- -
- 100%
- +
Зверей этих так и называют: Ушастый Ёж, Ушастая Ящерица и Тушканчик-Ушканчик.
Однажды быстроногий Тушканчик решил подразнить неповоротливую Черепаху.
– А почему ты не рассказываешь про свою родню? Наверное, потому что все черепахи одинаковые: лежат как булыжники. Про них и сказать-то нечего…
– И неправда! – обиделась Черепаха. – Все мои родственники очень разные. Я даже стихи про них сочинила.
И она стала читать стихи. Но когда друзья попытались представить себе её родственников, получилась какая-то несуразица:
Кончила Черепаха читать, а друзья хохочут. Такой смешной показалась им вся черепашья родня.
– Вот так придумала! – заливается Тушканчик. – Кто не знает, что черепахи маленькие и ходят медленнее всех! У них даже ушей нет, не то что хобота!
Рассердилась Черепаха:
– Не верите?! Тогда отправимся в гости к моим сёстрам. Но, чур, за это выроете мне на зиму просторную нору!
– Возьмите и меня, – сказал Верблюд. Он стоял рядом и тоже слушал рассказ Черепахи. – Мне очень хочется посмотреть на Черепаху-Верблюда.
Посадил Верблюд путешественников к себе на спину и помчался по пустыне. Остановился он на закате у маленького озера, чтобы напиться. Увидел Тушканчик плоский камень и залез на него.
– Куда ты забрался? – говорит ему Ушастый Ёжик. – Это же не камень, а какая-то черепаха. Смотри, не разбуди её.
– Подумаешь, – отвечает Тушканчик. – Да пока она лапой шевельнёт – я выспаться успею!
Только он это сказал – помчался камень на четырёх лапах к озеру и прыгнул в воду. Хорошо, что Верблюд успел подхватить Тушканчика за длинные уши. А из воды высунулась змеиная голова и сердито уставилась на путешественников.
– Прости, сестрица, что тебя потревожили, – сказала ей Черепаха. – Тушканчик хотел проверить, могут ли болотные черепахи быстро бегать.
Уселись путешественники на Верблюда и поехали дальше.
Добрались они до большой реки. Увидел Ёж, что из воды червяк ползет. Хотел было его схватить, да вовремя разглядел, что это не червяк, а чей-то нос.
Испугался Ёж, свернулся клубком.
А Черепаха кричит:
– Не трогай его, сестрица! Ёж просто хотел проверить, бывают ли черепахи с хоботом.
– Тогда пусть посмотрит на речную черепаху, – зашипел длинный нос, и вылезло из воды удивительное существо. Хобот у него слоновий, уши, как лопухи, а на шее борода петушиная.
Степная черепаха смеется:
– Ну, что? Правду я говорила? Теперь пора отдохнуть, а потом в гости к третьей сестрице.
Наутро побежал Верблюд дальше. Вот впереди и море показалось. Вдруг видят путешественники, ползет им навстречу чудо-юдо, крыльями по песку шлёпает, огромным клювом щёлкает.
Верблюд от удивления рот открыл и встал, как вкопанный. А его седоки кубарем на песок посыпались.
Только степная черепаха не удивилась и говорит:
– Прости, сестрица, что мои друзья с тобой не здороваются. Таких больших черепах, да ещё с крыльями, они не видывали. Помоги нам, пожалуйста, добраться до черепашьего острова.
– Ну что же, – отвечает чудо-юдо. – Забирайтесь ко мне на спину.
С опаской ступил Верблюд на спину Морской черепахи. На него малыши взгромоздились, и повезла их Черепаха по морю. Верблюжья шея как труба торчит, а горб, как капитанский мостик. Настоящий корабль получился, да ещё быстроходный – на подводных крыльях.
Добрались друзья до Черепашьего острова. Поблагодарили Морскую черепаху и сошли на берег. Очень этот остров на пустыню похож. Много здесь песка, колючих кустов и кактусов.
– Наконец-то можно пообедать и отдохнуть! – обрадовался Верблюд, и потянулся к самому колючему кактусу. А с другой стороны к колючкам потянулась такая же верблюжья голова, на такой же верблюжьей шее, только без шерсти.
– Добрый день! – сказала незнакомая голова. – В первый раз вижу такую мохнатую черепаху!
– Я не черепаха, – обиделся Верблюд. – И должен Вам сказать, что я тоже в первый раз вижу такого облезлого Верблюда.
– Какой же это Верблюд! – закричала Степная черепаха. – Это же моя сестра – Слоновая черепаха! Видите, я рассказала вам чистую правду. И теперь-то, когда мы вернёмся домой, вам придётся выкопать для меня хорошую новую нору.
Старшей сестрицей могу я гордиться,Крыльями машет она, словно птица.Эта сестрица совсем не мала:Ростом и весом чуть меньше вола.Сходна сестрица вторая с верблюдом,Кактус колючий ей лучшее блюдо.Третья сестрица ужасно смешна.Хобот и уши взяла у слона.Младшая время проводит в болоте,Рыб догоняя в подводной охоте.Но и на суше проворна подружка —В беге она перегонит лягушку.Забывчивый мышонок
Однажды гулял Мышонок по берегу озера. А по воде водомерки бегают. Жуки-вертячки на месте крутятся. Зелёные лягушки с крутого берега ныряют и плывут наперегонки. Завидно стало Мышонку.
– Вот бы и мне поплавать!
Вдруг видит: на плоском камне у самой воды Черепаха на солнышке греется.
– Вот кто меня покатает! – обрадовался Мышонок и говорит:
– Здравствуй, Черепаха! Покатай меня, пожалуйста, по озеру! Уж так хочется мне в камышовом лесу побывать, на водомерок поближе посмотреть!
Черепахе очень хотелось понежиться на солнышке, но она была добрая, а потому сказала:
– Ладно! Полезай ко мне на спину. Так и быть – покатаю.
Забрался Мышонок Черепахе на широкую спину, уселся и гордо вокруг поглядывает.
Плывёт Черепаха, лилии лапой отодвигает, коряги стороной обходит. На корягах, на листьях кувшинок сидят зелёные лягушки и наперебой удивляются:
– Вот так придумал Мышонок! Ничего не скажешь – лихой наездник!
А добродушная Черепаха только ухмыляется.
Всласть покатался Мышонок.
Подплыла Черепаха к берегу. Соскочил Мышонок на песок и говорит:
– Спасибо, Черепаха! До чего же хорошо было… А хочешь, я тебя конфеткой угощу?
Сунул лапу в карман штанишек, а конфеты там нет. Одна бумажка шуршит.
– Ой, оказывается конфетку-то я уже съел! Но ничего. Завтра обязательно принесу, да не одну, а целых три! У меня тетя Мыша есть. Добрая такая. Сколько хочешь конфет даст, если я скажу, что обещал тебя угостить.
– Вот хорошо! – обрадовалась Черепаха. – Говорят, они вкусные. В яркие бумажки завёрнуты. У нас-то на озере их отродясь никто не пробовал.
– Принесу, принесу! – закричал Мышонок. Лапки на берегу поразмял и домой побежал.
На другой день Мышонок из норки вылез: в кармане у него три конфеты в красивых бумажках лежат.
Бежит Мышонок к озеру, а сам думает:
– Не съесть ли мне одну конфетку? Что три, что две – это почти одно и тоже.
Сел он в густой траве. Вытащил одну конфету, да и съел. Конфета вкусная, во рту тает. Мышонок от удовольствия зажмурился, а потом вдруг взял, да и съел ещё одну. А когда съел – подумал: хорошо ли Черепаху одной конфеткой угощать, и решил, что нехорошо. Глубоко вздохнул и съел третью, последнюю. Когда третья нарядная бумажка полетела в траву. Мышонок призадумался.
Что же он скажет доброй Черепахе?
– Скажу, что сегодня забыл принести, – решил Мышонок и вприпрыжку побежал дальше.
– Здравствуй, Черепаха! – ещё издали закричал он своей новой приятельнице. – Какой сегодня денек чудесный! Может быть, ты опять меня покатаешь?
– А ты принес конфеты? – спросила Черепаха.
Мышонок притворился очень огорчённым. Хлопнул себя лапой по лбу и сказал:
– Ой, забыл! Прости меня, пожалуйста. Завтра обязательно принесу. Вот увидишь!
– Ну, хорошо! – сказала добрая Черепаха. – Только непременно принеси, раз обещал. А теперь полезай мне на спину.
Опять лягушки громко квакали вслед доброй Черепахе и Мышонку.
На третий день с утра забралась Черепаха на свой камень.
А Мышонок уже по дорожке бежит. В кармане его штанишек три конфеты лежат и он изо всех сил старается о них не думать.
Вот и озеро показалось. Ярким блеском сверкнула вода.
Остановился Мышонок и вдруг почувствовал, что просто с места двинуться не сможет, если не съест хотя бы одну конфетку. Лапка его сама собой полезла в карман…
И вот уже яркая бумажка закружилась по ветру и спряталась где-то в кустарнике. Как в прошлый раз, конфетка показалась ему до того вкусной, что он как-то незаметно съел ещё одну.
– А уж эту, последнюю, понесу Черепахе, – решил Мышонок и побежал дальше.
И вдруг, уже у самой воды, ему жалко стало отдавать эту последнюю конфету Черепахе.
– Жалко, и всё тут! – рассуждал он про себя. – Скажу, что опять забыл. Она ведь добрая, и так покатает.
Он развернул конфетку, быстро сжевал её, а бумажку подхватил ветер и бросил в воду, но Мышонок этого не заметил. Он уже подбежал к Черепахе.
– А где же конфеты? – спросила Черепаха.
– Ой, ведь я опять забыл их! Но завтра, правда, правда, принесу! Обязательно принесу. Вот увидишь!
Опять поверила ему добрая Черепаха.
Опять весело катается на её спине Мышонок-обманщик… Но что это за яркий кораблик плывет им навстречу? Мышонок вгляделся и вдруг узнал бумажку от своей конфетки. Он ужасно заволновался, заёрзал на черепашьей спине.
– Давай, Черепаха, повернём назад. Посмотри, какой красивый островок. Мне хочется там побегать! Пожалуйста же! Повернём скорее!
Но было уже поздно. Черепаха тоже заметила конфетную бумажку и сразу поняла, что Мышонок обманул её. Конфеты съел сам, а сказал, что забыл принести.
– Сейчас я его проучу! – решила Черепаха и повернула к островку.
– Побегай тут, а я через пять минут вернусь за тобой. У меня кое-какие дела есть.
Нырнула Черепаха и исчезла в чёрной глубине.
Резвился Мышонок, бегал по островку. Земляникой полакомился. Наконец устал. Сел у самой воды. Ждёт-пождёт, а Черепахи всё нет.
Вот и солнце к горизонту клонится. Свежо стало. Зазвенели комары. Сидит Мышонок, дрожит. А комары почуяли его, да и накинулись со всех сторон. Один в хвостик вцепился. Два в ухо. Мышонок лапками машет, гонит их, но чем больше отмахивается, тем больше вокруг него комаров кружится.
Совсем отчаялся Мышонок, да как заплачет, громко так, жалостно. Всхлипывает, добрую Черепаху зовёт. Никакого ответа. Даже лягушки, и те от него отвернулись.
Но вот вода заколебалась, пошла кругами, и добрая Черепаха вылезла на берег.
– Что же ты меня тут бросила? – кинулся к ней Мышонок. – Ты же обещала приплыть за мной через пять минут, а сама?
– А я совсем забыла о тебе.
– Как же ты могла забыть, раз обещала?! – возмутился Мышонок.
– Но ты вот уже третий день забываешь принести мне конфеты, а каждый раз обещаешь! И ничего! Катаю тебя по озеру.
Совестно стало Мышонку. Уши его горели то ли от стыда, то ли от комариных укусов.
– Прости меня! – всхлипнул он. – Я про конфеты не забывал. Я их съел – и он заревел во весь голос.
– Ну, ну! Не плачь! – засмеялась Черепаха.
– Не в конфетах дело! Я простила тебя. Но коль дружить, так без обмана!
И они снова стали добрыми друзьями.
Крачка-лгунья
Крачка – это очень маленькая чайка, чуть побольше ласточки. Зимует она в Австралии, а летом прилетает к нам, на Белое море.
Об одной такой крачке-путешественнице и пойдёт наш рассказ.
Коротко северное лето. Пожелтели листья, подули холодные ветры. Загалдели крачки, заволновались, собрались в большие стаи и отправились в далёкий путь. Через моря и океаны, через горы и долины летели они к берегам тёплой Австралии.
Наконец трудный перелёт остался позади. Усталая стая опустилась на берегу степного озера. Птицы сложили крылышки и собирались отдохнуть, как вдруг большая чёрная тень легла на песок. Это любопытный страус Эму пришёл поболтать с путешественницами.
Одна из крачек подняла голову. Эму тотчас низко поклонился ей и, прикрыв в знак уважения правый глаз, сказал:
– Простите, что я беспокою вас, но говорят, что вы прилетели из чужих краев, где очень длинная зима и совсем короткое лето. Это действительно так?
– Да, да, – оживилась Крачка. – Там всё по-другому. Во-первых, на Белом море совсем не бывает ночи. Даже солнце никогда не заходит. Всё время день и день.
Эму от удивления открыл правый глаз, а крачка продолжала:
– Во-вторых, там живут удивительные звери. Вот, например, лось. Он немножко похож на большую Корову. Других-то зверей с рогами у вас нет. А на голове у него рога, ветвистые, как кусты, только без листьев.
Поражённый Эму поднял голову и качнул ею из стороны в сторону. Это означало явное недоверие.
Но Крачка, захлёбываясь, продолжала:
– Или взять, к примеру, бобров. Можете себе представить, они живут в воде, а едят кору и ветки деревьев. Из речки они вылезают, чтобы деревья валить и из брёвен плотины и дома себе строить! Один раз я видела белого медведя, огромного, как гора. Его принесло к нашему берегу на льдине. Этот лохматый зверь – белый, как лебедь, и плавает лучше рыбы.
– Как!? – удивился Эму. – Лебеди только чёрные бывают, у нас это каждый знает.
– Это они у вас чёрные, – не согласилась Крачка. – А на Белом море только белые, других нет.
Но Эму уже не слушал её. Он быстро шагал прочь и бормотал себе под нос:
– Где это видано, чтобы солнце не заходило и всё время был день? А кусты? Разве они растут на голове?! Про бобров такое наговорила! Живут в воде, а едят деревья! Про медведей и говорить нечего: плавают лучше рыб! А белые лебеди?! Разве такое бывает? Лгунья она, больше никто!
Кончилось австралийское лето. Опять собрались крачки в стаи и двинулись в обратный путь – на Север, к Белому морю. Гнезда вить. Птенцов выводить.
Когда стая добралась до родного берега, из кустарника вылез ленивый толстый глухарь и заковылял к крачкам.
– Говорят, вы зимуете далеко на юге. Вы не откажетесь рассказать мне о тех странах?
– Конечно! – тут же закричала наша знакомая Крачка. – Я с удовольствием расскажу об Австралии. Это удивительная страна. Какие там деревья, звери и рыбы! Не то, что в наших краях. Вот, например, папоротники. Здесь они маленькие, низенькие, как трава, а в Австралии они как деревья, и даже выше сосен. У всех зверей там сумки на животе, в которых они детёнышей носят. Там и медведь с сумкой, и волк, и крыса, и крот. Или вот ещё рыба Рогозуб. Живет она, как все рыбы, в воде. Но любит перед сном свежим воздухом подышать. Высунет голову из воды, смотрит на луну и вздыхает.
Глухарь разинул клюв от изумления, а Крачка продолжала:
– А утконосы? Ты слышал когда-нибудь про утконосов? Они живут в воде и похожи на бобров. Только голова у них маленькая и с утиным клювом. На лапах перепонки. И, представь себе, они несут яйца.
Глухарь беспокойно переминался с ноги на ногу и недоверчиво посматривал на других крачек. Но те мирно спали и не слышали их разговора.
– А медведи там как белки, на деревьях живут и кроме листьев ничего не едят.
Глухарь не выдержал. Глаза его зло сверкнули. Он взъерошился и защёлкал клювом. Но Крачка этого не заметила и скороговоркой продолжала:
– А ты слышал когда-нибудь про кенгуру? Они тоже носят своих детёнышей в сумках на животе. Голова у кенгуру как у оленя, только без рогов, а уши как у зайца. Прыгают кенгуру на задних лапах выше самых высоких кустов.
Тут уж Глухарь возмущённо взмахнул крыльями и полетел к себе в чащу кустарника. Он летел и бурчал:
– Вот это лгунья! Такой ещё свет не видывал! Где это слыхано, чтобы бобр с утиным носом нёс яйца? А волк с сумкой на животе?! Такому и тетерев не поверит, на что глупая птица!
Так, недовольно ворча, залез Глухарь под куст и опять спать завалился.
– Лгунья! Ну и лгунья эта Крачка! – думал он, засыпая.
А ведь Крачка, как ни удивительно, всегда говорила только правду.
Крапива, Лебеда и Подорожник
Когда-то давно Человек пришёл в лес, выбрал место, где деревья стояли пореже, снял с плеча топор и поплевал на ладони.
Берёзы, сосны, ели падали одна за другой. Потом Человек выкорчевал пни и взялся за соху. Вспахал поле. Посеял рожь и гречиху, а из поваленных деревьев начал избушку строить.
Тут-то и пришли к нему из леса неожиданные гости: Крапива, Лебеда и Подорожник. Понравилась Крапиве солнечная поляна и решила она, что хватит им с подружкой Лебедой в лесу чахнуть, где и света-то мало и всякие кусты расти мешают.
– Пошли-ка к Человеку, да поселимся на его поле, – предложила она своей соседке, дебелой толстухе Лебеде.
– Ах, душечка, прямо не знаю, что тебе сказать! Не повредит ли мне солнце? Да как ещё я с новыми соседями уживусь? Тут-то я вроде привыкла.
– Эвон, выдумала! На солнышке-то ты ещё пышнее расцветёшь. А про соседей я вот что тебе скажу. Слушай-ка! – и Крапива что-то зашептала Лебеде.
Лебеда поохала, поахала и согласилась.
Отправились они с утра пораньше в путь. Глядь, а за ними Подорожник увязался.
– А ты куда? – спросила его Лебеда.
– С вами, к Человеку, – ответил Подорожник.
– Очень ты ему нужен! – фыркнула Крапива.
Но Подорожник не обратил на нее внимания. Он был добродушный и очень любил путешествовать. Разговор Крапивы и Лебеды он услышал случайно, и то не весь. И ему тоже захотелось пойти к Человеку.
– Доброго здоровьица! А мы к тебе, – сказала Крапива Человеку.
– Позволь нам с Лебедой жить возле тебя. Растём мы быстро. Уж через неделю ты из наших листьев щи варить сможешь. Разве плохо?! Пока-то ещё твои посевы созреют… А нам местечка немного надо. Мы по краешку твоего поля расти будем.
Подумал Человек и согласился.
– А ты? – спрашивает он Подорожника. – Тоже кормить меня будешь?
– Нет. Я так пришёл. Путешествовать люблю. А тебе я не помешаю. Вдоль тропинок, да вокруг дома расти буду. Можно?
– Ну, оставайся и ты. Мне не жалко, – сказал Человек.
Прошла неделя, за ней другая. Посевы только чуть зазеленели у самой земли, а молодые побеги Крапивы и Лебеды уже пышно разрослись. Человек понемногу срезал их на суп. Жизнь как будто пошла веселее.
Но вот Человек стал замечать, что чем дальше, тем больше и выше растут Крапива и Лебеда. Они уже с обочин на поле лезут и побеги ржи и гречихи заглушают. Покачал головой Человек, но пока смолчать решил. Может, совесть в них заговорит. Да и кормят они его…
Как-то подошел Человек к Крапиве и просит дать ему листочков на суп. А Крапива вскинула голову и визгливо закричала:
– Баста! Поел щец и будет. Мне теперь цвести надо!
Качнулась она и больно ужалила Человека. Плюнул в сердцах Человек и отошел. Глядь, а она уже и поле заполонила, и на дорожках полезла. Пройти нельзя. Рассердился Человек. Бросился Крапиву выдергивать. Все руки ошпарил. Смотрит, а дебелая Лебеда посреди поля вылезла.
– Ну, спасибо, Крапивушка! Хорошо насоветовала! Уж погреюся я теперь на славу!
– Совести у тебя нет! – кричит ей Человек. – Вы же говорили, что только по краешку расти будете, а сами что делаете!?
– Ты нас ел?! Теперь мы тебя есть будем! – смеётся Лебеда.
Побежал Человек её из земли вырывать, да споткнулся о толстый корень. Коленку расшиб.
– Ой! – стонет Человек. – Сил нет! Руки, ноги горят!
– А ты сорви мой листок, да приложи к больному месту, – слышит голосок у крыльца.
– Подорожник!? Я о тебе и думать забыл, а ты тут, оказывается, – удивился Человек.
Сорвал он листок. Приложил к больному месту. Боль и утихла.
– Спасибо, – сказал Человек и пошёл воевать с Крапивой и Лебедой. Посевы свои спасать.
Но хитрые Крапива и Лебеда не сдаются. То толстуха Лебеда ногу подставит. То Крапива улучит момент да ужалит. Спешит тогда Человек к Подорожнику за помощью. А Подорожник всегда тут как тут. Тихий, незаметный. Вылечит – и опять его не видно и не слышно.
Долго воевал Человек с Крапивой и Лебедой. Наконец победил их. Убрались они с поля и с тех пор злейшими врагами людей стали.
Как увидит где Человек Лебеду или Крапиву на своих посевах – гонит их нещадно.
А добрый Подорожник везде за людьми странствует. В беде помогает, но не зазнаётся и слова не нарушает. Как обещал расти по тропинкам и вокруг домов, так растёт и поныне.
Рак-отшельник
У всех раков есть блестящий хвост с широкими кольцами и лопаткой-плавником на конце. Раки гордятся своим хвостом потому, что он помогает им плавать, и ещё потому, что хвост, как панцирь, защищает их от врагов. Но особенно гордился своим хвостом рак, которого звали Морской Павлин. Все жители моря часто собирались, чтобы посмотреть на его замечательный хвост. Но рак от этого не зазнавался. Он был добрым, весёлым и любил своих друзей.
Выплыл как-то Рак-Павлин прогуляться и встретил целую стаю разноцветных рачков-креветок.
– Так вот он какой – знаменитый хвост! – закричали креветки. – Вот бы хоть немножко с таким покрасоваться! Дай! Ну, пожалуйста, дай нам его на минуточку примерить!
Сначала Рак-Павлин очень удивился, потому что никто раньше не просил его об этом. Но он был добрым и потому согласился. Отцепил он свой роскошный хвост и дал его креветкам.
Креветки долго примеряли хвост и плавали с ним. Но он был слишком велик и тяжел для них. В конце концов они потеряли хвост, да так и не смогли его найти. То ли он в щель упал, то ли в заросли водорослей – узнать так и не удалось. Перепугались креветки – и врассыпную.
Пришлось Павлину самому отправиться на поиски своего хвоста.
По дороге его увидели крабы:
– Ха, ха! – смеялись они. – Неужели это наш красавец-Павлин?! Не может быть! Это же курица облезлая!
Обиделся Рак-Павлин:
– Пока я был красивым, все хотели со мной дружить! А теперь смеются. Уйду от них, – решил он и пополз к скалам.
– Что здесь ещё приключилось? Кто ты такой? – заворчала старая Каракатица, высовываясь из своей пещерки.
– Раньше я был Морским Павлином, – ответил Рак. – А теперь и сам не знаю, кто я. Все надо мной смеются. Вот я и решил поселиться один.
– Значит, ты хочешь стать Раком-Отшельником! – сказала Каракатица. – Тогда забирайся в какую-нибудь щель и живи себе на здоровье. Только подальше от меня. Ужасно не люблю соседей.
Выбрал Рак-Павлин пещерку и стал в ней жить. Хорошо одному – никто не мешает. Только с едой плохо. Проплывают мимо червячки, рыбки, да только попробуй, поймай их! Хорошо Каракатице! У неё щупальца длинные, загребущие. Только успевай добычу хватать. А чуть какая опасность – выпустит Каракатица большое чернильное облако и прогонит врага. Оголодал рак. Вылез из пещерки, стал новый дом искать. Видит, будто гладкий камень лежит. С одной стороны его дыра большая темнеет.
Сунулся Рак в дыру, а оттуда высунулась голова Морской черепахи:
– Ты что это в чужой дом заглядываешь?
Рассказал ей Павлин свою историю и добавил, что очень ему черепаший дом понравился.
– Дом хорош! – смягчилась Черепаха. – И прочный, и лёгкий, и всегда при мне, и никакой враг мне в нём не страшен.
Пополз Рак дальше. Видит пустая раковина лежит, песком припорошена.
– Пустой улиткин дом, – подумал Рак. – Может это как раз то, что мне нужно?
Вытащил он раковину из песка. Промыл как следует, чтобы песчинки не поранили его нежное брюшко, а потом задом, задом – влез в раковину. Она оказалась ему как раз впору.
Обрадовался Рак:
– Вот и у меня дом не хуже черепашьего!
Так начал Рак-Отшельник новую жизнь. Он ползал по морскому дну, ловил зазевавшихся рыбёшек, раковина защищала его от врагов и жилось ему совсем неплохо. Только скучно очень. Ведь он был весёлым и общительным раком.
Печальный переползал Отшельник с места на место и всё думал, как бы завести себе друга.
Однажды пробирался он между водорослями и вдруг слышит – поёт кто-то. Подполз Рак поближе. Видит – лежит на земле угловатый камешек. А из камешка во все стороны машут тоненькие лапочки и кто-то поёт.
Удивился Отшельник:
– Кто же это тут живёт?
– Это я, рак Балянус, сижу тут и пою, чтобы не так грустно одному было. Двигаться-то я не умею.
– Не грусти, – сказал ему Отшельник. – Садись-ка ко мне на спину. Я тебя возить буду, а ты мне – песни петь.
Посадил Отшельник Балянуса себе на раковину. Стали они вдвоём жить. Только продолжалось это недолго.
На другой день выставил Отшельник свои стебельчатые глаза и с удивлением заметил, что на его раковине распевают уже несколько балянусов. С каждым часом их становилось всё больше и больше, так что их уже и сосчитать было невозможно. И все они пели и пели, не переставая.
– Что же это такое? – возмутился Рак. – Вы мешаете мне спать, отпугиваете рыбу, да и таскать вас мне уже не под силу.
Но Балянусы не обратили на его слова никакого внимания.
Пришлось Отшельнику бросить свой дом и искать другую квартиру. Новая раковина была чуть больше прежней, но такая же красивая и удобная.
И вот, во время одной из своих прогулок увидел Отшельник жёлто-красную лепёшку. Он хотел было проползти мимо, но лепёшка вздохнула.
Рак удивился: