Дьябло. Жертва станет охотником

Джесс испугалась и резко отшатнулась влево, парень пролетел мимо нее, задев ножом халат. Но словно не дожидаясь разрешения, крепче сжала нож, развернулась и полоснула парню по спине. Парень не ожидал такого.

Кровь образовала продолговатое пятно на футболке. Парень простонал, схватился за ткань, отошел чуть дальше и посмотрел на Джесс, а затем на кровавую руку.

Он словно бык среагировал на красный цвет. Глазами Джесс просила не убивать ее, но он не понимал. Парень хотел выжить, как и остальные люди.

Злости не было предела, она выливалась из парня наружу через волчий оскал и нервное сопение, он опять занес руку с ножом для удара. Джесс решила уйти, но тот просчитал шаг и схватил свободной рукой девушку за шкирку, отбросил в сторону, и снова замахнулся. Девушка лежала на спине, белоснежные волосы, словно языки пламени, рассыпались по полу. Она не видела в этом парне смерть, она знала, что он не убьет… Джесс не понимала, почему была в этом уверена.

Лезвие сверкнуло в воздухе и с неуловимой скоростью начало лететь вниз к голове Джесс. Нож словно ястреб, пикирующий за добычей. Но неудача постигла и эту хищную птицу. Парень с грохотом упал на колени рядом с, нож впился в пол до основания, она успела отвернуться.

Воспользовавшись таким моментом, Джесс ударила коленом в пах. И в тот момент, когда он дернулся, решив схватиться за больное место, девушка отпрыгнула и встала, держа нож в руках. Парень схватился за оружие, еще держась за рану. Но, к сожалению, лезвие застряло глубоко. Тот час в его глазах заиграла паника.

– Нет… Нет… Давай… Ну, прошу… – быстро шептал оружию, но нож его не слушался.

Джесс не видела в этом парне смерть, она знала, что он не убьет… Девушка поняла, что смертью для него будет именно она! Джесс подошла к нему, держа в ослабленной кисти нож.

Парень не знал, что делать, даже не сообразил оттолкнуть ее. Джесс глубоко втянула воздух и подняла нож над головой, пристав на носочки. Глаза блестели, язык, уже чувствовал вкус крови на губах. Лезвие сверкнуло в воздухе, луч пробежался от ручки до острия, нож заиграл по-новому, Джесс даже померещелось, что тот зазвенел. Эта картина напоминало жертвоприношение. Она – жрец, а он – еда богам.