Книжный тетушки Винни

Глава 3

Утро нового дня встретило мерзким звоном будильника, тяжестью во всем теле и морально опустошенным состоянием. Свесив ноги с кровати, я не сразу поняла, что забыла закрыть шторы перед сном, как делала это прежде. Правда никакое яркое летнее солнышко не спешило встречать меня, лаская нежную кожу теплотой своих лучей.

Хмурое небо, заполненное серыми облаками, изливающими свою печаль дождем, отлично отражало мой внутренний мир на данный момент. Взяв мобильный, разблокировала экран, зацепившись взглядом за уведомление от банка. Все карты, сделанные еще в школьное время отцом, заблокированы. Своей, личной, у меня никогда не было.

Воспоминания вчерашнего дня заполнили голову неприятной болью, заставив тело сползти на холодный пол. Притянув к себе ноги, взялась за голову до боли сжав волосы, сдавленно простонав от подкравшегося отчаяния. Вокруг, на полу, разбросаны красные клочки ткани, которые еще вчера утром были отвратительным платьем.

Смотря на результат моего гнева, отчаяния и бессилия, в груди появилась тупая ноющая боль от огромной обиды. До чего же больно было слышать те слова вчера. До чего же больно ощущать себя клейменой разочарованием еще с самого детства, понимая, что я бы никогда не оправдаю его ожиданий. Даже если я сдамся. Даже если выйду замуж за выбранного им человека, ничего не изменится. Я не хочу такой жизни.

Вчерашняя злоба, раздраженность и готовность бороться, отвоевывать свое право свободы, не важно, что придется отдать взамен, сегодня рассыпалась о полное душевное опустошение.

Готова ли я полностью сдаться? Готова ли сделать все, лишь бы… а лишь бы что?

Отрицательно покачав головой, поднялась на ноги и направилась в душ. Сегодня последний учебный день на этой неделе, и как бы мне не хотелось бросить все, нельзя его пропускать. Если отцу сообщат о моем отсутствии, беды точно не миновать. Мне нужно время, хотя бы несколько дней в попытке решить, как быть и что делать дальше.

Приняв бодрящий душ, написала Ване: «Привет. Нам нужно сегодня встретиться, это важно». Только отправив, заметила, что парень не прочитал мое вчерашнее сообщение, хоть и появлялся в сети около двадцати минут назад.

Нахмурившись, сжала мобильный, ощущая тревогу и что-то холодное, непонятное, внутри. Предчувствие. Может с ним что-то случилось? Не важно. В любом случае если не ответит до конца учебного дня, придется расстаться дистанционно, как бы мне этого не хотелось.

Заваривая кофе, вместо полноценного завтрака, не заметила, как поставила любимую кружку на край стола, и она в одно мгновение превратилась в множество осколков, в луже кипятка, растекающегося по полу. Пара капель попали мне на ноги, отчего я чуть не выронила чайник, отпрыгнув в стене.

– Да чтоб… – ругательство смолкло, утопая в пучине боли и отчаяния, обитающей в моей груди со вчерашнего вечера.

Быстро убрав воду и осколки, окончательно отказавшись от завтрака, ощутила себя в странном сне. Только это была реальность, жестокая и постоянно напоминающая о власти других над тобой.

После уборки сил вообще не осталось. Ноги налились свинцом, и неохотно передвигались, требуя остаться в квартире. Мозг же, продолжая посылать сигналы в тело, уговаривал немного потерпеть, зная, последствия никому не понравятся.

Лишь в одном я решила самой себе уступить, а именно в одежде. Обычная серая футболка, светлые джинсы, кеды и тканевый рюкзак с необходимым внутри. Вроде бы обычная одежда, но не для меня и моего отца. Перед выходом, я посмотрела в зеркало, оценивая следы видного недосыпа, что поселился на лице темными кругами под глазами.

– Потерпи. Впереди выходные и больше времени для решения проблем, – пытаясь подбодрить себя, произнесла, собрав волосы в небрежный пучок.

Спускаясь в лифте, тело пробрала дрожь от ощущения наготы, ибо прежде я никогда не покидала дом в таком виде. Без макияжа, хорошей одежды и распущенных волос. Даже вынося мусор, что бывало крайне редко. Всегда в моей голове возникала мысль: «А вдруг люди отца круглосуточно сидят у моего дома, следят и докладывают ему как я выгляжу». Это больше походило на паранойю, которая не исчезала даже, будучи в безопасности, дома. Словно за мной следили всегда.

Стоило мне открыть дверь, выйти на улицу, встретившись с лучами солнца пробивающимися сквозь хмурые облака, выдохнула, почувствовав такое сильное облегчение, словно я уже была свободна от чужих оков. Холодный ветер, ударившись со всей силы мне лицо, оказался отрезвляющей пощечиной, требующей не расслабляться раньше времени.

Достав из рюкзака кофту, направилась к университету, тут же написав Лизе с вопросом где она сейчас. До пар еще достаточно времени, я даже могла зайти в кофейню, взять что-то с собой. Только вспомнив заоблачные цены, которые откусили бы от моего скромного бюджета приличный кусок, передумала. Голод вроде говорят полезен. Правда эта мысль не понравилась моему желудку.

Лиза ответила быстро. Подруга ожидала меня в сквере, недалеко от университета. Это слегка озадачило меня, ибо обычно мы встречались у входа. Ничего не ответив, поспешила. Солнце хоть и выглянуло, но серые тучи все еще висели над головой, то и дело норовя придавить собой к сырой земле.

Подругу я увидела издалека. Она ходила из стороны в сторону, явно нервничая, и что-то говоря себе под нос. Неужели что-то произошло? Мне эта мысль мне ой как не понравилась. Лиза обычно самая спокойная из моих знакомых, особенно в стрессовых ситуациях.

Девушка, услышав чье-то приближение, замерла, медленно обернувшись в мою сторону. На ее лице застыло напряжение, смешанное с сомнением. Встретившись со мной взглядом, Лиза быстро изменилась в лице. Широко улыбнувшись она направилась ко мне, раскинув руки для объятий. Подобное для меня было чем-то необычным, сродни поощрению за хорошую учебу. Но стоило один раз обняться с кем-то, кто не источал агрессии или сочувствия, внутри расцветало тепло, которое хотелось ощущать снова и снова.

– Что-то случилось? – отстранившись, обеспокоенно спросила Лиза, осматривая мой внешний вид.

– Давай после пар ты придешь ко мне, и я тебе все расскажу, хорошо? – предложила, до сих пор не получив от Вани ответа, что означало расставание через сообщение единственный выход. Встретившись с хмурым и озадаченным взглядом подруги, добавила: – Рассказ будет долгим, времени до пар не хватит. А в университете Катя, сама знаешь она… – я осеклась, заметив странное изменение в ее лице.

Лиза на мгновение растерялась, словно растворилась в пространстве, забыв обо мне и нашем разговоре. Она посмотрела куда-то в сторону, туда где из-за ветра шумела молодая листва. Беспокоясь за подругу, пощелкала у нее перед носом пальцами. Почему она вообще так отреагировала на упоминание Кати?

– Лиз, что случилось? – не выдержав спросила я.

– Я не уверена, – уклончиво начала девушка, сжав лямку от сумки на своем плече. – Вчера выйдя из университета, я заметила твоего Ваню и Катю недалеко от курилки.

Внутри что-то упало, глухо ударившись о дно, сразу же сжавшись и свернувшись в тугой узел, отдающийся в груди неприятным ощущением. Невольно вспомнив как эти двое вчера отреагировали на новость о моей встрече с отцом, ощутила себя гадко. Правда причина этому, сродни жидкому мылу, стремительно ускользнула от меня, скрывшись в сливе ванной.

– Я же говорю, не уверена. Они ведь просто могли разговаривать, – Лиза глупо хихикнула, сама, противореча своим словам. Мы обе слабо верили в обычный разговор между Ваней и Катей. Да чего там, Иван так же отзывался о Кате, как и она о нем.

– Лиз, не парься, – взяв подругу под руку, начала, решив поделиться своим решением. – Я все равно уже как месяц планирую с ним расстаться. Да и не думаю, что между ними может быть что-то большее нежели взаимное оскорбление друг друга. В ином случае, это уже будут их проблемы.

Лиза посмотрела на меня пытаясь найти подвох в словах. Понимаю, нелегко сразу принять такую новость, особенно когда я ничего плохого о парне не рассказывала, как и хорошего в принципе.

Направившись в сторону университета, я постаралась перевести тему на что-то иное, спросив у нее про родителей, их ферму и младшую трехлетнюю сестру. Лиза часто рассказывала о жизни в селе, ранних подъемах и уходе за скотом. Катя на это фыркала, упоминая про запах и вездесущие отходы животных, явно представляя неухоженных хлев, заполненный помоями. Мне же подобное было интересно, да и видела, как Лизе приятно вспоминать о доме.

Живя в селе, она редко болела и много проводила времени на свежем воздухе. Впервые посетив Москву, Лиза поняла насколько ей будет тяжело в столице. Другой воздух, много людей и вездесущая суета. Дома конечно было полно забот: помощь родителям; хозяйство; учеба и дополнительное чтение. Девушка много занималась сама, а с появлением интернета, начала покорять сначала бесплатные сервисы, а после нашла платные где давали необходимое. Вероятно, благодаря этой к тяге к знаниям Лиза поступила на бюджет и была круглой отличницей, успевающей не только отдыхать за любимыми занятиями, но и помогать другим.

Порой я завидовала ей белой завистью. Моя тяга к знаниям давно остыла, даже сама не помню, когда именно. Единственное, что до сих пор удерживало меня от полной деградации, любовь к чтению и рисованию. Может виной всему вечное принуждение, подкрепляемое криками и угрозами. Только вспомнив об этом по телу побежали мурашки.

Из мыслей меня вывела внезапная остановка. Оказалось, мы уже зашли в университет. Вокруг шушукались студенты, обсуждая что-то свое. Были и те, кто на ходу доедали завтрак, запивая его дешевым кофе. В желудке от этого заурчало.

– У нас сегодня только две пары, – сказала Лиза, указав на одну из множества бумаг, что висели на доске объявлений.

– Надеюсь это не физкультура, иначе можно сразу разворачиваться и идти домой, – не скрывая своей радости, сказала я, мысленно даже мечтая, чтобы это были необязательные пары.

– Увы, нам не так везет, – подруга улыбнулась. – Нужно поторопиться, если опоздаем, нас не впустят в аудиторию.

– Ты права.

Две пары однозначно лучше шести, и это не могло не радовать. После вчерашней ситуации и ультиматума отца, мне больше не хотелось учиться. А какой смысл в образовании, если я просто красивая кукла для выгодной сделки? Может с моей стороны думать о подобном слишком, ведь я не знала какие на самом деле причины у этого решения. С другой стороны, мне должно быть абсолютно плевать. И все же, где-то в глубине души, маленькая Аня, трепетно мечтающая о любви папы, все еще надеялась на что-то.

Кати в аудитории не оказалось. Если бы не слова Лизы, меня бы это не озадачило. Заняв свое место, проверила переписку с Ваней, снова встретившись с глухой тишиной. Что-то явно не так.

Первая пара прошла быстро. На удивление строгий преподаватель, сегодня был весел и достаточно мил, поставив каждому кто ответил на вопрос хорошую оценку. Я порадовалась за Лизу, никак не обратив внимание на собственную пятерку. В груди медленно росло неприятное разъедающее чувство. Мир продолжал рушиться, оставляя подо мной небольшой и очень шаткий островок.

В начале второй пары, не выдержав, написала Ване новое сообщение. Решила рассказать честно о причине расставания, упомянув остывшие чувства и нежелание больше тратить наше время зря, умолчала правда об ультиматуме отца. Сама не знаю почему, но зачем-то добавила в конце слова благодарности за все что между нами было, хотя многое сейчас казалось неправильным и отвратительным.

Облегчение не наступило после отправки сообщения и блокировки телефона. Неприятное предчувствие душило руками уже бывшего парня, медленно сжимая шею, перекрывая доступ к кислороду. Никакого облегчения. Никакого наслаждения. Лишь страх и желание поскорее оказаться в душе.

– Зайдем в магазин? – спросила я, стоило паре закончится.

В коридоре стоял шум, некоторые, включая нашу группу, спешили на выход, дабы поскорее оказаться дома. Другие, пользуясь большим перерывом желали выйти покурить или же направлялись в столовую, обсуждая сегодняшнее меню. Услышав упоминание компота, картошки и куриной котлеты, почувствовала, как желудок в очередной раз сжался, а рот заполнился слюной.

– Без проблем, – кивнула Лиза, пропуская нетерпеливых студентов вперед.

Выйдя на улицу с облегчением взглянула на голубое небо, где не осталось и намека на серые облака. Солнце приятно согревало своими лучами, не оставив и следа от влаги после утреннего дождя.

Внизу, недалеко от ступенек собрались студенты, шумно обсуждая что-то находящееся в центре, привлекшее такое количество внимания. Переглянувшись с Лизой, мы одновременно пожали плечами, и следуя интересу, направились к образовавшейся толпе.

Кое как протиснувшись ближе к центру, замерла увидев тех, кто собрал любопытных зевак. В самом центре стоял мой бывший, прижимая к себе и сгорая от вожделения, судя по их открытому проявлению страсти, Катю. Они целовались грязно. Ваня откровенно лапал грудь девушки, сжимая ее так, что мне стало больно от одного вида.

Видя это, я испытала целое ничего. Внутри пусто и глухо. До моего мозга будто еще не дошло происходящее, хотя я уже смотрела несколько минут на чуть ли не прилюдное соитие.

Ваня, отстранившись от Кати, с наслаждением окинул собравшуюся толпу замутненным от возбуждения взглядом.

– Привет, – сказал он, как ни в чем не бывало, уставившись на меня.

В ответ я ничего не ответила, лишь перевела взгляд на довольную, широко улыбающуюся Катю. Видимо ее совершенно не волновало, что среди любопытных зевак были ее «парни», которые уже не раз выкрикнули в ее сторону что-то оскорбительное. Лишь одному богу известно, почему никто из них не подошел ближе, и не устроил скандал, а может и настоящий мордобой.

– Ну что, лживая шлюха, – словно выплюнув яд, начала Катя, обняв Ваню. – Как повеселилась вчера со своим «папиком»? Много он тебе дал денег?

Из меня вырвался смех. Истерический, громкий и отчаянный. Кто-то положил мне на плечо руку, успокаивающе погладив, таким образом пытаясь поддержать. Неужели моя бывшая подруга что-то наплела Ване? Зачем?

– Что ты несешь? – спросила Лиза, выйдя чуть вперед и убрав руку с моего плеча. – Ты совсем крышей тронулась, скача от парня к парню? Думаешь все такие же как ты?

– Шлюха! – выкрикнул кто-то из толпы.

– Аня не слушай ее, она лицемерная сука, – незнакомая девушка прошептала мне, с ненавистью смотря на Катю. Кажется, в прошлом году Катя увела у нее парня.

– Ответь, Аня. Как тебе вчерашний вечер со спонсором? – словно, не слыша негодование толпы и оскорблений в сторону девушки, которую он сейчас прижимал к себе, спросил Иван. – Зачем надо было мне врать, что ты встречаешься с отцом? Или у вас, потоскух, это так называется? Хотела на двух стульях усидеть, используя меня и другого? Хотя у тебя этих «отцов», наверное, много, да? – он улыбнулся, мерзко и лицемерно.

Катя активно начала поддакивать, совершенно забыв, что в толпе могла находиться ее мать. Та стоя позади парочки, разочарованно смотрела на дочь.

– Проверь свой мобильный, – лишь сказала я, улыбнувшись от щемящей боли в груди.

Улыбка с лица Вани неожиданно сползла. Он, отстранившись от Кати, достал мобильный и замер, читая непрочитанные сообщения. Пока Ваня читал, Катя пыталась привлечь к себе мое внимание, бросая колкие и оскорбительные фразы, на которые мне было плевать. Словно вокруг выросла стена, оставив только меня и бывшего. Поняв смысл написанного, парень поднял переполненные злостью и негодованием глаза.

Сложив руки на груди, пытаясь успокоить раздосадованное от двойного предательства сердце, решила все же немного уделить время Кате.

– Этим поступком ты показала настоящую себя всему университету, – начала я, окинув равнодушным взглядом толпу. Кто-то смотрел на меня с сочувствием. Кто-то, явно пострадавший от действий Кати, прожигал взглядом в ней дыру, продолжая сыпать оскорблениями. Другие, с интересом наблюдали за представлением. Некоторые даже снимали происходящее на телефон. – Надеюсь, каждый раз, когда ты прыгала к кому-то в кровать, была использована защита. Иначе кто знает, какой букет могли подарить тебе. Или же ты им, – наклонив голову в бок, я улыбнулась, увидев на лице бывшей подруги гримасу злости. – Катя, не все как ты прыгают с члена на член в поисках более выгодного варианта. Не тебе судить других, будучи самой… – мне не хотелось ее оскорблять, но колкости рвались из груди. – Ты либо крестик сними, либо трусы надень, – вспомнилась мне фраза, когда-то прочитанная в интернете.

– Да как ты… – зашипела Катя, но ее оборвал Иван, явно начавший собирать неправильный пазл заново.

– А ты, – посмотрев на Ваню, не давая ему и слова сказать, продолжила: – Если ты правда поверил ее словам, мне тебя искренне жаль. Мне плевать. Я не буду оправдываться и что-то доказывать. Ты просто лох. Причем это дословная цитата ее любимой фразы по отношению к тебе.

Боль в груди медленно переросла в злобу. Желание отомстить, уколоть, да побольнее, заполнило каждую клеточку моего тела.

– Мне жаль, что я потратила столько времени на такого человека как ты. Ты мерзок, и после этого представления, я в очередной раз убедилась в этом, – сглотнув горечь, ощущая тяжесть в желудке из-за голода, решив поскорее закончить с этим. – Повторю написанное. Мы расстаемся. Верь, чему хочешь, твое право. Кто ты такой, чтобы я перед тобой оправдывалась из-за чужой лжи?

Не желая слушать что-либо в ответ, кивнула Лизе и стала протискиваться сквозь толпу желая поскорее уйти. Кто-то дернул меня за рюкзак, отчего я чуть не упала на каменную кладку. Благо стоящий рядом парень поймал меня.

– Даже такой как он изменил тебе. Задумайся. Избалованная сучка, – в спину крикнула Катя, продолжая тянуть за рюкзак.

Резко обернувшись, отцепив от себя ее руки, уставилась на девушку, будучи обиженную на меня непонятно за что.

– Зато благодаря тебе я больше не жалею о своем решении. И кстати, – кивнув в сторону ее мамы, которую сейчас успокаивали студенты. – Тебя ожидает серьезный разговор с матерью, неблагодарная ты дешевка.

Выплюнув последнее, развернулась быстро зашагав в коридоре, образованным расступившейся толпой. Мысленно ругая себя, даже тут я попыталась как-то сгладить углы. Позади шумно, кто-то кричал, видимо это была Катя продолжая извергать оскорбления. Лиза догнала меня и подхватив под руку, начала уводить подальше от этой дешевой драмы, в которую незаметно превратилась моя жизнь.

***

Лиза, зная о моем неумении готовить, взяла на себя приготовление пасты. Заставив меня съесть хотя бы бутерброд с маслом и сыром, чтобы я не умерла от голода в ожидании. Признаться, честно, это было вкуснее любого изысканного блюда в самом дорогом ресторане столицы, или же я настолько сильно хотела есть.

Озвучив это подруге, увидела теплую улыбку и напоминание о моем обещании рассказать о встрече с отцом. Признавшись, что я не хочу портить аппетит, отодвинула неизбежное, стараясь заполнить душу теплом этого момента.

Только сейчас, после произошедшего с Ваней и Катей, я поняла, насколько близка мне Лиза. Она простая, понимающая и добрая. Та самая подруга, которая не спешила повесить на тебя ярлык, желая узнать получше.

Ели мы, точнее я, молча. Лиза же старалась скрасить тишину рассказывая о своих планах на лето и о книгах. Она любила читать фантастику и фэнтези, расслабляя мозг и отправляясь в придуманные другими миры. Лиза настолько разоткровенничалась, что рассказала, как в детстве вместе с подругой, бегая по лесу представляла другое место, далеко, где обитали феи и эльфы. А в полях, где росла кукуруза, прятались гномы в ожидании ночи.

– Тебе бы понравилось у нас, – поставив тарелки в раковину, воодушевленно сказала девушка. – Воздух свежий, птички поют и вообще красота.

– Верю, – вспомнив бабушку и Алыповку, грустно сказала я.

Город из моих воспоминаний был другим, комфортным и наполненным свободой. Алыповка разделена на две части железной дорогой. С одной стороны, рынок, многоэтажные дома, скромный торговый центр и многое другое, напоминающее город. С другой, большой частный сектор, огромная детская площадка рядом с детским садом и школой, несколько магазинов, пруды и лес. Эта часть города больше напоминала поселок, где было тихо и спокойно. Именно в той части города жила бабушка, когда-то с дедушкой, которого к сожалению, я почти не помнила. Его не стало после гибели мамы.

Конечно сейчас город сильно изменился, бабушка не раз упоминала это в разговорах. Новая станция, наземное метро до столицы, спортивный комплекс, новый торговый центр. О многом она была не в курсе, но город стремительно развивался, оставаясь все же спокойным и тихим. Как-то грустно, я боюсь однажды, вернувшись в этот город не узнать его и окончательно потерять ценные воспоминания.