Оборотный Петербург

Выйдя с кафедры, девушка облегченно вздохнула и поспешила на последнюю лекцию. Аудитория была уже открыта, и студенты успели занять места. Покосившись на свободное место рядом с Березкиной, Оксана поползла за последнюю парту. Как бы ни хотелось сидеть в прямой видимости доски, желание делить стол с однокурсницей отсутствовало. Маневр остался незамеченным. Оставалось порадоваться, что преподаватель не стал ничего комментировать.

В конце пары привычно озвучили список получивших автоматы и полуавтоматы, а также должников, не выполнивших те или иные требования. Обозначив сроки сдачи хвостов под угрозой недопуска до экзамена, преподаватель отпустил курс, до консультации. Оксана улыбнулась. На один предмет сдавать меньше. Еще больше грела мысль, что Березкиной писать три контрольные и реферат. А этот преподаватель из тех принципиальных, которые взяток не берут. А если и берут, то суммы будут астрономические, и у Березкиной явно не найдется.

Больше в этот день занятий не было. Девушка заглянула в библиотеку, сдала не нужные книги, взяла несколько новых, и, убедившись, что однокурсников поблизости не наблюдается, отправилась домой. Еще утром она думала пойти в парк и почитать учебник на скамейке. Но погода резко ухудшилась, и Оксана решила, что дома ей буде намного уютнее. Единственное на что решилась девушка – дойти до метро и купить чего-нибудь вкусного к чаю.

Увы, надеждам не суждено было сбыться. Рядом с ларьком, где она привыкла покупать вкусняшки, столпились однокурсники. У некоторых уже было в руках пиво. Те, кто обладал лучшим достатком, держали в руках бутылки вина. За короткое время они умудрились прийти в состояние «море по колено». Девушка брезгливо скривилась. С курсом ей не повезло. Куда лучше отношения были с технарями. Но пересекались они редко. Вздохнув, девушка развернулась и пошла обратно.

Оксана шла по залитой солнцем улице, периодически поглядывая на наползающие тучи. Все-таки хорошо, что она перебралась к брату. Дома мать и бабушка сначала часа три читали бы нотации, не важно, по какому поводу, а потом все равно заставили ехать на дачу. И дело не в том, что девушка не любила природу в целом и дачу в частности. Скорее, ее раздражало присутствие там родственников, особенно бабушку, стремившуюся воспитать внуков в соответствии со своими нормами морали и политическими пристрастиями. И фразами о том, что ей надо готовиться к зачетам и экзаменам не помогли бы.

Девушка невольно передернула плечами. Столько книг о Ленине, революции, постановлений съездов партии и прочей литературы прокоммунистического толка, сколько перечитали они с братом, не держали в руках даже нынешние коммунисты. Стоило ли удивляться, что Юрка, как только смог, выскользнул из-под надзора родительниц, под предлогом необходимости отдать долг Родине «аки учит партия», да так в армии и остался. И если бы не она, Оксана, так бы и служил он, дальше в свое удовольствие. Но нет, брат нашел в себе силы проститься с небом, уволился со службы и вернулся в Петербург. Там, не без помощи отца, купил себе квартиру, помог поступить на экономический. Лично возил ее на курсы, оплачивал репетиторов, ну и подстраховал при поступлении. А теперь ей есть у кого прятаться во время экзаменов, а не выслушивать, что говорили те или иные партийцы по тому или иному поводу. Особенно в области экономики. Точнее, иногда было интересно послушать, только на экзамене будут спрашивать совсем другое.

Вот и сейчас она возвращалась к брату, неся в рюкзаке ценный учебник, который ей надо будет вернуть утром, сразу по открытию библиотеки. Девушка уже мысленно расписала те билеты, которые надо было отвечать только по этой книге. Оставалось дойти до дома, быстро что-нибудь себе приготовить и сесть за учебу. Да и нога начинала постепенно напоминать, что излишние нагрузки ей противопоказаны. Уже рядом с домом ее внимание привлек писк рядом с мусорным баком. Следом послышалось громкое карканье. Девушка повернулась на шум и увидела, как маленький щенок сражается с большой вороной за почти целую сосиску в тесте.

– А ну кыш отсюда, – поспешила к месту событий Оксана, попутно отгоняя ворону.

Птица нехотя отлетела в сторону и посмотрела на виновницу отступления одним глазом. Игнорируя ворону, девушка подошла к щенку.

– Ты откуда тут взялся, малыш? – тот внимательно посмотрел на девушку, принюхался, и, подойдя ближе, ткнулся носом в протянутую ладонь. – Ты голодный, наверное, – осторожно погладила зверюшку девушка. – Пойдешь ко мне?

Щенок снова внимательно посмотрел на нее и лизнул ее руку.

– А ты понятливый, малыш, – Оксана подхватила его на руки. – Сейчас придем домой, я тебя накормлю.

Дома девушка опустила найденыша на пол. Он сел на коврик, выжидательно глядя на Оксану умными глазами.

– Ну что, сначала кушать или мыться? – улыбнулась девушка, доставая чистое полотенце. – А то неизвестно, какую гадость на свою шубку ты успел собрать.

Вопреки ожиданиям, щенок не только не сопротивлялся, терпеливо снося намыливание шубки то хозяйственным мылом, то гелем для душа, но и сам с удовольствием вертелся под тугими струями душа. Потом блаженствовал под феном, вертясь то головой, то пузом, то спиной, а то и вовсе хвостом. И лишь по завершении экзекуции отправился на кухню за обещанной миской супа.

Оксана улыбнулась, глядя, как малыш с наслаждением лопает обычный куриный бульон с вермишелью. При этом есть он старался аккуратно, не разбрызгивать вокруг и не пачкать мордочку. Девушка решила последовать примеру питомца, тем более что потом надо было садиться за учебу – учебник предстоит отдавать уже утром, и не факт, что вечером ей снова разрешат забрать его.

– И кто тут у нас? – отвлек ее от занятий вернувшийся со смены Юрий.

Оксана развернулась вместе с креслом.

– Эм, – она посмотрела на щенка. – Вот, подобрала.

– Да я уже вижу, что подобрала, – усмехнулся брат. – А назвала как?

Девушка и дремавший до этого щенок растерянно посмотрели друг на друга. Юрий пожал плечами и пошел на кухню. Найденная собака показалась ему странной. Не похожа на обычную дворнягу. Хотя, кого только сейчас не выбрасывают на улицу, когда деточка натешится, или аллергия начнется. Часто так случалось, что изначально подобранная дворняга превращалась в дорогого породистого пса.

– И как же мне тебя назвать? – задумалась Оксана. – Рекс? – щенок задумался, потом отрицательно помотал головой. – Шарик? – кажется, если бы зверь мог, то покрутил бы лапой у виска. – Тузик? – такого издевательства он не выдержал и залез под подушку, оставив на виду попу с пушистым хвостом.

– Ну не знаю я, какое тебе имя подойдет, – виновато произнесла девушка. – Когда у меня мышка была, я ее просто назвала Микки, в честь Микки-мауса. Все-таки мальчик. Девочку бы Минни обозвала. А ты все-таки пес. Надо что-то солидное. Может Мухтар?

Щенок зашевелился, на мгновение исчез, потом вылез с другой стороны подушки. Несколько минут озирался, потом спрыгнул на пол и, подойдя к панели, которую Юрка еще не увез на дачу, ткнул в нее носом.

– Это деревяшка, – посмотрела на него Оксана.

Щенок выразительно посмотрел на девушку, потом несколько раз стукнул по панели лапой.

– Да что ты тут нашел. Просто серая деревяха, – на слове «серая» щенок словно кивнул. – Погоди, ты хочешь сказать, что тебе нравится имя Серый?

Щенок плюхнулся на попу, лениво вильнул хвостом и свесил на бок розовый язык.

– Офигеть, – выдохнула Оксана. – Странная мне собака попалась. Мне кажется, или ты только говорить не умеешь.

Щенок посмотрел на нее, и девушка готова была поспорить минимум на десять лет своей жизни, что взгляд его был куда разумнее, чем у нее самой в этот момент.

Зачеты и экзамены захватили девушку. Дни сливались в один. Она не заметила, как прошел месяц со дня приключения на берегу Рощинки, а таинственный незнакомец выпал из памяти. Утром она быстро выходила с Серым, тот исчезал в кустах, делал там свои дела и сразу возвращался. Потом она отводила его домой, а сама убегала то на консультацию, то на экзамен. Вечером гуляли дольше. Оксана уходила в парк, где читала конспект или учебник, а щенок носился по площадке или играл с другими небольшими собаками. Иногда, если нога не сильно болела от нагрузок, она и сама пускалась играть с питомцем в догонялки. Юрий лишь качал головой, да в шутку угрожал, что сразу после последнего экзамена отвезет сестру на дачу помогать бабушке, раз она полностью восстановилась.

Сам он все больше времени проводил на работе. Часть сотрудников ушла в отпуск, а начало туристического сезона не способствовало отдыху. Периодически Юрий вздыхал, что лучше морозы, чем лето. А тут еще подкинули довольно сложное дело, причем впервые брат не вдавался в детали. Он приходил, когда Оксана и Серый уже спали, а уходил до того, как они выползали из комнаты, дружно зевая.

– И где нашла своего Серого? – в этот день Юрий вернулся неожиданно рано, но наскоро поев, полез в недавно подключенный Интернет.

– На улице, возле мусорных баков, – Оксана отвлеклась от учебника – через день был последний экзамен, надо отметить, самый сложный.

– Оксана! – чуть более жестко произнес брат.

– Да я правду говорю, – возмутилась девушка, столь нагло оторванная от учебы.

В подтверждение ее слов щенок коротко тяфкнул и вильнул хвостом. Потом и вовсе слез с кресла, подошел к девушке и требовательно ткнулся носом в ее ноги. Оксана подняла щенка с пола. Тот внимательно посмотрел в глаза девушки, пару раз лизнул руку, после чего пристроился на подушке между хозяйкой и спинкой.

– Ну ладно, допустим, – не стал спорить с ней Юрий. – А порода?

– Хаски или лайка, – девушка запустила пальцы в мягкую шерстку, почесывая малыша. Тот прикрыл глаза, и только хвост выдавал, что ему хорошо.

Милиционер внимательно посмотрел сначала на сестру потом на ее питомца, что-то обдумывая, потом пожал плечами и продолжил искать что-то свое в сети.

Вадим бессильно упал на крыльцо. Прошел месяц со дня исчезновения сына. От детектива шла успокаивающая информация. Лиза покинула страну еще до случившегося, а ее адвокат был всецело занят каким-то судебным процессом, и не мог иметь отношения к пропаже ребенка, постоянно разъезжая межу Петербургом, Москвой и рядом населенных пунктов, которые не всегда на карте найдешь. Но дальше этого дело не шло. Да, были попытки вывезти детей без согласия одного или обоих родителей, но во всех случаях они благополучно были возвращены обратно. Или вывозивший родитель занимал столь высокое положение, что связываться с ним пограничники не рисковали. В любом случае, это были не те дети.

От отчаянья мужчина наведался к участковому, но там его откровенно послали. Мол, дачники уже завалили жалобами о кражах от новой техники до старого, еще времени прадедушки топора, так еще его не хватало. Раз ребенка проворонил, то сам теперь и ищи. Не помогли ни обещания благодарности от пары ящиков хорошего коньяка до нескольких штук баксов, ни угрозы обратится к вышестоящему начальству. По поводу выпивки участковый и дежурный лишь хитро переглянулись, видимо, у них был свой надежный канал поставок. На угрозы же милиционер только усмехнулся. Да и то ясно, уберут этих – пришлют других, а лучше станет, или хуже, еще посмотреть надо. Нынешние тоже не подарок, и бизнес крышевали по-малому, и глаза на многое закрывали, но худо-бедно работали. И понять их можно. Коли пропал ребенок – сразу приходить надо было, а не ждать у моря погоды.

На море Вадим ездил через день. Успел побывать на всем побережье от Эстонии до Финляндии и надоесть пограничникам вопросами так, что они начинали разводить руками, едва видели крепкую фигуру мужчины. Заодно подал документы на визу, поскольку всего не предугадаешь. Сложно ли пацаненку через границу перебраться? Пляжный сезон только начинался. Погода жарой не баловала, и желающих искупаться или просто повалятся на песочке было немного. Работники кафешек запомнили мужчину в армейских ботинках и камуфляже, и при виде его лишь качали головой.

Антон регулярно просматривал сводки о найденных в городе и области детях. Несколько раз ездил в морг на опознание сам, один раз пришлось дернуть для этого Вадима, но, к счастью, это вновь были не те дети. Сыщик продолжал работать, отказавшись от нескольких необременительных и высокооплачиваемых дел. Найти ребенка он считал куда важнее, чем следить за неверным мужем или вычислять, кто сливает в компании информацию конкурентам. Он даже задействовал все свои связи в МВД и МЧС, но мальчик словно провалился сквозь землю.

Сам Вадим ни по одному разу успел поговорить и с племянником, и с мальчишками в окрестных садоводствах. Просил, если они знают, где Сережка, рассказать ему, или, если ему не доверяют их тайный схрон, передать сыну, что папа не сердится, а очень ждет его. Но все было тщетно. Мальчишки божились самыми страшными клятвами. Их старшие братья и сестры не по одному разу успели проследить за мелюзгой, и доложили мужчине, что с пропавшим мальчиком они не встречаются. Фотографии ребенка, размноженные на цветном ксероксе, украшали столбы не только в садоводстве, но и на всех платформах и залах ожидания от Выборга до Петербурга и от Петербурга до Соснового Бора. Но все было тщетно.

– Так и не нашел? – плюхнулся рядом с ним Влад.

– Нет, – мужчина вздохнул. – Словно пришельцы похитили.

– А не мог он в город уехать? – предположил брат.

– Да я в первый же день все следы проверил и людей неделю расспрашивал. Если бы кто что заметил, то вспомнили бы давно, – Вадим устало провел руками по лицу.

– Подозреваешь, что он может быть у Лизы?

– Я уже не знаю, что думать, – Вадим все же посмотрел на брата. – Антон говорит, что она выехала из страны еще до майских праздников и не возвращалась. А Сережки нигде нет, но при этом я чувствую, что с ним все хорошо, и ему все нравится.

– Но если Лизы, как утверждает твой сыщик, в стране нет, а с Сережкой все хорошо, это более чем странно. У кого он может быть?

– Вот и я об этом постоянно думаю, – Вадим потянулся, словно пытаясь привести себя в рабочее состояние, но потом снова сгорбился, как под тяжкой ношей.

Поиски сына отнимали все время. Некогда было даже отдохнуть. С работы не дергали, понимая, что толку от него сейчас никакого.

– Ничего себе, – внезапно мужчина изменился в лице.

– Что такое? – испугался Влад.

– Не знаю, что произошло, но этот поросенок чему-то радуется.

– Дааа, – выдохнул брат, – дела.

Вадим же смотрел прямо перед собой, но вся его сущность была устремлена к сыну, стремясь поймать хотя бы тень мысли. «Домой, к папе, скоро, наконец», – уловил он. Выдохнув, мужчина зажмурился и потряс головой. Перед глазами кружили пятна, в ушах звенело. Даже обычные «контакты», позволяющие почувствовать отголоски эмоций, требовали концентрации. Сейчас же напряжение стало вовсе запредельным. Но он смог то, о чем многие и мечтать не смели.

Немного придя в себя, мужчина посмотрел на брата. Тот обеспокоено вглядывался ему в глаза, прежде чем позволить себе хоть намек на вопрос.

– Я смог услышать его мысли, – прошептал Вадим. Голос, после приложенных усилий, отказывался подчиняться.

– И? – Влад обратился в слух.

– Кажется, скоро он вернется.

Экзамены остались позади. Оксана вернулась рано. Однокурсники отправились: кто отмечать успешно сданную сессию, кто поминать стипендию, накрывшуюся по тем или иным причинам. Некоторые стремились потратить максимально возможную сумму с родительской карточки прежде, чем те отберут ее до следующей сессии. Идти пить с ними девушке не хотелось. Она и так знала, чем все обернется. Сначала, кончено, все будут тихо-мирно накачиваться алкоголем по вкусу. Потом кто-нибудь полезет с очередным непристойным предложением, а Березкина, разумеется, не преминет это дело прокомментировать. Ну и слово за слово, дойдет до взаимных оскорблений, если не дальше. Не хотелось. Ей с этими людьми еще два года учиться. А выпить можно и без них, к примеру с Юркой отметить.

Звук открывающейся двери прогнал невеселые мысли, а когда голос брата стал звать хозяюшку, то и вовсе вызвал улыбку на лице девушки. Значит, у Юрки выдалось немного времени, чтобы заскочить домой пообедать, а не жевать сомнительного происхождения шаверму рядом с участком. Пусть и готовят ее там так, что пальчики оближешь до самых локтей: милиция – постоянные клиенты, травить их продавцам было не выгодно.

– Суп или только второе? – заглянув в ванную, поинтересовалась Оксана.

– И то, и другое и можно без хлеба, – ответил любимой цитатой из мультфильма брат.

Девушка пошла ставить разогревать обед. Сама она успела перекусить, а вот Серый, судя по тому, каким взглядом он провожал кастрюли, не отказался бы от добавки.

– Ксюш, – намазывая кусок хлеба горчицей, позвал сестру Юра. – Ты уверена, что подобрала именно лайку.

– Ну да, а что? – подобралась девушка.

– Да какая-то странная лайка у нас, – мужчина отрезал от хлеба небольшой кусок и протянул щенку. Тот обнюхал угощение и взял. Проглотив почти моментально, посмотрел на кормильца, прося добавку. – Не лает, даже не пытается. Да и ведет себя как-то странно. Ест вообще все то же самое, что и мы.

– А что странного, – девушка наклонилась, чтобы поставить щенку миску с борщом. – Радоваться надо, что никаких кормов покупать не нужно.

– Да то, дорогая моя, что это не лайка, а волк обыкновенный, – обрадовал ее брат. – Точнее волчонок. И, зная твою везучесть, Ксюшенька, я даже не удивляюсь, что именно ты притащила домой волчонка. Вот только почему он ест все подряд, а не только мясо, еще не понял.

Рука девушки замерла вместе с миской, немного не донеся ее до пола. Серый же просто встал рядом и начал аккуратно есть.

– Обратно я его не понесу, – твердо ответила девушка, наконец, опустив миску на пол.

– Я и не прошу, – неожиданно согласился с ней Юрий. – Все равно волку на улице не место, – про себя он добавил, что для такого странного волка тем более. – Но надо выяснить, откуда он здесь взялся.

– Ты у нас мент, ты и выясняй, – Оксана поставила перед ним тарелку и банку сметаны.

– Хорошо, попробую. Иначе придется отвезти его в лес и надеяться, что другие волки найдут детеныша быстрее охотников.

– И откуда ты такой взялся, малыш, – посмотрела на волчонка девушка. – Где же твои мама и папа.

Разумеется, ей никто не ответил. Волчонок лишь смотрел и улыбался зубастой пастью, свесив набок язык.

Отправив брата обратно на работу, Оксана быстро убрала со стола и вымыла посуду. Серый с намеком пододвинул свою миску. Девушка улыбнулась. Щенок ли, волчонок, но есть из грязной миски он наотрез отказывался. Пока приводила кухню в порядок, успела бросить взгляд за окно.

– А не пойти ли и нам на улицу? – обратилась она к волчонку. Тот сел и кивнул.

Девушка лишь улыбнулась. Над поведением питомца она давно перестала задумываться. Поэтому быстро натянула тонкие джинсы, топик, взяла рюкзачок с книгой и кошельком и сунула ноги в сабо. Серый уже сидел под дверью. Едва Оксана взяла в руки ключи, он тут же подскочил и стянул со столика поводок.

Девушка улыбнулась. Вместе они спустились вниз и вышли на проспект. Купив бутылку пива и чипсы, Оксана пошла в парк. В это время людей там было уже мало. Подростки предпочитали для своих тусовок другие места, а бабули разбежались кормить внуков или смотреть сериалы. Девушка скинула обувь, забралась на скамейку с ногами, открыла пиво, чипсы и пристроилась читать. Серый с шумом бегал за вороной.

В очередной раз оторвавшись от книги на глоток, Оксана посмотрела на волчонка.

– И откуда ты такой взялся, – задумчиво произнесла она. Волчонок оставил игру с веткой куста, на которой до того качался как на качелях и задумчиво посмотрел на хозяйку, потом перевел взгляд на хорошо утоптанную дорожку.

В следующий раз от книги Оксану отвлекло тихое поскуливание. Подняв голову, она изумленно посмотрела на корявую надпись на земле «РОЩИНКА».

– Это ты? – девушка отставила в сторону бутылку и села. Волчонок лишь тряхнул головой, подтверждая, что он автор надписи. – Но как.

Он взял в зубы валявшийся рядом сучок и начал царапать немного в стороне «ХОЧУ ДОМОЙ К ПАПЕ».

– Ничего себе, – книга выпала из рук девушки. Если бы она не сидела на скамейке, то благополучно оказалась бы на земле. – Хорошо, – наконец заговорила она, – сегодня уже поздно, а вот завтра, раз такое дело, отвезу тебя домой.

Волчонок радостно запрыгал и завилял хвостом. Оксана задумалась. Дрессированных животных она не раз видела в цирке. Но чтобы они вот так могли писать, не путая буквы. Да еще совсем щенок. Может, встретившись с папой этого малыша, она сможет понять больше? Главное, чтобы папа не принял ее за обед, добытый сыном. Волчонок забрался на скамейку и сунул нос в пакет с остатками чипсов.

– Лопай, – девушка отобрала пакет и разорвала по шву, чтобы ему было удобнее есть лакомство, и потянулась за бутылкой. Такое дело однозначно требовало ста грамм.

Утром, дождавшись, когда Юрий уедет на работу, Оксана приступила к сборам. Прежде всего, надо было точно выяснить, где обитает папа ее найденыша. Для этого девушка вытащила большую карту Ленинградской области.

– Серый, иди сюда, – улегшись перед северным берегом Финского залива, позвала волчонка девушка. – Рощинка у нас тут, а тебя куда доставлять? В Рощино, или как?

Волчонок несколько минут смотрел на картинку, потом осторожно ткнул когтем чуть дальше, на небольшую станцию.

– Понятно, – Оксана призадумалась. – Это сразу за Рощино будет?

Серый кивнул. Девушка призадумалась. Уж не та ли это платформа, с которой она уезжала после достопамятной прогулки. Но память молчала. Самой ей было не до того, а потом экзамены не давали времени толком подумать. Придя к выводу, что решать вопросы надо по мере поступления, Оксана поднялась и пошла на кухню готовить завтрак.

Быстро поев и накормив питомца, девушка достала большую сумку, чтобы посадить Серого. Покидав в любимый рюкзак кошелек, карточку, студенческий и книжку, девушка начала искать телефон. Можно было уйти голой, без денег, без головы в конце-концов, но телефон должен был быть с собой. Один раз Оксана умудрилась оставить его, так весь Юркин отдел был брошен на поиски одной безголовой особы. Когда ее остановили в метро, было неприятно, но приехавший брат закатил такую головомойку, что в какой-то момент ей стало просто страшно. Больше такого сюрприза девушка не хотела. Наконец, с помощью Серого драгоценный предмет был найден и засунут к прочему добру. Нацарапав брату записку, что она ушла гулять до вечера, девушка вышла из дома.

Пройдя через парк, вышла к университету. Убедившись, что однокурсников поблизости не наблюдается, перешла улицу и стала ждать трамвай. Серый спокойно сидел в сумке, словно его постоянно таскали с места на место. На счастье долго транспорт ждать не пришлось. По летнему времени народу было не очень много, но, все равно, Оксана предпочла прикрыть сумку так, чтобы ее подопечного не было видно. Мало ли кто будет стоять рядом. Вдруг да опознают, что там не простая собачка, а, хоть и маленький, но волк. С электричкой тоже не возникло проблем, они успели приехать до перерыва. Девушка взяла билет до Рощино, после чего наклонилась к сумке и тихонько прошептала:

– За Рощино дай знать, едем дальше или выходить. А то укатим к финской границе.

Из сумки раздался короткий тяфк, после чего Серый улегся, словно там не живое существо, а вещи и продукты на дачу.

В электричке было свободно, сказывались будни и дневное время. К удивлению девушки, они даже не проехали. Хотя Оксана читала книгу, но знакомое название резануло слух. Девушка посмотрела на платформу, где не так давно она была на последнем выезде, убрала книгу и собралась пробираться к выходу. Едва поезд тронулся, как сумка слегка толкнула ее в ногу – Серый подавал знак. Оксана улыбнулась и пошла в тамбур.