Колдун поневоле. Изморозь

Пролог

– Эй, ты, давай, очнись, падаль!

Кто-то здорово врезал мне по щеке.

С трудом приподнял веки и заметил две тени, маячившие перед глазами. Зрение оставляло желать лучшего. Попробовал пошевелить руками и ногами, вышло совсем плохо. То ли онемели от неудобного сидения, то ли отнялись благодаря тому, чем меня напичкали.

Как я это понял? Очень просто.

Во рту стоял отвратительный горький привкус трав. Зелье, знать бы какое. Хотя, что мне даст это знание. Абсолютно ничего.

Если я еще жив, значит убивать меня не собираются, видимо этим двоим что-то от меня нужно, иначе, давно бы прикопали в ближайшем парке или на стройке какой выбросили.

Сознание начинало медленно возвращаться, и я понял, что меня куда-то везут. Повернул голову, пытаясь рассмотреть местность.

Безлюдная трасса.

– Чего головой вертишь! – пробасил один из похитителей и сунул мне под нос бутылку воды. – Пей. Не хватало чтобы ты по дороге подох от обезвоживания.

– А пожрать не дадите, – прохрипел пересушенными губами.

– Хрен тебе, а не пожрать. Потерпишь.

Кичиться не стал. Поднял вялую, дрожащую руку, вцепился пальцами в пластик. Только бы не уронить. Поднес ко рту и жадно хлебнул воду, чуть не подавившись.

Суки, точно чем-то опоили. Прислушался к собственным ощущениям. Плохо, очень плохо. Нос совершенно не улавливал свойственные для него запахи. Отбили нюх падлы, но самое паршивое было то, что я не чувствовал собственной энергии.

Сейчас бы как жахнул, вынося обоих, но нет, даже отголоска солнечного света не удавалось создать, словно кто-то блокировал доступ к энергонитям.

Посмотрел уже прояснившимся зрением на мужиков. Слегка за тридцать, темноволосые, подтянутые. Не шавки подзаборные, спецы, одним словом, но это если присмотреться, а на первый взгляд – обычные, не примечательные.

Может действительно люди? Нет, навряд ли.

– Хватит глаза пучить, урод? – рыкнул один из них.

– Чего вам от меня нужно?

– Не твоего ума дело. Нам приказали, мы исполняем.

– Не завидую я твоей участи парень, – хохотнул тот, что был за рулем. – На твоем месте, я лучше бы сдох, чем отправился туда, куда мы тебя везем.

– Куда? – спросил устало.

– Хватит вопросов, заткни ему рот.

– Сейчас сделаю.

Жесткой хваткой мою голову запрокинули назад, а в руках похитителя находящегося рядом, моментально появился флакон с темно-синей жидкостью.

Сцепил зубы, не желая проглатывать гадость, но куда там, ослабленное зельем и ударом по голове тело не хотело слушаться. Пришлось подчиниться, но все же в самом конце мне удалось вывернуться и ухватить зубами палец парня.

– Аа-а-а-а! – завопил тот и со всего размаха заехал кулаком в челюсть.

– Тварь, – прохрипел я, – получив еще один удар по ребрам.

– Ник, не убей его там.

– Не убью, но покалечу точно. Эта подла мне чуть палец не откусила.

– Я кому сказал, не трогай. Случись чего, неустойку сам платить будешь.

Тот, которого назвали Ник, проворчал что-то неразборчивое в ответ, но меня больше не трогал.

Прошло несколько минут, и я стал замечать, что глаза начали слипаться. Значит, гадость которую он мне влил в рот, подействовала. Скоро отключусь.

Так мы и ехали. Я, то приходил в сознание, то опять впадал в беспамятство.

По подсчетам, которые подвел, ехали мы уже больше суток, а по пейзажу, сменяющемуся за окном, сообразил, что не так давно перевалили через Уральский хребет. Западная Сибирь. На кой черт меня волочить именно сюда?

Мысль, проскочившая в голове, заставила кожу покрыться мурашками. Нет, не может быть. Бред. Да и кому такое могло понадобиться? Кто смог бы провернуть подобное, без подписи и разрешения Митина или Антипова?

А может все же они…?

Верить не хотелось.

Когда вдалеке показалась огромная территория, обнесенная колючей проволокой, я понял, что был прав, а когда увидел высокое серое здание с решётками на маленьких окнах, окончательно осознал, что ко мне пришел белый пушистый зверек.

Но не могло же все быть так просто? Или могло?

Перед моими глазами предстала ИЗМОРОЗЬ, одна из самых больших тюрем в России для нелюдей.

Похитители мерзко хохотнули.

– Прибыли. Это твой дом на ближайшее время, если, конечно, выживешь. Хотя, навряд ли, таких как ты там давят в первую очередь.

Паника волной захлестнула сознание, но я попытался успокоиться.

Это ошибка, какая-то дикая ошибка. Наверняка все разрешится, стоит мне поговорить с начальником тюрьмы или кем-то из служащих. Достаточно позвонить, и Кирилл или Денис Андреевич сразу вытащит меня отсюда.

– Не надейся, – словно прочитав мои мысли, произнес один из парней, толкавших меня вперед по мрачному коридору. – Никто тебя не найдет. Глава ДМБ будет рыть носом землю, но никогда не додумается проверить Изморозь. Поверь, подобное уже проворачивали с его сотрудниками. До сих пор гниют в этом болоте.

Уф-ф-ф, как камень с души. Антипов ни при чем, значит и Митин тоже? Кто тогда? Думай Стас, думай.

Меня впихнули в серое тусклое помещение, со стоящим посередине столом и стулом, прикрученным к полу.

– Присаживайтесь, господин Акимов, – произнес стоящий у стены человек в форме, и просверлил меня взглядом, да так, словно хотел достать до внутренностей.

Я тоже не остался в долгу и уставился на незнакомца, пока до моего сознания не дошли сказанные им слова.

– Акимов? – переспросил удивленно. – Нет, я не Акимов, я Стас Новиков.

– Ошибаетесь, с этого момента вы именно Акимов Александр Андреевич. Заключенный номер 2084. Вот документы на ваш перевод в Изморозь из… Хотя, откуда именно вас «перевели», – мужчина сделал ударение на последнем слове и ехидно усмехнулся, – не имеет значения. Свободны, – кивнул он моим сопровождающим, и те мгновенно исчезли за гулко хлопнувшей дверью.

Глава 1

Я ошалело хлопал глазами, пытаясь въехать в происходящее. Ситуация получалась дерьмовей некуда. Видя наглую, холеную рожу напротив себя, понимал, что этот боров является не последним винтиком в работе колонии. Подозрения подтвердились почти мгновенно.

– Меня зовут Вячеслав Геннадьевич Топорин, и я здесь Царь и Бог. Мое слово – закон. Раз я сказал, что ты теперь Акимов, значит так и есть. Можешь забыть, как тебя когда-то звали. С сегодняшнего дня это не имеет значения. Теперь твоя жизнь и смерть в моих руках, ну или в руках твоих сокамерников, – хохотнул начальник Изморози.

Он еще много чего говорил, впрочем, все не по делу. Больше стращал, запугивал, хорошо хоть не бил, а то меня сейчас ткни посильнее и опять уйду в нирвану, слишком сильно ребятки зельем накачали. Потихоньку, конечно, эффект от его действия отходил, но толку теперь от этого было мало. Не стану же я кидаться на стоящего напротив и скалящегося во все зубы гада, не полностью еще идиот, чтобы не понимать – отдача замучает, да и насколько успел узнать по рассказам Кирилла и дневникам прабабки, тут все стены были пропитаны сдерживающими и ослабляющими силу зельями, хотя, мне на них плевать с большой колокольни.

Вспомнил серебряные решётки в следственном изоляторе ДМБ, но сразу сообразил, что тут, вряд ли есть что-то подобное, слишком дорогостояще, и если вкрапления аргентума присутствуют, то только в минимальных количествах.

Мозг на удивление начал работать гладко и слаженно. В пол глаза следил за начальником тюрьмы, пропуская половину сказанных им слов мимо ушей, стараясь понять, что предпринять в первую очередь. То, что я в ближайшее время не выберусь из этой клоаки, стало предельно ясно. Самым актуальным в данный момент был вопрос: как выжить в подобном месте? Что предпринять, чтобы не попасть под раздачу озлобленных, подневольных нелюдей.

Преимущество по сравнению с остальными заключёнными у меня было, только вот как им воспользоваться, я пока не представлял.

Видящие всегда немного отличались от остальных. Вот на меня, например, серебро не действовало, я же не вампир какой или оборотень, да и травки, заныканные по всей территории тюрьмы опасности для моего дара не представляли, если только под нос не подсунут или в виде зелья в глотку не зальют.

Я уже стал чувствовать, как по венам начала струиться магия, восстанавливаясь и накапливаясь словно мыльный пузырь. Нет, применять ее сейчас было нельзя и показывать свои умения тоже. Допустим, пришибу я этого гада, который сейчас самодовольно распинается, а дальше что?

Правильно, ничего. Прибежит отряд охраны и скрутят по-тихому, а может и не по-тихому, это уж как получится, только боюсь в этом случае, я сразу отправлюсь на свидание с прабабкой. Такой исход меня совершенно не устраивал, значит будем молчать в тряпочку и продумывать стратегию дальнейших действий.

Кстати, нюх тоже должен был прийти в порядок, но я почему-то не чувствовал специфического запаха свойственного нелюдям. Странно. Хотя…

Я более внимательно посмотрел на начальника тюрьмы, расхаживающего по помещению взад-вперед и похлопывающему дубинкой по своему бедру.

Может он обычный человек?

– Так вот, Акимов, если хочешь выжить, сиди тихо как мышь и не вздумай ляпнуть что-нибудь про ДМБ. Заключённые, ой, как не любят вашего брата. Так что держи рот на замке и не встревай в разборки, иначе окажешься в больничном крыле, и я лично прослежу, чтобы тебе как можно дольше не оказывали медицинскую помощь, и понаблюдаю, как ты «наслаждаешься» последствиями своих действий.

– А что это вы так за мою жизнь переживаете? Видать приказ сверху, не дать загнуться?

– Не твоего ума дела.

Топорин с лютой ненавистью взглянул в мою сторону.

– Рожу попроще сделай, а то молоко скиснет, – хмыкнул я.

Начальник Изморози рванул вперед, и на мою спину обрушился град ударов. Стиснул зубы от боли и согнулся, стараясь прикрыть голову руками. Ей и так недавно досталось. Не хотелось бы повредить мозги, они мне еще пригодятся.

Благо долго орудовать своей дубинкой он не стал. Сумел обуздать злость, зато подтвердил мою догадку.

– Живи, падла, покуда можешь. Как только станешь ненужным хозяину, я лично тебя прикончу.

Так и хотелось сказать: верный песик, послушный, стойку сделал, а кинуться без приказа хозяина не осмеливаешься. Знать бы еще, кто этот самый хозяин, но да ничего, времени у меня теперь навалом, авось выясню.

– Что же вы так, товарищ начальник, не по-человечески?

– Не тебе говорить о человечности, нелюдь.

– Кхм-м, смею заметить, что к нелюдям я не имею никакого отношения, – решил зайти с другого бока и попробовать выяснить, какая у этого типа есть на меня информация.

– Как же? Будто я не знаю, что в ДМБ обычных смертных не берут.

– Плохо владеете информацией. Берут, еще как берут, не всех конечно и не всегда, но прецеденты были.

– Но ты-то не человек, колдун проклятый.

– О-о-о, так вы знали? Зачем тогда нужно было комедию ломать? Колдун – это не нелюдь, просто тот, кто умеет немного больше обычного человека.

– Ты меня еще поучи… Мне до лампочки колдун ты, вампир, гуль, мантикора… Все одно – нелюдь. Давить вас тварей надо всех до единого.

– О как, – произнес задумчиво.

Оказывается, начальник тюрьмы расист и судя по всему, с садистскими наклонностями. Вон как на меня смотрит, такое ощущение, что сейчас слюна потечет от нетерпения, так ему хочется меня освежевать.

Брр-р, аж жуть берет, и ведь нашел мужик работенку себе подстать. Здесь на его действия никто не пожалуется, просто потому, что некому.

Несмотря на разницу в габаритах, чем-то Вячеслав Геннадьевич напомнил мне Николая, главного дознавателя ДМБ.

Наверняка когда-то в его роду были Церберы. Ничего, мы еще посмотрим, кто кого задавит, дай мне только время осмотреться и придумать, как отсюда слинять.

– Ты не смотри, что я сегодня такой добренький, – продолжил начальник тюрьмы, – в следующий раз получишь по полной, а если рыпнуться вздумаешь, вообще без башки останешься.

– Так не я один тогда головы лишусь, вам тоже ее хозяин оторвет… за непослушание. Я, как видимо, товар ценный, раз сразу под кустом не прикопали, а решили упрятать в места не столь отдаленные.

– Поговори еще, умник. Вставай и на выход. Сейчас начнется твое знакомство с новой, тюремной жизнью.

Куда ДМБ смотрит, неужели не видит, кто у них заправляет одной их главных колоний для нелюдей? Ни за что не поверю. Антипов не дурак, таких паразитов за версту чует.

Тогда почему?

Да потому, что сделать они ничего с назначением этого гада не могут, видимо ставленник сверху. Попробуй такого убери с насиженного места, потом сам полетишь в далекие дали и не на курорт, а в выгребную яму.

Охранник, что явился по вызову Топорина, презрительно фыркнул, заметив мой побитый и жалкий вид. Пусть, так даже лучше, меньше подозрений в свой адрес.

– Куда его?

– В четвертый блок, – поморщился начальник тюрьмы, – Там поспокойнее будет, а то боюсь, помести я его куда в другое место, до завтра не доживет.

– Так и хрен с ним, – хохотнул пришедший, – подохнет и ладно.

Офигеть у них тут порядки. Я, конечно, понимаю, преступники, но, чтобы так…

– Мне он живой нужен, – ответил Топорин.

Охранник понимающе ухмыльнулся.

– Неплохой образец. На опыты пустить собрался или продать нашим общим знакомым?

– Ни то, ни другое. В нем хозяин заинтересован.

Ага, значит начальник тюрьмы не один, кто во всем этом замешан. Хотя, чего я удивляюсь, этого стоило ожидать. Стало совсем тоскливо, но я запретил себе унывать.

Не проще ли представить, что меня не насильно запихали в это учреждение, а я сам отправился на задание, с целью вывести на чистую воду банду мерзких ублюдков. Впрочем, здесь уже скорее не банда, а организация, направленная на подрывную деятельность ДМБ.

Пока шел до своего нового места обитания, попытался сконцентрироваться и погонять по телу энергию. Да, мы с Улыбкой только начали заниматься, и я почти не достиг никаких успехов в обучении, но крупицы знаний и умений ведьма в меня все же вложила.

Хоть Топорин и сказал, что четвертый блок самый спокойный, это не значило, что моей безопасности ничего не угрожало. Изморозь не просто колония, а тюрьма для особо опасных преступников, многие из которых сидели на пожизненном. Здесь собрались маньяки, убийцы и насильники, да к тому же, нелюди. Белых и пушистых зайчиков тут вряд ли можно было бы встретить.

Эй, а как же я? Я, конечно, не белый и пушистый, но все же.

Стоп. Парни, что привезли меня сюда, упоминали, что я не один такой. Какой? Что они еще говорили? Точно, то, что не с одним сотрудником ДМБ поступили подобным образом. Значит, схема у них уже отработана.

Нужно будет обязательно выяснить, кто здесь есть из своих, а потом вместе кумекать, как сделать отсюда ноги.

Посмотрел на себя внутренним зрением. Энергия полностью восстановилась и исправно циркулировала по всему телу. Темные нити переплетались со светлыми в причудливом узоре, соединяясь в солнечном сплетении. Качнул мысленно силу, собирая ее в шар, готовый по моему сигналу прийти в действие, и сформировал из него небольшой солнечный щит.

Нападать я не собирался, во всяком случае первым, а вот защищаться придется по-любому. Не сомневался, стоит мне оказаться в камере, как начнут прессовать, проверяя на выдержку и силу духа.

Блин, что я делаю. Какой нафиг щит? – опомнился я, осознавая, что светить своими навыками не стоит.

Нельзя, чтобы кто-то заподозрил, что я могу использовать магию в этих стенах, битком набитых сдерживающими травами, амулетами и прочей ерундой. Нелюди тут рассчитывают только на физическую силу. Тот же оборотень, не сможет поменять свою ипостась. Хотя, здесь нужно разбираться более детально. Вот, например, у вампиров сила увеличивается при употреблении крови. Предположим, упырь принял на грудь сто грамм красненькой. Повысится у него регенерация, скорость движения и острота восприятия? Скорее всего – да, это ведь не магия, а физические особенности организма.

Если так, то хреново, все мое преимущество летит коту под хвост, а сколько таких нелюдей, у которых все завязано на внутренних аспектах. Жесть. Чувствую порвут меня, как тузик грелку.

Необходимо срочно что-то придумать, как-то замаскировать действие магии, сделать таким образом, чтобы никто не догадался о ее использовании, а еще постараться держать себя в руках. Не хотелось бы приложить кого-то, как Надежду Михайловну в приемной Антипова. Случись такое, и все мои козыри вскроются не только перед заключенными, но и перед теми, кто меня сюда запихнул, а это чревато еще большими последствиями. Наверняка среди заключенных у них есть свои соглядатаи.

– Ты, – остановился на полпути мой провожатый, – придумай какую-нибудь байду, которую будешь впаривать сокамерникам, да так, чтобы они поверили. Упомянешь про ДМБ и…

Сильнейший удар в живот острым краем дубинки вышиб дух из тела, и я согнулся пополам, хватая ртом воздух.

Как только на колени не упал?

Чудом удержался, видимо на одной злости, не собираясь доставлять удовольствие наблюдающему за мной охраннику.

Уу-у, погань. Правильно говорят, упырь не тот, кто им родился, а тот, кто им стал по жизни. Вот Митин – вампир, а так, вполне себе приличный человек, не то, что этот.

Бросил злобный взгляд исподлобья на охранника и выпрямился.

– Понял? – ухмыльнулся гаденыш.

– Понял, чего уж тут не понять, – процедил сквозь зубы, а в уме сделал зарубку.

Не спущу, ни тебе, ни боссу твоему и никому другому. Колдун я или так погулять вышел? Костьми лягу, но свое твари получите.

Лязгнула металлическая дверь, и мы оказались в длинном коридоре с расположенными по бокам решетками. Заключенные находились в камерах по трое или четверо, лишь пару раз мне навстречу попались одиночки, в которых сидели жуткого вида монстры в своей звериной ипостаси, видимо не способные перекинуться обратно, а может, их специально держали в подобном состоянии. На ум пришла мысль, что где-то тут должен был находиться знакомый мне Борис. Надеюсь, оборотень жив. Толку от него мало, но можно попробовать наладить контакт, если, конечно, сумею его найти.

Шаги гулким эхом отдавались по коридору.

Поежился от пристальных, изучающих, а местами и агрессивных взглядов. Возникло чувство, словно на меня вылили ушат холодной воды. Попытался отвлечься и не обращать внимания на доносившиеся из камер улюлюкивания.

Почему-то взгляд зацепился за свой внешний вид. Я до сих пор находился в старой одежде. Интересно, мне сразу выдадут робу или только после того, как я свои шмотки изношу до дыр?

– Почему все заключенные сидят по камерам? Им что, не дают передвигаться по территории? Надеюсь, у вас хоть столовая есть или баланду тоже в клетки подаете, как собакам?

– Что-то ты разговорчивый больно стал, видимо мало я тебе врезал, надо было добавить.

– Нет уж, лучше помолчу, – прошептал я, а сопровождающий все же сошел до ответа.

– Распорядок дня висит в каждой камере. Ознакомишься.

Остановились у очередной решетки. Глянул внутрь – трое. Значит, я буду четвертым. Вот и определилось мое койко-место.

Охранник нажал почти незаметную кнопку, встроенную сбоку камеры, и открыл проход.

– Шевелись, – язвительно хмыкнул он и дал пинка для ускорения.

– Сука, – прорычал я в ответ, влетая внутрь, при этом чуть не пропахав носом пол, слыша гулкий хохот своих однокамерников.

Глава 2

– Добро пожаловать в ад, – прогоготал высокий, плечистый мужик. Длинные волосы и лохматая борода не давали нормально рассмотреть его лицо, чтобы определить хотя бы примерный возраст. Он одной мощной рукой, как котенка ухватил меня зашкварник и поднял на ноги.

– Еще одного хлюпика доставили, – поморщился второй, худощавый парень лет двадцати восьми – тридцати, – И чего они всех убогих к нам в камеру пихают?

– Там мы самые добренькие, – хмыкнул третий, противный на вид, невысокий, юркий мужичонка с масляным взглядом бегающих глаз.

Втянул носом воздух, пытаясь определить, что за сокамерники мне достались.

Темноволосый парень не вызывал сомнений – вампир. Запах почти такой же, как у Митина, с небольшими различиями, свойственными для каждого нелюдя. Здоровяка просчитать не смог просто потому, что ни разу не встречал представителя его расы, поэтому запах казался абсолютно не знакомым, но стоило мне повернуться к последнему, которого я мысленно уже прозвал хорьком, уж больно он был похож на это мелкое, пакостливое животное, как моментально скривился.

Только не это. Меня всего затрясло от злости и негодования. Гуль. После недавних событий, случившихся в моей жизни, представителей этой расы я органически не переваривал. Хотелось впечатать кулак в его поганую морду, да так, чтобы выбить оставшиеся гнилые зубы, которыми он отсвечивал на всю камеру. Умом понимал, что конкретно этот индивид, не сделал мне ничего плохого, а вот эмоции зашкаливали. К тому же, по физиономии этого урода, я моментально определил, что он – тот еще гад: скользкий, хитрый, изворотливый. Интересно, за что он сидит? Если за серьезное преступление, тогда можно удавить под шумок, вряд ли кто опечалится.

Встряхнул головой, прогоняя назойливые мысли. Что за бред? Я не убийца.

Тычок под ребра вернул в реальность.

– Эй, придурок, ты чего?

– А, что? – переспросил глупо, уже более осознанно смотря на однокамерников.

Все трое немного отступили назад, с опаской поглядывая на меня и решая, то ли я полный лох, то ли прикидываюсь, на деле являясь серьезным противником, с которым не стоит связываться.

Странно, вроде не давал повода.

– Ты зачем так в мелкого вперился, что он чуть не обделался от страха?

Перевел взгляд на трясущегося от гуля, заметив, что в глубине глаз Хорька, превозмогая ужас, плескалась лютая, откровенная ненависть, направленная в мою сторону.

Похоже, одного врага я уже заимел, только непонятно почему. Что я ему такого сделал?

Усмехнулся настолько противно, насколько смог, продолжая сверлить взглядом гуля и замечая, как тот все больше и больше сжимался от страха, втягивая голову в плечи.

– Я не знаю к какой расе ты принадлежишь и на что способен, но предупреждаю, не смей проделывать подобные штучки на мне, если не хочешь оказаться на том свете раньше времени, – произнёс черноволосый парень.

– Какие штучки? – спросил обалдело.

– Те, которые ты применил к мелкому.

– Ничего я не применял.

– Думаешь я не замечу ментальное воздействие? То, чувство угнетения и подавления, которое ты использовал, даже я смог ощутить.

– И я тоже, – поддакнул здоровяк, – Не понимаю только, как ты сумел обойти защиту.

А вот это нежданчик. Не планировал я так быстро раскрывать себя. Плохо, Стас, очень плохо, а самое главное, я не понял, как сотворил подобное. Видимо чисто на инстинктах. Нельзя чтобы это повторилось, тем более при свидетелях, да только я понятия не имел, как не допустить очередной осечки.

Улыбка, как мне сейчас необходим твой совет, но да ладно, буду справляться своими силами. Одно хорошо, мужики явно решили на время оставить меня в покое. Связываться с темной лошадкой никто не стремился, сначала попробуют прощупать, и только потом начнут действовать. Сходу мочить не станут, а прессовать побоятся, вдруг я отмороженный на всю голову и ночью по-тихому их всех прирежу или удавлю своей магией.

– Парни, мне проблемы не нужны. Вы не трогайте меня, я не трогаю вас, – произнес спокойно, насколько это было возможно в данной ситуации.

Троица переглянулась, явно решая, как быть с новым сокамерником.

– Пусть будет так, – ответил худощавый парень.

– Распорядок дня где можно посмотреть?