- -
- 100%
- +
По Млечному Пути
По Млечному Пути
иду в бескрайность ночи.
Мерцанье впереди
мрак беспросветный точит.
Иду я по спирали,
сорваться не боюсь.
Меня в созвездьях ждали,
и вот я к ним стремлюсь.
Вдруг яркий свет навстречу,
как розовый туман.
Пушинки стала легче,
а в голове дурман.
Он сладко проникает
в прожилки каждый штрих,
Во мне теплом играет.
Я жду полёта миг.
Взлетаю в бесконечность
пространства и времён.
Вдали осталась млечность,
забытая, как сон.
По острым камням
Ступают ноги по острым камням.
Шаг неровный, неверный, несмелый.
Капли крови остаются там,
Где было всё надтреснуто-белым.
Но ноги идут, идут и идут,
Не зная, что ждёт впереди. И ждёт ли?
Они за собой красный след ведут.
Живой это след, живой или мёртвый?
Из капли одной прорастает цветок.
Из капли другой острый шип вылезает.
Из третьей струится чистейший исток.
Четвёртая яд, зашипев, выделяет.
И тысячи ног по камням идут.
За ними сады и ущелья скорби.
Они совершают свой тягостный труд.
Он чуткие пальцы крючит и горбит.
Идите, идите по острым камням.
Вам больно, но путь перед вами лежит.
Он манит, зовёт, он надеждой пленит.
И только она лишь одна верна вам.
Нет-нет
Нет-нет. Не говори, что жизнь – обман,
Что день – туман, что ночь – хмельной дурман,
Что нет любви, притворно слёзы льются,
Что люди от злорадства лишь смеются,
Когда смеются искренне они,
Что бесполезны данные нам дни.
Нет-нет. Не говори так. Знаешь сам:
Вот эти измышления – обман.
А жизнь – не ложь, хотя – тернистый путь.
И может ожиданья обмануть.
Устал?
Устал? Что ж, глубоко вдохни
И воздух в лёгких задержи подольше.
Ты прав, но правы и они,
Поэтому не спорьте больше.
Друг другу молча лишь в глаза
Вы посмотрите долгим взглядом,
Как не смотрели никогда,
Живя друг с другом годы рядом.
Мир суеты
Мир нарисованный исчез.
Открылась тёмная завеса.
Нам не хватало больше мест.
Нам было очень, очень тесно.
Мир отражения погас,
И в зеркала проникла ночь.
Нам стало холодно тотчас,
И мы ушли скорее прочь.
Мир суеты открыл нам дверь,
Мир беспросветной суеты.
И никуда уже теперь
Нам не уйти от маяты.
И там, и здесь покоя нет.
И там, и здесь мечты смешны.
На все вопросы мы ответ
Искать в молчанье лишь должны.
Упал
– Упал…
– Что ты сказала?
– Говорю, упал.
– Кто?
– Я не знаю. Только сердце слышит.
Он еле дышит, и лица овал
бледнее всё. Он очень слабо дышит.
– Оставь, всё это выдумки твои.
– Мне почему-то сердце больно сжало.
И лезвие холодного кинжала
влезает в мысли горькие мои.
– Да что с тобой? Ты, верно, заболела?
Вон лоб горяч, и в дрожь кидает тело.
– Ах, я помочь кому-то не сумела.
– Иди, приляг.
– Ослушаться не смела
когда-то я кого-то, или страх
держал меня тогда в своих руках.
Не всё ль равно. Расплата уж близка.
– Всё холодней бескровная рука.
Ты бредишь… Помогите! Плохо ей,
и меркнет свет тоскующих очей.
Ночь. Мыслей рой.
Ночь. Лампа на столе. Кровать.
Усталость. Время. Нужно спать.
Да, спать пора. Но в голове
Теснится мыслей рой
То обо мне, то о тебе,
То ни о чём порой.
И в сердце – то ли пустота,
А то ли – через край.
И шумный хор, и немота,
И вместе ад и рай.
Понять. Принять. Простить. Обнять.
Услышать. Полюбить.
А главное – не потерять.
И важно – не забыть.
Терзает недоверья боль.
Надежд ласкает дух.
Ты от тоски меня уволь,
Теплом согрей мне слух.
Не разлюби. Не обмани.
Не унижай меня.
Тепло и свет лишь сохранив,
Увидим радость дня.
Дождь
Поцелуй дождя обласкал меня.
Я смотрю на дождь, вижу знак огня.
Кто б подумать мог, в струях что его
Не озноб и хмарь, а живёт тепло.
Капли по щекам у меня текут.
Но не слёзы, нет, кожу влагой жгут.
Это дождь в пылу мой румянит лик.
Страсти он ко мне полон в этот миг.
Дождик, дождик, лей, не жалей огня,
Потуши меня, разожги меня.
Охлади, согрей, горечь всю убей.
Поскорей, прошу, дождик, поскорей.
Я хватаю ртом капельки дождя.
И внутри меня жжёт его струя.
Разливает дождь мне по телу жар,
Словно там пожар, и в душе пожар.
Мокрый жгут волос бьётся по щеке.
И стекает дождь струйкой по руке.
Но споткнулся вдруг. Подступает ночь.
Замирает дождь и уходит прочь.
Старец
Я встретила старца в степи.
Он брёл, опираясь на палку.
Хотела я мимо пройти,
Но он мне сказал: «Погоди!
Когда-то слепую гадалку
Я знал. Уж давно. Много лет
Прошло. Изменился весь мир.
Но вещих я слов не забыл.
В тиши я их часто твердил.
И дал сам себе я обет,
Что, старцем бредя по степи,
На этом пустынном пути
Когда-нибудь молодость встречу.
Я ей поклонюсь, и потом
Поведаю тихо о том,
Что давит на дряхлые плечи».
Но я испугалась, что груз
Его мне покажется тяжким,
Что я не смогу, надорвусь.
Ступила я в сторону: пусть
И дальше он сам его тащит.
Но годы летят, и порой
Я старца того вспоминаю,
Сказать что хотел мне, гадаю
И мучаюсь. Взор обращаю
Я в прошлое. Но только знаю:
Унёс он с собой мой покой.
В ЗАБОТАХ ИСЧЕЗАЕТ ЛЕТО БЫСТРО
Песня нежности
Играет тихо скрипка,
Гитара вместе с ней,
Играет, мой сыночек,
О нежности моей.
О сказках, что летают
Невидимо вокруг,
Про волка и медведя,
Про пчёл, ежей и мух.
Про зайку и лисичку,
Кораблик золотой,
Про брата и сестричку,
Вернулись что домой.
И звуки песни тают.
И вновь бегут волной.
Послушай их, сыночек,
Послушай, милый мой.
И нежность их и лёгкость
Тебя не подведут,
Придут тебе на помощь
Средь горестных минут.
Ветер и листья
Ветер теплом овеял листву,
С ней он играл и пел.
И каждый день к ней прилетал,
Весел, горяч и смел.
Но вот однажды холодным дождём
Ветер листву захлестнул.
И закружив в быстром танце своём,
С веток на землю стряхнул.
С белым пчелиным роем потом
Он прилетал к ветвям.
И завывал, тоскуя о том,
Что так пустынно там.
Время прошло, и весенней порой,
Вновь принеся тепло,
Ветер на ветви нежно дохнул –
Вмиг всё вокруг расцвело.
Снова с листвой он играл и пел,
Забыв о тоскливых днях.
Снова был весел, горяч и смел,
Купаясь в зелёных ветвях.
Воронеж
Над рекою Воронеж столетья назад
Крепость Русь возвела для защиты границ.
В землю крепость корнями надёжно вросла,
Повидала немало из узких бойниц.
Город жил, зная радость и множество бед,
Песни вольных степей и ярмо крепостных,
Чад пожаров и сладостный привкус побед,
Утешенье в молитве у ликов святых.
Век 20-й. Суровые годы войны.
Из Европы чумы полз коричневый вал,
Смертью краски иные в пути пожирал.
Перед ним встал стеною Воронеж в те дни.
Сотни тысяч погибших, руины и дым…
Но не сдался, не пал пред врагом чужеземным.
Поклонившись, дань памяти мы воздадим
И героям, и тем, кто исчезли, как тени
В страшном огненном жерле войны.
__________
Ныне город Воронеж по двум берегам,
Как парящий орёл, распластал два крыла.
В нём свой пульс, жизнь кипит, словно в бочке смола.
И однажды здесь мама меня родила.
Город мой – в моём сердце. Его берега,
Плеск волны, шелест листьев, рассветы, закаты,
Летний зной, а зимою – мороз и снега –
Всё мне дорого, близко, любимо, понятно.
Площадь, улицы, зданий торжественный ряд,
Блеск театров рождают в душе вдохновенье.
Мой стихами и песнями город богат,
В них раздумья, печали и счастья мгновенья.
Императору, флот что велел основать,
И героям, что Русь от врагов отстояли,
Персонажам мультфильмов и книг – всем стоять
На своём, небольшом пусть, но всё ж пьедестале.
И в молитве церквей купола вознеслись
О погибших в боях и о ныне живущих.
За Россию. Любовь. За Воронеж. И жизнь…
__________
Воронеж, город православный мой!
Кресты церквей пусть над тобой сияют,
И благовест к молитве призывает,
Даря надежду, веру и покой.
И В УВЯДАНЬЕ РАЗНОЦВЕТНЫХ ЛИСТЬЕВ ТАНЦУЕТ ОСЕНЬ
Я словно былинка
Я, словно былинка, кружусь в бесконечности
Движенья, стихов, растворяюсь в сознанье,
С туманною зыбью играю в беспечности
На грани сомненья, в преддверье желанья.
Прохлада ветров так волнует и манит,
И в брызгах солёных купаюсь в безмолвье.
И что-то иль кто-то вдруг снова обманет,
А я упорхну на иллюзий раздолье.
Я весело буду летать на просторе.
Луч солнца коснётся, и я замерцаю.
И море – как небо. И небо – как море.
И таю я, таю, наверное, таю.
Весна
Я слышу пробуждение земли.
Весна вдыхает воздух полной грудью.
Одежды сняв тяжёлые зимы,
На солнца свет стремятся выйти люди.
Предчувствую движенье, тихий звук:
Пришельцем лист зелёный в мир прорвётся.
И продолжая жизни вечный круг,
Тепло с рассветом новым разольётся.
Весна приходит сквозь снежинок рой,
С дыханьем ветра, в мареве тумана,
Простоволосой девой и босой,
Легка, нежна, прекрасна и желанна.
И юной красотой ласкает взгляд,
Она древнее всех цивилизаций.
В ней вечная гармония и лад
Сменяют всплеск тревожных интонаций.
Звенит весна
Звенит весна. И струн её
тоскливо-нежный перебор
тревожит слух. Плетя узор,
куда-то вдаль влечёт игра.
Но знаю я, давно пора
мне обрести в душе покой.
А взгляд манит пустая даль.
И то ли радость, то ль печаль
волнуют сердце вновь и вновь.
Но знаю я, то не любовь.
И не вчера она ушла.
Я пристань для себя нашла.
Весны искусная игра
пленит. Но уж давно пора
мне обрести в душе покой.
А ветра вой и шум ветвей
о чём-то шепчут мне, поверь.
И я опять смотрю на дверь.
А время всё быстрей течёт
и мыслей стаи унесёт
и чувств поток –
всё за порог
конечности бегущих дней.
Благодарю
За синь небес, за серость туч
Благодарю.
За то, что я ещё дышу,
Ещё пою.
За то, что просто говорю,
Благодарю.
За ласку солнца, холод вьюг
Благодарю.
За то, что встречу я зарю,
За то, что прошепчу: люблю,
За то, что иногда творю,
Благодарю.
За свет и тень, за ночь и день
Благодарю.
За пустоту и полноту,
За теплоту и доброту,
За ускользнувшую мечту
Благодарю.
Травинки тонкий стебелёк
Сумел пробиться из-под ног.
На ветке птица прокричит.
С обидой близкий промолчит.
Усталость вдруг возьмёт в тиски.
Покроет сединой виски.
Улыбка превратится в боль.
И будет тяжело порой.
Благодарю. И повторю
Я вновь и вновь: Благодарю.
За всплеск волны, прибоя шум,
Унынье, беспросветность дум,
Надежду, ликованье, страх,
За ложь с усмешкой на устах,
За то, что плачу и смеюсь,
За то, что иногда так злюсь,
Благодарю.
Но не смогу
благодарить я
за потерю близких.
Мне ужас сердце холодом сковал
всего лишь от подобной мысли.
И проиграв уже почти
в сомнений бесконечной битве,
со вздохом тихо прошепчу: «Прости!
Но только плакать буду я в молитве».
Жизнь – словно миг
Жизнь – словно миг
И в то же время – вечность.
Жизнь – точка,
В то же время – бесконечность.
В ней краткость
и протяжность долгих дней.
И то, что было,
меркнет средь теней.
Уходят прочь и радость, и печаль.
И иногда пронзительно так жаль
Тех мыслей, чувств, что были так важны
И что давно забыты, не нужны.
Но лишь завеса из игры теней,
Потери что скрывает прошлых дней,
Нам позволяет новый сделать шаг,
Вперёд смотреть, надеждою дышать
И остроту мгновенья ощущать.
День – тянется. –
Неделя – пронеслась.
Уж год прошёл. –
Всего лишь десять лет.
Когда наступит, наконец, рассвет?
Ещё так долго, целый месяц, ждать.
И вот торопим время мы опять.
Но вдруг замрём: куда десятки лет
Исчезли? Дымкой стелется их след.
И краткий миг
вновь превратится в вечность.
Сожмётся в точку
жизни бесконечность.
Я умирала много раз
Я умирала много раз.
И вновь воскресну я, наверно.
Метель в душе моей метёт,
Кровь замораживая в венах.
В тумане сером я бреду,
В болоте увязаю мутном.
И в лихорадочном бреду
Себя я ощущаю смутно.
Я продираюсь к свету вновь,
Что впереди мерцает где-то.
Надеюсь, не погаснет он,
Вернётся с призрачным рассветом.
Я в ожиданье замерла
Я в ожиданье замерла.
И мир вокруг остановился.
И день за днём едва влачился.
Пыль неподвижность замела.
Я в ожиданье замерла.
И словно небо стало серым.
Исчезли краски. Мутью белой
Тумана пала пелена.
Я в ожиданье замерла.
И мысль, как птица, в клетке бьётся,
Тупою болью отдаётся.
Свет тает. И всё гуще мгла.
Я в ожиданье замерла.
Я птицей полечу
Я птицей полечу на небеса,
Туда, где воздух синевой напоен.
Смогу увидеть сверху чудеса,
Которыми весь этот мир наполнен.
И взмах крыла прорежет глубь небес.
Вдохну свободу полной грудью смело.
Цепь порвана, и груз оков исчез.
Я ввысь взмываю. Я уже посмела.
Здесь ветер – брат мне. Тишина – сестра.
Простор – мне друг, приветливый и сильный.
Здесь мне легко и я сама легка.
И далеко остался город пыльный.
Хочу ли я вернуться? Да, хочу.
Хочу ли я лететь? Да, и лечу.
Пусть мощь крыла всегда меня несёт
К пространствам тем, куда душа зовёт.
Вечные вопросы
Я смотрю, как тает воск свечи,
Струйками оплывшими стекает.
Тишина. С тобою мы молчим.
Блики света на стене играют.
__________
Ты отвернулся от свечи. В тени
Твоё лицо. Но знаю: взгляд задумчив.
Зачем и почему? Откуда мы?
Куда идём? Что истина? Где случай,
Закономерность где? В чём жизни смысл?
Людей существования? Планеты?
Вселенной всей? Как мир наш создан был?
Что Бог такое? – Где найти ответы?
И вот на перепутье я и ты
Сомнений бесконечной череды.
__________
В вопросах вечных бытия
Нам никогда не разобраться.
И всё же вновь блуждаем мы,
Бредём на ощупь в их пространстве.
Мы гоним прочь их. Но опять
Они стремятся к нам вернуться.
Не можем мы себя понять,
Но и не можем отвернуться.
Порою кажется, ответ
Возник вдруг, словно на ладони.
Но только краткой вспышкой свет
Мелькнёт. И пропастью бездонной
Незнанье ляжет пред тобой.
Блуждаем мы. Сомнений сотни,
Вопросов тьмы. И вечный бой.
А воск свечи, как прежде, тает.
Под перестук колёс
Смотрю, как бело-серые пылают облака,
Закатным светом солнца обожжены бока.
И небо голубеет в разрывах перьев их.
И за окном деревья мелькают каждый миг.
Мой поезд в Питер мчится. Под перестук колёс
Увижу скоро небо в сиянье тысяч звёзд.
Вот речка показалась в наряде золотом.
И горизонт пылает оранжевым огнём.
Деревья и кустарник уж в сумрачья дыму.
Поля несутся мимо, встречая ночи тьму.
И что-то есть такое в границе света с тьмой,
Что сердце замирает, теряет свой покой.
Торжественно и строго в природе всё сейчас.
А за окном уж город. Заката свет угас.
Огни горят. Высотки упёрлись в облака.
Мой поезд в Питер мчится. Смотрю в окно пока.
Дороги, рельсы, шпалы, деревья, поезда,
Дома, поля и реки, и первая звезда.
Я еду. Мир в движенье качает, как меня.
И уж следы исчезли закатного огня.
Я в храм хочу войти
Я в храм хочу войти и там стоять,
И мысли отпустить, и просто помолчать.
Чтоб свет свечей мерцал вокруг меня,
В иконах блики таяли огня.
Чтоб только песнопениям внимать,
Молитве целиком себя отдать,
И раствориться, вмиг сливаясь с ней,
И обрести покой в душе моей.
Я в храм хочу войти и таять там,
Подобно восковым вокруг свечам.
И если слёзы вдруг ко мне придут,
Не будут неуместны они тут.
Пусть слёзы эти унесут всю боль,
Обиду, зависть. Вместо них любовь
Пусть наполняет сердце. И пусть свет
Свечей в душе сияет тьме в ответ.
Звёзды-ласточки
Ты видишь, как искрится небосвод?
В нём звёзды, словно ласточки, летают.
Их в лунном свете тысячи играют,
Свой кружат бесконечный хоровод.
И снова манят вдаль меня они,
В пространство неизмеренной вселенной.
И с плотью её вечной и нетленной
На миг сливаюсь. И забыты дни
В заботе, суете, работе тяжкой,
В рутине будней, в праздности пустой,
Мелькают что. Из них почти что каждый
Патрон напоминает холостой,
Но исчезая, будто бы украдкой
Часть жизни забирает он с собой.
Глаза закрыты. Прочь гоню усталость.
Опять на звёзды взгляд бросаю свой.
Но миг прошёл. Сияющий покой
Растаял. Сожаленье лишь осталось.
А звёзды-ласточки куда-то ускользают.
И точки бледные на небе лишь мерцают.
Мгновенья тишины
Мгновенья тишины даруют свет,
Что на бумаге оставляет след,
Потоком чувств и мыслей в строчках льётся.
Душа моя в них плачет и смеётся,
Сомненья и уверенность сплелись.
На крыльях света этого я ввысь
Порою дерзко устремляюсь.
А жизнь уходит прочь
Я написать могу сто тысяч слов
и тут же все слова эти забуду.
Так боль забыта, радость и любовь,
так впредь я забывать всё это буду.
Обиды отпустить свои могу
и тут же в новой утону обиде.
Я сердце взглядом в ком-то обожгу,
чтобы потом себя возненавидеть.
Взор опустив и спотыкаясь вновь,
я буду ждать в сомнениях и с верой,
что обрету надежды тихий кров.
И тут же разорву усмешкой нервной
его вуаль. Покоя сладкий свет
недолго утешение приносит.
Мятежный дух стремительности просит,
не принимая монотонность лет,
что угасают в будничности серой.
Но сделать шаг уверенный и смелый
не знаю как. А жизнь уходит прочь.
Так это лето мимо проскользнуло,
порханьем бабочки легко меня коснулось,
и в дымке мглистой уж бледнеет его след.
Я плачу
Я плАчу!
Иль плачУ за промахи былые?
И в сердце пустота.
И только вьюги злые
всё завывают там.
Не спрятаться, не скрыться.
Холодный блеск луны
проникнуть в грудь стремится,
тепло моё забрав.
Мой холодеет лоб.
Прикрыв свои глаза,
пытаюсь всплыть я вновь
из омута.
Вода с вкраплениями ила
меня влечёт на дно.
Вдохнуть уже не в силах.
И мокрый жгут волос
обзор мне закрывает.
И всё ж с потоком слёз
я медленно всплываю.
Смотрю на звёзды
С балкона
сквозь ночи пространство
смотрю я на звёзды.
В сиянии их я ищу
кого-то,
а может быть, что-то?
Лишь грёзы
найти я смогу.
Но и этого будет немало.
И этого мне так давно уже
недоставало.
А ветер с усмешкой дохнул,
пробуждая от грёз.
Он словно руками взмахнул:
– Ты это всерьёз?
– Конечно.
Хочу я слегка воспарить над собой,
над тем, называть что привыкли
судьбой.
Выбор
Средь серых туч над головой
просвета нет. Луч не прорвётся.
И словно утонуло солнце
в сомненьях, кружат что толпой.
Пусть выбор так тяжёл порой,
его мы всё же совершаем
и тем, когда само собой
всему решиться позволяем.
Наш выбор – каждый в жизни шаг,
большой и малый. Очень часто
не понимаем мы, к несчастью
иль к счастью: даже то, дышать
иль не дышать, мы выбираем.
Свой разум так мы защищаем.
Чтобы в сомненьях не пропасть,
мы их вуалью накрываем.
Но иногда не отвертеться.
И что-то давит больно сердце,
когда и вариант любой
нам может принести лишь благо.
Но то, что выбор делать надо,
вмиг разрушает наш покой.
Умыть хотим свои мы руки,
как сделал сотни лет назад
префект из Рима в Иудее
Понтий Пилат.
Осень
Её не ждали, но она пришла.
И по плечам её струятся косы
холодного унылого дождя.
А ветер листья в прошлое уносит,
и крик уже не слышен журавля.
И даже хмурый день уходит рано,
едва окинув мир прощальным взглядом,
не подарив и капельки тепла.
Она ногами по холодным лужам
босыми, не поморщившись, ступает.
Случайный луч скользнёт и тут же тает.
Деревьев шум тоской её простужен.
Устала осень в листьев разноцветье
кружиться. И заплакала дождями.
А мы, как будто маленькие дети,
и ясным днём, и звёздными ночами
надеялись средь будней круговерти,
что не затронут нас её печали.
Укутав плечи в холод вместо шали,
она пришла. А мы её не ждали.
Лунный плач
В смятенье чувств Луна в ночи рыдала.
Свет от неё беспомощно дрожал,
Дробился на куски, не достигал
Земли, в полёте словно умирая.
Искрились слёзы в черноте небес
И падали, похожие на звёзды.
Но исчезал, не долетев, их блеск,
Как исчезают в будничности грёзы.
Луна рыдала, так к Земле стремясь,
И так желая вновь её коснуться,
Сиянием своим её обнять,
Улыбку встретив, тоже улыбнуться.
Но свет другой на страже грозно встал,
Дорогу преградив Луны свеченью.
Ему чужды вопросы и сомненья.
Ничтожный блеск легко он отогнал
И ныне возведён на пьедестал.
Земля уже забыла, как Луна
Её своим лучом легко касалась,
И ночи беспросветная стена
Серебряным сияньем озарялась.
Она за ярким светом городов
Не различает Лунных скорбных слов
И в небе слёз мерцающих не видит.
Луна вздохнёт, глаза устало вытрет
И спрячется, накинув бледный плащ.
Но ночь наступит, средь сиянья плач
Её тоскливый снова вдруг возникнет.
Новый этап
Новый этап. Выше нос, не грусти!
И о сомненьях своих позабудь.
Ждут приключенья тебя впереди.
Перед тобой – интересный путь.
Не бойся! Дыши глубоко и вольно.
Не унывай! Унынья довольно!