Полная луна. Дядя Динамит. Перелетные свиньи. Время пить коктейли. Замок Бландинг (сборник)
- -
- 100%
- +
– Э?
– Костюм. Вырвиглаз, иначе не скажешь.
– А! – понял лорд Эмсворт. – Я еду в Лондон.
– В такую погоду? – удивился Фредди. – Наверное, что-то очень важное.
– Да. Очень. Еду к твоему дяде Галахаду, насчет художника. Тот, первый… – Девятый граф замолчал, чтобы справиться с чувствами.
– Почему не послать телеграмму? Или позвони.
– Телеграмму? Позвони? Ой Господи! Правда. Но теперь уже нельзя, – вздохнул лорд Эмсворт. – Завтра у Вероники день рождения, а я не купил ей подарок. Гермиона требует, чтобы я поехал и купил.
Что-то сверкнуло. Это был монокль, выпавший из глаза.
– Ох ты! – воскликнул Фредди. – И верно! Спасибо, что напомнил. Вот что, отец, можно тебя попросить?
– А, что?
– Что ты собирался ей купить?
– Твоя тетя сказала – часики.
– Это хорошо. Зайди к ювелиру на Бонд-стрит, фирма «Эспиналь». У них часов сколько хочешь. И скажи: Ф. Трипвуд поручил тебе вести дела за него. Я отдавал в чистку ожерелье, Агги просила, и еще купи кулон для Ви. Ты следишь за мыслью?
– Нет, – отвечал лорд Эмсворт.
– Так следи. Это очень просто. Кулон – для Ви, ожерелье – для Агги. Ожерелье надо послать в отель «Риги», Париж, на ее имя…
– На чье?
– Агги!
– Кто это? – с неназойливым любопытством поинтересовался граф.
– Ну-ну, отец! Ты ли это? Агги – моя жена.
– Я думал, она Франсис.
– Нет, Ниагара.
– Какое странное имя! Это город в Америке?
– Не столько город, сколько водопад.
– А я думал, город.
– Тебя обманули. Давай вернемся к делу. Ожерелье надо послать моей жене в Париж, а кулон привезти сюда, нашей девочке.
Лорд Эмсворт заинтересовался снова.
– У тебя девочка? – спросил он. – А сколько ей лет? Как ее зовут? На кого она похожа, на тебя? – прибавил он, ощутив острую жалость к злосчастной малютке.
– Я имел в виду Веронику, – объяснил Фредди. – Платить не надо, я заплатил. Все ясно?
– Конечно!
– Повтори, пожалуйста.
– У них ожерелье и кулон.
– Только не спутай!
– Я никогда ничего не путаю. Кулон послать Франсис… или скорее наоборот. А вот скажи мне, почему ты зовешь Франсис Ниагарой?
– Потому что ее зовут Ниагарой, и не иначе.
– Что – не иначе?
– Зовут.
– А ты сказал, не зовут. Она взяла дочку в Париж?
Фредди вынул голубой платок и вытер лоб:
– Вот что, отец, давай все это оставим. Не ювелира, а имена, девочек…
– Мне очень нравится имя Франсис.
– И мне. Музыкальное такое. Но давай оставим, а? Обоим легче будет.
Лорд Эмсворт издал радостный крик:
– Чикаго!
– Что?
– Не Ниагара, а Чикаго. В Америке есть такой город.
– Да, вроде был. А как тут у вас дела? – спросил Фредди, решив сменить тему раньше, чем отец спросит, почему дочку назвали Индианой.
Лорд Эмсворт подумал. Рацион Императрицы… нет, не то. У сына не хватает глубины. Наконец он припомнил:
– Твой дядя Эгберт очень ругается.
– Почему?
– Садовники гонялись за Ви.
Фредди удивился, мало того – он был шокирован. Конечно, его кузина очень привлекательна, но он надеялся, что британский садовник лучше владеет собой.
– Гонялись? Садовники? Что, шайка?
– Нет, не все, какой-то один. Я не понял, но он не садовник, а влюблен в твою кузину Пруденс.
– Что?!
Фредди схватился за перильца свинарника; монокль куда-то улетел.
– Так Эгберт сказал. Странно… Гонялся бы тогда за ней. Вероника побежала к Гермионе, та вышла к нему, а он ей дал записку и полкроны. Этого я тоже не понимаю, – признался лорд Эмсворт. – У Гермионы куча денег.
– Прости, отец, – выговорил Фредди, – мне надо подумать.
Он медленно пошел по дорожке и довольно скоро увидел одну из тех скамеек, которые стоят то там, то сям в сельских усадьбах. Для человека с таким бременем скамейка – ничто, и он бы прошел мимо, если бы на ней не сидела Вероника. Когда он к ней приближался, надрывный всхлип рассек воздух, и он увидел, что кузина рыдает. Только это одно и могло увести его мысли от Листера. Он был не из тех, кто оставит деву в беде.
– Эй, Ви! – сказал он, кинувшись к ней. – Что с тобой?
Веронике Уэдж было нужно именно это. Она стала рассказывать, и вскоре добрый Фредди уже обнимал ее, а там и нежно, по-братски целовал, вздыхая и приговаривая: «Нет, это подумать!», «Ну, знаешь!», «Ужас какой» и т. п.
Неподалеку, за деревом, Типтон Плимсол чувствовал себя так, словно его метко ударили за ухом шкуркой от угря, набитой камешками.
6
Лорд Эмсворт прибыл в Лондон часов в пять и взял такси, чтобы ехать в клуб «Старых Консерваторов», где и думал остановиться. Генри Листер прибыл в то же время тем же поездом и направился прямо к Галли Трипвуду. С той минуты, когда леди Гермиона взорвалась, как бумажный пакет, он мечтал посоветоваться с умным, бывалым человеком. Да, тут уже никто не поможет – а все-таки человек, женивший Ронни на хористке при всех этих тетках, способен на чудо.
Достопочтенный Галахад стоял у входа рядом с машиной и болтал с шофером. Родственные обязательства были для него святыней. Он ехал в Бландинг, к Веронике.
Увидев Генри, он недоуменно поморгал, но тут же понял, что стряслась беда. Такой разум не обманешь.
– Господи, это Генри! – воскликнул он. – Что ты тут делаешь?
– Можно с вами поговорить? – спросил Листер, угрюмо косясь на шофера, чьи большие розовые уши встали как у жирафы.
– Отойдем немного, – предложил Галахад. – Ну, в чем дело? Почему ты не в замке? Неужели выгнали?
– Вообще-то да. Но я не виноват. Откуда мне знать, что она не кухарка? Каждый бы ошибся.
– Ты говоришь о моей сестре Гермионе?
– Да.
– Принял ее за кухарку?
– Да.
– И?
– Дал ей полкроны и записку для Пруденс.
– Теперь понятно. А она схватила пламенный меч и выгнала тебя из сада?
– Именно.
– Как же ты на нее напоролся?
– Она вышла сказать, чтобы я не гонялся за ее дочерью.
– Племянницей.
– Нет, дочерью. Такая лупоглазая слабоумная девица.
– Вот как? Это необычно, чаще ее называют богиней. А вообще так лучше. Не хватало тебе перекинуться на нее. Хорошо, если она тебе не нравится, почему ты за ней погнался?
– Чтобы передать записку Пруденс.
– А, ясно. Что же ты написал?
– Что я готов на все – бросить живопись, осесть в этом кабачке. Фредди вам говорил?
– Да, в общих чертах. Ну, можешь успокоиться. Я еду в Бландинг. Передам.
– Спасибо вам большое.
– Не за что. Значит, решился взять «Шелковицу»? Это умно. Очень верное дело. Приведешь все в порядок, усовершенствуешь…
– Вот и Пру говорит. Бассейны, корты всякие.
– Конечно, тут нужны деньги. С удовольствием бы дал, но я младший сын. Есть у тебя кто-нибудь на примете?
– Пру думала, лорд Эмсворт даст. Когда мы поженимся. Но я послал его к черту.
– Ну и что?
– Он обиделся.
– Все равно не понимаю.
– Вы не считаете, что мои шансы снизились?
– Конечно, нет. Кларенс ничего не помнит.
– Он меня узнает.
– Вспомнит, что где-то видел, не больше.
– Вы так думаете?
– Да.
– Зачем же вы заставили меня носить эту бороду?
– Из педагогических соображений. Каждый человек рано или поздно должен ее носить. Укрепляет дух. И потом, скажи спасибо, что Гермиона видела тебя с бородой. Теперь не узнает.
– Когда?
– Завтра.
– Почему?
– Ах, я не сказал? – спохватился Галли. – Все очень просто. Кларенс приедет ко мне насчет художника. Я представлю тебя. Понятно?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Свершившийся факт (фр.).