Оливия Джонсон и охотники. Книга первая

Я впервые увидела цветы, зрелище было просто потрясающим, с одной стороны сада были обыкновенные растения вроде роз, ромашек, ирисов и прочих знакомых растений, а с другой совсем непонятные, некоторые из них были какими – то скрюченными, а другие светились разнообразными цветами.

Старушка уже ушла. В этой Долине охотников было необычайно красиво, возле каждого дома стояли яблони, у каждого дома был свой сад, у всех были самые разнообразные растения, один дом был не похож на другой. Действительно это был совсем другой мир, который очень отличался от того места где я жила, здесь все было ярким, красочным и веселым, не то что тот серый Лондон.

Мне хотелось узнать, как пахнут цветы, которые я видела на картинках, но мне очень хотелось узнать, что за растения на другой стороне сада. Я подошла к непонятным растениям, мое внимание привлек интересный цветок, он был синего цвета, похож на розу и светился. Он был таким красивым, но срывать я его не стала, потому что, не знала можно ли его вообще трогать, вдруг он ядовитый? Пах он как гроза, однажды я пыталась вылезти из окна, когда жила в коморке и это была моя первая гроза, мне навсегда запомнился тот свежий, холодный воздух, в этот день ко мне и приставили доберманов – цербера.

Затем я отвлеклась на другое растение, оно было все корявое, с яркими зелеными листьями, самое удивительное было то, что оно шевелилось и извивалось, словно живое, растение было совсем небольшое, размером с ладонь. Тут было столько интересных и необычных растений, что можно было бы, составить целую энциклопедию этих чудесных растений, некоторые издавали чудесные и кошмарные звуки, какие – то пахли грозой, мармеладом и конфетами, другие кривлялись.

Насмотревшись на сад, я направилась обратно к дому, он действительно был, как кукольный домик. Даже с наружи дом был нежно – розового цвета,

– Почему нельзя было покрасить его хотя бы в желтый цвет?! Но нет, все ведь любят розовый, отлично я говорю сама с собой!

А дверь действительно открылась, было бы классно, если бы в той коморке, что я жила была такая дверь. Я бы в любое время могла выходить и заходить, когда угодно.

Я не знала, что мне делать, поэтому направилась прямиком на кухню. Прошел наверно час, а я просто сидела за столиком и смотрела в окно. Но вдруг мне снова захотелось, есть и я начала рыться в шкафчиках. Чего тут только не было, я даже не знала, что попробовать, все шкафчики были забиты едой.

– Так, чтобы поесть? – Спросила я себя, сидя возле нижнего шкафчика.

Как вдруг я увидела булочки с изюмом, мне всегда они нравились, в них было что – то необычное, я достала целую корзинку, осталось найти только чай, больше я эту синюю воду пить не собираюсь. Долго искать не пришлось, я быстро нашла чай с мятой.

– Вот неужели нельзя было заварить мне нормальный чай?!

Заварив чай и прихватив с собой булочки, я направилась в гостиную и присела на диван прямо напротив картины. Булочки оказались очень вкусными, я, конечно, их уже пробовала, но эти были гораздо вкуснее, чай тоже оказался вкусным даже без сахара. А картина завораживала свое красотой, счастьем.

– Интересно куда подевались эти феи с картины? Где эта малышка, возможно, ее отец, где они? – Спрашивала я себя.

Когда миссис Ливия придет нужно будет у нее спросить, почему она живет одна, когда у нее есть дочь и муж, возможно внуки?

От раздумий меня отвлек стук в дверь.

– Миссис Ливия, вы там? Я вам принесла яблок и апельсиновый сок!

Засунув булочку в рот, я направилась к двери. Открыв ее, я на крыльце увидела девушку примерно моего возраста, только она была ниже меня, а волосы у нее были подумать только нежно – розового цвета, подстрижены под каре, большие ярко – голубые глаза, вздернутый нос, губы бантиком. Она была миленькой и явно интересовалась модой, так как на глазах были стрелки, а губы накрашены бархатной, красной помадой. Одета она была в летнюю, белю блузку, в короткую красную юбку и черные замшевые балетки. В руках она держала корзину, покрытую белой тканью.

– Привет, а где миссис Ливия? – Спросила девушка.

– Она уфла на вынок за профуктами, а ты кто такая? – Спросила я.

– Меня зовут Ева Лебрен, я соседка, у нас рядом дома, а как тебя зовут?

– Меня зовут Оливия, друзья зовут меня Олив, – наконец доев булочку ответила я, вполне человеческими словами.

– У тебя необычное имя и странно, что ты можешь его сократить, у нас дома так не принято.

– Раньше не думала, об этом, но думаю у каждого человека довольно необычные имена, если ты его хорошо не знаешь.

– Со мной никогда, никто так долго не говорил, спасибо тебе, – она развернулась, чтобы уйти.

– Постой! – Крикнула я, и она снова повернулась, ко мне, – почему с тобой никто так долго не разговаривал?

– У меня очень трудный характер, а еще со мной не дружили из – за того, что я хамелеон.

– Извини, я правильно услышала, ты хамелеон?

– А по мне, что не видно?

– То есть ты ящерица?

– Олив, ты, что как будто бы вчера родилась, ты же тоже хамелеон!

– О чем ты толкуешь? Я не понимаю!

– Так ты не знаешь кто такой хамелеон?

– Нет, впервые слышу.

– Как давно ты здесь живешь? – Спросила она.

– Меня вчера привезли сюда, я заснула в охотничьем домике в лесу, а потом кто – то подхватил меня и отвез сюда.

– А откуда ты? Где этот лес? Это в нашей Долине?

– Не знаю, но это было очень далеко от Лондона.

– ТЫ ЖИЛА В МИРЕ ЛЮДЕЙ?! – В изумлении воскликнула она.

– Да, все свои шестнадцать лет, а ты всю жизнь провела здесь?

– Да, это – то место, в котором я родилась, тут же и умру.

– А ты какое – то волшебное создание? Эльф, фея или русалка?

– Нет, что ты, – она рассмеялась, – я охотник, как и ты.

– Охотник? Это который убивает белок и медведей? Я правильно поняла?

– Ой, Олив ты такая смешная, нет, мы убиваем монстров, по тебе сразу видно, что ты не из наших краев, надо будет тебе все объяснить.

– Мне миссис Ливия тоже обещала все объяснить.

– Значит, упростим ей задачу, нужно рассказать тебе основное, поставь куда – нибудь корзину, – она передала корзину мне в руки, и я отнесла ее на кухню.

– И как ты собираешься упростить ей задачу?

– Легко и просто, пошли со мной, я познакомлю тебя со своей семьей, они славные.

– А как же миссис Ливия, мне кажется, я должна остаться.

– Она увидит корзинку и все поймет, не беспокойся, все будет в порядке, ну что идём?

Глава 4

Дом, в котором жила Ева действительно был совсем рядом. Не знаю, как я не заметила такой большой, белый дом возле нашего кукольного домика. Но дом был действительно большим, белым, с множеством колонн, множеством окон, удивляло в нем то, что в нем было всего два этажа, для таких больших домов свойственны, пять этажей, если не десять. Прежде чем зайти в дом, Ева показала мне свой сад.

Сад был так же красив, как и у дома миссис Ливии, но у нее не было пруда, как у них, в пруду плавали разные рыбки и лягушки, так же в саду были яблони, уже с урожаем, яблоки были сочного рубинового цвета.

– Олив, ты, когда – нибудь пробовала кровавые яблоки? – Спросила меня Ева.

– Кровавые? Почему они так называются? – Спросила я.

– Говорят, по легенде одному юноше нравилась девушка, но она была благородных кровей, ей суждено было выйти за принца. Юноша не вынес столь душевной боли и отправился на битву с драконом, дракон победил, а юноша умер. Дракону стало жалко юношу, и он превратил его в яблоню, – она сорвала одно и протянула мне.

Я повертела яблоко в руках и не могла налюбоваться бликами на нем:

– Жалко его, погибнуть из-за любви глупо, – я откусила кусочек, яблоко оказалось очень сочным.

– А по – моему не глупо, это очень благородно, как яблоко?

– Очень сочное, никогда таких не пробовала, – я откусила ещё.

Я повернулась и увидела мужчину, который сидел на шезлонге возле пруда и читал газету. Он был среднего роста, загорелый, черные волосы, темные глаза, одет в белую рубашку и черные классические брюки.

– Это мой папа, Артур Лебрен, тебе говорит, о чём – нибудь это имя?

– Нет, а должно?

– Точно! Я совсем забыла, что ты здесь только второй день! Мой отец писатель он довольно знаменит у охотников. Идем, я представлю тебя. – И она потащила меня за собой.

– Привет пап, знакомься это Оливия.

– Здравствуй Оливия, – он отложил газету, Ева не была на него похожа, совсем ни капельки.

– Здравствуйте, мистер Лебрен, – он вытянул руку для рукопожатия, и я увидела перстень с изумрудом на указательном пальце.

Он увидел, куда я смотрю и спросил:

– Ты не из нашей Долины?

– Нет.

– А откуда ты?

Не успела я ответить, как Ева меня перебила:

– Ты не поверишь! ОНА ИЗ МИРА ЛЮДЕЙ! – Крикнула она так, что из домов вышли люди, ой охотники.

– Правда? Это довольно редкое, невозможное явление, чтобы охотник жил среди людей, если только ты не, то самой оружие, которое хотела использовать леди Агнесса.

– Но так и есть, это правда, погодите какое оружие? Какая ещё леди Агнесса? – ответила я.

– Извини, совсем забыл, что ты тут недавно, но думаю, если бы ты была её оружием, ты бы все знала. Ну и как там, в мире людей? – Спросил меня мистер Артур.

– Если честно, то я никогда не выходила из дома, но из окна мне было видно соседние дома, а они все были серыми и скучными, я вас совсем не виню, вы привыкли к этому миру и все для вас происходящее не новость.

– Никогда не выходили из дома? Оливия вы домоседка? – Снова спросил меня мистер Артур.

– Я не домоседка, меня просто заперли и не выпускали, у меня даже охрана была, ко мне приставили трех доберманов.

– Извини Оливия, если я тебя обидел.

– Ничего, я рада, что выбралась оттуда, я не жалею, об этом, с кем не бывает?

Наступило неловкое молчание. Пока мистер Артур не предложил пройти в дом.

Дом внутри, не казался таким уж большим, стены все были завешаны разными картинами, гобеленами и множеством полок, весь дом был захламлён. Ева повела меня на кухню познакомить с мамой. Кухня не так сильно отличалась от кухни феи, но эта была больше и к ней прилагалась большая столовая.

Ее мама была невысокой, как Ева, волосы были золотистыми, не с золотистым отблеском, а на самом деле золотистые, то есть как золотые, но не такие яркие. Глаза тоже были большими, голубого цвета, вздернутый нос и такие же губы, можно было сказать, что Ева копия мамы, обе также были бледными, они даже были накрашены одинаково, но различить их, можно было по цвету волос. Мисс Лебрен была одета в летнее, зеленое платье и босоножки, она что – то готовила и напевала какую – то мелодию.

– Три сердца, – сказала Ева.

– Что?

– Это мамина любимая группа, не понимаю, что ей в них нравится, довольно старомодные мелодии.

Ева пригласила меня за стол и попросила подождать их с мамой, мистер Лебрен был занят, ему нужно было написать статью в газете. Я как примерная девочка села за стол, мне показалась, что прошла вечность до того момента как они пришли с кухни. Миссис Лебрен несла тарелку, с какими – то булками, а Ева стаканы.

– Здравствуй Оливия, меня зовут Эльза, как тебе наши края? – Представилась мама Евы.

– Я здесь со вчерашнего дня и толком не могу сказать, но пока что мне нравится, здесь все такие гостеприимные? Или это только в определенные дни?

– Не везде, это дружелюбный район и тебе повезло, что попала именно сюда. – Сказала она, расставляя столовые приборы.

– Ты права мам, мне, кажется, что в районе Джексонов пришлось бы не сладко, особенно зная их любовь к необычным вещам, мы бы с тобой Олив оказались без волос.

– Зачем им наши волосы? Я не думаю, что всем идет бирюзовый или розовый цвет.

– Ну, понимаешь, такие как мы с тобой очень редкие, а это огромный риск.

– Что вы всё о плохом! Оливия ты, когда – нибудь пробовала круассаны?9

– А что это?

– Это булочки, – она указала на тарелку.

– А с чем они?

– Тут есть с клубничным джемом, а еще есть с шоколадом, тут есть из чего выбирать.

– Ну, хорошо, – я взяла одну, она оказалась очень вкусной, булочка была еще теплой, и шоколад таял во рту, – это осень фкусно!

– Спасибо Оливия, у нас своя пекарня, называется «Великолепная пекарня Эльзы», коротко «ВПЭ».

– У вас своя пекарня? – Удивилась я, – а она далеко?

– Нет, не далеко, как – нибудь мы тебя туда свозим, да ведь Ева?

– Конечно, я не против, ведь помимо круасанов есть еще множество разных булочек.

– А можно спросить миссис Эльза?

– Да, конечно.

– Когда я встретила Еву, она сказала, что я хамелеон, что это значит?

– Я думаю, Ева тебе все объяснит, ей есть что рассказать, у нее никогда не было друзей, поэтому я думаю накопившееся надо куда – то девать, – сказала она беря очередную булочку.

– Мам, зачем ты всем рассказываешь, что у меня никогда не было друзей, мне неприятно слышать это! – Ева закрыла лицо руками.

– Потому что, Ева все должны знать, что где – то есть девушка, которой нужен друг.

– Умеешь ты расстроить, – ответила ей Ева.

– Ладно, иди, проводи Оливию в свою комнату.

– Хорошо, идём, – она взяла меня за руку и потащила на второй этаж.

Второй этаж не был похож на первый, он представлял собой коридор с огромным количеством комнат, пять комнат с одной стороны и пять с другой. Деревянный пол скрипел под ногами, комната Евы оказалась в самом конце левой стороны.

– Вот мы и пришли, – она открыла дверь.

На мое удивление комната была небольшой, одно окно с тюлевыми шторами, небольшой комод, напротив комода кровать, накрытая одеялом из лоскутков, на стенах висят рисунки, очень много рисунков, куча книг, спрятанных под кроватью, на полу разноцветный, вязаный ковер.

– Я думала тут комнаты больше, чем есть на самом деле.

– Нет, она большая, просто тут есть потайное место, о котором я пока сказать не могу, пока не узнаю тебя лучше.

– Тайное место? Тебе зачем?

– Мы охотники, вся наша жизнь сплошная опасность, у каждого в доме есть потайные ходы и тайные места, но у нас к счастью дружелюбный район, поэтому не так страшно, но капелька безопасного места никому не повредит.

Мы присели на её кровать:

– Одеяло сшила ты?

– Да, мне нравится шить, блузка и юбка, которые на мне я сшила сама, а еще мне нравится вязать, коврик тоже связала я, а ещё я немного умею рисовать.

– Это так здорово! Я ни шить, ни вязать не умею, рисовать вроде умею, но не думаю, что мои рисунки профессиональны, это так круто, когда человек столько всего делает.

– Поправлю, не человек, а охотник, люди это один из низких отрядов живых существ, они в сто раз слабее нас.

– А в чем разница между охотником и человеком? Только то, что они слабее нас?

– Погоди, – она залезла под кровать и достала старую, толстую, пыльную книгу.

– Что это? – Спросила я.

– Это история нашего вида, я могу рассказать ее кратко, но ты мало из этого поймёшь, поэтому вот держи, – она протянула мне книгу.

– Книгу? Мне? Мы с тобой так мало знакомы, а ты уже даешь мне свою вещь, знаешь эта книга такая толстая, что она похожа на википедию,10 только в виде книги.

– Мне кажется, тебе можно доверять, и ты никогда не была в Долине, тебе сейчас сложно, тем более лето кончается, а значит скоро в академию, а что такое википедия?

– В академию? В какую академию? Ты не знаешь, что такое википедия? Это же одно из самых великих вещей, созданное человеком, мне так Софи сказала.

– В академию №51, Академия охотников, так, что такое википедия?

– А есть другие академии? Это сайт, в котором можно найти любую информацию, которая тебя интересует.

– Да, их очень много. Академия магов, фей, эльфов, сказочных героев, и т. д. Смотря, какого ты вида, найти все что угодно, это очень круто!

– Академия сказочных героев, а русалки и феи не входят в их число?

– Нет, под сказочными персонажами имеются ввиду выдумки людей, герои мультиков и фильмов, то, что было выдумано кем – то.

– То есть, любой рисунок ребенка оживает и учится в академии сказочных героев?

– Именно, но оживает только в их долине, здесь они станут рисунком, как и в любом мире, кроме своего.

– Видимо им не так весело, ты мне хотела объяснить про хамелеонов.

– Точно, спасибо, что напомнила. Хамелеоны – это такие охотники, чьим предкам, когда – то досталось больше, не знаю там пыльцы феи, драконьей чешуи, русалочьих волос или ногтей эльфов.

– Что?

– Вот поэтому, я дала тебе книгу, сейчас тебе ничего не понятно, но потом ты все поймёшь. В общем, об особенностях, у тех, у кого в крови больше пыльцы феи могут менять цвет волос. Те, у кого больше драконьей чешуи могут менять цвет глаз. Те, у кого больше ногтей эльфа могут менять цвет кожи, а с большим количеством русалочьих волос просто не существует, но бывают очень редкие, те, у которых все эти признаки есть, на них самая большая охота.

– Ты хочешь сказать, я могу менять цвет волос? Как круто! То есть я могу поменять их в болотный, без всяких там модификаций?

– Может и не только цвет волос, мы же не можем знать точно, но цвет волос ты можешь поменять. По волосам и коже всегда легко определить, а вот по глазам невозможно, потому что есть охотники, чей родитель дракон, у них глаза могут быть любого цвета.

– То есть наша особенность в том, что мы умеем менять цвет волос, кожи, глаз? И всё? Я думала, мы настолько крутые, что нашу крутость просто нельзя измерить.

– Нет, это не всё, мы можем становиться невидимыми или еще какие – нибудь крутые штучки, поэтому многие хотят получить наши волосы, глаза и даже кожу.

– Фу! Ужас, какой! И это всё из – за того, что мы можем становиться невидимыми? Тоже мне способность, вот проходить сквозь стены или читать мысли людей, это круто!

– Нет, конечно, у нас еще много всяких особенностей, у каждого вида свое, я не могу тебе рассказать, просто мне хочется, чтобы ты сама разобралась.

– Понимаю, как давно ты рисуешь?

– Очень давно, я даже не помню, когда нарисовала свой первый рисунок.

Я осмотрела всю стену возле кровати, которая вся была завешана рисунками, я осмотрела каждую, но самый поразительный рисунок оказался портретом мальчика. Рисунок был нарисован акварелью на альбомном листе, мальчик был лет двенадцати, загорелый, веснушки на носу и щеках, черные волосы, темные глаза, мальчик смеялся. Он был похож на мистера Артура Лебрена, только его детскую копию.

– Это твой папа? – Спросила я, указав на рисунок.

– Нет, это мой старший брат Габриель Лебрен.

– У тебя есть старший брат? Почему ты не познакомила меня с ним?

– Потому что он умер, когда я только родилась, ему было двенадцать, он теперь навсегда остался мальчиком. Сейчас ему было бы двадцать восемь.

– Ой, извини, я же не знала, прости, пожалуйста.

– Ничего, я могу его тебе показать.

– Что? Ты же сказала, что он умер!

Она не стала отвечать, просто взяла какой – то ключ с комода и схватила меня за руку. Через мгновенье мы стояли у двери, напротив, на ней висел замок. Это была единственная дверь с замком.

Ева взяла ключ и вставила его в замок, он послушно открылся. Комната оказалась полупустой, не считая одинокой кровати у окна, мольберта, картин и каменное изваяние кричащего мальчика.

– Это мой старший брат Габриель, ему досталось, во время битвы за власть.

– Но, что он натворил? За что его так?

– Мой брат был вундеркиндом, он нашел способ оживлять картины, в свои двенадцать лет он рисовал превосходные картины и никогда не ошибался, однажды к нам пришла леди Агнесса, о ней ты узнаешь в книге. Она попросила нарисовать её портрет, но он отказывался, и тогда она схватила его. Я не знаю, что она делала с ним, но он все же нарисовал ее портрет. Да нарисовал, портрет был замечательным, но оказалось, что он специально написал на картине «Каждый раненый и погибший на нашей стороне, поднимется или воскреснет. Мертвые протянут к тебе руки, и ты окажешься там, где тебе место!». За это она приехала к нам домой, якобы похвалить его, зашла к нему в комнату и наслала на него проклятие. Оно гласит так:

Ты, исковеркав мою честь, наказан будешь.

Ты всю жизнь пропустишь, И никто поверь, дружок, тебе не поможет.

Превратишься в камень ты.

И когда наступит час, превратишься в прах

– Красиво, но жутко, зачем он это сделал?

– Я же говорю, тогда была битва за власть, всем семьям, участвующим в этом досталось по проклятию, а всё это леди Агнесса со своей местью, каждая семья охотников дорого поплатилась.

– И твой брат хотел доказать, что он не из робкого десятка и не собирается помогать врагам.

– Именно как бы я хотела, чтобы он был жив, мне всегда хотелось с ним познакомиться.

Сначала я ничего не замечала, но потом, приглядевшись к каменному мальчику, я заметила трещину на руке.

– Ева, эта трещина всегда была?

– Трещина, ты что шутишь?

– Нет, посмотри на его руку!

– Точно, может она уже давно, просто мы заходим сюда только по праздникам, и он от времени мог треснуть.

– Может быть, а те картины в углу, он нарисовал?

– Да, хочешь посмотреть?

Мы подошли к углу, где стояли картины, нарисованное на них действительно двигались, на одной из картин было нарисовано море, волны разбивались об берег.

– Ух, ты! Никогда такого не видела. Как будто это видео без звука.

– Я же говорю, он гений. А что такое видео? Олив, который час?

– Это движущиеся картинки со звуком, я не знаю, наверно уже вечер.

– Посмотри в окно, уже стемнело.

– И, правда, думаешь миссис Ливия уже дома?

– Да, в такой поздний час, тебе нужно поторопиться, где книга, которую я тебе дала?

– Я оставила её у тебя в комнате.

– Хорошо пошли отсюда.

Она закрыла дверь на замок:

– Пока, братик, пошли Олив, заберем книгу.

Когда мы вышли из дома, Ева закрыла дверь за собой и повела меня к яблоне.

– Олив, спасибо огромное, что провела этот день со мной, я не знаю, как тебя поблагодарить, книга – это малое, мне кажется, ты заслуживаешь большего, чем просто получить книгу.

– Ты так говоришь, как будто мы больше не встретимся, ты думаешь, я перестану с тобой общаться?