Лучше, чем в кино

© Александр Всполохов, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Как-бы, итог тому, что было

Артём, к середине жизни, считал, что жизнь у него не удалась. Особыми успехами похвастаться он не мог. Так же, как и у большинства людей, в семье, у которых нет взаимопонимания. Да и больше того, в семье он чувствовал себя на самом последнем месте. Дома же, единственным местом, где он мог спрятаться от претензий жены и тёщи, была ванна. Там он запирался вечером часа на два или три и мог свободно поразмышлять о жизни. Лёжа в приятной позе, он чувствовал себя комфортно.

Под звук бурлящей из крана воды, Артём размышлял: «Ну почему жизнь устроена не так, как нам показывают по телевизору? Я, работая инженером, не могу позволить себе купить хорошую машину, а довольствуюсь старой «четвёркой». Почему я не могу сходить в богатый ресторан? Не могу купить себе модный костюм? Правда, отсутствие денег можно объяснить большими затратами на учёбу дочери. Она, вот, уже через год, оканчивает свой университет. За ней ухаживает культурный мальчик, её однокурсник из Москвы. Вот выёдет она замуж и уедет далеко от дома. Тогда, может быть, денег будет и побольше, только всё равно они остаются у жены. С другой стороны плохо будет, если уедет дочка. С кем мне тогда можно будет поговорить в этой семье?

Нам, вот, на работе говорили, что зарплату здорово подняли. Где эти деньги? Может, жена копит на что-нибудь? Да разве она скажет? Что тогда деньги ей отдавал, что сейчас, всё равно ничего не изменится.

Да и где можно найти настоящее счастье? Где те милые и заботливые женщины, смотрящие на нас с экранов телевизоров? Ну, конечно, они достаются богатым и успешным, согласно придуманным финалам всех известных фильмов. А куда деваться нам, получившим хорошее образование, грамотным, но не востребованным в новых условиях существования? Остаётся радоваться за тех, кого показывают по телевизору, живущих в другом мире, не доступном для большинства».

Потом он начинал вспоминать о приятных моментах в его жизни, начиная с самого детства. Рос он с родителями, старшим братом и младшей сестрой и трёхкомнатной квартире. Правда, и тогда он был обделён вниманием. Родители баловали, в основном, его маленькую сестрёнку. А вот от брата ему часто доставались взбучки, которые он считал несправедливыми. Потом он начинал корить себя за то, что ещё тогда не мог противиться напору старшего брата, а свою младшую сестрёнку не мог обидеть. Это чувство непротивления злу, Артём донёс и до настоящего времени. Только вместо того, чтобы делать какие-то выводы, он начинал злиться на себя. Но, вспоминая детство, Артём отмечал для себя, что в целом, они жили дружно, помнилась и радость, которую они получали в совместных играх. Не в пример теперешнему его положению бесправного сожителя со штампом в паспорте.

Вспоминал Артём и волнующие сердце, моменты его жизни. Когда ему было лет пятнадцать, он увидел в пионерском лагере девочку его возраста, она обладала таким проницательным взглядом, который помнился ему до сих пор. Они не дружили вместе, не ходили за руку, правда, раза два танцевали вместе на редких вечерах. Но когда их взгляды встречались, её карие глаза обжигали Артёма до самой глубины. Тогда, у него так и не хватило мужества подружиться с ней. После отъезда из лагеря, Артём целый год вспоминал о ней, строил планы, как они познакомятся, заведут дружбу, будут вместе гулять, и разговаривать о жизни. Он был уверен, что эта девочка тоже хочет с ним познакомиться. Но на следующий год, эта девочка не приехала в тот лагерь. Это было для Артёма великой трагедией. Он ещё долго вспоминал свою юношескую утраченную любовь и не мог смотреть на всех остальных представительниц противоположного пола. Хотя между ними не было даже словесного общения, но те переживания для него были очень приятными.

Потом он вспоминал девушку, понравившуюся ему в студенческом строительном отряде, она была из другого института, по внешности, она не выделялась особенно от подруг, но её проницательный взгляд задерживал на себе внимание. Артём часто заглядывался на неё, но боялся подойти, пока за этой девушкой не начал ухаживать какой-то парень. Теперь перед Артёмом стояла задача не просто познакомиться с девушкой, но и отбить её у другого парня. Это ему казалось не реальным, он ждал, когда сама девушка уйдёт от того парня. Было видно, что девушка отвечает Артёму взглядами, что у него есть ещё шанс, но воспользоваться им он так и не смог. Опять он это событие воспринял, как трагедию, часто ругал себя за нерешительность и неумение разговаривать с девушками. Однако свой жизненный принцип он не нарушал: «Для него девушка должна быть либо близкой к сердцу, либо никакой».

Пока он учился в институте, его младшая сестра не стала утруждать себя высшим образованием и в девятнадцать лет вышла замуж. Одна сразу же заняла лучшую комнату в их квартире. А через пару лет у неё появился первый ребёнок.

А когда он учился на последнем курсе, то женился и его старший брат, и тоже на приезжей девушке. Пришлось Артёму переезжать в комнату к родителям, первый раз он ощутил себя лишним в своей квартире, хотя по тем временам, это считалось ещё нормальным положением дел. У его приятеля, к примеру, дела обстояли намного хуже. Тот жил со своей молодой женой в однокомнатной квартире вместе с родителями. Правда, их семью поставили на городскую очередь на получение жилья. Но в этих очередях стояли тогда по двадцать лет, а жить хотелось нормально и в те времена. Хотя для Артёма в то время на первом месте стоял, куда более важный вопрос, это найти тебе достойную девушку, с которой можно было бы связать всю оставшуюся жизнь.

Окончив свой институт, Артём понял, что время уходит, и ему надо предпринимать активные действия. Просто познакомиться на улице, это было для него невыполнимой задачей, тогда он начал ходить на танцы. Но бывало такое, что он мог весь вечер простоять, смотря на танцующих, так и не пригласив никого на танец. Те, кто ему нравился, танцевали с другими, а когда его самого приглашали на дамский танец, то не всегда ему нравились эти девушки.

Как-то раз, он пошел со своим приятелем, Геной, на танцы в «Мраморный», так называли один дворец культуры на Васильевском острове. Когда уже танцы набрали свой азарт, он продолжал стоять у колонны, ближе к середине зала, наблюдая за девушками.

Совсем недалеко от него, Артём увидел такую картину. Один парень, явной азиатской внешности и с характерным акцентом, пытался уговорить девушку пойти с ним танцевать: «Пашли, дарагая, патанцуем».

Девушка даже смутилась от такого кавалера. Она помотала головой и ответила: «Нет, я не танцую».

Неудавшийся кавалер застыл в недоумении, он посмотрел на своих товарищей, стоявших невдалеке, а те ему махали руками, чтобы он не бездействовал.

Тогда грузин произнёс, уже с возмущением: «Тах зачем же ты прышла суда?»

Девушка ответила ему, тоже с возмущением: «Я пришла танцевать с теми, кто мне нравиться». После этого, девушка сделала шаг в сторону и отвернулась от него.

Этот парень опять посмотрел на своих товарищей, которые уже посмеивались над ним. Он возмутился ещё сильней, схватил девушку за руку и потащил в центр зала: «Нэт, ты пойдошь со мной, тэбя мужчына прыглашает».

Девушка выдернула свою руку от назойливого ухажёра и закричала: «Да отстань ты от меня, дикарь ненормальный».

Такое высказывание в свой адрес парень принял, как оскорбление и ударил девушку по лицу. Артём уже не мог терпеть такого беспредела, он подскочил к ним и встал между девушкой и этим грузином. Тут подбежала целая ватага кавказцев, и они, без всяких объяснений начали драку. К счастью, приятель Артёма был классным боксёром, он, с первого же удара послал в нокаут самого крайнего из нападавших, и встал за спиной у Артёма. Но этих горцев было человек восемь, и силы были слишком не равны. Но в том дворце культуры комсомольская дружина работала очень оперативно, да и несколько человек из зала тоже вступились, помочь навести порядок. Через некоторое время, вся эта горячая компания находилась в пикете дружины и ожидала приезда милиции. Там же находились и потерпевшие.

Командир оперативного отряда дружинников устроил нападавшим допрос: «Почему вы ударили девушку?»

Неудавшийся кавалер возмущённо отвечал: «Да какая эта дэвушка? Нармальныэ дэвушкы в такых кароткых платьах нэ ходат. Да я выдэл, ана с падругай курыли на балконэ. Наши дэвушкы, так сыбя не видут».

Дружинник улыбнулся: «Так зачем же вы приехали сюда? И зачем вы пристаёте к таким, по вашему мнению, недостойным девушкам?»

Но этот парень, явно недопонимал, в чем он виноват: «Мы прыэхали, чтобы работать здэсь. Што? Какые-то недастойныэ дэвыци могут оскарблать миня?»

Дружинник тоже возмутился: «Не забывайся, это вы приехали к нам. И это вы должны соблюдать наши обычаи. У нас любая девушка имеет право отказаться общаться с тем, кто ей не приятен».

Грузин опять начал кричать: «Эта я нэприятэн? Да вы пасматрыте на нэё. Да за такую юбку у нас эё камнами закыдают. Я гордый и достойний горэц и нэ позволу, чтоб мэня оскарблали».

Терпение дружинника лопнуло окончательно: «Да какие вы гордые и достойные. Вы, как свора поганых бездомных собак набросились ввосьмером на одного парня, который оказался порядочней вас всех, вместе взятых. Вы только позорите своих отцов, которые вместе с нашими воевали на одной войне. Мне мой отец рассказывал, что на войне, и грузины, и армяне ни в чем не уступали всем остальным солдатам, а, глядя на вас, можно усомниться в вашей порядочности. Вы недостойны памяти ваших отцов».

Суровый тон дружинника поубавил гонору у отчаянных ребят, они поутихли, ожидая своей участи.

Когда приехала милиция, дружинники заполнили необходимые протоколы, а напоследок, командир дружины сказал им: «Если Вы, ребята, хотите жить у нас и зарабатывать деньги, то ходите и учитесь правилам поведения, которые существуют здесь. Сейчас посидите на первый раз пятнадцать суток, а в дальнейшем, у нас, за такое поведение, можно и в тюрьму загреметь. Не очень приятно будет вашим отцам узнать о недостойном поведении своих сыновей. Так что живите и учитесь».

Из дружины Артём вышел со своим товарищем и той девушкой, за которую он заступился. Она была с подружкой, Пока они сидели в дружине, то успели познакомиться. Первую девушку звали Наташей, а её подругу Инной. Ребята пошли провожать их до дома.

Инна была более активной девушкой, она всё расспрашивала ребят и делилась своими соображениями: «Артём, какой ты молодец, вступился за незнакомую девушку».

Артём отвечал: «Да этот грузин совсем обнаглел, для него люди, это только его соплеменники. Все же остальные, хуже овец, которых они пасут в своей глухомани».

«Да», – согласилась Наташа, – «Последнее время, я смотрю в Ленинграде столько приезжих, и всё с Кавказа. Зачем их сюда пускают?»

Геннадий многозначительно произнёс: «А это, девушки, к вам вопрос. Больше рожать надо, тогда не будут к нам столько со стороны приезжать».

Девушки переглянулись и рассмеялись, ребята тоже заулыбались.

Потом Инна, с сожалением, начала говорить: «Да вот, мы с Наташей в институте всё учились, знания получали, а достойных кавалеров, так и не встретили».

Гена поддержал: «Да мы тоже, только что, после политеха, уже и на работу распределили».

Инна поинтересовалась: «А военная кафедра у вас в институте была? В Армию вас не заберут?»

Гена успокоил: «Не заберут. Мы уже офицеры запаса».

Инна немного с восхищением посмотрела на них: «Да Вы перспективные парни, надо на Вас обратить внимание».

Тогда и Наташа задала вопрос: «Артём, а куда вас распределили после института?»

Артём скромно отвечал: «Меня на военный номерной завод распределили, в нашем цехе мы делаем корпуса кораблей средних размеров. Какие корабли, это секретно».

Инна сразу подметила: «Это хорошо, на военном заводе большие деньги платят».

Артём засмущался: «Ну, пока я ещё только самый младший инженер. Большие деньги будут только в дальнейшей перспективе».

Инна сказала в свою очередь: «А вот у нас с распределением после финансово-экономического полный завал, бухгалтеров в Ленинграде, как собак нерезаных. Хорошие места только в других городах предлагают, а если здесь, то на копейки всю жизнь работать».

Геннадий удивился: «И что? Вас так до сих пор и не распределили?»

Инна отвечала: «Мне, например, досталось место только в жилищной конторе бухгалтером, на восемьдесят рублей, только я два положенных года отработаю и уйду куда-нибудь, хоть не по специальности. Такая мне работа, как ком в горле».

Наташа тоже начала высказывать своё недовольство по поводу работы: «А у меня ещё хуже. Чёрт меня дернул в институте заниматься комсомольской работой. Так меня распределили на ударную стройку в какую-то глухомань. Хорошо у меня мама доктор, так она меня на фиктивном больничном два месяца держит, ищет мне болезни, чтобы туда не ехать».

Гена тоже решил поддержать разговор: «А у меня, девочки, вообще не поймёшь что. Я мастер спорта по боксу, за институт выступал, так меня и оставили при институте преподавателем, что бы я дальше продолжал выступать. Но, по уровню моих знаний, я чувствую, что не потяну. Два года придётся отработать, а там видно будет».

Потом их темы разговора переключились на обсуждение эстрады, моды, так они доехали до дома, где жила Наташа.

Ребята уже думали, что им пора возвращаться домой, но Инна предложила: «Артёма нельзя отпускать домой с синяком на лице. Пойдёмте, мы вас косметикой замажем».

Когда они поднялись в квартиру, то Инна опять взяла инициативу: «Так, родители у Натальи сегодня корнеплоды на даче собирают. Если нам не удалось сегодня потанцевать нормально, то может, продолжим немного наш вечер здесь?»

Артём немного засмущался, но Гена был даже рад: «Так, может, сообразим ещё для веселья?»

Наташа открыла родительский бар и сказала: «Вот здесь у предков ликёр в баре стоит, можно одолжить. Только завтра надо купить такой же, пока они не вернулись».

Гена поддержал: «Вот и здорово, не надо никуда бежать. Завтра, такую же точно бутылку принесём, как только магазины откроют».

Артём явно не ожидал такого исхода, он попытался возразить: «Да мы на метро можем опоздать, а мне на другую стороны Невы. Мосты разведут, так я вообще домой не попаду».

Геннадий постарался его успокоить; «Да ещё два с половиной часа до закрытия, успеем ещё уехать. Давай, не отставай от коллектива».

Потом они сели за стол. Гена забыл всё на свете и увлёкся Инной, но Артём, как-то не видел в Наташе девушку своей мечты. Когда прошло два часа, Артём напомнил Геннадию о закрытии метро, но тот, даже обиделся на товарища.

Когда они отошли в сторонку, Гена сказал ему: «Ты что, Инка уже всё, моя. Дай ты мне оттянуться, да и сам не зевай, Наташка тоже ничего, она перед тобой в долгу».

Артём возразил: «Но я не хочу пользоваться положением. Да и мне она должна сперва понравиться».

Но Гена не унимался: «Ну, Тёма, пожалуйста, ради меня. Ты помнишь, сколько раз я выручал тебя? Пойди ты мне навстречу, выручай»,

После они опять продолжили пить, потом танцевали, и алкоголь давал себя знать. Когда Гена с Инной ушли в другую комнату, Артём оказался под властью непреодолимого чувства. Рядом с собой он чувствовал женщину. Хотя она и не говорила ему о своих желаниях, но всё шло к тому, чтобы сблизиться с ней и познать неотвратимую страсть, которая раздирала Артёма на части. Всё произошло само собой, ему даже понравилась Наталья после этой ночи, может быть не она сама, а та страсть, которая нахлынула на него в процессе их близости.

Но, наутро, Наталья своими словами, как бы перечеркнула все переживания, которые он ощутил этой ночью. Вначале, она просто хвалила его, какой он молодец, но закончила совсем даже не романтично.

Она сказала: «Артём, а давай поженимся, тогда мне дадут свободный диплом, чтобы я не отрабатывала на этой ударной стройке».

Артёма просто перекоробило после этих слов. Если бы она просто предложила пожениться, то он ещё мог бы её понять, но такого холодного расчёта, он не мог простить.

Наташа заметила его реакцию: «Ну, если тебе не понравиться, мы сможем и развестись потом, но сейчас я в таком положении, что нет другого выхода».

Артёму трудно было говорить, но он, всё же, решил внести ясность: «Пойми, Наташа, я не такой человек, чтобы жениться, а потом разводиться. Мне надо хорошо узнать человека, прежде чем связать с ним свою жизнь».

Наталья заплакала: «Но ты мне сразу понравился. Неужели, я бы осталась с тобой спать, если бы ты мне был безразличен. Вот, все Вы такие, сначала переспите с девушками, а потом сразу в кусты».

Артём ей ответил: «Мне действительно было с тобой хорошо, пока ты не призналась мне, что спала ты со мной по расчёту».

Наталья попыталась оправдаться: «Мне тоже было с тобой очень хорошо. Только я в таком положении, что надо мной висит это дурацкое распределение. Оно само вылезло у меня с языка».

«Однако, именно это высказывание обрубило все мои чувства. Не надо начинать свою жизнь с разных ухищрений, на них своего счастья не построишь. Первые впечатления о человеке очень долго остаются у него в памяти».

Тогда на этом разговор их закончился.

Этим же утром ребята пошли в магазин, покупать такой же самый ликёр, но когда он был куплен, Артём сказал своему товарищу: «Ты, Гена, отнеси им эту бутылку сам. Не буду я туда возвращаться. У меня родители забеспокоятся».

Гена даже удивился: «Да что ты, Тёма? Классные ведь девчонки. Подождут твои родители, пойдём, не дури».

Но Артём был непреклонен: «Дело не этом. Не хочется мне туда возвращаться. Иди без меня».

Гена согласился: «Ну, если тебе Наташка не понравилась, то настаивать не буду. Как знаешь».

Артём больше не хотел вспоминать об этом случае, тем более, что на работе ему предложили съездить в командировку в Североморск. Там обнаружились какие-то неполадки в, недавно построенном на их заводе, сторожевике для пограничных войск.

Артём в командировке должен был помогать старшему инженеру их завода, разбираться в неполадках на военном корабле. Но случилось так, что его наставник в первый день после осмотра корабля, пошёл в ресторан насладиться свободной жизнью. Артём сразу после осмотра пустился в расчёты их задания, а его наставник расслаблялся самостоятельно. Но в ресторане этот инженер не поделил какую-то даму с одним офицером подводником, завязалась пьяная драка. Большинство военных, находящихся в том ресторане были, разумеется, на стороне офицера. В результате инженер оказался в больнице со сломанной челюстью, кроме того, он ушиб ногу, так что не мог ходить. Офицеры, солидарные между собой, обвинили ещё инженера в том, что именно он развязал драку.

Такое положение вынудила инженера не сообщать об инциденте руководству завода, поэтому вся нагрузка в распознании дефекта легла на Артёма.

Суть этого дефекта заключалась в том, что в его корпусе обнаружились искривления конструкций палубы. Артём сел за расчёты, поднял всю проектную документацию и установил следующее.

Этот сторожевик перегоняли из Ленинграда в Североморск по речкам и каналам на буксире законвертованным, то есть заколоченным. Экипажа его принимал только в Североморске, поэтому вооружение на время перехода решили не ставить. Пушки и пулемёты отправили по железной дороге, но почему-то они дошли в другую часть. Время у принимающей стороны не было, и вооружение было поставлено то, какое нашлось на складах. Вот на палубу и поставили более мощные пушки, не предусмотренные конструкцией. Военные торопились на учения. А вот после учений и обнаружилась деформация палубы. Артём произвёл необходимые расчёты и обосновал, что вина в деформации палубы лежит целиком на военных. Военные согласились, и претензии к заводу сняли. Командировка для Артёма закончилась, а вот инженера из больницы ещё не выписали. Приехав на завод, он не стал выдавать своего начальника, сказав, что с ним произошел несчастный случай. Но когда из милиции Североморска пришла бумага на прикомандированного инженера, руководству стало ясно, что их коллега даже не принимал никакого участия в установлении причин деформации корпуса. Побеседовав с военными по телефону, они узнали, что всеми делами занимался только молодой выпускник, недавно пришедший на завод. Видя, что перед ними толковый парень, ему предложили работать в закрытом конструкторском бюро, прикреплённом к их заводу. Работа в конструкторском бюро была намного интересней заводских будней, там присутствовал элемент творчества, поэтому Артём согласился. Так он стал инженером конструктором с узкой специализацией, это расчет прочности создаваемых боевых кораблей.

Однако, последствия его первой ночи с малознакомой девушкой, скоро дали себя знать. Примерно через месяц, Артём узнал через Генку, что Наталья забеременела. Это было ударом для Артёма, но он был очень ответственным человеком. Его порядочность устроила целую войну с его чувствами. Он ходил сам не свой, терзаемый противоречивыми мыслями. С одной стороны, он как порядочный человек должен был жениться на девушке, которая ждёт от него ребёнка. С другой стороны, он не представлял себе дальнейшую жизнь с человеком, который при первой же встрече оскорбил его чувства.

Да и родители его подталкивали его на брак, подбадривая к решительным действиям.

Отец говорил ему: «Ну и что с того, что не успела понравиться. У нас с матерью тоже времени на раздумья не было. Парни в дефиците были, она меня быстро от всех подруг отбила. Не успел оглянуться, как в загсе очутился. Но до сих пор не жалею, весь наш мир состоит из случайностей. Ты же ведь сам на неё полез. Силком никто не заставлял. Кто тебе мешал к ней приглядеться?»

Ко всему прочему решался ещё и квартирный вопрос. Наталья жила со своими родителями в двухкомнатной квартире, братьев и сестёр у неё не было. Артём, переезжая к ней, не мешал бы уже родителям оставаться в своей комнате одним. Таким образом, ещё и обстоятельства были против него. Так или иначе, свадьбу всё-таки сыграли.

Изнанка

Теперь, самое время, остановиться на личности Натальи. Её родители, в своё время, баловали единственную дочь. Она была симпатичной девочкой, ею восхищались с самой школы, там она была в числе первых красавиц. В институте она познакомилась с подругой Инной, которая была не простой девушкой. Очень красивой Инну нельзя было назвать, она брала своим обаянием и напором.

От Инны она приобрела страсть к красивой жизни. Тогда в стране появились первые кооперативы, поэтому в ухажёры они выбирали себе состоятельных людей. Тогда в страну хлынули потоки видеофильмов со всеми красотами богатой жизни. Разумеется, о всякой морали совсем пришлось забыть. Для девушек было, само собой разумеющее, переспать после ресторана с теми, кто платил за красивую жизнь. Видеофильмы учили их и простой распущенности в своих связях. К концу их учёбы, понятие о морали у них практически отсутствовало. Они участвовали и в групповых оргиях, и просто отдавались за деньги.

Самое интересное, что вели они себя в институте, как благопристойные девушки. Не то, что им интересна была эта специальность, просто статус студентов, им нравился. Наталья умудрялась в институте быть, даже комсоргом группы. Так получилось, что сразу после окончания института, она забеременела, хотя и старалась предохраняться. Но самое неприятное было то, что она даже не знала, кто отец ребёнка.

Её мама, конечно, догадывалась, что её дочь давно не девочка, но она не знала, до какого уровня опустилась её дочь.

Сразу после окончания института, мать поставила перед ней условие: «Давай-ка, доченька, заканчивай со своими ночными отлучками и выходи замуж, пока я тебя подержу на больничном. Иначе, поедешь на свою далёкую стройку по распределению из института».

В ресторанах, конечно, мужа себе не найдёшь, а институтские парни разъехались по своим распределениям, оставалось одно, – поискать на танцах. Вот они и отправились с подругой на охоту в ближайший дворец культуры. Охота оказалась удачной. Правда, Наталья совершила ошибку, начав разговор с Артёмом о меркантильных причинах. Она просто забыла, что для некоторых людей на первом месте стоят их чувства. После того, как Артём уехал в командировку, она охмурила ещё нескольких ребят, пытаясь их на себе женить. Но те оказались поумнее, да и Артём по многим параметрам вписывался в её замысел. Умело сыграв на порядочности парня, она женила его на себе.

Её мама, как врач, помогла запудрить мозги со сроками её беременности. Так Артём, сам того не подозревая, попал в эту западню.

По настоянию мамы, Инну пришлось вычеркнуть из состава своих подруг, чтобы не проболталась случайно новоявленному мужу.