Танец теней

Вернувшись, он обнаружил, что девочки нет, и решил, что она зашла внутрь. Он обошёл все комнаты, спрашивая о ней, но никто её не видел. Тогда он решил зайти ко мне, подумав, что Соня пошла показывать мне новые находки.

Девочку тут же начали искать, верхом и пешими. На беду, почти сразу начался сильный ливень, который продолжался около часа. Собаки не смогли взять след, похоже, все запахи смыло.

Наступила ночь. Мы вернулись в Ирий за фонарями. Все мужчины продолжают поиски и ночью, лишь меня в силу возраста и состояния здоровья Михаил Николаевич оставил обсохнуть и согреться. Но сон не приходит, сижу в комнате в мучительном ожидании. Чтобы как-то себя занять, пишу эти строки и молюсь за здоровье и жизнь девочки…

Дата: 15-е июня 1898 года

Нашлась! Пришла к полудню сама.

Слава Богу! Какое счастье!

Михаил Николаевич провёл в поисках всю ночь и, даже не позавтракав, объезжал заново с утра окрестности в надежде со светом отыскать следы. В Ирий он заехал справиться, не нашлась ли Соня, и дать новые распоряжения на случай, если нет.

Как увидел её – побежал, сгрёб в охапку и даже прослезился. Да я и сам едва справился с подкатившим к горлу комом.

Работники, отряжённые на поиски с раннего утра, возвратились к обеду мрачные. Зашли в дом отчитаться, а тут такая радость!

Начали её расспрашивать, конечно.

История вышла удивительной. Не берусь судить о том, насколько она соответствует истине, принимая во внимание, что в возрасте Сони многие дети склонны фантазировать, а также помня о недуге девочки. Но два неоспоримых факта мы имеем: Соня пропала и сама сумела вернуться.

С её слов, как только Савелий скрылся из виду, она увидела ту самую прекрасную бабочку, которую хотела изловить, чтобы назвать в честь покойной матушки. Она несколько раз пыталась подкрасться к насекомому, но в последний момент это неуловимое создание замечало её и отпархивало в сторону. И ладно бы улетело прочь, но оно продолжало кружить по лугу неподалёку.

Девочка сама не заметила, как очутилась в лесу, перебегая от куста к кусту, буквально на мгновение запаздывая накрыть бабочку сачком.

В какой-то момент насекомое залетело за большой куст, а когда Соня его обошла, то обнаружила, что бабочка пропала.

Тогда только опомнилась и поняла, что очутилась среди деревьев, да так, что усадьбу не видела. Она взобралась на пригорок, но, по её словам, лес был густым, и сколько бы она ни оглядывалась, не могла определить направление, откуда пришла.

Ей показалось, что она знает дорогу обратно и возвращается верно. Но через некоторое время поняла, что уже должна бы давно выйти к лугу. Тогда она начала кричать, но никто не откликался.

Соня испугалась и ускорила шаг, желая быстрее вернуться. Потом побежала и бежала до тех пор, пока не стала задыхаться.

Как мы поняли, ею овладела паника. Она снова начала кричать, но снова никто не отозвался. Какое-то время Соня сидела и плакала. Но потом немного успокоилась и собралась с духом, решив ещё раз испытать удачу и найти дорогу домой.

По несчастливой случайности, похоже, она выбрала неправильное направление.

Через какое-то время её начали мучить жажда и голод, но, к счастью, девочка набрела на ручей, протекавший в небольшой ложбине. Однако чем утолить голод, она не знала.

Меж тем наступил вечер. Соня нашла какие-то красные ягоды и попробовала их съесть. Но вкус их оказался горьковатым, и она проглотила лишь несколько. Бедное дитя совершенно не представляло, как добыть еду, и отчаяние снова вернулось. Позже ей стало плохо. Появилась рвота, начало отказывать зрение.

К тому же у неё начался приступ, и дальше Соня плохо помнила, что делала. В памяти остались лишь небольшие обрывки воспоминаний о моментах, когда сознание прояснялось.

Она куда-то шла, садилась, ложилась отдохнуть, снова куда-то шла. Стало смеркаться. Зрение её совсем ослабло, особенно, когда она пыталась разглядеть что-нибудь вблизи.

В конце концов Соня вышла к краю какого-то оврага и, не заметив, что земля под ногами заканчивается, шагнула вперёд, потеряла равновесие и покатилась вниз по крутому склону. Во время падения ударилась головой и лишилась чувств.

Последнее, что девочка запомнила в тот день: она очнулась от того, что замёрзла и промокла, так как моросил мелкий дождь. Неподалёку лежало огромное сломанное дерево. Ствол не окончательно оторвался от пня, и в этом месте, между стволом и землёй, имелось пространство, куда Соня из последних сил и заползла, чтобы укрыться от непогоды. Затем её сознание померкло.

Очнулась она утром. Ей стало лучше: разум очистился, и мысли пришли в порядок. Она не знала, что делать дальше, и решила не поддаваться панике и никуда не идти, так как боялась, что уйдёт ещё дальше от Ирия.

Потом ей пришла в голову мысль, что нужно забраться на высокое дерево и оглядеться. Она так и поступила. Соня сумела подняться так высоко, что увидела знакомые сопки, между которых проходила дорога к дому. Причём сопки находились довольно близко.

Похоже, вчера она уходила от усадьбы не по прямой, а кругами, и отошла не так уж и далеко.

Соня приметила, где находится солнце относительно сопок, и пошла в нужном направлении, используя светило как ориентир. Позже она вышла на тропу и стала идти быстрее.

Тропа эта, как выяснилось, охотничья, её использовали наши работники, когда ходили промышлять зверя.

Радость Сониного возвращения была омрачена вечером новым сильным приступом, очевидно, из-за пережитых волнений, охвативших девочку. К счастью, у нас есть чудесная вода, которая действует даже при самых тяжёлых эпизодах болезни.

Я не врач, но предположу, что подобные потрясения вредят её здоровью. Надеюсь, что забота, уход и домашний покой сделают своё дело, и Соня восстановит душевную гармонию.

***

Я отложил журнал и задумался. Не было ничего удивительного в том, что девочка увлеклась поимкой бабочки и заблудилась в лесу. Это как раз вполне вероятный случай. Но в целом её история могла послужить примером редкого стечения счастливых обстоятельств.

Какая удача, что она не уходила от усадьбы по прямой. И ещё большая удача то, что во время падения она ничего себе не сломала, например, ногу или спину, что означало бы верную смерть, если бы её не нашли в самый короткий срок. А ещё повезло, что ядовитые ягоды имели горький вкус, иначе она могла бы съесть смертельную порцию. Да и ручей нашёлся кстати. Без воды силы девочки стремительно истаяли бы, уменьшая её шансы на возвращение. А то, что Соню не нашли волки или медведь, можно и вовсе назвать чудом.

Даже опытный, сильный и хорошо вооружённый мужчина сталкивается с определённой долей риска, оказавшись один на один с тайгой. Что говорить о безоружной девочке, оставшейся в лесу в одиночестве, без знаний и умений, необходимых для выживания?

Конечно, ей помогли какие-то спящие до того силы её характера, ведь она не поддалась панике, когда очнулась, и проявила сметливость, чтобы найти ориентиры и путь домой. Но в целом эти качества Сониной натуры служили лишь дополнением к той череде счастливых обстоятельств, которые помогли завершиться её истории благополучно.

Я продолжил чтение…

Дата: 16-е июня 1898 года

Неприятности, похоже, стали сыпаться на нас, как из рога изобилия.

У нас началась какая-то необычная эпидемия. Вчера жена Степана (который, увы, к настоящему времени не нашёлся) слегла с лихорадкой.

Я бы не стал упоминать об этой неприятности, но сегодня жёны Савелия и Ивана тоже слегли. Симптомы у всех одинаковые: тошнота, жар, слабость и жалобы на боли в теле и голове.

Я посоветовал Михаилу Николаевичу из соображений карантинных мер отселить Ивана и Савелия и дать им возможность периодически навещать больных для ухода. Комнаты проветривают и протирают полы и окна хлорной известью.

К обеду в Ирий прибыла вторая партия геологов, которая вернулась из длительного похода. В отличие от первой партии, их результаты, видимо, оказались не столь впечатляющими, судя по настроению разведчиков. Но и провалом, похоже, их поход не закончился.

Разведчики стали лагерем возле усадьбы. В этот раз из-за эпидемии никаких пикников мы не устраивали.

Михаил Николаевич дал им день отдыха и распорядился незамедлительно возвращаться в город, дабы избежать рисков заражения.

Начальнику партии он передал очередное письмо для своего заместителя в конторе. Я попросил добавить туда указание поискать доктора, согласного пожить в Ирии до Рождества. Ведь мы собирались вернуться на праздники и отдохнуть около месяца от нашей сибирской робинзонады.

Михаил Николаевич согласился с моим предложением. Он сказал, что заранее нанял доктора в штат усадьбы. Но перед самым переездом у того умерла мать, которая жила в Рязани, и он вынужденно уехал улаживать семейные дела, расторгнув договорённость с промышленником. А найти приличного врача в Тальминске всего за несколько дней до нашего отбытия не удалось.

Заместителю Стужина в городе были оставлены инструкции, но тот так и не смог раздобыть нам медика к сегодняшнему дню.

В этот раз Стужин указал в письме своему управляющему такой внушительный размер предлагаемого жалования, что шансы на то, что в Ирии появится врач, кратно возросли.

Очень надеюсь, что кто-то из докторов откликнется. Я, конечно, немного понимаю в медицине, но боюсь, если приключится серьёзная болезнь или тем более увечье, я буду бессилен.

***

Я оторвался от чтения, чтобы собраться с мыслями. Выходило, что первые полтора месяца жизнь усадьбы не походила на катастрофу. Впрочем, идиллией её тоже не назовёшь. Всё-таки пропал человек. Хоть тело его не нашли, и надежда, что он отыщется, оставалась. К тому же начавшаяся неизвестная болезнь также служила дополнительным поводом для тревог.

Стужин отправил с распоряжениями вторую партию в город. Это вполне согласовалось с тем, что рассказывал когда-то князь Касаткин о том, что вести из Ирия поначалу поступали исправно.

Может быть, Ирий погубила начавшаяся эпидемия, о которой я только что прочитал? Но тогда почему выжили конюх и профессор, да и первый отряд полицейских стражей, посланный после появления в городе Фёдора, вернулся и сообщил, что в Ирии всё в порядке?

Пока что никакой ясной картины не складывалось.

Я снова раскурил трубку, прихлебнул из горлышка коньяка и продолжил чтение со следующей заметки личного характера.

Дата: 18-е июня 1898 года

Сегодня пропал Буян, Сонин спаниель.

Дмитрий Трифонович пришёл к завтраку и, пока не пришла Соня, поведал, что куда-то запропастился Буян. На ночь всех собак закрывают в псарне, однако утром Буяна там не оказалось. Соня расстроилась, но все её успокаивали и говорили, что пёс найдётся.

Работа моя потихоньку движется, но не так быстро, ибо я вынужден отвлекаться и покидать лабораторию, регулярно осматривая больных.

Женщинам весь день нездоровилось, и лишь к вечеру мне показалось, что лихорадка начала спадать. И мы все, включая больных, воспряли духом.

Дата: 19-е июня 1898 года

Наконец-то появился приятный повод сделать новую запись. Женщины спустя несколько дней тяжёлой болезни выздоровели. Жар спал, и никаких видимых осложнений не наблюдается. Кажется, всё обошлось. Мужья их довольные вернулись к жёнам из вынужденной ссылки.

Несмотря на хорошие новости, Михаил Николаевич выглядит озабоченным. В разговоре со мной он обронил, что не всё продумал и не всё просчитал, и Ирий на поверку оказался не таким уж и раем.

Мне кажется, он слишком строг к себе, впрочем, может быть, именно это его качество позволило ему стать одним из богатейших людей империи.

Дата: 21-е июня 1898 года

Сегодняшний день ошеломил всех нас. Всему виной моя странная находка. На дальнем от дома краю озера я обнаружил небольшой холмик свеженасыпанной земли, а на нём странную фигурку из веточек. Трудно сказать, на что она походила. Во всяком случае, никакой известный мне предмет или существо эта фигурка не напоминала.

Первое, что пришло в голову, – это какой-то языческий символ.

Михаил Николаевич велел раскопать холмик. К нашему изумлению и ужасу, мы обнаружили там труп Буяна.

Я осмотрел останки и не обнаружил ран или увечий. Впрочем, я не прозектор и не умею определять причину гибели по состоянию трупа, разве что она будет явной.

Смерть собаки сама по себе не является чем-то пугающим или необычным. В конце концов, животные болеют и могут умереть внезапно, как это случается и с людьми.

Зловещее обстоятельство заключалось в том, что никто из жителей Ирия не хоронил Буяна. Кто-то чужой побывал здесь и закопал собаку. Это невольно приводило к выводу, что кем бы он ни был, действовал он скрытно и, возможно, сам убил бедного пса каким-то неизвестным нам способом.

Тот факт, что на могиле лежала фигурка, мог говорить о том, что мы имеем дело с каким-то таинственным ритуалом местных племён, возможно, жертвоприношением.

Михаил Николаевич распорядился мужчинам выходить из Ирия только с оружием, по крайней мере, пока суть происшедшего не станет нам ясна. Имелись все основания полагать, что поблизости от усадьбы кто-то скрывается.

Также он приказал ни единым словом не рассказывать об этом Соне, чтобы не тревожить её и без того потрясённый недавними событиями рассудок.

Дата: 23-е июня 1898 года

Сегодня утром я пришёл к озеру набрать воды для проб и увидел, что оно потемнело. Должна быть какая-то весомая причина, чтобы цвет озера изменился до такой степени всего за одну ночь.

В общем-то новая загадка не особо пугает меня как теоретика. Но что, если на практике новый состав воды перестанет помогать Соне? Я ведь ещё не закончил исследования и не выделил компонент, оказывающий лечебное действие. Если мы лишимся источника воды, то нам предстоит долгий путь, в ходе которого придётся научиться воспроизводить нужный состав. Даже с уже сделанными мной анализами на это могут уйти годы!

Дата: 24-е июня 1898 года

Сегодня у Сони случился новый приступ. Решили попробовать дать ей воду, набранную вчера. Вода с прежним составом в некотором количестве запасена, но она быстро теряет свойства. Если новый состав не поможет, то мы останемся без лекарства для девочки.

Мы не учли риски, которые могут быть связаны с тем, что наше озеро – единственный источник целебной воды. А ведь оно может исчезнуть в результате землетрясения, оползня или даже просто появившейся трещины на дне, откуда вода уйдёт в какую-нибудь глубинную карстовую полость. Ведь мы пока очень мало знаем о природе этого водоёма.

Нужно сказать Михаилу Николаевичу, что в Ирий требуется срочно пригласить гидрогеолога, чтобы попытаться разобраться с природой самого водоёма и оценить риски его потерять, пока я занимаюсь изучением состава воды.

Дата: 25-е июня 1898 года

Я решительно пока не понимаю, что происходит с водой. Сегодня, когда набирал пробы, обратил внимание, что она стала необычно тёплой. Хоть погода и стоит солнечная, невозможно представить, чтобы солнце за один день так сильно нагрело озеро. Изменения произошли очень быстро, а я не вижу ни одной видимой на то причины. Пока что единственная правдоподобная гипотеза, объясняющая изменения, – появление источника на дне озера. А учитывая, что температура воды в озере поднялась, вполне возможно, что этот гипотетический источник имеет термальный характер.

Вода, которую я вчера дал Соне, помогла ей, и видимой разницы в лечебном эффекте я не вижу. Однако чувство тревоги меня не покидает, уж слишком быстро меняются физико-химические свойства воды. Подобные перемены не возникают на пустом месте. И мы не знаем, что за скрытые от наших глаз процессы происходят в озере и горных породах под ним.

***

От чтения меня оторвал далёкий стрёкот сороки. Я машинально вскинул голову, прислушиваясь. Стрёкот повторился. Я тихо поднялся с дивана и крадучись подошёл к стене возле окна, которое наполовину прикрывали тяжёлые бархатные шторы, потерявшие свой цвет от пыли и пятен плесени.

Стараясь действовать скрытно, я слегка оттянул ткань, посмотрел в окно через образовавшуюся между стеной и шторой щель. На лугу ни души. Мой взгляд скользил по кромке леса, но и там не было никаких признаков жизни.

На самом деле ничего особенного не произошло. Что угодно могло встревожить птицу. Любой зверь: пробегающая мимо лиса, взбирающаяся по дереву куница, бредущий мимо медведь – всё это могло быть причиной её беспокойства.

Я давно заметил, что одиночество усиливает чувство опасности. Да и чувство тревоги тоже. Одно и то же положение дел воспринимается совсем иначе, если рядом есть хоть кто-то. Даже собака в качестве компаньона поднимает дух. Но стоит остаться наедине с силами природы, тут же просыпаются инстинкты и обостряются чувства.

Я подождал пару минут, но сорока молчала, и никаких других звуков не доносилось. Тогда я немного размялся, потянулся, разгоняя кровь в затёкшей спине, и вернулся к дивану. Вновь раскурил трубку, устроился удобнее и продолжил читать.

Дата: 27-е июня 1898 года

Женщины неожиданно снова слегли. Их состояние резко ухудшилось. Вернулись прежние симптомы, и к ним добавились новые: конечности начали терять чувствительность, мышцы шеи затвердели. Больные кричат и жалуются на непереносимую головную боль.

Ломаю голову, неужели повторно заразились? А может, это и не болезнь вовсе, а отравление? Какая досада, что у нас нет врача. Все с надеждой смотрят на меня, ошибочно полагая, что если я профессор, то должен лучше остальных знать, что делать.

Дата: 28-е июня 1898 года

Сегодня я не работал над моими исследованиями. Большую часть дня старался анализировать навалившиеся на нас трудности. Не имея академического медицинского образования, я лишь могу наугад, следуя тем немногим знаниям, которыми располагаю, пытаться подобрать средство для лечения бедных женщин.

Я не знаю, какой природы эта болезнь и насколько она заразна. Но подозреваю, что заразна.

Чтобы исключить отравление, я опросил больных, не ели ли они чего-то вместе, чего не ели остальные. Из их ответов я понял, что они питались тем же, чем и мы. По крайней мере, Савелий и Иван в последние дни имели общие трапезы с жёнами, но остались совершенно здоровыми.

Именно поэтому я предполагаю, что болезнь заразна, – женщины проводили много времени вместе. Но остаётся загадкой, почему не заразились их мужья.

Дата: 29-е июня 1898 года

День сегодня выдался исключительно тяжёлый. Пишу перед сном, совершенно лишённый сил, в том числе и душевных. Состояние больных не улучшилось. Они почти перестали есть, и я поручил давать им побольше питья: воду и крепкий чай с малиновым вареньем. Мы соблюдаем карантинные меры. Все три женщины лежат в одной комнате, за ними ухаживают Савелий и Иван, и я захожу, чтобы наблюдать их состояние. Михаилу Николаевичу, Соне и Дмитрию Трифоновичу я строго запретил входить. Пока мы справляемся сами.

Дата: 30-е июня 1898 года

Спал плохо. С утра ходил смотреть больных. Их состояние усугубилось. Головные боли усилились. Жар не спадает. К этому добавились частичные параличи конечностей. Ничего из предложенных мной средств им не помогло. Мучительно смотреть на их страдания. Мне остаётся только давать им лауданум, чтобы облегчить боль и помочь забыться.

Дата: 1-е июля 1898 года

Не знаю, от лауданума ли или от болезни, больные стали терять рассудок. Невозможно даже опросить их о самочувствии. Параличи у них усилились. Сознание стало спутанным. Женщины временами перестают узнавать нас, не понимают, где они. У одной начался бред и, похоже, галлюцинации. Ей мерещатся кошмары. Она как заведённая повторяет: «Он пришёл! Он пришёл!». Лицо её совершенно нечеловеческое, искажённое ужасом. Я довёл дозы лауданума до предельных. Если дать больше, боюсь, это убьёт их. В те времена, когда действие лекарства ослабевает, больные начинают стонать и кричать. Это невыносимо слышать, но больше я ничем помочь не могу.

Надеюсь, завтрашний день принесёт хоть какое-то облегчение.

Дата: 2-е июля 1898 года

С утра жене (впрочем, скорее всего, вдове) пропавшего Степана стало совсем худо. Её практически полностью парализовало. У двух других женщин усилился жар и бред, им начали мерещиться какие-то видения и звуки. По всей видимости, что-то пугающее, ибо с их лиц не сходило выражение ужаса до тех пор, пока они не забывались после очередной дозы лауданума. Они стали пугаться света и умоляли завесить окна.

В обед жена Степана впала в оцепенение и вскоре после этого умерла. Савелий и Иван ходят, как безумные, и умоляют меня спасти их жён. Но что я могу сделать?! Я химик, а не врач. Их вера в меня неоправданна, и я не могу дать им никакой надежды. Они думают, что учёные знают всё! И сколько бы я ни пытался им объяснить, что не могу более ничем помочь их бедным жёнам, они не отходят от меня ни на шаг и упрашивают, чтобы я что-то придумал.

У Сони от нервов снова случился припадок, и мне пришлось провести какое-то время с ней, чтобы дать воду и дождаться, пока ей не станет лучше.

Фёдор начал заводить разговоры о том, что усадьба наша проклята, потому как место это нечистое, он сам слышал, как нэнг из партии разведчиков говорил, что в озере живёт какой-то дух местных туземцев. Он начал убеждать нас, чтобы мы бросили женщин и бежали в город, пока все не погибли.

К счастью, Михаил Николаевич находился в это время с Соней, а Дмитрий Трифонович велел Фёдору замолчать и не показываться на глаза, пока не соберётся с духом, ибо если хозяин услышит такое, то конюху не поздоровится.

К ночи обеим женщинам стало совсем плохо. Я дал им лауданум, а сам попробую заснуть, ибо силы мои давно иссякли, и я только чудом остаюсь на ногах.

Дата: 3-е июля 1898 года

Утром пришёл к больным и понял, что дело наше проиграно. По всей видимости, у них началась агония. Они больше не двигались и не реагировали на нас. Через час после моего прихода одна из них, жена Савелия, умерла. А к обеду и другая умерла.

На меня навалилась какая-то нечеловеческая усталость. Нет сил и желания писать, поэтому пропущу дальнейшие события этого дня. Скажу лишь, что женщин похоронили. И что будет дальше, я не знаю. Поручаю свою жизнь судьбе и завтрашнему дню.

***

Я решил сделать небольшую паузу, захотелось есть. Я вытащил из тюка галету и с удовольствием захрустел ею.

Итак.

Что я имею?

Степан пропал. Вероятнее всего, он погиб по одной из многочисленных причин, которые таятся в здешних диких лесах.

Болезнь женщин встревожила меня гораздо сильнее. В первую очередь тем, что я не знал такой болезни. Жар и головные боли могли являться признаками самых разнообразных недугов, но бред и галлюцинации указывали на поражение мозга. Однако описанные профессором симптомы не укладывались ни в одну известную мне клиническую картину.

Зловещим происшествием казалась и гибель спаниеля, а точнее, не сама гибель, а обстоятельства в виде таинственного символа на могиле и того факта, что никто из обитателей усадьбы не признался, что убил собаку или хотя бы закопал найденный труп. Отчего умер пёс тоже неизвестно. Смерть могла наступить в силу разных причин, в том числе и естественных.

В общем-то я разделял подозрения, которые возникли у Стужина, и мысленно одобрил его решение быть начеку и не оставаться без оружия.

В этих краях обитали нэнги – древний вымирающий народ. Они не относились враждебно к русским, и с ними никогда не возникало серьёзных столкновений, насколько я знал. Однако это не исключало возможности, что кто-нибудь из нэнгов мог иметь личные мотивы вредить Стужину или кому-то из его людей. Впрочем, версия эта не годилась, так как убийство собаки и проведение языческого ритуала вряд ли могло быть проявлением мести.

Ещё немного поразмыслив, я пришёл к выводу, что окончательно отметать версию всё же не стоило. Ведь я судил рациональными мерками. Вполне возможно, человек, проводивший этот языческий обряд, мог искренне верить, что сотворённое им колдовство причинит реальный вред тому, на кого оно направлено.

Я продолжил чтение в надежде, что дальше в записях профессора будут содержаться новые факты, проливающие свет на тайну усадьбы.

Следующие записи Вернера начались через несколько дней после даты смерти женщин.

Дата: 6-е июля 1898 года

Вода перестала меняться. Цвет её со вчера более не темнел. Запах, как и прежде, остаётся не сильным, но постоянным. Но главное – она положительно действует на Соню.