. А вот фамилию пришлось взять из местных. Как и название, откуда «прибыла». – С плодородных земель близ Артерских гор.

Самая дальняя область от столицы королевства Макары. Чтобы проверить невозможно было. Ну или очень долго, проверять-то…

– И что ты делаешь в столице, Май-Мари?

– Ищу лучшей жизни, – ответила почти честно.

– У меня?

– В горничные и помощницы в приличные дома меня не взяли.

– И твои родители не против?

– Я сирота.

– А рекомендации?

– Еще не успела обзавестись. Сиротский дом в моем городке не обладает подобными возможностями.

– То есть никто не подтвердит твою личность и никто не заметит, что с тобой что-то произошло? – встал опять. И почему-то быстро оказался рядом.

Ох.

Он выше меня на голову – а я не мелкая совсем. И в плечах раза в два шире. И челюсти такие… ну будто он юных девиц жрет, а не…

Слово какое неприличное подумалось.

– Я предупредила поверенного, куда иду! – голос сорвался на писк.

– Ой ли… – сделал шаг ко мне с наглой улыбкой.

– И потом, вы же детектив… То есть на стороне закона!

– Ой ли… – ухмыляется.

– И если со мной что-то произойдет, помощницы у вас не будет никогда! Бабка была из ведовок – уж проклятие какое-никакое я наслать смогу!

– То есть ты мне угрожаешь?

– А вы?

Навис горой и молчит. А потом вдруг кивнул:

– Принята. Твоя комната справа от лестницы.

И… снова уселся в кресло. Закинул ноги на стол и закрыл глаза. Спокойно так, будто этой сцены и не было!

Р-рр…

– «Р-рр», кстати, помощницам не положено, – прокомментировал, широко зевая, – А теперь брысь. Устраивайся. Время у тебя до вечера.

Дверь – там

Комната, по сравнению с теми дырами, что я видела в своей жизни, была очень даже неплоха. Ее бы отмыть… вычистить здесь все… проветрить.

Но первым делом я затащила свои вещи, заперлась, села на кровать и немного поплакала.

Я не плакса, просто очень устала. И мне было страшно. С момента, как я согласилась на это задание – меня вынудили согласиться! – не было и дня, чтобы что-то шло по плану. Хоть моему, хоть тех, кто меня отправил в королевство Сэндилан под вымышленной фамилией. И с каждым разом это «не по плану» становилось все опаснее…

Вот как можно было предположить, что я окажусь под одной крышей с преступником, что притворяется законником? Не только окажусь под одной крышей, но и буду уговаривать взять на работу. И проживание.

Кому вообще пришло в голову, что подобные конторы могут размещаться в домах их владельцев, а? Репутация не имеет для меня значения, мне бы живой остаться, но то, что придется столоваться и спать в одном доме с неким господином, до сих пор вызывало недоумение.

Все-таки странное королевство. Закончить бы здесь все как можно скорее, и вернуться домой. Желательно невредимой.

Вздохнула.

Вытерла слезы – на лице, наверняка, разводы остались.

Распахнула окно, чтобы впустить свежий воздух и побольше света и осмотрелась.

Вряд ли кто-то делал это место специально для помощницы или помощника. Больше похоже на гостевую. Деревянная кровать под балдахином. Зеркало на ножках, угловые полки для вещей за дверцами, широкий подоконник, крохотный резной столик, на котором стоит несколько непонятных механизмов и один понятный – утюг, действующий на самых обычных углях, не магии.

И два стула, один, почему-то, треногий.

Ах да, еще небольшой сундук, в котором обычно хранились одеяла и постельное белье. Они там и лежали… но видок у них был такой, что пользоваться не хочется.

Прислушалась – вроде не бродит мой потенциальный мучитель – и тихонько спустилась вниз. Мне здесь жить, пока не выполню, что нужно. И жить хотелось бы в чистоте. Уж ее-то я могла организовать.

Если остальное не получилось пока.

Кухня, ванная комната с редким механизмом, подогревающим воду и кладовые нашлись там, где я и предполагала. И выглядели, кстати, довольно обжитыми. На плите даже котелок стоял с похлебкой, вполне свежей.

Вряд ли Эйкен Брандт здесь сам возился, значит приходящая прислуга у него имелась.

Нашлись для меня и ведро, и таз, вода и мыло. Раковина с новинкой местных артефакторов – очищающими камнями.

Работа закипела.

Грязное белье – в стирку. Благо камнями я уже научилась пользоваться, это раньше боялась, что они у меня взорвутся в руках.

Балдахин, портьеры – на крохотный задний дворик, в который вела вторая дверь из кухни. Пыль выбивать. Воду и тряпки – наверх, отмывать комнату и мебель в ней. Похлебку – в миску и в рот…

Да, не удержалась. Уж очень голодная была, а еда – очень вкусная!

В общем, спустя несколько часов в чистом зеркале отражалась чистая комната и очень грязная я. Еще бы, такую пылищу подняла.

Пригладила растрепанную копну волос – не приглаживается. Попыталась оттереть с осунувшихся щек грязь – не оттирается. Махнула рукой и, взяв все нужные вещи, прокралась в ванную. Там тоже был засов.

Пользоваться фырчащим механизмом оказалось страшновато, да и мыться неуютно очень – в чужом доме рядом с чужим мужиком, пусть и за закрытой дверью. Голой. Но я была достаточно практична. Я буду регулярно пользоваться и вот этим краном, и лоханью, и отхожим местом за стенкой, а не только тогда, когда оставаться одна в доме. Если таких моментов не будет вовсе? Значит надо сразу перебарывать свои страхи.

Как ни странно, никто ко мне не ворвался и ничего не сломалось. Свет, который я с трудом включила – вот чего не сделать обычную масленую лампу? обязательно создавать ящик размером с четверть комнаты? – не погас.

Я вышла чистая и благоухающая, в новом закрытом летнем платье, неавно приобретенном в лавке, с волосами, свитыми в плотные косы и… снова встретилась с весьма недовольным хозяином дома и агентства.

Тот сидел за столом на кухне и мрачно поглощал похлебку прям из котелка.

Вот совсем никаких манер… пусть и я не в благородных домах родилась, но так себя не вела!

– Ушлая какая, – буркнул неприятным голосом. Он что, свое обаяние тратит только в том случае, если думает соблазнить кого? Впрочем, к лучшему. С такими хамами я знаю, как обращаться. Надо оставаться предельно вежливой и не принимать на свой счет, – Ванну мою заняла, похлебку мою съела…

– Я еще и комнату вашу отмыла гостевую, – дополнила любезно.

– И мою, кстати, отмоешь. Кабинет тоже приведешь в порядок, – тут же отреагировал, – Прислугу я на второй этаж редко пускаю. Бесят.

И посмотрел на меня с прищуром, не уставая работать ложкой. Буду возмущаться или нет? Не дождется.

– Конечно, – кивнула, – Если это входит в обязанности помощницы.

– А какая разница? Ты так хотела получить эту должность, что согласилась на все заранее, – хмыкнул недобро, – Или уже передумала? Дверь сама знаешь где. Всегда можешь уйти, если что не нравится.

Ясно, кто здесь хозяин положения. Во всех смыслах.

– Вот и помните об этом, что могу, – ответила, надеюсь, достойно. Но может нагло? Наше взаимодействие с самого начала пошло не так, как должно было. Этот Брандт плюет, кажется, на все правила общества. И добавила тише, – Сами же пожалеете, что упустили. Вряд ли у вас здесь очередь выстроится из помощниц.

– Я ни о чем никогда не жалею, – прилетело мне в спину.

– Тогда вы ничего и никого никогда не теряли, – прошептала так тихо, чтобы точно не услышал.

Пусть думает, что последнее слово осталось за ним.

Я вернулась в комнату, запихнула опостылевшие тряпки в угол – потом ими займусь – и присела на кровать.

На самом деле эта уборка очистила не только комнату, но и голову. Упорядочила все. И я наконец могла сесть и написать внятное донесение, которое надо будет передать через два дня доверенному человеку.

Описать все, что произошло со мной с момента пересечения границы королевства Сэндилан.

Адресата я, понятное дело, не упомянула. Это письмо должно будет попасть лишь в одни руки, о котором здесь никто не должен узнать.

Главе тайной канцелярии королевства Виннстан, соседствующего с этим.

Идеальный способ уговорить

– Посиди здесь, ведовка! А не то…

Меня грубо зашвырнули в темницу, еще и припечатали вслед всякими неприятными обещаниями.

Не могла не огрызнуться и пояснить снова:

– У вас же есть весы для магии! Используйте их, вы увидите – во мне ни крупицы! – здесь я немного лукавила. Но весы и правда не увидят, чего у меня там есть. – А значит я не могла совершить то, о чем лавочница кричала!

– Будет она меня тут учить еще, как работу делать, – фыркнул толстый стражник, запирая дверь, состоящую из столь же толстых прутьев, – По тебе же сразу видно – дрянь редкостная. Ведовка.

Сплюнул и ушел.

Мне ничего не оставалось, как зло потопать ногами и усесться на пол.

Мебели узникам не полагалось. Только каменные грязные плиты и крохотное оконце под потолком для воздуха.

– Ну как ты так могла влипнуть, Май-Мари? – прохныкала себе тихонько.

– А что теперь, не выходить вообще в люди? – ответила себе же.

Чтоб их всех сожрала подземная тварь!

Я ведь и правда никого не тронула и ничего не сделала. Это все вовсе не я! Но, пожалуй, пусть лучше думают, что я. Это даст возможность Аелле убраться подальше. Чтоб его тоже подземная тварь сожрала! Немножко. Погрызла слегка: не повадно будет воровать идиотские ленты мне в подарок, еще и с помощью магии. У нас были монеты, чтобы купить!

А я что-нибудь придумаю и как-нибудь выкручусь. Как и всегда.

Бабка еще говорила: «Май- Мари может выбраться из любых неприятностей…»

Правда добавляла тише: «Которые сама же создала».

Осознание, что «как всегда» не получится, пришло спустя сутки, проведенные в промозглой и грязной камере. Я успела замерзнуть, поспать, испугаться, поплакать, измучиться, и проникнуться осознанием, что что-то здесь не так. Меня ни о чем не спрашивали и никуда не уводили, чтобы спросить. Дважды приходил стражник – не тот, что меня схватил на рыночной площади – и кидал миску с какой-то кашей. Я пыталась его разговорить, выяснить, в чем меня обвиняют и когда это закончится, но в ответ он бурчал невнятное и уходил, снова оставляя меня одну.

Странно.

Я не то чтобы хорошо разбиралась, как должно быть в темницах. Но разве со мной не предполагалось хоть какого разговора? Обвинения? Схватили же из-за криков противной лавочницы, которая заметила, что кружева и ленты уползают в моем направлении – Аелла, паршивец, хоть предупредил бы!

Но это же просто крики, никаких доказательств, за руку меня не ловили.

Почему я еще здесь?

Становилось все страшнее.

Может быть Его Странное Величество, придумало очередной странный закон, а я об этом не знаю?

Например, что девиц двадцати четырех лет от роду с длинными косами надо за эти косы хватать и тащить за решетку, если они, например, слишком увлекаются уличным представлением с неподобающими для девиц сценками?

И сидеть им за это подс стрражей годик или два…

Сделалось тоскливо. А как подумала об Аэлле, так и вовсе, хоть плачь. Мальчишка не пропадет, конечно, но за тот год, что мы провели вместе на улицах столицы, стал мнедороже, чем кто-либо еще в этой жизни. А с учетом того, что кого-либо еще у меня и не было больше…

А вдруг теперь нельзя бродяжничать?

Но тогда темниц всего королевства Виннстан не хватит, чтобы наказать каждого.

Какие еще варианты?

– Ведовка. Сюда иди.

Я подскочила и буквально побежала. Ничего так не выматывает, как неизвестность.

Меня не стали хватать и тащить. На удивление вежливо проводили сначала на первый этаж, где прохлаждались стражники, а потом выше.

В огромную и роскошную комнату, в которой обнаружились несколько богато одетых мужчин.

Втолкнули туда и дверь немедленно прикрыли.

Мыслей на этот счет возникло сразу столько, что я захотела назад в темницу. Но когда самый высокий, с тонкими губами и цепким взглядом заговорил, перестала отступать и в шоке уставилась на него.

– Май-Мари Тив, – сообщил он сухо мое имя, которое я никому не называла, – Двадцати четырех лет от роду. В столице около года, пока не попадалась.

Вот это «пока» вообще меня добило.

Я пошатнулась.

– Присаживайтесь, Май-Мари, – продолжил он равнодушно, – Разговор будет долгим.

– А если он мне не понравится? – ну бывает, болтаю от переживаний всякие глупости. И изрядно бешу этим окружающих. А с такими собеседниками так не разговаривают.

Только вот мужики не взбесились. Наоборот, удовлетворенно переглянулись. Лишь этот, со строгим равнодушным голосом, смотрел только на меня:

– А на случай, если вам не понравится или вы не захотите соглашаться на наше предложение, у меня есть способы уговаривать.

И из неприметной дверцы в углу вытолкнули связанного Аелла.

Неоспоримый аргумент

– Магические весы ничего у нее не показывают, глава, – сообщил один из важных сюртуков неприятному мужику.

– Зато у мальчишки зашкаливает, – огладил довольно пузо второй.

– Естественно, иначе мы бы его не вели все эти годы, – поморщился мой собеседник. А у меня и Аеллы глаза раскрылись широко-широко.

Удивительно, что нам пояснили:

– Любой маг, что живет в столице и не становится на учет, всегда особенно интересен нашей службе.

И до меня окончательно дошло, кто передо мной. Тот, чье имя желательно называть шепотом. Всесильный глава тайной канцелярии Хротгар Ранд. Поговаривали, что именно он управляет королевством, вовсе не Странный король…

И мне стало еще страшнее.

– Вы просто наблюдали? – спросил с недоумением и обидой Аелла. Ему всего двенадцать, ему можно задавать вопросы, на которые не будет ответов. – Но почему не забрали намного раньше?

И снова нам ответили:

– Маги лучше развиваются на воле, это позже вам требуется обучение и муштра. И вот от тебя, Май-Мари, и будет зависеть, чего именно будет больше. Обучения или муштры.

Холодком по коже.

Аелла действительно сильный маг. И его могут использовать в военных целях, там, где такие маги крошка за крошкой оставляют свою силу, а потом и сами умирают. Либо же его ждет весьма впечатляющая судьба… которой он старался всеми силами избежать.

Уж очень не любил условности и правила. Но раз его прибрали к рукам… И меня… И знали, что на многое соглашусь ради названного брата…

– Так вы не за мной следили, за ним? – уточнила задумчиво, – А как повод вышел – и меня схватили?

– Не совсем, – хмыкнул. – Но кое-кто в моей службе решил, что нам понадобится безродная, бойкая и беспринципная девица для выполнения следующего задания.

– Если бы я была беспринципная, вы просто предложили бы мне золота, а не схватили Аеллу для угрозы, – обиделась на такую характеристику. Пусть и не в моем положении обижаться.

И снова непонятный удовлетворенный перегляд.

– Не соглашайся ни на что, – прошипел мальчик.

– Думаю Май-Мари сама примет решение, – продолжил глава, – Но вернемся к заданию. Итак, нам необходимо вмешаться в дела Сиджебертов.

И последнее произнес так торжественное, будто про высшую награду сообщил.

А я только глазами похлопала.

– Ты же помнишь, чья эта фамилия, Май-Мари?

Ы-ыы…

Ответ налицо. На лице.

И Хротгар Ранд не смог удержаться и не закатить глаза.

– Это королевский род наших соседей, королевства Сэндилан. Ты хотя бы закончила сельскую школу?

– С прекрасным результатом, – огрызнулась.

– И сколько из двенадцати? – уточнил спокойно.

– Немного не дотянула.

– Немного – это сколько?

– Ну там пять – шесть… – пробормотала

– А точнее?

– Да что вам так важным это сделалось! – возмутилась, – Если это так важно – вот и отправляйте на задания образованных!

– А мы и отправили, – пожал плечами, – Сначала – исключительно умного агента. Опытного. Затем выбрали лучшую девицу за красоту, харизму, навык соблазнять и проворачивать любые сделки… На этот раз будет противоположный вариант.

Он так и сказал?! Что я не не красивая, не умная, не ловкая, неопытная, а…