Проект «Реактор Жизни». Фантастическая наука

© Виктор Вялков, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Введение

Это не научная фантастика, а фантастическая наука! Фундаментальная наука, в большинстве, строится на методе доказывания формул, а не достижений и синтеза идей в конкретных действиях. Она исследует мифы взаимодействия и после выстраивает результат, который обычно уже устаревает и становится элементарным каноном, тормозящим сам процесс развития.

Книгу сможет понять только полностью освободившийся человек от всех стереотипов, канонов давления информации и научной, в том числе. Сужденное происходит неизбежно, но не по ранее написанным догмам, а в красоте полёта мысли и чувства. Доброго пути, друзья!

Глава 1

Странное состояние не угнетало, а вводило в состояние восхищения и безумной радости. Чудесно было то, что Виктор прекрасно понимал, помнил, фиксировал всё, что происходит, даже те же физиологические свойства организма, присущие телу. Присущие телу?.. он прекрасно понимал, что находится на Земле в капсуле, наполненной определённым раствором в скафандре, к которому подключены десятки датчиков высокочастотных импульсов, которые, в свою очередь, выводили тело в режим квантов энергии. Было ощущение существования совсем в ином состоянии в виде голографического образа импульсной накачки чистой энергии, которая не имеет никаких характеристик и замечается только на фоне физического существования, что люди называют жизнью.

Он в виде голографического образа будто завис над планетой и наблюдал за теми процессами, которые происходили на Земле. Земля так же рассматривалась не как глобус, а как бесконечная равнина, теряющаяся где-то далеко за горизонтом галактик и созвездий необъятности. Это было необычно, в сознании возникали противоречия, и приходилось усилием воли гасить моменты памяти, чтобы рассматривать процесс непредвзято. Восприятие так же было необычное, не было ощущения препятствия для усмотрения, сознание будто двигалось за информационным наполнением мысли.

Мысли пока возникали хаотично в прямой зависимости того, что возникало в памяти или на что обращал внимание. Находясь на высокой орбите в пространстве над Америкой, он мог видеть свободно то, что происходит на территории России. Странно, но он находился будто везде, прекрасно понимая и фиксируя своё истинное местонахождение в образе голограммы, не теряя связи с лабораторией, где проводили опыт.

Виктор прекрасно помнил, как на учёном совете забраковали их идею импульсного течения жизни и существования, которая определяет голографическое строение всего Сущего. Эта безумная идея разбивала в дребезги всю фундаментальную науку современного виденья мира. Принцип импульсного течения существования и жизни?.. это будто войти в фильм на экран и создать иллюзию жизни…

Идея, действительно была безумна, хоть и проста и безупречна, но из разряда – то, чего не может быть, то есть не может быть никогда. Но почему? Может быть, мы сами методом открытия тех или иных законов, создаём то, что происходит, будто играем роли в фильме, который прежде пишем в виде законов, определений, открытий.

А идея заключается в том, что любая, так называемая частица материи одновременно существует и в полевой форме жизни, которая бесконечна по сути своей. Одновременно, не значит замирание, скорее пульсация со скоростью бесконечное количество импульсов в момент времени. Если рассматривать человека, то человек существует и в объективной реальности и в виде полевой формы жизни, но осознаёт себя, будучи в теле, только в материальном виде, не имея возможности осознавать себя в виде поля.

Эксперимент заключался в том, чтобы научиться жить не только в виде объективной реальности, но и осознавать себя в виде полевой формы жизни, хотя понятие материи при таком понимании исчезает, как фактор, остаётся понятие пульсации бесконечного пространства от высокоэнергетических квантов к низкоэнергетическим.

После полного разгрома, как им казалось, их версий, у молодых учёных был шок. Виктор и ещё несколько сотрудников научно-исследовательского проекта – «Гранит – 3М», решили бросить свою научную деятельность, потому что, в принципе, всё было понятно, но вычисления и доказывания уводили в такие дебри формул, что ещё больше запутывали, чем помогали. Вероятно, это оттого, что они пытались доказать законы времени пространственными символами и определениями. Его друзья ещё колебались, но Виктор решил твёрдо уйти из науки. Собравшись, он пошёл попрощаться со своими друзьями, особенно с Ниной, так звали его сотрудницу. Она всегда поддерживала его во всём и понимала его лучше других, была его страховкой, единственным человеком в проекте, на которого он полагался полностью. Нина же не захотела оставаться в проекте без него.

Тогда они, действительно, были выведены из проекта, но не уволены из науки. Более того, их попросили в категорической форме продолжить разработки своих безумных идей, только уже в другом месте их необъятной страны. Так они попали в небольшой Сибирский город, где занялись разработкой дальней лазерной локации, которая по замыслу должна была начать визирование орбитальных, как и наземных объектов монохроматическими импульсами высокоэнергетических квантов. Эти разработки уже прошли первичные испытания и были зарезервированы. Строились новые объекты, которые при запуске должны были полностью перекрыть любые несанкционированные вторжения на территорию Советского Союза, как в воздухе, так и на земле.

На эти разработки были выделены огромные средства из бюджета и были созданы благоприятные условия для исследований. Новые исследования дальней лазерной локации шли успешно и поэтому проблем с финансированием не возникало. И, наряду с легальными исследованиями, небольшая группа учёных разных направлений вела параллельно и психологические исследования с привязкой к тем знаниям, которые уже имели.

На этот раз выход в открытый космос в виде голографического образа проходил тайно даже от руководства института. Они часто проводили несанкционированные опыты и по какой-то детской наивности не понимали, почему при жёстком контроле их всё ещё не обнаружили… НЕ понимали того, что за ними просто наблюдают, потому и позволяют больше, чем кому-либо.

Будто издалека раздался в наушниках далёкий голос Нины:

– Гранит, гранит – фиксирую замедление пульса и понижение температуры тела. Что это?.. будем выводить из состояния квантовой реальности.

Выводить?.. почему?.. Виктор чувствовали себя привязанным к невидимому лучу света, решил удалиться от Земли, и произошло замедление пульса… «Как же неудобно, когда нет обратной связи»… Решил, что в следующий раз надо обязательно предусмотреть такую возможность. Понимая, что его не слышат, произнёс несколько фраз, в надежде, что приборы как-то зафиксируют эти слова. Ему давно нравилась милая, скромная женщина, которую звали Нина, но прямо ей никогда ещё не признавался, только благодарил за сотрудничество…

– Нина, я тебя люблю!.. очень, очень!.. – произнёс Виктор медленно и спокойно, наблюдая за тем, что с ним происходит. В груди появилось тепло, которое в виде волны стало подниматься вверх, согревая всё тело.

И тут опять услышал голос Нины…

– Температура тела пришла в норму, пульс стабилизировался, можно продолжать, – добавила, немного погодя, – Витя, зафиксируй что чувствуешь и что делал, чтобы понять эти скачки пульса…

Но Виктор уже не слышал, с волной тепла он почувствовал освобождение от зависимости тела и устремился с огромной скоростью в полёте над Землёй. Это был полёт и, в то же время, этот полёт невозможно было охарактеризовать символикой полёта – мгновенное перемещение в любую точку околоземного пространства, не было инерции, остановки или ощущения сопротивления окружающей среды. Чтобы хоть как-то привязать в сознании то, что происходит, Виктор создавал в сознании некоторые моменты времени, как ярлыки или узелки на память, обозначая их маленькими фразами. Всё движется, а он стоит на месте, но движется будто внутри, как музыка звучит в сознании и объективными образами проявляется вне в потоках его луча внимания.

Главное, что Виктор попытался зафиксировать в сознании, так это то, как и почему меняются все законы существования в случае изменения сознания от объективного к субъективному состоянию. Он пытался понять саму причину такой метафоры. Где-то в глубине сознания зрела мысль понимания, но в виде вывода образ в сознании таял, будто это мысль не его, а!.. чья?.. Вдруг осенило, как предположение!.. пока только, как предположение – образ переходит в разряд планетарного.

Рождённый образ в его сознании, что возможно только в объективной реальности, в полевой форме мысли становятся планетарными. Именно, поэтому он не чувствует инерции, сопротивления окружающей среды и… это же так просто!.. так просто!.. он становится целой планетой и относительно планеты исчезают все состояния тела человека. Но где же связь?.. где связь планеты Земля и его, как человека?.. Мысль никак не могла сформироваться в образ понимания.

«Не из квантового – подумал Виктор, – из состояния внутриутробного плода». И это просто… раствор, в который помещался испытуемый, создавался по свойствам жидкости внутриутробного наполнения матки во время формирования плода. Этот раствор служил и катализатором, и проводником, и электролитом импульсов лазерной накачки высокоэнергетических квантов, который выводил человека в состояние полевой формы жизни, не отключая от объективной реальности. В этом случае объективный образ (тело) осознавалось в том месте, куда направлен луч внимания, как голограмма-проекция в пространстве.

Он понимал, что что-то зафиксировать необходимо, что-то очень важное, очень… Напряг сознание, но так ни к чему и не пришёл… оставил в памяти лишь узелок на память – Земля и Человек… точка единения. Импульс потихоньку затухал, будто из состояния сна он пробуждался. Нина медленно меняла состав раствора введением некоторых химических элементов, доводя его до состояния «вод» предродовых, в нужный момент автоматически открывался клапан, и капсула освобождалась от раствора.

Не первый раз Виктор проходил процесс искусственно созданного рождения, но всё никак не мог привыкнуть. Объективное осознание действительности начинало в одно мгновение давить с огромной силой, прижимая к полу. Трудно и даже невозможно сделать первый шаг, всё тело наполнялось тяжестью свинца, который плавился в огне и свете. Кричать хотелось, сил не оставалось, но понимал, что надо, иначе сожмёт в ком огненный или совсем в чёрную дыру… Он глубоко вздохнул, как в первый раз, подумал – дышит ли он, когда в полевую форму жизни выходит?.. вдруг задохнулся беззвучным криком, сознание теряя.

Вот теперь-то нужен человек, который «роды» принимает, и это Нина, она как чародей всё фиксирует, что Виктор говорит, все изменения, что происходят в бессознательном состоянии, и этот момент самый важный был до сегодняшнего дня. Нина называла моментом истины этот момент, потому что, пусть хаотически, он ей в подробностях рассказывал, что с ним происходило. После полного «пробуждения», Виктор почти ничего не помнил без напоминания, поэтому и нужен человек, который задаёт вопросы, и записывает ответы, пока он входит в объективный образ осознания себя. На эту роль способны единицы, те, кто умеет, знает, какие вопросы задавать и как создать поток тепла от матери к рождённому младенцу.

Камера фиксировала каждое мгновение, звук, слово, фразу. Нина медленно освобождала Виктора от скафандра, в котором он был почти нагой, будто и вправду роды принимала. Освободила голову сначала, поцеловала нежно в лоб, глаза и губы (всё равно не вспомнит), она всё знала, что произойдёт в дальнейшем с ним, не первый раз выводит его из состояния, в котором Виктор пребывает во время опыта. Между делом вопросы задавала, на которые он мгновенно отвечал, не в виде чёткого рассказа, в виде слов, порою фраз, которые они потом будут разбирать и не вдвоём, а группой.

В группе было восемь человек разных ветвей науки. По именам в проекте друг друга не называли кроме их, условно называли по специализации деятельности в науке. Был в их группе физик, математик, астроном, биолог, химик, медик и Виктор с Ниной, как подопытный материал. Это был их проект, и потому это не оспаривалось, не обсуждалось даже, потому как тайным был проект, тайным от всех, кроме тех, кто непосредственно участвовал в какой-либо форме. Разумеется, о их проекте знал директор института, но не вмешивался, не афишировал, и даже то, что знает он. О том, что знает руководитель, знал только Виктор.

По сути, всё с него и началось, ещё тогда, когда Виктор учился в университете на первом курсе мат-меха. Был у них преподаватель физики Иванченко Александр Николаевич, с которым он часто вступал в нестандартные дискуссии, не свойственные уровню первого курса. Он его заметил, нестандарт мышления и творческий подход к любой проблеме, предложил перейти на физ-фак и после окончания предложил участие в сверх секретном проекте дальней лазерной локации – Гранит – 3М, в котором Виктор официально находится и сейчас под руководством бывшего преподавателя физики в университете.

Всё это мгновенно пронеслось в сознании его, пока на вопросы Нине отвечал. Понял вдруг, что помнит всё и понимает, нет разрыва в сознании полевой формы жизни с объективной.

Нина же не знала и продолжала, как ребёнку задавать вопросы, нежно обтирая лицо от лёгкой испарины:

– Рассказывай, мой милый, где сегодня был, что видел?.. – как спокойный ручеёк голос её журчал.

– Сначала руки мне освободи, теплом сердца накорми, а после вопросы задавай – ответил Виктор, глаз не открывая.

Нина почувствовала изменение, но ещё не разобралась, машинально произнесла:

– Ну конечно, накормлю-у – освободила руки из скафандра.

«Ох и зря» – подумал Виктор, понимая, что она не понимает. Как только освободились руки, он обнял её, привлёк к себе и чмокнул в губы. Нина опешила сначала… «Он всё помнит»!.. вспомнила, как она его будто облизывала, чтобы в сознание ввести.

– А чё, тебе можно целоваться, а мне нельзя?..

– Но-о?..

– Не оправдаешься теперь, что любишь, чувствую твоё тепло, и сердце тает, я ведь ещё наполовину здесь, а сердце там.

Очнулась Нина, наконец, и прекратила обтирать, посмотрела вызывающе немного:

– Так ты всё помнишь?..

– Нет, сегодня первый раз, но ещё не разобрался – сверкнул глазами, радостно продолжил, – я помню всё сегодня и сейчас будто плыву, точнее, качаюсь на волнах тех состояний, которые не гасят информационный образ мысли, – посмотрел лукаво, – например, твой поцелуй, касание руками.

– Я тебя, как мама целовала.

– А я?.. как малое дитя, даже младенец грудничок. Не я же виноват, что ты иначе всё воспринимаешь, – засмеялся Виктор.

– Я правильно воспринимаю, просто быстро ты взрослеешь… грудничок.

Не унимался Виктор, энергия кипела, просилась к проявлению, вот-вот вспыхнет огнём.

– Лучше грудь мне дай свою-у… материнскую, чтобы мог огонь я погасить и спокойствия насытиться нектаром.

Не понимала Нина, что это?.. наглость или всё же желание грудничка?.. За последние дни она так вжилась в роль мамы по отношению к нему, что машинально оголила грудь, приподняла голову, направив сосок в рот. Виктор, действительно, прильнул к груди, как маленький ребёнок грудничок, нежно руками пожимая, наполняясь силой.

Они оба уже не понимали, что происходит, им было просто хорошо. Нина дважды матерью была и знала, как младенец грудь сосёт, здесь всё воспринималось так же, только будто провалилась в нечто, проживая состояния его жизни, того периода, что называли они квантовым состоянием сознания… она просто сидела и смотрела на зачарованное счастье.

– Я замужем и дети у меня-а…

Она, действительно, была замужем, только муж никакого отношения к науке не имел. И она бы не имела, как врач, всегда была работа, но жизнь предложила ей прикоснуться к тайне, и согласилась Нина. Считала, что жизнь у неё сложилась.

– И что?.. я требую от тебя чего-то большего, что требует младенец?

– Нет, – как эхо, откликнулась она, даже оскорбившись чуть, что он большего не требует, не просит…

– Понимаешь – загорелся Виктор, пряча её грудь в бюстгальтер, – наш опыт… я будто умирал и уходил в неведомые дали, а после возвращался-а… рождался вновь и вновь. Было прекрасно, когда уходил, всё помнил там, когда рождался, всё забывал.

– А сейчас?.. – спросила тихо Нина, платье поправляя.

– Сегодня помню всё.

– И то, как ты мене в любви признался, теплом сердца своего моё наполнил?

– Ты поняла-а?.. – вдруг догадался Виктор, но не смутился, – не обязывает это тебя, Нина, мы эксперимент проводим.

– Но ведь это наша жизнь!.. не боишься всё разрушить?..

Виктор, полностью освобождённый от скафандра, попытался встать, но начал падать, закружилась голова, вот отчего, пока не понял. Нина поддержала, усадила рядом, глядя прямо в глаза с вопросом.

– Не боюсь. Давно решил, иначе бы не стал экспериментировать с собою – грустно посмотрел на Нину, – ты можешь выйти из проекта, никто не знает, чем он может закончиться, хотя-а…

– Что хотя?..

– Хотел опыт усложнить, выйти в состояние полевой формы жизни вместе.

– То есть?.. – но мысль кружилась интересом, – ещё одна капсула нужна…

Виктор посмотрел на капсулу, из которой только что был освобождён, понял, что для двоих она мала.

– Сделаем ещё одну, побольше, попрошу у Александра Николаевича, думаю, что не откажет.

Нина обняла вдруг Виктора, всего расцеловала и весело расхохоталась:

– Я согласна, – опять чмокнула его, как самое любимое и милое дитя.

– А я о чём – обрадовался, как ребёнок, Виктор, – почему бы нам ещё двойняшками не стать, сестричка?..

– Только двойняшками?.. – лукаво улыбнулась Нина.

– Там посмотрим, лучше дай название проекту…

Сразу мысль в сознание мелькнула:

– «Реактор Жизни – На-Ви»

– Почему На-Ви?.. не понял Виктор.

– Две последние буквы моего имени и две первые твоего – палец приставила к губам, – это будет наш проект… ты ведь не расскажешь ни кому?

– Не расскажу, – он встал, – я пойду, умоюсь и оденусь, вроде пришёл в норму, да и время уже много, разбор полётов завтра. – Он встал, отправился в душевую, Нина смотрела ему вслед, он таким маленьким казался, беззащитным, как младенец, что почему-то сердце защемило.

Было интересно Нине, Виктор всегда после выхода из состояния полевой формы жизни воспринимался, как младенец – чистый внутренне и беззащитный внешне, хоть и по жизни был волевым, чуть-чуть категоричным, бескомпромиссный, сильный, наглый в меру… Она только что совершила действие, не свойственное принципам её морали, но не было стыда, раскаяния, тревоги… почему?.. или она так вжилась в образ мамы?.. Конечно же, это безумие, но их проект безумен, по большому счёту изначально, ведь он противоречит многим законам фундаментальной науки, но и не сейчас всё началось…

Глава 2

В конце шестидесятых на орбиту Земли был выведен аппарат с формулировкой для метеорологических и геодезических исследований. На орбите он работал длительное время, но, в принципе, никто не знал его истинного предназначения. На самом деле это был грандиозный сверхсекретный проект Советского ВПК дальней лазерной локации. Тогда с помощью этого спутника сильнейшая лазерная установка импульсной накачки начала визирование орбитальных объектов, по сути, обстреливая их монохроматическими пучками высокоэнергетических квантов. Обстрел вёлся с земли, спутник корректировал направление. Параллельно велось исследование ионосферы Земли, как универсального проводника статического электричества.

Проект Гранит был предназначен, в первую очередь, для выявления спутников шпионов, которые в семидесятые годы стаями носились на низких орбитах вокруг Земного шара и вывода их из рабочего состояния над территорией Советского Союза. Сначала стали выходить из строя большие плёночные интегральные схемы и спутники шпионы оглохли, ослепли, онемели, но и на этом всё не закончилось, так как выходила из строя вся электроника и фотосенсорные множители «звёздной привязки». Больше сотни спутников за короткое время превратились в космический мусор.

Разумеется, в то время американцы приняли меры и запустили пилотируемый шатл, напичканный электроникой, чтобы найти причину и источник секретного оружия на территории СССР, но у шатла отказала не только электроника, оказалась бесполезна, но и пилоты вошли в состояние сна, граничащего с обмороком.

Ещё раньше в малых масштабах аппарат был использован в 1969 году во время Советско-Китайского конфликта в Казахстане. Было уничтожено большое количество военных, вторгшихся на территорию Советского Союза. Возможно, что применение этого секретного оружия остановило большую войну между двумя огромными государствами.

После успешных испытаний на орбите, в условиях холодной войны, объект был выведен из эксплаотации и законсервирован. Но было развёрнуто строительство ещё двух объектов – второго и третьего. Считалось, что запуск трёх объектов на территории Советского Союза, который планировался на 1987 год, полностью прикроет территорию СССР от любых космических и земных вторжений, некое универсальное ПРО визирования всех зон риска, как на земле, любой её точки, так и в космосе.

Нина в проект попала по направлению после окончания Медицинского института и не за хорошее поведение, а за особый склад ума, ума исследователя и творческого подхода к любому действию или событию. Виктор попал в проект чуть позже так же по рекомендации Университетского руководства, так считал. В работу более плотно включились в начале восьмидесятых. К тому времени достижения в секретных научных лабораториях были весьма существенны и проект «Гранит-3М» постоянно совершенствовался и развивался. Параллельно велись и другие разработки лазерных и квантовых технологий.

Тогда не они, не многие другие молодые специалисты не понимали такого пристального к ним внимания. Они просто не понимали, что разработки кандидатов велись буквально с первого курса всех ВУЗов. Проводились тайные психологические проверки на устойчивость, патриотизм, нравственность, мышление. Учитывались любые мелочи, умение, способность к действиям, самостоятельность, готовность к жертве, нестандартные способности.

Виктора все называли ходячей энциклопедией безумных идей, хоть он часто получал отказ от проверки той или иной версии своих замыслов, которые, конечно же, были грандиозны. По натуре внешне, он был ленив в науке, не любил доказывать, был практиком, а не теоретиком. Уверенный всегда до абсурда в своих идеях, пытался доказать практически, но не теоретически, поэтому для доказательства, зачастую, сам становился подопытным экспонатом, готов был идти на любые риски во имя доказательства своей очередной безумной идеи, даже если она противоречила всем законам фундаментальной науки. И даже тогда, когда он практически доказывал, теоретически не мог выразить в формулах, достижение отвергалось или шло в разработку теоретикам, которые по крупицам создавали себе лавры первооткрывателя. Но Виктора это мало смущало, ведь ещё так много непознанного и непонятного, успеет и он себе лавры ещё наработать.

Его любили, но и боялись – это смертник науки, просто ценили за нестандартность мышления. Чтобы хоть немного уменьшить риск смертника, Нина, как врач, добровольно и незаметно для себя стала гарантом и наблюдателем его здоровья и психологического состояния. Таким образом, они неотвратимо оказались в проекте рядом. Он для неё стал самым эффективным лабораторным экспонатом, прекрасным подопытным для уникальных исследований возможностей человеческого организма. Что ей нравилось, так это его буйная непредсказуемость и, как сначала казалось, хаос мышления, который на поверку оказывался уникальным порядком взаимодействия квантовых запутанностей моментов времени в системе – информация-энергия. Он не строил логическую цепочку, а будто разгадывал кроссворд и там не важно, какое слово разгадать сначала, какое в конце, важен был общий и конечный результат.

Особенно Виктору не давали спокойствия идеи, не принимаемые наукой. В таких случаях он под разными предлогами набирал группу энтузиастов теоретиков и сам становился подопытным экспонатом. Совсем недавно он вел исследование воздействия на человека сверхнизких частот колебаний, вдруг забросил без всякого объяснения и начал исследование импульсной лазерной накачки высокоэнергетических квантов в момент времени и воздействия на организм человека. И только Нина знала, что исследования воздействия сверхнизких частот колебаний Виктор не забросил, а приостановил, как слово, разгаданное в кроссворде, не требует к себе внимания, но служит хорошим вариантом для выявления слов в пересечении.