- -
- 100%
- +
Той свободы и простоты в общении, как с Николаем, не было и в помине.
– Надя, мне хотелось бы узнать вас поближе, – Алик улыбнулся. – Может, сходим на днях куда-нибудь вместе?
– Спасибо, я не могу. Мне надо готовиться к занятиям.
– Но ведь один вечер ничем не навредит?
– Не знаю, я ничего не могу обещать.
При этом Надя почувствовала, как заполыхало жаром лицо, и смущенно опустила глаза.
Подошли покупатели, и Надя сразу включилась в работу.
Алик с улыбкой смотрел, как она разговаривает, как показывает товар, как улыбается, и старался понять, что происходит с его сердцем. Ведь раньше он не знал о таких необычных ощущениях. Никогда не стремился добиться свидания…
На миг ему показалось, что если девушка откажется встретиться с ним, то он просто не переживет этого. Резко развернувшись, Алик ушел.
Кажется, я влюбился, подумал он, пытаясь осмыслить, что же это такое.
19
Гугов стремительно вошел в магазин и бегом поднялся по лестнице.
В кабинет он вошел не постучавшись и замер у входа. Керч пил кофе и недовольно вскинул глаза. Михаил Александрович не любил, когда ему мешали пить кофе. Он приготовился сказать какую то колкость, но слова замерли у него на губах, когда он увидел лицо заместителя.
– Что случилось?
– Тело нашли.
Керч мгновенно все понял.
– Черт, так быстро? Его опознали?
– Не знаю, передавали по новостям. Сейчас, через пять минут повтор.
– Включи телевизор, и позови Алика.
Гугов нажал на пульт и выскочил из кабинета. Через минуту зашел вместе с Аликом. Новости начались. Диктор сообщил, что час назад, рыбаки выловили в реке труп обмотанный скотчем с грузом на ногах. Тело нашел рыболов, у которого зацепило крючок, и он нырнул в воду отцепить его. Полиция пока не располагает сведениями, кто это может быть. Никаких документов не обнаружено.
Больше ничего не сказали. В комнате нависло молчание.
– Случайность, – спокойно произнес Алик.
– Случайность! – громыхнул кулаком Керч. – А если опознают?
– Не сразу, – все так же спокойно произнес Алик. – Время есть.
– Алик, ты может не понял? У нас может сорваться поставка! Если эта жаба что-нибудь пронюхает, он исчезнет. И новый канал нам вряд ли удастся найти.
– Что-нибудь придумаем, папа. Опознают его еще не скоро. Он не местный. Кто сможет связать его с нами? Выкрутимся.
– Да уж постарайтесь! Кто был в деле?
– Обычный состав. Новых лиц не было.
– Хорошо, – Керч нервно закурил. – Когда прибывает товар?
– В четверг. Я уже знаю время прибытия.
– Гуг, приготовь охрану.
– А кого? Ребята тоже в четверг приедут, только позже.
– Они будут в городе часам к семи вечера, – проговорил Алик. – А товар прибудет в 17.00. Получу его сам примерно через час или полтора.
– Возьми Леню или Николая. У них по четвергам смена в обед, – вставил Гуг.
– Хорошо, – кивнул Алик.
– Так и сделаем. Ты можешь идти, – кивнул Керч Гугову. – Алик останься!
20
Гуг вышел. Алик устроился поудобнее, вопросительно глядя на отца.
– Если ты о трупе…
– Нет. С трупом сами разбирайтесь.
Керч встал и нерешительно провел по редким зализанным волосам, избегая смотреть на сына. Алик удивленно наблюдал за отцом.
– Мне показалось, ты заинтересовался нашей новой продавщицей?
– О чем это ты? – нахмурился Алик.
– Я все время вижу тебя возле ее отдела.
Алик открыл было рот, но Керч не дал ему сказать.
– Нет, ты не думай, что я запрещаю, вовсе нет. В твоем возрасте нормально иметь женщину. Ведь у тебя есть женщина?
– Что? – изумился Алик. – Папа ты о чем?
– Я хочу знать, есть ли у тебя женщина! Что ты не понял?
– Полно девчонок, которые были бы не прочь…
– Я говорю не о девчонках! – повысил голос Керч. – Я говорю о женщине! Алик, я хочу знать, спишь ли ты с какой-нибудь женщиной?
С минуту нависла тишина.
– Господи, папа! – Алик расхохотался. – Ты на что намекаешь?
– Я ни разу не застал тебя наедине с женщиной! – нервно повторил Керч.
– Но, папа, – все еще веселясь произнес Алик, – я бы не стал делать это в твоем присутствии.
– Не иронизируй, мать переживает! Ты еще ни с одной девушкой нас не познакомил.
– И это волнует маму? – улыбнулся Алик. – Ей кажется, что меня несет на голубой волне?
– Алик, не паясничай!
– Папа! – Алик сощурил холодный взгляд, – со мной все в порядке. Просто здесь, в России, мне никто не нравится.
– Ты хочешь сказать, что в Париже у тебя кто-то есть?
– И не одна, – кивнул Алик.
Пристально всмотревшись в сына, Керч облегченно засмеялся.
– Я верю тебе сынок. У тебя есть вкус. Я скажу маме, чтобы она не волновалась. Не сердись на неё, ведь ты ей ничего не рассказываешь.
– Ну, я же не девчонка, папа, шептаться с мамой.
– Да, конечно. Ты давно вырос. Хорошо сынок, иди домой, я буду позже.
Алик вышел. Закрыв дверь он усмехнулся и, сбежав по лестнице, выскочил из магазина.
21
Керч раздраженно набрал номер телефона.
– Алло, Лида!
– Да, я слушаю, Миша.
– Я поговорил с ним. Успокойся. Он сказал, что здесь ему никто не нравится. У него есть женщина в Париже.
– Но я не видела никаких доказательств…
– А он обязан тебе все демонстрировать? Приглашать на интимные встречи?
– Ну, Миша, ну что за разговоры, не утрируй, пожалуйста! Я просто чувствую, что он ни с кем встречаться не хочет. Он избегает женщин!
– Ах, оставь свои бредни, хватит!
– Миша!
– Все, я сказал.
Керч раздраженно бросил трубку. Достал бутылку с минеральной водой и выпил из горла.
22
Алик свернул в сторону дома и сбавил скорость. Ехать домой не хотелось. Он закурил.
Еще в школе он сторонился своих одноклассниц с жидкими косичками и притупленным взглядом. Посмотрев в пятом классе зарубежный фильм для взрослых, он навсегда стал рабом роскошной жизни, холеных богатых женщин и утонченных отношений. Он не мог представить себя рядом с одноклассницей, одетой в мятую школьную форму с бантом на голове. Ему было противно видеть, как на переменах девчонки щелкают семечки, как жирными от сочных чебуреков руками, хватают его тетрадки. Как визжат, если нечаянно прикоснешься, проходя мимо…
Себя он видел исключительно красивым статным парнем сжимающим в объятиях прекрасную женщину в шелках и драгоценностях.
Золотые волосы на подушке, канделябры, шампанское в серебряном ведерке, шикарные рестораны, круиз и Лазурный берег.
Школа прошла серой полосой не оставив никакого следа в душе. Художественный институт, куда он поступил, совпал с периодом, когда в семье перестали считать деньги, и шаг к мечте был сделан. Своих однокурсниц он откровенно презирал. Его передергивало, стоило только представить поход в кино с одной из этих жеманных кукол в китайском барахле. А совместное поедание попкорна и жалкие прикосновения коленок в душном зале, вперемежку с запахом дезодоранта и мыла, вообще вызывали в нем омерзение.
Он пользовался огромным успехом у девушек, но ни одна из них не могла похвастать, что он хотя бы прикоснулся к ней. Его находили странным, одно время даже думали что он гей, но он сторонился и ребят. Его оставили в покое только после того, как самая красивая девушка на курсе призналась ему в любви и плакала, говоря ему это. Несколько девушек стали невольными свидетелями этого признания. Они разнесли по всему институту, как он смотрел с отвращением на потекшую тушь, мокрый нос и дрожащие руки девушки, и смеялся. Все решили, что он со сдвигом. Больше попыток пробиться к нему не делали.
Достаток в семье рос, и он упорно шел к жизни, которая рисовалась в мечтах. И для этого все средства для него были хороши. Пока все сбылось только наполовину. Он красив и привлекателен, как герой любовник из его любимых фильмов. Он живет в Париже, куда перевелся на учебу при первой же возможности. Имеет очень красивое и изящное хобби приносящее неплохой доход. Единственный сын, родители его обожают, они богаты, но этого все еще мало.
Скоро все должно измениться. Деньги потекут рекой и он займет то положение в обществе, о котором мечтал еще со школы.
И вот тогда рядом с ним будет самая прекрасная и изящная женщина.
23
Машина остановилась у дома, и Алик быстро поднялся по лестнице.
Навстречу вышла приятная ухоженная женщина в дорогом домашнем костюме. Лидии, яркой блондинке с коротко стриженными волосами, было сорок семь лет. Но выглядела она лет на десять моложе. Керч женился на ней, когда она училась на третьем курсе педагогического института. Будучи старше жены на пятнадцать лет, он довольно твердо стоял на ногах имея собственный магазин ювелирных украшений. Лида ни дня не работала, и с удовольствием занималась только семьей и собой.
Сына Лида очень любила и постоянно опекала.
Алик улыбнулся матери и прошел в свою комнату.
– Алик, обед на столе.
– Я только освежусь. Сегодня жарко.
Помощница по дому поставила чайник. Расставила тарелки, налила суп. Лидия села за стол и стала ждать сына. Алик быстро вернулся, сел и стал есть.
– Папа говорил с тобой?
– О том, почему я без девушки?
– Да, – Лидия немного смутилась.
– Но, мама, я еще не встретил такую, как ты, – Алик улыбнулся. – Ты ведь знаешь, что все эти размалеванные девчонки с синими волосами и сигаретами во рту, полном металлических шариков, не по мне!
– Знаю. Но ведь есть много хороших примерных девушек. Не обязательно из богатой семьи. Ты просто не ищешь!
– Примерные, как ты говоришь, отчего-то дешево выглядят. Жалкие и невзрачные. Сплошь в рыночном барахле. Копеечная бижутерия, хебешное белье…
– Оденешь ее в фирменное, в чем проблема?
– Дело не в шмотках. В девчонках нет породы. Даже те, что хорошо одеты, выглядят так, как будто им дали эти вещи поносить.
– Мне страшно за тебя, Алик! Ты даже в школе ни с кем не дружил.
– С кем я должен был, по-твоему, дружить? С визжащими куклами? Носить за ними потертые портфели, пить из одной дешевой банки мерзкое пиво в подворотне?
Лидия слушала, не зная, что сказать.
– Мне со школы противны эти дешевые заигрывания на уроках. Тупые записочки, идиотское хихиканье.
Алик встал и налил себе кофе.
– Моя женщина должна быть богиней. Красивой, ухоженной, гордой. И роскошной. Она должна быть достойна того, что я поднесу к ее ногам. Должна ценить дорогие подарки…
– И где же ты, мой мальчик, хочешь найти такую? В Европе?
– Да. Только когда сам буду достаточно богат.
– Не надо лезть в авантюры отца, Алик! Это рискованно.
– А как еще стать богатым? Без риска это невозможно.
– Не всегда счастье в деньгах, сынок!
– И когда ты это поняла? Когда в двадцать лет вышла замуж за богатого ювелира?
– Алик!
– Или сейчас, когда транжиришь добытые авантюрой деньги отца?
Лидия задохнулась от возмущения.
– Ты сама преклоняешься перед деньгами, мама! Скажешь нет? А хочешь, чтобы я не пытался стать богатым, и взял в жены простую примерную девушку? С чего бы это простую?
– Алик, что ты говоришь?
– Оставь меня в покое! Мне не интересны местные девушки. Ни богатые, ни бедные!
Лида вздохнула. Алик вышел из комнаты, примирительно поцеловав мать в макушку.
24
Утро не принесло облегчения. Труп не выходил у Керча из головы. Что, если его опознают и весть об этом просочится в прессу? Ведь Липша сразу все поймет. Достаточно газетам только намекнуть, что труп не местный, как этот придурок начнет подозревать самое худшее. И что тогда?
Керч опять набрал номер телефона Алика. Где его носит? Телефон постоянно вне доступа.
Керч раздраженно бросил трубку. Невозможно ни до кого дозвониться, когда срочно надо!
Он достал бутылку с минеральной водой и сделал несколько глотков.
В дверь постучали. Вошел заместитель с оценщиком Липшей.
– А, Вячеслав Андреевич, присаживайтесь, – добродушная улыбка вновь засияла на лице Керча.
Оценщик осторожно сел на предложенное кресло и растянул рот до ушей. Выпуклые глаза при этом наполовину прикрылись, и, казалось, он сейчас уснёт.
– Михаил Александрович, – квакнул Липша. – Я буду здесь еще два дня. После этого я отбываю. А ведь я еще ничего не видел! Где товар?
– Будет здесь послезавтра. Вы все увидите.
– Где будет проходить оценка?
– У меня на даче в часе езды от города.
– Хорошо. А кто доставит его заказчику?
– Мы сами. Это ведь не входит в ваши обязанности?
Керч хмуро уставился на Липшу.
– У нас есть свои люди, – добавил он угрюмо.
– Я должен сопровождать груз и быть уверенным, что его не подменят!
– Что вы такое себе позволяете, Вячеслав Андреевич?! Когда это товар подменяли? – Керч вскипел, злобно сжав кулаки.
– Я должен сопровождать груз, – не отвечая на вопрос упрямо бросил оценщик, игнорируя сжатые кулаки.
– Хорошо, как хотите. Как будете рассчитываться?
– Половина при оценке, половина по прибытию.
– Мы так не договаривались! – возмутился Керч.
– Прошу прощения, мы договариваемся сейчас, – Липша ядовито поджал губы. – Поскольку первый раз имеем дело друг с другом. Ведь прежний посредник исчез?! Люди, которые доверили мне переговоры, настаивали именно на этой схеме расчета. Если мы не договоримся, я покидаю вашу страну сегодня же.
– Хорошо, – немного подумав процедил Керч. – Все поменялось, я понял. А способ перевозки?
– Остается прежним. Поскольку ваших людей знают в лицо и знают ваш бизнес.
Керч кивнул. Они пожали друг другу руки, и оценщик вышел.
25
Керч злобно сунул сигару в рот.
Гуг плеснул в стакан воды и отпил несколько глотков.
– Давайте посмотрим, что получится, – тихо проговорил он. – Сейчас главное, чтобы они не поняли, куда делся прежний оценщик.
Керч кивнул.
– Где Алик?
– Он решает дело с трупом. Звонил мне, сказал, что все идет как надо. Наш человек в полиции все понял правильно. Так что с этой стороны все хорошо.
– А с какой стороны мне ждать подвоха? – ворчливо пыхнул сигарой Керч.
– Только со стороны Липши. Если он заартачится, дело плохо. Мы не можем убрать и этого. Нас раскусят.
– Что ты предлагаешь?
– Я думаю надо, на всякий случай, вычислить его звонок. И попытаться самим, выйти на заказчика.
– Это рискованно, с нами могут не захотеть говорить… Но, пожалуй ты прав, надо попытаться. Давай, организуй все. Возможно это выход.
Гуг кивнул.
26
Николай ждал Надю у входа в магазин и смущенно держал за стебелек белоснежную розу. Цветок источал слабый аромат, и казался сплетенным из кружева. Надя с упоением вдохнула запах.
– Спасибо, – улыбнулась она, и Николай буквально расцвел.
– Я не знаю, какие цветы ты любишь. Если другие, то я готов исправить ошибку!
– Я теперь всегда буду любить белые розы, – засмеялась Надя. – Сегодня мне первый раз в жизни подарили цветы.
– Надя, – робко начал Николай, – может, встретимся завтра? Я знаю небольшой спокойный ресторан. Просто посидим в тишине.
– Ладно. Только и Зину с Лёней возьмем, хорошо?
– Ну конечно! – обрадовался Коля.
Они улыбнулись друг другу и зашли в магазин.
Алик стоял в кабинете отца и смотрел из окна. Он видел, что Надя вошла с розой в руках, и понял, что ее подарил Николай, вошедший следом. Это известие неприятно поразило его.
Нет, конечно, Алику никто в России не нужен, но все же эта Надя очень красивая.
Рысь… Рысь с коньячно-золотыми глазами… Алик вытащил из кармана брошь. Призывно блеснул бриллиант в обрамлении золотой спирали. Он сделал эту вещицу для Нади.
Только, есть и другой, кто оказывает ей знаки внимания.
А она вроде и не против ухаживаний этого Николая. Согласна променять его, Алика, на мужлана с квадратной челюстью…
Алик скрипнул зубами. Как-то не хочется вот так, запросто, уступить её другому…
Алик вышел из кабинета и спустился в зал. Надя только что принесла в отдел вазу с водой и поставила на полку.
– Привет, – улыбка Алика источала ласковое дружелюбие.
– Привет, – улыбнулась Надя.
– Это для тебя, – протянул к ней ладонь Алик. На ладони лежала прелестная брошь с бриллиантом изумительного коньячного цвета.
Надя замерла.
– Она будет прекрасно смотреться на твоей груди, – улыбнулся Алик, – в ней цвет твоих глаз, рысь.
– Спасибо, не надо, – отвернувшись, Надя поставила в вазу цветок подаренный Николаем.
– Ты отказываешься?
– Это очень дорогой подарок.
– И что? Я так хочу.
– Извини, я не хочу.
Алик понимающе кивнул. Дура. Не хочет, и не надо. Резко повернувшись, он вышел из магазина.
С минуту он стоял у входа, потом сел в машину и уехал.
Надя проводила его взглядом и с облегчением вздохнула. Ушел. Наконец-то можно почувствовать себя свободно. Надя помахала Зине рукой и принялась приводить отдел в порядок.
Скоро хлынут покупатели.
27
День был очень суматошным, но наконец-то подошел к концу. Покупателей почти не осталось. Несколько человек у отдела часов и все. Скоро домой.
Усталости Надя не чувствовала. Просто скучала по бабушке. После смерти родителей ей трудно было долго находиться без родного человека рядом. Только с бабушкой она успокаивалась.
Надя аккуратно прибрала сережки. Сложила образцы, все уложила в определенном порядке в сейф.
Закрыла витрину и протерла губкой прозрачную поверхность.
Последние покупатели ушли и магазин опустел.
Надя оделась и посмотрела на Зину.
Та махнула рукой и показала растопыренную ладонь. Все ясно, подождать пять минут. Надя кивнула и пошла к выходу. Вечер был довольно прохладным. Надя встала у входа дожидаясь Зину.
Мысли ее вернулись к Алику.
Странно, почему он ее так напрягает? Надя всегда умела оставаться спокойной и немного отстраненной при виде мужского пола. Этому помогли два случая еще со школы. Первый – это когда в седьмом классе она пошла в новую школу, в новом городе, куда перевели родителей по работе. Смуглый Вовчик с вьющимися волосами и крупным, красиво очерченным ртом привлек ее внимание как-то сразу, в первый же день. Надя тогда решила, что влюбилась и несколько недель прилежно ходила на все секции баскетбола, чтобы поддержать команду в которой играл Вовчик.
Любовь ее осталась незамеченной. Писать записочки, как это делали девчонки в классе, ей не хотелось. Говорить с ним о своих чувствах, Надя не решилась. Хотя прочла уйму любовных романов и слова нужные произнести смогла бы. Но только в ответ. Ведь в романах объясняется сначала парень. Взять на себя смелость и первой признаться в своих чувствах, у Нади не получилось. Вовчик увлекся другой девочкой, не такой щепетильной, как Надя, и был для нее потерян.
Надя очень переживала, но новый переезд успокоил её со временем. В девятом классе ей показалось, что она снова влюбилась. В Сережку из параллельного класса. Но девчонки каким-то образом прознали об этом, все ему доложили и задразнили так, что он демонстративно отвернулся от Нади. Даже грубил при встрече. Любовь тогда закончилась не начавшись. Предательства Надя не простила.
Больше о мальчиках она не думала. Знала, что красивая, что нравится многим, но душу ее это не трогало. Подруг у неё не было. Единственной подругой так и осталась Зина. Ее соседка и подруга с самого детского сада.
Когда случилось несчастье и родителей не стало, Надя долго не могла поверить, что она их больше не увидит. Жить не хотелось.
Но рядом была бабушка, вся почерневшая от горя, и она опомнилась. В страхе потерять единственного родного человека, который у неё остался, Надя взяла себя в руки, не дала сломить себя несчастью. Они с бабушкой чудом пережили этот год, сейчас приходили в себя. Здесь, в родном Новороссийске, она заново училась жить. За три месяца она ожила, расцвела. Вместе с бабушкой они снова стали радоваться жизни.
О любви и парнях она не думала.
И вдруг такое… Сразу двое ей нравятся. Алик, захвативший её чувства и Николай, который коснулся души. Надя не могла разобраться в себе. Но, поскольку никто из них еще ничего конкретно ей не сказал, решила ни о чем не думать и отдаться течению.
28
Керч подъехал домой к ужину.
– Надо поговорить, – кивнул отец сыну и они прошли в кабинет.
– Что говорит Влад? Ничего еще не узнал? – спросил он у сына.
– Нет. Нам надо самим шевелиться.
– Ты прав, – кивнул Керч. – А что Алексей, готовит новую партию?
– Да, но потихоньку. Мы на сейчас слишком много заказали, надо быть осторожнее. Ему нельзя подставляться.
– Хорошо.
Керч с облегчением облачился в халат.
– Эта жаба еще ничего не пронюхала? – спросил он
– Нет, и не пронюхает. Наш человек в органах уже позаботился обо всем, – налил вина Алик. – Труп не опознают.
– Это дорого стоило? – вскинул глаза Керч.
– Не очень, папа. Терпимо. Мы можем себе это позволить.
– Ладно, сынок. Значит, завтра Алексей доставит товар?
– Да. Но встретимся мы не в аэропорту, а на дороге, у развилки. Алексей не хочет светиться.
– Ясно. Во сколько?
– Договорились в 18.30.
Керч кивнул.
– Я сразу поеду на дачу, – добавил Алик.
– А парни когда приезжают?
– Около семи вечера. Я не запомнил точное время. Думаю послать за ними Лёню, чтобы привез их. На даче все будем часам к двадцати.
– Хорошо. Я приеду, как только ты все привезешь. Я должен все посмотреть перед оценкой. Не хочу сюрпризов.
– Хорошо. А когда подъедет Липша?
– Когда все проверю. Назначу ему встречу позже. А у тебя все готово?
– Да, конечно. На все четыре вида камней.
– Хорошо, – Керч повернулся к дверям. – Лида, чай готов?
– Да, – откликнулась жена. – Ужин готов, жду вас.
Отец и сын прошли в гостиную.
29
Зина стояла в обнимку с Лёней у своего дома и смеялась. Лёня так потешно рассказывал армейские анекдоты. Всю дорогу от остановки, они хохотали и, перебивая друг друга, вспоминали разные смешные истории.
Лёня готов был говорить с Зиной часами. Они говорили обо всем. О будущем, о том, куда мечтают поступить, кем стать.
Зина была его первой девушкой. До этого не было никаких серьезных увлечений. Школа, армия. Потом работа. Любая, которая подворачивалась. Мечты о высшем образовании пока оставались мечтами. Отец болел, а мачеха думала только о себе.
Сейчас он работал охранником в магазине. Помог ему в этом Николай, давний приятель по спортивному клубу. Несколько лет, еще учась в школе, они посещали секцию борьбы и с тех пор поддерживали связь.
Лёня увлекся Зиной сразу, как только увидел ее, но природная застенчивость мешала ему признаться девушке.
После вечера в клубе Лёня от Зины не отходил.
– Так что, идем завтра вечером в ресторан с Надей и Николаем? – спросила Зина.
– Да, конечно, буду счастлив, – улыбнулся Лёня.
– Ладно, тогда давай прощаться, а то брат мне задаст. Вон уже с окна машет.
– Пока, до завтра, – послушно стал прощаться Лёня. Не решаясь поцеловать Зину на глазах у брата, Лёня торопливо пожал ей руку и ушел. Зина весело побежала домой.
Антон, старший брат Зины, добродушный полноватый парень был Зине за отца и за брата. Родители у них давно умерли. Отец от сердечного приступа, а мать так и не оправилась после смерти любимого мужа. Антон остался для сестры единственной поддержкой. Он работал помощником адвоката, был счастливо женат. Его жена, Люся, родила ему сына и ждала второго ребенка. Они дружно жили в двухкомнатной квартирке старого многоквартирного дома.
Люся и ребенок уже спали, поэтому сестра с братом сели на кухне и шепотом стали делиться секретами, как бывало в детстве. Зина рассказывала о Лёне, а Антон внимательно слушал.
Лёня живет с отцом и мачехой, рассказывала Зина. Живут скромно. Отец очень болен. Лёня отслужил в армии, работал водителем, грузчиком, а вот теперь работает охранником в магазине. Никуда пока не поступил на учебу, нужны деньги на лечение отца. Хороший, добрый, не пьет вообще. Только курит. Нет, с семьей еще не познакомил, они только несколько дней, как дружат, но он ей нравится. Очень. И она ему тоже. Нет-нет, совсем не наглый, стеснительный.
Антон с улыбкой слушал сестру. Он радовался за неё. По рассказам, Лёня произвел на него хорошее впечатление, и теперь ему хотелось узнать его поближе.
– Зина, ты можешь пригласить его на выходные к нам.
– Ой, Антошка, правда, можно?
– Можно!
– Это кого вы собрались приглашать? – на пороге появилась заспанная Люся. Невысокая, в белой ночной рубашке, сдобная как булочка, она сощурила похожие на изюминки глаза и скомандовала: