Театр рыжего демона III. Все по-своему

– Можно подумать, что в Одигоре о них некому позаботиться! – оскорбился Тейлин.

Элька лишь покачала головой и отказалась.

– Спасибо, но нет… Что мне делать в Весте без Дейвора? Нет, конечно, мы с Алексом обязательно будем с вами, но потом, не сейчас. Я должна разобраться со всем, что происходит в моей жизни, что творится в моей голове. Самой разобраться, понимаете? И надо дождаться, когда Дейв вернется… Хочу еще немного побыть в Весте, а потом прошу отправить нас с сестрой обратно. Согласна, Лан?

– Согласна, сделаем так, как ты хочешь, – ответила младшая сестра, хотя она всегда бесилась от того, что все события происходят именно так, как хочет старшенькая.

– Хорошо, но сначала – умиротворяющая поляна, – как курица-наседка заквохтал Леадор.

– Какая еще поляна? – недовольно спросила Элька.

– Забыла? Вилса предлагала вам ее в прошлом году, незадолго до сражения с армией Даркуса. Это скрытая ото всех поляна с полупрозрачными цветами. Но вы тогда отказались…

– А-а, – вспомнила Элька и пренебрежительно фыркнула. – Это там, где мы должны были цветуечки собирать, венки плести и распевать с дриадами песенки?

– Да нет, – отмахнулся старик. – Песни дриады будут петь сами, без вас, а вы будете просто их слушать и вдыхать умиротворяющий аромат цветов.

– Глупости! Незачем мне умиротворяться! Что я вам, психически нестабильна, что ли?

Но Леадор не собирался сдаваться, а все остальные его поддержали:

– Тебе просто необходимо успокоиться!

– Не нужны мне никакие ваши полянки! Никуда не собираюсь идти! Я просто хочу побыть одна в наших с Дейвором покоях, – отрезала вдова и, подобрав юбку траурного платья, решительно направилась в замок.

Но с наступлением ночи идти на поляну все же пришлось, иначе эти зануды не отстали бы.

Светила вечно полная Луна, бросая свои блики на листву ближайших деревьев, небольшую поляну и гуляющих на ней двух женщин. Они неспешно собирали дивно пахнущие, полупрозрачные и необыкновенные цветы, а вокруг пели невидимые глазу дриады и дул легкий ветерок. Блондинка была в длинном черном платье, а рыжая – в легком зеленом, летящем и таком невесомом, что сама была похожа на лесную фею.

– Цветочки я тут, блин, собираю! – ругалась Элька. – У моего сына спектакль, а я должна, видите ли, веночки тут плести!

Лана пропустила мимо ушей информацию про спектакль (она всегда интересовалась делами племянника лишь для вида) и с некоторой укоризной возразила сестре:

– Не вредничай и не капризничай. Тебе все хотят помочь, а ты, как обычно, недовольна. Ты пережила сильнейший стресс из-за смерти мужа, а умиротворяющая поляна поможет вернуть тебе душевное равновесие.

– Мне не нужно ничего возвращать! – прорычала Элеонора, неистово прикручивая еще один цветок к уже имеющейся благоухающей конструкции. – Сколько можно повторять: Дейвор не умер!

– Мы его похоронили! – напомнила ей сестра.

– Нет, это не смерть, а начало чего-то нового. Я это чувствую! Я тут букетиками-веночками забавляюсь, а у меня дела! Нужно вылезти из дерева на спектакле Алекса, необходимо разобраться, что делать с Дейвором…

– Ты рехнулась? – вспылила Лана. – На твоих глазах его усыпальница ушла под землю! Да, ты точно рехнулась!

– Нет, я не рехнулась, я всегда такая, – отмахнулась старшая сестра.

– Да уймись ты, Эль! Уймись и прими то, что Дейвора больше нет! Он умер, смирись. Я бы на твоем месте вернулась домой, скоренько забыла про Весту и руками-ногами держалась за Эдика. Ну кто еще, кроме него, тебя вынесет? И будет лучше, если и Алекса ты убедишь в том, что никакой Весты не будет, а еще лучше, что ты все выдумала…

– Да откуда тебе знать, что лучше? – пренебрежительно фыркнула Элька. – Ты выбрала скучное, привычное, стоячее болото, это твое право, но меня за собой не тяни. Ну откуда тебе знать, что лучше для меня и моего сына? У тебя и детей-то никогда не было, и никогда уже не будет.

– Но у меня есть дети, – напомнила Лана. – Два мальчика, близнецы, наполовину темные эльфы. Или ты забыла?

– Нет у тебя детей! – припечатала Элька. – Или ТЫ забыла, что отдала их отцу и с тех пор даже не вспоминала? Мои племянники изначально тебе не были нужны, белый свет они увидели лишь потому что ты с их помощью надеялась привязать к себе Луасола. Но ничего, если помнишь, не вышло, и ты вычеркнула детей из своей жизни. Ты не слышала их первых слов, не видела первых шагов своих сыновей, ты не пела им колыбельные песни и не дарила материнскую улыбку и любовь. Так что перестань давать мне советы – я их у тебя не спрашивала! И я никогда ни с чем не смирюсь, и даже на смертном одре не забуду Весту. Я вернусь сюда с Алексом рано или поздно, и мы будем жить здесь все вместе и очень счастливо: Я, Алекс и Дейвор.

– Ой, с тобой хоть говори, хоть нет! – махнула рукой Лана. – С моей стороны глупо было надеяться, что хоть какое-то происшествие тебя изменит, и ты станешь такой, как все люди! Ты, как и раньше считаешь только себя героиней, супер-пупер воительницей, сверхколдуньей, королевой и звездой!

– Видимо, для этого есть все основания. И ты тоже можешь себя такой считать, – спокойно пожала плечами Элька.

– Да очень надо!

– Видно, очень, раз так бесишься!

Сестры выдохлись и продолжили собирать цветы молча, а не то переругались бы окончательно. Через несколько минут запал потух, и они снова начали разговаривать, но уже на нейтральные темы, а Лана поостереглась давать вздорной упрямой сестре советы. Ну и ладно, не хочет – не надо!

Примерно через полчаса венки были готовы.

– Наконец-то! – обрадовалась Элька, замыкая плетение в круг. – Сейчас напялим на себя сие идиотство и скажем остальным, что я умиротворилась, смирилась и все прочее, что они от меня хотят услышать. А потом – домой – мне некогда. Тебе, кстати, в свою пижаму переодеться надо.

– Ну и очень даже ничего получилось! – умилилась Лана, любуясь на венки. – Прямо прелесть, а ты недовольна, прямо как и не баба совсем…

Ее кузина хмыкнула:

– Точно, загубленным цветам не радуюсь, селфи не делаю, фото ногтей в Инстаграмме не выкладываю – ну что я за баба? Кстати, открою тебе один секрет: я не баба, я – женщина.

Сестры надели на головы творения рук своих, Элька зевнула, Лана пошатнулась.

– А и правда, умиротворились, – сквозь очередной зевок констатировала старшая сестра.

Младшая опустилась на травку и пробормотала:

– Сил нет… Давай, отдохнем чуток, а потом пойдем…

– Ладно, отдохнем, – согласилась Элька, сворачиваясь клубочком и подкладывая под щеку сложенные руки. – Мутит уже от этого пения дриад! Ишь, распелись тут…

Через несколько секунд обе женщины уже спали глубоким мирным сном…

…Лану разбудил пронзительный звон. Она села, с трудом разлепила глаза и огляделась, чтобы понять, кто это здесь, на поляне, растрезвонился и чем.

Она находилась не на умиротворяющей поляне, а сидела в своей кровати, в своей комнате, а трезвонил будильник на мобильном телефоне.

– Дома! Слава Богу! – с облегчением выдохнула Лана, отключая звонок. – На работу, конечно, не хочется, но радует уже то, что я снова дома и не надо никого хоронить, спасать чужой мир, а главное, спорить с Элькой. Неплохо я поспала!

Женщина встала, потянулась и вдруг поняла, что перенеслась в свой мир, как и была, в черном траурном платье. Ее пижама, аккуратно сложенная, покоилась на второй подушке…

…Элька оказалась в своем мире чуть раньше, за несколько минут до того времени, как оказалась в Весте. Она находилась внутри декорации-дерева.

– Ма, тебе удобно? – как раз спрашивал Алекс. – Не душно? Все в порядке?

– Нормально, сынок. Я ведь уже залезала в ваше чудо-дерево. Открывайте уже свой занавес! – повторила мама свои слова точь-в-точь, ведь известно, что путешествуя во времени и пространстве, нельзя ничего менять, это может привести к необратимым последствиям.

Чувствовала себя Элька прекрасно. Внутри «дерева» вполне хватало места для нее, духоты не чувствовалось, несколько минут можно и посидеть здесь, пострадать, так сказать, ради искусства. А заодно и разложить свои мысли по полочкам.

Итак, с волчьей шерстью и кошмарными повторяющимися сновидениями разобрались, подобных зловещих знаков больше не будет. Умер Дейвор? Да ничего подобного! Она же решила, что все будет хорошо, пришла к выводу, что это не смерть, а начало чего-то нового, просто кому-то или чему-то, каким-то Силам так нужно. А кому это нужно? Да какая разница! Остается всего лишь немного подождать.

Элька пришла в расчудесное расположение духа и в нужный момент «выпорхнула» из волшебного дерева легко и непринужденно, и впрямь, как настоящая фея.

Прошло несколько нелегких месяцев в жизни Элеоноры Иланской, в девичестве Снежиной. Пожалуй, весь последний год стал самым ужасным периодом. Произошло столько страшных печальных событий, что невольно задашься вопросом: а не много ли испытаний для одной хрупкой, слабой женщины?

Умерла лучшая подруга Эльки (это с ее похорон и поминок ехала она тогда, когда на решетке капота Егор обнаружил клок волчьей шерсти). Элеонору долго мучил один и тот же сон, где Смерть утягивала ее Дейвора в бездну. Сон этот оказался вещим – Блекхарт совершенно неожиданно умер. И хоть Элька утверждала, что он жив, не верила в свое вдовство, частенько ловила себя на мысли, что просто пытается убедить себя: любимый муж жив. Убеждать себя она могла сколько угодно, но до сих пор не произошло ничего такого, что утвердило бы упрямицу в этой ее уверенности.

Буквально на следующий же день после возвращения из Весты, после похорон Дейвора, на бедную Эльку обрушилась еще одна убийственная новость: в автомобильной катастрофе погиб ее друг, голливудский актер Бредли Браун. Года три назад Иланские познакомились с Браунами во время отдыха на Гоа, и с тех пор, так сказать, дружили семьями: созванивались, общались по скайпу, пару раз даже ездили друг к другу в гости. И хоть Бредли, если честно, общался в основном с Элькой, Эдик переживал его смерть вместе с женой.

Отношения с сестрой у Эльки разладились окончательно. Нет, они не ссорились, не скандалили, не было и взаимных оскорблений, просто не общались. Ну, сами посудите, разве можно назвать полноценным общением еженедельный обмен электронными письмами, содержащими стандартный набор малозначимых новостей.

И, как последняя капля, как последний гвоздь в крышку гроба – пропажа Элькиной любимицы, кошки Лакки, которая прожила рядом с любимой «мамочкой» довольно много лет.

Вот я и спрашиваю: не слишком ли много испытаний для одной? Сможет ли она выдержать? Хватит ли силы ее духа?

Она бы смогла, но все напасти навалились на нее сразу. Теперь это уже была почти не Элька, она все время пребывала как бы в отсутствующем состоянии. Она не жила, а просто функционировала: ела, пила, разговаривала, дышала, ходила, спала, занималась собой, семьей, любимым делом, участвовала в светской жизни, но как бы во сне.

Куда делись ее бешеная энергетика, несокрушимый оптимизм? Магическая сила тоже спряталась где-то в потаенных уголках ее души, задремала и терпеливо ждала, когда ее разбудят. Но ее и не думали будить. А самое главное, Элька все чаще сомневалась в том, что когда-нибудь увидит своего Дейвора.

Возможно, Элеонора и не пережила бы столь тяжкого испытания горем, но ее поддерживали самые близкие, преданные и любящие люди: Алекс, Эдик и водитель Егор. Поддерживали, как могли, неотступно следовали за ней повсюду и старались не оставлять ее одну.

… Однажды Элька вяло проверяла электронную почту, удаляя все ненужное и равнодушно пробегая глазами более интересное.

Опа! А это что такое?

Короткое таинственное послание: «Скайп. Сегодня ночью в два часа по московскому времени. Будь одна» пришло от неизвестного адресата.

Эльку охватило любопытство: кто это ее домогается? Быстренько нажала «Ответить», набрала «Ты кто?», отправила и стала ждать ответа.

И он пришел через несколько секунд. В письме говорилось, что ее сообщение не может быть доставлено, и лучше бы ей проверить корректность введения указанных адресов получателей.

– Вот черт! Мудрецы тоже мне нашлись! И зачем шифроваться? – Элька даже ожила, почувствовав давно забытый невероятный прилив сил. – Если до этого и сомневалась, то теперь точно дождусь двух часов ночи!

Оставшееся время тянулось мучительно долго. Эдика снова не было в Москве, Алекс поехал навещать друга и собирался остаться с ночевкой, а временно одинокой Эльке было совершенно некуда себя деть.

Сначала она поиграла с кошками, прогулялась возле дома, пыталась приготовить лазанью, но потом бросила, постаралась засадить себя за написание очередной книги, но мысли разбегались, как шустрые тараканы от карающего тапка. Она читала, танцевала, звонила своим «мальчикам» и, в конце концов, утомилась, взяла в руки пульт от телевизора.

Привыкшая к тому, что по ТВ вечно нечего смотреть, Элеонора тупо переключала каналы, особенно не вслушиваясь и не всматриваясь. Но тут…

– Оказывается, всеми любимый Бредли Браун вовсе не погиб в автокатастрофе! На радость своим поклонникам, актер жив и сейчас находится в клинике, где восстанавливается после операций, в том числе и пластических…

Дальше Элька не стала слушать. Бредли жив! Вот счастье! Сначала потерять друга, а потом вновь его обрести – это дорогого стоит! Так, может, это Браун рвется пообщаться со своей российской подругой, обрадовать ее, что он жив? Вот это новость! Просто замечательная! Осталось только дождаться назначенного часа.

– Высшие Силы, пошлите мне терпение! – взмолилась женщина.

Заранее, примерно в час пятнадцать, она забралась в кровать, обнимая ноутбук, и принялась ждать. Последние минуты перед встречей со вновь обретенным другом дались ей особенно тяжело.

В два часа одну минуту Элька осознала, что вот ради одной такой минуты она могла бы прожить всю жизнь.

По ту сторону экрана «воскресший» Бредли Браун с сильно изменившимся лицом тепло смотрел на нее знакомыми, любимыми, темными глазами…