Аллегро с Дьяволом – II. Казань

Послесловие. Бабки

– Ну и долго ты там! Вечно тебя ждать приходится! – услышала тучная Матвеевна раздраженный голос соседки Розы, еще не доходя до калитки.

– Так не договаривались же, – слабо возразила Матвеевна.

– А что тут договариваться? – опять набросилась худосочная Роза. – Глухая что ли?

– Опять всю ночь «салюты пускали», – передразнила кого-то Роза, – а под конец не то взрыв, не то незнай что, я прямо испугалась незнай как.

– Да и я испугалась, аж перекрестилась три раза. А этой милиции говори не говори, толку никакого. Что делать-то теперь? С такими соседями и спать страшно, взорвут еще.

– Идти надо, посмотреть, что там. А потом как разузнаем, сообщить куда следует.

– Куда, к ним, через кусты? Боязно что-то, не стрельнули бы? – запричитала Матвеевна.

– Ну и не ходи! Жди, когда тебя взорвут. А я пошла, – заявила Роза и решительно направилась к кустам, чтобы напрямки выйди к дому шумных соседей.

Тяжело вздохнув, Матвеевна обреченно отправилась вслед за соседкой, впрочем, как всегда. Уже подходя к дому, на границе зарослей и посадки, Роза вдруг стремительно нагнулась у куста.

– Смотри-ка сумки! – зашептала Роза, ткнув соседку локтем и включила фонарик сотового телефона. – Новые совсем. Набитые чем-то.

Она расстегнула спортивную сумку и достала пачку долларов.

– Бумажки какие-то, – разочаровано пробормотала Роза.

– Бумажки, – так же шепотом передразнила ее Матвеевна. – Это ж «долАры», деньги американские. Валюта! Каждая такая «бумажка» пятьсот рублей стоит.

– Да ну?

– Вот тебе и да ну! Помнишь, я в том году буржуям полы мыла, когда их домработница заболела? Так вот мне такую бумажку дали. Я внуку дала, он в городе на рубли поменял, пятьсот рублей дали. Так я ему их и отдала, на эти… как их… диски что ли… для «копьЮтера». Так он брать не хотел, у тебя, говорит, и так пенсия маленькая, ели уговорила. Заботливый! – смахнула набежавшую слезу Матвеевна.

И откуда ей было знать, что за эту бумажку ее внук в городе получил почти три тысячи рублей.

– Пятьсот рублей, говоришь, каждая бумажка, а в пачке их сто штук наверное, как и рублей. А тут этих пачек вона сколько! Это сколько же здесь пенсий? – задалась вопросом Роза и тут же быстро подсчитала: – Много, нам столько не прожить! Помоги-ка.

Роза с помощью подруги надела спортивную сумку как рюкзак, накинув ее ручки на плечи.

Метрах в семи от копошащихся старух в кустах появилась маска.

– Что, и на козу хватит? Как думаешь? – спросила Матвеевна.

– Хватит. Давай помогу.

– И на корову? – восторженно-недоверчиво спросила Матвеевна, закидывая ремни.

– Хватит. А зачем тебе корова-то?

– Так буржуи хорошо молочко-то деревенское берут, это не покупное.

– Так корову кормить нужно, а у тебя коза и та с голодухи сдохла.

– Болела она!! – возмутилась Матвеевна, резко повернувшись. – Манька у меня была всем козам коза. И молоко, и шерсть, и умница послушная. Любила я ее и кормила сколько надо! Кто только сплетни распустил, что она с голоду околела? Не ты ли, соседушка?! У самой-то вон никто не уживается, вот и завидуешь!

– Ладно-ладно, пошутила я. Хоть на стадо коров хватит. Пошли уже.

В кустах к первой маске присоединилась вторая.

– Что встал? – едва слышно спросила вторая маска.

– Да бабки странные. Что они тут делают в это время? И сумки, смотри, явно не их «фасончика».

Зоркая Роза вдруг проворно скинула сумку и, нагнувшись, достала из-под куста две пивные бутылки.

– Господи! – проворчала все так же шепотом Матвеевна. Близость шумного дома все же внушала опасения. – Вот жадность-то, у нее полна сумка валюты, а она бутылки собирает.

– Валюта, валюта… не знаю я никакой валюты. Семьдесят лет прожила, ни разу не видела, чтобы деньги в сумках по лесу валялись!

– А это, – победно затрясла Роза бутылками, вытряхивая из них остатки жидкости, – Всем валютам валюта.

«Семьдесят», – не удержавшись, передразнила Матвеевна, что была на три года моложе подруги. – Кокетка старая, самой уж через неделю семьдесят шесть стукнет.

Раздраженно отмахнувшись, Роза открыла сумку, в коей между прочим лежало почти два с половиной миллиона долларов, и бросила туда пустые бутылки.

– Бутылки бабки собирают, – сказала вторая маска первой. – пошли, и так отстали.

Маски бесшумно пропали. Кольцо спецназа вокруг более чем подозрительного дома стягивалось.

Меж тем Матвеевна помогла закинуть соседке сумку на плечи, и две подруги, привычно переругиваясь и кряхтя, припустились к дому со всей скоростью, на которую были способны их старческие ноги.