Дневники: 1897–1909

25 апреля, воскресенье.

Все утро сидела дома и читала. Адриан и Тоби, как обычно, отправились к Фишерам, где и провели утро. После обеда мы все отправились на прогулку. Уилл Воган заглянул в гости и присоединился. На 2-й авеню Джеральд, Несса, Тоби и я отделились от остальных и отправились на поиски дяди Герберта. Тем временем остальные двинулись дальше, сильно обогнав нас. Джеральд остался на чай с тетей Мэри и дядей Гербертом. Бу и мы трое прогулялись по набережной. В конце концов мы устроились в саду напротив моря и встретили Эмми, Аделину и мистера Робджонса – австралийского друга Эмми, который попал в аварию на велосипеде возле их дома, был занесен в дом и пришел в себя в их холле – весьма неплохой конец для такой истории! Бу вернулась к чаю, а Адриан и Тоби отправились на послеобеденную рыбалку с пирса. Они поймали одну несчастную рыбешку и надеются на что-то большее, но пока не клюет. Аделина пришла на ужин и поведала нам историю о своей дорогой мисс Роден340 и ее брате Конраде341.

26 апреля, понедельник.

Сегодня в 11:15 утра мы отправились в чудесную экспедицию в Арандел. Аделина и Чарли поехали с нами. Было душно и пыльно; впервые за последние две недели дул слабый и жаркий ветер, да и тот в спину. Мы ехали с большим комфортом, останавливаясь на холмах и позволяя себя любоваться примулами и лесом, но все равно преодолевали несколько миль в час. В Уэртинге мы имели удовольствие издалека понаблюдать за тем, как герцог Кембриджский342 открывает водопроводные сооружения в окружении охраны. Мы пообедали в [деревушке] Ангмеринг в ресторане «Horse & Groom» – яйца, хлеб и масло. Тихое сонное местечко – видели лебедя в гнезде – умиротворяющее зрелище после шумного Брайтона. Мы добрались до Арандела около трех и осмотрели замок. Поднялись в крепость; нам показали пушечные ядра Кромвеля343 и кровать императрицы Мод344 вместе с несколькими древними чучелами сов. Весь замок в процессе жуткой реконструкции, но из города в долине длинная линия черной стены выглядит очень прочной и древней; обратно ехали на поезде от [станции] «Форд» – 22 мили. А. и Мэри беседовали с нами после чая.

27 апреля, вторник.

Утром Несса и Тоби катались на лошадях в течение двух часов; Адриан отправился с Томом ловить креветок. Мы с отцом вышли на прогулку по набережной. Встретили Аделину и Бу, которые прошли с нами остаток пути. Днем заглянула Эмми и просидела с Нессой и мной до четырех. Чарли повел отца в паб, чтобы сыграть в бильярд, а Тоби и Адриан отправились на прогулку с Томом и Бу. Эмми рассказывала нам чудесные истории, многие из которых касались «моей дорогой мисс Роден». Эмми ушла в четыре, чтобы устроить чаепитие для Герви, а в пять мы с Нессой последовали за ней и в первый и последний раз за эти пасхальные каникулы пили чай с Фишерами. После чая мы с Эмми перебирали документы в надежде найти письма от бабушки, но их не было, только два негатива, которые я забрала себе, с изображением ее красивой (скорее привлекательной) головы.

28 апреля, среда.

Утром Несса и Тоби катались верхом в последний раз. Мы с Адрианом бездельничали. Аделина пришла посмотреть, все ли готово к отъезду, и было крайне приятно сказать, что да. Тоби, отец и Адриан обедали с Фишерами. Мы с Нессой остались наедине; после обеда в два часа дня началась суета; последние вещи были упакованы, и мы отправились на велосипедах на станцию; тетя Мэри привезла туда отца, мы попрощались и уехали. По дороге я добросовестно дочитала 2-й том Маколея. Джорджи встретил нас на вокзале Виктория, куда мы прибыли в 16:20. Стелла в постели с сильным ознобом, как на Рождество. У них есть медсестра; доктор Сетон приходит три раза в день; они говорят, что ей становится лучше, но выглядят все мрачнее. Хуже и быть не может. «О боже, как можно так жить», – звучит, конечно, в духе мисс Джен, но это вполне отражает мои мысли сейчас. Легла спать в своей новой комнате, в которой тоже уныло и одиноко. Доктор С. говорит, что Стелле гораздо лучше и она идет на поправку. Так или иначе, все наладится, но это очень угнетает.

29 апреля, четверг.

Говорят, утром Стелле стало лучше. Несса ушла и просидела с ней все утро, пока медсестра отсыпалась после ночной смены. Я вышла с Тоби и Адрианом, чтобы купить немного говяжьего бульона на Хай-стрит, а потом вернулась и сидела в гостиной дома 24 на тот случай, если Нессе что-нибудь понадобится. Несса обедала там, а Джорджи – дома. Потом Тоби, А. и отец отправились в зоопарк; мы с Джорджи купили кое-что на Хай-стрит, а потом я вернулась и сидела в доме 24. Стелле стало хуже после обеда – сильная боль. После чая Несса вернулась к ней, а я продолжила сидеть над бесчисленными старыми выпусками «Graphic»345 и Маколеем – только он и успокаивает меня в это чрезвычайно волнительное время. После ужина пришел доктор Сетон и порядком напугал нас. Сказал, что это перитонит и что Стелле нужна абсолютная тишина; велел нанять еще одну медсестру, а дорогу укрыть соломой346. Бедняга Джек несчастен. Грядет тяжелейшая ночь. Никак не могу избавиться от этой мысли, а все наши приготовления только усугубляют страх; люди спорят из-за каждой мелочи. Я спала с Нессой, потому что была несчастна. Новости о том, что Стелле полегчало, пришли около одиннадцати. Что же будет завтра?

30 апреля, пятница.

Сегодня утром Стелле лучше. Доктор Сетон пришел в десять и был очень воодушевлен. Мы остались дома и принимали гостей, которые приходили узнать новости. Приехала кузина Мия, расселась в гостиной и рассказывала длинные истории об Ионе Кэрролл347 и других. Джеральд и Джорджи пробыли здесь почти весь день и были очень воодушевлены – все считают, что Стелле действительно лучше. Доктор Сетон вернулся в два часа и остался доволен; сказал, что ей ничего не грозит и нет никаких осложнений. Тем не менее Джек решил пригласить сэра У. Бродбента348, хотя в этом не было необходимости. Во второй половине дня в дом 24 неожиданно нагрянула тетя Мэри и расположилась на кухне. Она не успела получить телеграмму от Джорджи с хорошими новостями, а его письмо напугало ее. Именно она настояла на том, чтобы получить второе мнение. Она уехала в 17:40. Тоби и Стюарт тоже уехали. Тоби разрешили на минутку заглянуть к Стелле. Бродбент пришел в семь вечера. Он не был так воодушевлен, как Сетон, но сказал, что состояние удовлетворительное, и этому, я полагаю, можно верить. Завтра он заглянет еще раз. Джек пришел после ужина и сказал, что Стелле определенно лучше – изменения кардинальны. Снова спала с Нессой.

1 мая, суббота.

У Стеллы была лучшая за последнее время ночь; доктор Сетон пришел в десять и был очень доволен ее состоянием. Мы с Нессой прогулялись до Черч-стрит, купили немного гвоздей и оформили заказ в «Beck» через почту; вернулись и провели остаток утра у окна в передней гостиной, которая стала для нас пристанищем – местом, откуда можно высматривать подъезжающих врачей и т.д. Кузина Мия, конечно же, заглянула в гости и ушла довольная. После обеда приехали Хестер и тетя Энни. Хестер прогулялась с нами в Садах; она была очень чопорной, высокопарной и правильной. Бродбент приехал в пять и был куда более оптимистичен, нежели накануне. Все идет как нельзя лучше. Бедная тетя Минна, только что приехавшая из деревни, очень испугалась соломы и т.д., ибо ничего не знала о болезни Стеллы. Однако хорошие новости приободрили ее. Впервые со среды я спокойно и с упоением читала своего Маколея. В конце концов, книги – это величайший источник помощи и утешения. Сегодня я спала в своей комнате. Лучшие новости все равно приходят поздно вечером.

2 мая, воскресенье.

Доктор Сетон пришел в одиннадцать и остался доволен состоянием Стеллы: у нее была хорошая ночь; боли нет; пульс и температура в норме. Чего еще желать? Поэтому мы с Джорджи, довольные, отправились слушать лекцию отца о Паскале349 в Кенсингтонской ратуше. Собралась довольно большая аудитория, состоявшая из благоразумных некрасивых молодых учительниц и дам среднего возраста, а также сильных духом респектабельных предпринимателей в черном. В перерывах лекцию оживляли песни и музыка с галерки. Лекция была очень глубокой, скорее даже слишком глубокой для собравшихся; очень логичной и трудной для невежд (то есть для мисс Джен); не настолько хорошей, как те, что я слышала от отца, но все прошло хорошо.

Во второй половине дня Джорджи и мы трое отправились на прогулку в Сады. Бродбент и доктор С. пришли в четыре. Бродбент был полон энтузиазма: «Выздоровление идет полным ходом, абсолютно никакой опасности». Джек попросил его прийти во вторник. Мисс Джен ликовала и впервые легла в постель с хорошим настроением. Читала мистера Джеймса, чтобы успокоиться, и своего любимого Маколея.

3 мая, понедельник.

У Стеллы была очень хорошая ночь, никакой боли, так что все, как обычно, радостно вернулись к своим делам. Слава богу, неделя, похоже, будет спокойной и счастливой. Доктора Сетона ждали в одиннадцать, но он прислал сообщение, что простудился и не сможет прийти. Мол, если Джеку нужен врач, пусть зовет Бродбента, хотя в этом нет ни малейшей необходимости. И все же Джек послал за Бродбентом. Утром мы с Нессой пошли купить цветы и виноград для Стеллы и доктора Сетона, а также свежие яйца, которые Стелле теперь позволено есть. Днем мы отправились за покупками на Хай-стрит и накупили всякой всячины. Адриан обедал с Макнамарами, а потом отправился на спектакль в театр Сент-Джеймс. Чай он тоже пил с ними и, я полагаю, как обычно, был очень любезен; заявил, что Макнамары, включая Пэта350, обладают неоспоримыми достоинствами, а еще у них есть очень красивый котенок. Что ж, ладно. Бродбент пришел в 17:40 и пробыл у нас недолго. Полагаю, он сам не понимал, зачем его позвали. Все идет как нельзя лучше. Он вернется завтра, если, конечно, доктор С. не сможет из-за простуды.

4 мая, вторник.

Сегодня утром Несса заходила к Стелле и была поражена ее внешним видом: она заметно располнела, по сравнению с тем, какой была на свадьбе, и в целом выглядит лучше. Это просто прекрасно, но я довольно неразумна и раздражена.

Мы отправились в «Barker’s» по обычным и неинтересным повседневным делам. После обеда, около 15:30, пришел Бродбент, так как доктор Сетон все еще болен. Он сказал, что Стелла прекрасно себя чувствует и т.д., так что мы отправились на прогулку в Сады и, чтобы отвлечься от мыслей о перитоните, поели мороженого (впервые в этом сезоне) в белом домике в парке. Потом мы прошли мимо Конной гвардии и увидели придворных дам. Такого количества уродливых и разодетых старух я еще не видела. Во время чаепития пришла целая группа гостей, так что бедному Сурку [Ванессе] пришлось сидеть и развлекать их в гостиной. Отец начал читать нам «Калеба Уильямса» Уильяма Годвина351. У меня вошло в привычку читать в постели, и я дочитала мистера Генри Джеймса.

5 мая, среда.

Газеты пестрят сообщениями о пожаре в Париже, произошедшем вчера после полудня. Сгорела ярмарка, на которой было полно людей; говорят, погибло 200 человек. Самые жуткие подробности – в «Daily Chronicle»352 и «Times»353. В первые в этом семестре Несса отправилась на урок живописи. Она шла пешком под дождем. Адриан проведал Стеллу, которая подарила ему несколько зеленых запонок. Мы навестили доктора Сетона, которому уже намного лучше. После обеда я заглянула к Стелле и впервые увидела ее после свадьбы. Она выглядела лучше, чем я ожидала, и показалась мне не такой уж больной и слабой, правда, худее, чем ее описывали Несса и Адриан. Мы сидели и разговаривали около получаса, а потом медсестра сказала, что миссис Хиллз пора спать, и я ушла. Мы с Адрианом отправились на Хай-стрит, чтобы купить несколько фотопластинок для его «Kodak»354. Вернувшись, я обнаружила телеграмму для Джорджи и открыла ее: виконт де Люппе355 написал, что его мать погибла во вчерашнем пожаре. Была еще одна телеграмма от М. Бургейн [неизвестная] о том, что она в порядке. Стелла подарила мне карандаш из Парижа, и я теперь ношу его на цепочке от часов.

6 мая, четверг.

Война356 задвинута на задние полосы газет, чтобы освободить место для пожара. Погибла герцогиня Алансонская357, как и много другой знати. Об этом кошмаре пишут все газеты, но они расходятся во мнениях касательно причины пожара. Через 12 минут все сгорело дотла. Утром Адриан вернулся в Вестминстер, а нас с Нессой после сильной ссоры отпустили с уроков до понедельника. Мы пошли проведать Стеллу, которая кажется вполне здоровой и чувствует себя хорошо, а потом отправились гулять. Мы пошли на Хай-стрит, купили тесьму и что-то еще, но я уже не помню, – каталог того, что изучают в Кингс-колледже, куда я, возможно, пойду учиться, – вспомнила. После обеда я обсудила это с отцом и решила, что пойду учиться следующей осенью, если вообще пойду. Днем мы отправились в работным дом. По дороге встретили Мильманов и прогулялись с ними в Садах. Джорджи настоял на том, чтобы я погасила свет раньше обычного, а иначе я бы дочитала 3-й том Маколея.

7 мая, пятница.

Несса отправилась в студию, а Адриан поехал на занятия, так что я осталась одна. Я вышла на Хай-стрит, чтобы купить дневник для Джорджи, а потом вернулась и проведала Стеллу, которая выглядела вполне здоровой. После обеда я снова заглянула к ней, но перед этим миссис Грин – злобная старая гарпия, как я буду называть ее впредь, – пришла повидаться с отцом. Я стояла на своем обычном месте за раздвижными дверьми, тем не менее она заметила меня, и мы пожали руки. Затем она принялась рассказывать отцу истории о Саймондсах, в частности о том, что Кэтрин Саймондс – «помяните мои слова, мистер Стивен» (вполголоса) – станет римской католичкой! Меня это так позабавило, что я все рассказала Стелле. Позже выяснилось, что миссис Г. рассказывала об этом отцу по строжайшему секрету и якобы не знала о моем присутствии! Я просидела со Стеллой весь день. В 16:30 мы с Нессой пошли на Хай-стрит. Дочитала 3-й том Маколея и начала 4-й.

8 мая, суббота.

Утром мы с Нессой и Джорджи отправились в банк, чтобы забрать сундук с серебром Стеллы и Джека. По дороге мы стали свидетелями того, как на Пикадилли перевернулся экипаж. Я видела, как он подскочил в воздух, лошадь встала на дыбы, а кучер слетел с козел. К счастью, ни лошадь, ни кучер не пострадали, а вот экипаж был сломан. Позже я увидела человека, которого раздавил омнибус, но, поскольку мы находились в центре площади Пикадилли, все последствия аварии разглядеть не удалось. Мы привезли сундук на пролетке, которая, как ни странно, благополучно доставила нас домой. После обеда Джо [Фишер] повел Адриана в Кью, а Несса и Джорджи отправились в Королевскую Академию, а затем к Кеям на чай. Я побродила по менее роскошным кварталам, точнее по Глостер-роуд, купила цветов и отнесла их мисс Тотли [сиделка]. Стелла идет на поправку, ест жареную курицу и т.д. Джорджи и Джо отправились в мюзик-холл «Bow», и Джорджи провел ночь в трущобах358.

9 мая, воскресенье.

Джорджи уехал в свои трущобы. Джеральд спустился примерно в 11:30; остальные вылезли из постели в разное время – я, например, довольно рано. Не было ничего интересного. Мы сидели в гостиной; Адриан и Джеральд играли в шахматы; я читала любимого Маколея – очень трудный 4-й том, а Несса была у Стеллы. В это воскресенье ей несомненно гораздо лучше, чем в прошлое. Тогда еще опасность не миновала (как сказал Бродбент), а мы были в отчаянии. Кузина Мия – неотъемлемая часть нашей жизни; она меланхолик и занимает много места в гостиной; время от времени заходят сочувствующие. Теперь эта старая корова [Стелла] до смешного здорова и весела – выскакивает из постели и т.д. И тем не менее слава богу. После обеда Джек «похитил» меня и отвел к Стелле, где меня осмотрел доктор Сетон. Никаких занятий – только молоко и лекарство, но я забыла какое. В остальном все те же реплики и длинные истории. Потом мы вышли в Сады и посетили Белый дом (Кенсингтонский дворец). После ужина отец читал нам «Сухраба и Рустама»359.

10 мая, понедельник.

Несса уехала на урок живописи. Мы с отцом отправились на утреннюю прогулку вокруг пруда. Потом я навестила Стеллу, а затем вышла на Хай-стрит и купила немного винограда (похоже, сегодня все как в тумане, так как я постыдно забывала писать в течение двух дней). После обеда [я вернулась к Стелле и просидела с ней весь день. Она заснула, когда я читала ей, но из-за моих скрипучих туфель мне пришлось сидеть неподвижно, пока она не проснулась в 16:30]360 (новые события смешались с четверговыми). Я не помню, что было после обеда; но я, кажется, ходила по магазинам на Хай-стрит – совершенно безрезультатно. В любом случае вечером пришел мистер Гиббс и предложил взять меня и Нессу с собой в «Brooks’s»361 22-го числа, где мы сможем с комфортом понаблюдать за процессией362. Однако у Джеральда уже есть подходящее место – не то окно, не то крыша, – но это не точно.

11 мая, вторник.

Утром мы с Нессой пошли в дом 24, обнаружили Стеллу в добром здравии и немного посидели с ней. Потом мы вернулись сюда и заштопали перчатки Джорджи – одно из самых банальных занятий! После этого мы поехали на Глостер-роуд с моим рецептом и купили кое-какие садовые инструменты. Отец поддержал идею доктора Сетона о том, мне, как любительнице природы, полезно работать на свежем воздухе, а сад за домом нужно привести в порядок – это поистине огромная работа, требующая таланта, но мы все же постараемся. Собственно, 7,5 шиллингов были потрачены на вилы, лопату, мотыгу и грабли, и уже завтра я приступлю к работе. Мы планировали заглянуть к миссис Пиксли363, но были слишком вымотаны. Всю вторую половину дня я провела со Стеллой; Несса отправилась с миссис Флауэр в Новую галерею. К чаю пришел не кто иной, как дорогая Эдит364! Она хотела, чтобы кто-то из нас сопроводил ее в парк, дабы увидеть, как королева выходит из гостиной. Она очень живо описала нам наряды тети Минны в Испании – ее выходы в ночной рубашке и т.д.

12 мая, среда.

Утром Несса отправилась в студию. Я не пошла на раннюю прогулку с отцом. Утром я немного посидела со Стеллой, а потом пошла к Пиксли, которых обошла вниманием вчера. После трехкратного звонка меня впустили; я справилась о здоровье миссис П., у которой перитонит. Она сама вышла посидеть со мной в своей ужасной маленькой гостиной. Потом я ускользнула и имела удовольствие увидеть, как опрокидывается ломовая лошадь. Всю вторую половину дня я просидела со Стеллой. Она встала, спустилась по лестнице и легла на очень удобный диван. Милая сиделка Уилли ушла, осталась лишь Пек. Приходил доктор Сетон и сказал, что если будет хорошая теплая погода, то завтра Стелла сможет прогуляться. Адриан пришел только в 19:30 и до десяти занимался алгеброй с отцом. Джорджи и Джеральд оба ушли.

13 мая, четверг.

Утром, мы, как обычно, зашли к Стелле, а потом отправились на рынок на Хай-стрит – одно дело привело нас в «Herbert & Jones»365, где мы купили бисквитные пирожные к чаю Стеллы. Пока мы их ждали, я услышала на улице давку и крики, которые становились все громче, а затем треск. Очевидно, кто-то с кем-то столкнулся. Я вышла на улицу, где столпились барышни, и увидела, что одна лошадь лежит на земле, а вторая бешено скачет вокруг нее. Карета разбилась, а повозка перевернулась на бок. Барышни отпрянули, когда в их сторону бросилось разъяренное фыркающее животное, но зверя вовремя схватили за поводья. Как только все стихло, мы ушли прочь без пирожных, зато никто не пострадал. Во второй половине дня занималась садоводством.

14 мая, пятница.

Несса уехала на урок живописи. В 12:15 Стелла впервые вышла на улицу (вчера было слишком холодно) в инвалидной коляске. Только мы двинулись в путь, как встретили Аделину и Эмми [Фишер]. Они живут у тети Вирджинии [Пэттл]. Мы вместе отправились на небольшую прогулку в Сады, а потом они оставили нас. Мы торжественно промаршировали туда-обратно по Цветочной аллее, а затем вернулись домой. После обеда мы с отцом отправились на совместную прогулку. Придя к Серпантину, мы лениво уселись в два шезлонга и пролежали там полчаса, наблюдая за рекой и павлинами на другом берегу. Эти создания время от времени заунывно кричали, где-то вдалеке им отвечали другие павлины, а утки непрерывно крякали. Это было очень успокаивающе, особенно после недели ужасных происшествий и аварий. Купила у отца дневник для Нессы366. Дочитала 4-й том Маколея.

15 мая, суббота.

Утром мы ненадолго зашли к Стелле, потом вернулись и занялись садом. Несса проявила героизм и разбила еще одну клумбу у садовой стены, а я подло бросила сестру, когда устала от множества червей и камней, а жара стала невыносимой. Мы договорились поехать в Вестминстер и посмотреть крикетный матч между членами Палаты лордов и общин. Джорджи обещал встретить нас там, но к обеду приехал Адриан и сказал, что будет лишь обычный матч. Нам пришлось поехать на Винсент-сквер, чтобы встретиться с Джорджи в 15:30. Он пришел около четырех. Мы остались до пяти и наблюдали за очень скучной игрой между профессионалами и любителями. После этого Джорджи отвел нас в «Gunter’s» на Слоун-сквер, где мы попробовали вкуснейшее клубничное мороженое, а Джеральд уехал на ужин. Стелла и Джек поехали кататься. Начала 5-й и последний том Маколея.

16 мая, воскресенье.

Утром мы навестили Стеллу. Я была крайне груба и неприветлива, что, впрочем, можно объяснить влиянием жары на мои нервы и ничем другим! Стелла прогулялась с Джеком, а после обеда они куда-то поехали. Мы – отец, Д.Г.Д. [Джордж Герберт Дакворт], Несса, Адриан и я – пошли в Сады и немного посидели в тени деревьев. Джорджи быстро уснул. В семь вечера отец ушел на лекцию о Нансене367, так что ужин был отложен до его возвращения примерно в 20:45. Джорджи, Несса и я долго разговаривали в моей комнате на разные темы. К чаю приходил Лесаж, а также генерал Бидл и мистер Гиббс. Я сидела в комнате наверху и читала. Несса изъяснялась на парижском французском, а мистер Лесаж368 собирается подарить ей книгу (если позволит отец).

17 мая, понедельник.

Несса отправилась в студию. Я навестила Стеллу и немного посидела с ней. Потом она попросила меня сходить на Глостер-роуд и заказать для нее инвалидное кресло, что я и сделала. Примерно в 12:30 мы вышли в сад (Стелла в кресле) и посидели под деревьями, где к нам присоединился отец. После обеда мы поехали в карете Хоббса369 – пытка! Лошадь оказался упрямой и такой же ленивой, как наш конь в Богноре; она чуть не рухнула и в итоге взбиралась на холм похоронным шагом, но я простила ей все грехи и только пожелала, чтобы она поделилась спокойствием и благодушным разумом со своими собратьями. Я просидела со Стеллой до чая. Адриан вернулся домой только в восемь вечера, а мы переживали из-за его долгого отсутствия. Даже Джеральд вернулся со своей вечеринки, чтобы узнать, не попал ли он в аварию, и все были подняты на уши. Дочитала 5-й и последний том своего любимого Маколея.

18 мая, вторник.

Несса отправилась на рынок на Хай-стрит с целым списком разных покупок для сегодняшнего праздника. Сьюзен Лашингтон, которую пригласили в качестве знатной дамы, не смогла прийти. Я провела утро со Стеллой. Сиделка Пек ушла. Стелла немного прогулялась вверх-вниз по улице. Тетя Вирджиния [Пэттл] и Аделина пришли во время обеда, и мы побеседовали в гостиной. После этого Несса отправилась на встречу с миссис Флауэр, а мы со Стеллой – в парк на свою уже привычную и столь желанную прогулку. Теперь мне дали «Французскую революцию» Карлайла – 5-й том Маколея возвращен на место. Таким образом, я буду сыта по горло историей. Уже сейчас я считаю себя экспертом по Вильгельму370 («Слушайте, слушайте!»), а когда я освою двухтомник Карлайла, то смогу претендовать на степень бакалавра, если, конечно, женщины добьются своего. На ужин пришел Лесаж. Приглашенная Аделина не пришла.

19 мая, среда.

Несса уехала на урок живописи. Я заглянула к Стелле и обнаружила, что она все еще лежит в постели. Однако вскоре она встала и спустилась в гостиную. Пришла дорогая Эдит Дакворт, и мы проговорили примерно до часа дня, а потом все трое прогулялись по улице. Отец встретил нас, и они со Стеллой вместе пошли в Сад. После обеда наступил час любознательности371 – так называется наша обычная меланхоличная прогулка по парку. После этого я просидела со Стеллой до самого чаепития. После чая мы снова заглянули к Стелле и сплетничали с ней допоздна, затем переоделись и отправились на ужин с тетей Минной, а потом на спектакль. С нами пошел Джеральд, ужин был очень странным: Д. и Эдит подшучивали над тетей М., все время перешептываясь, – а потом мы поехали в театр «Terry’s»372 и посмотрели «Французскую горничную»373 – довольно вульгарную музыкальную пьесу. Домой вернулись без четверти двенадцать.