Сделка со смертью

Глава 27. Убийство, которое сошло с рук

Он никак не мог стереть кровь Майкла с белой рубашки. На пальцах появились ссадины и мозоли.

Том: Чёрт…

Том: Чёрт!

Он ревел, не в силах отойти от происходящего.

Том: Я убил его.

Том: Вопрос времени, когда ко мне домой явятся копы.

Том: Может, сама Эмма арестует меня.

Том: Моей жизни пришёл конец.

Том: Продавец в ларьке опознает меня.

Том: А отыскать владельца полицейского пистолета по пуле не составит никакого труда.

Том: Я покойник.

Том: Хотя…

Том встретился взглядом со своим отражением в зеркале.

Том: Если я смогу убежать…

Том: У меня достаточно средств, чтобы исчезнуть навсегда.

Том: Куплю новый паспорт, сменю личность.

Смерть: Ты жалеешь о содеянном?

Голос принадлежал Смерти, но Том видел, что это его губы шевелятся в зеркале.

Том: Я не жалею о содеянном.

Том: Он получил то, что заслужил.

Смерть: Ведь он захотел твоё.

Том: Да.

Том: Он захотел то, что по праву принадлежит мне.

Смерть: Тогда зачем бежать?

Смерть: Почему бы не начать вершить правосудие?

Смерть: Сколько таких, как Майкл, ходят безнаказанными?

Том: Верно.

Смерть: Эмме плевать на тебя.

Смерть: Почему бы не начать с неё?

Его зелёные глаза вдруг стали чёрными. Эта чернота расползлась на всё глазное яблоко, потом перешла на нос, губы. Он больше не видел себя, не слышал. В зеркале была сплошная тьма.

Том: Как же я смогу вершить правосудие, если меня будет разыскивать весь город?..

Смерть: Три прыжка, Том.

Том: Верно.

Он достал часы и крепко сжал их в руках.

Том: Счастливчик ты, Майкл.

Том: Видимо, тебе придётся пожить ещё немного.

Том подумал о комнате с вещдоками, о первой встрече со Смертью, о Майкле. И Вселенная словно подчинилась ему: температура воздуха изменилась, кафель в ванной комнате превратился в серую плитку полицейского участка, а голос Смерти в голове сменился грубым басом Майкла:

Майкл: Том?

Майкл: Ты точно в порядке?

Том: Я в порядке.

На его губах заиграла улыбка. Он был рад. Он был счастлив. Конечно, живой Майкл, который стоял перед ним, радовал его меньше всего. Всё дело было во власти, которую он вдруг почувствовал. Он – Бог. Отныне он правил этим миром. Часы он спрятал во внутренний карман куртки, полностью игнорируя слова Майкла. Что ему теперь делать? С чего начать?

Майкл: Ты всю ночь дежурил?

Майкл: Не знал, что твоя смена.

Том: Да, Майкл.

Том: Ты что-то хотел от меня?

Майкл: Нет, я просто…

Майкл: Может, кофе выпьем?

Том: Прости, у меня дела.

Майкл: Ясно.

Майкл: Если будет свободная минутка, может, выпьем по стаканчику?

Майкл: Хотелось бы переговорить с тобой кое о чём важном.

Том: Обязательно.

Том направился к выходу. Жуткая улыбка не сходила с его губ. Прохожий, встретивший его сейчас на улице, скорее принял бы его за безумного маньяка, чем за полицейского. Минутки для Майкла у него не найдётся. Никогда.

Том не боялся быть пойманным. Он знал, что любое дело, любое преступление сойдёт ему с рук. Он пустился во все тяжкие. Сначала он тратил деньги. Много денег. Всё равно можно было вернуться в прошлое в любой момент, и сумма на карточке осталась бы нетронутой. Потом он начал устраивать вечеринки. Снимал дорогие отели, бары, клубы.

Том: Я – Бог!

Том: Я всё и вся!

Том кричал это в микрофон каждый раз, когда выходил на сцену.

Народ: Крузо!

Народ: Крузо!

Он ловил овации, зачарованные взгляды девиц, разбрасывал купюры, покупал выпивку. Удача сопутствовала ему, и он ни разу не попался. Однако счастья ему это не приносило. Ему хотелось больше власти. Власти над жизнью человека. Ведь самая желанная власть для безумца – это решать, кому жить, а кому умереть.

Том: Я устраиваю вечеринку, Эмма.

Эмма: Правда?

Эмма: Всегда считала тебя интровертом.

Том: Время перемен.

Том: Знаешь, надоело жить в своей берлоге.

Том: Пора выйти к народу, пообщаться, завести друзей.

Эмма: И наконец развеять тот глупый миф, что ты продажный коп.

Том: Верно, Эмма.

Том: Я так рад, что ты понимаешь меня.

Эмма: Ты очень изменился, Том.

Эмма: Я совсем не вижу, не слышу тебя в последнее время.

Том: Ты волновалась?

Эмма: Совсем нет.

Он сжал кулаки.

Эмма: Ты большой мальчик и вполне можешь позаботиться о себе.

Эмма: Просто хотела спросить, не случилось ли что?

Том: Всё отлично!

Том: Лучше, чем когда-либо.

Эмма: Ты нашёл кого-то?

Том: Нашёл.

Он подумал о часах, о Смерти, чей голос плотно засел в его голове, пустил верёвочки и теперь руководил им, словно марионеткой.

Эмма: Я очень рада за тебя.

Она улыбнулась ему так лучезарно и ярко. Эмма была рада. Том безумно захотел вырвать каждый зуб из её рта. Как смеет она радоваться тому, что у него кто-то появился?

Том: Ты придёшь?

Эмма: Она там будет?

Том: Она?

Эмма: Твоя новая девушка.

Том: Будет.

Эмма: Познакомишь?

Том: Познакомлю.

Эмма: Тогда обязательно приду!

Том: Вечеринка пройдёт в старом пабе «Три свиньи».

Эмма: Что за грязное название?

Том: Какое есть.

Том: Твой пригласительный.

Эмма: «Лето в самом разгаре.

Эмма: И добродушный Крузо ждёт тебя на вечеринку года.

Эмма: Встречаемся в пабе „Три Свиньи“, первого июня в полночь».

Эмма: Крузо?

Том: Моя кличка, так сказать.

Эмма: Никогда не слышала про этот паб.

Том безразлично пожал плечами. Это место он присмотрел уже давно. Там никто не услышит, как она будет кричать и просить о помиловании.

Глава 28. Смерть Эммы

Том: Я просил никогда не звонить мне по этому номеру.

Коллекционер: Ты не отвечаешь на мои письма, Крузо.

Том: Если я не отвечаю на твои письма, значит, у меня для тебя ничего нет.

Коллекционер: Это ложь.

Коллекционер: Ты думаешь, у тебя одного есть доступ к полицейской базе данных?

Том: Ты же твердил мне, что про оружие узнал из газет.

Коллекционер: Может, соврал.

Коллекционер: А может, и правда в газете прочитал.

Коллекционер: Тебе-то какое дело, продажный коп?

Том: Не смей меня так называть.

Коллекционер: Слушай, меня интересует одна вещь.

Том: Сейчас не самое подходящее для этого время.

Том: Я готовлюсь к вечеринке.

Коллекционер: Послушай, моя сделка тебя заинтересует.

Коллекционер: Я озолочу тебя.

Коллекционер: До конца твоей продажной жизни хватит!

Том: Не смей так говорить со мной, Коллекционер.

Том: Последний раз предупреждаю!

Том: Я – Бог.

Коллекционер: Это что-то новенькое.

Том: Сделки с тобой меня больше не интересуют.

Коллекционер: Ящик 80039.

Коллекционер: Дело 131.

Том: Что?..

Коллекционер: Достань мне всё, что есть в том ящике, и обещаю, в деньгах ты больше никогда нуждаться не будешь.

Том: Откуда тебе известно, что там?

Коллекционер: Так и ты знаешь?

Коллекционер: Они у тебя?

Том: Что у меня?

Коллекционер: Часы.

Коллекционер: Не прикидывайся дураком.

Том: Ты ничего не получишь.

Коллекционер: Тогда понятно, откуда в тебе взялась эта мания величия.

Коллекционер: Ладно, Том.

Коллекционер: Наслаждайся.

Коллекционер: Я всё равно заберу их, когда цифра на обратной стороне циферблата заблестит нулём.

Коллекционер повесил трубку.

Том: Да пошёл ты.

Том: Скоро вечеринка, и мне нужно готовиться.

Он наблюдал за ней из-под маски. Слился с толпой в подвале и смотрел, как она обескуражена происходящим. На ней было дурацкое платье, которое она, видимо, купила прямо перед тем, как прийти сюда. Всё смотрела по сторонам и никак не могла поверить, что находится в этом притоне. Народ выкрикивал его имя и просил на сцену, но его интересовала только она.

Том: Эмма!

Она обернулась, когда Том позвал её.

Эмма: Том?

Эмма: Это ты?

Том: Это я.

Эмма: Какого дьявола здесь происходит?

Эмма: Назови мне хоть одну причину, чтобы не вызвать полицейских, чтобы те разогнали этих наркоманов!

Том: Не злись, Эмма.

Том: Хочешь чего-нибудь выпить?

Эмма: Выпить?

Эмма: Том, ты в своём уме?

Эмма: Кто все эти люди?

Эмма: Твои друзья?

Том: Нет.

Том: Они лишь боготворят меня.

Том: А я так снисходителен, что разрешаю им быть рядом со мной.

Эмма: Скажи мне, что ты сейчас шутишь.

Том: Ты не узнаёшь этих людей?

Эмма: А должна?

Том вскинул руку вверх, и музыка остановилась.

Том: Дамы и господа!

Том: Все вы знаете этого отважного копа?

Толпа в один голос заревела: «Фу!»

Том: Эмма, здесь все те, кого ты посадила когда-то за решётку.

Эмма: Ты что устроил здесь?

Том: Никто не будет против, если сегодня прольётся кровь офицера?

Народ: Сделай это!

Народ: Сделай это!

Эмма: Том!

Эмма принялась судорожно искать пистолет, как вдруг поняла, что не взяла его с собой на вечеринку.

Том: Присаживайся.

Том указал на зелёное кресло.

Эмма: Зачем ты это делаешь?

Том достал пистолет и снова жестом указал на кресло. Эмма повиновалась.

Том: Вечеринка окончена, господа.

Народ начал расходиться.

Том: Устриц?

Эмма: Нет.

Том: Жаль, ты их так любишь.

Том достал маленький тонкий нож.

Эмма: Зачем, Том?

Том: Я долго думал, кого пригласить на прощальную вечеринку для Эммы…

Эмма: На прощальную?

Том: Не перебивай старших.

Том: Твоих друзей?

Том: Может, любовника?

Эмма: Любовника?

Том: Я о Майкле, разумеется.

Эмма: Ты болен.

Том: А потом я решил, что никто так сильно не захочет с тобой попрощаться, как люди, которым ты когда-то насолила.

Том: Не поверишь, согласились прийти абсолютно все.

Том: Начиная с убийц, заканчивая карманными воришками.

Эмма: Откуда ты вообще их знаешь?

Том: Да так…

Том: Кручусь то там, то сям…

Том: Помнишь парня на входе?

Том: Которому ты пригласительный показывала.

Том: Не узнала?

Эмма: Нет.

Том: Ведь ему десять лет светило, когда ты его поймала.

Эмма: И что?

Том: А то, что на суде улики загадочным образом исчезли.

Эмма: Так это был ты?!

Том: Так это был я!

Том: Это всегда был я.

Эмма: Я не верила, что ты продажный коп!

Эмма: Не верила!

Том: Только не нужно этих сцен, я прошу тебя.

Том: Сигару?

Эмма: Засунь её себе…

Том: Мне нравится твоя причёска сегодня.

Том: Для меня прихорошилась?

Эмма: Том…

Эмма: Ещё не поздно всё исправить.

Эмма: Если ты сдашься…

Том: Отрежу-ка я их.

Том: Посмотрим, останешься ли ты красивой, когда будешь лысой.

Эмма: Можешь убить меня, Том.

Эмма: Это ничего не изменит.

Эмма: Ты был, есть и будешь неудачником.

Эмма: Тебя поймают, тебя накажут.

Эмма: Я с удовольствием посмотрю с того света, как твой зад загорит на электрическом стуле.

Том: Закрой свой рот!

Эмма: Меня ждёт покой!

Эмма: Во веки веков.

Эмма: А ты сдохнешь в тюремной камере.

Эмма: Один.

Эмма: Ты всегда был и будешь один.

Том: Дрянь!

Резкая вспышка гнева заставила Тома потерять бдительность, и Эмма, воспользовавшись моментом, выхватила пистолет из его рук.

Том: Отвлекла меня, тварь.

Том: Неплохо.

Том: Но ты всё равно не выстрелишь.

Том: Ты никогда не сможешь этого сделать.

Том: Слишком слабая.

Эмма нажала на крючок, но выстрела так и не произошло.

Смерть: Не благодари!

Смерть: Я ещё не наигрался!

Смерть: А ты не истратил все прыжки.

Том улыбнулся.

Том: Чудесно!

Глава 29. Подброшенные часы

Том: Какие громкие слова, Эмма!

Том: Какие громкие слова!

Том: Кажется, стирать кровь с манжета рукавов рубашки уже вошло у меня в привычку.

Том: С каждым разом я делаю это всё лучше и лучше.

Том разговаривал со своим отражением. Отражение отвечало:

Отражение: Кто теперь будет смеяться?

Том: Я вдоволь ею наигрался.

Отражение: Больше всего мне понравилось резать её.

Том: Я бы никогда не останавливался.

Том: Жаль, что тварь быстро сдохла от потери крови.

Отражение: В следующий раз я буду умней.

Том: Начнём с мелких порезов.

Том: Вырвем все зубы.

Отражение: И ногти!

Том: Отличная идея.

Том: А может, потом залатать её?

Том: Полечить?

Том: И начать заново!

Отражение: Ты гениален.

Том: Спасибо.

Отражение: Но разве это всё не банально?

Том: Ты прав.

Том: Я получил уйму удовольствия, но оно было так быстротечно.

Том: Что, если я смогу издеваться над ней куда дольше и с большим наслаждением?

Отражение: Что ты задумал?

Том достал часы из заднего кармана джинсов. Его отражение сделало то же самое.

Том: Пусть эта дрянь будет расследовать своё же убийство.

Отражение: Мне нравится.

Отражение: Мне очень нравится.

Отражение: Как ты собираешься это провернуть?

Том: Для начала нужно обезобразить труп.

Том: Сделать всё, чтобы она себя не узнала.

Том: Подправим ей личико, удалим родимые пятна…

Том: И выкинем на трассу этот мешок костей.

Отражение: Неплохо.

Том: И ещё кое-что…

Том поднял часы и покрутил их на тоненькой цепочке. У него оставалось два прыжка.

Том: Если я распрощаюсь с ними, ты останешься со мной?

Отражение: Я останусь с тобой до тех пор, пока все твои три прыжка не будут использованы.

Том: Так я и думал.

Том: Если эти часы попадают в другие руки, прыжки обнуляются?

Отражение: Да.

Отражение: Но для тебя их количество остаётся прежним.

Том: Хорошо.

Том: Это самый гениальный из всех моих планов.

Отражение: Вы просто не перестаёте меня удивлять, люди.

Отражение: На такую коварность, жестокость и бессердечность даже я неспособен.

Отражение: Просто чувства, такие как ревность и отмщение, мне незнакомы.

Отражение: От того с каждым новым человеком, с каждым новым прыжком я радуюсь, словно дитя.

Том: Но я ведь особенный?

Том: Я ведь не такой, как мои предшественники?

Отражение: Ты особенный, да.

Том: Тогда наблюдай за тем, как я вершу правосудие.

Том: Ты свидетель моего господства над смертными.

Том: Сыграем же ещё один акт нашей «Божественной комедии».

В его голове вспыхнул образ покойной Эммы.

Эмма: Меня ждёт покой!

Эмма: Во веки веков.

Эмма: А ты сдохнешь в тюремной камере.

Том: Дура!

Том: Тебе не знать покоя!

Том: Никогда!

Том выкинул труп Эммы из багажника машины на ходу. Ему не хотелось останавливаться, ведь тогда он мог привлечь ненужное внимание. Служба в полиции его кое-чему научила. Он добрался до ближайшего таксофона, набрал 911 и оставил анонимное сообщение о трупе на обочине. Дело было сделано. Оставалась лишь одна проблема. Эмма была мертва, и её пора было вернуть, чтобы насладиться ещё одним раундом этой увлекательной игры.

Том подумал о ней, об её прекрасных волосах, об улыбке. Он вспомнил, как вручил ей приглашение на вечеринку. И решил, что этот момент как раз подходит для следующего прыжка. Ведь именно тогда решилась её судьба. Он прыгнул. Просто закрыл глаза и отправился в нужное время в нужное место. Так легко и просто, как будто совершал эти прыжки ежедневно.

Эмма: Ты что-то сказал?

Том: Эмма…

Он обнял её, и девушка попятилась назад.

Эмма: Том, какого чёрта?

Он и не ожидал, что будет рад видеть её живой. Может, он совершил ошибку? Может, они всё ещё могут быть счастливы?

Эмма: Ты говорил про то, что устраиваешь вечеринку, а потом вдруг полез обниматься.

Том: Да, я…

Том: Рад тебя видеть.

Эмма: Послушай, Том.

Эмма: Это было здорово.

Эмма: Я имею в виду наш короткий роман.

Эмма: Но нам нужно двигаться дальше, понимаешь?

Эмма: Я не вижу нашего будущего вместе.

Том: Это всё из-за Майкла, не так ли?

Эмма: Он-то тут при чём?

Том: Да так, сдуру ляпнул.

Эмма: Том, я знаю, что год был непростой.

Эмма: Тебя понизили в должности, облили грязью твои гордость и честь.

Эмма: Но я, к сожалению, не тот человек, который тебе нужен.

Эмма: Не обижайся!

Эмма: Друзья?

Том: Друзья!

Том крепко пожал её руку, еле сдерживая рвущийся наружу гнев. Он с удовольствием раскроил бы ей череп прямо в полицейском участке.

Эмма: Так что там с вечеринкой?

Том: Забудь.

Том: Глупая затея.

Эмма: Я бы пришла.

Том: Знаю, сболтнул не подумав.

Том: У меня есть кое-что.

Том: Не знаю, пригодится тебе это или нет.

Том: Я разбирал старые архивы.

Том: Много вещей подлежит утилизации.

Том: Парни с участка мальчишеские «игрушки» забрали.

Том: Кольца, брелоки, старую шляпу даже… Ну, знаешь, ерунду всякую.

Том: Вот, тебе осталось.

Том протянул ей карманные часы, и Эмма, фыркнув, приняла дар.

Эмма: Я так понимаю, всё нормальное разобрали.

Эмма: А мне только безделушку столетней давности оставили.

Том: Вечно ты недовольна, Эмма.

Том: Часы – настоящий антиквариат.

Том: Может, в ломбард сдашь, заработаешь пару купюр и возьмёшь в аренду жильё поприличней.

Том: У тебя хоть горячая вода есть?

Эмма: Сам там недавно душ принимал, вот ты мне и скажи.

Она замолчала. Стоило ли продолжать этот разговор? Она ведь уже объяснила Тому, что между ними ничего быть не может. Том улыбнулся и похлопал её по плечу.

Том: Жестокая ты женщина.

Эмма: А какие в полиции ещё служат?

Эмма: Тихие и ранимые?

Она засмеялась.

Эмма: Такие дуло пистолета на бандита не наставят.

Том: А ты не только на бандита наставишь, но и на всех своих коллег тоже.

Том вспомнил дуло её полицейского пистолета, приставленное к его лбу. В этот раз всё будет по-другому. В этот раз будет даже лучше.

Глава 30. В живых останется лишь один

Том наблюдал за тем, как Эмма спит. Она заснула на своём рабочем месте. Дёргалась и стонала.

Смерть: Тебе придётся разбудить её, если не хочешь, чтобы она увидела во сне твоё лицо.

Смерть: Она слишком близка к тому, чтобы раскрыть правду.

Смерть: Раскрыть тебя.

Том: Хм…

Том дёрнул Эмму за плечо, и та закричала.

Эмма: А-а-а!

Эмма: Чёрт!

Том: Ты напугала меня, Эмма.

Эмма: Что ты тут делаешь?

Эмма: Зашёл без стука!

Том: Я стучал, но ты, видимо, слишком крепко спала.

Том: На рабочем месте, между прочим.

Эмма: Дурной сон.

Эмма: Эта жертва не выходит у меня из головы.

Том: Работа у нас такая.

Том: Мы учимся жить с этим.

Эмма: Пожалуй.

Эмма: Но я обычно легко переношу подобные зрелища.

Том: Что тебе приснилось?

Эмма: Мне приснилась жертва.

Эмма: Я чувствовала её боль, её страх.

Эмма: Всё было как по-настоящему.

Эмма: Даже запах.

Эмма: Запах трупа. Потом были какие-то хлопки и покалывание в лопатках.

Эмма: Словно что-то или кто-то воткнул в моё тело множество игл.

Эмма: Какой вопрос он задал?

Том: Что?

Том озадаченно посмотрел на Эмму. Неужели она и вправду увидела во сне свою смерть?

Эмма: Он задал ей вопрос.

Эмма: А она ответила, что не хочет ему врать.

Эмма: И он отрезал ей палец.

Том стиснул зубы. Дела были плохи. Похоже, ей, как и всем хранителям времени, открылся особенный дар: возможность общаться со Смертью. Она что-то рассказывала про сон, а он пытался вести себя как можно естественней. Однако сосредоточиться у него не получалось. Ему вдруг захотелось обнять её, да так крепко, чтобы переломать ей все кости. Он протянул к ней руки, но Эмма отъехала на стуле на колёсиках и злобно посмотрела на него.

Эмма: Мы это уже обсудили.

Эмма: Не нужно меня успокаивать.

Эмма: Просто дурной сон.

Том: Ну, как знаешь.

Том: Нашла что искала?

Эмма: Ничего нет.

Эмма: Никаких поросят в городе.

Эмма: Нет ни заведений, ни даже зоопарков с таким названием.

Том: А может, это паб «Три свиньи»?

Шаг сделан. Ловушка захлопнулась. Эмма попалась.

Она сидела напротив него. Всё на том же паршивом зелёном кресле. Злая и в тот же момент перепуганная, словно маленькая собачка, что дрожит от страха, но продолжает скалить зубы.

Том: Я ведь любил тебя.

Эмма: Прошу, не убивай меня…

Том: Ты знаешь правила игры.