- -
- 100%
- +
– Убивать? Да вы что! – возмутилась я, благоразумно «проглотив» ее мысли про магов. Потому что, это ерунда какая-то. – Мы просто не местные.
– Да вижу, что не из Постура. И вряд ли вообще из Иллантии. – зашевелила губами старушка. – Наряды у вас больно странные. А волосы… кто такие короткие волосы носит? А пацан… глаза как у…
Но договаривать она не стала, потому что вдруг распрямила плечи и грозно выставила вперед свой скрюченный, артритный палец, затянутый в тонкие перчатки в мелкую сеточку.
– Ну-ка, сейчас же говорите, кто такие и откуда явились!? А не то, я вызову жандармов!
Нет, жандармов нам точно не надо!
– Меня зовут Юлия, а это мой сын Тимофей. – спешно представилась я. Сын благоразумно молчал. Умный мальчик. – Мы оказались здесь случайно. И очень неожиданно для нас. Мы из России. Вы знаете, где это?
Старушка нахмурилась, но ничего не ответила.
– Мы гуляли у себя в сквере, а потом появилось яркое свечение, прикоснувшись к которому мы оказались здесь. – добавила я.
– О! – выдала бабушка. – Свечение яркое говоришь? Из другого мира вы что ли? Как и они? – они кивнула головой вверх. – Тогда точно маги. Ох, только не надо меня убивать. Я…
– Мы не маги и никого не собираемся убивать. – поспешила успокоить старушку. – Нам нужна помощь, потому что мы хотим вернуться назад. К себе домой, в Россию. А кстати, где это мы очутились?
Я поначалу не придала значения словам старушки о том, что мы из другого мира, но смысл их начал быстро до меня доходить. Другой мир. Яркое свечение… Мистика какая-то!
– Но ежели вы с ярким свечением пришли… то… А может не оттуда? – бормотала себе под нос незнакомка, словно размышляя вслух. – Вы в Иллантии, а это приморский городок Постур. – обратилась она к нам. – Вы и правда на иномирцев похожи. Магией точно не обладаете?
– Нет! – вдруг вставил Тим, немного освободившись из моих объятий. – В нашем мире нет магии.
– О, это хорошо. – улыбнулась старушка, а потом внимательно посмотрела мне в глаза. – Как вам вернуться в свою Ро… я не знаю. Но в таком виде разгуливать по улицам вам не стоит. Идти некуда?
Помотала головой.
– Ясно, – хмыкнула старушка. И помолчав пару секунд, махнула рукой, призывая идти за ней. – пойдемте со мной.
– Куда?
– Ко мне, куда же еще. – хохотнула старая женщина. – Или тебе отдельные хоромы подавай?
– Нет.
Я волновалась, в полной мере осознавая, что мы с сыном очутились неизвестно где, неизвестно каким образом, но самое главное, что непонятно, как отсюда выбираться. И кроме этой незнакомки, хоть и проявившей подозрительность по отношению к нам, но все же, пытающейся помочь, рассчитывать ни на кого не приходилось.
– Ну тогда будем знакомы. Я миссис Вилсон.
Мы последовали за старушкой и пройдя несколько безлюдных улиц, внимательно оглядываясь по сторонам и запоминая дорогу, я отметила, что вблизи все дома выглядят еще более уютно, чем мне показалось на первый взгляд, и очень похожи на волшебные домики из сказок. Практически каждый дом был окружен маленьким садом, в котором преобладали чудесные цветущие кустарники. Тротуары были отделены от проезжих дорог, выложенных обточенным камнем, раскидистыми олеандрами, которые даже в сумерках выглядели великолепно, притягивая взгляд своими яркими цветами.
Ароматы стояли головокружительные. Несмотря на темноту, буйство красок природы, самих домов и улиц приводило в восторг.
– Мам, тут так необычно. – зашептал Тимка, крепко держа меня за руку. Истерики у него больше не было, и он в целом держался стойко, поворачивая голову из стороны в сторону и с интересом разглядывая непривычные улицы.
– Да, сынок, – я кивнула. – Ты как?
– Хорошо мам, в сквере очень испугался, когда ты не говорила, и не двигалась. А потом этот свет…
Упоминание о сквере и моем состоянии сразу же вернуло меня к фотографиям и боли, которая разрывала сердце.
Это. Не может. Быть. Правдой.
Это фотомонтаж, подлог и обман. Мой Андрей, он…
– Вот мы и пришли. – скрипучий голос миссис Вилсон вернул меня обратно в реальность, и я завертела головой, пропустив важный поворот с главной дороги, и теперь не могла разобраться в какую сторону мы повернули. Я всегда хорошо ориентировалась на местности, запоминала дороги, и поэтому здесь тоже старалась концентрировать внимание, чтобы знать дорогу до сада, в котором мы очутились, когда перенеслись в этот странный мир.
А то, что мы точно не в своей реальности, сомневаться не приходилось.
Прямо перед нами, спрятавшись ото всех домов за высоким кипарисом, притаился двухэтажный, белый домик, огороженный невысоким кованым забором и красивой калиткой, с маленьким садом, в котором буйствовали бугенвиллии различных оттенков.
– Добро пожаловать в мой дом. – важно произнесла миссис Вилсон и отворив калитку, рукой пригласила нас пройти внутрь. – Будем знакомиться ближе.
Глава 3
Дом у миссис Вилсон оказался очень уютным, но требующим ремонта. Потертая мебель, выцветшие ковры, истончившиеся занавески. Однако, половицы не скрипели, а в каждой комнате стояли абсолютно новые масляные лампы.
Зайдя в дом, мы сразу же попали в небольшую переднюю. На стене с левой стороны от двери были прибиты аккуратные крючки для одежды, маленький коврик лежал у входа, да простенькое зеркало, поверхность которого словно истерлась от времени, висело тут же. На лево и на право вели входы в комнаты, а напротив входной двери начиналась узенькая, но добротная лестница, ведущая на второй этаж.
– Проходите. – миссис Вилсон переобулась в продавленные тапочки и зашаркала в комнату, слева от двери. Мы с Тимкой поскидывали ботинки, повесили куртки и шарфы на крючки и последовали за старушкой.
Маленькая гостиная приятно удивила своей чистотой и несмотря на то, что мебель действительно была уж очень старой, находиться в комнате было приятно. Небольшой, аккуратный камин придавал уюта, а красивая картина, что висела над ним, очень органично смотрелась на стене.
– Вот такой красоткой я была. – фыркнула миссис Вилсон, кивая на изображение. – Да вот только годы берут свое. Ну да ладно. – она присела на продавленный диван. – Рассказывай Юлия, кто вы такие, из какого мира, и что теперь собираетесь делать.
И я рассказала. С самого начала. Про мир, про людей, про технику и достижения, про то, как мы оказались здесь. Умолчала только, про фотографии и боль, что была в сердце. Ни к чему постороннему человеку знать о моих личных проблемах, да к тому же, Тимка рядом, а уж он точно должен быть как можно дальше от всей той гадости, что вылилась на меня.
Мой рассказ получился сбивчивый, я нервничала и словно заново переживала все эмоции, посетившие меня этим вечером. Старалась держаться и не выдать своё волнение, потому что, если я буду слабой, Тимка сразу почувствует это. А он должен быть уверен, что у меня все под контролем, даже если это не так.
Потому что, он ребенок, а я взрослая мама, знающая жизнь и готовая ко всему. Для него.
А на самом деле…
Миссис Вилсон задавала вопросы, удивлялась и охала достижениям нашего мира. Она была похожа на малыша, которому родители перед сном рассказывают увлекательную, совершенно новую сказку, с захватывающим сюжетом и необычными героями.
За долгим разговором, Тимка, примостившись у меня под рукой, засопел, и заметив это, старушка остановила мой рассказ.
– Пойдем-ка милочка, в приспешнюю. – улыбнувшись, предложила она. – Вот в уголочке плед, прикрой мальца. Устал он, видимо.
Я последовала совету старой женщины, и уже через несколько минут мы оказались на кухне, по центру которой стоял мощный стол из деревянного массива, а по периметру расположились многочисленные ящички, полочки, а в углу красовалась старинная печка. Красиво, очень по-деревенски красиво! Безумно характерная комната мне очень понравилась. Уютная, светлая и просторная, даже не смотря на огромный обеденный стол.
Старушка завозилась у печи, поставила котелок с водой, порылась в ящиках и достала небольшую мисочку с медом, и подсохшее печенье.
– Уж извини, гостья, не была я готова ко встречи с вами. – развела руками старушка.
– Что вы! Я вам безумно благодарна за помощь, за то, что привели в свой дом. Не представляю, чтобы мы сейчас делали. – поспешила успокоить и поблагодарить хозяйку. А она лишь покачала головой в ответ.
– Ты же мамка. А мы все такие – ради своего ребенка можем все! И готовы на все. – голос миссис Вилсон звучал очень уверенно и даже величественно. – Каждая мама всегда делает что-то невозможное, ради блага своего отпрыска.
И она была права.
– А теперь скажи мне, отец у сына кто? – женщина задала вдруг очень странный вопрос.
– Как понять? – нахмурилась я. – Его отец работал врачом, но умер год назад.
Каждое воспоминание об Андрее тут же заставляло испытывать сильную боль в груди. Не такую, как в сквере, когда я дышать, мыслить и двигаться не могла, но сильную и выворачивающую наизнанку.
Я запретила себе думать о фотографиях.
Запретила думать о том, что написала Валентина Петровна.
Не стала ничего рассказывать об этом.
Но эта боль осталась внутри, свернувшись клубочком, чтобы когда я останусь одна, проснуться, потянуться словно кошка, и вонзить свои острые клыки и когти в мое и так израненное сердце.
Чуть позже. Я подумаю обо всем этом чуть позже.
– Ты не поняла вопроса. – улыбнулась старушка, и побрела снимать с печи котелок, вода в котором так быстро закипела. Она разлила кипяток по двум керамическим кружкам, насыпала туда какой-то мелкой травы, и после поставила одну передо мной. – Его отец человек?
И вот тут я зависла.
Смотрела в старческие глаза и понимала, что похоже, у бабушки все-таки, что-то не так с головой.
– А кто же еще? – спросила потихоньку. – У нас только люди живут. Самые разумные. – добавила неуверенно.
А миссис Вилсон лишь улыбнулась и прихлебнула чай, с характерным громким звуком.
– Ну так и хорошо. – выдала она.
– Вы не знаете, как нам вернуться обратно? – задала я самый важный сейчас вопрос. Я грела руки о горячую кружку, хотя в доме было жарко. Но внутри меня колошматило, словно бил озноб.
– Не знаю, милочка. Мы, люди здесь, в Иллантии, магией не обладаем, порталы открывать не умеем.
– Порталы? – опешила я.
– Так, а как ты думаешь, вы сюда попали? – вскинула брови старушка, от чего ее итак испещренный глубокими морщинами лоб, буквально превратился в старинную стиральную доску, на которой мама стирала мои детские вещи. – Пространственные порталы выглядят именно так, как ты описала. Благодаря ему вы здесь. И именно через них приходят маги.
Маги? Порталы?
Экстрасенсы что ли, эти маги?
Я не особо верила во всю эту мистику и паранормальное, но когда в детстве мы жили в старом бараке вместе с родителями, нашей соседкой была тетя Люся, которую все называли ведьмой, потому как она будущее людей видела. Да только не всем оно нравилось, от того и любви сильной к пожилой женщине не было. Но местные бегали к ней за советами, да погадать на суженного. А потом барак снесли и каждой семье дали по небольшому участку, на котором папа и построил дом, в котором они с мамой жили до самой смерти. Куда делась тетя Люся, я не знаю.
Вот про таких магов говорит миссис Вилсон?
– Вижу не понимаешь ты меня, голубушка. – хмыкнула старушка. – Да вот только боимся мы все этих порталов. Потому как маги… Они приходят через порталы, и истребляют нас.
Ого! Вот так новости!
– Истребляют?
– Долгая эта история. – тяжко вздохнула старушка. – Магам нужен наш мир как воздух и поэтому, они всеми силами хотят его захватить. Они открывают порталы, пробивают нашу защиту, нападают и убивают людей.
– А что они из себя представляют?
– Маги? Да как люди, только сильные. – махнула рукой миссис Вилсон. – Намного сильнее, потому что магия питает их. Их магическая энергия – она не созидает, а только разрушает, уничтожает все живое. Испепеляет, взрывает. Они сносят наши дома, убивают людей, правда некоторых забирают с собой. Но все боятся этих пришлых.
Ужас.
Час от часу не легче!
Маги, войны, рабство…
Куда мы попали?
Как же хочется вернуться обратно!
– Да не пугайся ты так! – заулыбалась миссис Вилсон, увидев мое выражение лица. – Давно уже маги не объявлялись, лет пять как. Хотя странно все это, ведь раньше они часто нападали неожиданно, маленькими стайками. Но наши правители пытаются защитить нас, поэтому не волнуйся.
Уф, вот с этого и надо было начинать!
Но пока меня мало беспокоила тема магов и защитников людей. Самое главное, понять, как образуются порталы и как их можно вызвать.
– А кто-то здесь, в Иллантии точно не может открыть портал? Может быть когда-то вы пленили какого-нибудь мага, и он сможет перенести нас с сыном обратно?
– А кто ж его знает! – хмыкнула и развела руками старушка. – Мое дело маленькое, доживаю свой век, а что там драконы делают, меня не интересует.
Жаль…
О! Она сказала…
– Кто!? – я аж подпрыгнула на месте и подавилась вкусным, настоящим ромашковым чаем, которым меня угостила хозяйка дома. Закашлялась и принялась стучать себя по груди, чтобы приступ быстрее закончился.
– Драконы. – как ни в чем не бывало улыбалась миссис Вилсон.– Чай нет у вас что ли, таких?
– А? – я поверить не могла в то, что только что услышала. Драконы!
Да нууу!
Она смеется надо мной? Быть подобного не может!
Если магов (ну, экстрасенсов) я еще могла допустить. Может быть их «магия», это просто навороченное оружие, которое местным кажется сверхъестественным. Но драконы…
– Ну и что ты так удивилась? Драконы, это такие летающие…
– Ящерицы. Я знаю.
– Ох, дурья башка, не смей их так на людях называть! – шикнула, вмиг сделавшись серьезной, миссис Вилсон и сдвинула недовольно брови. Глаза с острым, жестким взглядом. – Коли хочешь жизнь себе сохранить, с уважением относись к ним. Высшие существа они, многое могут и «ушей» у них полно, даже среди людей. – а потом, подумав, добавила. – Особенно среди людей! Драконы правят в Иллантии.
Вот черт!
Она на полном серьезе?
– А… а как вы с ними общаетесь? Они ведь человеческую речь не понимают.
Старушка рассмеялась скрипучим, неприятным смехом.
– Так от чего же не понимают? Понимают. И мы их тоже. Когда они выглядят как люди, то…
– Как люди? – все, нам срочно с Тимкой надо уходить от этой сумасшедшей. Черт, вот и угораздило с ней повстречаться. Надо вернуться в тот парк, в котором мы оказались, когда попали в этот мир.
– Конечно. Красавцы мужчины, и красавцы драконы. – утвердительно кивнула миссис Вилсон. Казалось, она не замечает моего странного взгляда, обращенного на нее. Я уже мысленно попрощалась со странной старушкой, но решила подождать, пока Тимка проснется. Поблагодарю женщину и отправимся обратно, благо, дорогу я более и менее запомнила, думаю, смогу разобраться на месте.
– Не веришь мне? Вижу, что не веришь, но это правда. – женщина покачала седой головой и встала из-за стола, попутно собирая то, что было на нем разложено. – Из дома своего не гоню. Можете с мальцом пожить здесь. Только соблюдай чистоту, да готовь что-нибудь вкусненькое. Платы не надо. Я живу одна, мне компания не помешает.
А я обомлела, потому что была поражена добротой этой старушки. Надо же, она нас толком не знает, видит в первый раз в жизни, уверена, что у нас нет местных денег, и все равно оставляет.
Удивительная женщина!
Я еще долго благодарила хозяйку дома, понимая, какой непростой шаг она совершила, доверив свое одиночество практически постороннему человеку. Но по-началу, была решительно настроена покинуть этот гостеприимный дом, ведь история про драконов меня несколько… удивила и озадачила. Я не верила во все эти сказки, и фэнтези не смотрела. Максимум, на что меня всегда хватало, это двадцать минут «Властелина колец» и я сразу же засыпала. Но миссис Вилсон говорила очень убедительно, словно все, что она рассказала – взаправду.
Тимка свернулся калачиком на диване, и я примостилась рядом, обняв своего сладкого мальчика. Хозяйка дома ушла на второй этаж, а я наслаждаясь тишиной и полумраком комнаты, ушла в свои мысли.
Как всегда по вечерам, на сердце накатила боль, примешав к своему горькому «коктейлю» дополнительные порции обмана, лжи и предательства.
Все переживания за этот вечер, огромной лавиной накрыли меня, вынуждая тяжело дышать и глотать соленые слезы, стекающие по щекам.
Андрей. Мой самый лучший муж на свете. Мне изменял?
Я не могла поверить, не могла даже в мыслях допустить такое. Никогда бы не подумала, что Андрей, мой любимый Андрей, мужчина, который был у меня первым и единственным, который клялся мне в любви и верности, был идеальным мужем и вдруг оказался изменщиком.
Так не бывает!
Не бывает, чтобы вот, на ровном месте муж вдруг начал изменять, а жена бы не заметила. Нет, женщина ведь всегда очень чутко чувствует своего мужа, любые перепады настроения, любые «отклонения» в его стандартном поведении. Я бы заподозрила измену!
Да, точно!
Но фотографии…
Почему? Почему Валентина Петровна прислала их именно сейчас? Почему не сделала этого, когда Андрей был жив, ведь тогда бы это гарантировало наш развод и ее тотальное счастье! Может быть это монтаж?
А что если это правда? Что если у Андрюши действительно была любовница? А может быть даже и не одна?
Я принялась судорожно вспоминать наши последние месяцы совместной жизни, и когда разложила картинки по полочкам, обнаружила одну странную тенденцию. Ночных смен у мужа стало больше. Он часто подменял других, старался помочь друзьям. Я никогда не придиралась, не расспрашивала, и даже не думала, что Андрей может меня обманывать. Мы же любили друг друга, и наши чувства с каждым годом крепли. Менялись, но крепли. Становились еще лучше и сильнее. По крайней мере, у меня. А у Андрея? Было ли у него также?
Сейчас я уже не была в этом уверена.
Мне было тяжело дышать, потому что в груди пекло, спазмы сдавливали горло, и я давилась тихими, практически беззвучными слезами, только чтобы Тимка не услышал.
Как же так? Почему? За что? Из-за чего?
Я всегда следила за собой, регулярно посещала салоны красоты, занималась дома легкими, но прекрасно поддерживающими фигуру упражнениями. Мой гардероб состоял из недорогих, но современных вещей. Я не сидела у мужа на шее, и зарабатывала деньги. Мне было интересно все на свете, я не проводила все свободное время зависая в социальных сетях. Наоборот, я пыталась развиваться, узнавать что-то новое.
А оказалось, что этого мало?
Что как бы ты хорошо не выглядела, как бы разносторонне не была развита, ты все равно будешь недостаточно хороша?
Все равно найдется за что, променять тебя на другую?
Я ворочалась на диване, привычно проводя ночь без сна. Только теперь, к боли от потери любимого, примешалась боль предательства.
И я так и не смогла придумать хоть что-то, чтобы вернуться назад. Домой.
Глава 4
Я проходила мимо небольших лавок с различными товарами, и попутно вспоминала, что планировала прикупить на выходных. Зонтик был надежно закреплен на сгибе локтя, и на меня с интересом оглядывались дамы, чьи лица были прикрыты от солнца невероятно красивыми, ажурными, обшитыми кружевом и шелком, аккуратными зонтиками. Многие мне улыбались, кто-то просто смотрел заинтересовано.
А у меня на душе было очень хорошо. Словно я выиграла в лотерею баснословную сумму денег, хотя всегда очень скептически относилась к азартным играм, и билетики на еженедельные розыгрыши никогда не покупала.
У меня просто было хорошее настроение, и именно поэтому, улыбка не сходила с моего лица.
Я могла с уверенностью сказать, что жизнь здесь – удалась. Моя практика, совместное проживание с ненавязчивой, но общительной старушкой, хорошая школа у Тима. Мы здесь неплохо обосновались, с учетом того, что попали не просто в соседний городок, а в другой мир!
Путь до дома лежал через площадь, по центру которой, расположился красивый фонтан, и который был местом встреч всех влюбленных парочек. На площади толклось очень много молодежи, туда-сюда сновали жандармы, приглядывая за порядком, но не вызывая неприятных ощущений у жителей. Площадь окружали небольшие ларьки с красивой, расшитой вручную одеждой, с удивительной расписной посудой, с элементами декора для жилищ, а еще, с невероятно вкусной выпечкой, ароматы которой разлетались с морским ветерком на многие метры.
Я шагала по выложенной камнем дороге и вспоминала свои первые дни здесь, те минуты, когда сознание отказывалось принимать действительность, сопротивлялось, боролось за то, что было раньше. Это был сложный период. Каждый вечер я рыдала в подушку, тихо, только чтобы не разбудить мирно сопящего рядом сына. Истерика накатывала от боли, что превращала сердце в горстку пепла, которое, словно птица феникс, после очередной тяжелой ночи, возрождалось вновь и давало мне сил на еще один день. Чтобы ночью вновь сгореть до тла.
Я искала пути назад. В свой мир. Но сколько бы раз мы не приходили в парк, в котором очутились, когда перенеслись сюда, свечения не было. И каждый раз слезы наворачивались на глаза.
Мы жили у миссис Вилсон. Идти нам все равно было некуда. После того памятного разговора о драконах, женщина больше никак не проявляла своего… своих проблем с сознанием, что не могло не радовать.
Через неделю нашего ежевечернего хождения с сыном в парк, миссис Вилсон, тяжело опустившись на диван в гостиной, заговорила своим скрипучим голосом.
– Смирись, Юлия. – она так интересно, словно с иностранным акцентом произносила мое имя, что пока, с непривычки, это несколько резало слух. – Здесь тоже неплохо живется.
– О, вы думаете, что мне хотелось бы остаться здесь? Я думаю о ребенке. Тимке нужно ходить в школу, получить образование. У него вся жизнь впереди, а мы застряли здесь. Он ведь способный мальчик, учитель его хвалит, хотя конечно, пока совсем рано говорить о его успехах. Но да мне оценки в школе не особо важны. Самое главное, чтобы у него было желание учиться, узнавать мир, впитывать информацию. Но здесь… как мы будем дальше жить здесь?
Я развела руками окидывая комнату взглядом.
– А ты присмотрись к нашему миру. – хмыкнула старушка. – у нас тоже очень хорошо, и можно образование получить, и быть на хорошей должности. Просто ты пока не знаешь об этом.
– Образование? – я чуть не рассмеялась в голос. – Ваш уровень образования гораздо ниже, чем в моем мире. У нас очень развитый технически мир, и все это благодаря умам ученых, которые обладают такими колоссальными знаниями, что строят даже космические корабли. Это величайшее достижение – улететь в космос.
– Возможно ты права. Но у нас тоже есть великие умы, которые развиты в другом.
А я лишь покачала головой. Даже не представляю, как видит себе это миссис Вилсон. Женщина конечно же, помогла мне и Тимке. Она не просто нас приютила, она выделила нам комнату на втором этаже. Спаленка была небольшой, с единственной кроватью, но мы на ней с Тимкой умещались прекрасно. Узенький шкаф для вещей, маленький журнальный столик и зеркало, что висело на стене. Над кроватью ярким пятном выделялась картина с изображением огня и льда, переплетающихся вместе своими всполохами.
– Это была комната моего сына. – поведала миссис Вилсон. – Достигнув совершеннолетия, он отправился в столицу, продолжать учебу. Сейчас он работает в Главном госпитале Иллантии, лекарем. Уважаемый человек. Детки у него уже взрослые, даже внук вот недавно родился. А я значит, прабабушкой стала.
Столько гордости и любви было в голосе старушки, что я невольно заулыбалась. Во всех мирах, мамы есть мамы. Мы готовы жизнь отдать за своих детей, любить их всем сердцем, переживать за их судьбы, и всегда, абсолютно всегда вспоминать, какими они были крошками.
Я невольно взглянула на Тимку, который стоял рядом. Он уже был такой большой, все понимал, рассуждал и делал свои выводы. И я понимала, что совсем скоро, он станет взрослым парнем, у которого на все будет свое личное мнение, который будет, конечно же, спорить со мной, доказывать, что он уже мужчина, а значит отвечает за свою жизнь сам.
И конечно, будет прав.
Но для меня, в глубине души он останется маленьким мальчиком, которого я кормила грудью, делала массажик животика, учила первым шагам и словам. В моей голове останется образ его макушки с пучком смешных торчащих волосинок, за что мы с Андреем называли его ежиком.
Воспоминание о муже, болью пронзило грудь, сдавив легкие, и блокируя поступление живительного воздуха.
Похоже, я никогда не смогу не реагировать на него. Люблю и страдаю от его измены. Люблю и страдаю от того, что его больше нет рядом.
Миссис Вилсон выдала мне пару платьев, хоть и довольно поношенных, но добротных. А Тимке досталась старая одежда сына старушки, которую мы достали из сундука на чердаке. Перестирав все вещи, высушив их и примерив, мы стали очень даже похожи на местных. А их каждый день рассматривали внимательно в окно, или же, когда ходили по вечерам в парк.