Повелители драконов. Последняя цитадель. Чудотворцы
- -
- 100%
- +
Карколо с подозрением взглянул на собеседника и хлопнул по бедру украшенной золотыми бусинами кисточкой ножен. «Послушай! – сказал он. – Святоши поселились на Аэрлите раньше нас. Как давно, никто не может сказать. Это великая тайна. По сути дела, что мы знаем о святошах? Почти ничего. Они обменивают металл и стекло на нашу провизию, живут в глубоких пещерах и верят в отчуждение, мечтательные размышления, невмешательство – как бы это ни называлось. Все это совершенно недоступно моему пониманию», – Карколо бросил на Джоаза вызывающий взгляд, но Джоаз всего лишь молча поглаживал длинный подбородок. «Они изображают из себя не более чем приверженцев метафизического культа, – продолжал Карколо, – но фактически святоши – исключительно таинственный народ. Кто-нибудь когда-нибудь видел святошу-женщину? Как насчет их голубых огней, их молниеразрядных башен, их волшебства? Зачем святоши приходят и уходят по ночам, не говоря ни слова? Что за странные тени летают иногда по небу – может быть, они летают на другие планеты?»
«Всякое рассказывают, не спорю, – отозвался Джоаз. – Насколько можно верить этим слухам…»
«А теперь мы подходим к самой сути моего предложения! – заявил Эрвис Карколо. – Вероучением святош, насколько нам известно, запрещаются стыд, запреты, страх, беспокойство о последствиях. Поэтому они вынуждены отвечать на любой заданный им вопрос. Тем не менее, независимо от вероучения, им удается сделать полностью невразумительной любую информацию, которую может из них выжать терпеливый человек».
Джоаз с любопытством взглянул на собеседника: «По-видимому, ты предпринимал такие попытки».
Эрвис Карколо кивнул: «Да. Почему бы я это отрицал? Я допрашивал трех святош, решительно и настойчиво. Они отвечали на все вопросы серьезно, спокойно и вдумчиво, но при этом ничего мне не сказали, – Эрвис огорченно покачал головой. – Поэтому я предлагаю применить принуждение».
«Ты – храбрый человек».
Карколо скромно стушевался: «Я не посмел бы прибегать к насилию. Но святошам нужно что-то есть. Если долина Банбеков и Счастливая долина будут сотрудничать, мы могли бы применить очень убедительное средство убеждения: голод. В результате их ответы могут стать более содержательными».
Джоаз поразмышлял несколько секунд. Эрвис Карколо поигрывал кисточкой ножен. Наконец Джоаз сказал: «Это не легкомысленный, изобретательный план – по меньшей мере на первый взгляд. Какого рода информацию ты надеешься добыть? Короче говоря, в чем состоят твои конечные цели?»
Карколо подвинулся ближе, ткнул Джоаза указательным пальцем: «Мы ничего не знаем о других планетах. Мы заброшены в этом несчастном мире скал и ветров, а жизнь проходит! Ты предполагаешь, что протопласты правят звездным скоплением – но что, если это не так? Что, если Древняя Власть вернулась? Подумай о богатых городах, о роскошных курортах, о дворцах и развлекательных островах! Взгляни в ночное небо, представь себе сокровища, которые могут быть нашими! Ты спрашиваешь: как это возможно, как могут осуществиться такие мечты? Я отвечаю: все это может быть настолько просто, что святоши охотно предоставят нам необходимые сведения».
«Ты имеешь в виду…»
«Связь с мирами, населенными людьми! Освобождение из этого одинокого маленького мира на краю Вселенной!»
Джоаз Банбек с сомнением кивнул: «Великолепный план. Но имеющиеся свидетельства позволяют предположить, что сложилась иная ситуация – а именно, что Человеческая Империя рухнула, а люди истреблены».
Карколо развел руками, демонстрируя терпимость, не отягощенную предубеждениями: «Возможно, ты прав. Но почему бы не расспросить святош? Конкретно я предлагаю заключить соглашение о выполнении моего плана. Затем мы попросим Демие принять нас. Зададим ему наши вопросы. Если он ответит добровольно, тем лучше. Если он начнет уклоняться, мы сможем действовать заодно. Прекратим поставки провизии святошам, пока они не объяснят, просто и понятно, то, что мы хотим узнать».
«Существуют другие долины, ложбины и расселины», – задумчиво заметил Джоаз.
Карколо отмел это возражение кратким жестом: «Мы можем воспрепятствовать любой такой торговле, прибегнув к убеждению – или к устрашению драконами».
«Сущность твоего предложения кажется мне привлекательной, – сказал Джоаз, – но я боюсь, что не все так просто».
Карколо молодцевато похлопал кисточкой по бедру: «Почему же?»
«Прежде всего, Коралайн разгорелся в небе. Это должно беспокоить нас больше всего. Если Коралайн удалится, а протопласты не нападут – тогда у нас будет время решить вопрос о связи с другими мирами. Опять же – и это, пожалуй, имеет самое непосредственное отношение к твоему плану – я сомневаюсь в том, что святош можно принудить к подчинению. По сути дела, я думаю, что это очень маловероятно. Больше того, я считаю, что это невозможно».
Карколо моргнул: «На каких основаниях?»
«Они ходят голые под мокрым снегом и градом. Почему ты думаешь, что святоши боятся голода? Они могут заняться сбором диких лишайников. Разве мы можем это запретить? Возможно, ты посмеешь применить какое-то средство принуждения – но только не я. То, что говорят о святошах, может быть не более чем суеверием – а может оказаться и преуменьшением».
Эрвис Карколо с отвращением вздохнул: «Джоаз Банбек, я считал тебя решительным человеком. А ты всего лишь ищешь, к чему бы придраться».
«Это не придирки. Я указываю на важнейшие недостатки твоего плана, способные привести к катастрофе».
«Ну хорошо. А сам ты мог бы что-нибудь предложить?»
Джоаз погладил пальцами подбородок: «Если Коралайн отдалится от Скины – и мы останемся на Аэрлите, а не закончим свои дни в трюме звездолета протопластов – тогда мы сможем придумать, каким образом выведать секреты святош. Тем временем настоятельно рекомендую подготовить Счастливую долину к новому набегу. Ты потратил чрезмерные средства на новые питомники и загоны. Оставь их в покое и займись прокладкой надежных туннелей!»
Эрвис Карколо неподвижно смотрел на долину Банбеков: «Я не привык обороняться. Я нападаю!»
«Ты собрался вести драконов в атаку на ионные разрядники и тепловые излучатели?»
Карколо снова взглянул на Джоаза: «Могу ли я рассматривать тебя как союзника в том, что относится к моему плану?»
«В самом широком смысле слова – несомненно. Тем не менее я не намерен морить голодом святош или принуждать их каким-либо иным образом. Это может быть не только тщетно, но и опасно».
На какой-то момент Карколо потерял способность сдерживать отвращение к Джоазу – его губы покривились, кулаки сжались: «Опасно? Чепуха! Чем могут угрожать голые пацифисты?»
«Мы не знаем, пацифисты ли они. Знаем только, что они – люди».
Карколо снова изобразил сердечное благодушие: «Возможно, ты прав. Но – как минимум в принципе – мы союзники?»
«В какой-то степени».
«Хорошо. Предлагаю в случае нападения, которого ты боишься, действовать совместно, руководствуясь общей стратегией».
Джоаз рассеянно кивнул: «Это может быть полезно».
«Давай согласуем планы. Предположим, протопласты опять приземлятся в долине Банбеков. В таком случае предлагаю твоим людям укрыться в Счастливой долине. В тоже время армия Счастливой долины объединится с твоей армией, прикрывая отступление. Таким же образом, если они нападут на Счастливую долину, мой народ сможет найти убежище в долине Банбеков».
Джоаз рассмеялся – такое предложение его явно позабавило: «Эрвис Карколо, ты принимаешь меня за идиота? Возвращайся к себе в долину, выкинь из головы величественные глупости и займись обороной. И поскорее! Коралайн светится все ярче!»
Карколо напрягся: «То есть ты отказываешься заключить со мной союз?»
«Ни в коем случае. Но я не могу обещать защиту твоих людей и тебя самого, если ты не поможешь себе сам. Если ты удовлетворишь мои требования и продемонстрируешь свою полезность в качестве союзника – тогда мы поговорим о сотрудничестве еще раз».
Эрвис Карколо развернулся на каблуках и подал знак Басту Гиввену и двум молодым вожатым. Без дальнейших слов, даже не оглянувшись, он вскочил в седло роскошного Паука и пришпорил его так, что Паук галопом понесся по Пределу и дальше, вверх по Звездопадному Склону. Его люди последовали за ним, хотя и не так стремительно.
Глядя им вслед, Джоаз недоуменно покачал головой. Затем, оседлав своего Паука, он спустился по тропе в долину Банбеков.
V
Тянулся долгий аэрлитский день, протяженностью равный шести древним суткам. В Счастливой долине кипела угрюмая деятельность, создававшая ощущение целенаправленности и приближения переломного решения. Драконов упражняли плотным строем. Вожатые и сигнальщики выкрикивали команды резче, чем обычно. В арсенале отливали пули, смешивали порох, точили и шлифовали мечи.
Эрвис Карколо довел себя до состояния мелодраматической бравады, утомляя до упада дракона-Паука различными упражнениями. Вооруженные силы Счастливой долины состояли главным образом из Термагантов – небольших проворных драконов со ржаво-красной чешуей, узкими вытянутыми вперед головами и острыми, как долота, когтями. У них были сильные, хорошо развитые брахи, они умели одинаково ловко пользоваться пиками, саблями и булавами. У человека, посмевшего тягаться с Термагантом, не было никаких шансов – чешуя драконов отражала пули и удары, нанесенные людьми изо всех сил. С другой стороны, человека убивал на месте один удар клыка или один взмах серповидного когтя.
Плодовитые и неприхотливые Термаганты процветали даже в условиях питомников Счастливой долины; именно поэтому они преобладали в составе армии Карколо. Такое положение вещей вызывало недовольство Баста Гиввена, главного повелителя драконов, сухощавого жилистого человека с приплюснутым кривым носом и черными глазами, непроницаемыми, как лужицы чернил на блюдце. Как правило немногословный, даже молчаливый, он становился почти красноречивым, когда возражал против нападения на долину Банбеков: «Послушай, Эрвис Карколо! Мы можем напустить на них орду Термагантов, а также достаточное число Длинноногих и Длиннорогих Убийц. Но Синюшных Ужасов, Дьяволов и Джаггеров – нет! Если нас окружат на склоне, мы погибли!»
«Я не намерен драться на склоне, – отвечал Карколо. – Я сам выберу место битвы с Джоазом Банбеком. Его Джаггеры и Дьяволы бесполезны на утесах. А в том, что касается Синюшных Ужасов, наши силы почти равны».
«Ты не учитываешь одну проблему», – заметил Баст Гиввен.
«И в чем она заключается?»
«В невероятности того, что Джоаз Банбек последует твоему плану. На мой взгляд, он очень неглупый человек».
«Каковы основания для такого мнения? – набросился на повелителя драконов Карколо. – Все, что я о нем знаю, свидетельствует о нерешительности и тупости! Так что мы нанесем разрушительный удар! – Карколо шлепнул кулаком по ладони. – И таким образом покончим с высокомерными Банбеками!»
Баст Гиввен повернулся, чтобы уйти, но Карколо гневно приказал ему вернуться: «Ты не проявляешь никакого энтузиазма перед битвой!»
«Я знаю, на что способна и на что неспособна твоя армия, – откровенно заявил Гиввен. – Если Джоаз Банбек таков, каким ты его себе представляешь, мы можем преуспеть. Но если у него между ушами хотя бы столько же мозгов, сколько у пары грумов, разговор которых я слышал десять минут тому назад, нас ожидает катастрофа».
Голосом, сдавленным от гнева, Карколо произнес: «Возвращайся к своим Дьяволам и Джаггерам. Я хочу, чтобы они не уступали проворством Термагантам».
Баст Гиввен ушел. Карколо вскочил на ближайшего Паука и пришпорил его. Тварь бросилась вперед, резко остановилась и выгнула длинную шею, посмотрев Карколо в лицо. Карколо закричал: «Пошел, пошел! Давай, быстро, пошевеливайся! Покажи этой деревенщине, что такое настоящий галоп!» Паук рванулся вперед с такой яростью, что Карколо перекувыркнулся через спину и свалился, ударившись шеей. Он лежал и стонал. Подбежали грумы, помогли ему взобраться на скамью – Эрвис сидел и тихо, непрерывно ругался. Врач осмотрел его, нажимая и тыкая пальцами то там, то здесь, порекомендовал Эрвису лечь в постель и заставил его проглотить успокоительную микстуру.
Карколо отнесли в апартаменты под западной стеной Счастливой долины и поручили заботам его жен; он проспал двадцать часов. Когда он проснулся, уже миновал полдень. Карколо хотел было встать, но обнаружил, что ушиб делал каждое движение слишком болезненным, и со стоном снова лег. Через некоторое время он вызвал Баста Гиввена – тот явился и без каких-либо замечаний выслушал проклятия и жалобы Карколо.
Наступил вечер, драконы вернулись в загоны. Теперь оставалось только ждать рассвета.
Долгой ночью Эрвиса Карколо подвергали различным лечебным процедурам: его массажировали, он принимал горячие ванны, ему заваривали настойки, ему делали припарки. Он прилежно упражнялся и, когда ночь подошла к концу, объявил, что выздоровел. Над головой звезда Коралайн – намного ярче всех остальных звезд – дрожала ядовитыми оттенками красного, зеленого и белого. Карколо отказывался взглянуть на эту звезду, но не мог не замечать ее сияние краем глаза каждый раз, когда выходил под открытое небо.
Приближался рассвет. Карколо собирался выступить, как только драконы станут управляемыми. Перемигивание зарниц на востоке предвещало утреннюю грозу, все еще притаившуюся за горизонтом. Принимая всевозможные меры предосторожности, драконов вывели из загонов и построили в маршевую колонну. Термагантов было почти три сотни, Длинноногих Убийц – восемьдесят пять, столько же Длиннорогих убийц, Синюшных Ужасов – сотня, приземистых, невероятно мощных Дьяволов с шиповатыми стальными шаровыми наконечниками хвостов – пятьдесят два, Джаггеров – восемнадцать. Драконы ворчали и рычали друг на друга, ожидая любой возможности пнуть соседа или откусить ногу зазевавшегося грума. Темнота подогревала их подспудную ненависть к людям, хотя им ничего не рассказывали ни об их происхождении, ни об обстоятельствах их порабощения.
Рассветные молнии сверкали и гремели, озаряя контуры высоко торчащих скал и головокружительных пиков хребта Малёр. Гроза пронеслась над головой в сторону долины Банбеков, завывая порывами ветра и поливая бойцов шквалами дождя. Восточный небосклон осветился бледным серо-зеленым заревом, и Карколо подал знак к выступлению. Все еще малоподвижный из-за ушибов и кровоподтеков, он подошел, прихрамывая, к своему Пауку, взобрался в седло и приказал твари исполнить особый, впечатляющий курбет. Карколо просчитался: ночная злоба все еще не выветрилась из сознания дракона. Он закончил курбет хлестким движением шеи, снова повалившим Карколо на землю, где он теперь лежал, почти обезумев от боли и отчаяния.
Карколо попытался встать и упал; попытался снова и потерял сознание. Пять минут он лежал в беспамятстве, но затем сумел подняться – казалось, заставив себя это сделать одной силой воли, вопреки своему телу. «Поднимите меня в седло, – сдавленно прошептал он. – Привяжите меня к седлу. Мы должны выступить». Так как он очевидно не мог командовать походом, никто не двинулся с места. Карколо, вне себя от бешенства, хрипло позвал Баста Гиввена: «Выступайте! Теперь уже нельзя останавливаться. Тебе придется командовать войсками».
Гиввен мрачно кивнул. Такая честь не доставляла ему никакого удовольствия.
«Тебе известен план атаки, – хрипел Карколо. – Обогните Клык с севера, как можно скорее перейдите через Сканс, поверните на север вокруг Голубой Расщелины, потом на юг вдоль Предела Банбеков. Возможно, там Джоаз Банбек уже заметит ваше приближение. Нужно развернуть колонну так, чтобы, когда он напустит на вас Джаггеров, вы могли отбросить его Дьяволами. Не рискуйте Джаггерами, беспокойте его Термагантами, а Убийц припасите для решающего удара в том месте, где он достигнет гребня. Ты меня понял?»
«Если все будет так, как ты говоришь, победа нам обеспечена», – пробормотал Баст Гиввен.
«Так оно и будет – если ты не допустишь непростительную ошибку. А, моя спина! Не могу пошевелиться! Пока бушует великая битва, я должен сидеть в питомнике и смотреть на то, как вылупляются мальки! Ступайте же! Нанесите разрушительный удар во имя Счастливой долины!»
Гиввен отдал приказ; армия двинулась вперед. Термаганты бросились в авангард, за ними шли гибкие Длинноногие Убийцы и более массивные Длиннорогие Убийцы, сверкая стальными наконечниками фантастических нагрудных шипов. За ними грузно топтались Джаггеры – хрюкая, булькая, лязгая зубами в такт сотрясающим почву шагам. С обеих сторон Джаггеров маршировали Дьяволы с тяжелыми саблями в брахах, вызывающе поднимая над головами стальные шары наконечников хвостов подобно тому, как скорпион поднимает жало. В арьергарде шествовали Синюшные Ужасы, одновременно тяжелые и проворные – они хорошо умели карабкаться по скалам и были не глупее Термагантов. По бокам ехала сотня бойцов – повелители драконов, рыцари, вожатые и сигнальщики, вооруженные мечами, пистолетами и крупнокалиберными мушкетонами.
Лежа на носилках, Карколо наблюдал за тем, как последние отряды его армии скрылись за поворотом, после чего приказал отнести себя обратно к порталу, ведущему к пещерам Счастливой долины. Никогда раньше пещеры не казались ему такими сырыми, грязными и тесными. Он угрюмо взглянул на кучку ютившихся под утесом хижин, построенных из камней, пластин пропитанного смолой лишайника и склеенного дегтем тростника. Когда завоевание долины Банбеков закончится, он приступит к вырубке в утесе новых помещений и залов. Роскошь убранства Вотчины Банбеков была общеизвестна; теперь Счастливая долина должна была выглядеть еще величественнее. Залы будут мерцать опалом и перламутром, серебром и золотом… и, тем не менее, зачем все это? Если все пойдет по плану, он сможет надеяться на осуществление своей великой мечты. А тогда какое значение будут иметь несколько жалких украшений в туннелях Счастливой долины?
Постанывая, он позволил уложить себя на койку и стал развлекаться тем, что воображал продвижение своей армии. Теперь она должна была уже спускаться с Висячего хребта, огибая Клык – скалу полуторакилометровой высоты. Карколо попробовал расправить руки, согнуть и растянуть ноги. Мышцы протестовали, стреляющая боль пронзила все тело – но травмы казались ему уже не такими серьезными. Теперь войска должны были взбираться на осыпи, окаймлявшие обширную пустошь, именуемую Скансом. Врач принес Эрвису микстуру; он выпил ее и заснул. Проснувшись, он тут же встрепенулся: сколько времени прошло? Армия уже, наверное, вступила в бой!
Он приказал отнести себя к внешнему порталу, а затем, все еще не удовлетворенный, заставил слуг переместить себя на другую сторону долины, к новому питомнику драконов, с эстакады которого открывался широкий вид на всю долину. Вопреки протестам его жен, Карколо отнесли туда и устроили настолько удобно, насколько позволяли его ушибы и растяжения.
Эрвис приготовился терпеливо ждать – но ожидание оказалось непродолжительным.
По Северной тропе спускался сигнальщик на загнанном, брызжущем пеной Пауке. Карколо послал грума, чтобы тот встретил посыльного и направил к питомнику. Сам Эрвис, не обращая внимания на боль, поднялся с кушетки. Сигнальщик соскочил с дракона, поднялся, пошатываясь, по эстакаде и, полностью выбившись из сил, облокотился на поручень ограды.
«Засада! – запыхавшись, выпалил он. – Дьявольская катастрофа!»
«Засада? – глухо простонал Карколо. – Где?»
«Как только мы взобрались на Осыпи Сканса. Они ждали, пока не прошли наши Термаганты и Убийцы, а потом напустили на нас Ужасов, Дьяволов и Джаггеров, разделили нас, заставили пятиться и стали сбрасывать валуны на наших Джаггеров! Армия разбита!»
Карколо опустился на кушетку и лежал, глядя в небо: «Какие у нас потери?»
«Не знаю. Гиввен приказал отступать. Мы стали возвращаться, по возможности соблюдая боевой порядок».
Карколо неподвижно лежал, словно потеряв сознание; сигнальщик бросился на скамью.
С севера приближалась поднимающая клубы пыли колонна; через некоторое время можно было уже различить отдельных драконов Счастливой долины. Все они были ранены и плелись в полном беспорядке, подпрыгивая и хромая, иные едва тащились брюхом по земле, выпучив глаза, с хрипом и пронзительными воплями. Первыми приблизились Термаганты, вертевшие по сторонам уродливыми головами; за ними брела пара Синюшных Ужасов, сжимавших и ломавших брахи почти человеческими жестами; за Ужасами плелся, едва держась на широко расставленных ногах, массивный, похожий на огромную жабу Джаггер. Еще не добравшись до загонов, Джаггер с шумом повалился набок, перевернулся на спину и застыл, вытянув к небу ноги с выпущенными когтями.
По Северной тропе спустился Баст Гиввен, изможденный и запыленный. Он спрыгнул с опустившего голову Паука и взошел на эстакаду. Поморщившись от боли, Карколо снова заставил себя подняться с кушетки.
Гиввен отчитался размеренным – даже, казалось, беззаботным – тоном, но даже бесчувственного Эрвиса Карколо это не обмануло. Он недоуменно спросил: «Где именно они устроили засаду?»
«Мы взошли на Осыпи из оврага Хлориса. Там, где Сканс спускается в овраг, выступает и нависает обнажение порфира. Там они нас ждали».
«Потрясающе!» – прошипел сквозь зубы Карколо.
Баст Гиввен едва заметно кивнул.
Карколо сказал: «Допустим даже, что Джоаз Банбек выступил во время рассветной грозы, на час раньше, чем, на мой взгляд, это было возможно. Допустим также, что он погонял драконов, чтобы они бежали со всех ног. Даже если это так, как он смог добраться до Осыпей Сканса раньше нас?»
«Насколько я понимаю, – отозвался Гиввен, – засада нам не угрожала, пока мы не пересекли Сканс. Я намеревался производить разведку, патрулируя Барханный Нанос, вниз по всему Голубому Склону и поперек Голубой Расщелины».
Карколо мрачно согласился с этим планом: «Каким образом, в таком случае, Джоаз Банбек смог так быстро привести отряды к Осыпям?»
Гиввен повернулся, взглянул на долину, где раненые драконы и люди все еще брели вниз по Северной тропе: «Не имею представления».
«Наркотик? – недоумевал Карколо. – Зелье, умиротворившее драконов? Может быть, он устроил бивуак на Скансе и провел там всю ночь?»
«Последнее возможно, – ворчливо признал Гиввен. – Под Барханным Пиком есть пустые пещеры. Если он разместил там войска на ночь, ему оставалось только пересечь Сканс, чтобы устроить засаду».
Карколо крякнул: «Пожалуй, мы недооценили Джоаза Банбека». Он со стоном опустился на кушетку: «Что ж, каковы наши потери?»
Отчет об ущербе был ужасен. От и так уже немногочисленного отряда Джаггеров остались только шестеро. Из пятидесяти двух Дьяволов выжили сорок, но пятеро выживших были тяжело травмированы. Ряды Термагантов, Синюшных Ужасов и Убийц существенно поредели. Многие были разорваны на части в ходе первой лобовой атаки, многие скатились с Осыпей позже под градом валунов – их бронированные туши были беспорядочно разбросаны по каменным завалам. Сотня бойцов тоже пострадала: двенадцать человек были убиты пулями, а четырнадцать погибли во время атаки драконов; еще десятка два получили травмы различной степени тяжести.
Карколо лежал с закрытыми глазами, губы его слабо шевелились.
«Нас спасла только пересеченная местность, – говорил Гиввен. – Джоаз Банбек не хотел рисковать и не пустил драконов в овраг. Если кто-нибудь в этом бою и допустил тактическую ошибку, ошибся Джоаз. Он привел недостаточное число Термагантов и Синюшных Ужасов».
«Небольшое утешение! – прорычал Карколо. – Где остальная армия?»
«Мы заняли выгодную позицию на Висячем хребте. Лазутчиков Банбека мы не видели – ни людей, ни Термагантов. Возможно, он считает, что мы все отступили в долину. Так или иначе, его основные силы все еще сосредоточены на Скансе».
Карколо сделал огромное усилие и поднялся на ноги. Пройдя мелкими шаркающими шажками поперек эстакады, он заглянул вниз, в диспансер. Пятеро Дьяволов скорчились в чанах с бальзамом, ворча и вздыхая. Синюшный Ужас висел в ременной петле и скулил; врачи отделяли секачами обломки его брони от серой плоти. Пока Карколо наблюдал за этой сценой, один из Дьяволов высоко поднялся на ноги – пена обильно текла у него из жабр. Дракон испустил странный мучительный вопль и замертво плюхнулся в бальзам.
Карколо снова повернулся к Гиввену: «Вот что ты должен сделать. Джоаз Банбек, несомненно, выслал вперед патрули. Отступите вдоль Висячего хребта, по возможности скрываясь от патрулей, а затем поверните наверх, на один из перевалов Деспуара – Турмалиновый перевал подойдет. Думаю, что это необходимо по следующим причинам. Банбек допустит, что вы отступаете в Счастливую долину и поспешит на юг, огибая Клык, чтобы напасть на вас, когда вы будете спускаться с Висячего хребта. Как только он задержится под Турмалиновым перевалом, у вас будет преимущество и вы сможете уничтожить Джоаза Банбека со всеми его драконами и бойцами».
Баст Гиввен решительно покачал головой: «Что, если патрули нас обнаружат, несмотря на все предосторожности? Ему останется только последовать за нами и запереть нас в тупике Турмалинового перевала, откуда можно спуститься только по другую сторону горы Деспуар или по Звездопадному Склону. А если мы отважимся выйти на Звездопадный Склон, его Джаггеры разорвут нас за несколько минут».